Текст книги "Солнце в оковах плюща (СИ)"
Автор книги: Яна Вестник
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)
8. Раб.
Я плыл, качаясь на облаке под безмятежным глазом Этера. Знойный ветер последнего месяца житны нежным касаньем прошелся по моим волосам. Он пах вирсой и лечебными травами. Кто-то мягкими пальцами провел по щеке воруя миг сна из моих век, исчезая с рассветом. А может, это тоже был сон.
Я открыл глаза. Дрема ушла, но подняться не было сил. Я понял, что нахожусь на корабле. Пришли братья, напоили вирсой, а затем похлебкой. Вкусной едой свободных забытой за месяцы рабства. А потом я узнал, что теперь наши жизни принадлежат одной женщине. Хозяйке рабов. Один из них я. Хотя, чего лукавить, рабом я стал давно. Разница в том, что теперь в доказательство есть лента зачарованной кожи на шее.
Хозяйка. Братья говорили о ней с улыбкой. Откуда им, мальчишкам, знать на какие коварства способна женщина. Как она может говорить сладкие речи и улыбаться, глядя на твою боль. Как может жестоко терзать твое тело, надеясь увидеть изнанку твоего естества.
А потом я ее увидел. Встревоженный взгляд в обрамлении золота локонов. Хрупкие плечи, за которыми так не хватает надежной опоры. Она сказала, что снова даст мне лекарства. Тогда я решил, что должен стать послушным и полезным рабом. Не поднимать головы. Забыть себя. Исполнить любой каприз, и она позволит остаться с братьями. Потому что не могу потерять и их.
Каждый день тренировки. Мы не игрушки, не вещи. Она сказала – охрана. Смею ли я поверить? Рядом с ней все кажется возможным.
Не поднимай головы. Не желай и не проси. Ты послушный и полезный раб. Знай свое место.
Никей! Я знал, что каждая минута промедления усиливает муки. Я пришел к ней, требовал и кричал. Теперь пусть продает, мучает, все заслужил. Лишь бы братья были целы.
Рассказать? Хорошо. Чувство стыда я давно потерял, а так, продлю свою жизнь хоть на день. Такому как я не помочь.
− Я первый сын предпоследнего короля Регелана. Я не был в замке ни дня. Родился в особняке. Там и вырос. Туда привозили всех проклятых потомков моего рода. Ближе к пятнадцати годам их переправляли на остров. Там обеспечивают едой и всем необходимым. Но там нет женщин чтобы не рождалось больше проклятых.
− К чему такие сложности? − Хозяйка сидела в кресле перебирая пальцами отрезок магической нити и слушала мою историю.
− Поначалу проклятых просто убивали. Но тогда проклятье переходит на следующего ребенка в семье по старшинству. И нельзя намеренно сделать бесплодными. Внебрачные дети прокляты все, а у супругов первенец.
− Проклятье как-то действует на окружающих?
− Нет. Только на нас.
− Тогда зачем высылать?
− Таков закон.
− Понятно. Продолжай.
− На остров меня не отправили. Так решил отец. Я жил в особняке ни в чем не ограничен кроме возможности покидать его. Много учился. Мне разрешили постигать боевые техники. Потом появились Фар и Никей.
Я замолчал. Стоит ли говорить о других?
− А что за история с игрушками богачей?
− Когда брат стал королем, у меня началась другая жизнь.
− Так речь шла... Но, ты же принц. – Она была искренне возмущена услышанным.
Возможно, меня впервые кто-то внимательно слушал. Без насмешки и стремления унизить. Но, что-то во мне противилось происходящему. Отвергало даже мысль о чужой доброте, которая уколом отзывалась в сердце.
− Именно поэтому нашлось много желающих заплатить за ночь со мной.
Конечно, поначалу я сопротивлялся. Меня били, связывали. Иногда использовали настойки чтобы усилить желание. – Я не мог понять почему так легко рассказываю ей все эти постыдные вещи. Будто стремился упасть еще ниже, увидев, как исказится от отвращения ее лицо. − Позже на «встречи» начали привозить юношей из бедных семей, которым не повезло родится красивыми.
