Текст книги "Перекресток в Никодимске"

Автор книги: Ярослав Чеботарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 31 страниц)

– Я про больничный могу через заведующего хирургией договориться, они с главврачом поликлиники друзья вроде как,– сказал он.– А вот насчёт вызова на дом – не знаю: вечером в выходной – дело сложное. На это деньги как бы нужны, бесплатно никто не станет.

– Конечно-конечно, я всё оплачу,– поспешно зашептала Ксения Олеговна,  заметно стесняясь происходящего.– А вчерашним числом нельзя больничный?

– Навряд ли… Дай бог, чтоб сегодняшним удалось!..– вздохнул Миша.– Я сразу после школы побегу поговорю; может, и успею сегодняшним. Вы только маме не говорите, ладно? Она нервно на такое реагирует. А что с Еленой Андреевной случилось, почему она сама не может к врачу?

– Давай ты мне позвонишь, когда с больничным прояснится, я тебе по телефону всё объясню,– нервно сказала Ксения, оглядываясь на дверь кабинета.– Запиши мой номер и иди, а то на урок опоздаешь.

    Миша кивнул и поспешил удалиться, не задавая больше вопросов. Ксения Олеговна сомневалась, правильно ли она поступила, но самой идти в больницу очень не хотелось. Кроме того, она очень беспокоилась, как она там одна, и не получится ли такого, что по возвращении домой она застанет опрокинутую табуретку и хладный труп в петле.

    Едва начался следующий урок, Мише по WhatsApp пришло сообщение от Жанны: «Чего историчка от тебя хотела?». Парня несколько обидело такое внезапное обращение. Все последние две недели отличница не обращала на него практически никакого внимания, а тут в одночасье, после общения с Ксенией Олеговной на перемене, неожиданно вспомнила. Он осторожно опустил телефон под парту, чтобы нервный Тузов, который замещал у них сегодня ОБЖ, не заметил, как он набирает текст. Ответ был крайне лаконичен и полностью выражал Мишино отношение: «Не твоё дело». Прочитав его, Жанна злобно зыркнула с первой парты, но тут же отвернулась. Парень удовлетворённо хмыкнул: пусть теперь помучается от любопытства.

    Ксения Олеговна зря сомневалась в своём ученике. Сразу после уроков Миша сразу поспешил в больницу. В субботу был велик шанс не застать Данилу Александровича на работе, но в этот раз повезло. Племянник «скайповой» кибер-бабушки, был на месте. Юноша выловил хирурга в коридоре и парой фраз обрисовал ситуацию, от себя добавив, что учительница для него очень важна, так как занимается с ним дополнительно, а тут ЕГЭ на носу.

– Ладно, я звякну в поликлинику, там сделают всё, что нужно. Через полчаса занеси им все данные в регистратуру – оформят как надо,– сказал врач.– Но закрывать больничный пусть на приём приходит,– как положено, чтобы вопросов никаких не было. И терапевта отблагодарить не забудет, это её риск, сам понимаешь!..

    Миша кивнул и поспешил уйти, ругая себя за недальновидность. Он даже год рождения учительницы не знал, не говоря уже о точном адресе прописки и номере страхового полиса. Пришлось срочно позвонить Ксении Олеговне и обрисовать ситуацию.

– Я сейчас всё разузнаю и постараюсь тебе прислать,– нервно ответила учительница.– Не уходи далеко от поликлиники.

    Слава богу, в истории болезни Елены Андреевны регистраторша нашла ксерокопию её страхового полиса, а остальные данные историчка перебросила через мессенджер. Миша оформил лист нетрудоспособности и под любопытным взглядом медсестры поставил закорючку в журнале получения. Забрав драгоценную бумажку, он снова набрал номер Ксении Олеговны.

– У меня всё получилось, давайте я вам в школу занесу больничный?

– Хорошо, спасибо! Я тебе очень благодарна,– торопливо ответила учительница.– Извини, урок сейчас, подходи на перемене.

    Он вернулся в школу и, дождавшись конца занятия, зашёл в кабинет. Ксения Олеговна выглядела очень уставшей и перепуганной, торопливо взяла больничный и полезла в сумочку за кошельком.

– Сколько я тебе должна за эту… эту помощь? – неуверенно спросила она.

