Текст книги "Солнце в оковах плюща (СИ)"
Автор книги: Яна Вестник
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 26 страниц)
− Если так посмотреть, то да.
− И наша свадьба, и ребенок. Все что связано со мной решили за тебя. – Я вздохнула. Мы научились неплохо закрывать эмоции друг от друга, чем он сейчас воспользовался. Но я была бы рада знать, что муж переживает в этот момент.
− Я считаю, что ВЫБОР у меня все же был. Когда я узнала обо всем, могла разозлится и возненавидеть такую судьбу. Жаловаться без конца, как делают многие и искать виноватого. Или второй вариант − могла бы сидеть и гадать: а что если? Перебирать варианты, грезить ими игнорируя действительность, убегать. Но, я сделала третье.
− Выбор… − сказал Эрит, еле слышно и подошел к окну. Он стоял спиной ко мне, бездумно глядя в даль. Я ощущала, как в каждой клетке его тела собирается напряжение для какого-то безумного рывка. Казалось, он вот-вот расправит крылья и был таков. А ведь это теперь вполне реально. Ищи его потом.
− Да, выбор. − Я обняла плечи мужа, сомкнув замок рук на груди. Это оказалось не просто, так как он был на полголовы выше меня и вдвое шире в плечах. − Ведь я выжила, и у меня была кое какая свобода действий. Я начала овладевать магией, путешествовала по невероятному для меня миру. Чем не повод для радости? Я выбрала − обрести счастье, несмотря ни на что.
− И подарить его? − Он вздохнул.
− Конечно. Разве можно быть счастливой в одиночку?
− Не знаю, меня этому не учили. − Эрит повернулся ко мне. В его взгляде бурлила лава, обтекая остров-зрачок. Я словно смотрела на дремлющее солнце, готовое в любой миг разверзнуть свою силу на мир, испепеляя. Я бы даже испугалась, будь это кто-то другой.
− Такому нельзя научить. Счастье у каждого свое. Его нужно найти и сберечь.
− А если не смогу? − Он прижался ко мне словно ища опоры. Положил голову на плечо. − Во мне столько силы, но ощущение беспомощности никуда не делось. Ну какой из меня король… и отец?
Глупая я. Переживала, что он будет мной недоволен. А муж снова удивил. Но я рада что со мной он разрешает себе показать слабость. Его доверие награда для меня, как и возможность разделить груз на его плечах. А ведь выйдя за дверь он будет сильным, каким его должны видеть другие. Тем, на кого может положится его народ. Оба народа.
− Ты не один, помни это. − Провела дорожку из поцелуев от виска к уху, и мой король улыбнулся.
Он все также носит серьги, подаренные мной. И я люблю играть ими перебрасывая языком. Секунда, и я не касаюсь пола. Меня усадили на подоконник и зацеловали так, что не хватало воздуха. В груди защемило от отчаянной нежности, с которой муж касался меня. Будто снова встретил, после того как простился навсегда. Возможно, дворцовый люд все же понимал, что вмешиваться в наше примирение себе дороже. Поэтому до самого утра нас никто не потревожил. Конечно, не считая одного беззубого голодного птенчика. Но и тут муж не терял меня из виду, а восторженно следил за процессом. Мы больше не поднимали сложных тем, без этого, было, о чем подумать. Зато, старались подарить друг другу как можно больше тепла. Одним только взглядом Эрит словно наполнял меня энергией. А невесомыми бережными касаниями приводил в восторг. После всех откровений муж стал ближе чем когда-либо раньше. Не пойму как, но он задевал во мне не только женственную, человеческую часть, но и магию. И теперь само осознание что рядом мой мужчина заставляло петь и сворачиваться спиралью всю мою сущность. Не в силах делать какие-либо выводы из всех этих странностей я лишь снова убедилась, что верным решением было не сожалеть об утраченном, а позволить себе УВИДЕТЬ то, что было скрыто от глаз. Увидеть в обреченной тьме, путь полный чуда и открытий. А в загнанном невольнике – мужчину, прошедшего через страдания, но такого чуткого и умеющего любить.
