Текст книги "Северный ветер (СИ)"

Автор книги: Ярослав Кожедуб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 4

Граница была заметна издалека – узкая полоса, разграничивающая мёртвый лабиринт серых скал и… ещё более мёртвый лабиринт. Лишь увидев воздействие Небесной Пустоты, мы поняли, что до этого бежали по весьма приятной и жизнеутверждающей местности. Нет, серьёзно. Даже самые извращённые формы жизни, вроде тех, что мы видели в Тоскливых Холмах, не могли существовать без Ци – неважно, окрашенной в стихии, или нейтральной. Оттого холодная безжизненность скал в Пустоте была возведена в абсолют: ни редких травинок между камнями, ни муравьишек с мошкарой, ни даже разноцветных пятен лишайников, хоть немного скрашивающих унылость окружающих пейзажей.

Ни-че-го.

Скалы побольше, камни поменьше, совсем мелкая каменная крошка. Даже почвы не было – лишь мелкая и липкая пыль, взметающаяся облаками от неосторожных движений.

– Какое отвратительное ощущение, – Диомеда, перепрыгнув на очередной камень, скривилась так, словно её вот-вот стошнит. Впрочем, я её прекрасно понимал – чем глубже мы заходили, тем хуже становилось неописуемо отвратительное чувство потери самого дорогого. Словно из тебя медленно пытаются высосать даже не жизнь, а что-то более ценное и глубокое…

– Зато интуиция перестала вопить, как резаная, – ответил я. – Чую, мы разминулись с погоней буквально на волосок. Скорее всего, они почти сразу поняли, куда мы двигаемся, но до конца надеялись, что мы берём их на понт и на самом деле двинемся вдоль границы.

– Ещё бы… кха… – напарница потёрла грудь, тяжело закашлявшись. – Какой дурак будет добровольно вглубь Пустоты идти?

Я и сам уже тяжело дышал, покрывшись испариной – мы словно вернулись в давние времена до Перерождения и даже до высоких ступеней Закалки. В те времена, когда такой вот кросс по пересечённой местности действительно мог нас измотать. Отвратительное чувство само по себе, но в комбинации с потерей Ци – особенно.

Мало того, что усталость копилась на порядки быстрее, чем обычно, так мы ещё и двигались как черепахи, потому как техниками пользоваться было невозможно – Ци в даньтянях и внутри каналов была самой легкодоступной пищей для окружающей аномалии, и эту энергию она высосала в первую очередь.

– Мы это обсуждали, – просипел я, краем глаза наблюдая, как с кончика носа падает капля пота. – Вдоль… границы бежать слишком опасно и долго. Да, из-за того, что мы направились вглубь, действие Пустоты… сильнее… но зато мы уже скоро… выберемся на побережье. Там рельеф… должен… быть получше, и мы сможем ускориться… фух… твою мать…

Диомеда ничего не ответила – решила поберечь дыхание. Однако спустя пару минут не выдержала и простонала:

– Ещё минус процент…

– Сколько осталось? – отозвался я, на автомате проверяя собственный интерфейс.

Закалка тела: Платина (пройдено до Алмаза: 13%)

Учитывая, что на входе было шестнадцать – сухие цифры чуть ли не слезу вышибали. Полгода работы насмарку. И это ещё не конец…

– Тридцать пять, – пробурчала Ди. – Но скорость увеличивается.

– Держимся, – я вскарабкался на очередной подъем и радостно выдохнул. – Почти на месте, вижу море!

Спустя ещё полчаса (и минус процент пути до Алмаза), мы, хрипя, как загнанные кони, выскочили на песчаный берег и повернув на север, двинулись вдоль режущей глаз своей яркостью лазурной глади. Правда, наш изначальный план с резким ускорением полетел ко всем чертям: из-за откровенно хренового самочувствия мы и предыдущий темп держали кое-как, даже с учётом более удобной дороги. Впрочем, сейчас главное, что мы, пусть и не по прямой, но начали удаляться от эпицентра и скорость потери Ци помаленьку должна была начать падать.