– Ничего не должны. Я так договорился, без денег пока,– ответил Миша.– Там с участковой потом решать придётся, при закрытии. Но я не знаю, сколько она скажет. А что с Еленой Андреевной, почему она сама не может пойти?

– Я не могу тебе рассказать,– ответила Ксения Олеговна.– Она на самом деле заболела, лежит у меня дома, но выйти пока не может. Спасибо ещё раз за помощь, мне как раз домой пора.

– Мне можно её увидеть? – обеспокоенно поинтересовался Миша.– Ей вчера ребята и звонили и писали, она никому не ответила. Что с ней произошло?

    Ксения Олеговна задумалась. Лена сейчас в очень тяжёлом состоянии, ей нужна поддержка после разговора с матерью. Может, ученики ей в этом как-то помогут – она ведь к ним так привязана!.. Мысль о том, что подруга может свести счёты с жизнью, очень пугала Ксению. Она звонила домой на каждой перемене, в основном для самоуспокоения, понимая, что, по большому счёту, не может повлиять на ситуацию, а так выходило хоть чуть-чуть легче. В конце концов, Миша – хороший мальчик, не хулиган, и сильно им помог; пожалуй, его можно пригласить, чтобы как-то отвлечь Лену от кошмарных воспоминаний.

– Хорошо,– кивнула Ксения Олеговна.– Пошли сейчас со мной. Только не рассказывай никому, ладно? Выходи и жди меня на улице, за школой, хорошо?

– Понятно! Я никому не расскажу, честно,– кивнул парень и вышел.

    Учительница истории поспешила собраться. Она даже отпустила дежурных, решив для экономии времени оставить свой кабинет до понедельника неубранным. Она ещё раз позвонила перед выходом Лене, сообщила, что скоро будет, и стала выпытывать, что бы такого приготовить на ужин.

– Картошки жареной,– отозвалась Лена слабым голосом.– Хочу жареную картошечку с копчёной скумбрией.

– Хорошо! Я всё куплю и приготовлю. Лежи, не вставай, ладно?

– Угу

    Ксения собралась уже убрать телефон в сумочку и выйти из кабинета, как тот снова запищал. Это было сообщение от Жанны со вполне безобидным вопросом: «Добрый день, сегодня можем позаниматься?». Это было очень некстати, Ксения Олеговна уже дважды откладывала обещанные дополнительные занятия по истории, ограничиваясь разными тестами и интересными материалами, высылаемыми девочке на почту. Она очень боялась оставаться с Ивовой наедине. В памяти всплывала московская история, а мотивы отличницы казались ей очень странными. Конечно, девочка она умная и понимающая. Похоже, серьёзно увлекается и любит историю, но всё равно учительница ничего не могла поделать со своим страхом. Сегодня сообщение пришло совершенно не вовремя, и Ксения Олеговна с раздражением написала в ответ: «Сегодня не выйдет, домой спешу, плохо себя чувствую, напишу завтра на почту». Совесть слегка кольнула за враньё, но она уже привыкла к этому чувству. Даже Лене вчера она не смогла рассказать до конца всю правду, и та, похоже, тоже была с ней не до конца откровенной. «О чём же таком говорила её родная мама, что приключилась столь сильная истерика?..– вспомнила она утреннюю ситуацию – Явно что-то очень плохое…».

    Миша терпеливо ждал в некотором отдалении от школы, и какое-то время они шли на расстоянии метров в тридцать, пока учительница не свернула к супермаркету. Ученик остался на улице и терпеливо ждал, пока она не возвратилась с покупками. Когда историчка появилась с пакетом, который из-за упаковки картошки вышел довольно тяжёлым, Миша тут же подскочил к ней, будто «случайно» проходил мимо:

– Здравствуйте, Ксения Олеговна! Давайте я вам помогу донести всё домой,– нарочито громко произнёс он, чуть ли не силой вырывая из рук покупки.– О, какой пакет тяжёлый!..

– Спасибо, Миша! Очень любезно с твоей стороны,– улыбнулась учительница, по достоинству оценив спектакль.– Пойдём, я живу чуть ниже по улице.

    Теперь они шли рядом, но по-прежнему молча. Ксению терзали сомнения, Миша был снедаем любопытством. Погода сегодня слегка наладилась и, несмотря на пасмурное небо, дождя не выпало не капли. Довольно тёплый ветерок слегка качал кроны деревьев.