− Значит Мар, Миер и Отис тоже? – Хозяйка, совладав с собой, все же спросила.
− И они. Отис не так давно пришел.
Да, он гордый и дальновидный. И уже уверен, что хозяйка очень скоро возьмет его к себе и сделает любовником.
− Почему ты не сбежал? Мне приходилось видеть в действии боевую технику стражей и, если ты хоть в половину так хорош, мог бы все это прекратить.
− Вывозя из поместья меня поили зельем, поэтому я был слабее обычного и не мог дать достойный отпор. – Ни к чему ей знать, что у меня были причины остаться.
− Часто вас… вы принимали участие в…
− Других примерно раз в месяц. Меня чаще.
− Почему?
− У меня были свои… особые гости. – Она отвела глаза. Да, хозяйка, я здесь самая грязная игрушка.
− Много? − Все же не без труда продолжила. Что еще она хочет услышать? − Двое, хозяйка. Рассказать вам как они мной играли?
Два моих ночных кошмара. Те, кто указал мне мое место. Все остальные аристократы, которые проводили со мной время, просто неумехи. Даже не всегда могли перебороть отвращение чтобы коснутся проклятого отребья, а только смотрели.
− Не нужно. Что было дальше?
А дальше я успел смирится с тем, что не будет другого будущего. И когда надежда угасла, мою клетку разрушили.
− Это было несколько месяцев назад. Нас забрали из дома вместе с охраной и прислугой. Отдали караванщикам. Нас долго везли, продавая по дороге. − Не будь я все еще под воздействием зелий, может вырвался бы. Но что теперь гадать. − Потом был город, ошейники и арена.
Она молчала. Я так и не понял, чем мой рассказ мог помочь с проклятьем. Но если это повлияет на судьбу брата я вывернусь наизнанку, чтобы «порадовать» хозяйку.
− А Никей и Фар, с ними тоже… играли?
− Нет! Нет, хозяйка. Они просто жили в особняке. Их не стали отправлять на остров по просьбе родителей.
Братья. Они чисты. Даже «город грязных секретов» не смог замарать их. Как же я рад что научил их драться. Местные хозяева не привыкли чтобы их жертва умела выкручивать руки и ломать носы.
− Так вы не родные?
− Простите, мы не думали вас обманывать. Нам никто не объяснял кем мы друг другу приходимся, а в особняке все братья.
Почему она спрашивает? Как быть? Я говорил им быть незаметней. Говорил изображать раба. Но братья уверены, что хозяйка «не такая». Что не станет вредить без причины.
− Остальных легко отдавали?
− Простите, я не расслышал. – Будь внимательней. Вспомни где ты находишься и с кем.
− Я имею ввиду, другие семьи легко отдавали детей в особняк?
− Я не знаю, хозяйка. Им известно, что иначе нельзя.
− Тут я бы поспорила.
− Простите, я не понимаю.
Хозяйка что-то прошептала, но я при всем усердии не смог бы ее расслышать. Но, она точно была недовольна.
− Ты знаешь… почему брат так поступил с тобой?
− У него были друзья из империи. Они рассказывали какие здесь порядки и как удобно с рабами. Возможно, он тоже так хотел. − Я пожал плечами. Мой брат делал многое, чего я не понимал. Могу только догадываться.
− Он участвовал в… развлечениях?
− Нет. Только наблюдал, когда не был занят. – Она снова отвернулась. Я украдкой смотрел ка сжимаются кулачки и вздымается грудь моей хрупкой хозяйки. Что же вас так взволновало?
− Хоть в народе и говорили… − еле слышно начала она. А я напрягся, боясь не расслышать очередного вопроса. – Но… он действительно был безумен.
− Был?
− Эрит, короля Кая казнили. – Я, забывшись, посмотрел ей в глаза. Что за жестокая шутка? – Как и многих других из королевского рода, и приближенных аристократов. Теперь страной правит наместник.
Я нахмурился. Как такое возможно? Кто смог такое совершить? У брата была сильная поддержка. Что же в самом деле тогда произошло?
