Текст книги "Ярость на краю империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 17

Мы вышли из многомерности в стратосферу.

Примерно двадцать тысяч метров над землёй, как и в прошлый раз. Разница в том, что я тогда путешествовал на «Джоне Уике», а сейчас – непосредственно на Бродяге.

Домоморф перестроился таким образом, чтобы создать внутри себя идеальные условия для людей. Полная герметизация, контроль давления и температуры.

Я понятия не имел, сколько времени будет убито на поиски.

Айглеон мог находиться в любой точке земного шара.

Из козырей – сигнал, который Бродяга послал в эфир. Не радиосигнал, что-то более сложное. Потребовалось коллективное решение всех трёх владельцев, чтобы активировать излучатель сигнала. Поэтому Федя и Джан отправились со мной.

Риск, безусловно, существовал.

Древний мог выкинуть что угодно. Забрать домоморф себе, прихлопнуть нас или связаться с Администратором. Я делал ставку на то, что у этой твари могли быть нерешённые задачи. Там, внизу. И в этом случае у нас был призрачный шанс на установление контакта.

Сигнал распространялся во все стороны.

Бродяга пояснил, что это – не техническая волна. По идее, Администратор не должен нас учуять. И всё же, внутри меня зрело беспокойство. До сих пор наш мирок был уютен и прост. Существовали внешние враги, я с ними расправлялся. Администратор давал задания – я их выполнял. Но теперь я нахожусь на скользкой дорожке. Шаг за шагом приближаюсь к моменту открытого противостояния с могучим инопланетным существом. Я уж молчу про тронутых, вроде Ступера, которых тоже призвали из иных миров. И эти тронутые, скрытые от меня сегодня, – потенциальный источник проблем.

Всё так.

Но я видел и обратную сторону реальности. Администратор относится ко мне и моей семье… словно мы – вещи. Пешки в его космической игре. Он пожертвует кем угодно из нас, если возникнет необходимость. Меня, естественно, такой расклад не устраивает. Я не для того вгрызаюсь в эту вселенную, чтобы однажды лишиться всего. И дело не в том, что я очень хорошо поднялся из грязи в князи. Дело в людях. В тех, кого я успел полюбить. И с кем не хочу расставаться.

– И долго нам здесь торчать? – Федя вошёл в гостиную с четырёхсотграммовым пакетом кефира. За ним по пятам следовал мохнатый Кефир, лениво переваливающийся с лапы на лапу.

– Ты бы своего котяру на диету посадил, – хмыкнул я.

Оружейник посмотрел на меня с возмущением.

– А ты думаешь, от избыточного веса с ним ничего не случится? – продолжил я. – Хватит его сардельками постоянно подкармливать. Сбалансируй питание.

Кефир, услышав мои слова, недовольно мяукнул.

– Я подумаю, – пообещал Федя и сделал большой глоток из пакета. – Но ты не ответил на вопрос.

Пожимаю плечами:

– Может, час. Или неделю. Кто ж разберёт этих Предтеч?

Есть дела, которые лучше не откладывать в долгий ящик. Я говорю о безопасности Рода. Любая зависимость – зло. Не сегодня, так завтра будешь плясать под чужую дудку.

– Такое себе, – проворчала Джан. – Без моего контроля внизу всё сгорит синим пламенем.

– Не сгущай краски.

– А я и не сгущаю. Холдинг отлично работает, но лишь потому, что я за этим слежу.

– Дорогая, я же всё объяснил. Неужели ты хочешь лишиться домоморфа? Администратор может хоть завтра перехватить управление, и Бродяга превратится в оружие против нас.

– Бродяга, ты можешь так поступить? – Джан подняла голову к потолку.

– Сергей прав, – равнодушно ответили стены. – Если активируется один из базовых протоколов, контролируемых Администратором, я буду выполнять его приказы, а не ваши.

Я развёл руками.

Что и требовалось доказать.

Из окна нашей гостиной открывался удивительный вид. Кривизна планеты была видна отчётливо, небо выглядело тёмно-фиолетовым, а ещё тут повсюду дрейфовали перламутровые облака. Когда я на них смотрел, возникало чувство, будто сумасшедший великан разлил по небу бензин. Ну, или размазал северное сияние, добавив немного красок по своему вкусу.

