Текст книги "Ярость на краю империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 23

Ничего принципиально нового Мамука не нашёл. Зато по прибытии в Красную Поляну была проведена экспертиза игл – они реально были смазаны какой-то дрянью. И эта дрянь убила бы меня за считанные минуты. А ещё эти штуки выбрасывались хитроумным пружинным устройством, и я сразу понял, что неведомые убийцы положили болт на Закон Меча. Каждый из них успел выпустить по две иглы.

Между собой мертвецы переговаривались по-немецки.

Значит ли это, что меня заказали спецслужбы Германии? Нет. Потому что в Европе хватает тайных орденов, и этих ребят могли нанять. Судя по всему, они хорошо оснащены, прекрасно подготовлены и могут создавать проблемы. А ещё отлично соображают и умеют импровизировать.

К вечеру нога полностью зажила.

Меня всё же проверил Заза Теймурадзе, наш родовой целитель. Никаких признаков отравления обнаружено не было. Рана перестала ныть через два часа, зарубцевалась через три. А к ужину я уже вышел без костылей. И это ещё не рекорд, как мне пояснили. У тех же целителей результаты более впечатляющие.

Добрый Эх, выполняя поставленную задачу, несколько дней мотался в Стамбул, проводил там свои исследования. А мастер Багус дотошно проверял весь персонал на благонадёжность. Перед самым Йолем я получил исчерпывающие доказательства того, что сотрудники Башни непричастны к нападению на сороковом этаже. А ещё мне на стол легла смета по артефактно-каббалистическим линиям, которые не мешало бы проложить в бизнес-центре, обеспечив его безопасность по высшему разряду. Цифра и набор комплектующих меня впечатлили. Но делать нечего. Свои опорные пункты надо защищать. И я, с одобрения Джан, дал зелёный свет на модернизацию Панорамной Башни.

Тем временем Фазис погрузился в привычное праздничное состояние. Новый год тут отмечали немногие, зато все с размахом готовились к ключевому событию – Йолю. И этот хаос растянулся аж на две недели.

В холдинге кипела работа.

Причём, по всем фронтам.

Туристический сектор занимался сдачей недвижимости, бронированием, следил за работой казино, в котором у нас была доля, организовывал зимние экскурсии и отдых на лыжных базах. Непрерывно расширялся «Стриж». Перекачивались денежные потоки через «Прогресс». Вся эта кухня работала без моего участия, Джан занималась общим контролем, иногда устраивала финансовые проверки.

Я сосредоточился на поиске тех, кто отправил убийц в Стамбул.

Пока тщетно.

Багус понятия не имел, от чего отталкиваться. В Германии существовали два конкурирующих ордена убийц, появившихся ещё четыре столетия назад. У каждого из них был свой почерк, но выяснить, кто получил заказ на меня, не представлялось возможным. Также мы не сумели добраться до архивов спецслужб Германии. Не потому, что это сложно. А потому, что банально не знали, что и где искать.

И тогда я решил впервые за несколько лет просто отдохнуть.

Я не считаю Предтеч богами и не поклоняюсь им, но Йоль – это вроде как семейное торжество. Поэтому мы встретили Новый год, забили на пост и всякие шествия, а потом организовали посиделки в дружеской компании. Пригласили Маро с Лукой и Демона с Витькой. Им просто было не с кем праздновать. А нам веселее. Посмотрели по телевизору выступление Трубецкого. Поздравили по телефону друзей. У нас тоже телефон разрывался, так что я в итоге забил на эти традиции и велел Бродяге отвечать на все звонки вместо меня.

А после праздника, когда Фазис засыпало мокрым снегом, враги дали о себе знать.

