Текст книги "Солнце в оковах плюща (СИ)"
Автор книги: Яна Вестник
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 26 страниц)
15. За закрытой дверью.
Мы вынырнули из мутной дымки. Хозяйка плакала. Никогда не видел ее настолько грустной. Она никак не могла совладать с собой.
Я вытер собственные слезы и попытался взять себя в руки. Меня немного трясло, будто пережил все снова. Чувствовал отголоски тех ощущений в теле. Пульсирующая боль в сломанной руке и жжение внутри. Этот день мне часто снится. Как же я не хотел вспоминать. Отис был прав во всем, даже не подозревая насколько. Никто из них не знал о Дегиере. В тот первый раз я был застигнут врасплох его напором и силой. Не мог вообразить, что подобное случится со мной. Какие шансы у меня были против бывшего командира дворцовой стражи? Он приходил редко, но унижал как мог. Всегда после, мне требовался целитель чтобы срастить кости, и я смог дойти до повозки.
− Хозяйка, − мой голос звучал тихо. Неужели так кричал, что охрип? − Ваш артефакт работает только наполовину. Вы узнали правду, но…
− Ты все помнишь. – В ужасе закончила фразу.
Кивнул.
− Позвольте мне уйти. − Все же выдавил из себя. Не могу видеть ее сейчас. Как она отнесется ко мне теперь? Вспомнит ли слова о том, что не отвергнет и не осудит? Если посмотрю в глаза и пойму насколько ей противен, сойду с ума. Лучше не знать. Вообразить, что это снова сон.
− Эрит, прости я не знала…
Нет, прошу молчи. Дай уйти, прошу. Я уже перетек на пол. Стоя на коленях спрятал лицо надеясь стать точкой. Она замялась.
− Иди. − Болью полоснуло по груди, словно хлыстом. Дурак, сам же попросил, а теперь... стало страшно. Что если, выйдя из этой комнаты, больше никогда не прикоснусь к ней, моей драгоценной жене. Вот и кончилась игра в семью. Никакая маска не спрячет от самого себя.
Весь день я избегал хозяйку. На тренировке на меня недоуменно поглядывали братья и Дугар. Видели, что и она сама не своя, а может и слышали. Даже Сар пытался о чем-то спросить. Что им сказать? Да это я ее обидел. Окунул в грязь, что ношу в себе. Ненавижу, лучше бы сдох на арене или от припадка. Осознание вины разрывало на части... Теперь она знает самый темный мой секрет.
Издалека наблюдал за детьми. Их счастливые лица немного приглушали мою боль. Слабый, никчемный, жалкий вор. Я краду минуты рядом с вами чтобы чувствовать себя лучше.
Ночью порывался пойти к ней и умолять, уверенный, что она не станет пользоваться моими слабостями, скорее пожалеет. Я наконец стал покорным и для этого не понадобилось меня ломать. После того как касался ее, моей сладкой нежной жены, теперь готов на все. Лишь бы позволила быть рядом. Даже спать на полу в ее комнате надеясь на каплю внимания. Провел пальцем по брачному тату. Сначала часто проверял не обман ли это, потом вошло в привычку. Какая другая выбрала бы в мужья меня? Только она. С неправильными мыслями и вопросами, которые никто бы не задал. Готов принять ее жалость за симпатию. Рядом с ней моя жизнь обрела краски и даже если это какая-то хитрость я согласен быть обманутым. Вот только, зачем ей рядом кто-то настолько жалкий?
На утро второго дня ноги сами принесли меня к вольеру. Дети так назвали придумку хозяйки где можно играть их зверю. Увидел няню, сидящую под деревом на покрывале. Она тихо беседовала с самыми младшими детьми.
− Могу я немного побыть с ними? − Женщина кивнула. Мы не разговаривали ни разу, но я благодарен ей. Мне нравится то, как она заботится о детях и одновременно воспитывает. Мне бы ее умения несколько лет назад. Я сел возле Кая, который тут же как раньше залез в кольцо моих ног, облокотившись об колено. С очень занятым видом он перекладывал камешки, которые скорее всего насобирал в саду. Дейр держался рядом, наблюдая. Он еще помнил родителей и не спешил привязываться к кому-то. Я не раз это проходил с другими детьми. Обычно их привозили в особняк годам к пяти. К тому времени в семье уже подрастал второй ребенок. Только Кай стал исключением.