– Мы потерпим, – нарушила затянувшуюся паузу Джан. – Сколько надо.

* * *

Терпеть пришлось полдня.

Мы вели обычную жизнь: ели, упражнялись в додзё, играли в настольный теннис, читали в библиотеке. Слуги, уже привычные ко всему, восприняли это перемещение как данность. Никанор был Королём Невозмутимость. Даже изменившаяся конфигурация помещений никого особо не расстроила. Я в очередной раз подумал, что человек – удивительное существо. Мы привыкаем ко всему. Адаптируемся. То, что вчера казалось невероятным, сегодня выглядит заурядным и даже приевшимся.

Без четверти девять, если опираться на время Фазиса, Бродяга принял ответный сигнал. И тут же сообщил мне об этом:

– Сергей, Айглеон вышел на связь.

Мы с Джан лежали, обнявшись, на кровати.

Я тут же вскочил:

– Что он говорит?

– Передал свои координаты в южном полушарии. В небе над архипелагом Вануату.

– Двигаем туда.

Я перехватил взгляд Джан. Моя супруга улыбалась, её глаза искрились радостью.

– Мы не знаем, чем всё это закончится, – я покачал головой.

– Выглядит, как диалог, – возразила жена, вставая с кровати. – Если бы Древний не хотел с нами общаться… Просто игнорировал бы.

Путь к Вануату через многомерность занял целых двадцать пять минут. Не абсолютный рекорд, но очень долго по меркам Бродяги. Прыгуны перемещаются мгновенно, так что здесь мы отстаём… Зато, как однажды сказал Федя, путешествуем с большим комфортом.

Бродяга выпал в обычное пространство.

Дистанция между нами и Древним составляла что-то в районе четырёх километров. Впрочем, этого было достаточно, чтобы я услышал Голос, подобный эху тектонических сдвигов.

«Жалкое создание, прибывшее на домоморфе. У тебя должна быть веская причина, раз ты отважился потревожить меня в небесных краях».

Мне нужна помощь. Взамен я готов предложить оплату.

«Я не планировал в ближайшие столетия обращаться к смертным за помощью. Мне надо подумать».

Вот и весь диалог.

Меньше всего я рассчитывал на такое.

Дрейфующая в стратосфере бессмертная тварь услышала моё предложение и отправилась «думать». Бродяга доложил, что Айглеон разорвал дистанцию до нескольких десятков километров. Выругавшись, я пошёл ужинать. Потянулись часы, ничего не происходило. Древний оставался на месте и, судя по отчётам Бродяги, с кем-то общался. Я прикинул, что вряд ли на этой планете у Айглеона слишком много собеседников. По сути, два варианта. Администратор и Йа-Рхан, глубинный Предтеча, который однажды чуть не уничтожил Фазис из-за моего конфликта с Орденом Неведомых.

В полночь по внутреннему хронометру домоморфа Джан и Федя отправились спать. Оба учились дистанционно, в сонных конструктах, и не могли себе позволить пропуск занятий. Я какое-то время занимался изучением древних трактатов по криптоистории, а потом не выдержал и тоже завалился в постель. Этой ночью мы с Джан спали отдельно, потому что в любой момент со мной мог заговорить Айглеон.

Так и вышло.

Перед самым рассветом из глубокого сна меня выдернул шёпот Бродяги:

– Сергей, проснись.

Шёпот прозвучал не только в реальности, но и внутри сна.

Я открыл глаза, пытаясь сообразить, что происходит.

– С тобой будет говорить Предтеча.

Подготовиться к новому сеансу я не успел.

В мой разум вторглись чужие мысли.

«Что ты хочешь получить от меня, человек?»

Домоморф, на котором я прибыл, имеет вшитый базовый протокол, согласно которому управление может перехватить Администратор. В этом случае мои приказы не будут приоритетными. Удали этот протокол.