Несколько дней все приходили в себя. Освобождение от проклятья сами регеланцы объяснили возвращением «настоящих» наследников трона. Переубеждать их никто не стал. Я сама была рада что обстоятельства не предали гласности. Наместник, несмотря на свои же слова, по-прежнему выполнял львиную долю королевских обязанностей. Тем самым позволяя Эриту больше времени практиковаться в магии. Летать соллны пока не могли. Да и саму магию придется изучать методом тыка. Учебников по ней не существует. Выяснить удалось только то, что даже в птичьем облике огонь обжигает по желанию. Но контролировать направленность, а главное − силу воздействия, пока получалось с трудом. Это как было у меня с кольцом владельца. Когда эмоции становятся сильнее здравого смысла, получается неслабый выброс.
Оказалось, за время моего отдыха была отбита первая атака врага и захвачены в плен командиры имперской армии. А с ними около сорока тысяч рабов. Для регеланских мерок это много, как небольшой город. Но, ожидалось еще одно наступление.
Ловцы находящиеся на землях империи все это время не сидели сложа руки. Они перебрались северней моря, поближе к перевалу. Вербовали рабов для слежки за влиятельными хозяевами. Ведь обычно рабы не дают клятву верности как было у нас. А те, кто всегда остается вне поля зрения, видят и слышат очень многое. Рабов, оказавшихся в самом отчаянном положении ловцы выкупали. Спасенных отвозили к перевалу. Чтобы не повторить нашей ошибки, попадая в зону без магии они не задерживались там, а снимая удавку тут-же возвращались обратно. Также к моей радости друзья побороли подозрительность в отношении наннов. Ведь не все из них рады своему положению, зато у «воспитателей» довольно много влияния в рабских школах и разных структурах. Если как-то защитить семьи кочевников, нам удастся привлечь их на нашу сторону. Искать союзников среди свободных было труднее, ведь и рисковать эти люди будут больше. Но глава Мааро уже собрал несколько друзей, разделяющих его мнение. Я была рада услышать о каждом человеке несогласном с системой. Пусть понемногу, но они будут менять сознание имперцев. Это как посеять семена. В живительной почве человеческого сердца росток окрепнет, и новая идея равенства даст свои плоды.
Когда начали собирать войско для второй волны, несколько ловцов решили пробраться в их ряды. И вот, Жилиан написал, что они пересекли канал, по которому море впадало в океан. По этому каналу я плыла с караваном. Поездочка вышла та еще. Из письма стало понятно, что еще около двух недель пешего хода и они прибудут в лагерь у регеланской границы и воссоединятся с воинами, которые остались из прошлого нападения. Вернее, бежали с поля боя. Новости были неутешительны. Ведь в составе второй волны шло втрое больше рабов, чем было захвачено нами. Многие очень молоды. Часть забрали из школ еще до наступления совершеннолетия. А также, по новому приказу, в рабство увели подростков из бедных или многодетных семей. Не знаю, как Совет объяснил населению столь отчаянные жертвы, но поражаться безропотности имперцев я по правде уже устала. Также, не в нашу пользу было то, что на этот раз войско было оснащено повозками с какими-то механизмами на подобии башен на колесиках. Они способны соединять несколько видов магии и атаковать на расстоянии. Эти махины тащили на себе впряженные рабы. Воинов-магов было около двухсот тысяч и часть передвигалась верхом на цили.
Я дочитала письмо собравшимся в зале, снова убеждаясь, что куда бы я не спряталась, внешний мир не даст о себе забыть. Нам снова нужно решить, что делать, чтобы не допустить худшего.
− Чего думать? Разве мы вшестером не сможем отбиться и защитить Регелан? Соллны самые сильные на Этере. Магам стихий даже не снилось такое могущество. − Высказался Фар, в нетерпении глядя на задумчивые лица родственников. Но его запал не поддержали.