У меня в середине января была запланирована поездка в Горгиппию. Если кто не в курсе, это город на Черноморском побережье, который в этой реальности заменил Анапу. Большой город. Тоже курортный, с развитым портом и своими фишками, но совершенно не похожий на свой аналог в параллельном мире. Там уже несколько месяцев стоит представительство «Стрижа», а недавно ещё филиал «Прогресса» добавился. Горгиппия, разумеется, целиком подмята Эфой, там южный клан царствует безраздельно. Соответственно, я не сталкиваюсь с юридическими проблемами. Но местные директора хотели обсудить вопросы дальнейшей экспансии и предложить какие-то идеи. Поэтому я взял с собой парочку финансовых консультантов, Кучеру и Алису Аркус.

Сопровождали меня и телохранители.

Хорвен и Маро.

Бессмертную я только начал знакомить с огнестрельным оружием, поэтому пистолета или чего посерьёзнее у неё не было. Зато имелся мимикрирующий комбинезон, в комплекте к которому шли противоиллюзионные очки-консервы, маскировочные перчатки, браслет ментальной защиты и боевой нож с усиливающими Знаками. Несмотря на это, бессмертная предпочитала иметь при себе любимую катану.

В Горгиппию мы отправились на «Джоне Уике». Неспешно, с комфортом. Разбушевавшаяся стихия улеглась, и снег на улицах начал таять. Прибыли мы в город к девяти утра. Сначала посетили банк, выслушали управляющего, одобрили все инициативы и двинулись к представительству «Стрижа».

Должен отметить, что дирижабль – это вам не воздушное такси. Его возле здания не припаркуешь. В Горгиппии имелся собственный аэропорт, где мы арендовали ангар для «Джонни». А дальше пришлось вызывать такси и чувствовать себя простыми смертными. Радует, что зимой, в межсезонье, после Йоля, никакими пробками на улицах и не пахло. Более того, город мне показался вымершим. Снег таял, заливал гигантскими лужами парковки и проезжие части. Солнце, выбравшись из-за туч, радовало глаз. Люди, похоже, сидели по домам.

Горгиппия мне понравилась.

Район с многоэтажками вынесли куда-то на окраину, а весь центр представлял собой исторические кварталы, хорошо сохранившиеся и сильно напоминавшие Крым. Или… ту же Италию. Первая линия была застроена дорогими гостиницами и пансионатами, но, опять же, не выше пяти этажей. Переехав через какую-то речушку, мы оказались в деловом центре. Сначала мне на глаза попалось пафосное здание Черноморского банка, потом – финансовый комплекс «Геракл». Собственно, там и разместилось руководство «Стрижа». Мы заняли весь третий этаж, пользовались отдельной лестницей и персональным лифтом. За такие привилегии пришлось доплачивать, но бабла у меня хватает.

Незримая Хорвен эскортировала такси по воздуху. Образы от неё не поступали, ведь гончая находилась не в боевом режиме. Маро тоже не активировала комбинезон, чтобы не смущать водителя. Мои консультанты, Алиса и Герман Кучера ехали в большом микроавтобусе.

Ольгу в этот раз я не взял.

Рассчитывал ли я на повторное нападение? Скажем так, не исключал подобной возможности. А посему имел при себе очки-консервы. Пальто позволяло скрыть под собой кобуру с «глоком», который я в последние месяцы использовал чаще нагана. Из-за удобства и скорострельности. Кромсатель находился в специальном чехле на поясе. Очки я держал во внутреннем кармане пальто. По хорошему, их вообще нельзя было снимать. И я это понял на парковке перед зданием «Геракла».

Мы форсировали необъятную лужу на площади и остановились у центрального входа.

Водитель заглушил мотор.

И тут же случился энергетический всплеск.

Маро, сидевшая в кресле справа от водителя, должна была умереть первой. Просто потому, что её исключали из уравнения. Прыгун телепортировался на заднее сиденье и сразу вогнал танто ей в шею. Сильно удивился, пронзив пустоту. Ещё больше удивился, попытавшись всадить мне в горло второй клинок. Работал он чётко и быстро – между двумя ударами прошло полсекунды, максимум. В Маро ублюдок ткнул свою железку левой рукой, а правой хотел достать меня, через собственное плечо.