«Ты прав, я могу это сделать. Но такой шаг означает конфликт с Администратором. То есть, с основной веткой нашей цивилизации».

Вряд ли Администратор сумеет доказать, что это сделал ты. Я мог воспользоваться услугами станции в Гималаях. Или обратиться к другому Предтече.

«Допустим. Но у меня нет для тебя заданий на ближайшее время. Они есть у Йа-Рхана».

Захотелось выругаться.

Я готов выполнить одно поручение Йа-Рхана. При условии, что оно не связано с уничтожением человечества и не навредит моему Роду.

«Нам плевать на человечество. Вы – обычные микробы. Задание связано с поиском некоего устройства, пребывающего в ином пространстве. Ты получишь детальные инструкции от меня».

А что с домоморфом? Ты исправишь его протоколы?

«Да, я сделаю это прямо сейчас. Ты получишь машину, подчиняющуюся исключительно тебе и двум другим операторам».

Не боишься, что я обману?

«Ты слишком слаб для этого. Последствия такого поступка будут чудовищны».

Я вспомнил, как Йа-Рхан собирался стереть Фазис с лица земли и невольно поёжился.

Услуга в долг?

«Именно так. Мы уже сотрудничали в прошлом. И убедились в твоём благоразумии. Ты дерзок для представителя низшей расы, но выполняешь условия сделки».

Тогда начинай.

«Уже начал. А ты готовься принимать данные».

Информация хлынула в меня без промедления. Чёткие, структурированные образы. Колония на дне Индийского океана, Администратор ещё не успел её подчинить…

Стоп.

Новые образы поведали о том, что эта колония принадлежала глубинным Предтечам. И Йа-Рхан продолжает распоряжаться этой системой. Теперь я наделён полномочиями, образом-кодом и уравнен в правах с Древними. Я получу доступ к одному из залов, откуда откроются врата в иную вселенную. Это карманная вселенная, пояснил Айглеон. Замкнутый мир на стыке смежных реальностей. Раньше там хранилось оборудование, которому нет места на Земле. Сейчас туда проникли некие силы, и они враждебны. Йа-Рхан мог бы разобраться с этими существами, но для этого ему надо переделать себя. Вернуться в сухопутную ипостась. Проще нанять кого-то вроде меня и сделать всё чужими руками.

Перед моим мысленным взором развернулась прежняя версия карманной вселенной. Та, которую помнил Йа-Рхан. Всего лишь небольшой кусочек с приложенной картой, но и этого хватило. Образ настолько мрачный и отвратительный, что я бы не захотел жить в этом месте ни за какие коврижки.

Карта работала по уже знакомым принципам.

Открывалась усилием воли, масштабировалась, высвечивала фрагменты реальности, неотличимые от трёхмерного видео.

Что мы ищем?

Карта свернулась.

Я увидел вращающийся на молочно-белом фоне посох. Нет, серьёзно. Резной жезл, как у волшебника в какой-нибудь компьютерной игре. Резьба – не Знаки, а просто узор. Только светящийся. Я вообще не понял, нафига козе баян. В смысле, для чего глубинному обитателю со щупальцами потребовалось устройство… явно предназначенное для пальцев. Свой вопрос я тут же задал Айглеону.

Предтеча загрохотал:

«Форма не имеет значения. Всё подстраивается. Но тебе будет проще перенести этот механизм в нынешнем его виде. У Йа-Рхана лишь одно условие – ты должен отправиться в это путешествие без сопровождения. Никаких друзей или рабов».

У нас нет рабов.

«Неважно. Суть ты уловил».

Могу ли я взять с собой биомеханическую гончую?

«Покажи».

Я вызвал из глубин памяти образ Хорвен.

«Да. Это допустимо».

Очень хорошо. Я согласен на сделку.

«Йа-Рхан свяжется с тобой, когда ты окажешься в заданной точке пространства. Принимай работу».

Подожди. А какие сроки?

«Время не имеет значения».

Айглеон перестал на меня давить.

Его присутствие больше не ощущалось.