− Ты не знал?
− Нет. − Разве сейчас это важно? Для меня в любом случае мало что изменилось.
− Спасибо, что рассказал обо всем. Знаю, это было непросто. По поводу припадков, Фар как-то говорил, что у тебя они происходят чаще чем у остальных.
− Это так, хозяйка. Но я не знаю причину. − Только то, что опасен, особенно для самых близких.
− Когда случился последний, что ты чувствовал?
− Боль. − Что еще можно чувствовать, когда собственная магия рвет тебя на части?
− Нет, я имею ввиду перед тем, как все началось. Сегодня Никей был взволнован. Может ли быть что их провоци… причина в том, что ты переживаешь в тот момент. Возможно как-то удалось бы их прекратить, не прибегая к зелью.
− Я не знаю, хозяйка. – Все равно ничего мне не поможет. Сколько раз пытался, результат один. Но какое ей дело до этого?
− Ладно. Мы продолжим уменьшать количество, ведь без зелья ты еще болеешь?
− Да.
− И сделаю для вас троих флаконы с одной порцией. Чтобы на случай припадка, у каждого с собой было зелье. Неизвестно где я буду, когда снова что-то произойдет.
− Спасибо хозяйка. – Действительно, не нужно будет бегать в поисках госпожи, как я сегодня. Ворвался в кабинет, даже посмел кричать. Не пойму, почему она ничего не сказала об этом.
− Эрит.
− Да, хозяйка. − Накажет. Только бы Никея не трогала. Я все вынесу.
Я попытался выглядеть покорным, но под пристальным взглядом тело поддалось предательской дрожи. В этот раз точно решит продать. Зачем ей звери? Все что у нас есть − физическая сила и тело. Пользы мало одни хлопоты. Но братья… прошу, оставь хоть их.
− Можешь идти. – Спокойно сказала хозяйка Еугениа и отвернулась.
Я решил, что ослышался. Ошарашено замер, не отводя взгляда от ее лодыжек. А поняв смысл всего разговора, захотел их расцеловать. Она говорила о флакончиках, о зелье для меня, о будущем. Значит продавать не намерена, так ведь? А еще, ни слова не сказала о наказании, которое я заслужил своей дерзостью. В который раз убеждаюсь, что неспособен понять причины ее поступков. Знаю только, что должен стать лучше, чтобы у моей доброй хозяйки не возникло мысли избавится от неугодного раба.
9. Будни.
Новые рабы оказались невероятно полезными. В моем мире тоже смотрят на картинку, но, чтобы так разбрасываться кадрами, я была в шоке. Домашние Гер и Сар со знанием дела наладили быт в доме. Лурия относилась насторожено ко всем мужчинам, кроме своих друзей по несчастью. За работу она взялась сразу хоть я предложила ей еще отдохнуть, но полагаю так ей легче пережить все случившееся. Полевые рабы тоже были понятливые и старательные. Об их выносливости вообще молчу. В общем сожалеть о покупке перестала. Только уколола мысль что могла не успеть. И сколько сейчас таких же неоцененных отправляются в место откуда нет возврата. На добыче следить за порядком поставила Дугара и Жи, все же от них знаю, чего ожидать. Я дала им свободу действий в определенных рамках уверенная, что только так можно взрастить инициативную команду. Время покажет, что из этого получится.
А вот я засела в мастерской. Вернутся к привычному рабочему ритму оказалось приятно. Делать то, что нравится, в чем я хороша. Еще и приносит доход. Начала с простой схемы огранки для кристаллов, а Мару, Миеру и Отису приказала наблюдать и учится. После того, что узнала я немного смущалась в их присутствии. Но потом сказала себе, что у всех нас есть прошлое и не стоить оценивать человека по нему. Буду строить мнение из того что вижу. Когда рабы поняли, что ругаю я только за халтуру, а ошибки подправляю и продолжаем работать, быстро втянулись. К концу недели отправила первую партию товара в столицу.