Не прокатило.

Потому что я сделал бесплотной машину целиком. Вместе со всеми людьми, находившимися в ней.

Убийца был настолько резким, что его движения смазывали иллюзию и на краткие мгновения обозначали силуэт. Даже не силуэт, а некий условный сдвиг. Словно человеческую фигуру вырезали из фона вместе с частью этого самого фона. Прыгун был сиденьем, дверью, ремнём безопасности, боковым и задним стёклами. Одновременно. И всё же, я успел воспринять то, что он делает. Потому что иллюзия – не мимикрирующий комбинезон. Особенно дешёвая иллюзия.

Я вогнал палец левой руки в голову шиноби.

И тут же уплотнил эту самую голову. Вместе со своей кистью.

Рванул руку на себя, заляпав кровищей салон.

Убийца умер сразу. И сразу же спал морок, который больше не подпитывался энергией ки. Машина уплотнилась. Рядом со мной сидел труп с окровавленной глазницей. Парные танто выпали из ослабевших пальцев. Руки и ноги прыгуна конвульсивно подёргивались.

– Что за хрень, брат⁈

Водитель распахнул дверь и с матами выпрыгнул на парковку.

Маро реагировала лучше. Гораздо лучше. Оценив обстановку в зеркале заднего вида, она запитала комбинезон, слилась с окружающим и, будучи полностью невидимой, выскользнула наружу. Я последовал её примеру. И это могло бы стать роковой ошибкой, не вруби я одновременно проницаемость.

Потому что мои противники не ограничились первым шагом.

Более того, мне кажется, что они морально настроились на смерть прыгуна. Принесли его в жертву. Чтобы выманить меня из машины. Это же логично – надо иметь пространство для манёвра, чтобы дать отпор неизвестным агрессорам. Сидеть в салоне – очень хреновая идея. Обычное такси ничем не защищено. Ни брони, ни каббалистики.

Мой следующий шаг легко просчитали.

И, едва я покинул салон, просочившись прямо сквозь дверцу, на меня обрушилось пламя.

Били наверняка.

Огненный шар вспучился прямо в том месте, где я стоял. Расширился, захватывая машину. Я не видел Маро, но надеялся, что она вышла из зоны поражения. Водитель успел отбежать далеко, а микроавтобус был припаркован в нескольких метрах от нас. Никто и не думал оттуда высовываться. Что правильно.

Стена пламени отгородила меня от мира.

Я успел сделать несколько шагов, и это спасло подошвы моих ботинок. К слову, я начал носить обувь с каббалистическими вставками, защищающими от стихийных атак. И сейчас мог по достоинству оценить дальновидность Михалыча, предложившего такое решение.

Знаки с трудом выдержали атаку.

Уплотнившись в нескольких метрах от зоны удара, я почувствовал, как подошвы нагрелись.

Быстро осмотрелся.

Маро куда-то исчезла, я не мог понять, где она вообще находится. Пирокинетик должен стоять неподалёку. Такова природа их Дара – объект воспламенения должен быть в поле видимости.

Урода я заметил сразу.

Ну, почти сразу.

Метрах в двадцати от меня, у края парковки, на уровне человеческой головы сверкнуло лезвие. Меч невидимого воина вычертил кровавую линию, раскрасил красным кузов белой легковушки. Пелена невидимости спала, и безголовое туловище рухнуло на асфальт. Лишь на краткий миг я успел разглядеть очертания женской фигуры. Лезвие катаны, вне всяких сомнений, принадлежало бессмертной.

Сменив хват и убрав клинок за спину, Маро растворилась в воздухе.

Я невольно восхитился своей телохранительницей.

Вот сейчас она творила вещи.

Вернув себе проницаемость, я обогнул машину по широкой дуге. Ну, не машину, а то, что от неё осталось. При обычных обстоятельствах тачка уже взорвалась бы, положив меня и нанеся серьёзный ущерб соседям. Но шар огня был настолько концентрированным, что такси молниеносно превратилось в пепел.