Дальнейшая дорога частично выпала у нас обоих из памяти – мир сузился до одной-единственной мысли: «как бы не упасть». Мы просто бежали, переходили на шаг, чтобы хоть немного отдышаться, после чего бежали вновь. Перед глазами всё плыло, ноги заплетались, лёгкие горели адским огнём, но мы не могли позволить себе ни единой лишней минуты в этом проклятом месте.

В в кои-то веки мы с Ди оказались наравне в плане физических кондиций – мои более высокие характеристики с лихвой компенсировались более высокой скоростью истечения Ци (и, соответственно, более хреновым состоянием, связанным с этим неестественным процессом). Пожалуй, девушка даже держалась чуть лучше. По крайней мере, когда спустя неизвестный промежуток времени мы вновь перешли на быстрый шаг, у неё нашлись силы на лишние вопросы:

– А у нас не слишком очевидный маршрут? – прохрипела Диомеда пересохшим горлом и закашлялась.

Наш общий косяк – не подумали, что так быстро начнём страдать от жажды. Увы, вся вода была в браслетах, а их трогать мы не рисковали – пусть, согласно немногочисленным свидетелям, не сильно фонящие артефакты вроде тех же браслетов спокойно могут держаться внутри Пустоты до суток, но любые манипуляции с браслетами как раз-таки превращали «не сильно фонящие» артефакты в «неплохо-таки фонящие». Может, от одного раза ничего бы и не случилось – запас в сутки это весьма неплохой запас… но, во-первых, «до суток» – это довольно абстрактная величина, зависящая от десятков параметров, а конкретных измерений никто не проводил. А во-вторых, артефакт артефакту рознь: даже среди класса пространственных браслетов можно найти десятки и сотни вариаций, и какой срок выдержат конкретно наши модели – неизвестно.

– Поздно спохватилась, – немного отдышавшись, ответил я. – Но… отвечая на твой вопрос – нет, не слишком. Один из возможных, да, но не самый очевидный. Я могу навскидку выдать штук пять более оптимальных маршрутов – как ты могла заметить, скалы слева уже почти сошли на нет, и там сейчас вполне комфортная для бега каменистая равнина. Мы уже давно могли вернуться на неё, чтобы выбежать из Небесной Пустоты более прямым путём и гораздо быстрее. Любой разумный адепт так и поступил бы, решив, что достаточно оторвался.

– Эдри… – угрожающе просипела Диомеда. – Ты…

– Я тоже разумный адепт, но ещё и немного параноик, – перебил я её, очаровательно улыбнувшись. Зная Диомеду, продолжение фразы ожидалось максимально нецензурное. – Извини, что не предупредил. Но мы всё равно уже почти выбрались. Чувствуешь, как это отвратительное сосущее чувство ослабевает?

Девушка, нахмурив брови, наклонила голову, прислушиваясь к себе и, наконец, неохотно кивнула. Я же тем временем заглянул в интерфейс… и тут же поплатился – Диомеда, замедлив шаг, воспользовалась моей отвлеченностью и отвесила мне мощный пинок под зад. Возмущённо вскинувшись, я повернул голову, встретившись с непоколебимо уверенным в собственной правоте взглядом напарницы.

– Довольна? – поджав губы и потирая копчик, поинтересовался я.

– Частично, – кивнула Ди. – Не думай, что я удовлетворюсь только этим. Это я так, немного пар выпустила. Сколько лишних процентов Закалки мы потеряли из-за твоей паранойи? Сколько времени займёт их возвращение?

– Не думаю, что больше процента-двух, если сравнивать с самым оптимальным вариантом, – парировал я. – Но если бы мы решили сократить путь, то в окрестностях рядом с выходом нас вполне мог поджидать скучающий Обладатель. И вообще – я потерял куда больше, так что кто тут ещё должен жаловаться?

Напарница гневно засопела, но смолчала: крыть было нечем. Демонстративно отвернувшись, она уставилась на равнину, мёртвую вблизи, но начинающую робко зеленеть где-то далеко на горизонте. Последнее лучше всяких ощущений говорило, что мы почти вырвались из Пустоты.

