Текст книги "Ашмор. Письмо из прошлого (СИ)"

Автор книги: Йен Ниффер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Ашмор. Письмо из прошлого.

Глава 1. Письмо из прошлого

Я узнала, что ведьма, в этот вторник.

Унылые панельки, из тех, что встречаются в любом уголке мира – настоящее гетто – провожают меня тусклым светом. Лёгкий гул в голове заставляет жалеть, что решила заночевать в гостях. Вчера мы обсуждали эффект Манделы, чёрные дыры и кроличьи норы, но сейчас меня заботят только стремительно намокающие кеды, а не тайны мироздания. Пара коротких перебежек, и вот я уже на автобусной остановке. Смотрю в телефон: если приложение не врёт, автобус приедет через семь минут. Если нет пробок, восемь минут на дорогу. Итого пятнадцать минут – и я буду в метро.

Мне нравятся неочевидные плюсы дождя: свежий воздух без пыли и небольшое количество прохожих. Чего не скажешь о ветре с каплями, летящими в лицо. Шевелю подмёрзшими пальцами и замечаю женщину неподалёку. Она не спешит укрыться под козырьком и, кажется, смотрит на меня – я оглядываюсь, но нет, никто не подошёл. На остановке нет других людей. Лёгкое раздражение от зуда, который бывает, когда тебя сверлят взглядом, не оставляет мне выбора и я начинаю изучать её в ответ.

Статная дама в сером плаще смотрится здесь инородно. Спина прямая, подбородок вздёрнут, холодный взгляд сканирует меня. От неё исходит сила. Ледяная аура уверенности, кажется, превращает капли в тонкие снежинки. Возможно, так оно и было.

Неожиданно глубокий, грудной голос прорезает стену дождя и обращается ко мне по имени.

– Академия Ашмор приносит извинения за задержку, – чеканя слова, перебивая шум ветра, произносит незнакомка. – Ваше приглашение... затерялось. Два года назад. Ошибка в отделе логистики.

Как заворожённая, я оказываюсь возле неё. Миг, и в моей руке конверт. Тяжёлый, шершавый, из плотной кремовой бумаги, увенчанный тёмно-синим сургучом. На печати тиснение в виде дракона на фоне огромного дерева. Потрясающая детализация, похожая на ручную работу.

Я вскрываю конверт на месте, пропуская автобус. Чернила плывут под дождём, но я вчитываюсь, проговаривая вслух: «...обладаете редким даром... зачисление... третий курс...»

Два года.

Вскидываю голову и ловлю капли ртом, закрыв глаза. Пока я зубрила нудную историю и подрабатывала в кофейне, смывая с рук запах корицы, моя настоящая жизнь пылилась в кармане нерадивого сказочного почтальона. Звучит как розыгрыш.

– Вы приедете? – спрашивает женщина. В её глазах мелькает что-то, похожее на жалость.

– Да, – отвечаю прежде, чем успеваю подумать. – Но…

– В конверте инструкция и билеты.

– Институт, – извиняющимся тоном перебиваю посланницу. – У меня пары.

– Я бы посоветовала вам ехать домой, милая. Вам нужно собраться, попрощаться с родителями. Придумать историю. – Она оглядывает меня и добавляет: – Хотя вы можете просто показать им билеты, они увидят то, что будет проще для их психики.

– Правда магия? – Волна счастья прокатывается, согревая меня от кончиков пальцев до носа, а губы сами расползаются в глупой улыбке.

Дама в сером неожиданно мягко улыбается и кивает, а я понимаю, что поверила и была согласна рвануть, едва увидела первые строки, даже если на девяносто процентов уверена, что это розыгрыш. Но не было ни операторов, ни подозрительных авто. Мы просто стоим вдвоём на остановке, я моргаю, а женщина исчезает в стене воды. И альтернативой моей трусости будет серая, осточертевшая мне уже к двадцати жизнь, промокшие кеды, ипотека и ещё пятьдесят таких же унылых лет.

