Текст книги "Ярость на краю империи (СИ)"

Автор книги: Ян Бадевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 3

Должен отметить, что подарки были настолько разными, что аж глаза разбегались. Крупными и маленькими, запредельно дорогими и очень скромными, но учитывающими мои вкусы. Безусловно, князья, эмиры и прочие визири расстарались, чтобы не ударить в грязь лицом. Трубецкой преподнёс дарственную на тучеразгонитель, который обеспечивал хорошую погоду у нас в долине. Подарок был эпичным даже по меркам империи, ибо все климатические установки так или иначе состояли на балансе Великих Домов. Князь после этого отозвал меня в сторону и сообщил, что на днях пришлёт техников, которые объяснят моим специалистам, как всем этим хозяйством управлять. И попросил по возможности синхронизировать включение с другими установками на большие праздники, если в Фазисе будет идти дождь.

Я аж прослезился.

Властелином погоды чувствовать себя ещё не приходилось.

Назар Курт преподнёс ключи от яхты. Причём от двухмоторного круизного катамарана повышенной комфортности. Смущённо пояснил, что это не домоморф, конечно, но есть свой шарм и в классических морских путешествиях. И что нам с Джан надо обязательно попробовать. Например, можно медовый месяц провести в Средиземном море, заодно и над внуками поработать. И тут выяснилось, что яхта у нас пятидесятиметровая, а к ней прилагается экипаж. Я серьёзно. Капитан, старпом, судовой механик, шеф-повар, стюарды и матросы. Вот после этой информации я реально выпал в осадок, потому что калькулятор в моей голове сломался. И это я ещё на борту не был…

Понятное дело, другие Курты тоже нас щедро одаривали, но с размахом отца Джан никто из них состязаться не мог. Впрочем, сюрпризы в тот день ещё не закончились. Апраксин презентовал нам особняк в одном из фешенебельных районов Москвы и в своей обычной манере заявил, что если мы захотим пожить в будущей столице России, то у нас свой угол уже есть. Вместе с родовыми землями, ага. И со слугами.

Дальше – веселее.

По личному поручению Махмуда Шестого его визирь долго сыпал красивыми словами и извинениями за отсутствие чрезвычайно занятого повелителя, а потом выдал, что в качестве моральной компенсации наш Род получает Панорамную Башню в Левенте. Это такой район Стамбула, где кипит деловая жизнь, и сосредоточены представительства ведущих мировых концернов. Признаться, я охренел. Подарить захолустному барону целый бизнес-центр в столице Халифата? Это мощно. Вот только визирь не остановился на достигнутом и заявил, что власти Халифата будут рады познать преимущества моей службы доставки, и теперь нам можно торговать по всей территории страны, вне зависимости от вилайета.

Да, я не ожидал настолько шикарных подгонов. Вся эта восточная щедрость объяснялась, как мне кажется, благодарностью Махмуда за убежище и возврат власти. А владыки такого уровня, если они хорошие правители, не любят оставаться в долгу. И да, я не был уверен, что на вторую и третью свадьбу рог изобилия выльется на наш Род столь же мощным потоком. Я уж молчу про то, что и с ответным визитом придётся в будущем заглянуть ко многим присутствующим. И с солидными дарами, куда ж без этого.

Абдул ибн Асад меня заинтриговал ещё накануне, когда его люди выгрузили что-то массивное в здоровенном контейнере, для чего пришлось разрешить посадку их грузовому дирижаблю. В контейнере обнаружилась… самая настоящая подземная лодка! Проходческая, способная с черепашьей скоростью прокладывать тоннели в горной породе. Я уже говорил, что эти штуки по самое не балуйся напичканы артефакторикой? Всё на грани фола. Каждый артефакт по отдельности был лицензирован, с точки зрения закона не подкопаешься. Но этот сатанинский агрегат реально погружался в земные недра, рыл тоннели, непостижимым образом избавлялся от лишней породы. Уникальная вещь. Я даже ещё не придумал, как буду её использовать. Одно могу утверждать – глаза Михалыча, Доброго Эха и Васи Пупкина, присутствовавших при открытии контейнера, горели недобрым пламенем…

Мещерский тоже не ударил в грязь лицом. Мой оружейный партнёр каким-то непостижимым образом ухитрился создать по спецзаказу в Японии многофункциональный броневик, оснащённый выдвижными коловратами, вращающимися клинками и мощной радиостанцией, позволяющей поддерживать многоканальную радиосвязь со своими командирами. Броневик укомплектовали дизельным электрогенератором, оружейными ящиками, портативной кухней и холодильником, а также раскладным столиком с фиксаторами для карт. В общем – передвижной штаб, защищённый от стихийных атак и телепатического прослушивания. А вот тут уже начали полыхать алчностью глаза Демона, которому я весело подмигнул, улучив подходящий момент.

