Текст книги "Ярость на краю империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 29

Дворцы шведские монархи любят.

В одном Стокгольме – три штуки.

Стокгольмский дворец используется для официальных приёмов, государственных праздников и дипломатических встреч. Вторая резиденция, Дроттнингхольм, расположилась на острове Ловён, неподалёку от столицы. Здесь, собственно, и предпочитала жить королева Астрид. Её дети, Ингрид и Карл, облюбовали дворец Хага, скрытый в недрах живописного парка Сольна. Меня этот комплекс вообще не интересовал.

Чтобы не связывать убийства общим стилем, я решил отказаться от выкачивания кислорода.

У меня было несколько вариантов действий, и я сразу отсёк те из них, что связаны с проникновением во дворцы. Моя разведка доложила, что здания укреплены по высшему разряду. Отклоняющие линии, каббалистические ловушки, следящая артефакторика и множество других неприятных сюрпризов. Безусловно, я мог бы с этим справиться, но потребовалось бы многоступенчатое планирование. А разобраться с Астрид я решил не когда-нибудь в следующем тысячелетии, а в самом начале февраля.

Оставались рабочие поездки.

Как и многие политические лидеры, активно управляющие своими странами, Астрид Оксеншерна постоянно куда-то летала, плавала и ездила. Спектр интересов у королевы был весьма обширный – встречи с правителями других европейских государств, деловые визиты в Азию и Америку, посещение важных мероприятий. Форумы, конференции, съезды, дни памяти, выступления – всего и не упомнишь. Плотный, насыщенный график. И, как вы понимаете, достать план этих поездок не составляет большого труда. Хотя бы потому, что его и не думают скрывать от широкой общественности.

Я раздобыл график выездов королевы на месяц вперёд.

Устроив совещание при мастере Багусе, изучил все маршруты, контрольные точки местонахождения королевы, слабые места, охрану и окна возможностей. По сути, валить Астрид можно было в одном из транспортных средств или на территории комплексов, принадлежавших другим влиятельным персонажам. Дворцы, крепости, резиденции, замки. Минусы таких локаций известны – усиленная охрана, артефакторика, каббалистика. Плюс один – смерть королевы можно спихнуть на какого-нибудь князя или президента. Мне же гораздо милее промежуточные этапы: кортежи, залы ожиданий, самолёты, дирижабли и яхты.

Королева Астрид – ещё больший параноик, чем я.

Эта женщина избегает поездов, даже повышенной комфортности, поскольку ей не нравится статистика железнодорожных катастроф. По этой же причине она недолюбливает водный транспорт, но иногда вынуждена плыть куда-то на своей роскошной яхте, смахивающей на миниатюрный круизный лайнер. В общем, нет ничего удивительного в том, что любимый вид транспорта шведской королевы – дирижабль.

Фамильный цеппелин «Конунг» – предмет особой гордости королевы.

Идею проникнуть туда с помощью Бродяги я отмёл сразу.

Подручные Багуса раздобыли проект «Конунга», на котором были отмечены все внесённые модификации. Разумеется, воздушное судно проектировалось по индивидуальному заказу ещё старым королём, отцом Астрид. Упор был сделан на защиту от стихийных атак, телепортирующихся убийц и даже от автоморфов, умеющих странствовать в многомерности. Артефакторная и каббалистическая начинка стоили каких-то сумасшедших денег. Кроме того, артефакты добывались напрямую у инквизиторов, с исключительными правами на использование и запретом на копирование. Уже знакомые мне технологии, искажающие пространственную метрику.

В базовую комплектацию входило и полное отключение циркуляции ки. По рубильнику. Нам удалось выяснить, что в обычных рейсах никто этот рубильник не дёргает, но он есть. Королева пользуется в полёте телепатической связью, услугами семейного хиропрактика, да и собственный Дар глушить не любит. А владела Астрид криокинетической способностью в четырнадцатом поколении. Иными словами, обладала чудовищной силой и могла заморозить целую крепость или небольшое поселение. Известен случай, когда мятежники пытались избавиться от своей повелительницы с помощью тарана, пустив встречным курсом грузовой дирижабль. Астрид заморозила вражеский аппарат, а один из её подручных развалил цеппелин ударом молнии.