− Это твой сын? − Спросила Менева. − Если запрещено не отвечай.
− Нет не сын. Но я воспитывал его с рождения.
Женщина, удовлетворенная ответом, отошла на небольшое расстояние. Пользуясь минутой свободы, она принялась, не спеша складывать какие-то вещи. Но все время поглядывала на нас.
− Тебе разве можно с нами видеться? − Услышал за спиной голос Микея. Оглянулся. Остальные дети стояли неподалеку. Должно быть только пришли со стороны сада. − Хозяйка разрешила? − Брат говорил без привычной язвительности. Только в голосе ощущалось волнение.
Вот до чего додумались. И все по моей вине. Все время в особняке я защищал их. Как мог скрывал правду. И теперь тоже, считая, что так будет лучше, отгородился от всех. Но раб, находящийся во власти хозяина не должен быть таким своевольным.
− Она не запрещала мне видеться с вами.
− Значит ты сам не хотел.
Что им сказать? Вздохнул. Время откровений.
− Я … виноват перед вами. Только моя вина.
− А госпожа Ниа, она не будет злится? – Умница Монн. Всегда был тем, кто мирил всех и искал компромиссы.
− Нет. Она очень добрая и … заботливая.
Дети, больше ничего не спрашивая, сели рядом. Я почувствовал опору из чужих спин. Раньше мы так садились вечерами, придумывая себе развлечение на следующий день. Может быть они поняли, что я сейчас не в состоянии вести разговоры. Зря избегал их. Одолеваемый страхами что поселились в моем сердце, сам рушил то, что мне дорого.
− Эрит, мы знаем, − Авус нарушил тишину, − что в особняке не все было хорошо. Ты уезжал, а когда возвращался болел. Ничего нам не рассказывал. И…
− Авус имел ввиду, что мы знаем, как ты все носишь в себе. И хотели сказать, мы рады что ты нашелся. – Микей пытался побороть волнение, но глаза уже были влажными. Меня обняли три пары рук. Старшие мальчики, возможно считая это слишком детским жестом, только с улыбкой смотрели на меня, делясь своей поддержкой. Но этим они сказали больше любых слов. Я нужен им какой есть, вопреки всему.
Когда я снова остался наедине, чувства немного утихли. Я понял, что, вспоминая о вчерашнем событии ощущаю какое-то болезненное облегчение. Возможно от того, что больше нет нужды молчать. Это было неожиданно странное чувство. Будто из раны выпустили гной. Она все еще кровоточит, но все идет как надо. Возможно я даже хотел, чтобы хозяйка узнала обо всем. Но сам никогда не решился бы рассказать, будучи уверен, что это станет концом. Артефакт не оставил выбора. Услышав вопрос, я потерял контроль и стал зрителем.
Вторую ночь я бродил у ее двери не решаясь постучать. Спустя час ушел. Вышел во двор. Все давно отправились спать, ведь ночью магия, вплетенная в стены, защищает замок от незваных гостей. Я прошелся по пустынному саду, остановившись у пруда. Хозяйка любит воду, вот и попросила его вырыть. Глядя на дребезжащее зеркало, я понял, что мысли мои снова пошли по кругу.
Она злилась на меня, за то, что не рассказал о детях. Обидел недоверием. Но, как я мог? Они ничем не полезные, даже магии нет. Откуда мне было знать, как она поступит, если даже собственные родители от них отказались? А после покупки я боялся в какой-то момент услышать, что дети мешают. Но, разве Ниа поступила бы так? Она всего лишь хотела искренности. А я, похоже, постоянно совершал ту же ошибку. Упрямился, ведя бой с несуществующим врагом. А ведь сейчас, с ней, все иначе. Да и я больше не тот, что четыре года назад. Пора признать, мир не рухнул из-за того, что она увидела мое воспоминание. Но, пока я утопаю в жалости к себе, мы все в опасности. Я должен оставить собственные чувства, чтобы защитить хозяйку. Вот и повод снова ее увидеть который не смею отвергать.