***

Кажется, я не доеду до Ашмора. Ночь в поезде с неспящими соседями, варёные яйца и свисающие мужские ноги смешиваются в незабываемый аромат. «Надо было брать верхнюю полку в купе», – мелькает мысль, но путается с волнением и я пытаюсь отвлечься простым дорожным детективом в мягкой обложке.

В рюкзаке самое важное. Литровая бутылка оксида и тюбики краски... Я приучилась самостоятельно подкрашивать корни, чтоб это выглядело не хуже, чем салоне. Сменное бельё, пара джинс и кофт, платье. И старый mp3 плеер, который позволяет мне хотя бы немного бороться с чужими состояниями, заглушить их, переключаясь на музыку.

Затем – паром. Мой билет принимают, почти не взглянув. Оценивающе оглядев меня, мужчина, якобы проверявший билеты, только хмыкает в ответ на вопрос, сколько продлится плаванье. Именно здесь, на проржавевшей палубе, я начинаю осознавать, что мой «странный характер» не особенность личности, не череда случайностей, не следствие тяжёлого детства, а дар.

Эмпатия. Всю жизнь мне казалось, что я слишком тонкокожая. Красивое слово из популярной психологии в повседневной жизни больше походит на проклятье. Собственные эмоции вечно заглушаются чужими ощущениями. Ненависть, страсть, боль, радость. Чужая изжога или, как сейчас, морская болезнь... Если верить письму, я диагностированный случай, внесенный в категорию радиоприёмника без кнопки «выкл». И я должна была начать учиться ещё два года назад…

Через несколько часов после того, как паром отчалил от пристани, меня накрыло с головой. Тяжёлая волна, подтопившая борт, солёные брызги, качка и осязаемая, первобытная паника, исходящая от окружающих. Вот девушка в углу салона до смерти боится воды. Молодой парень в толстовке бормочет другу, смеётся сам над собой, мол, пересмотрел старых сказок, но панически переживает, что опоздает на церемонию зачисления. Ещё один будущий студент до смерти хочет в туалет, и у меня крутит живот. Морская болезнь бедолаги, который стоит на корме, подкатывает к горлу. И всё это – одновременно, в моём теле и голове. Наушники не спасают. Я нагибаюсь, вглядываясь в воду, и в этот момент ко мне подходит молодая темноволосая девушка. Она молча протягивает мне брошюру для первокурсников.

– «Основы магической системы академии Ашмор» – читаю я вслух, – составлено профессором Гольдбаумом, одобрено Учёным советом… Спасибо.

– Такое дают всем первокурсникам, – поясняет моя случайная спутница. – Ты свою забыла?

– Можно сказать и так. – Я киваю в знак благодарности и погружаюсь в изучение «Базовых стихий и редких даров». Мой определённо относится к последнему.

***

Спрыгнув на причал, я задираю голову. Тёмные башни академии тонут в густых облаках. Размер острова больше похож на искусственную насыпь – ощущение, что кроме открыточного замка и скудной поросли леса здесь ничего нет. Встречающих нет, но да они и не требуются: единственная дорога на этом клочке земли ведёт от причала к воротам. Я крепче перехватываю рюкзак на плече и, сливаясь с толпой, двигаюсь к замку.

Стоя во внутреннем дворе, кидаю взгляд на экран и понимаю, что нет сети. Изоляция от внешнего мира, любопытно. Ну, попытаемся понять, что происходит вокруг. Я впитываю окружающее меня пространство: чужие эмоции кружат, пропитывая меня насквозь. Вокруг бродят студенты, большинство уже знакомы друг с другом, новички-первокурсники сбились в кучки – какая не волшебная деталь в этом мире. Кто-то чересчур громко смеётся над общей шуткой, хотя от него фонит скукой и усталостью, другие чересчур громко обсуждают ректорат и экзамены. Жизнь бурлит, похоже, наша партия прибыла явно не в первый учебный день. Хмыкаю про себя: интересно, кто эти счастливчики, которые добирались со мной? Неужели логистика в магическом мире работает хуже обычной государственной почты?

Мои размышления прерывает девичий голос:

– Ты новенькая?