− Мы не знаем всего о новой магии. Как и своего предела. − Приструнил его Никей, привыкший быть нянькой для брата, хоть их и разделяло всего два года разницы. − Что ты будешь делать если посреди боя у тебя иссякнет резерв? Драться врукопашную? Даже навыков техники стражей недостаточно чтобы победить такое количество.
− Да… Безумием было бы бросаться в бой, не догадываясь о последствиях. − Тихо отозвался Нар, самый старый представитель нового вида, обычно сидевший в молчании. Он разглядывал свои руки то и дело вызывая на пальцах свечение и тут же гася его. – И сможешь ли ты, мальчик, с той же уверенностью, что сейчас в твоем голосе направить руку и намеренно испепелить разумную жизнь. Не пожалеешь, что не стал искать другого пути?
Фар вздохнул и только отрицательно покачал головой. Старик нашел верные слова для его горячей головы.
− Нам неизвестно, как будет вестись наступление. – Вывел всех из раздумья наместник Маэт. − Не думаю, что во второй раз они будут столь безрассудны. Да и невозможно повторить наш трюк с таким количеством. В одном юноша прав, мы не можем просто ждать нового нападения.
− Можно попытаться образумить Совет. Если отправится сейчас, мы опередим войско. – Арк посмотрел на Эрита, ожидая его разрешения. Я заметила, что с тех пор как мужа назвали главой рода, Арк, как и остальные родственники искали его одобрения на каком-то подсознательном уровне.
− Помимо силы соллнов, у нас есть еще и другие аргументы. – Эрит кивнул дяде, соглашаясь с его идеей. − Нам нужен мир.
− В таком случае остается уповать на благоразумие советников. Или чувство самосохранения. – Хохотнул Фар. – Когда отправляемся?
Конечно никто не разрешил Фару отправится с переговорщиками. Эрита тоже убедили, что как правитель он нужнее здесь. Да и рисковать им никто не хотел. Поэтому Арк возглавил делегацию в столицу империи, а с ним отправились остальные соллны. Попытка лететь снова не удалась. Слишком мало контроля над буйствующей магией. Поэтому, друзья уехали на цили. Они решили направится прямиком на восток, чтобы миновать большую дорогу и вражеское войско на ней. Я с тревогой смотрела в спины четверых родственников, убеждая себя, что с их то магией они смогут за себя постоять. Но ведь опасность не всегда очевидна и побеждается грубой силой.
Окружающий пейзаж радовал глаз созревающими посевами и богатыми садами. Деревья плодоносили всеми известными мне фруктами и неизвестными тоже. От такого изобилия воздух пестрел ароматами, а наездникам, попавшим в этот сладкий флер, приходилось без конца смахивать слюни. Пока наши посланники добираются до империи, мы с мужем и Фаром отправились к пленным. Эрит все не находил времени проверить их, а мне было необходимо немного развеяться. Дочку, наше маленькое солнышко, на несколько часов оставили с Милиной. Хоть, после случая с обращением, няню я сменила, больше ребенка абы кому не доверю. Дорога заняла не больше получаса, так как рабов разместили на полях недалеко от столицы. Сами по себе угрозы они не представляли, да и находились под надзором.
− Я никак не привыкну, что в этой необычной стране сбор урожая идет круглый год. И даже в холодец есть растения, которые плодоносят.
− Местные маги отлично знают куда и когда сажать, и сеять. Как удобрять землю, чтобы не уставала. И для этого им почти не нужно образование потому что магия дает всего с лихвой. Если верно к ней отнестись. Вслушиваться в шепот древесного сока и пение листвы, всматриваться в танец соцветий. − Эрит и сам не заметил, как с упоением рассказывал о своей стране.
− Ты похоже интересуешься магией растений.