Я впервые увидел такое дерьмо.

Чёрный каркас под внезапным порывом ветра, осыпался мелкой пылью.

Выхватив пистолет из кобуры, я выпустил три пули в смазавшуюся справа реальность. Стрелял на опережение, по маршруту следования. Две пули срикошетили от стены здания, третья вышибла из мнимой пустоты кровавый фонтанчик. Мета, несущийся к точке, где только что стояла Маро, споткнулся. Иллюзион ещё работал, но фигура убийцы подёрнулась помехами. И я всадил туда ещё две пули – в грудь и голову. Мужик рухнул на тротуар, маскировка выключилась.

Через секунду слева от меня кто-то запустил кровавую мясорубку.

Очередной невидимка попытался зайти под прикрытием, и он тоже был метой. Во все стороны полетели ошмётки – куски рук, пальцы, осколки черепа, серые сгустки и красные капли. В игру вступила Хорвен.

Гончая вообще воспринимает людей в ином свете.

У неё гораздо больше органов чувств.

В данном случае биомех среагировал на тепло. Или на массу. Понятия не имею, на что именно, вот только моим оппонентам не поздоровилось.

Хорвен тут же подключила меня к трансляции.

Я увидел парковку, площадь и здание центра в принципиально ином свете. Больше оттенков. Движущиеся фигуры, выглядевшие как в тепловизоре. Оценка агрессивности. Теперь я видел Маро. Застывших в микроавтобусе людей. Разбегающихся случайных прохожих.

И больше никого.

Мы всех перебили.

Вдалеке послышался звук полицейских сирен. Я понял, что катастрофически не успеваю перебросить в Горгиппию своих людей для экспертизы. Значит, придётся давать на лапу стражам порядка, выкупать у них тушки убийц и прикрывать расследование. А ещё – компенсировать таксисту стоимость его тачки.

Вздохнув, я направился к микроавтобусу.

Глава 24

Своих консультантов, Алису и Германа, я отправил в «Геракл». Заказал межгород, вызвал Байта Мусаева и нескольких диверсантов. Попросил Доброго Эха перебросить в Горгиппию мастера Багуса.

Пока мои финансисты беседовали с директором представительства, я успел пообщаться с Миланой Барской и получить обещание, что полиция в инцидент не вмешается.

Сняв с «прогрессовского» банкомата пачку денег, я дождался приезда следователя, провёл эффективные переговоры и помахал стражам порядка рукой. Никто даже не притронулся к трупам, не оцепил парковку, не начал проводить оперативно-следственные мероприятия. Ни протоколов, ни документов. Вроде как мимо проезжали.

Мастер Багус прибыл почти сразу.

Оценив фронт работы, индонезиец стянул на парковку с десяток прыгунов из нескольких ячеек Чёрного Ока. Я распорядился выделить микроавтобус из автопарка службы доставки. Добрый Эх сгонял в имение и привёз Мамуку Чемира, а также молчаливого крепыша в костюме-тройке и с санитарными мешками для трупов. Вместе с ними ехал ещё один тип, имевший при себе чемоданчик с непонятным оборудованием. Этих ребят я не знал лично, но Багус заверил, что кадры надёжные – он их перевёл из Чёрного Ока непосредственно в своё ведение.

Я оставил бригаду экспертов колдовать над покойниками. Вернувшись в комплекс, позвонил в аэропорт и распорядился подготовить «Джона Уика» к вылету. Присоединившись к руководству холдинга, застал вторую половину совещания, на которой обсуждались практические шаги по увеличению охвата в регионе. Выслушал консультантов и Алису, согласовал законность наших действий с Кучерой и одобрил новый проект. Пока Добрый Эх не умчался, переправил с его помощью финансистов обратно в Красную Поляну. А сам остался в Горгиппии, чтобы проследить за погрузкой мертвяков и выслушать первичный отчёт Багуса.