Кстати, о телохранителях.

Астрид возила с собой десяток мощных одарённых, способности которых были универсальными. Стихийные атаки, кинетика, телепортация, ускоренный метаболизм, левитация. Целитель и телепат, куда ж без них. Один бес, на протяжении доброй сотни лет оттачивавший искусство боя короткими клинками в тесных помещениях. Все они дежурили посменно, а ещё имелись видеокамеры с выводом изображений на центральный пульт в рубке управления. Камеры были установлены в коридорах, трюме, кубрике и камбузе.

Применение иллюзионов у Астрид под запретом.

Всюду установлены чувствительные датчики, а телохранители обязаны постоянно носить очки с функцией развеивания морока. Очки есть у всех, они реально их носят. Мы проверяли.

Я последовательно отмёл несколько сценариев.

Пищу не отравить, продукты проходят строгую проверку. Блюда, подаваемые королеве, сначала пробует специальный человек. Если с ним ничего не происходит, Астрид приступает к трапезе.

Смазать ядом столовые приборы?

Для этого надо прикрыться иллюзией, но вспоминаем про датчики.

Получается, единственный шанс хоть как-то сохранить инкогнито – воспользоваться комбинезоном Михалыча. Через стены я просачиваться смогу, поскольку есть чудо-браслет. Даже выключение рубильника меня не остановит.

Всё упирается в метод.

Зарезать королеву нельзя – сразу всё станет понятно.

Самое простое решение – сделать бесплотным дно дирижабля вместе со всеми промежуточными палубами. Жертва упадёт с огромной высоты с нулевыми шансами на выживание. Опять же, проблема на поверхности. Сразу становится очевидным, кто это сделал.

Как ни крути, а лучшее решение – яд.

Дождаться, когда Астрид закажет еду в каюту с примыкающим к ней личным кабинетом. Впрыснуть какую-нибудь нейротоксичную дрянь. Даже если обнаружат следы, что не факт, в первую очередь наедут на кока и сотрудника СБ, отвечающего за дегустацию. Потом начнут допрашивать всех телохранителей. А я…

И вот здесь начинаются технические моменты.

Первое: как попасть на дирижабль? Второе: как оттуда выбраться? Третье: где прятаться и сколько времени ждать, пока обстоятельства сложатся оптимальным для меня образом? Четвёртое: что делать, если на борту будет присутствовать ясновидящий?

Чтобы получить ответы на эти вопросы, я потратил неделю.

И в первый день февраля взялся за работу.

* * *

«Конунг» высился исполинской тушей на фоне затянутого свинцовыми тучами неба. Тушу подсвечивали бортовые и посадочные огни.

Погода – как я люблю.

С адским ветром, метелью, лютым минусом.

Несмотря на это, я не стал напяливать сто шуб и свитеров. За минуту, проведённую в одном комбинезоне, я вряд ли замёрзну до смерти.

Бродяга заполнил собой обширное подземное пространство, выдвинул вверх шахту и прорезал люк. При этом люк таковым не выглядел.

Чтобы не привлекать лишнего внимания, мы переместились не в ангар, а в район взлётно-посадочного поля. Эта область попала в зону действия тучеразгонителя, благодаря чему образовался сравнительно тихий, не засыпанный снегом участок. Собственно, и снег убрали, испарив его силами двух пирокинетиков. Голый бетон, а под ним – я.

Люк пришлось накрыть иллюзией.

Датчики дирижабля обнаруживают такие фокусы на борту, но не за пределами гондолы. На это и делалась основная ставка.

Первой на поверхность выбралась Хорвен.

Крышка люка сдвинулась на бесшумных доводчиках, и гончая, сложив щупальца, выскользнула наружу. Врубив иллюзион, куда ж без этого.

Я, оттолкнувшись от верхних скоб, одним прыжком выбросил себя…

В ад.

Если честно, у меня в морозильнике и то уютнее, чем в этой грёбаной Швеции. Но – не роптать! Кому сейчас легко? Назвался груздем – полезай в люк.

Мы оказались аккурат под брюхом цеппелина.