Соломон Абрамович с присущей ему витиеватостью начал с того, что логистика – это наше всё. Особенно это касается тех Родов, что избрали своей деятельностью доставки. А раз так, нам с Джан очень даже пригодится контейнеровоз, доставшийся Каменке в результате «одного успешного судебного разбирательства». Документы уже оформлены на моё имя, судно стоит в порту.

Строгановы не тратили время на многоходовые объяснения, а просто поднесли мне пухлую папочку, запечатанную в каббалистический конверт, настроенный на мой психотип. Отец Ани вполголоса сообщил, что там – ценные и совершенно бесплатные сведения, за которые я при других обстоятельствах выложил бы целое состояние. И я поверил. Умеет этот товарищ интриговать – я ж не успокоюсь, пока не просмотрю эти бумаги…

Другие подарки мне запомнились в меньшей степени, хотя и были весьма ценными. Акции, сертификаты на дорогостоящие услуги, коллекционные раритетные автомобили, несколько новёхоньких шагателей разных марок, банковские чеки, хитрые артефакты. Весь этот процесс дарения растянулся на пару часов, что и неудивительно при таком количестве гостей.

Когда мы наконец покончили с этим вопросом, началась банкетная часть, где я, впервые за долгое время позволил себе употребить немного спиртного. Опять же, чисто символически. И не забыв прогнать ки по каналам, избавляясь от последствий опьянения.

Застолье уже шло по независящей от меня колее, когда Джан предложила ненадолго уединиться с нашими друзьями на озере. Там у нас появился причал с катамаранами и лодками, я вот ещё подумываю «изобрести» в этой реальности сапы. Простенько, но со вкусом. Ну, и в перспективе можно запустить сеть магазинов спортивного снаряжения. Конкуренция в этой сфере есть, но не настолько плотная, как в моей прежней инкарнации. Только одну новинку я не хочу здесь внедрять – электросамокаты. Они меня ещё в прошлой жизни задолбали. Точнее, не они, а тупые малолетки, раскатывающие по тротуарам с бешеными скоростями. Здесь я могу прогуляться по Старому Городу, не оглядываясь без перерыва себе за спину. И это надо ценить.

Да, если кто-то вдруг задумал изобрести в этом мире электросамокат.

Лучше не начинайте.

Потому что за вашей головой приду я, хо-хо-хо!

С нами пошли Ираклий, Регина, Игорь, Аня с Ирой Звягиной и Маро. Не считая Звягиной – все, с кем я учился в гимназии Эфы, а Джан дружила в последнее время. Из-за нашего образа жизни пообщаться вот так, в спокойной обстановке, доводилось нечасто. Да и раскидало ребят по городам нашей необъятной империи…

– И что, сегодня ещё концерт намечается? – восторгалась Звягина, её глаза возбуждённо блестели. – А правда, что Леонтин приедет?

– Никанор всем программки раздавал, – улыбнулась Джан. – А ты что, слушаешь Леонтина?

– Он модный, – просто ответила Ирочка. – Сейчас из каждого утюга играет.

– У нас будут и другие, – заметил я. – ВИА «Друзья», например. Рокеры эти… Группа «Акватория». По радио сейчас крутят…

– «Акватория»? – восхитилась Регина. – Это которые про Тибет поют?

– Ну, у них странная музыка, – признала Аня. – Я была на концерте в Москве.

У меня нет уверенности, что «Акватория» имеет аналог в моей вселенной. Во всяком случае, их солист не похож на Бориса Гребенщикова от слова «совсем». И зовут его по-другому.

Мы вышли к причалу.

Ираклий восхищённо рассматривал набережную.

– А у вас тут здорово всё изменилось, Серго.

– И это только начало, – заметил я. – Ты ведь ещё нашу станцию канатки не видел.

– Почему ж не видел, – надулся Ираклий. – Ещё как видел, мы под ней проезжали.

