Текст книги "Ярость на краю империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11

Возвращаясь с утренней пробежки, я заметил необычную картину. Пара десятков моих гвардейцев столпились у додзё, и туда продолжали стягиваться люди.

– Эй! – окликнул я пробегавшую мимо Алесю Новацкую. – Там что, бесплатные шашлыки раздают?

– Сам посмотри, – бросила через плечо дерзкая девчонка, даже не обернувшись. – Китайцы махач устроили!

Какие ещё китайцы?

Я посмотрел на циферблат часов.

Семь утра!

Ещё толком не рассвело, долина спала в октябрьской мгле. Дул пронизывающий ветер. Горы, как-никак. День, скорее всего, будет ясным, но это не точно.

Любопытство вынудило меня свернуть с набережной к общественному додзё.

Ага, мы построили и такое.

На моих землях стало проживать слишком много хороших бойцов. все они нуждались в постоянных тренировках и развитии. Поэтому я решил вплотную заняться поселковой инфраструктурой. Додзё было вместительным, и там по графику преподавали разные инструкторы. Свои группы набрали Демон, Байт Мусаев и один из подручных мастера Багуса. Особой популярностью, что неудивительно, пользовались часы тренировок с Маро Кобалией. Но в семь утра никто не упражнялся, и ситуация меня заинтриговала.

В додзё, кстати, могли заниматься исключительно бойцы моего Рода и их дети. Или семьи, потому что у некоторых пехотинцев и диверсантов жёны отменно владели клинковым оружием. Но в будущем я рассматриваю возможность построить ещё один зал – для всех жителей Красной Поляны.

Сёдзи были раздвинуты.

Под потолком горели плоские лампы.

Бойцы скользили над деревянными досками, обмениваясь ударами на всех уровнях. Проследить каждый удар от начала до конца, пожалуй, могли единицы.

Удары, отводы, смены стоек.

Я увидел бой истинных мастеров.

Мерген-оол против Ли Синьу. Босиком, в новеньких ифу. Мастер Мерген – в бежевом. Китаец – в сером. Я понятия не имел, что наставник Маро гостит в Красной Поляне, но почему бы и нет? У меня не было причин ему не доверять. Скорее всего, он приехал из города по приглашению Маро. И приехал, как я подозреваю, с единственной целью. Испытать человека, о котором наслышан.

Разные стили.

Но.

Каждое движение отточено десятилетиями тренировок. Рисунок поединка – как уникальное произведение искусства. Бес и геомант дрались голыми руками, без оружия. Фишка в том, что их разделяла бездна возраста, Мерген был опытнее, вот только он специализировался на клинковом оружии. Предельно сузив сферу интересов. Что касается господина Ли, то этот бодрый старикан явно с головой ушёл в рукопашку, причём в шаолиньских традициях.

Соприкосновения мастеров длились меньше удара сердца.

Вот ладонь Мергена скользит по предплечью Ли, как вода по камню, но в этом скольжении – сила, способная свернуть стальной прут. Ли не уклоняется. Он проваливается вниз, в свой собственный центр, и рука Мергена проходит мимо, не найдя опоры, теряя инерцию в пустоте.

Непосвящённым схватка казалась выяснением отношений.

Я же видел диалог увлечённых людей, впервые за долгие годы встретивших достойного противника.

Разговор на языке, забытом молодыми.

Мерген ответил ударом пальцев в солнечное сплетение – не быстро, так двигаются сосны, когда ветер только зарождается. Ли Синьу встретил атаку грудью, но не твердостью – податливостью. Его тело просело на миллиметр, и удар ушёл в пустоту, вытягивая Мергена за собой. Теперь Ли был центром, а Мерген – на периферии. Китаец сделал круглый шаг, его нога, грузная, как корень старого дуба, описала дугу, сметая опору противника. Но Мерген, падая, превратился в перо – он не боролся с падением, он им управлял. Перекат через плечо, и бес уже снова стоял, на колено ниже Ли Синьу, и его ладонь замерла в двух цунях от паха соперника. Выдвинутые пальцы господина Ли остановились у шеи противника.

Я мысленно одёрнул себя.

Вот откуда взялись эти цуни? Я же в России…

Бойцы разошлись и замерли, их разделяло не более трёх шагов.