«Конунг» вывели из ангара на поле, и сейчас велись последние приготовления. Слышался мерный гул двигателей. Швартовочные тросы втягивались в корпус. Идеальный момент: ни пандуса, ни снующих туда-сюда членов экипажа. Мы находились в густой тени дирижабля. Возникло ощущение, что на меня опускается брюхо левиафана, и если не поторопиться, она расплющит нас с биомехом в лепёшку…

Гончая сложила щупальца особым образом, я ухватился за импровизированный поручень. Отростки свились во второе кольцо, чтобы создать опору для моих ног.

Заложив широкий вираж, Хорвен выскользнула из-под брюха цеппелина и устремилась вверх.

Люк, разумеется, перестал существовать.

Бродяга провалился в иные измерения.

Хорвен скользила над бетоном, едва не касаясь тёмной поверхности. Иллюзия прикрывала нас обоих. Вдобавок, на мне был мимикрирующий комбез, перчатки, маска и ботинки. Да-да, теперь и в ботинки Михалыч научился вшивать свои чудодейственные цепочки!

Со стороны «Конунг» производил ещё более солидное впечатление. По габаритам «Джон Уик» ему однозначно уступал. Гондола и баллон слились воедино, что исключало свободный доступ к верхней палубе.

Впрочем, кого это остановит?

Завершая виток, гончая влетела аккурат в корпус воздушного судна, беспрепятственно провалившись сквозь обшивку. Бронированную, между прочим. Облегчённую с помощью хитрой артефакторики.

Я уже видел внутренности дирижабля.

И чётко ориентировался в отсеках.

Гончая внесла мою тушку в мрачное нутро трюма. Аккуратно разжала отростки, позволяя спрыгнуть на палубу. Сама же вылетела через борт, который я вновь сделал проницаемым.

Тонкость была в том, что гончая на долю секунды отключила иллюзатор перед тем, как проникнуть в грузовое отделение. Благодаря этому датчики безмолвствовали. Лампы в трюме не горели, и биомеха никто не смог увидеть через камеру.

Вылетев наружу, Хорвен вновь накинула иллюзию.

Я замер посреди узкого прохода, в царстве ящиков, всевозможных контейнеров и мешков.

Глаза могли бы привыкнуть к темноте, но зачем, если у меня в заначке прибор ночного видения? Надвинув устройство на глаза, я быстро сориентировался на местности.

Трюм оказался довольно вместительным.

Подозреваю, что его содержимое регулярно обновлялось. Экипаж хранил здесь топливо, часть запасов еды, канистры с питьевой водой, не активированных големов, инструменты, запчасти, масла… Всё это меня не интересовало. Зато интересовали выходы в другие отсеки и возможность пересидеть подальше от человеческих глаз.

Грузовой отсек – это вам не курорт.

Здесь довольно прохладно, но выжить можно. Главное – найти себе уголок при наборе высоты. И не задерживаться слишком долго… Впрочем, это зависит не от меня.

Я облюбовал себе закуток в дальнем углу, ближе к носу. Там не было трапов и дверей, звук работающих двигателей был не таким сильным. Устроившись в теснине меж двух контейнеров, я подложил под голову мешок с чем-то мягким, напоминающим рис. Улёгся, снял ПНВ и начал просвечивать переборки над головой.

Увлекательное это зрелище.

Кажешься сам себе учёным-натуралистом. Изучаешь людской муравейник, повадки рядовых юнитов, устройство их кают, логику действий…

Чуть не пропустил момент, когда цеппелин начал отрываться от земли.

Хорвен я не видел, но знал, что она сопровождает меня, следуя за дирижаблем в кильватере.

«Конунг» уверенно набирал высоту, маневрировал поворотными винтами. Командир корабля старался удерживаться в области, где ощущалось действие тучеразгонителя. Поэтому мы наворачивали витки спирали.

А под нами простирался ночной Стокгольм.

Море огней, чёрные каналы и светлячки островов, переброшенные через мрачные провалы мосты, текущие по проспектам машинные реки, обрамлённые цепочками фонарей…

Красиво.