Стоя у двери услышал звук. Словно Песня Жизни в храме, но иначе. Она звучала немного тоскливо. Но хозяйка не владеет ментальной магией. Какая она все-же загадочная. Представил ее, отворившую дверь и снова волна страха прокатилась по телу. Чтобы не дать ему волю быстро постучал.
16. Дождь.
И зачем я спросила о страхах? Только разбередила старые раны и по моей вине Эрит снова пережил тот ужас. Увлеклась ролью врача, а ведь ни разу не психотерапевт. Похоже это и был второй «клиент». И подобное происходило не единожды. А дать отпор или сбежать Эрит тоже не мог, защищая близких. Конечно на поведение это повлияло, ведь такая травма заживает не один год. Вот настоящая причина его холодности и недоверия. Многие после насилия вообще не способны на полноценные отношения. И как быть с ним теперь? Может он меня презирает или ненавидит? Возможно решит, что хозяйка задумала таким способом поиграть. Но мне казалось мы уже прошли этот этап. Он должен понять, что я не нарочно. Что не желала причинить ему боль.
Когда слезы кончились я все же доделала артефакт. Исправила забывание. Эффект присутствия трогать не рискнула, пусть остается. Но проверить устройство снова не решалась. Уже доигралась, что муж меня избегает. А еще я боялась за Эрита. Не знала, чего ожидать. Так и сидела в кабинете будто на иголках. Но когда в третий раз, сама того не замечая, спросила у Жи не приходил ли муж, тот не выдержал.
− Хозяйка, я могу посмотреть, чем он занят и сообщить вам.
− Вот только слежку за мужем устраивать и осталось, других дел нет.
Возмутилась для виду. Но вскоре беспокойство взяло верх. Оказалось, я паниковала зря. Эрит стал только немного более задумчивым. Когда же на следующий день я узнала, что он проводит время с детьми, от сердца отлегло. А ночью в дверь спальни тихо постучали. Я маялась бессонницей привыкшая спать под теплым боком мужа. Словно и не было семейного счастья. Из подавленного настроения перетекла в лирическое и принялась мычать под нос мелодию старой колыбельной. Слов вспомнить не смогла. В таких расхлестанных чувствах отворила дверь и сон окончательно ушел. В проеме стоял Эрит.
− Что случилось? − Первым делом подумала, что что-то с детьми.
− Позвольте. – Его спокойный тон меня немного напугал. Вдруг он снова накрутит себя до состояния эмоционального вакуума, и мы вернемся к тому с чего начали.
− Входи.
Кивнул и прошел в комнату. Замер, не зная, где ему дозволено сесть.
− На кровать, − От волнения включила хозяйку. Эрит присел на край кровати. Решительно смотрел в глаза.
− Нужно закончить с проверкой артефакта.
−Откуда ты знаешь, что я его починила?
− Вы бы не бросили начатое.
Я может и стала бы спорить на счет этого, но комплимент из уст мужа слышать было приятно.
− Ты не обязан. Я могу проверить артефакт на ком-то другом.
− Нет. – Теперь перемены в его поведении меня откровенно интриговали. Он стал более решительным и каким-то собранным. − Прошу позвольте мне.
− Эрит, − протянула руку чтобы коснутся его лица, но он отпрянул.
− Нужно закончить с артефактом. Вы в опасности, а значит и все мы.
− Хорошо. – Похоже в этот раз он сам определил границы.
Для опыта решила выбрать меньшее из зол. Спросила о счастливом воспоминании из прошлого до меня.
… Во дворе огромного дома скорее всего того самого особняка я увидела мужа. Он был больше похож на Эрита встреченного мной в империи. Коротко абы как остриженные волосы, усталое лицо и синяки под глазами свидетельствовали о непростом времени в его жизни. Возле него остановилась повозка из которой вышли двое.
− Принц Эрит, познакомьтесь, это принц Кай. – Сказал немолодой полноватый мужчина. Рядом с ним встала женщина со свертком в руках.
− Почему вы привезли его так рано? Он же совсем маленький. – Недоумевал Эрит вглядываясь в сморщенное личико младенца.