Как-то всё это меня начало напрягать.

Покойники работали под иллюзионами, имели при себе обычные клинки, усиленные Знаками, но ставку, судя по всему, делали на пирокинетика и скоростных мет. И, опять же, на свою невидимость.

Удар, кстати, был рассчитан грамотно.

Как и в Стамбуле меня подловили на минимальном количестве охраны, отсутствии домоморфа или, на худой конец, бронированного автомобиля, необходимости провести деловую встречу. И снова я был без очков и не видел своих противников. Почти не видел. Если знать, как смотреть, то микроскопические нарушения «идеальной» картинки всё же заметишь. Но это с учётом дешевизны иллюзионов. Ума не приложу, почему этот орден, или кого там послали за моей головой, экономит на важных вещах. У моих подручных, к примеру, очень качественная снаряга. И от быстрого движения синхронизацию не сбивает.

Мастер Багус высказал очевидную мысль: за мной охотится всё та же организация.

Почерк схожий.

Опять же встаёт вопрос: как они узнали, что именно сегодня я решил слетать в Горгиппию? Весь персонал «Стрижа» проверили, «крыс» не нашли. Взялись за банковских служащих, но и там всё было чисто… а потом догадались, что в обоих случаях мои поездки были связаны с финансовыми вопросами. Значит, о моих визитах в Стамбул и Горгиппию знали сотрудники холдинга.

Я начал действовать.

Как только исчезли все следы побоища, а трупы были погружены в мешки и увезены в аэропорт, вернулся с Маро, Хорвен и Багусом в долину. Устроил у себя небольшое стратегическое совещание, разработал план по захвату внедрённого агента и начал расставлять ловушки. Потратил на это две недели.

За эти недели, кстати, очень много всего произошло.

Во-первых, мой завод выполнил первые заказы, поставил партии «Аресов» заказчикам, и наши мастера-продаваны стали собирать отзывы. Понятно, что в боевых условиях никто шагателей не тестировал, у нас пока перерыв на войну. Но те аристо, что не поленились погонять машинки по полигонам, остались очень довольны. Не просто довольны, а загорелись идеей устроить небольшую заварушку в какой-нибудь африканской стране, чтобы протестировать продукт «в поле». Надеюсь, это они шутят. Хотя… с некоторых клановых лидеров станется.

Мещерский тоже решил укрепить свою гвардию нашими фирменными изделиями, и его сложно в этом винить. Я вот для себя парочку зарезервировал, и теперь каждый день слушаю от Демона нытьё, что у нас устаревший технопарк, всё нужно менять, и прежде всего вывести из эксплуатации примитивных «Витязей», заменив их «Аресами». Я заверил командира гвардии, что так и сделаю, но сначала следует сформировать одну группу, обкатать её на полигоне хорошенько, прикинуть ресурс и желательно бросить в какую-нибудь заварушку, прежде чем отказываться от проверенных агрегатов. Вот только мысль о переоснащении механизированного ядра гвардии крепко засела в моей голове.

Во-вторых, начали прибывать специалисты.

Я не вникаю в то, как именно Кунтур Чу разыскивает людей. Куратором проекта назначил его жену, а Пупкин информирует меня по итоговым результатам. Уайра объяснила, что есть группировки, занимающиеся переманиванием технарей под заказ. Эдакие посредники, даже не представляющие, кто оплачивает банкет. Им вообще без разницы, на кого работать, но переговоры они ведут только с проверенными людьми. С теми, кто не связан, по их мнению, с правительственными спецслужбами и влиятельными семьями, в собственности которых находятся заводы узкого профиля.