После того случая я не раз пыталась заговорить с Эритом. Но в ответ снова слышала только сухое «да, хозяйка». Похоже, чтобы вывести на разговор о личном и как-то сдвинутся с места мне опять придется давить и запугивать. Стал бы он рассказывать если бы не волновался о судьбе брата? Это будто разбудило его эмоции, вывело из оцепенения. Ненадолго. Стена снова такая же толстая и глухая. Тешит только мысль, что дело не во мне.
Но картина с проклятьем стала яснее. И по поводу братьев Эрита можно не волноваться. Их травмы не так глубоки. А вот он. Какой парадокс, что в стране где рабство официально запрещено, этот мужчина испытал непомерно больше страданий и унижения, чем будучи в ошейнике. Теперь я осознаю насколько тяжело ему будет доверится кому-то. После всего, что он пережил удивляюсь как остался вменяемым. Все же есть в нем внутренняя сила, о которой он сам может не догадываться. Это вызывает во мне трепет, и я теряюсь, когда мы наедине и нужно приподнимать будничную маску хозяйки.
А ведь если сравнить, в моем мире тоже нет законного рабства. Но люди часто делают не то что хотят. Часто кто-то решает за них все от мелочи до чего-то масштабного и далеко не в пользу ведомого. И, что прискорбно, люди с благодарностью принимают подобное попечительство. Идут по пути наименьшего сопротивления. В оправдание они твердят себе и остальным, что обстоятельства оказались сильнее. Им всегда есть кого винить и нет необходимости брать ответственность за свою жизнь. Возможно будь на таких рабах ошейник они поняли бы свое положение. Обратили бы внимание насколько мнима их свобода.
Мне впервые пришло письмо. Его принес раб това Игрила Каргреса. Письма отличались от свитка связи тем, что несли больше информации и не стирались. А еще открыть такое для кого-то кроме адресата затруднительно, хоть и возможно. В общем это роскошь. Тов писал о том, что хотел бы поговорить по поводу заказа личного артефакта. Я вспомнила наше знакомство в мой первый вечер в городе. Сложно судить о возрасте, но он определенно старше Эрита. Мужчина был заметный. Такой себе холеный и довольный жизнью гусь. Не без достоинств, но на мой вкус будто всего через меру. Но отказывать особых причин не было. Главное не давать опрометчивых обещаний.
При встрече мужчина был ожидаемо галантен и внимателен от чего я насторожилась. Назовите меня странной, но такие у меня инстинкты. Ведя разговоры ни о чем, мы прогулялись по городскому парку. Потом был перекус в одной из множества укрытых за высокими кустами беседок. А после, идеально спланированное свидание закончилось, по мнению мужчины, адекватным предложением. Я сначала подумала, что потеряла нить разговора и что-то не поняла. Но тут возле меня на скамейке оказалась шкатулка с аргументами. Заглянула. Вернула. Я конечно люблю украшения, но серьги и колье из редкого изумрудного магического камня − это перебор. Как комплектующие для артефактов эти камни стоят гораздо дороже чем на украшениях. Такие подарки не помогают показать симпатию, а скорее кричат «я могу себе это позволить».
− Вы знаете себе цену. − Пряча в карман шкатулку сокрушался претендент в женихи.
− Знаю, что ее нет.
− Не обижайтесь. Вы умная женщина и понимаете, как удобно чтобы рядом был надежный мужчина. Если не любите украшения подарю вам рабов. Можем даже поехать в Город Утех если вам такие больше по вкусу. – Он едва сдержал улыбку. Ах да о том, что я приехала в город с полной повозкой «неправильных» рабов говорили все в тот вечер. Так и появляется молва об эксцентричных хозяйках.
Пока я размышляла в какую сплетню выльется для меня сегодняшний выход из дома мужчина продолжал делится планами.
− Все что от вас требуется, родить мне одаренного наследника и быть примерной женой на людях. И больше никаких притязаний с моей стороны.
Ну да, что еще нужно для счастья? Я отмахнулась, что не готова к такому серьезному шагу и сбежала. Про заказ так и не поговорили.