Ли Синьу атаковал первым – серией коротких, взрывных ударов, каждый из которых мог бы остановить сердце быка. Мерген не блокировал. Мягко отводил, уклонялся с ювелирной точностью, со скоростью ветра менял стойки. Динамика зашкаливала, рисунок боя менялся ежесекундно.

Внезапно Мерген поймал запястье Ли. Ли поймал запястье Мергена. Их руки скрестились, как корни двух древних деревьев, сросшихся под землёй. Мышцы дрожали, жилы вздулись. Ни один не давил – они слушали. Через кости, через кровь, через натяжение фасций они читали друг друга, как свитки, написанные на одном языке.

Тишина.

Где-то за стенами додзё каркнула ворона – звук, как удар гонга.

Мастера одновременно отпустили друг друга. Разошлись на шаг.

И сели. Прямо на пол, скрестив ноги, лицом к лицу.

Они сидели в додзё, и утренний свет, пробившись из-за гор, ложился на доски, ещё хранящие тепло человеческих ног. Бой был окончен.

Между колонн протянулись длинные тени.

* * *

Дверь открыла Маро.

– О, привет! – лицо девушки озарилось нежной улыбкой. – Давненько не заходил.

– Я по делу. Лука дома?

Маро обиделась.

– Сейчас позову.

Я взял её за руку.

– Подожди.

Лицо бессмертной вытянулось от удивления.

– Ты чего?

– Я очень рад тебя видеть, – откровенно признался я. – И я бы с удовольствием…

– Что? – перебила мечница. – Что бы ты с удовольствием сделал?

Она была очень близко.

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза.

– Поговорим об этом позже, – я поймал себя на мысли, что меня тянет к этой женщине. А ещё я почему-то был уверен, что у Маро с Джан уже существовали некие договорённости. И всё упиралось в меня. – Сейчас есть более серьёзная тема. Думаю, тебе понравится.

– Мне? Ты же с Лукой хотел поговорить.

– С вами обоими. Это очень важно.

– Ладно, – Маро отступила, пропуская меня в дом. Крикнула: – Лука! К тебе гость!

Я закрыл дверь.

– Смелее, – подбодрила меня бессмертная. – Если разговор долгий, может… чайку?

– Не откажусь.

Мастер Мерген уехал час назад.

Теперь, когда рядом с КПП поставили станцию канатной дороги, бес получил возможность быстро перемещаться между городом и моими владениями, минуя извилистый лабиринт серпантинов. Насколько я помню, жил он в Старом Городе, но не в Змеиных Кварталах, и по-прежнему преподавал в гимназии Эфы. А попасть в Старый Город, если пересесть на станции «Альпика», можно было за сорок минут. Это быстро по меркам нашего мегаполиса. Просто потому, что ты не едешь по Аэрокольцу и не стоишь в пробках на проспекте Дарвина. И это – несмотря на низкую скорость капсул.

Спустя четверть часа мы сидели на террасе, наслаждались ароматным пуэром и созерцали осенние горные вершины.

– Что, понравился мастеру мой новый гвардеец? – я хитро взглянул на Маро.

– Ты мне устроил проблему, – улыбнулась девушка. – Мергена теперь отсюда не вытащишь. Они уже и в шахматы успели поиграть, и фигурки обсудить…

– Какие ещё фигурки? – не понял я.

– А ты что, не знаешь? – удивилась мечница. – Это же твой человек.

– Ну… – я смутился. – Он у меня недавно.

– Господин Ли вырезает фигурки из дерева, – пояснил Лука. – Это его хобби. Монахов, зверей, птиц. Всё маленькое, куча деталей. Мерген говорит, никогда не видел ничего подобного.

– Там уже дельфин появился, – добавила Маро.

У меня возникло подозрение, что хобби выросло не на пустом месте. Семью господина Ли мы уже вывезли из Европы и поселили в Красной Поляне. А у геоманта было двое внуков.

– Интересно, – я сделал глоток из пиалы. – И что, они прямо сдружились?

– Бесам одиноко в этот мире, – заметила Маро. – Все вокруг умирают. Мы остаёмся. Если, конечно, не встретимся с превосходящим противником.

Маро непроизвольно покосилась на сына.

Я знал, что смерть Доброго Эха сделает её несчастной. И понимал самого Луку, проводящего годы в поисках чудодейственной таблетки. Самое интересное, что эта таблетка существует. Она есть у меня.

– Не будем о грустном, – я полез во внутренний карман ветровки. – У меня кое-что есть.