− Ее величество не захотела прикасаться к сыну. Кормилица будет жить с вами. − Мужчина указал на спутницу, и та слегка склонила голову.
Эрит тоже кивнул, а потом взял на руки ребенка. В его взгляде было столько нежности в отношении крохи, сколько не всегда родные дети получают от родителей.
− Надеюсь на вашу помощь. − Сказал он женщине и на этот раз она, улыбнувшись, поклонилась уже более почтительно…
Эрит открыл глаза и насторожено глянул на меня. Решила не держать его в неведении.
− Ты показал мне как встретил племянника. Я верно поняла, Кай первенец твоего брата?
− Верно.
− И похоже, он для тебя особенный?
− Да, хозяйка. Позвольте сказать. Я… благодарен за то, что вы выполнили условие и выкупили детей. Я научу их вести себя. От них не будет проблем. Знаю они не приносят пользу, но … − Он взволнованно обрывал фразы и говорил все тише. − Прошу…
Мне снова напомнили о безграничной власти над жизнями обитателей замка. О том, что это также ответственность. И не важно, что эту роль я не выбирала, моего решения ждут как приговора.
− Эрит, разве я угрожала продать их? Они твоя семья, а значит, останутся с нами.
− Спасибо.
− Ты держался на расстоянии с ними из-за… прошлого?
− Да. Им уже однажды грозила опасность только за то, что стали важны для меня. Я не хочу, чтобы они пострадали по моей вине.
И снова эта надуманная ВИНА. Пережитая им физическая боль не сравнится с тем, что он до сих пор испытывает разрываемый противоречиями. Он убежден, что заслужил такое бесчеловечное отношение. В моем мире я встречала подобное много раз. Сначала у человека появляются комплексы и ложные убеждения на свой счет. Для этого достаточно вбить ему в голову, что он какой-то не такой, ему чего-то не хватает или наоборот в избытке. И вот, уверенность в себе пошатнулась. Такой человек против воли становится слишком чувствителен к чужому мнению, магнитом для ярлыков и надуманных причин, ведущих к чувству вины. Вины за желание любить и быть любимым, быть оцененным, сохранить достоинство, иметь приемлемый уровень жизни и много чего еще. Его будут унижать, помыкать им, даже причинять боль, и он будет уверен, что не в праве просить большего.
Я взяла ладонь мужа, давая понять, что так просто не отпущу. Немного подождала и коснулась губами пальцев, подозревая, что сильнее нарушить личное пространство мне не позволят.
− Эрит, в том, что случилось нет твоей вины. Никогда не было. − Да это вина моральных уродов, получивших каплю власти. Но смогу ли я убедить в этом самого Эрита? Захочет ли он меня услышать?
− Не… вам не нужно … к такому как я. Простите за то, что вам пришлось увидеть. Мне жаль.
− На самом деле я восхищаюсь тем какой ты стойкий.
Я говорила без лукавства. Проклятый и лишенный свободы, он продолжал работать над собой, да еще и о детях заботится. И это при том, что с ним регулярно «играли» унижая еще больше. Даже в рабстве, он остался верен себе защищая тех, кого смог.
− Вы уже видели насколько я…
− Да, видела. И не знаю смогла бы ли так же как ты, найти в себе силы и не сдаться. Не смотря на условия, в которые тебя поставили.
Не в силах подобрать слова он все пытался отодвинутся и прятал глаза. Нет милый я скажу, что должна.
− Эрит, посмотри на меня. − Меня послушались. − Тебе нечего стыдится. То, что ты оказался слабее насильника не сделало тебя проигравшим.
Муж молчал. Я еле касаясь водила пальцами по его рукам словно изучая. Меня почему-то очень восхищали его кисти. Сильные, умеющие дать отпор врагу, но так бережно касаться моего тела. Увлеклась лаской и не заметила, что уже прижимаюсь к мужу и глажу его плечи.
− Хозяйка, я… мне… − Поймала его умоляющий взгляд. Похоже, мой напор его испугал.
− Нужно время?
− Да. – Выдохнул. Но помолчав добавил. − Вы наверняка владеете ментальной магией.
Я опешила.
− С чего ты взял?
− Вы иногда словно знаете, о чем я думаю. А когда я пришел вы пели. − Неплохо он сменил тему.