У меня была договорённость с Барским, и Дом Эфы её выполнил. Станция «Красная Поляна» появилась ещё весной, аккурат к началу туристического сезона. Знаете, отгрохать такую штуку в ущелье, чтобы не перекрыть горный серпантин, – та ещё инженерная задачка. В итоге проектировщики из муниципалитета создали надземную станцию с аркой, а пассажиры могли спускаться на любую сторону дороги. Там же ещё появилась придорожная кафешка и небольшая заправка. А сама линия протянулась над дорогой, до конца ущелья, после чего кабины взбирались по опорам вверх и скользили к Альпике. И да, у меня теперь есть соглашение с Эфой, согласно которому по горному серпантину в случае объявления мне войны никого пропускать не будут. Всё это с юридической точки зрения привязывалось к муниципальной собственности, которая может быть повреждена в результате боевых действий. Как-никак, а линия канатной дороги принадлежит городу, а не мне. Так что потенциальные враги могут скрежетать зубами сколько угодно, но в случае вооружённого конфликта им придётся ждать мою гвардию на нейтральной территории. Или в своих имениях, как со смехом заметил Демон.

Должен сказать, уровень защиты долины вырос очень серьёзно. К нам не подобраться ни по воздуху, ни по земле. Разве что подземными лодками прокопаться, но этот сценарий крайне маловероятен.

– Ребята, так приятно вас всех снова видеть, – искренне заявила Регина. – Все такие взрослые… И Джан, солнышко, я так рада за вас! Думала, этот бессердечный чурбан никогда не сделает тебе предложение.

– Регина! – возмутился я. – Почему это я чурбан?

– А потому, – вмешалась Звягина, – что девочка годами страда, слёзы проливала.

– Уж мы-то знаем, – поддержала подруг Аня.

– Мужики, – я перевёл взгляд на Игоря с Ираклием, – скажите своё веское слово!

– У Сергея есть свои заморочки, – выдал Игорь, – но это не значит, что он бессердечный. Джан всегда у него на уме. Просто он глава Рода. И старается для всех.

– Ты у него в гвардии, – заметила Аня. – Конечно, ты его защищаешь.

– Я не в гвардии, – встрял Ираклий. – Подтверждаю трепетное отношение этого упыря к нашей Джанушке. Но как другу… выношу порицание. Потому что, брат, мы когда в последний раз собирались? Я вообще забыл, что у меня друг есть.

– Вот скажите, – вдруг сменила тему разговора Регина, – вы скучаете по школе?

– С хрена ли, – фыркнул Ираклий. – Там за косой взгляд на какого-нибудь аристо могли прирезать. Я вообще чудом дожил до выпускного.

– У тебя просто был аргумент в виде Сергея, – усмехнулась Маро.

Все перевели взгляд на бессмертную.

– А как ты оказалась у Иванова в вассалах? – спросила Регина. – Вот ни за что бы не подумала.

Маро пожала плечами:

– Всякое бывает.

– Уклончивый ответ, – сказала Звягина.

– Да у него половина виконтов Фазиса хочет в вассалах быть, – заметила Аня. – И не только в вассалах. Нашей Джанушке надо посматривать по сторонам, кругом благородные хищницы.

– Я бы у Джан на дороге не стояла! – рассмеялась Регина.

– Помню, – с хитрецой произнесла Аня, – как она на меня волком смотрела. Ну, когда мы с Сергеем тренировались в додзё.

– Подруги, – укоризненно произнесла Джан. – Вы же знаете, что нужно для укрепления Рода. Я понимаю, что для одарённого такой силы одна жена – это слишком мало.

– Правда? – захлопала глазами Аня. – У всех тут есть шансы?

– Кое у кого есть, – Джан бросила красноречивый взгляд на Маро.

– Девочки, а знаете что? – Строганова заговорщически понизила голос. – Я видела эту боевую турчаночку, принцессу Кару. Ходит мрачная, почти ни с кем не общается. Чуть не плачет.

– Ираклий, а что у тебя нового? – не выдержал Игорь.

– Ну, я целитель второго ранга, – скромно заметил Кучеряшка. – Будущий хиропрактик, если что.

– Это мы знаем, – перебила Аня. – Сколько тебе учиться ещё? И куда потом?

– Много ещё, – пробурчал Ираклий. – Я на третьем курсе. Всего пять лет. А потом ещё год интернатуры. Но у меня же предки целительством занимались. Хоть я и не аристократ, но силу крови никто не отменял. Хочу к тридцати годам поднять третий ранг.

– Мужик, – одобрил Игорь.

Аня мыслила реалистичнее:

– Нужна практика. А в муниципальных и губернаторских клиниках её недостаточно. Если хочешь, могу поговорить с отцом, у нас обширные связи. Пристроим тебя в частную клинику. В очень крутую.

– Спасибо! – обрадовался Ираклий. – Я даже выделываться не стану, Анечка.

Блондинка звонко рассмеялась.