Немного полюбовавшись северной столицей, я вновь взялся за изучение верхних палуб. Экипаж выполнял привычные функции. Мотористы трудились в двигательном отсеке. Охранники разделились: часть ушла в каюты, часть распределилась по трапам и коридорам.

По моим сведениям, королева держала путь в Италию, чтобы встретиться с Верховным Патриархом Церкви Древних на церемонии чествования Матери-Гидры. Ватикан в этой реальности так и не появился, Патриарх жил не в Риме, а на Сицилии.

Астрид находилась на обзорной палубе.

Любовалась ночным Стокгольмом.

Сделав мысленную отметку, я переключился на каюту венценосной особы. Роскошные апартаменты, отделанные дорогими породами дерева. Стюард закатывает чемоданы на колёсиках. Всё подготовлено к приезду госпожи и продумано до мелочей. Кабинет вынесен отдельным помещением, но дверь отсутствует. Вместо неё – раздвижные створки. Огромная двуспальная кровать. Вмонтированный в переборку экран. Множество книг, виниловые пластинки, видеотека…

Переношусь в камбуз.

Несмотря на поздний вечер, кок что-то усиленно готовит. Это крепкий пожилой мужчина в фартуке и колпаке. Готовит быстро, но без лишней суеты. Все движения отлажены. Помешивает варево в кастрюльках, заглядывает в духовку, переворачивает мясо на сковороде, что-то достаёт, шинкует, убирает… Наверное, он бы и вслепую ужин сварганил, с повязкой на глазах. Профессионал высшей пробы.

Командир экипажа переговаривается с наземными службами.

Спокойная, деловая обстановка.

Ну, а мне остаётся лишь одно.

Ждать.

Глава 30

Первые проблемы возникли, когда в трюме загорелся свет.

Кок отправил стюарда с двумя големами за провизией. Чтобы не привлекать лишнего внимания, я шагнул в металлический контейнер, заполненный непонятным оборудованием, и простоял там около сорока минут. Всё это время големы таскали мешки и коробки, вскрывали монтировками деревянные ящики, а стюард сверялся с накладной и списком в блокноте. Провиант поднимали вверх по спиральному трапу, прямо в подсобку камбуза. Часть продуктов отправилась в большой четырёхкамерный холодильник, часть осела на полках.

Меня вряд ли смогли бы заметить.

Я в мимикрирующем снаряжении, как ни крути.

Но лучше избегать досадных случайностей. Законы Мёрфи нас учат простой истине: если что-то может пойти не по плану, именно так оно и пойдёт.

Стюард с големами ушли.

Выключился свет.

Минут через десять я выбрался из контейнера, сняв проницаемость. Изучил обстановку на верхних палубах. Нашёл каюту, одну из коек в которой должен был занимать телепат. Это была молодая девушка, крепко сбитая блондинка, явно способная и мечом махать наравне с телохранителями-мужчинами. Сейчас блондинка сидела в кабинете королевы. Астрид неспешно перебирала документы в раскрытой папке, её губы не шевелились. Думаю, велась трансляция, но с кем именно шли переговоры, оставалось только догадываться.

Мне всё равно.

Я ждал, когда в личные апартаменты правительницы будет заказана еда.

Кок, судя по всему, готовил ужин сразу на весь экипаж. При этом я не сомневался, что Астрид захочет отужинать в собственной каюте. О её привычках я уже был наслышан. Дистанция, никаких совместных посиделок с подданными и подчинёнными. На борту отсутствовали аристократы, приближенные к королеве по статусу, и вряд ли она спустится в кубрик…

Надо подобраться ближе.

Прокравшись к трапу, ведущему на нижнюю палубу, я замер. Присмотрелся к коридору за массивной металлической дверью. Убедился, что никто не спускается сверху. Мы уже знали всех ясновидцев из окружения королевы – их было четверо, все остались в Стокгольме.

Дверями я пользуюсь по своей особой рецептуре.

Просачиваюсь сквозь них.

Бесшумно, никаких лишних телодвижений, видеокамеры ничего не фиксируют. А одна из камер, между прочим, была нацелена прямо на меня. Вторая, над головой, контролировала противоположную часть коридора. Вплоть до двери тамбура со сквозным трапом, протянутым через три палубы.