По опыту предыдущих размолвок я уже прикинул, что обиженная девушка будет молчать минут десять – Диомеда пусть и любила обижаться, но, подобно своей любимой стихии, остывала так же быстро, как вспыхивала. Десять минут это даже с запасом, с учётом того, что нам сейчас не совсем до разговоров: самочувствие хоть и улучшилось, но дыхание всё ещё не выровнялось до конца, внутри то и дело что-то клокотало, как кипящий на костре чайник. Однако, вопреки всем моим расчётам, Ди внезапно нарушила молчание буквально спустя минуту:

– На горизонте что-то странное. На два пальца левее во-о-он той скалы. Кажется… чей-то лагерь?

Я резко дёрнул головой, проследив взглядом за рукой Диомеды. И правда. Что-то округлое, темнеющее на фоне блеклой зелени вдали… я на мгновение остановился и прищурился, приложив руку козырьком ко лбу. Да, это определённо шатёр. А две крохотных точки на его фоне – явно его обитатели. Кажется, я даже отблески костра заметил – как ни крути, но зрение у меня было поострее, чем у напарницы. Жаль, что мы ещё не вышли из области Пустоты до конца – технику Дальнего Взгляда не применить.

Короткими, рублёными фразами сообщив о своих наблюдениях Диомеде, я, подумав мгновение, добавил:

– Сильно сомневаюсь, что это за нами – хенкрийцы, даже если бы успели выставить посты по границе Пустоты, навряд ли стали бы так нагло себя демаскировать. Опять же, наши силы они представляют – и два адепта для нас как-то маловато.

– Сколько самомнения, – ехидно фыркнула Ди. – В нашем текущем состоянии нас побьёт клюкой даже хромая старушка.

– Мы уже начали восстанавливаться. К моменту встречи будем уже более-менее в форме.

– Но даньтяни-то пустые.

– Это не помешает нам забрать с собой как минимум одного – меч и копьё всегда при нас. А если они слабаки – то и второго прихватим.

– Слабаки бы нас не опередили так сильно.

– Аргумент, – поразмыслив, кивнул я. – В любом случае, сильно сомневаюсь, что это ребята из Хенкри. Но курс на всякий случай лучше сменить – иначе мы слишком близко к ним пройдём.

– А смысл? – беззаботно хмыкнула Ди. – Мы всё равно тут везде как на ладони – если они ещё нас не заметили, то заметят через пару минут. Захотят – выдвинутся навстречу.

– Вот и пускай выдвигаются. Зато выиграем немного времени на восстановление.

* * *

– Двенадцать процентов! Двенадцать! – стенал за моей спиной непривычно унылым голосом призрак Диомеды. – За сколько? Час пути? Два? Что это за место проклятое!

Я лишь тяжело вздохнул. Мне тоже было до зубовного скрежета жаль потерянные семь процентов пути до Алмаза. Без долгих медитаций в мощных Очагах или очередной найденной грядки с Пустырником Генуа, я буду восстанавливать потерянное не меньше, чем пару лет. И всё это время нужно продолжать тратиться на эликсиры, повышающие восприимчивость тела Заклинателя к Закалке. Впрочем, ладно тратиться: не так уж и дорого они стоят, очень популярная позиция на рынке. Но их ведь ещё и пить надо. А на вкус и даже текстуру они все, как на подбор, отвратительные – в диапазоне от «скисшая манная каша с комочками» до «спиртовой раствор из начавшего разлагаться мёртвого слизня». Выбирай – не хочу.

Выбравшись из Пустоты и подбив итоговые потери, мы немного отошли от границы и уселись восстанавливать запасы. Приглядывая вполглаза за округой, разумеется. Так что двинувшихся в нашу сторону людей из лагеря, который мы таки обошли стороной, мы заметили почти сразу. Но двигались те пусть и быстро, но без явной торопливости, и я воспринял это как добрый знак – по сути, нам дают возможность восстановиться, а значит, нападать не планируют.

Ну, или они уверены в себе без всякой меры.