− Было время, когда я сильно завидовал тем, кто родился с полезным умением. Представлял, что было бы, будь у меня так же. Из школы мне привозили разные книги. Однажды, в одном очень старом и потрепанном учебнике, я прочел совет − относится к собственной магии словно это зверек, у которого есть свой нрав и предпочтения. И его нужно не просто приручить, а стать ему другом. Для меня эти слова звучали буквально, от того я и запомнил их. Только, мой «зверек» был неспособен на дружбу. Но теперь, с новой магией я понимаю, что многие недооценивают дар. Носят его на себе подобно одежде, хотя на самом деле это зеркало нашего сердца. Магия реагирует на любые намерения, плохие или хорошие. Это для нее как призыв к действию.
− Соглашусь с тобой. Когда я начала обучатся магии, ведьма сказала, что мне нужно выбрать занятие по душе, то есть по уму, как здесь говорят. Только тогда магия отзовется и все получится.
− Да, мудрый совет.
Эрит нахмурился, а я подумала не зря ли вспомнила о Харе.
− Что вы планируете делать с пленными? – Я решила, что тему лучше сменить.
− Скорее всего, их придется вернуть как жест примирения. Только, взятых из Города Утех я решил оставить. Возможно, когда-нибудь отвезу к перевалу. Неизвестно, когда мы сможем решить проблему с ошейниками, а они все по сути смертники.
− Ты так сильно хочешь их спасти?
− Хочу. Глупо да? Я ведь не знаю, что со страной делать и со своей магией. А тут еще рабы. Все они сломленные, потерянные. Понятия не имею как вернуть их к обычной жизни. Но, я решил, если это будет в моих силах, попытаюсь помочь.
− У тебя появилась мечта, это чудесно. А для рабов можно построить реабилитационный центр.
− Что это?
− В моем мире так называли заведение, в которое обращался человек с проблемой, ума или тела, что не дает ему жить как все. Там можно сделать специально оборудованные помещения, скажем, для безопасного овладения магией и другими навыками. Нанять людей, которые помогут справляется с возникшими трудностями. Помнишь, как сильно изменились мужчины на острове после нашей деятельности? Но главное, в таком центре человек все время чувствует себя в безопасности, защищенный от внешнего мира.
− Как раз такое место и нужно. − Эрит улыбаясь с благодарностью смотрел на меня. – Однажды, мне хотелось бы выкупить остальных рабов оттуда. Может, дядя сможет договорится…
− Тогда я займусь этим поскорее. − Я поняла, что он не показывает, как сильно на самом деле желает помочь тем рабам. − Только где будем строить?
− Думаю, лучше всего в Подгории. Чтобы освободить нужную территорию на регеланской земле, придется как минимум снести несколько деревень и потерять с десяток полей.
− Зачем так много?
− Полагаю, ты не представляешь сколько там рабов. Не все они участвуют в развлечениях для гостей. Большинство остаются в бараках. Не живут, а существуют на скудных объедках. Если кто-то заболел или пострадал от свободного гостя, его оставляют дожидаться смерти. Многие даже не в силах подняться и обслужить себя.
Я ужаснулась от такой картины. Совсем из головы вылетело, что муж жил в том месте пару месяцев и конечно насмотрелся. Теперь понятно его стремление помочь этим людям любой ценой.
− Ну, я ведь видела не так много. − Мне стало неловко даже вспоминать при нем о своих похождениях в тот день. Казалось бы, с чего? Ведь ничего предосудительного не намеревалась делать. Я и в город приехала только потому, что искала Эрита. О чем ему уже известно. И все же.
− В то утро, когда… ты нас купила… ты… − Я поняла, что Эрит заметил мое смятение. Но отвечать ему и еще больше краснеть не хотелось.
− Может следует написать Дугару? Спросить совета к кому из старейшин лучше обратится по поводу земли.
− Да. − Муж понимающе улыбнулся. − Уверен, они не упустят возможность оказать услугу Регелану, да и соллнам тоже. Хоть мы и без этого у них в долгу за помощь.
− О… − Я бы поспорила по поводу того, кто кого защищает от загребущих лап империи, но потеряла дар речи. Передо мной предстал живой ковер невероятных размеров. Большая разница услышать цифру и своими глазами увидеть такое количество людей.
29. Пленники.