В городе интерес к моей работе понемногу рос, конечно, не сравнимо с интересом к моей личности. Познакомилась с парочкой подруг Верлии. Сначала они показались вполне вменяемыми замужними дамами. Как оказалось, в семейном положении как раз все дело. Немного пообщавшись со мной, они осмелели и начали с легкостью рассказывать о каверзах, которые когда-то устраивали мужчинам, вплоть до подставы и попадания в рабство. Я тихо ругалась. Они понимали свою ценность и пользовались ей. А вот после замужества вседозволенность ограничивалась рабами и стенами дома. Никакой распущенности на публике. О мужьях говорили мало, это всего лишь источник комфорта. Про детей сама боялась спросить.
Была одна адекватная женщина. Вдова, владелица кондитерской. Ее рабы не выглядели уставшими от жизни. Как-то я привезла домой ее сладостей решив побаловать своих подопечных. Ожидаемо, местные рабы боялись подойти к столу расценив мое «угощайтесь» как приказ с подвохом. Только увидев, как регеланцы смело уплетают вкусности, они сумели выйти из оцепенения. Тогда мое внимание привлек Отис. Он с детским восторгом осматривал украшение на пирожных. Нюхал их. Попросил из каждого вида хоть немного попробовать. Миер облизывая пальцы наблюдал рядом. Он и пояснил что семья красавчика довольно известна в столице как лучшие кондитеры традиционных десертов. На вопрос как же он попал в переплет с рабством ответил Мар. А дело было в нежелании подчинятся решениям отца. Вот так, не всегда бунт ведет к освобождению. Конечно от гнета родительской воли он спасся. Но какой ценой.
На следующий день, отбросив свои не взрослые обиды, я повезла Отиса к вдове Тариин. Он показал свои умения в кондитерском деле. Договорились что пока побудет в аренде, за счет учебы. Все остались довольными.
Как только Никей отлежался положенное время, пришел с повинной. Им в особняке запрещали любые отношения. А ему девятнадцать, первая любовь. Ответила ему то же, что и Морне. Вскоре все в доме затаенно следили за робким ростком их отношений. Морна сменила мальчишескую рубашку на блузку и укладывала короткие волосы в платок. Ее женственность пробуждалась согретая трепетной заботой юноши. А вот отец девушки устроил представление, которое я бы назвала «стрижка и слежка». Оберегая честь дочери, он делал вид что именно тот куст или эта клумба требуют его внимания и неустанно следовал за влюбленными, уверенный в своей маскировке. Похоже, в эту цветну, как местные называют осень, многие кусты не расцветут, сильно поредев от чрезмерного внимания.
Как-то появилась свободная минутка и я решила проверить как тренируется моя охрана. Ладно, каюсь, подсматривала. Эта их техника боя, словно танец. Плавные, почти ленивые движения, чередовались с резкими бросками и захватами, которые при желании могли иметь весьма плачевный исход для противника. Все четверо мужчин несмотря на разницу в комплекции работали слажено. Сразу понятно, что они здесь каждый день не в карты рубятся. За тренера был Эрит. Он подсказывал, отвечал на вопросы, где надо подправлял. Я решила остаться незамеченной зная, что в присутствии хозяйки он будет другим. Немного зависть брала как он менялся если речь заходила о братьях. Он всегда искренне заботился о них, советовал что-то, если нужно ругал. А еще пытался выставить в наилучшем свете. Поймала себя на мысли, что он все больше привлекает меня как мужчина. Да еще плющ этот, словно живой, кочует по всему телу примерно раз в несколько дней. То вздумает на руке обосноваться, то на голове оплетая лоб на подобии короны. Но чаще прячется где-то под рубашкой. Вот бы мне позволили самой его поискать.
Вспомнила Витю, моего парня. Первый интим в том мире. Случившийся скорее всего потому, что так делают все. А может, я хотела насолить маме с ее бесконечными запретами. Витя был более опытен чем я в мои семнадцать с половиной. Как вспомню мой ужас утром, когда поняла, что мы не предохранялись, смех берет. Еще и месячные задержались на три дня. От нервов, не иначе. Что я чувствовала, когда ушел страх? Наверное, разочарование. Еще несколько раз мы были вместе, но чувства как-то резко пошли на убыль, и я рассталась с ним. Подозреваю, дело в том, что мы оба осознавали, что эта связь временна и не были заинтересованы сохранить ее. Дорожить друг другом. В одном из немногих случаев я признала мамину правоту.