Несколько секунд я сидел в кресле, не в силах пошевелить рукой или ногой. После общения с Древним вдруг накатила запредельная усталость. Чтобы войти в нормальный режим, я прогнал ки по каналам, и это взбодрило. Поднявшись с кресла, я приблизился к иллюминатору, некогда имевшему форму окна. Мы, как и прежде, находились в верхних слоях атмосферы.

– Бродяга?

– Я слушаю, Сергей.

– Что-нибудь изменилось? Айглеон с тобой контактировал?

– Он внёс изменения.

– И?

– Протокол, вставленный Администратором, исчез.

– Значит, ты подчиняешься только мне, Феде и Джан? Больше никому?

– Всё верно.

– И никаких… дополнительных прошивок? Древний не пожелал использовать тебя в качестве инструмента?

– Я провёл комплексное тестирование. Все базовые настройки сохранены. Новые протоколы не обнаружены. Других следов вмешательства тоже нет.

Я хорошенько подумал, прежде чем задать следующий вопрос:

– Может ли Айглеон… или другой Предтеча… перехватить управление тобой? Если захочет?

– Сергей, удалён протокол, отвечающий за подчинение Древним. Не отредактирован, а удалён. Это значит, что никто извне не в состоянии меня контролировать.

На моём лице – довольная ухмылка.

Фраза о том, что время не играет роли для этих бессмертных упырей, выглядела многообещающе. Я мог взяться за задание Йа-Рхана через год или десять лет. А может быть, тридцать. Но меня будет терзать чувство незавершённости. Я всегда плачу по счетам.

– Какими будут дальнейшие указания?

Голос Бродяги вывел меня из задумчивости.

– Летим домой.

Утро вечера мудренее.

Прежде чем планировать рейд в океанские глубины, я хочу как следует отдохнуть. С женой, например. А также с кусаригамой, боевым топором и другими полезными железками.

Такой уж я человек.

Глава 18

Ветер гнал по небу обрывки туч.

Добрый Эх с улыбкой посмотрел на меня и заявил:

– Прогресс есть.

– Хм, – я сделал глоток из своей пиалы. – А детали?

Утром мы с Маро устроили полноценный спарринг, причём не только на мечах. Я настоял, чтобы она не пренебрегала и другим оружием. Так что схлестнулись на легендарных шаолиньских шестах, потом – на парных мечах-бабочках. Шлифанулись саями и тонфами. Приняли душ, благо в доме у мечницы имелись раздельные санузлы. А потом Маро оставила меня на веранде с сыном, а сама отправилась в центр посёлка по своим делам. Само собой, наш разговор с Каримовым затронул тему Абсолюта.

– Хочешь детали, – Лука понимающе кивнул. – Я изучил кое-какие трактаты, в твоей библиотеке их нет. Провёл комплексную диагностику. Могу показать своё оборудование, но смысл? Объяснять долго.

– А ты упрощай, – посоветовал я. – Для «чайников».

– Для кого? – не понял каббалист.

– Ну… выражение такое, – я снова отругал себя за длинный язык. – У некоторых народов есть. Означает: «для тех, кто вообще ни бум-бум в ваших технологиях».

– Ясно. Хорошо, я попробую, – Лука задумался, приводя мысли в порядок. – В общем, есть оборудование, вроде рентгеновского, оно позволяет просвечивать начинку артефактов. Также существуют специальные… пусть будут тестеры. С их помощью я вычисляю энергетические каналы артефакта и составляю их карту. Определяю пин – потенциал интенсивности. Ну, и ещё несколько параметров.

– Что это нам даёт?

– Понимание, как эта штука функционирует.

– Допустим. Но почему она не активируется, реагируя на наши психотипы? Там же радиус – полметра. Во всех трактатах…

– Погоди, – перебил каббалист, выставив руку ладонью вперёд. – Не во всех. И всё происходит не так… как многие авторы этих трактатов нафантазировали. Да, в активном состоянии медальон принимает облик скарабея. Но Абсолют не присасывается к твоему затылку, не наносит никаких физических повреждений. Ему достаточно контактировать с энергетическими каналами, многие из которых имеют выходы на руках. Посадишь скарабея на ладонь – и этого хватит.

– В чём сложность?