Мы объехали по кругу эту толпу, и я смогла лучше разглядеть рабов. Одеты они были совершенно по-разному. Некоторые в каких-то лохмотьях. Другие в полном комплекте согласно предписаниям по поводу униформы служебного раба. А были такие, чья одежда была сшита из не самых дешевых тканей. Как я поняла в войско набирали не только тех, кто находился во владении городских служб, но и рабов, взятых у хозяев. В эти несколько дней после захвата рабы находились в открытом поле сидя на сырой земле со скудными одеялами, а то и вообще без оных. Конечно в своем лагере у них вряд ли были лучшие условия, но сейчас за пленников отвечаем мы. Хорошо, что на дворе теплое время года. Но еще несколько недель и начнется сезон дождей. Что тогда будет с ними, страшно вообразить. Пленники не поднимали головы и почти не двигались, предполагая, что их и так не ждет ничего хорошего. Только некоторые искоса бросали в нашу сторону осторожные взгляды.
− Сколько из них ты хочешь оставить? − Спросила у мужа понимая, что он имел ввиду, говоря о масштабах строительства. Такое количество народу нужно поселить где-нибудь, содержать и конечно учить.
− Я как раз собирался разделить их и посчитать. Но сначала нужно договориться с командирами. Их держат в гораздо лучших условиях и оберегают. Ведь если пострадают хозяева, то и рабы, привязанные к их кольцам.
Нас встретил старший караула. Отчитался что все тихо. Охрана тряслась над командирами, а те понимали свою ценность и не стесняясь высказывали пожелания по поводу удобств, еды и даже прогулок. А еще потребовали по нескольку своих рабов, чтобы те прислуживали и помогали с бытом.
Мы подошли к палатке-шатру, который больше смахивал на небольшую гостиницу, ведь каждое спальное место отделялось перегородкой. Неподалеку раб чистил чью-то одежду. На входе стоял еще один. Мы вошли, и я осмотрелась. В центре было большое пространство где тоже суетились рабы накрывая на стол для собравшихся «узников». Здесь стояла низкая мебель по регеланской моде и куча подушек. Еще много других мелочей для уюта. Даже позавидовала, ведь у меня во время перехода через перевал такой роскоши не было. У дальней от входа стены палатки, как раз рядом со «спальнями» увидела еще нескольких рабов. Отсутствие одежды не оставляло сомнений как именно они «прислуживали» командирам. Проклятое рабство. Ненавижу всю эту ситуацию. Все выглядит так, словно происходит с нашего согласия. А ведь в понимании имперцев, они не делали ничего предосудительного, а всего лишь привычно «пользовали» вещь. Не более. Надеюсь, не всем присутствующим по вкусу такой досуг.
Я переключилась на командиров. ЭТИ пленники смотрели на нас с превосходством, даже не удосужившись спросить кто перед ними. По большей части у них были светлые волосы, разных оттенков русого или рыжего цвета. Я впервые увидела, как выглядит полевой наряд воина империи. Верхняя одежка, что-то вроде сюртука, имела кучу вставок по краю ткани. От этого издалека казалось, что там с десяток накидок. Конечно, все это было украшено золотыми деталями и значками за успехи в магии. Как без них. В общем, мужчины не сильно отличались от виденных мной на улицах империи. Холеные «породистые» любители состязаться и бахвалится своей исключительностью.
В дороге я уже задавалась вопросом как говорить с командирами. Чем они мотивировались, идя в бой и что от них можно ожидать. Надеюсь, им в голову не придет пожертвовать имуществом чтобы не досталось врагу. Эрит представился. Высокий статус переговорщика командирам польстил. Первым делом муж сообщил, что их вернут домой, как только страны договорятся.
− А пока вы с Советом договоритесь, − ответил один из присутствующих и в последнем слове мне почудилась издевка, − нас неплохо бы перевести из этой дыры. Я не собираюсь сидеть здесь еще неделю. Да еще гулять под конвоем не дальше десяти шагов от палатки.