− Ах это. Просто мелодия из моего … детства. − Чуть не ляпнула про другой мир.
− Вы жили возле храма?
− Не совсем. − Теперь уже мне нужно закрыть щекотливую тему. Нет мой дорогой, не пришло время тебе узнать обо всем.
− Может пойдем спать? Уже давно за середину ночи, а завтра непростой день.
− Вы правы.
Он протянул руку и пропустил мои волосы сквозь пальцы, не касаясь кожи. А потом направился к двери. Я не спрашивая обняла его со спины.
− Эрит, между нами все по-прежнему. Ты не обязан уходить.
− Спасибо. − Услышала ответ и осталась одна.
Конечно, после такого итога я меньше часа ерзала по кровати вспоминая разговор. Может я где-то напортачила? Или ему нужно еще время наедине? Я же видела, что он не боится, тогда почему? Так не хочется терять его снова. Становиться для него чужой. Как же я тоскую по теплу его объятий. В моменты близости, возникает чувство, словно я стала для Эрита целым миром. А он, моим безмолвным солнцем, дарующим светлые дни. И без него мне уже никак.
Утром при первой мысли о деле, вспомнила пергамент что отдал мне Жи. И верно, с проблемой нужно переспать ночь и решение найдется. Теперь еще надо придумать как выманить моего сталкера. Устроила мозговой штурм. Как невеста я ему больше неинтересна. Опять же, если сам император не спешит сделать меня вдовой, то провинциальный аристократ тем более не рискнет действовать грубой силой. Как я рада, что хоть тут магия бдит в мою пользу и необходимо мое согласие. Что еще нужно Игрилу? Если рассуждать на его языке, где все и всех можно купить, для него имеют значение деньги, власть и влияние. То есть то, что добавит ему баллов в высшем свете. Чтобы заинтриговать нашу жертву приказала Жи написать, что узнал очень большую тайну хозяйки, касательно дворца. Но расскажет только при личной встрече. Ничего конкретного, но на Игрила уловка сработала. Для охраны, с Жи поехал Дугар. Меня не пустили, рассудив, что «жертва» может насторожится. Тем более неизвестно не ловушка ли это.
Я как на иголках ходила по дому. Наведалась к детям. Мелких развлекал Эрит. Менева вечером отпросилась на пол дня и поехала к семье. У старших детей были свои обязанности, так что сами себя делом займут. Я понаблюдала, потом поработала, потом опять понаблюдала. На этот раз проводили время все вместе. Меня тоже втянули в игру. Дети уже не так осторожничали со мной. Все кроме Микея. Он наоборот, только начал выказывать почтение.
Спустя несколько часов вернулись мои шпионы. По лицам увидела, что новости плохие. Сели в кабинете вместе мужем слушать рассказ. Встретились они с Игрилом, как и планировалось в безлюдном месте. Начали пустой разговор. Спектакль придумали чтобы как-то оправдать необходимость встречи. Жи просил их купить, причитая, что хозяйка не в себе, вышла за раба. Дугар аж всплакнул, поразившись актерскому таланту Жи. Игрил начал злится, схватил Жи и конечно уверил, что никогда не намеревался ему чем-то помогать. Тогда и активировали артефакт. Я дала им команду, задать два вопроса. Во-первых, меня интересовало какие неприятности мне грозят. Жи рассказал, что в воспоминании Каргреса увидел мужика, от которого у женишка прожилки затряслись. Оказалось, это был сотрудник императорской тайной службы. Он сейчас в городе и настоятельно советовал Игрилу больше не вмешиваться в мою жизнь. Мужчина только намекнул, что у них есть обо мне кое какие сведения и не будь я нужна императору, уже была бы в ошейнике.
Когда речь зашла о втором вопросе рабы притихли. Я велела узнать, что все же нужно императору от меня. Ведь должно быть что-то большее во всей этой канители с замужеством, чем нерегулярный грубый секс со мной. В воспоминании был дядя Игрила с женой. Это был подслушанный разговор, по меньшей мере, десятилетней давности. Женщина жаловалась, что не может выносить ребенка и уже двоих потеряла. Но мужчина уверял ее пытаться дальше, пока возраст позволяет, потому что, если все получится их жизнь станет другой. Чем именно ребенок может изменить все, стало понятно, когда выяснилось, что выносить нужно дитя императора.