«Конунг» плыл высоко над облачным покровом.

Вокруг сияли холодные зимние звёзды.

Я мог бы связаться с Хорвен, чтобы узнать, как у неё дела. Обменяться парочкой образов. Но подобный шаг сразу привлёк бы внимание девушки-телепата. Пусть она не перехватила бы передачу с первой попытки, но непременно уловила бы нарушения в привычном ментальном поле. И переключилась бы на отслеживание странных сигналов. Именно поэтому блондинка – моя следующая жертва. Сбежать с дирижабля я смогу, лишь обеспечив чистоту эфира.

По коридору я двинулся медленно, настраивая себя на любые сюрпризы.

О датчиках известно то, что они заточены под обнаружение иллюзионов. Всплесками ки тут не интересуются – они возможны просто потому, что свои способности могут применить телохранители королевы.

И всё же…

Комбинезон Михалыча потребляет энергию.

Пусть немного, жалкие крохи, но потребляет. И мало ли, как этот процесс воспримет местная автоматика. Что ж, если случится неладное, буду действовать по обстоятельствам. Например, достану «глок» и всех перестреляю…

В нашем ремесле нервы – серьёзная помеха.

Убийца должен нормально воспринимать любые отклонения от первоначального замысла. Главное, чтобы всё не покатилось под откос…

Не покатилось.

Я просочился в тамбур, поднялся по трапу на верхнюю палубу, примыкающую к баллону, и вжался в стену, пропуская кинетика с танто у пояса. Мужчина лет тридцати, с резкими чертами лица и очками-консервами. Прохаживается неспешно, расслабленно. Впрочем, не стоит заблуждаться. Личная охрана шведской королевы – это профессионалы высшей категории. Они способны молниеносно реагировать на любую угрозу, даже если перед этим несколько месяцев ничего не происходило. Такие типы никогда не расслабляются.

Кинетик достиг тамбура, постоял несколько минут, вслушиваясь в едва уловимый шелест вентиляционной системы, и скрылся за дверью. Шумоизоляция на жилых палубах у «Конунга» отменная – рокот моторов вообще не воспринимается.

Убедившись, что больше никто не шатается по коридору, я двинулся от кормы к носовой части.

Кубрик располагался на средней палубе, там же находился камбуз.

Верхняя палуба – это владения королевы. Ну, почти. В носовой части расположена рубка управления, к ней примыкает каюта капитана. А ещё тут имеются гостевые апартаменты: для членов королевской семьи, высокопоставленных гостей и прочих важных особ. Сейчас все эти помещения пустуют.

У двери Астрид дежурили двое.

Я сразу определил мету и прыгуна.

Притормозив, сделал прозрачными переборки и стал наблюдать за кабинетом Астрид. То, что происходило в апартаментах, мне не понравилось. Королева больше не занималась текущими делами, вместо этого она включила селектор внутренней связи и переговаривалась, как я понял, с рубкой. Усилив слух, я смог уловить лишь обрывки фраз.

– … Да, приму… Пусть прыгает… Не чините препятствий… Охрану предупрежу…

Выключив переговорное устройство, Астрид начала собирать разбросанные бумаги. Попутно она раздавала инструкции второму телепату:

– Передай всем, у нас гость. Прыгун. Я разрешила перемещение. Он телепортируется в кубрик. Пусть его оттуда приведут ко мне. Никакого самоуправства. Оружие пусть сдаст, но стандартный обыск запрещаю.

Интрига.

А хуже всего то, что ужин в каюту не приносят.

Путь до Сицилии отнимет у королевы примерно восемнадцать часов. Мы не выходим в стратосферу, движемся с обычной скоростью, без фанатизма. Допустим, девять часов Астрид будет спать. Останется не так уж много времени, чтобы осуществить мой замысел.

Что из этого вытекает?

Придётся всё корректировать.

Для начала – убраться из коридора. Просочиться сквозь переборку под носом у охранников, которые меня не видят и не слышат. Пересечь спальню, войти на проницаемости в шкаф, застыть в окружении деловых костюмов и вечерних платьев. Сделать створки прозрачными.