Я опешила. Надо же иметь наглость начать разговор с требований лучших условий. Они и так тут не бедствуют. Для них все приносят. Рабы в доступе и прочее. Эрит так же негодовал и решил приструнить мужчину.
− Возможно у вас сложилось впечатление, что вы здесь по причине своей ценности. Но, − он сделал паузу окинув взглядом присутствующих, словно убеждаясь, что его все слышат. − Вы живы только потому, что привязаны к рабам. Только ИХ мы пытались спасти в том бою.
Несколько командиров побагровели от такого неприкрытого пренебрежения в отношении себя любимых.
− Для чего вам рабы? − Спросил другой командир, до сих пор не выказывающий никаких эмоций. Его лицо не выглядело надменно и кажется, он действительно хотел знать ответ, а не просто сотрясал воздух чтобы самоутвердится как делал его приятель.
− Разве самого желания сохранить их жизни недостаточно? – Хоть я вообще тут чисто за компанию, а разговор должен вести Эрит, мне стало интересно, как отреагируют командиры на мои слова.
− Это бессмысленно. За нас вы можете выпросить немало золота. А какой прок от них? − Оскалился первый говоривший, пытаясь наставить нас на путь истины.
− С ваших слов, спасать кого-то следует только если в этом есть выгода? – Раз уж разговор свернул в это русло, я решила рискнуть. – Я считаю жизнь каждого человека бесценной и надеюсь, что когда-нибудь рабов удастся освободить.
Говоря это, я внимательно следила за реакцией мужчин. Хотела узнать их отношение к этому вопросу. Уверена, в каждом из нас глубоко в сердце есть истина, а человечность и сочувствие прошиты в нашем программном коде с самого создания. Нужен только миг тишины чтобы их услышать. Чтобы родилась смелость поступить верно. Сейчас эти люди оторваны от привычной среды и у них есть шанс увидеть какой может быть жизнь. Если они буду достаточно открыты и честны с собой.
Реакция командиров была разной. Кое кто недоумевал, глядя на меня как на умалишенную. Были и позитивные отклики. По крайней мере, несколько мужчин отвели глаза и крепко задумались. Только все тот же командир, требовавший от нас лучших условий, брезгливо поморщился.
− Осво… И что же они будут делать на свободе? Все знают, что рабы неспособны на самостоятельность и порой их менее хлопотно убить чем прокормить.
Он окинул взглядом палатку и своих сослуживцев. Потом резко развернулся к дальней стене и крикнул какой-то слог. Без промедления у его ног очутился один из обнаженных рабов на которых я обратила внимание, когда пришла. Его хозяин брезгливо поморщился и пнул юношу так, что того опрокинуло. От этой картины мне вспомнились месяцы, прожитые в империи. Как легко я забыла, что существует и такая жизнь. Где человек теряет право быть личностью только потому, что за него так решили. Мне стало горько от этих мыслей, но пришлось держать лицо. Если стану истерить, упущу возможность чего-либо добиться от этих людей.
– Скажи госпоже на что ты горазд. – Мужчина обратился к рабу.
− Сделать что вам будет угодно. − Отозвался парень резво встав на колени, демонстрируя совершенную послушность.
Я взглянула на Эрита, сомневаясь стоит ли продолжать спор. Ведь и так слишком увлеклась, вмешиваясь в переговоры. Муж коротко кивнул, и я все же сказала то, чего изначально не планировала.
− Только уверенность будто этот человек чем-то хуже вас, позволила вам так себя вести. На многие годы вы увязли в этой лжи. Но мы знаем, что в рабские школы отбирали как раз самых одаренных детей. Императору нужна была магия и власть, поэтому он распространил рабство. А вовсе не в попытке кого-то спасти.
− За это вы убили нашего правителя? Потому что вам погрезилось несправедливое отношение к этому ничтожеству? − Он схватил раба за волосы и повернул к нам лицом.