С этими словами я выложил на стол медальон.

Добрый Эх понял не сразу. А когда увидел гравировку, его глаза расширились от изумления. А ещё в них появилась надежда… смешанная с сомнением.

– Это… то, что я думаю?

Медальон был металлическим, и этот материал чем-то смахивал на медь. Вот только это была не медь. Ничего подобного на Земле не существовало. Поверхность гладкая. И на этой поверхности – искусно выгравированный жук-скарабей. Изображение, кстати, нанесено с двух сторон. Вместо цепочки у медальона имелась растягивающаяся лента, которую можно было регулировать по своему усмотрению. Просто силой мысли. Лента, разумеется, тоже неземная, наследие Предтеч.

Я не ответил.

Смотрел на каббалиста и улыбался.

– Великий Артефакт, – прошептал Каримов. – Абсолют!

Маро вытянулась в струну.

Бессмертная, естественно, знала о навязчивой идее своего сына. Лука хотел стать бесом и верил, что мифический Абсолют меняет природу одарённых. Шанс на миллион.

– Не подделка? – Маро перевела взгляд на меня.

Пожимаю плечами:

– Я слишком много усилий приложил, чтобы его достать. Кроме того, на медальон реагирует Компас.

– У тебя и Компас есть? – воскликнул Лука.

– Тсс, – я приложил палец к губам. – У меня много чего есть. Вы вступили в непростой Род, дорогие мои.

А ещё я мог бы рассказать о том, что подлинность артефакта подтверждена Администратором. Мог бы, но не расскажу. Пока, на сегодняшний день, сделка с Администратором касается только меня, Феди и Джан.

– Подождите, – неуверенно произнесла Маро. – Это что сейчас происходит такое? Ты пьёшь чай и достаёшь артефакт, за которым гоняются все одарённые планеты? Просто берёшь и выкладываешь его на стол?

– Почему бы и нет, – хмыкнул я.

– Можно? – Добрый Эх протянул руку к медальону.

– Пожалуйста, – кивнул я.

– Значит, ты бессмертный, – в глазах Маро промелькнула догадка. – Я сразу поняла. Ты мыслишь и действуешь, не как…

– Малолетка? – перебил я.

– Да, – мечница не смутилась. – Это в твоих глазах. В словах. Я думаю, ты даже старше меня. И это многое объясняет. Не всё, но многое.

Лука уже изучал Абсолют.

Трогал гравировку, ленту, жадно всматривался в детали.

– А что не объясняет? – уточнил я.

– Огнестрельное оружие, – прямо ответила Маро. – То, что находится под строжайшим запретом у инквизиции.

– Запретом, – хмыкнул я. – Сами они пользуются и пистолетами, и автоматами, и компьютерами. Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку.

– Чем? – не поняла Маро. – Компьютерами?

– Пока забудь, – отмахнулся я. – Ты в чём-то права. Я прожил долго, очень долго… Но я не бес.

– Тогда кто? – нахмурилась мечница.

– И это я тоже предпочёл бы сейчас не обсуждать. Важно другое. Я хочу стать настоящим бесом. Как и Лука. Хочу, но не могу. Потому что этот медальон не работает.

– С чего ты решил? – вскинулся Лука.

Пожимаю плечами:

– Легенда гласит, что скарабей оживает, впивается тебе в затылок и начинает перекраивать психотип. По твоему заказу. И происходит это, когда берёшь медальон в руки. Ну, вот. Ты его держишь в руках. Обычная железка.

Я умолчал и про то, что Администратор владеет тайной медальона. Просто мне надоело играть в эти игры с сомнительным финалом. Лука может найти решение. Больше просто некому.

– Подожди, – глаза Доброго Эха уже горели огнём исследования. – Городские легенды – такой себе источник. Эта штука существует, её признаёт Компас. Значит, она работает. Предтечи говна не делают. Их механизмы исправно функционируют десятки тысяч лет.

– Что нам с того? – равнодушно отвечаю я. – Мы не знаем, как эта игрушка включается.

– И ты её принёс сюда, – догадалась Маро.

Я посмотрел в глаза мечнице:

– Да. Но отвечу на твой невысказанный вопрос. Если бы артефакт работал, я помог бы Луке стать бесом. И не только ему. У меня ещё Джан с Федей есть, между прочим.

И герцогиня Воронова, связавшая меня обещанием.