    Миша, так и не попавший домой, шёл со школьным рюкзаком чуть позади, а Ксения, шагая впереди, всё время оглядывалась по сторонам и теребила в руках зонтик, словно собираясь укрыться от посторонних глаз в случае встречи со знакомым. Но они добрались без приключений, и учительница, первой зайдя в комнату, пустила Мишу внутрь только через минуту.

– Здравствуйте, Елена Андреевна! Я вас проведать пришёл,– сказал парень, переступая через порог.– Мы за вас все очень забеспокоились, а когда Ксения Олеговна сказала… ну что вы заболели как бы, я… в общем, захотел прийти, спросить, как вы, помочь там чем-нибудь; вот, с больничным, например.

– Это Миша в поликлинике договорился, чтобы тебе больничный открыли без посещения,– сообщила Ксения.– Я тебе сразу не сказала, когда звонила, но вот всё-таки это его заслуга!

– Здравствуй, Миша! Спасибо за помощь,– присев на кровати, отозвалась Лайка.– Видишь, я попала в небольшую семейную неприятность… Но ничего страшного, просто лицо не очень… Женщине стыдно в таком виде из дома выходить, только и всего. Пожалуйста, близко не подходи, я ещё и простудилась вчера, температура высокая. Это вирус, наверное, у меня дочурка тоже заболела. Ты тоже можешь подхватить его, а последний год – тяжёлый: пропускать, кхе-кхе, никак нельзя.

    Она демонстративно покашляла, но получилось несколько комично. Миша продолжал стоять у входа, не зная, что делать дальше. Он не мог оторвать взгляд от лица учительницы с опухшими губами и носом, заметными синяками на скуле и на лбу. Глаза красные и заплаканные. Рука забинтованная на одеяле, картина в общем пугающая.

– Я скажу ребятам, что вы просто простудились,– уверенно начал Миша.– А то там сказали…

    Ксения Олеговна сердито глянула на него, и парень осёкся на полуслове, осознав, что начал говорить лишнее. Он почувствовал себя страшно неловко, понял, что не знает, о чём хотел поговорить и зачем вообще пришёл. Собирался уже попрощаться и уйти, но в этот момент дверь в коридор неожиданно распахнулась, и на пороге возникла Жанна.

– Что, великий конспиратор, донёс «тяжёлый пакетик», а? – воскликнула она и, ловко проскользнув мимо замершего от удивления Миши, буквально ворвалась в комнату.– Ксения Олеговна, ну и как вы себя…

Ивова увидела лежащую на кровати Лену и оборвала фразу на полуслове, так и замерев с открытым от удивления ртом. Оцепенение длилось буквально две секунды, затем девочка резко развернулась и грозно спросила:

– Ну и что тут, блин, происходит?

Глава 21. Ошибка выбора

– Что ты здесь делаешь? – первой пришла в себя Ксения Олеговна.– И как ты вошла?

– Позвонила соседу, а ему сказала, что надо к вам,– просто кнопкой ошиблась,– ухмыльнулась Жанна.– Я прямо от школы за вами шла, но вы не заметили, даже когда у магазина встретились. Это, блин, было очень смешно! Были бы шпионами – провалились бы на первом  задании!

– Что тебе нужно? – сердито спросила учительница.– Я тебя сюда не звала!

– Теперь хочу знать, что вы сделали с Еленой Андреевной и почему она тут? Что вы здесь скрываете? – резко ответила незваная гостья.

– Немедленно уходи, это не твоё дело! – снова нервно воскликнула хозяйка.– Как ты вообще посмела сюда войти!

– Что здесь происходит? – упрямо воскликнула Жанна.– Или вы сейчас расскажете, или через час мы сюда всем классом придём! Что с вами, Елена Андреевна? Это она затеяла?

– Успокойся, Жанночка! Пожалуйста, не кричи! Очень голова болит,– слабым голосом сказала Лайка.– Я попала в беду, а они хотят мне помочь.

– Я тоже хочу помочь! Ну скажите, что случилось? – снова спросила Жанна.

– Это какой-то цирк,– раздраженно воскликнула Ксения и отвернулась к окну.– Зря я дверь не заперла.