– Ментальное управление. В этом всегда корень проблем.

– Его нельзя включить силой мысли?

– Мои исследования показывают, что раньше было можно. Но кто-то выставил блокировку. Я наметил серию экспериментов. Тонких вмешательств. С искусственной подпиткой Абсолюта через каббалистический аккумулятор. Ну… ещё одна хитрая приблуда, как ты любишь выражаться.

– Продолжай.

– Принудительный впрыск может запустить механизм активации.

– Но это не точно.

– Высокая вероятность. Главное – не перегрузить цепи. И чётко понимать, что делать дальше. Наша задача на первом этапе – снять блокировку. Дальнейшие настройки будут интуитивно понятными, поскольку известны случаи применения Абсолюта.

– Чего же ты ждёшь?

– Повторяю, импульс должен быть просчитан с ювелирной точностью. Перегрузим цепи – сломаем прибор. И у меня нет уверенности, что после снятия блокировки Абсолют сразу не накинется на меня.

– И что? – я искренне удивился. – Станешь бесом. А потом меня научишь.

– На словах просто. В реальности мы не знаем, что может произойти.

– Гадать можно до бесконечности.

– Тебе легко говорить. В случае чего пострадает экспериментатор.

– Как ты можешь пострадать?

– Версий много. Абсолют нарушит циркуляцию ки в каналах, изменит узлы, повлияет на психотип… Можно лишиться своего Дара.

– Давай проведём эксперимент на мне.

– А зачем спешить? – искренне удивился Добрый Эх. – Я закончу исследование, разработаю безопасный маршрут. И проведу испытание.

– Хорошо, как знаешь. В этом вопросе я тебе доверяю. Но! – Я многозначительно взглянул на каббалиста. – Мы не будем работать без страховки. Во время эксперимента неподалёку буду находиться я. А вместе со мной – целитель.

– Разве мы не скрываем Абсолют?

– Он не будет знать, что происходит.

– Договорились.

Начало декабря выдалось на удивление солнечным, хотя и ветреным. Даже ливень, который бушевал над городом три дня, в итоге прекратился. А ведь бывало, что такие штормы и на неделю затягивались…

Пообщавшись с Каримовым, я направился в здание, где традиционно размещалась моя служба безопасности. Последний доклад мастера Багуса меня встревожил, и этот вопрос следовало обсудить.

Индонезиец ждал встречи в своём кабинете.

Там же, по моей просьбе, присутствовала Уайра Чу.

– Всем доброго дня, – сказал я, закрывая дверь и по привычке нажимая кнопку каббалистического шумоподавления. Система устройств, защищавшая кабинет от прослушки, выкачала из меня немного ки. – Доклад я прочитал. Так что приступим сразу к делу. Насколько всё плохо?

– Смотря для кого, – усмехнулась Чу.

Я пересёк комнату и устроился в своём любимом кресле у панорамного окна. За окном высился холм с комплексом зданий и зон отдыха моего холдинга. Жаль, конечно, что не озеро. Но тоже приятно.

– Очевидно, что для Дома Эфы.

– Это лежит на поверхности, – кивнула Уайра.

Из доклада следовало, что переброска британских и европейских войск в Румынию практически завершена. Констанца превратилась в защищённую военную базу, забитую солдатами, одарёнными и бронетехникой. Я уж молчу про десантные корабли и цеппелины – для последних специально возводили временные ангары в нескольких километрах от города. Гражданские жаловались на нарушенное железнодорожное сообщение, торговля переживала не лучшие времена. И всё же, именно оттуда, из Румынии, к нам направится ударный кулак Запада. Численность войск впечатляла, равно как и оснащение. Я располагал данными, полученными от Барского, а они указывали на простой факт. Армия вторжения Евроблока и Туманного Альбиона сможет подавить не только вооружённые силы Эфы, но и армии кланов-союзников, если таковые выдвинутся к нам на помощь. Впрочем, тот же Барский сообщил, что выдвинутся. Более того, в европейской части России уже идёт передислокация, а отдельные части прибывают на Черноморское побережье. Эти данные подтверждались моими личными наблюдениями: вокзалы и окрестности Промсектора наводнили военные. Каждый день я узнавал о механизированных соединениях, марширующих по укреплённым полосам Аэрокольца. Порт забили корабли с флагами Орлов и Рысей. В Альпику нескончаемой вереницей тянулись дирижабли.