Сейчас я думаю, что близость тел должна случится следом за близостью душ. Такой секс − итог единения, прошедшего в первую очередь двумя личностями. Это ответ себе и партнеру на вопрос, который едва ли получится обличить в слова. Он не оставляет тошного послевкусия и чувства, что тебя обманули. Что какой-то внутренний голод не утолен. И дело вовсе не в смене блюд.
В новой жизни, если мой будущий муж меня примет, я решила, что готова построить что-то крепкое, постоянное и только наше. Я надеюсь на это. Но, Мудрый Мир, как же много сложностей нам еще предстоит пройти.
10. Решение.
Несколько недель затишья после приезда вылились бальзамом на мою натерпевшуюся приключений… персону. Это, не считая рабочих моментов и частых подозрительно случайных встреч с моим неудачливым женихом. Он конечно был галантен, тему не поднимал, но и с радаров не исчезал насовсем. Даже не знаю, как относится к подобному сталкерству.
И вот на мое имя пришло приглашение на вечеринку от императорского секретаря. Отказать нельзя, император же. Пришлось унять раздражение из-за прерванных дел и начать подготовку, насколько это возможно за два дня, из которых больше суток займет дорога на магповозке. Нам предстояло ехать к морю. Именно там располагалась Малая столица империи, специально отстроенная после завоевания земель на юг от воды. В охрану взяла Эрита и Дугара, а Сар поехал для помощи с гардеробом. В дороге заметила непривычную тревожность Эрита. Я все не теряла надежду преодолеть его зону отчуждения.
− Эрит, что-то случилось?
− Нет, хозяйка.
− Ты можешь мне смело говорить, если тебе что-то нужно или помощь в чем-то.
− Да, хозяйка.
Ну вот опять. Я ведь знаю, что ты другой.
− Он волнуется о братьях. − Пояснил Дугар видя мою озадаченность.
− Там они в большей безопасности чем мы.
Попыталась успокоить Эрита и даже не кривила душой. Я действительно уверена, что нет причин для тревоги о них. Что не скажу по поводу нашей компании. Если мне неприятна публика в провинциальном городке, особенно поведение с живым имуществом, что тогда говорить о высшем обществе. Уж от них ожидать снисходительность по отношению к рабам точно не стоит.
Нас встретил красивый ухоженный приморский город. Побольше того в котором я бывала в прошлый раз, сойдя с корабля. Чтобы не быть скованной в передвижении поселилась в гостинице. Полагая, что многие гости воспользуются замковыми комнатами, решила пойти в самую лучшую и не прогадала. Свободных номеров было предостаточно. Наведя марафет оставила Сара отдыхать, он свою работу выполнил безупречно.
На пристани уже ожидали лодки. Нас отвезли в замок, высеченный в скале. На нижнем ярусе чернели проемы арок, куда мы и поплыли. Во время прибоя несколько уровней построек полностью уходят под воду, но как объяснил провожатый, магия защищает все что находится внутри стен. Зато зрелище захватывающее. Новый замок был полон и других диковинных решений, и изысканных мелочей. В общем, красота неописуемая. Насладится ей в полной мере мешали догадки о том, чьими руками все это создавалось. Первым делом меня отвели в крыло с комнатами для гостей. У каждой двери на коленях стояло несколько юношей. Похоже, идут в комплекте. Хорошо, что я поселилась в гостинице.
В зал взяла только Эрита. Дугар слишком выделяется, да и кому нужна я если на вечере присутствует сам император. Внутри была ожидаемо изысканная обстановка с диванчиками, нишами для рабов и танцами, больше похожими на шествие зомби, медленное и унылое. Несколько раз показывали мини-представления с использованием стихийной магии. Довольно неожиданно и зрелищно.