– Давайте все успокоимся,– устало предложила Елена Андреевна.– Я тут, пока лежала, о многом подумала, и хотела тебе…

    Она замялась, не зная, как обратиться к подруге при учениках. Миша почувствовал себя очень неловко. Было стыдно, что он напросился в гости к учительнице и тем самым спровоцировал Жанну. Сейчас бы стоило поскорей уйти, но и это сделать было как-то совсем неудобно. Он хотел попытаться вывести вместе с собой одноклассницу, но в этот момент Елена Андреевна наконец собралась с мыслями и смогла продолжить:

– Блин, ребята, учителя – тоже люди, мы точно так же можем ошибаться. Я вот, во всяком случае, наделала всяких глупостей выше крыши, да так, что даже не знаю, как всё это теперь распутать. Ксения Олеговна тут ни при чём; она, наоборот, очень мне помогла, можно сказать, спасла даже.

– Да что случилось-то? Скажите уже! – не выдержала Ивова.– Сколько можно кота за яйца тянуть!..

– Банальный сюжет, мы его не проходили, но ты, наверное, должна знать,– вздохнула Лена.– Я оказалась в роли Дездемоны, а мой муж, ревнивый Отелло, напал и избил. Шекспир до сих пор актуален, а литературные сюжеты – вечны.

– Так это муж вас так!.. Ого, блин! – возмущённо вздохнула Жанна.– А здесь вы почему и что за цирк с конспирацией? Он что, сбежал, да? Его полиция ищет, а вы тут пока спрятались? Давайте дежурство организуем, на несколько человек он не посмеет напасть, у меня дома газовый баллончик есть…

– Понимаешь, Жанночка, я как бы не обращалась в полицию. Мне это трудно объяснить, в общем…

– Как не обращались, вы чего? – воскликнула Жанна, подскакивая к кровати.– Вы же ранены, он вас чуть не убил, а вы полицию не вызвали? Вы что? Как так?

– Ну вот так, понимаешь, как бы трудно объяснить,– осторожно сказала Елена Андреевна.– Ну, в общем, я и сама в этом косвенно виновата. И я… Не хочу обращаться. Буду стараться, может, просто как-то развестись, только без скандала, и просто забыть об этой истории. Пожалуйста, успокойся, мне и правда может понадобиться твоя помощь, вернее, помощь твоей мамы. У меня с кредитами проблема есть. Я слышала – можно как-то перекредитоваться или как-то так, чтобы уменьшить ежемесячный платеж. Но мне бы проконсультироваться со специалистом, как бы это лучше сделать. Сможешь её попросить об этом?

– Смогу, конечно,– кивнула Жанна.– Только как с мужем-то: просто «понять и простить»? А если он, блин, завтра на какую-нибудь другую девочку кинется, а если убьёт? А может, он псих вообще и маньяк? – его же не проверял никто. Может, его побыстрее в дурку надо?

– Жанна, пойдём лучше,– попытался встрять в разговор Миша.– Ей и так тяжело, зачем ты…

– Пойдём! – воскликнула отличница.– Пойдем в полицию сейчас же. Заявить о преступлении может ведь не только пострадавший, так? Вот я пойду и сообщу, пусть шевелятся и разбираются там, а то вообще!

    Она резко развернулась и рванулась к двери, прежде чем кто-то успел её остановить. На полу остались только следы её кроссовок, словно незваная гостья внезапно растворилась в воздухе. Оставшиеся в комнате с полминуты молчали в оцепенении.

– Дура, ну что за дура!..– первой пришла в себя Ксения.– Ну и что теперь делать? Теперь сюда полиция с допросом заявится. И как это я дверь в комнату забыла закрыть?

– Миша, спасибо за помощь, но иди лучше домой,– взволнованно сказала Лена.– Не хочу, чтобы ты в это впутывался. И так всему городу разговоров на неделю будет теперь.

– Елена Андреевна, скажите, если я чем-нибудь ещё смогу помочь. Может, с компьютером или починить чего?

– Спасибо, Миша, я думаю, мы сами справимся,– улыбнулась учительница.– Ксения Олеговна меня поддержит, и всё будет хорошо.

– Вы звоните, если что, я на связи. Идти тут недалеко,– продолжил Миша.– Если что – прибегу, мне несложно.

– Хорошо, спасибо ещё раз, но сейчас лучше уйди, мне так спокойнее будет, ладно?

– Хорошо, до свиданья!