– Спасибо, – кивнула Маро. – Именно это я и надеялась услышать.

– Знаю.

– А где ты достал эту игрушку? – вдруг понесло не туда моего каббалиста.

– Где достал, уже не дают, – отрезал я. – Но, раз уж ты связан клятвой верности моему Роду, отвечу. Некоторое время Абсолют находился в руках адептов Серебряного Круга.

У Каримова отвисла челюсть.

– Ты с ними схлестнулся?

– Было дело, – уклончиво ответил я. – Те ещё психи.

– Что ты вообще о нём знаешь? – спросил Каримов.

– Немного, – честно признался я. – Медальон реагирует на психотип оператора в радиусе двух метров. Превращается в скарабея. При этом он должен быть настроен на ментальном уровне особым образом. Там целая схема.

– А ты не боишься лишиться своей уникальной способности? – поинтересовалась Маро. – Перестанешь ходить сквозь стены. Больше не сможешь становиться бесплотным. Но бессмертие… оно того стоит.

– Всё гораздо круче, – возразил я. – Скарабей наделяет человека бонусным Даром. У меня будет и вечная жизнь, и всё, что я уже освоил. Лука сохранит навыки каббалиста.

– Постой, – вскинулась Маро. – А я смогу стать ещё кем-то… кроме беса?

Перехватив мой взгляд, девушка смутилась:

– Извини. Ты не должен раздавать такое… всем подряд. Я ведь тебе никто.

– Ты ошибаешься, – мягко ответил я. – И насчёт «никто» – тоже.

– Эй! – возмутился Лука. – Вы что, флиртуете? Нашли время.

Маро сделала глоток чая.

Её взгляд всё время был прикован ко мне.

– В общем, – резюмировал я. – Человек реально может иметь два Дара. При этом второй оформить по своему желанию, через настройки скарабея. Но я не умею настраивать Абсолют. У меня нет никаких схем.

– Проблема, – согласился Добрый Эх. – Точнее, сложная задача. Хорошая новость в том, что я уже работал с артефактами на ментальном управлении. И даже настраивал их. У меня есть опыт, но потребуется время. И оборудование.

– А оборудование зачем? – не дорубил я.

– Чтобы заглянуть внутрь и ничего не сломать, – пояснил каббалист. – Могу ли я оставить это устройство себе?

Тонкий момент.

Но этому человеку я доверял.

– Можешь. Только я хочу предупредить: это один из самых разыскиваемых артефактов планеты. Никто не должен знать, что он здесь.

– Это я понимаю, – заверил Лука.

– Сколько тебе потребуется времени?

– Пока не берусь делать прогнозы, – вздохнул каббалист. – От нескольких недель до месяцев. После полной диагностики будет ясно. Мне ведь нужно не просто его изучить, но и тебе объяснить, как Абсолют работает.

– Тогда удачи, – я допил чай и встал с кресла. – Держи меня в курсе.

Глава 12

Плановый сеанс связи с Администратором состоялся в начале ноября.

На Фазис обрушился шторм.

Ураганный ветер вырывал с корнем деревья, сносил крыши автобусных остановок и всячески мешал жить. Тучеразгонители на пределе мощности противостояли разбушевавшейся стихии. Что интересно, все эти явления происходили внизу, на побережье. У нас, в кольце гор, было просто холодно. Красную Поляну накрыло дождём, уровень воды в озере повысился. И, как обычно, ливнёвка не справлялась со своими задачами. Крутые улочки, проложенные под уклон, превратились в мутные бурлящие потоки.

Обычно в такую погоду я вынужден отменять пробежки.

Джан даже не шевельнулась, когда я выбрался из постели и неслышно покинул комнату. У меня был чёткий план на случай погодных аномалий. Вместо пробежки – медитация, заплыв в крытом бассейне на первом этаже. Сразу после этого – тренажёры, разминка, упражнения с шестом, короткими и длинными клинками, кусаригамой. Небольшой перерыв, созерцание дождя за окном. И – метание. Ножи, топоры, сюрикены. Спуск в подвал с оборудованным тиром, открывающимся исключительно для одного человека – меня. Стрельба по мишеням из «глока», нагана и штурмовой винтовки. Обычные патроны. Расточительство? В реальности, где патроны нельзя купить, а только призвать из мира идей – да. Но это неизбежные потери, с которыми я вынужден мириться. Уж лучше тратить бесценные патроны в тире, чем разучиться стрелять и сдохнуть из-за этого в очередном замесе.