Поэтому, наспех восстановив Ци где-то до половины запасов (с равными адептами на один бой хватит, а если там вдруг условный Обладатель – ему наши потуги хоть так, хоть эдак будут по барабану, бочке, джембе и там-таму), мы спокойно встали и направились навстречу неизвестным. Хотя, если быть точным – спокойным, пусть и только внешне, был лишь я. Диомеда была в раздрае, унынии и меланхолии и ни капли этого не скрывала. Я же, помимо общего недовольства сложившейся ситуацией (мягко говоря), мучился после Пустоты пульсирующей головной болью, смахивающей на похмелье. Базовыми лечебными техниками на ходу она сниматься не желала, а времени на то, чтобы копаться в записях и искать что-то более специализированное (и уж тем более – составлять что-то подобное на ходу) попросту не было. Учитывая всё это, неудивительно, что однообразные жалобы Диомеды вскоре меня начали подбешивать. Повернув голову, я прошипел сквозь зубы:

– Возьми себя в руки, женщина. Вспомни, кто ты, вспомни, через что успела пройти, и прекрати вести себя, как избалованный ребёнок.

Диомеда подавилась на полуслове и я невольно передёрнул плечами, почуяв, как её взгляд нехорошо сверлит мне спину между лопаток. В пикировку напарница вступать не стала, но чую, мои неосторожные слова мне ещё отзовутся. Потом. Я устало потёр пальцами пульсирующие болью виски и с некоторой тоской подумал, что иногда одному всё-таки куда проще. Проще бежать, проще прятаться, проще избегать конфликтов… пусть это и не самое достойное поведение. Это не значит, что я действительно хотел бы путешествовать в одиночку. И уж тем более это не значит, что Ди большую часть времени бесполезна или вредна – вовсе нет. Даже без учёта наших отношений и её боевой силы, мы очень хорошо друг друга дополняем и обоюдно закрываем слабые стороны друг друга – от набора Стихий до черт характера или того же Сродства с Системой.

И всё же в редкие моменты слабости на поверхность сознания всплывает… всякое.

Встряхнувшись, я ещё раз использовал общеукрепляющую технику Жизни, заставив боль в голове отступить на пару мгновений, после чего, не поворачиваясь, сказал:

– Извини. Сорвался. Самочувствие просто отвратное…

– Всё нормально, – устало отозвалась Диомеда и парой шагов догнала меня, зашагав сбоку. – Забыли.

– Как-то слишком просто, – покосился я на неё с толикой удивления.

– Временно забыли, – поправилась Ди и криво улыбнулась. – Вдруг нам сейчас сложные переговоры предстоят? Не время для распрей.

– Мне проще их лесом послать, чем какие-то серьёзные переговоры устраивать. По крайней мере, пока голова не пройдёт, – я зевнул и вновь поморщился от стрельнувшей боли, всматриваясь в уже хорошо различимые фигурки примерно в километре от нас. Покачал головой. – Ммм… ну пока они выглядят безобидно. Молоденькая девица твоего возраста, дед, из которого песок сыпется, и какой-то… зверь?

– Дед может оказаться Обладателем, а девица – аристократкой вроде меня, так что не стоит недооценивать их заранее.

– Какова вероятность? – пожал я плечами.

– Не знаю, – отзеркалила мой жест Диомеда и в её голосе проскользнуло ехидство. – Это же ты у нас Познание практически до Стали добил – вот и скажи, что оно тебе там шепчет.

Я демонстративно пропустил шпильку мимо ушей, в очередной раз прислушавшись к внутреннему голосу. Увы, тот упорно молчал. Далековато до цели. Всё же Познание – не какая-то сказочная магия, выгружающая информацию напрямую из условной ноосферы. Нет, это вполне рутинный, пусть и не слишком часто встречающийся навык, имеющий множество ограничений. Большая часть его работы – это всего лишь подсознательно собранные мельчайшие детали, так же подсознательно обработанные, и получившиеся вердикты, выданные «наверх». Некий аналог прокачанной интуиции, по сути. Хотя на высоких уровнях навыка мои выводы о работе Познания уже начинали сбоить – может, там и правда подключалось что-то вроде информационного поля?

Например, когда давным-давно Лэнс вычислил моё низкое Сродство с Системой в толпе – как? Это не Возвышение, которое влияет на тело напрямую, и которое можно оценить по телосложению, микродвижениям, энергетическому фону… даже по запаху. Собственно, поэтому оценка Возвышения – чуть ли не самая базовая вещь, которую позволяет Познание Мира даже на низких рангах. Куча информации, на которую можно опереться, куча статистики, собираемой в течение жизни, и относительная простота самой оценки. А вот со Сродством… непонятно.