− Простите, хозяйка, я не запомнил всего разговора. Они еще ругались.
− Ничего. Ты узнал достаточно. Это и есть причина по которой ему нужны замужние. Брачная магия помогает зародится жизни. − Со слов Хары я помнила, что магические брачные узы помогают чувствовать пару и родить более одаренного наследника. − Но, неужели спустя столько лет ни у кого не получилось выносить ребенка? У императора нет наследника?
− Нет, хозяйка, насколько это известно. У него была жена. − Дугар пытался вспомнить что-то. – Кажется ее казнили лет двадцать назад. Были еще претендентки, с которыми он шел в храм. Но императрицей больше никого не объявили. Я не знаю, что с ними стало.
− Ничего хорошего. – Вспомнила бал. Трон в зале был один. − Брачная магия связывает двоих. Если проблема в императоре, он мог решить использовать чужие узы.
Вот и ответ. Мой второй уровень магии, то что его привлекает. Ведь у сильной магини и потенциал ребенка выше. Я вспомнила встречу с императором. Все еще пробирает дрожь от отвращения к этому мужчине. Жены советников знают на что идут и готовы терпеть такое ради призрачной надежды подняться еще выше. Сколько таких женщин, сколько раз случались выкидыши, а он все пытается. Как же, правитель и без наследника.
− Хозяйка, по поводу следователя, − из размышлений меня вырвал Дугар, озвучив то, что было у всех на уме. − Что такого могли узнать из вашего прошлого? Возможно, мы можем как-то помочь.
− Документы. – Решила, что скрывать не имеет смысла. − Я не регеланка и попала в империю по поддельным документам. Похоже теперь меня действительно могут прищучить в любой момент. Наверняка мои неурядицы с заказчиком четко продуманный план.
− Когда вы уедете в столицу, − понял мою догадку Жи, − они арестуют имущество и дадут вам выбор, ошейник или согласие на… с императором.
Все замолчали. Нам было, о чем подумать. Первым пришел к решению Эрит.
− Вам нужно бежать. − Он уже покинул свое кресло и приземлился у моих ног. Я запустила пальцы в его волосы. При посторонних обычно так не делаю, но сейчас на эмоциях все вышло непроизвольно.
− Ты предлагаешь мне бросить вас? − Он вздрогнул от моих слов, но быстро взял себя в руки.
− Нет. Только спрятаться в безопасном месте. Там, где вас не найдут. Выиграем время и решим, что делать дальше.
− В этом есть смысл. Им нужны вы. Если спросят, скажем, что хозяйка уехала искать какие-то материалы.
− Возможно. Но на что вы жить собираетесь пока хозяйка будет в отъезде? И даже если я найду достаточно безопасное место, это не решит проблему. Думаю, нужно бежать всем.
− Куда? − Жи достал карту. Умница мой, как он меня понимает. Верно я поступила что не прогнала. − Можно вглубь страны, затеряться у моря. Там нас найти будет непросто.
− Я не смогу заработать иначе как артефактором. По профессии меня и вычислят.
− Вы можете зарабатывать на нас. – Прервал мои рассуждения Дугар.
− Нет. Мы покинем страну.
− Как? Нам не позволят. Ни один пограничный пост не пропустит раба, скорее убьют всех.
− А с чего спрашивать. Вот, − я указала на ближайший к нам участок границы за которой простирались степи. − Затеряемся в толпе приграничного города. Вас замаскируем. А по поводу меня никому и в голову не придет, что молодая госпожа захочет покинуть столь чудесную страну. Там до пустующих земель недалеко. Только, пересечь великую стену будет непросто.
− А почему великой? − Жи полюбопытствовал, а я прикусила язык. Сострила называется. Не объяснять же ему, что знаю другую такую страну, отгородившуюся от мира муром на пол континента.
Конечно о побеге я думала не единожды и этот план давно назревал в голове. Только наверно ждала пинка под мягкое место чтобы наконец на что-то решиться.