Я взглянула на несчастного юношу. Он мог бы быть сильным магом. Уверенным в себе и улыбчивым красавчиком, покорителем дамских сердец. Вместо этого, он всю жизнь покорно сносит грубость и унижения в надежде, что в этот раз боли будет меньше чем вчера. Видя, что я не нахожу в себе силы на ответ и уже готова разрыдаться, Эрит ответил мужчине.
− Ваш император умер потому, что окружил себя лжецами. Он правил силой и страхом, вместо того чтобы завоевать доверие подданных. Если ваша верность ему и Совету держится на убеждении в их правоте, как вы поступите, когда мы докажем, что они ошибались и рабы ничем не хуже свободных имперцев.
− Не мое дело спрашивать. Я − воин, и должен исполнять приказы.
Отличное оправдание – субординация. Данное свыше позволение не брать на себя ответственность, не выказывать сочувствия и считать, что наказания заслуживает каждый, на кого указал палец системы. Как же это знакомо. Есть ли способ пробиться через тьму этих бесчеловечных суждений?
−Хорошо. Раз уж вы привыкли подчинятся сильнейшему, скажу на понятном вам языке. − Голос Эрита стал строже. − Сейчас вы мои пленники и должны вести себя соответственно. В моей стране каждый человек достоин одинакового отношения, не смотря на статус. − Он выжидающе посмотрел на командира и тот отпустил раба. Но поражения в его взгляде не было. Скорее насмешка.
− Вы захватили нас обманом. Но и эта маленькая победа не поможет вам надолго усидеть на троне, «правитель». Наше войско сотрет и вас с вашими глупыми взглядами, и весь Регелан.
− Мы − огненные птицы соллны, испепелим каждого врага, который пересечет границу Регелана. − Вмешался Фар, до сих пор молча наблюдавший за нами. Он создал на руке светящийся вихрь от которого по палатке побежали солнечные зайчики. Не виданный доселе и не похожий на привычный огонь, он поразил стихийников. − Сейчас в Аденмар отправились наши посланники. Посмотрим, что Совет сможет противопоставить нашей силе.
− И что дальше? − Рассмеялся этот раздражающий имперец, пытаясь скрыть удивление от демонстрации. − Неужели вы, принц Эрит, собираетесь насильно изменить многолетний порядок в нашей стране? А может, ты, мальчишка, нацелился на пустующий трон императора?
− Нет. Я лишь хочу восстановить справедливость. – В отличии от брата, Эрит говорил четко и спокойно.
− Так вы действительно пытаетесь отменить рабство? − Спросил командир с проседью на висках и грустными глазами.
− Не сразу, конечно. – Я понимала, что не стоит рассказывать им о перевале и тем более Равновесии. Но наличие союзников среди командиров давало хорошие перспективы. По сути, для этого мы сегодня и пришли к ним. − Думаю это возможно, если двигаться постепенно в нужном направлении.
− Не ведись на эту чушь. – Встрял командир-ворчун. − Неужели хочешь стать предателем?
− Она права. Никто не приказывал тебе, Наррин, издеваться над ним. – Сознательный командир указал на раба у наших ног. − Ты сам выбираешь как поступать и не нужно твердить мне о порядке. Я готов согласится с тем, что рабы не заслужили такого отношения. И, что не обязательно и дальше так жить. Пора что-то менять в нашей стране. − Он посмотрел на остальных командиров. В их глазах читалось сомнение. Похоже, слова одного из своих возымели больший эффект, чем сказанные мной. А нужно было всего-то признать свою ошибку.
− Твою, Серил, бережливость с рабами знают все. − Упорствовал командир, названый Наррином. – Минули годы как твой брат попал в рабство. Но после этого ты стал мягким и жалким.
Боль отразилась в глазах командира Серила. Но он не собирался уступать, а обратился к остальным.
− А что если проверка артефактом действительно была обманом? Мы как воины не должны ли защищать своих граждан от любой несправедливости и угрозы? Даже если она идет от императора.
− Ты что такое говоришь? − Зароптали командиры.
− Неужели повелся на уговоры девчонки?
− Это действительно не нам решать.