Мне в бок внезапно ткнулся острый локоток Диомеды. Осоловело моргнув, я осознал, что слишком погрузился в размышления и мы уже почти вплотную подошли к неизвестным.

Девушка вблизи оказалась даже младше меня с Диомедой – ещё совсем подросток, лет пятнадцать, не больше. В плане развития она не то чтобы прям блистала – Мраморная Закалка, да и энергетика довольно слабенькая. Уж это моё Познание определяло с первого взгляда. В её возрасте – неплохой, но не выдающийся результат.

Зато гонора, судя по виду – ого-го сколько. Тонны презрения и пренебрежения во взгляде считывались без всякого Познания: я краем глаза заметил, как Диомеда опасно прищурилась. Не знаю, с чем это было связано, но это усугублялось (а может, оно из этого и росло) крайне эффектной внешностью – на лицо девчушка была буквально ангелом, и тем сильнее был контраст. Точнее, она пыталась спрятать свои эмоции, но с нашим восприятием это считывалось просто мгновенно.

У ног девицы крутилось странное создание – на Э Хор Омане я подобных зверей не встречал, но больше всего это нечто походило на гибрид опоссума с крабом. Десять ног (две передние немного выделялись формой и большим размером когтей на трёх пальцах), длинное, но немного приплюснутое тело, покрытое жёсткой красной шерстью, голый розовый хвост… и довольно милая мордочка – вытянутая, покрытая пятнами более светлой, почти белой шерсти, с круглыми ушами на макушке. Это странное создание (я тут же мысленно окрестил его крабоссумом) наматывало круги вокруг девушки, то и дело подпрыгивая и игриво бодая её под колени.

Ну и, разумеется, дедок. Седой, как лунь, но крепкий – мышцы так и бугрились под плотной кожаной безрукавкой. Лёгкая безуминка в блеклых, непонятного цвета глазах слегка навыкате. Неопрятная длинная причёска: белые волнистые пряди лежали в полном беспорядке, растрёпанные и распушённые ветром; и такая же платиновая растрёпанная борода, стриженная явно давно, наспех и без особого энтузиазма – лишь бы не мешалась, а на красоту побоку. По силе – Заклинатель Третьего Шага с довольно качественным фундаментом. Противник для нас просто отвратительный. По характеристикам, даже с учётом их падения от преклонных лет, он превосходит даже меня, не то что Диомеду. По опыту – тем более обходит нас обоих вместе взятых в разы, если не на порядки. Сколько ему лет? Двести? Триста? Радовало лишь то, что никакой враждебности от дедка не ощущалось – скорее смесь каких-то непонятных эмоций, где на первых местах был лютый интерес и… радость?

Когда мы сблизились достаточно, я не успел даже рот открыть для приветствия – дедок буквально заорал, размахивая руками:

– Вы! Вы! Вы пришли из Пустоты!

Мы с Диомедой переглянулись с лёгким недоумением.

– Да, мы…

– Сколько? – тут же перебил нас дед, подскочив ближе и жадно осматривая нас обоих. И с такого расстояния лёгкая безуминка в его глазах начинала казаться не такой уж лёгкой. – Сколько вы там пробыли? Как глубоко зашли? Вот, держите, вот! Скорее, пока ваше тело не восстановилось полностью!

Всунув мне в руки каменный диск, дедок пристально уставился на центральную часть, где на огромной скорости начали мелькать какие-то символы. Диагностический артефакт, судя по всему, просто непривычного вида – у эрайнов-то куда больше распространены прямоугольные пластинки.

– Послушайте… – я попытался вернуть неизвестную штуковину (мало ли что она там проверяет?), но дедок мёртвой хваткой стиснул мои руки, удерживая в них артефакт. Вот же сволочь.

– Из рук не выпускать! – рявкнул тот, дёргая головой и не отрывая глаз от диска. – Все результаты собьются!

– Хотя бы объя…

Закончить я не успел – дедок, до этого насильно удерживавший диск в моих руках, резко отпустил мои руки и буквально вырвал артефакт из моих ладоней, потеряв весь интерес. После чего… бросился к Диомеде. Та даже дёрнуться не успела – разрыв в характеристиках был ещё выше, так что спустя мгновение она просто осознала себя в той же конфигурации, что и я: с диском в руках и мёртвой хваткой крепких морщинистых рук поверх.