− Но, чтобы не идти через города и лишний раз не светится на большом тракте, сначала отправимся на север, к горной гряде. − Да опыт поисков для меня не прошел даром. − А уже оттуда по кромке леса свернем на запад.
Теперь сомнений не было, что за домом тщательно следили. Поэтому, я надеялась, что горы скроют нас от преследователей. А может они решат, что я вконец обезумела и отправилась к перевалу? Я посмотрела восточней нашей первой точки назначения, где отмечен Северный перевал. В отличии от Западного, у которого я попала в переплет в Подгории, этот считается гиблым местом. Этерский бермудский треугольник, который всех впускает и никого не выпускает. Поэтому никто туда не суется. Я бы может и рискнула, но не с детьми и стариками.
− Кстати, нужно решить кто с нами, а кто остается.
− Как это? − Впервые увидела испуг Дугара.
− Если кто-то не хочет оставлять страну, могу перепродать. Да хоть Верлии.
− Хозяйка, − Жи вмиг оказался на коленях и, если бы не моя дрессура не лебезить, уже обнимал бы ногу. − Простите меня, простите. Я буду верен вам, не предам больше… больше никогда. Только позвольте остаться.
− Когда ты успел предать хозяйку? – От холода в голосе Эрита стало не по себе. Он вперил в Жи гневный взгляд и тот впал в ступор.
− Это в прошлом, Эрит. – Я решила не посвящать остальных в случившееся. Вроде, мы все уже решили между собой. Муж смягчился, стоило только взглянуть на меня. − Жи, я сказала, что даю вам выбор. Путешествие опасное, это тебе не прогулка в соседний город. Силой никого тащить не буду.
Вечером собрали на совещание всех рабов. Я поведала о наших планах, умолчав только о причинах побега. Большинство изъявили желание следовать за хозяйкой хоть в ад. Только Лурия, что было ожидаемо, попросила оставить ее в этом городе. Тогда, ко мне обратился Дугар.
− Хоть я старше Лурии на десять лет… Да и, дать ей ничего не могу, но и отпустить тоже. Хозяйка, позвольте мне быть с ней. Я не знаю ответит ли на мои чувства, но хочу попытаться.
− Я не запрещаю рабам отношения. – Откровения здоровяка меня удивили, ведь я даже не догадывалась о его чувствах. – Ты же видел Никея и Морну. Тем более, с тобой Лурии будет гораздо лучше, чем с ее бывшим. Но, ты заешь, что она хочет остаться.
− Только ради сыновей. Мы можем взять их с собой. У мальчика есть магсвиток. Можно все спланировать на вечер нашего ухода, чтобы детей не хватились раньше времени.
− Ты уже и продумал все. Только, готов ли так рисковать? − Он кивнул. – Я имею ввиду детьми. Лучше обсуди это с их матерью. Ведь нас ждет опасная дорога. Со своей стороны, я даю добро, но пусть решает она.
А ночью пошел дождь. Я проснулась от шума. Открыв окно, долго смотрела на живую стену. Возможно, для большинства это вызвало бы унылые ассоциации с сыростью, простудой и громоздкой одеждой. Но я люблю воду. Я увидела знак, что все у меня получится. Вода смывает налет неискренности, очищает от темных мыслей и неплохо заметает следы. Да, это хороший знак. Вдохновившись я вооружилась блокнотом и принялась за план.
Дождь шел уже пятый день. На вечер шестого было запланировано действовать. Вообще времена года на Этере отличаются от земных. Местная зима, для себя зову по-старому чтобы не смеяться, именуется холодец. Длится три месяца. Но это скорее сезон дождей, даже снега нет. После нее наступает весна, то есть цветна. Четыре месяца, последний из которых самый жаркий. Как и первый месяц осени, которая зовется житна и длится тоже три месяца. Итого − десять месяцев, и никаких високосных и непарных недоразумений. Названия есть народные и на магическом языке. Сейчас шел первый месяц зимы. Нам непогода была на руку.