    Парень торопливо обулся и поспешил покинуть комнату. Ксения Олеговна протёрла пол шваброй и, ни слова не говоря, принялась разбирать покупки.

– Ксюша, мне страшно,– наконец произнесла Лена.– Я вроде бы пока была одна, немного успокоилась, а теперь опять. Мне мама сказала, что завтра дочку привезёт домой. Велела, чтобы я там была и к тому времени с мужем помирилась. А я не знаю, что делать. Куда мне деваться, как дочку забрать, и это…

    Она замолчала, с трудом сдерживая слёзы. Ксения оставила возню с пакетом, подошла к подруге, потрогала лоб ладонью, а затем погладила по голове.

– Всё будет хорошо! Пока тут у меня вместе поживёте, а потом что-нибудь придумаем. Места тут много, дочка у тебя весёлая; не пропадём! Нужно будет только порядок навести и лишнее прибрать, а так всё в порядке будет. Я такая лентяйка – видишь, какой бардак развела!.. Главное, что у тебя температуры пока нет, здоровье – это главное. У тебя горло сейчас болит? Нос заложен? Я могу сделать раствор – горло пополоскать и спрей для носа поищу.

– Спасибо! Нос – нормально вроде, а вот в горле першит. Давай я тебе чем-нибудь помогу, что я лежу как бревно, кровать занимаю только. Где картошка? Я почищу.

– Горло пополоскаешь – потом и почистишь,– строго сказала Ксения.– Тебе надо поправиться, чтобы со всем разобраться, а то когда болеешь – то вообще крах…

    Лена кивнула и поспешила последовать совету подруги. После этого они молча занялись приготовлением обеда, по времени уже плавно приближавшегося к ужину. Уже заканчивая чистить картошку, гостья сказала, оглядывая комнату:

– Давай завтра уборкой займёмся, ладно? Думаю, мне полегче будет, с утра приберёмся, а потом я домой пойду. Стану под подъездом ждать, когда мама приедет, чтобы дочку забрать. С вещами, конечно, тяжело будет, но, думаю, подгадаю в понедельник, когда его дома не будет, и осторожно всё заберу. Поживём и правда пока у тебя, потом всё решим. Я с ним разведусь и попрошу маму, чтобы она меня назад пустила.

– Я с тобой пойду,– ответила Ксения.– Буду рядом на всякий случай – мало ли что.

– Ну хорошо, раньше двенадцати они завтра точно не приедут. Думаю, всё успеем,– улыбнулась Лена.– Ты права, всё…

    В этот момент на прикроватной тумбочке зазвонил телефон. Лена нервно оглянулась, быстро вытерла руки и взялась за аппарат. Уставившись на экран, она промедлила несколько секунд, а затем все-таки нажала «ответ».

– Алло, Жанна, я слушаю.

    Ксения испуганно посмотрела на подругу, которая заметно побледнела, слушая ученицу.

– Нет, не надо,– сказала Лена.– Я не буду писать! Не надо, я не хочу обращаться. Не надо участкового, пожалуйста! Я же тебе говорила, что сама разберусь. Нет, совершенно точно нет, категорически!

    Она замолчала, ещё с минуту напряжённо слушала, что говорила ей девочка, а затем нахмурилась и произнесла как можно более серьёзным тоном:

– Жанна Олеговна, я ценю вашу заботу и участие. Но, пожалуйста, займитесь своими делами и не лезьте в мою жизнь. Вы меня поняли? Хорошо, спасибо.

Лена сердито бросила телефон на кровать и повернулась к подруге:

– Неугомонная девчонка! Вроде отличница, а совершенно безбашенная, неуправляемая. Ей даже родители  не указ,– сердито сказала она.– Ещё жизни не нюхала, а лезет везде.

– Ты знаешь, а я её хорошо понимаю,– улыбнулась Ксения.– Я в школе и в институте вот точно такой же была. Считала себя самой умной, самой начитанной, влезала буквально во всё. Вроде бы профессорская дочка должна быть смирной, а я – наоборот. Не поверишь, даже вот так заявиться могла без приглашения, прямо как она. Сейчас смотрю, как в прошлое своё; будто в зеркало: и смешно, и страшно.

– Ну нет, ты совсем не такая,– возразила Лена.– Ты тихая и скромная, хорошо воспитанная. Интеллигентная даже – вот так я бы сказала. Не то, что она.