Девушка с картинки. Золотые волосы собраны в небрежный, но элегантный хвостик, зелёные глаза, дружелюбная улыбка. Фиолетовая мантия сидит идеально, на плече сумка с вышитым вручную дракончиком. Точь-в-точь как на конверте письма.

– Софи Эшфорд, – она подаёт мне руку. – Ты же наша потеряшка? На третий курс?

– Верно. Мари Ветрова, – я жму её сухую и тёплую ладонь. – Откуда ты...

– Земля слухами полнится, – Софи звонко смеётся. – А если серьёзно, то меня попросили тебя встретить и ввести в курс дела. Деканат не любит этим заниматься. Тебя определили в мою комнату, но при желании сможешь выбрать другую. Однако, – улыбка становится лукавой, – я бы не рекомендовала. Моя комната очень хороша.

– А почему ты живёшь одна, если комната так хороша? – Я не могу не улыбаться, глядя на её дружелюбное лицо. От девушки исходит спокойствие.

– Моя прошлая соседка... скажем так, не прошла испытание огнём. Да не волнуйся, – зелёные глаза искрятся весельем, – она просто подожгла собственную мантию на экзамене по элементарной магии в прошлом году и её перевели к стихийникам-боевикам. Идём.

Я следую за ней, прислушиваясь к своим ощущениям. От неё веет тишиной да гладью, никакого негатива и волнений. На фоне всеобщей суматохи это приятно. Меня охватывает неожиданная волна трепета и тепла – мои собственные эмоции.

Возможно, у меня появится друг, неожиданно понимаю я, следуя за золотистым хвостом. Мне наконец-то повезло. Моя жизнь действительно изменится?

Мой разум успел нарисовать тёмную, готичную, под стать замку, комнату, но реальность оказывается куда любопытнее воображения. Комната Софи больше похожа на сюрреалистическую иллюстрацию из старых молодёжных фильмов. Много белого и розового, огромная двуспальная кровать, тяжёлые портьеры, из-за которых выглядывают причудливые статуи. Я борюсь с желанием коснуться одной и проверить, не муляж ли. По размеру в скромной студенческой комнате могла бы поместиться квартира моих родителей. Пробегаю взглядом по стенам, вверх, к высокому потолку с изящной лепниной, по витражным окнам.

Замечаю в углу вторую кровать меньшего размера, но, несомненно, шикарную, под стать остальному убранству.

– Общежитие оказалось совсем не таким, как я его себе представляла.

– Ты сможешь поменять мебель на свой вкус, – отмечает Софи, заметив мой взгляд, – это не запрещено. Я здесь живу третий год. Академия мне как дом родной. Или даже роднее... Располагайся.

Перевожу взгляд с огромного шкафа на свой рюкзак.

– Мне бы хватило комода, – хмыкаю я.

– О, ты налегке? – девушка на секунду спешилась, но тут же на её лицо возвращается дружелюбная улыбка. – Ничего, закажем. Идём!

– Значит, сейчас будет экскурсия?

– Угадала!

Софи щебечет, вываливая на меня тонну информации, а я присматриваюсь. Широкие коридоры с высокими сводчатыми потолками и мягким магическим освещением. Тёплое янтарное свечение исходит из врезанных в стену кристаллов и современных светильников. Вдоль прохода хаотично стоят скамьи и диваны, словно собранные из разных эпох. На стенах тоже разнообразие – от гобеленов и картин до постеров с группами. Необычно, но уютно.

– Каждый привносит своё, если есть желание. Итак! Западное крыло, третий этаж, – комментирует Софи, проходя меня мимо дверей из зелёного дерева. – Вон там живут братья Гринвуд – близнецы, оба маги земли. У них лучшие вечеринки. Если услышишь грохот ночью, не пугайся, это они опять пытаются вырастить дерево прямо в комнате. А там – Вики.

Она указывает на дверь, из-под которой выбивалась тонкая струйка разноцветного дыма.

– Не уверена, что запомню…

– Маг воздуха, сейчас стажируется на ароматических иллюзиях. Чаще всего в её комнате пахнет чем-то приятным, но случаются провалы, – Софи игнорирует меня и продолжает рассказ. – Если подружитесь, сможешь заказать у неё аромат для комнаты. Милейшая девушка, но часто витает в облаках.