Из моего укрытия видна часть кабинета.

Та часть, в которой находится Астрид.

Лицо у женщины напряжённое, хмурое. Кем бы ни был этот прыгун, телепортация не запланирована. И ничего хорошо от визитёра северянка не ожидает.

Раздаётся мелодичный сигнал.

Астрид выходит из кабинета в сопровождении телепата, блондинка тут же покидает апартаменты. Вместо неё входит неприметный человек европейской наружности. Костюм-тройка, классическая стрижка-британка, никаких признаков оружия.

– Вы принесли послание? – уточнила королева.

– Никак нет, ваше величество, – ответил визитёр. Оба говорили по-английски. – Разрешите активировать портал.

– Приватная беседа?

– Да, ваше величество.

– Разрешаю.

Прыгун достал из кармана что-то мелкое, наподобие подшипника, бросил на ковёр. Шарик утонул в ворсе, но тут же засветился ровным голубым сиянием. Королева и визитёр отступили на пару шагов.

В воздухе соткался зеркальный овал.

Линза, отражающая всё, что находилось в каюте.

Поверхность линзы подёрнулась рябью, и в каюту шагнул человек… которого я очень хорошо знал. Джордж Гренвиль собственной персоной. Премьер-министр Великобритании, сменивший на этом посту Кима Ступера.

– Добрый вечер, ваше величество.

Прыгун растворился в воздухе.

Я на несколько секунд выпал в осадок. Портал! То есть, как в компьютерных играх. Устойчивый, не распадается. Не заполненный энергетическими всполохами, как это любят изображать фантасты, а представший в виде гладкой зеркальной поверхности. Даже на те одноразовые штуки, которыми пользовалась Грессер-Гамова, не похож. Качественно новый уровень.

– Сэр Джордж, – сухо улыбнулась Астрид. – Поздновато для чаепития.

– Вопрос не терпит отлагательств, – ответил премьер.

– Пройдёмте в кабинет.

Гренвиль значился в чёрном блокнотике под первым номером. У меня целый пошаговый план разработан, как этого мудака достать. А тут…

Я не верил собственному счастью.

Так не бывает.

Астрид устроилась на вращающемся стуле за письменным столом, Гренвиль занял глубокое кожаное кресло в противоположном углу, так что я не видел его из своего укрытия. Зато слышал голос. Уверенный баритон, роняющий слова, как пудовые камни.

– Вы ужинали, Джордж?

– Да, – коротко ответил премьер. – Ничего не нужно, ваше величество. Я прибыл, чтобы сообщить неприятную новость. Лаура фон Меркен мертва.

Астрид недоверчиво уставилась на собеседника.

Я же мысленно пообещал выписать своим ребятам премии. Операцией по устранению главы Верховного Совета Евроблока руководил Байт Мусаев. Всё было разыграно как по нотам. А хуже всего для моих врагов было то, что они не успевали выработать единую стратегию.

– Детали, – коротко бросила Астрид.

– Нашли мёртвой в собственной постели, – ответил Гренвиль. – Провели экспертизу. В крови следы неизвестного вещества. Определить, что это за яд, не представляется возможным. Лаура скончалась от остановки сердца.

– Сначала Густав, – процедила Астрид, – потом Лаура. Кто следующий?

– Важно понять, кто за этим стоит, – хладнокровно заявил премьер.

– У вас, безусловно, есть версия.

– Не версия, а непоколебимая уверенность.

– Так излагайте, Джордж.

– Уверен, вы и сами знаете ответ. Необъяснимые смерти – это фирменный почерк одного и того же человека. Он, кстати, был замечен в Любеке за беседой с Густавом де Линем незадолго до убийства последнего.

– Иванов, – скривилась королева.

– И ещё один факт к размышлению, – добавил Гренвиль. – За те недели, что Ганзой руководил Натан, младший брат Густава, было отменено распоряжение изолировать холдинг Ивановых от торговых операций на европейских биржах. Этот приказ, как вы знаете, исходил от лорда Камминга и канцлера Доннерсмарка. Канцлер тоже скончался от асфиксии, и никто не понимает причину столь необычной смерти. Это ведь был сильный одарённый, с хорошей регенерацией и железным здоровьем. Все несчастные случаи укладываются в одну схему.