– Это так сейчас,– улыбнулась Ксения.– Просто многое переосмыслила, а раньше всё по-другому было. Ну да ладно, давай я на кухню пойду, картошку пожарю, а ты пока тут сама. Я тебе забыла тогда по телефону предложить: можешь ноутбук мой включить, там на диске «D» много фильмов в папке «Видео», выбирай то, что понравится, вместе посмотрим. Надо отвлечься – нечего из пустого в порожнее переливать одно и тоже.

    Лена кивнула и уселась на кровати, взяв ноут на колени. Пока Ксения возилась на кухне, она внимательно перебирала содержимое папки, занимавшей почти весь объём диска.  Наконец остановилась на сериале про доктора Хауса. Она когда-то видела по телевизору несколько серий, и ей очень понравился главный актёр. Но потом как-то так сложилось, что она потеряла нить повествования, а теперь решила начать просмотр с самого начала, раз уж у подруги обнаружились сразу все сезоны.

    Когда Ксения вернулась со сковородкой картошки, она уже до половины посмотрела первую серию. Та, по странному стечению обстоятельств, была как раз про учительницу, и они вместе стали смотреть её с большим интересом, примостив ноутбук на краю стола. Между собой они практически не разговаривали, понимая друг друга даже не с полуслова, а с полужеста. Разобравшись с картошкой и скумбрией, они перебрались на кровать и стали пить чай, продолжая смотреть сериал, словно это был их обычный вечер. Выбор оказался очень удачным, при наблюдении за смертельно опасными болезнями личные трудности как-то отходили на задний план. Действительно, было бы здоровье, а там всё образуется.

– Ксюш, а дай, пожалуйста, спрей для носа,– попросила Лена, когда закончилась очередная, уже третья, серия.– У меня сейчас что-то прямо заложило, а до этого вроде нормально было.

– Сейчас дам, давай ещё раз раствор сделаешь и горло пополоскаешь, а то я слышу, как ты хрипишь.

– Главное, чтобы ты не заболела, а то совсем неудобно получится,– сказала Лена.– Я и так тебе очень многим обязана. Можно я в санузле пойду пополоскаю, мне всё равно туда надо – ну и это заодно, чтобы ведро не пачкать.

– Да, делай как удобно, только не задерживайся.

    Едва гостья вышла, как в комнате раздался неприятный звук дверного звонка. Ксения вздрогнула от неожиданности: ей в дверь звонили так редко, что она совсем не привыкла к псевдоколокольному звону. Она замерла на секунду, но потом собралась с духом и поспешила в коридор. Вдруг там Ленин муж? – она не должна с ним встретиться ни в коем случае!

    За дверью стояла Жанна, держа в руках перевязанный лентой шоколадный торт.

– Ксения Олеговна, я пришла извиниться,– смущённо сказала она.– Я вела себя слишком дерзко и неправильно. Вот я вам тортик принесла, чтобы как-то вину загладить. Пустите меня, пожалуйста, мне надо с Еленой Андреевной поговорить.

– Хорошо, что ты это поняла,– улыбнулась учительница.– Но, может, ты в другой день придёшь? Елена Андреевна только-только успокоилась, не стоит её тревожить, да и дело уже к вечеру.

– Пожалуйста, лучше сегодня,– повторила просьбу девочка.– Это по тому вопросу – насчёт её кредита. Я с мамой об этом поговорила, вот и пришла.

– Хорошо, проходи. Только, пожалуйста, на этот раз разуйся у входа.

Жанна кивнула и проследовала за учительницей в комнату. Через минуту вернулась Лена и вопросительно уставилась на Ивову:

– Опять ты тут! Что-то случилось? – удивлённо спросила она.

– Это я её впустила,– смущённо сказала хозяйка,– Она хотела тебе что-то сказать.

– Я извиниться пришла за своё поведение и чтобы постараться чем-то помочь,– опустив взгляд в пол, произнесла Жанна и заметно покраснела.– Я вела себя как дура, скандал тут зря устроила и в отделение впустую сходила. Они меня там чуть ли не на смех подняли, даже заявление не приняли. Сказали – максимум могут участкового послать, беседу провести, а я-то, блин… Ну, в общем, я психанула, едва сдержалась, чтобы гадостей им не наговорить, домой рванула. Маме рассказала обо всём. Извините, что так получилось, но зато она согласилась помочь. В общем, она сказала, что в вашем случае любая реструктуризация платежей всё равно дорого обойдётся. Сказала, что можно обсудить вопрос о том, что она сама вам даст в долг под расписку, без процентов, чтобы вы ей долг выплачивали, а не банку. Так лучше будет. Я думаю, вы с ней при встрече сможете обсудить.