Так вот, люди приезжали в Красную Поляну, проходили многоступенчатое собеседование в холдинге, причём на первых этапах – с моей службой безопасности. Дальше отправлялись на Урал, где их знания проверяли ведущие инженеры из команды Пупкина. Потом начиналась переподготовка, совмещённая с испытательным сроком. За две недели нарисовалось шестнадцать человек. Немного? Но ведь всю черновую работу на моём предприятии выполняли големы… А спецы, по восторженным отзывам Пупкина, были прям топчик. Только одна проблема мешала их быстрой адаптации – языковой барьер. Там были мужики из Германии, Норвегии, Японии, Кореи, Наска. И чтобы они хоть как-то объяснялись со своими русскоговорящими коллегами, нам пришлось подключить их к лингвистическому конструкту и по ночам обучать Великому-Могучему. Радует, что чертежи они понимали и без всякого языка, так что Пупкин был настроен оптимистично.

В-третьих, у меня состоялось внеплановое заседание холдинга, на котором присутствовали руководители всех направлений. Джан настояла, чтобы я пришёл. Поначалу я не понял, зачем понадобилось моё присутствие. Но когда слово взял Николай Филиппович, многое прояснилось.

– Как вы знаете, – начал Аркус, сделав глоток минералки из своего стакана, – в последний год мы все операции по ценным бумагам перевели на «Прогресс». И это хорошо работает, учитывая связи с посредниками. У нас есть доверенные брокеры, через которых мы покупаем-продаём акции на европейских и американских биржах. К сожалению, всё меняется. Не в лучшую для нас сторону. Появилось негласное распоряжение запретить продажу ценных бумаг любым организациям, прямо или косвенно сотрудничающим с нашим холдингом.

– Стоп, – до меня дошло. – Персональные санкции?

– Нет, – старик покачал головой. – На официальном уровне ничего не утверждено. Законов, запрещающих нам покупать, нет. При этом наших брокеров не допускают к торгам, если они представляют нас… напрямую.

– На каком основании? – заинтересовался я.

– Проверки, дополнительные подтверждения… – начал перечислять Николай Филиппович. – Что угодно, лишь бы сделать торговлю неудобной и затратной. Если так дальше пойдёт, брокеры исключат нас из числа своих клиентов.

– Что нам мешает покупать акции напрямую в Халифате? – удивился я. – У нас же там свои филиалы.

– Есть биржи в Стамбуле, Дамаске и Багдаде, – признал Аркус. – И пока мы можем действовать через них. Проблема в том, что объёмы торгов по западным ценным бумагам там очень скромные. И далеко не всегда можно добыть то, что хочется. Особенно это касается авиационных и коммуникационных корпораций, а также ряда фармацевтических концернов. Халифат стремится поддерживать в первую очередь внутренний рынок.

– Хм, – я задумался. – А Небесный Край?

– Работаем в этом направлении, – кивнул Николай Филиппович. – Но, опять же, новые каналы, лишние транзакции… Неудобно.

– Ясно, – я побарабанил пальцами по столу. – Чего вы от меня хотите?

– Сергей, – инициативу перехватила Джан. – Здесь ключевой момент – негласное распоряжение. Закона нет. Нам бы выяснить, от кого исходит инициатива. И… разобраться.

– Как завуалировано, – хмыкнул я. – Убить надо упыря, правильно?

– Неправильно, – нахмурилась Джан. – Там может быть целый коллектив. Глубинное государство. Убьём одного – придёт следующий. Нас устроит шантаж, запугивание. Любая форма давления. Пусть сами прекратят эту клоунаду.

Я невольно залюбовался супругой.

Молодая девушка, красивая. Но хватка… Такая вцепится в горло – не выкрутишься. Джан всё больше походила на своего отца по жёсткой манере ведения корпоративных войн. Ни капли кровожадности. Строгая эффективность.

– Ладно, – я кивнул. – Поговорю с Багусом.

– Лучше с Уайрой, – мягко поправила жена. – В этой сфере она лучше осведомлена. И знает, с чего начинать.

– Принято.