− Но все слишком серьезно, чтобы проигнорировать. А вдруг…
− Хватит! − Командир Наррин, в ярости опрокинул нетронутый обеденный стол. − Все из-за этого жалкого зверья. – Он сжал кулак, на котором я заметила хозяйское кольцо. Молодой раб заскулил, со всей силы сдерживая крик.
− Зачем? – Будучи в отчаянии я не нашла больше слов. Просьбы и мольбы прекратить не подействуют с этим слепцом. Он убежден что прав, и все тут. Что же творит с человеком власть и вседозволенность? Право судить кто чего заслуживает.
− Они получат то, чего стоят и будут мучится пока не сдохнут. И пусть их крики приходят к вам во сне. − Он посмотрел на меня свысока, растягивая на лице безумную улыбку.
− Они?
Тут в палатку вбежал стражник.
− Принц Эрит, с рабами что-то не так.
После этих слов я поняла, что безумный маг активировал наказание всех рабов, что привязаны к его кольцу. Да, от него можно было ожидать чего-то подобного. Но я не могла представить, насколько черствым должно быть сердце человека, чтобы так поступить.
Фар схватил командира за руку и свет озарил их фигуры. Теперь уже имперец упал на колени корчась от боли.
− Отмени наказание. – Прорычал брат Эрита. − Ты никогда не был в ошейнике и не знаешь, что сейчас делаешь с этими людьми.
− Не дождешься. − Процедил сквозь зубы Наррин.
Должно быть в этот момент накал магии, как и чувств Фара достиг какой-то предельной отметки. Мы услышали короткий вскрик прежде чем несговорчивый имперец осыпался прахом. Даже одежды не осталось. Фар взглянул на меня, недоумевая.
− Я не знаю, как это вышло. Я… не хотел. − Паника в его голосе передалась и мне. Он только что отнял жизнь одного человека, и обрек других на долгую мучительную смерть.
− Позовите лекаря. − Я осмотрела сжавшегося у ног раба. Хоть и слабее чем я применила к Отису, но его терзала боль и удушье от ошейника.
Пришел лекарь из числа стражи. Он был слабым магом.
− Я не могу ничего сделать, пока на нем ошейник. Те рабы, что снаружи в таком же положении. Они не смогут спать, или нормально есть. Разве что сильный сонный отвар немного успокоит их. Но не более.
− Как долго? − И без пояснения было понятно, что дело плохо.
− Возможно, три-четыре дня. – Был озвучен приговор. Рабов ждали несколько дней муки, пока тело окончательно не сдастся.
− Поищите кольцо. Мы должны попытаться сделать хоть что-то.
− Я слышал, − понял ход моих мыслей командир Серил, – что некоторые рабы смогли продержаться до недели. Но, даже с кольцом вам не по силам отменить приказ. Если только, обратится в войско на границе. Там есть маги артефакторы, которые владеют формулой смены привязки кольца. Но, станут ли вам помогать?
Я слушала его в пол-уха, сожалея что зря никогда не интересовалась вопросом привязки. Села на пол и успокаивающе погладила раба, который медленно дышал с сипящим звуком астматика. Было понятно, что нет у него нескольких дней.
− Но как же!? Должно же быть здесь… − Фар, весь перепачканный пеплом безумно шарил руками по полу. Эрит, видя, что с братом творится неладное, попытался его успокоить.
− Ты уже все проверил несколько раз. Кольца нет. – Он оттащил парня от того, что осталось после командира.
− Эрит, ты уверен? Думаешь, он сжег кольцо? − Муж кивнул.
Во мне встрепенулся маг материй. Мог ли огонь соллнов уничтожить дымный камень? А что, если он действительно принадлежит свету Дневного Светила? Значит это магия совсем другого порядка и не резонирует с антимагической породой. Тогда и «сигнализация» замка на ошейнике просто не сработает.
− Эрит, ты должен… Я думаю, твоя магия с этим справится… Прошу, только очень аккуратно, − я выдохнула, борясь с эмоциями. − Попытайся уничтожить ошейник раба. Только не касайся того что внутри.