Я приготовила письма. Прощальное для Верлии. Письмо заказчику по поводу технических трудностей на производстве и вынужденных задержек, пусть ждут. Городовому о том, что оставила поверенному имущество. Решили, что им будет Гиллер, отец Морны. Он то все и отправит, когда поднимется переполох, но не раньше. Он же будет отвечать на корреспонденцию. Если кто спросит, това путешествует, ищет идеи для работы. Мы все понимали, что он рискует. Его могли взять в оборот те же службы. Гиллер с дочерью долго это обсуждали, ведь она решила пойти за Никеем.
− Вы позаботитесь о дочке. И парень ваш не даст ее в обиду. − Хоть виду мужчина не подавал, сохраняя привычно строгое выражение на лице, но Никей ему понравился.
− А вас не волнует, что он раб?
− Я вижу то, что мне необходимо. А все остальное не в моей власти. Что я за отец если привяжу ее к себе, когда нужно отпустить идти своей дорогой.
Остальным наемным работникам я рассказала немного другую историю. Менева огорчилась. Работу терять ей не хотелось.
В дорогу мы смастерили пять чудо-сумок. Работа тонкая, муторная, но мои мастера помогли. И без тяжелых вещей оставалась необходимость пересечь побольше территорий в короткий срок и не попасться. Перелезать стену веревкой и крюками все сочли слишком долгим занятием. Да и разные у нас физические возможности. Тогда я вспомнила мое умение невесомости. Дала чертежи полевым рабам чтобы смастерили несколько «досок для серфинга», но с бортиками. Но чуждая моим мозгам способность все еще выматывает, поэтому смогла заговорить всего несколько штук. Еще я приготовила запас порошков со снотворным для стражей. Рабы, тем временем, мастерили походную одежду и обувь. Это все я внутри покрывала письменами от промокания и для сохранения тепла. Но мой резерв был на пределе, поэтому решили многое оставить и доделать в дороге.
Я сидела возле пруда под навесом и в последний раз смотрела на замок. Все указывало на то что сюда я больше не вернусь. Ко мне подошел Эрит. Подвинулась немного чтобы сел рядом. В эти суматошные дни я ощущала его поддержку и готовность принимать решения. Он понемногу менялся и мне нравилось открывать его новые стороны. Конечно невозможно так сразу освободится от груза прошлого. Немалых усилий ему потребуется чтобы добраться до той части себя которую запрятал глубоко внутри. А самые откормленные тараканы еще долго будут показывать усики. Но я сказала себе, что больше не буду убегать от своих чувств и ему не позволю. Знаю, что важна для него. Секс не решил наших проблем, скорее еще больше запутал в отношениях хозяйки и раба. И все потому, что тогда мы были едва знакомы. Но сейчас мы словно заново узнаем друг друга. Неторопливо сокращаем дистанцию строя нашу связь на доверии и взаимной симпатии.
− Жаль уезжать. Я уже привыкла к этому месту. Можно даже сказать, что считаю его своим домом.
− Но вы еще можете продать его и купить новый где захотите.
− Я не об этом. Я имела ввиду дом как место, где было уютно находится в окружении дорогих людей. Он хранит в себе память о тех днях.
− А… люди, время с которыми вам дорого это… – Знаю, что спросил не из праздного любопытства. Эрит вообще мало что говорил просто так. И моим словам придавал огромное значение. Возможно даже слишком.
− Вы все. Но в первую очередь ты.
− И вам не противно… со мной?
− А сам как думаешь? – Да, вот и таракан. Только похоже муж и сам уже понял, что это всего лишь заблуждение. – Твое прошлое это не весь ты, Эрит. Раз уж спросил, слушай и запоминай − как с человеком мне с тобой очень интересно и спокойно. А как с мужчиной… сам знаешь. – Улыбнулась. Еще бы не знал. Мои стоны из кабинета точно слышали даже на кухне. Не зря же Дугар потом не решался в глаза мне смотреть.
И тут Эрит рассмеялся. Да раньше он улыбался детям, но это другое. Немного урчащий смех и мягкая улыбка едва открывшая зубы. У глаз добавились морщинки, а на лбу осталась скорбная складка, от чего его веселье получилось немного грустным. Но оно было искренним и только для меня. Поддавшись моменту первой его поцеловала. Мне ответили. Словно неопытные подростки мы робко касались друг друга. Не спешно и «не нарушая приличий» по-новому открывали для себя понятие нежности.