– Иванов избавляется от людей, мешающих его бизнесу, – кивнула Астрид.

– В его списке должны отыскаться строки и с нашими именами, – печально улыбнулся Гренвиль.

Повисло тягостное молчание.

– Что вы предлагаете? – королева взяла себя в руки.

– У нас не так уж много вариантов, – ответил Гренвиль. – Мы пытались убить Иванова, он успешно расправлялся с шиноби и секретными агентами. Достать его через боевых морфистов невозможно – барон под защитой домоморфа. Экономические воздействия ни к чему не приводят – главные активы Ивановых находятся под контролем их же собственного банка. Который ещё и антироссийские санкции помогает обходить.

– Что вы предлагаете? – раздражённо повторила Астрид.

– Заложник, – коротко ответил Гренвиль.

– Его жена и приёмный сын редко покидают Красную Поляну, – возразила Астрид. – И то в сопровождении мощных бойцов.

– Речь не о них, – покачал головой премьер-министр. – У меня две кандидатуры. Князь Апраксин, отец Иванова. В последние годы князь общается со своим бастардом и оказывает ему поддержку.

– Дом Медведей, – покачала головой Астрид. – У нас могут возникнуть с ними серьёзные разногласия.

– Второй кандидат – Назар Курт. Тесть барона Иванова. Джан оказывает на мужа влияние, и Назар может послужить отличным рычагом.

– Ближний круг Махмуда Шестого, – у королевы стало такое лицо, словно она проглотила свежий лимон. – Мы проскальзываем между Сциллой и Харибдой.

– Арабы не так сильны, – возразил Гренвиль. – Лучше Назар, чем Апраксин.

Королева вздохнула.

– Что требуется от меня?

– У вас есть отдел, специализирующийся на подобного рода… операциях, моя госпожа. Я, в свою очередь, могу предоставить разведданные и уникальные артефакты. При грамотном планировании… мои аналитики расценивают шансы, как очень высокие.

– И что дальше? – устало произнесла королева. – Зачем давить на Иванова, если вы хотите его убить?

– Есть основания полагать, – заявил Гренвиль, – что барон относится к числу тронутых.

– Что? – вскинулась Астрид. – Это же миф. Городская легенда.

Гренвиль покачал головой:

– Вы ошибаетесь. Тронутые существуют, их судьбы не подвластны мойрам. И они выполняют задания некой высшей силы. Не исключено, что наш уважаемый барон – ключ к небывалому могуществу. И вы даже не попробуете разыграть эту карту?

Я прекрасно видел лица обоих собеседников.

Пока шёл разговор, кое-кто незаметно выбрался из шкафа, проник в кабинет и встал у кресла шведской королевы. Пистолет я держал в правой руке, пряча её за спиной.

Мои планы радикально изменились.

Действовать придётся грубо и быстро.

– Как бы не перейти дорогу инквизиторам, – задумчиво произнесла королева.

– Позвольте мне взять это на себя, – отрезал Гренвиль. – Так что, вы со мной?

Астрид не успела ответить.

Сложно отвечать на вопросы, если у тебя из затылка торчит рукоять кромсателя.

Я приставил цилиндр к голове женщины, вырастил клинок, загнал его глубоко в череп и снабдил дополнительными шипами. Лезвия вспороли мозг Астрид. Для надёжности я крутанул рукоять, превращая содержимое черепной коробки в кашу.

Тело женщины выгнулось, по нему пробежала судорога.

Выбросив правую руку, я сделал два выстрела.

Первая пуля вошла в грудь премьер-министра, отбросив его на спинку кресла. Вторая нырнула между бровей и выбросила из затылка кровавый фонтанчик.

Лезвие кромсателя втянулось в цилиндр.

Оксеншерна безвольно сползла под стол.

Дальнейшее развитие событий я просчитал. Мне нужно перебить всех, кто находится на «Конунге». Уничтожить дирижабль и свалить.

Но…

Перед глазами стоял образ открытого в неизвестность портала.