– Софи, – прерываю её. – Почему меня поселили с тобой? Я же только приехала.

– Ты думала, что пойдёшь на первый курс? – Она останавливается, слегка морща гладкий лоб. – Нет, ты что. Твоя специализация не подразумевает...ммм… усиленной подготовки. Ты же зачислена на третий курс? Конечно, если выяснится, что тебе слишком сложно справиться с программой, то это решение пересмотрят. И одна из причин, по которой тебя поселили со мной – я лучшая. Староста. Мне не составит труда подтянуть тебя, так что обращайся.

Мы возвращаемся в комнату Софи.

– Кстати, – девушка достаёт из кармана маленький ключ. – Добро пожаловать домой.

Спустя пару часов нас посетил куратор.

Короткий стук, и после разрешения войти на пороге появляется высокий худой мужчина. Лёгкая проседь и глубокие морщины на лбу контрастируют с молодым хищным лицом.

– Меня зовут профессор Маркус Грейвз. Я отвечаю за западное крыло и курирую базовые стихии третьего курса. Софи, ты ввела мадам... – Он шелестит ворохом бумаг. – В курс дела?

– Мари, – подсказывает Софи, – Ветрову. Конечно, профессор.

– Ваш щит, – Грейвз кидает мне серебряную цепочку с подвеской. – Наденьте. Амулет рекомендовано снимать только в специально оборудованных аудиториях для практических занятий и под присмотром преподавателя. Максимум – в душе. Если потеряете, обращайтесь ко мне, но я настоятельно рекомендую быть внимательнее. Хорошего вечера.

Соседка вздыхает:

– Не обращай внимания. Грейвз всегда такой. Но он прав насчёт щита.

Я разглядываю диковинный тонкий браслет и надеваю. Тот на мгновение нагрелся и и тут же стал практически невесомым.

– Расскажешь, что это?

– Сдерживающий щит, – Софи демонстрирует золотой кулон на шее, – это мой. Обязательный атрибут для всех студентов Ашмора. Блокирует непроизвольные выбросы магии, которые могут навредить окружающим или самому носителю. Для тебя он особенно важен, поэтому не теряй. Говорят, эмпатам бывает сложнее других. Магия, она... вносит свои коррективы в характер и в эмоции, понимаешь?

Я прислушиваюсь к себе. И правда, бесконечные щупальца чужих эмоций ослабли. Не исчезли совсем, но мне стало спокойно, словно меня накрыли тяжёлым ватным одеялом.

– Кажется, да. Софи, я эмпат, а ты?

– У меня всё сложно.– Уклончиво отвечает девушка. – Я развиваю несколько направлений, но моё любимое это призыв духов, элементалистика. Это направление непрерывно связано с основными стихиями. Моно-маги вроде тебя встречаются редко. Но, возможно, твои дары просто дремлют. А при необходимости их можно пробудить, но сейчас не думай об этом.

Я касаюсь амулета на запястье. Интересно будет узнать, каково это – жить с отфильтрованным миром.

Глава 2. Пиромантия и предчувствия

Первое пробуждение в Академии накрыло меня тревожным предчувствием. Я провалюсь, они поймут, что я просто истеричка, а не маг.

Сказалась вбитая родителями привычка: в раннем детстве подъём в шесть утра по будням и в семь по выходным казался каторгой, а к десяти годам превратился в крепкое правило. Мне стало нравиться, сколько свободного времени освобождается, когда рано просыпаешься. Софи ещё спит, свернувшись клубочком. Когда тонкий солнечный луч скользит по её лицу, она морщится и прячется под одеяло, переворачиваясь на другой бок. Рядом с её тумбочкой раздаётся мягкое пульсирующее свечение. На автомате беру телефон, поскроллить ленту и понимаю, что вчера так и не поинтересовалась, где его зарядить. В комнате не видно ни одной розетки, а будить соседку кажется кощунством. Остаётся только лежать и смотреть в потолок, пытаясь убедить себя, что я не самозванка. В конце концов, это они меня нашли и вручили письмо, значит, это они меня искали, а не я сюда просилась. Значит, я ни в чём не виновата и это точно не моя ошибка. Пытаясь отвлечься от подкатывающей паники, переключаюсь на чужие ощущения и понимаю, что не чувствую ничего постороннего, и это было странно. Для меня куда привычнее состояние, в котором мои эмоции таятся на глубине, задушенные чужими метаниями и всплесками чувств.