– Давай спрогнозируем сроки вторжения, – предложил я.

– Март–апрель, – уверенно заявил Багус. – Надо учитывать сезон зимних штормов. Поднимаются волны до пяти метров, дуют ураганы. Вражеские командиры не захотят жертвовать своими кораблями.

– Процентов семьдесят их сил будет перебрасываться по морю, – уточнила Уайра. – И только треть – по воздуху.

Я крепко задумался.

– Что говорит Барский?

– У них там бурное обсуждение в объединённом Штабе, – ответил Багус. – Склоняются к тому, что надо навязать противнику морское сражение и потопить армаду на подходе к городу.

– Пока это выглядит логичным.

– За одним исключением, – вмешалась Чу. – Европейцы всё это предвидят. Флот будут сопровождать субмарины с таранными установками, плавучие големы и дирижабли с мощными стихийниками. В случае морского сражения победа РИ не гарантирована.

– Плавучие големы? – я приподнял бровь.

– Технология Наска, – с нескрываемой гордостью ответила перуанка. – Руки и ноги им не нужны, поэтому эти создания сделаны в форме рыб. Со встроенными таранами, опять же.

– Есть и универсальные амфибии, – добавил индонезиец. – Способны цепляться магнитными захватами за борта кораблей, влезать на палубы и атаковать матросов.

– Век живи, век учись, – хмыкнул я. – А как насчёт уничтожения самого города? Атака на порт дислокации?

– Констанцу в теории можно уничтожить, – признал Багус. – Для этого нужно перебросить туда мощного геоманта. А лучше двух.

– Пострадают обычные люди, – заметил я.

– Чужие граждане, – возразила Чу. – Так видят ситуацию в Штабе.

– Они всегда так видят, – мрачно кивнул я. – Итак, что им мешает?

– Казус белли, – ответила всезнающая разведчица. – Европейцы официально объявили, что у них в Черноморской акватории проводятся военные учения. Разведка докладывает, что учения – лишь прикрытие. Удар по румынскому городу развязывает руки не только европейским монархам, но и Наска.

– Можно подумать, Наска в этом не участвует, – я не скрывал своего сарказма.

– Не напрямую, – ответила Чу. – Формально это будет операция Туманного Альбиона. Армада идёт под британскими флагами.

– Они что, бессмертные? – искренне удивился я.

Перуанка неожиданно рассмеялась.

– Барон, англичане привыкли заглядывать дальше, чем вы думаете. Они рассчитывают на то, что у нас не выдержат нервы. Эскадра Великих Домов выйдет в море, атакует противника и тем самым объявит войну Атлантическому Альянсу. И вот тогда, опираясь на статью договора, Наска нападут на нас.

– Их не пропустит Халифат, – возразил я.

– А кто сказал, что они собираются входить в Средиземное море? – Чу посмотрела на меня, как на блаженного. – Этот сценарий прорабатывался ещё лет десять назад. Доктрина простая: флот Наска в случае масштабного конфликта с Россией должен реализовывать своё преимущество в Тихоокеанском регионе. Они ударят по восточному побережью империи. И, естественно, сметут Владивосток с другими прибрежными крепостями. Вы будете зажаты между молотом и наковальней. Сибирь будет оккупирована в кратчайшие сроки.

– Если не вмешается Пекин, – попытался я вытянуть ещё один аргумент из рукава.

Но этот аргумент безжалостно разбили:

– Пекин имеет тайную доктрину, согласно которой, если флот Наска приближается к восточным провинциям, все силы идут на выстраивание надёжной обороны. В Россию отправят горстку смертников. Чтобы продемонстрировать формальное участие.

– Хорошие союзники, – с горечью произнёс я.

В схему что-то не укладывалось.

И я догадался – что.