– Ого, это очень неожиданное предложение,– воскликнула Елена Андреевна, опускаясь на кровать.– Я даже не знаю!..

– Просто мама сказала, что если уж помогать, то серьёзно, без ахов и охов,– твёрдо сказала Жанна.– И я с ней полностью согласна.

– Ну мне как-то неудобно принять такую помощь, и вообще…– начала Елена Андреевна.

– Это ещё не всё,– неожиданно вмешалась Жанна.– Вот возьмите – это мои личные сбережения, я особо в этом году ни на что не тратилась. Это, так сказать, на студенческую жизнь был запас. Тут двенадцать тысяч.

– Нет, вот уж этого я точно взять не могу! – Лайка резко оттолкнула деньги.– Оставь лучше себе, я постараюсь справиться.

– Елена Андреевна, возьмите, пожалуйста,– настаивала Ивова.– Я на самом деле хочу вам помочь, просто от себя. Я на какую-нибудь глупость потрачу, а вам нужнее будет. Вы же сами все годы нас учили, что нужно быть отзывчивыми, помогать людям. Как там в литературе – «Вечная тема маленького человека»! Так вот я и выучилась у вас, что надо помогать. Это благодарность, а не подачка, вам же точно лишними не будут.

    Повисло неловкое молчание, в течение которого Лена смотрела прямо в глаза ученице, словно желая увидеть подвох. Потом осторожно протянула руку и взяла деньги, лежащие на краю кровати:

– Это очень большая сумма,– медленно сказала она.– Постараюсь её вернуть, когда… когда разберусь немного. Правда, я оказалась в такой ситуации, мне страшно неловко… Но спасибо за желание помочь.

– Может, вы чай будете? – вмешалась Ксения, видя, что подруга вот-вот заплачет.– Тут и тортик как раз пригодится.

– Я с удовольствием,– улыбнулась Жанна, и Лена кивнула вслед за ней.

    Хозяйка включила электрочайник и закинула в кружки три пакетика. Они сели за стол и в ожидании, пока чайник закипит, молча уставились на нераспакованный торт.

– Я почему-то решила, что вы преступница, в розыске,– неожиданно сказала Жанна, обращаясь к Ксении.– Даже пыталась за вами следить, заглянуть в блокнот у вас на столе, в сети про вас что-то найти. Глупость какая-то, блин! Хотела и за это ещё извиниться. А сегодня решила, что у вас со Штифлевым роман тайный – и хотела застать на месте преступления.

– Ты почти угадала,– улыбнулась Ксения Олеговна.– Меня как-то раз ложно обвиняли в отношениях с учеником. Это было очень неприятно, но ничего подобного я никогда не делала.

– Так ты что, Мишу приревновала? – неожиданно спросила Лена с искренним любопытством.– Вы встречаетесь?

– Нет, совсем нет! – поспешно ответила Жанна.– Мы с ним раз сходили на свидание, но дальше как-то не пошло. Не знаю почему; может, он сам виноват – нерешительный, что ли.

– Он же из-за тебя в драку с Носорогом полез – выходит, решительный! – возразила Лайка.

– Да ну, там вообще не за это было,– смутилась Жанна от возвращения к старой теме.– Он парень хороший, но какой-то…

– Какой? Не крутой, хочешь сказать? – вмешалась Лена.

– Ну не знаю, как бы это объяснить,– сказала Жанна, задумчиво глядя в потолок.– Не сильно привлекательный, что ли. Вроде не урод, но чего-то не хватает.

    Щёлкнул автоматический выключатель электрочайника, и Ксения стала разливать кипяток. Жанна очнулась от неловкого оцепенения и стала нарезать торт, раскладывая кусочки по блюдцам. На несколько минут снова все замолчали, отдавая должное кондитерскому изделию, а затем Лена произнесла:

– Знаешь, Жанна, у меня в жизни тоже было что-то похожее. Может быть, это и привело ко всему, что со мной случилось. Ну в некотором роде, конечно. В общем, я тебе расскажу, а ты сама делай выводы.