Не знаю, сколько прошло времени, но свет уже проник даже в самые тёмные углы комнаты, когда дверь внезапно распахнулась. Символический стук, отсутствие паузы, и в комнату вваливаются двое.

Первым идёт светловолосый парень с взлохмаченной шевелюрой и маленькими круглыми очками на кончике носа. Он что-то договаривает на ходу, обращаясь ко второму вошедшему:

– ... и я сказал ему, что это глупость и анахронизм, крылья летучей мыши не являются рекомендованным ингредиентом для успокаивающего отвара, ни к чему мучить бедных зверей, а он...

Он осекается и замирает, глядя на меня.

Второй юноша, по виду настоящий карикатурный мальчишка, рыжий, конопатый, с каре-зелёными, как у бродячего кота, глазами, ловит его взгляд и тоже останавливается.

Повисшая пауза затягивается. Я натягиваю одеяло до подбородка, и смотрю на часы. Очень любопытно, что делает пара незнакомых парней в моей (ну, почти моей) спальне в семь утра.

– О как, – произносит светловолосый. – Всё-таки существуешь. Привет.

– Доброе утро, – бурчу я. – Похоже, вы ошиблись дверью.

– Нет, мы ошиблись, когда спорили, – рыжий широко улыбнулся. – Софи говорила, что к ней подселят новенькую, но мы решили, что это проверка… Или шутка.

– Или такой предлог. – Улыбается блондин. – Ну, знаешь, в стиле «у меня теперь соседка, так что вы, парни, сюда больше не вламывайтесь, я хочу тишины».

Софи зашевелилась в кровати.

– Вы опять без стука, – бормочет она, не открывая глаз. Голос сонный, но точно не удивлённый. – Я же говорила, что у меня теперь соседка. Кофе принесли?

– Мы думали, ты шутишь, – хором ответили парни.

Рыжий смущённо смотрит на меня, и подаёт девушке термостакан.

– Извини, не подумал взять на тебя.

Я мотаю головой, отмахиваясь.

Софи наконец садится в кровати, поправляя растрёпанные локоны и смотрит на меня с виноватой улыбкой.

– Познакомься. Это мои друзья. Они иногда забывают о правилах приличия и пропускают мимо ушей то, что я говорю, но сегодня перешли все границы.

– Для друзей Мари, – я выдавливаю подобие доброжелательности.

Светловолосый протискивается мимо рыжего, отвешивая шутовской полупоклон.

– Артур, – представляется он. – Защитные чары, артефакторика и немного прорицание... Кажется, ты была в моих видениях.

– Я Лукас. – Парень с кошачьими глазами толкает, сдвигая, Артура плечом. – Маг Воздуха и самая большая любовь этой девушки, – кивок в сторону Софи сопровождается её громким, нарочитым стоном.

Я перевожу взгляд с одного на другого и пытаюсь уложить в голове, почему эти двое чувствуют себя здесь как дома. Один из них и правда парень Софи? Тем временем Артур усаживается на массивный подоконник, а Лукас на стул, демонстративно закинув ногу на ногу. Их трёп и бесцеремонность определённо меня утомляют.

– Они в курсе про твоё письмо, – негромко произносит Софи, подойдя ко мне. – Эти двое... их не нужно бояться. Они особо не сплетничают. Большинство думает, что ты студентка по обмену.

– Письмо опоздало на два года, верно? – спрашивает Лукас и добавляет деловитым тоном. – Это странно. У нас некоторые отсеиваются прям на первом курсе. Но если тебя взяли сразу на третий, значит, есть потенциал.