Из тира я вышел часам к девяти. Ну, без четверти девять. Как раз успевал принять душ и сытно позавтракать. Уже под горячими струями вспомнил, что сегодня нужно пообщаться с Администратором. Потому что понедельник. Начало, так сказать, рабочей недели.

Коммуникатор я включил, запершись у себя в кабинете.

Здравствуй, человек. У меня появилось задание.

Я вздрогнул.

Мы уже долгие месяцы не охотились за наследием Предтеч. Я успел отвыкнуть от этих странных чудес и инопланетных опасностей.

Слушаю тебя внимательно, Администратор.

Колония в Северной Америке. Я уже нанёс метку на мыслекарту. Действовать придётся оперативно, потому что в обозримом будущем может быть запущен процесс самораспада.

Последняя фраза меня насторожила.

Я думал, колонии могут существовать вечно.

Так и есть. Но это в том случае, если они функционируют, поддерживая сообщество. Или законсервированы по всем правилам. Эта колония живая. Она думает, что Предтечи… вышли ненадолго и скоро вернутся.

Час от часу не легче.

Мне потребуется АРМ?

Нет.

Фух. Всё это выламывается из схемы. И мне надо быстро сообразить, что не так в грёбаном задании Администратора. А здесь определённо что-то не так.

Надо задавать правильные вопросы.

Если колония разумна, почему ты не можешь взять её под контроль? Она не отвечает на запросы?

Потому что в рабочем режиме система уверена, что подчиняется хозяевам.

Её не смущает, что Древние покинули Землю тридцать тысяч лет назад?

Не смущает. С точки зрения колонии время – один миг.

И как её перевести к тебе в подчинение без АРМ? Только не говори, что мне туда придётся зайти самому и включить какие-то устройства.

Именно так. Ты проникнешь внутрь, воспользовавшись кодовым образом, я его сейчас покажу. Образ надо вызвать из памяти по запросу колонии. Система примет тебя и небольшую группу спутников по единому образу. Ты направишься вглубь сооружения по схеме, которую я уже вмонтировал в мыслекарту. Найдёшь ядро управления, переключишь его из автономного режима в ручной, блокируешь охранный функционал. Остановишь таймер самоуничтожения. И переведёшь контроль системы на меня. Технические инструкции получишь сегодня ночью, во сне. Через Бродягу.

Это территория Наска. Колонию охраняют?

Насколько мне известно, людей в этом районе нет. Разведка биомехами показала, что объект скрыт глубоко под землёй, выступает лишь небольшая часть корпуса. Сейчас я покажу.

В меня влился образ.

Нагромождение заснеженных вершин, рыжеватые предгорья, бирюзовая озёрная гладь. По виду смахивает на Кордильеры. Возможно, Сьерра-Невада в Калифорнии. Правда, в этом мире нет никакой Калифорнии… Но думаю, природе на человеческие топонимы пофиг.

Идеально ровный холм я заметил сразу.

Куполообразная выпуклость.

Знакомый материал, поглощающий солнечные лучи. Выглядит, как аномалия. Из-за каменных нагромождений и неровностей ландшафта можно списать на оптическую иллюзию. Да на что угодно можно списать! Вряд ли над этими дикими территориями каждый день пролетают дирижабли.

Насколько я помню, североамериканские индейцы не успели создать технологически развитую культуру. Их поглотили не европейцы, а расширяющаяся империя Наска. Поэтому вся Северная Америка, за исключением Мексики, представляет собой обширные необжитые или малонаселённые территории, которые Наска ещё осваивать и осваивать. Примерно как наша Сибирь. Несложно догадаться, что в самых живописных и комфортных местах расположились элитные охраняемые посёлки, в которые можно добраться только по воздуху или прямой телепортацией. Городов тоже хватает, но это далеко не мегаполисы. Даже сравнивать нельзя с Нью-Йорком, Лос-Анджелесом или Сан-Франциско.

Образ сменился.

Администратор развернул передо мной карту, и я мысленно поставил себе зачёт по географии. Калифорния! Па-ра-па-па-пам! Кто молодец? Я молодец.

В голове прозвучал комментарий Администратора:

Этот объект не удалось обнаружить ни инквизиции, ни властям Наска. Сотни прилегающих километров – это национальный парк. Есть отдельные поселения индейцев, но ближайший сравнительно крупный город находится очень далеко.