    Жанна кивнула, внимательно глядя на учительницу, а Лена продолжила:

– В моём классе был мальчик, чем-то похожий на Мишу, тоже умный,– технарь, только худой очень. Длинный и худой, его у нас «Шваброй» дразнили или «Скелетом». Он за мной ухаживал, даже в любви признался в одиннадцатом классе, незадолго до выпускного. А я его всерьёз не воспринимала, общаться не хотела, не пыталась понять. Он слишком был, не знаю, как сказать… «Не крутой», наверное,– самое точное слово. Какой-то не боец, не конфликтный, тихоня. Я ему тупо сказала нет, и внимания и дальше не обращала. Будто и не было его совсем. Я как раз тогда будущего мужа встретила, он был старше, только с флота вернулся, весь такой здоровенный, в морской форме, красивый. Я прямо таяла, как эскимо.

– Ого, мне ты про такое не рассказывала,– удивлённо воскликнула Ксения.– Прямо удивительно.

– Я хотела тебе рассказать чуть позже, это связано со всей этой…– Лена замялась, подбирая подходящее слово,– со всей этой ситуацией. Мне кажется, и Жанне полезно будет выслушать. Только, я надеюсь, маме ты не будешь это пересказывать во всех деталях, ладно?

– Я маме о вас никаких подробностей сегодня не рассказывала,– поспешила оправдаться Жанна.– Сказала, что у вас с мужем проблема, что разводитесь и с кредитами тяжёлая ситуация, а про остальное не говорила, честно. Но и мама у меня никому ничего не расскажет, особенно если вопрос денег касается – это у неё принцип такой, рабочий. Старая финансовая школа!

– Ну, в общем, я с этим одноклассником, его Саша звали, после выпускного не виделась долго. Мы только лет через шесть встретились, я уже замужем была и Катю родила. Гуляла с коляской в парке и встретила его. Он из Москвы приехал – окончил Бауманский университет и стал инженером-разработчиком каких-то радарных систем, я не очень поняла, каких именно, но с авиацией связанных. Он сильно изменился, возмужал, похорошел. Но за эти годы так и не женился, жил в Подмосковье один, там где-то и работал по специальности, а сюда только к родителям приезжал. Мы с ним долго гуляли и разговаривали. Оказалось, он меня все эти годы вспоминал и даже рад был видеть. С ним интересно было поговорить, он много читал и в нескольких странах успел побывать и по работе, и как турист. В общем, мы с ним часа четыре проходили, я даже Катю покормила на улице – думала, когда ещё встретимся!.. А потом, когда домой вернулась, Сергей меня первый раз побил. Не сильно, но очень обидно: ему кто-то из приятелей рассказал, что я якобы специально перед Сашей грудь демонстрировала, пока мы в парке гуляли, то есть когда Катюшу кормила.

    Лена замолчала, нахмурившись от неприятных воспоминаний, с минуту помолчала, потом отпила чаю и продолжила:

– Ну я тогда психанула, пошла в полицию, сообщила, заявление собиралась написать. А они говорят – побои незначительные, неужто нам уголовку заводить, давайте беседу проведём, а то сядет он, а вы с дитём в декрете, мол, дело бывалое: припугнём – он и успокоится. Ну, действительно приехали двое, побеседовали при мне и при маме, она тогда ещё с нами жила, не уехала. А на следующий день мама специально с Катей гулять ушла, а Сергей меня связал и пригрозил, что вообще убьёт, если я ему изменять буду или стучать на него ментам. Я тогда испугалась очень сильно, так и лежала связанная. Он на улицу ушёл и там с дочкой был, а мама пришла и меня развязала. Сказала, что это она ему велела так сделать, чтобы мне наука была: не бить, а только связать. Мол, негоже жене родного мужа закладывать и шляться с кем попало. С тех пор уже больше четырёх лет прошло, он больше меня не трогал. А вот на днях всё повторилось, хотя я просто в гостях у Ксении была, не ходила никуда. Так вот я это всё к чему тебе, Жанна, рассказываю. Может, это и прозвучит банально, но ты присмотрись к Мише внимательно. . Он хоть и круто не выглядит, зато парень – с головой. Я вот в своё время проглядела такого же, и вот получаю теперь.