– Или кто-то очень хочет, чтобы ты была здесь, под неусыпным контролем... – добавляет Артур и тут же поднял руки, заметив взгляд Софи. – Шутка! Шутка. Мрачный юмор. Привыкай.

– Привыкну, – я невольно улыбаюсь, глядя на него. – Кстати, забыла вчера спросить, где можно зарядить телефон? Возможно, тут специальные магические розетки или… Что-то в этом роде?

Ответом мне стал взрыв хохота.

– Забудь, – просмеявшись, снисходительно замечает блондин, – на время пребывания в Ашморе это красивый маленький кирпич. Если хочешь, можно организовать заряд, но...

– Тебе будет, чем заняться, поверь. – Добавляет Софи. – Раз уж вы всё равно здесь, давайте хотя бы позавтракаем. Я не успела вчера показать Мари нашу столовую.

– О, это обязательно, – Лукас поднялся. – Святая святых! Место, где еда магическим образом становится резиновой ровно через пятнадцать минут после подачи. Не упусти момент.

– Он слишком избалован, – блондин обращается ко мне громким шёпотом, и добавляет: – Рад знакомству.

– Взаимно, – искренне отвечаю я ослепительному парню, изучая его. Безусловно, Артур красив, как герой молодёжного сериала, играющий капитана футбольной команды. Только странные очки с мутноватыми стёклами ломают этот образ. – Но, думаю, сегодня я пропущу завтрак, если вы не против. А теперь кыш. Мне нужно собраться.

***

Оставшись наедине с собой я поняла, что не имею ни малейшего представления, в какую группу меня зачислили и где мне можно посмотреть номера кабинетов. Список, который мне передала вчера Софи, был написан изящным тонким почерком, но совершенно ничего не объяснял. Остаток утра я провела в попытках расшифровать его и сопоставить, из какой аудитории на какой этаж бежать. Голова загудела, а голодный желудок начал давать о себе знать. Кажется, я не ела со вчерашнего дня, если протеиновый батончик вообще можно считать приёмом пищи.

Смотрю на часы и понимаю, что время близится к одиннадцати. Значит, завтрак уже закончился, а до обеда ещё далеко. Видимо, Софи и её друзья решили идти сразу на лекции.

Нужно спуститься в холл. Там всегда есть расписание или тот, кто поможет сориентироваться. На этой мысли живот предательски заурчал, и я поняла, что меня спасёт кофе или чай. Софи упомянула, что студентам разрешено заходить на кухню в любое время. В ноздри врезается острый запах стресса. Волосы липнут к лицу, а аромат... К своему ужасу я поняла, что вспотела. Меня охватывает паника, ведь из-за утренних гостей я совсем забыла про душ. Нет, не хватало ещё встретить кого-нибудь из преподавателей в таком виде. Позор.

Я закрываю комнату изнутри, чтобы инцидент с вторжением не повторился, достаю чистые вещи и включаю воду, когда взгляд падает на запястье. Тонкий серебряный браслет. Щит.... Мне становится не по себе – что, если я его уроню в слив? Потеряю на второй же день? Прослыву идиоткой? Идти к Грейвзу или просить о помощи Софи раньше, чем я приступила к учёбе, в мои планы не входит. Недолго думая, я стягиваю амулет.

Тёплая вода смывает запахи вместе с тревогой, ароматные баночки помогают расслабиться и почувствовать себя свежей. И почему меня накрыло такое беспокойство?

– Походи, осмотрись, сейчас тебе важна адаптация.

Сегодня мой первый ознакомительный день, никто не ждёт от меня присутствия на лекциях, вчера Софи ясно дала мне это понять.

Выдохнув, я натягиваю платье-рубашку и отправляюсь на поиск столовой. Удивительно, но по общим рассказам своей соседки, занятая нехитрыми мыслями я легко нашла требуемое пространство. С другой стороны, не найти центральный зал размером со школьный стадион было бы сложно даже для меня. Пустые столы, яркий солнечный свет и несколько окошек раздачи.

Приветливая женщина, крупная и ворчливая, кивает мне на небольшую дверь:

– Разберёшься там?