– Эй!

Дедок даже не удостоил возглас Диомеды ответом. Та же, пару раз дёрнувшись и ощутив превосходящую силу собеседника, затихла и резко успокоилась.

В конце концов, какой смысл возражать урагану? Либо жди и надейся, что он пройдёт мимо или затихнет, либо убегай, если можешь. Убежать мы не могли – этот ураган в человеческом обличии всё равно двинется за нами.

Оставалось лишь терпеть и ждать.

Глава 5

2 день путешествия

Известность на Хор Ардане: крохотная

Текущая сила: едва заметная

Отношения с основными игроками:

Хенкри – чёрный список

Имя у безумного дедка оказалось простеньким – Муч. Ни фамилии, ни прозвища, ни титула. Хотя что-то мне подсказывало, что прозвище навроде «Муч Сумасшедший» или «Муч Юродивый» у него всё же имелось. Просто никто не рисковал так звать его в лицо.

Почему не рисковали? Ну, помимо банальной силы и мстительного характера, Муч был достаточно влиятельным человеком – старый, опытный адепт, с небольшим, но крепким кланом за спиной. Такого оскорблять чревато.

Вообще, клан Кэтто основал сын Муча, и он же им бессменно управлял последние лет сто. Муч же там был кем-то вроде свободного старейшины – по силе и влиянию он там был в первых рядах, но при этом в дела клана особо не лез, да и вообще жизнью родни интересовался постольку-поскольку.

Всё потому, что он был… энтузиастом, скажем так. Раз в десяток лет старик ловил гиперфиксацию на какой-то идее, после чего начинал крайне усиленно эту идею разрабатывать: выбрасывая ради этого огромные суммы денег, жертвуя сном и личной жизнью, прилагая недюжинные усилия… пока в какой-то момент не терял к ней интерес и не начинал присматриваться к чему-то новому. Чего только не было в списке увлечений Муча за последние десятилетия: боевые искусства, разработка редких разделов техник, история, религия, археология, артефакторика… писательство. Услышав пару его псевдонимов, я с удивлением узнал, что даже знаком с некоторыми его произведениями. Но оно и неудивительно – во время очередного периода одержимости Муч накатал почти четыре десятка книг, скинув все получившиеся рукописи своему небольшому клану и дав приказ привести их в порядок и размножить. А учитывая, что повидал Муч очень и очень многое – рассказать он мог тоже немало, в том числе и полезного. Неудивительно, что пара книг стрельнула и снискала некоторую известность даже на другом континенте.

Ну а сейчас Муч как раз был в поисках новой мании – и Небесная Пустота казалась ему очень заманчивым кандидатом. Поэтому он и прибыл сюда, на границу, в компании своей пра-пра (даже он сам был не уверен, сколько именно раз «пра») внучки Лоуссы. Последнюю ему навязал клан – была у них какая-то договорённость, что Муч периодически берёт с собой в путешествия лучшую молодую поросль Кэтто и делится с ними своим богатым опытом.

На словах про «лучшую поросль» я невольно вздёрнул брови. Это вот эта-то девица с вагоном самомнения и довольно средненьким даже по меркам большого мира фундаментом – лучшая? Хреново обстоят дела у них в клане, похоже.

Мы как раз сидели у костра и Муч мерно рассказывал свою историю, параллельно делая заметки в пухлом блокноте. Но, несмотря на свою отвлечённость, моё удивление заметил и он, и Лоусса. Девчушка, сидевшая напротив и поглаживающая крабоссума, засунувшего почти половину своей тушки в огонь, как-то неправильно поняла причины моего удивления и приосанилась: мол, да, смотри – я лучшая!

А вот Муч, хмыкнув, пояснил, заодно сбивая спесь с правнучки:

– Лучших не всегда отбирают по силе, навыки тоже играют большую роль. Но в данном случае соглашусь – текущее поколение не блещет. В прошлый раз мне давали довольно бойкого паренька – тот куда перспективнее был. Эх, не те нынче адепты пошли, совсем не те…

– Деда!