Ты считаешь, я должен взять спутников? Набрать команду?

Всё на твоё усмотрение, человек. Система может отреагировать непредсказуемо. Не везде ты сможешь пройти, будут поломки или развившиеся аномалии. Это умирающий ареал. Мне надо запустить программу восстановления, чтобы навести там порядок и включить колонию в Генеральный План.

А как насчёт самоуничтожения?

Этот режим активируется крайне редко. Колония может ошибочно полагать, что утратила статус жилого пространства. И тогда запускается протокол ликвидации. Не взрыв, а распад. Я не имею связи с колонией и не могу сказать наверняка, активирован ли протокол. Если активирован – распад завершится в течение двух-трёх лет.

Это представляет угрозу для меня?

Не думаю. Слишком медленные процессы.

С какими опасностями я столкнусь?

Колония в стадии полураспада может сбоить. Протоколы безопасности ошибочно атакуют даже тех, кто вошёл внутрь по кодовому образу. В некоторых секторах могут барахлить системы жизнеобеспечения. Иногда образуются аномалии, в том числе, гравитационные.

Да ты издеваешься! Я там выживу вообще?

Шансы очень высокие. Как я уже отметил, распад не обязательно запущен – мы этого не знаем наверняка. Кроме того, система не может применять внутри колонии мощные виды оружия. По моим прогнозам, ты рискуешь столкновением с биомехами-стражами. Их можно уничтожить как разрывным боеприпасом, так и стихийной атакой. Рекомендую электричество. Стражи поддаются и кинетическому воздействию, особенно сжатию. Подбери команду с умом – и ты выполнишь задание.

Когда ты раскроешь алгоритм настройки Абсолюта?

Наберись терпения, человек. Ты получишь эту технологию. Позже.

Что по срокам?

У тебя есть неделя.

Завершив брифинг, я мрачно уставился на отвесные струи дождя за окном. Миссия мне не нравилась. Я убиваю людей, а тут – непостижимая и непредсказуемая инопланетная система. Даже не кранги. При этом Администратор не в теме, что там реально происходит. Если мы не сможем поддерживать связь, даже не удивлюсь. И да, Администратор опять тянет резину. Такими темпами могут пройти годы, а я всё ещё не обрету бессмертие и не смогу наделить им свою семью. А мне ещё наследников рожать…

В дверь постучали.

– Дорогой, завтрак остынет!

– Уже иду, – я убрал кубик коммуникатора, поднялся с кресла и выбросил из головы мрачные мысли. – Извини, солнце.

Завтрак – это святое.

Испортишь себе настроение утром, весь день полетит коту под хвост.

* * *

Дождь – отличный фон для секса.

К тому же, ночью я сплю. А Джан учится в Дистанционном Университете.

Мы с женой провели в постели около часа, а потом на меня обрушилась работа. Впрочем, не только на меня. Супруга засела за финансовую аналитику от холдинга, а я созвонился с Пупкиным, который быстро отчитался о проделанной работе и текущих проблемах на заводе. В сущности, денег у нас хватало, поэтому цеха были оснащены не хуже, чем у японцев и немцев. А вот чего не хватало, так это людей. Высококвалифицированных, с опытом, готовых рискнуть и перейти на оружейный завод никому не известного барона. В сроки мы уложимся, заверил Пупкин, ни один контракт не будет сорван. Но при увеличении числа заказов и производственных мощностей нашим рабочим придётся пахать в две смены и практически не спать. Да, мы можем их мотивировать хорошими премиями. Но человек – это всего лишь человек. И если он мало спит, то начинает совершать ошибки.

Я спросил, что нужно дать заводу для решения проблемы с персоналом.

Пупкин сразу оживился и выдал пачку предложений, среди которых были увеличенные оклады, расширенные соцпакеты и ускоренные темпы строительства рабочего посёлка. Но главное, по его мнению, это… промышленный шпионаж. Точнее, не промышленный, а кадровый. Пупкин настаивал, чтобы я подключил свою службу безопасности для перетаскивания специалистов конкурирующих заводов. Рискованный шаг, как по мне. Тогда, сказал Вася, можно привлечь больше высокоранговых оружейников. Иногда призыв детали существенно ускоряет производственный процесс, ведь создание машин традиционными способами гораздо затратнее. Я обещал подумать и отправился советоваться с Джан.