Ко мне подходили знакомится мужчины разных возрастов и статуса. Некоторые даже показались очень ничего, но я не верю этой наигранной скромности. Наблюдала издалека за другими регеланками. Они успели перекроить под себя местные порядки и одежду. Так скромный наряд, который должен был полностью скрыть тело, невероятным образом соскальзывал с плеча или открывал ножку, а украшения из пояса и колье превратились в некий лиф, показывающий силуэт владелицы в самых выгодных местах. А ведь другие девушки постоянно отсвечивают на мероприятиях пребывая в активном поиске. Осталось меньше половины регеланок, которые не обзавелись еще брачными браслетами, под которыми принято прятать тату, что должно появится в храме. Замужние выглядели вполне довольными жизнью. Были здесь и местные девушки. Дерзкие и грубые по отношению к рабам, но силу не применяли. Хотя и без кнута возможно нанести раны страшнее и глубже.
В дверях показалась барышня в ярко красном платье. Лицо немного терялось в изобилии золотых украшений в виде пластин на шее и голове. Мне вспомнились фараоны, возомнившие себя детьми богов. За слоем макияжа с трудом узнала лицо той самой Лерданы-скандалистки, любительницы повелевать. Словно в подтверждение моим мыслям, за ней в дверь вошли двое рабов на золотой цепи. Они склонились так низко, что почти касались земли ладонями. «Вся из себя королева.» − Подумала я. И точно, идя вдоль зала она то и дело бросала томные взгляды в сторону трона. Высоко метит. Проходя мимо, Лердана скользнула по мне взглядом и на лице отразилось узнавание. Возможно ли, что я слишком пристально рассматривала ее в прошлый раз?
− Надо же, принц Эрит. Не думала, что встречу тебя еще когда ни будь. − Разбила мои предположения эта особа.
Я бросила быстрый взгляд на своего принца. Неужели эта дрянь и он? Захотелось сказать что-то колкое в его сторону, но вовремя спохватилась. Глупая ревность, дурная я. Как можно его судить после того, что узнала? Я направила свою злобу на женщину, которая жадно пожирала глазами Эрита.
− Не припомню чтобы нас представили.
На меня обратили внимание будто и не стояла здесь до сих пор.
− Надо же. Я была уверена, что меня здесь знают все. – Проговорила Лердана без нотки удивления и протянула руку к лицу Эрита. Он сделал шаг назад, не позволяя себя коснутся.
− Все такой же строптивый.
− Похоже, вы знали моего раба в прошлой жизни. – Я снова обратила внимание на себя твердя в голове как мантру: «Нельзя показывать эмоции. Если дам слабину, мной станут манипулировать.»
−Так он ваш? Да, мы знакомы. Очень близко. – Сказала и облизнула губы. Мне показалось что ее кроваво красная помада прямо сейчас оставила след на моем мужчине. − Не хотите сдать в аренду? Я хорошо заплачу. Он после меня будет шелковым ходить.
В этот раз она провела пальцем по животу Эрита. Хорошо еще, что на нем плотная рубашка раба-охранника. Он никак не отреагировал на ее посягательства, только одарил меня долгим нечитаемым взглядом. «Раб ждет приказа хозяйка», перевела для себя.
− Это ни к чему, все мои рабы меня слушаются. − Не знаю верно ли я поняла его немую просьбу или просто увидела то, что хотела.
Внезапно мой принц подошел ко мне очень близко и опустился на колени. Я все еще медлила как-то реагировать, а поэтому он сам, словно делал подобное много раз до этого, подставил голову под мою руку подобно собаке просящей ласки. Он и вправду хорошо знал особу ради которой был разыгран спектакль, так как это сработало. Лердана удивленно поняла бровь. Похоже с ней он никогда не был покорным, по крайней мере, если был в себе. Женщина разочаровано фыркнула и развернулась чтобы уйти. Но в последний момент бросила:
− И все же, из ностальгии по родным местам… Когда надумаете продавать, свяжитесь со мной.