– Пока не докажешь, что хоть чего-то стоишь, я для тебя – мастер Муч! – брызнув слюной, неожиданно рявкнул старик, повернув голову. – Шпана мелкая! Ни сил, ни знаний, ни уважения!

Лоусса резко втянула голову в плечи и обиженно поджала губы. Ничего, ей полезно. Тем более, что она всё ещё фонила в нашу с Диомедой сторону негативом – просто теперь к нему примешивалась ещё и зависть. Сама она молчала большую часть времени, не осмеливаясь перебивать старших, но выводы сделать было несложно по резким колебаниям её эмоций в ходе разговора. Изначально она посчитала нас слабаками – ведь все же знали, что состоявшиеся и сильные адепты в Пустоту не сунутся. Да и по возрасту мы на силачей особо не тянули. А потом, в ходе разговора с Мучем, вдруг выяснилось, что мы Заклинатели, да ещё и весьма сильные. И вот тут презрение в нашу сторону резко уменьшилось, но зато смешалось с завистью и опаской. Вдобавок к этому не в нашу пользу играл ещё и махровый расизм в сторону эрайнов (последние, впрочем, и сами не были примером терпимости и толерантности к чужакам) – этого я ещё в Хенкри навидался.

При этом Муч на наш внешний вид внимания не обращал – за десятки и сотни лет он успел побывать и пожить везде, включая Кенкут и Э Хор Оман, так что был куда толерантнее основной массы своих сородичей. Цвет кожи и волос – последнее, что его волновало в собеседнике: он одинаково брюзжал и на арданцев, и на эрайнов, и на кенкутцев. Если те были слабы – брюзжал вдвойне. Если глупы и невежественны – втройне.

– Мастер Муч, – осторожно начал я. – Мы…

– Просто Муч, – благосклонно кивнул старик. – Ты паренёк талантливый, тебе можно.

– Эээ… хорошо, Муч. Так вот, мы благодарны за гостеприимство и историю…

– О, нет-нет, рано благодарить, я ещё не закончил, – яростно затряс седой головой собеседник. – Неужели вам не интересно услышать о моём путешествии сюда? И ещё мои идеи по исследованию Небесной Пустоты? И…

– Просто за нами, вполне вероятно, двигается погоня и мы не можем долго… – осторожно втиснулась в разговор Диомеда, но, наткнувшись на яростный взгляд старика, резко осеклась.

– Никакого уважения, – пробурчал себе под нос Муч. – Погоня? Ммм… хенкрийцы, что ль?

– Они самые, – кивнул я. – Мы немного… эээ… повздорили.

Муч внезапно запрокинул голову и громко захохотал в небо. Мы с Диомедой дёрнулись от неожиданности, а вот Лоусса, судя по усталому выражению лица, к таким выкрутасам своего учителя уже привыкла. Отсмеявшись, старик утёр искренние слёзы и спросил:

– Чтобы эти трусливые псы вышли за вами через границу Ардана, вы должны были не просто повздорить. Дайте-ка угадаю… ммм… вы украли у них что-то ценное? – ответа ему не требовалось, он тут же считывал мельчайшие изменения в наших лицах. – Нет, не украли… ммм… разрушили? Нет… убили? О как, интересно! Но опять же, простой смерти недостаточно, тут нужно было кого-то достаточно важного убить… ммм… с учётом ваших возможностей, какого-нибудь средней руки чиновника из условной Тлеющей Ветви? Нет? Облачного Крыла? Тоже нет… хотя Крыло тут как-то замешано…

– Мы убегали от чересчур настойчивой вербовки Крылом и случайно грохнули таможенника, – воспользовавшись тем, что Муч замолчал, я тяжело вздохнул и раскрыл карты. Хотя было бы что раскрывать. Учитывая отношение к Хенкри среди всех его соседей, мы могли добрую половину страны перерезать – никто бы нам и слова худого не сказал.

– Скучно, – поморщился старик. – Мы с Сигурдом и Толли в своё время развлекались с куда большим размахом, н-да. Хотя мы и сильнее вас тогда были… но зато за нами аж целый Обладатель гнался, потому что мы осквернили Фонтан Пяти Стихий, который эти псы считают своим национальным достоянием. Считали.