– Что именно тебе не нравиться в его идеях? – спросила жена за ужином.

– Кража специалистов – прямая дорога к конфронтации, – ответил я, не задумываясь. – Все наши конкуренты – это кланы. Я не думаю, что кому-то пойдёт на пользу сеча между Родом Ивановых и одним из Великих Домов. Теоретически я могу с ними разобраться, но зачем? Это ослабит страну. Я не хочу давать козыри общим врагам.

– Разумно, – кивнула турчанка. – А по оружейникам что думаешь?

– Ну, учитывая их легализацию, идея неплохая. – Я подцепил вилкой кусок рыбы и отправил в рот. – Однако, и тут есть подводные камни.

– Озвучишь? – девушка смотрела на меня с интересом.

– Да тут всё просто, – отмахнулся я. – Сколько ты знаешь сертифицированных оружейников третьего ранга… хм… уровня Такахаси или Феди?

– Таких, как я, нет, – заявил Федос, наяривая гречневую кашу с салатом. – Вам со мной повезло, ничтожные человечки!

Сидевший на подоконнике Кефир потянулся, зевнул и приоткрыл один глаз. Котяра был настолько откормлен, что даже не интересовался рыбой. Барабулькой, между прочим, которую он обожает.

– Я не занималась этим вопросом, – ответила Джан. – Но, думаю, их немного.

– Сложно сказать, – пожимаю плечами и продолжаю спокойно есть. – Видишь ли, оружейники уже второй год не спешат получать сертификаты.

– Почему? – удивился Федя.

– Выжидают, – хмыкнул я. – Не доверяют инквизиции. Среди этих ребят хватает параноиков. Похлеще меня. Они думают, что Супрема в любой момент может всё открутить, а по сертификатам вычислит тех, кто представляет особую опасность. Самых сильных.

– Оружейники нарасхват, – возразила Джан. – Как им подняться без сертификата?

Пожимаю плечами:

– То, что я тебе рассказываю, вытекает из докладов Багуса. Мастера-оружейники старой школы продолжают вести уединённый образ жизни. Они предпочитают разовые контракты, причём берут их через посредников, чтобы лично не контактировать с клиентом. Их можно понять. Вековая травля.

Девушка вздохнула.

– И какой у тебя план?

– Завод должен работать по всем правилам, без читерства, – уверенно заявил я. – Мне нужны именно специалисты. Запущенные на всю катушку производственные линии. И не когда-нибудь потом, а в обозримом будущем. Аналитики прогнозируют повышение спроса на нашу продукцию.

– Он хофет ш тобой пошоветоватша, – с набитым ртом изрёк Федя. – Прошто штешняетша.

– Хотел, – не стал я скрывать очевидного. – И ничего я не стесняюсь.

– Угу-угу, – покивал толстяк и придвинул к себе кружку с какао.

– Так бы сразу и сказал, – расцвела Джан. – Не чужие люди ведь.

– И что посоветуешь? – я затаил дыхание.

– Выход из плоскости, – ответила жена. – Оружейники нередко работают на артефакторных производствах, в частных мастерских. Потому что могут призывать любые детали из каких угодно материалов. А специалистов узкого профиля не обязательно переманивать. Их можно обучать в процессе производства.

– Обучать? – изумился я.

Для меня индустрия мехов казалась чем-то невероятно сложным и уникальным. Это же не мебель под заказ собирать… Или я ошибаюсь?

– Почему нет, – пожала плечами Джан. – Есть смежные отрасли. Машиностроение, например. Кораблестроение. Бери рабочих оттуда, перетаскивай к себе, а уже нашу специфику пусть изучат на месте. Я в этом плохо разбираюсь, но мне кажется, что за полгода ты закроешь любые дефициты с помощью этой стратегии.

Я обдумал идею.

И не нашёл изъянов.

– Спасибо, дорогая.

– Не за что, – Джан хитро взглянула на меня. – Рассчитаешься ночью.

Федя прыснул в кулак.

Чуть позже, обсудив предложение Джан с Пупкиным, я выработал стратегию поиска. Но в этой схеме кое-чего не хватало. А именно – консультации с профессионалами.

Я вспомнил, что муж и дочь Уайры Чу плотно занимались чужими секретами в области разработки механикусов. Что ж, самое время нанести им дружеский визит.