Я не люблю, когда за мной сохраняются долги, а я сильно задолжал Айглеону за Бродягу. Но отправляться в поход за таинственным артефактом, не уладив текущие дела… такое себе. Поэтому, дождавшись конца совещания, я поехал в штаб-квартиру СБ и там устроил небольшую «пятиминутку». Багус заверил меня, что для операции по вычислению «крысы» всё готово.

Схема простая.

Мы очертили круг людей из холдинга, который теоретически был в курсе моих деловых поездок на постоянной основе. Исключили тех, кого мы ненавязчиво проверили через защищённые конструкты. Осталось пять человек. Каждый из них получит свою версию того, куда я отправлюсь завтра утром. В каждую из этих пяти точек поедет агент родовой СБ под иллюзией. Я же останусь в долине. Как говорится, ловись рыбка. Большая и маленькая.

С Уайрой мы провели беседу не менее увлекательную.

– Не так уж много людей способны влиять на фондовые биржи, – глубокомысленно изрекла перуанка, выслушав мою проблему. – Непосвящённым кажется, что биржа – это самостоятельная организация. Но нет. Сверху всегда нависает регулятор. А ещё – комиссия по ценным бумагам.

– Государство? – догадался я.

– Оно самое, – кивнула Чу. – Но если копнуть ещё глубже, в нормальных торгах заинтересованы очень влиятельные игроки. И представители этих игроков так или иначе входят в комиссии.

– Допустим, – я всё ещё не понимал, что к чему. – И кто дёргает за рычаги?

– Тот, кто держит за яйца владельцев биржи, – снисходительно улыбнулась Чу. – Поэтому круг подозреваемых не такой уж широкий, если вдуматься. Сначала вычисляем хозяина биржи, проводим небольшую финансовую проверку, выходим на его личные проблемы и задолженности, родственные связи и обязательства. Вуаля. Видим заказчика.

– Прекрасная схема, – одобрил я. – Вот и займитесь.

Перуанка усмехнулась:

– Знала, что вы это скажете, господин Иванов.

– Мне нужен список тех, кто затеял игру против холдинга. По времени не ограничиваю, но…

– Это нужно было сделать ещё вчера, – догадалась Уайра.

– А вы в теме.

Раздав задания, я с чистой совестью вернулся домой в компании Хорвен и Маро. Теперь они неотступно следовали за мной, даже в пределах долины. Маро временно переехала к нам, в одну из гостевых комнат, чтобы не отвлекаться от работы. К немалому удовольствию Доброго Эха, который получил дом матери в своё полное распоряжение. И к радости Джан, ведь теперь можно было чаще болтать с бессмертной, и делать это не по телефону. Также к нам перебралась Ольга, потому что я нуждаюсь в телепате. Моя свита неуклонно расширялась.

В додзё мы тренировались вместе с Маро уже на постоянной основе. И каждый день спускались в тир, где я обучал свою телохранительницу стрельбе из разных видов оружия. Я понимал, что вопросы с её стороны ко мне будут только множиться, но раскрывать своё прошлое не спешил. Джан, к примеру, знала, откуда я. То есть, про мои прежние инкарнации. Всё – благодаря снам. Опять же, откровенный разговор между нами состоялся давно, турчанка приняла всё как есть, и это никак не наложило отпечаток на наши отношения. Маро довольствовалась гипотезами.

Вечером в додзё собрались все.

Джан отрабатывала с Федей приёмы боя на шестах и тонфах. Мы с Маро устроили дуэль на рапирах, затем добавили даги, а в конце шлифанулись гладиусами и щитами.

На долину обрушился дождь.

Когда я аккуратно вкладывал меч в держатели на стойке, Маро поинтересовалась:

– Сергей, ты кого-то подозреваешь?

– Так заметно?

– Ты напряжён. И рубишься слишком ожесточённо.

К нам приблизилась Джан.

– Я… не знаю. Есть люди, с которыми я не хотел бы расставаться.

– Но кто-то из них тебя предал, – заметила Джан.

– Да, – не стал я спорить. – Вот завтра всё и узнаем.