– До двадцати как-то справлялась, – отвечаю я. – Спасибо.

Кухня, в отличие от огромной столовой, оказалась маленькой и почти домашней. Плита, медные кастрюли на крючках, пучки сушёных трав под потолком и узкое окно в углу, через которое пробивается золотой свет.

А у окна фигура.

Высокий, широкоплечий парень в рубашке с закатанными рукавами стоит спиной ко мне, а от него исходит волна жара, что пространство между нами начинает дрожать.

Я замираю, осознав: щит на тумбочке. Всё моё нутро взвыло от целой гаммы чувств, исходящих от парня.

– Если ты пришла за кофе, то он закончился, – бросил он, оборачиваясь. Приятный хрипловатый голос. Бас-баритон, проносится в голове. Таким тембром обладают почти все музыкальные исполнители, любовь к которым я пронесла с подросткового возраста. Мне всегда нравилась музыка из прошлого. Ник Кейв, Том Уэйтс, Крис Ри…

– Я пришла за чаем, – отвечаю я, изучая силуэт. Мужчина стоит так, что из-за солнечного ореола невозможно рассмотреть черт лица. Только руки в тени.

– Чёрный, зелёный? – Юноша двигается мне навстречу.

– Зелёный…

– Это здесь. – Он тянется, открывая шкаф, и, помедлив пару секунд, достаёт тяжёлую стеклянную банку.

Шаг навстречу, и дистанция сокращена почти до неприличия. Тёмные, почти обсидиановые глаза впиваются, изучая, в моё лицо. Мужчина оказывается старше, чем мне показалось. Он протягивает банку, задевая кончики моих пальцев, и тут же отдёргивает.

Вспышка.

Больше, чем прикосновение. Электрический разряд, смешанный с чистым пламенем. Резкий запах паленого заставляет меня попятиться назад. Кончик пряди волос, попавшей под его руку, скручивается в чёрный, обугленный завиток.

– Чёрт, – шипит он.

Я хочу сказать, что ничего страшного не произошло, но моя эмпатия начинает захлёбываться в и без того ярких эмоциях мужчины: ярость, любопытство, странный, болезненный интерес и что-то неуловимо тёмное, пульсирующее под кожей.

– Ты почему без щита? – резко спрашивает он. – Новенькая. Первый курс обязан носить базовую защиту. Хочешь, чтобы тебя случайно испепелили в первый же день?

– Я… Я не с первого курса, я на третьем. – Я вскидываю подбородок и смотрю в ответ. Сняла его буквально на пять минут, думала, что никого здесь не встречу.

– Думала, – повторяет он с кривой усмешкой. Его лицо на мгновение смягчается, а в глубине зрачков виднеется нотка вины. – Иди, заваривай свой чай.

– Мари, ты здесь? – В дверях появилась Софи. – Я подумала, что ты наверняка проголодалась, когда не нашла тебя в комнате… Дэвид! Вы уже познакомились?

Она подходит ко мне и сочувственно касается пострадавшей пряди.

– Нет, – мотаю головой. – Это случайность. Я только пришла.

– Это мой брат. Дэвид у нас одаренный пиромант, не обижайся на него. Он иногда теряет контроль при виде новых студенток. – Девушка игриво пихает его в бок.

Дэвид не смотрит на сестру. Его тяжёлый взгляд прикован ко мне.

– Извини, – коротко бросает он и выходит.

Софи воодушевлённо рассказывает о том, как восстановить волосы с помощью эликсира, но я её почти не слышу. Мои пальцы всё ещё покалывает от этого мимолётного контакта. Рассеянно тереблю подгоревшую прядь.

Дэвид сказал «извини», и даже выглядел виноватым, но всё моё нутро кричит о другом. Он не жалел о том, что обжёг меня. Почему-то он был в ужасе и недоумении от того, что встретил меня… От того, что я оказалась здесь. Так мне показалось. Какие-то глупости. Прислушиваюсь к соседке и понимаю, что не могу уловить никаких эмоций за её трёпом. От девушки, которая так мило меня утешает, исходит глухой, мёртвый вакуум.