– А как вы планировали обойти запрет Кормчих на мировые войны? – я пристально посмотрел на перуанку. – Только не говорите, Уайра, что вы не учитывали вмешательства мойр.

– Учитывали. Но в этом конфликте не приняли бы участие Халифат и Небесный Край. Значит, это не мировая война. А просто континентальная. Такое случалось, и Кормчие наблюдали со стороны.

– Пятьдесят на пятьдесят.

– Наши аналитики давали скорее семьдесят на тридцать. В пользу Наска и союзников.

Хмыкнув, я на несколько минут погрузился в собственные мысли.

Багус и Чу терпеливо ждали.

– Ловушка расставлена умело, – вынужден был признать я. – Но все эти махинации сработают лишь при одном условии.

– Каком? – заинтересовалась Уайра.

– Если не вмешаюсь я.

– Вы серьёзно? – Чу бросила в мою сторону недоверчивый взгляд. – Процессы слишком масштабные. Их не остановить одному человеку или одному Роду.

– Что вы рекомендуете? – я люблю выслушивать все мнения.

– Эвакуация, – жёстко ответила Чу. – Надо переносить усадьбу, штаб-квартиру холдинга, головное отделение банка «Прогресс» и… я бы избавилась от лишней недвижимости, пока не поздно. Сейчас ещё можно продать тот же пансионат. Долю в казино. Всё, что имеет ценность на сегодняшний день. Через три месяца это превратится в пыль.

– Мастер Багус? – я повернулся к индонезийцу.

– Госпожа Уайра излишне категорично высказалась, – старик говорил рассудительно, в своей обычной неспешной манере. – Стоит рассмотреть разные варианты. Ликвидацию ключевых политических фигур, ответственных за невыгодные нам решения. Уничтожение верхушки командования армии Альянса. Упреждающий удар по Румынии.

– Упреждающий удар? – переспросил я.

– Мы легко можем доставить в Констанцу геоманта. Удар можно нанести как по военным базам, так и по кораблям, стоящим на рейде. В последнем случае, я бы рассмотрел ваш Дар проницаемости, господин.

– Пустить корабли на дно, – кивнул я.

– Именно так.

– Но какой в этом смысл, если на них не погружен десант? – возразила Чу. – Корабли – это всего лишь средства доставки. Найдутся новые.

– Тоже утопим, – ухмыльнулся я.

Индонезиец едва заметно кивнул.

– Грубо, – оценила перуанка. – Но кажется эффективным.

– Как поступит объединённое командование Альянса, лишившись десантных транспортников? – задал я следующий логичный вопрос.

– Начнём с того, – нахмурилась Уайра, – что они поймут, кто это сделал.

– Продолжайте.

– Меры будут предприняты.

– Какие? – я лукаво посмотрел на женщину. – Ордена наёмных убийц мы уже проходили. В качестве казуса белли я тоже не гожусь, поскольку не состою в клане. Вы говорите, появятся новые корабли. Но откуда? Эти транспортники, как следует из данных разведки, уже находились в акватории Чёрного моря. Откуда взять замену?

– Пригнать… – начала Уайра и осеклась.

– Пригнать, – повторил я. – Через проливы, контролируемые Халифатом.

– Серьёзный аргумент, – признала женщина. – Лидеры кланов уже имеют договорённости с Махмудом, чтобы тот не пропускал через Босфор ни один военный корабль союзников.

– Браво, – улыбнулся Багус. – Красивая схема.

– Но что делать со всеми этими войсками? – в голосе Уайры послышалось недоумение. – Не проще ли нам дождаться, когда эскадра выйдет в открытое море?

– А я не такой уж и кровожадный, как многие думают, – снова ухмыляюсь. – Зачем нам убивать всех этих солдат? Люди выполняют приказ. Без средств доставки они просто останутся в Румынии. Мы сдвинем войну на неопределённый срок, и почти никто не пострадает.

– Значит, топим корабли в бухте, – резюмировал Багус.

– Именно так, – я встал с кресла. – Подготовьте полный отчёт по вражеским транспортникам. Где, что, сколько. Я хочу разобраться с этим в ближайшие недели.