На последних словах Муч как-то особенно паскудно хихикнул.

– Осквернили… каким образом?

– Ооо, это надо было видеть, – тут же оживился Муч и наставительно поднял палец вверх. – Мы использовали сразу несколько разных способов!

На этой фразе он многозначительно замолчал, видимо, ожидая от нас реакции. Наконец, я озвучил очевидную мысль:

– Пять штук, по одному на Стихию?

– Верно! – хлопнул в ладоши Муч. – Так вот, мы…

Внезапно он осёкся и поднял голову, прислушавшись к чему-то. Спустя мгновение растянул губы в улыбке:

– Господа, через пару минут у нас будут гости. Кажется, вы и правда неплохо прищемили хвост кому-то из этих псов.

Я резко встал, оглянулся – никого. Учитывая довольно открытое пространство вокруг – либо гости невидимы, либо… двигаются очень быстро. Но с последним не уверен. Нет, я понимаю, что у Муча то же восприятие должно быть куда выше, чем у меня… но не настолько же, чтобы почуять врага за горизонтом? Хотя…

Переведя взгляд на Муча, продолжающего расслабленно сидеть на потрёпанной циновке, я заметил, как он едва-едва шевелит пальцами левой руки. А если хорошенько приглядеться… хм… спустя пару секунд, прищурившись до рези в глазах, я всё же увидел, как к его пальцам сходились тончайшие, невидимые ниточки из воздушной Ци. Попытавшись проследить за ними, я терял их из виду практически мгновенно – эта невесомая паутина буквально растворялась в воздухе, органично вплетаясь в естественные потоки.

Вот это настоящее искусство, по-другому не назвать. Невидимая сигнализация, простирающаяся на километры вокруг. Мне до такого как до Кенкута ползком. И без техник, разумеется. С техниками я и ползком доберусь за пару месяцев.

Подняв глаза и наткнувшись на насмешливый взгляд Муча, я с уважением поклонился:

– Спасибо за предупреждение, мастер. В таком случае мы поспешим уйти, чтобы не…

– Сидите, – резко оборвал меня Муч. – Уж с одной квинтой хенкрийцев я как-нибудь справлюсь.

Мы с Диомедой не сговариваясь, синхронно переглянулись. Квинта… Популярный на севере формат отрядов – слаженная пятёрка Заклинателей, специально подобранных друг к другу по силе, навыкам и стихиям, и отточивших взаимодействие за годы работы. Конечно, квинта квинте рознь – там тоже есть разделение по рангам, и если с Медной квинтой даже мы с Диомедой имеем шансы справиться, то уже Бронза раскатает нас без каких-либо шансов на достойное сопротивление.

Что же до Муча… не знаю. Он силён и опытен, спору нет. Но лишь по сравнению с нами – а мы в мире адептов пока лишь робкие светлячки. Ладно, может уже не такие уж и робкие, а вполне себе жирненькие. Во тьме видны издалека, но рядом с такими зубрами, как Муч… и уж тем более рядом с Обладателями Истока… мы как те же самые светлячки, но уже рядом с пылающими кострами. Обоснована ли с нашей точки зрения самоуверенность Муча? Да чёрт его знает. Что светлячки понимают в кострах?

Тем более, что и противников мы пока не видели.

* * *

Хенкрийцы оказались осторожными.

Прошло пять минут. Мы напряжённо сидели, выпрямив спины и положив оружие на колени – пусть Муч и сказал, что справится сам, но просто сидеть во время боя мы не собирались.

Лоусса была куда более расслаблена – видать, верила в деда.

Сам Муч тоже не напрягался – по крайней мере, внешне. Сидел, скрестив ноги и вырезал ножичком фигурку. Не из деревяшки, как можно было бы подумать. Нет. Из гранитного булыжника. Лезвие его карманного ножа, покрытое тонким, едва заметным с моего ракурса, слоем Ци, резало камень как тёплое масло. Судя по отсутствию внешней подпитки – не техника. Артефакт, и довольно мастерски сработанный – потери крохотные, практически отсутствующие, все руны искусно спрятаны внутри рукояти… интересно, это личная работа Муча?