Эрит так и остался на коленях. Я все еще решала, стоит ли развивать тему, когда ко мне подошел помощник Мариес чтобы сообщить, что император желает меня видеть. Я заметила, что зал он покинул не так давно, а значит встреча произойдет не публично. Идя по коридору, я лихорадочно вспоминала что мне известно об этом человеке. Пыталась решить, что говорить, но мысли никак не хотели собираться в кучу. Эрита оставила за дверью.
В помещении куда меня привели, возле стен в три ряда стояли рабы с идеальной по здешним меркам внешностью. Даже заметила несколько девушек. Похоже, сюда попадают лучшие. В огромной нише в дальнем углу была кровать, вернее лежбище размером с мою спальню, где в данный момент император развлекался с парой женщин. Ошейников на них не было, а на полу валялись ошметки платьев из дорогих тканей. Я предположила, что это гостьи. На их запястьях красовались толстые золотые украшения. Я попыталась отогнать исключительно извращенную догадку, что мужья этих женщин сами привели их развлечь правителя. Он давал короткие команды, будто обращался к рабыням. «Повернись», «шире», «оближи» − в таком духе. Две его игрушки слушались безукоризненно, лаская мужчину и друг друга, доводя до пика и тогда он входил в них по очереди. Это продолжалось пока он не оставил свое семя в каждой, а после спокойно оделся и сел в широкое кресло. Только тогда в меня вперили пристальный взгляд. Похоже, нарушить тишину должна именно я.
− Дней силы сильнейшему Дариермареку. − Мой голос не дрогнул, сама удивилась. Передо мной был тот, кто вершит историю, но также рушит судьбы. Сильнейший маг стихий и самый богатый рабовладелец.
− Прелестному цветку всегда рады в садах империи. − Взгляд голодного хищника говорил, что он эти цветы ест на завтрак. – Мои подчиненные наперебой рассказывают, как полезны ваши изделия. Нынче умелого артефактора труднее найти чем свободную магиню.
Я не знала, как реагировать на дифирамбы из уст правителя все больше волнуясь, когда же прозвучит пресловутое «но». Вдруг услышала стон, а может всхлип, где-то за моей спиной.
− Это из моей личной комнаты наказаний.
Он указал на проем в стене правее от входа, с нетерпением ожидая, когда я решусь шагнуть внутрь. Да, это была пыточная. Обнаженные и обессиленные рабы сидели, лежали и висели впутанные в разнообразные приспособления. И нет, они не были в крови или синяках. Каждое устройство было продумано так чтобы медленно убивать своего «гостя». Один раб умирал от удушья, пока шея была в петле, а ноги оттягивал механизм. Другой должен был держать на вытянутых руках гирю, опустив которую он получит удар в грудь огромным молотом. Еще один на веревке удерживал подвешенных на приличной высоте троих рабов. В спину ему были готовы воткнутся тонкие шипы, наваренные на пластину. Все пленники были крепко связаны без возможности как-то избежать смертельной участи.
От чувства страха и безысходности, что словно передались мне от рабов, мой желудок сделал кульбит.
− Вам ведь тоже обычные развлечения не по вкусу? – Промурлыкал мне на ушко император, пока я стояла, пытаясь сдержать тошноту. И более будничным тоном продолжил. − Выберете кто будет следующим? Они все провинились и из этой комнаты не выйдут.
− Я… − На меня подняли взгляд рабы, сидевшие полукругом возле входа. Несмотря на страх перед этим мужчиной, подыграть его безумию было выше моих сил.
− Неужели я ошибся на ваш счет? Но тогда зачем вам было ехать на юг страны? Уверен, что не ради нескольких необучаемых рабов. Возможно те шесть регеланцев ваши знакомые или родственники? Предупреждаю, не пытайтесь врать мне, това Еугениа.
Вот к чему представление. Наивно было надеяться, что он не в курсе чего-либо. И как тут не соврать?
− Я впервые увидела их в тот день.
− Тогда зачем они вам?
Нужно как-то выкрутится. Может разыграть дуру?
− Разве у девушки не может быть маленьких секретов? − Он молчал. Не прокатило. − Уверяю вас что моя покупка не имеет отношение к событиям во дворце Регелана.