– Эй! – возмутился я. – Вы переманиваете моего будущего целителя!

– А у тебя есть хорошо оснащённая клиника с опытными хиропрактиками? – резонно возразила Джан.

– Пока нет, – признал я. – Но могу построить. И купить всё, что нужно.

– Медицина – это дорого, – опустила меня с небес на землю Регина.

– Вот запущу свой оружейный заводик, тогда поговорим, – хмыкнул я.

Мы сошлись на том, что устроить будущее Ираклия проще всего в Москве или Неваполисе. А уж если он решит потом перебраться в Фазис и пожить в тишине и спокойствии, то я должен приманить его чем-то серьёзным. Как минимум, восстановлением энергетических каналов или косметическими операциями.

– Злые вы, – резюмировал я.

И посмотрел на часы.

Нас не было уже полчаса, для хозяев вечера это непозволительная роскошь. Следовало вернуться к гостям, чтобы никого не обидеть.

Я уже собрался напомнить об этом Джан, когда увидел неспешно бредущего по набережной человека. Это был эмир Самарканда, Абдул ибн Асад. Нынче – представитель правящего ядра Эфы.

Эмир шёл к причалу.

– Друзья, я вас оставлю ненадолго, – извинился я перед ребятами. – Похоже, со мной хотят побеседовать.

– Мы к гостям, – сообразила Джан. – Догоняй.

Кивнув, я двинулся навстречу Асаду.

Глава 4

– Сергей, поймать вас без свидетелей – большая удача! – улыбаясь, проговорил эмир. – Простите великодушно, найдётся ли у вас свободная минутка для разговора?

– Минутка найдётся, – сообщил я, останавливаясь. – Но гости ждут.

– Конечно-конечно, – благодушное выражение на лице Асада даже не изменилось. – У меня тут… сущая мелочь. Дошли слухи, уважаемый барон, что ваша служба доставки уже начала покорять азиатские просторы.

– Вы о Небесном Крае, эмир?

– Да. Именно так мне и докладывали.

– Всё верно, – кивнул я. – Открыто представительство в Пекине, но дальше этого города мы пока не продвинулись. Торговля ведётся в тестовом режиме.

– Ничего удивительного, господин Иванов. У нас, как вам известно, ещё со времён Шёлкового Пути ведутся дела с этой страной. Китайцы очень консервативны. Я уж молчу про Японский архипелаг. Там одна и та же гостиница может работать с четырнадцатого века и передаваться из поколения в поколения. Вы слышали об усыновлении управляющих?

– Да, слышал.

Японцы собаку съели на долгосрочном бизнесе, у них есть компании, созданные ещё в эпоху раннего феодализма. Если прямой потомок владельцев не справляется со своими задачами, патриарх усыновляет талантливого управляющего и передаёт компанию ему. Это не шутка. Реально усыновляет.

– В общем, развитие будет постепенным и неторопливым, – продолжил свою мысль Асад. – Но я, собственно, с деловым предложением.

– Выслушаю с удовольствием.

Мы развернулись в сторону усадьбы и неспешно зашагали вдоль набережной.

– Через мои земли, Сергей, проходят важные автомагистрали, – не стал ходить вокруг да около Асад. – И железнодорожные пути. Я подозреваю, что товары из России в Поднебесную скоро потекут благодаря твоим начинаниям. Потребуются поезда, грузовые машины, складские комплексы. Уверен, что и в РИ пойдут китайские грузы. Что-то будет доставляться дирижаблями, и они у меня есть. А кроме того, у тебя же скоро завод запускается?

Мы незаметно перешли на «ты».

Уже в который раз?

– В следующем месяце, – кивнул я.

– И разработочка есть? – хитро прищурился эмир. – Слышал, у тебя толковые конструкторы.

– Прототип, можно сказать готов, – не стал я отрицать. – Первые модели скоро выпустим, но это будет ограниченный тираж. Разойдётся по предзаказам.

– Само собой. Подробности не озвучишь?

– Лёгкость, маневренность. Дёшево, эффективно, без проблем чинится.

– Делаешь ставку на массовое производство и доступность?

– Угадали.

– Что ж. Буду признателен, если познакомишь меня с концептом. Может, и для себя что прикуплю. А вообще, могу организовать встречу с интересными людьми в Небесном Крае. С теми, кто купит больше.

– А взамен?

– Обсудим. Было бы желание, а договориться всегда можно.

– Спасибо, я пришлю рекламный проспект.

– А будет что-нибудь вроде закрытой презентации?

– Будет, – улыбнулся я.

Хитрый жук.

– Насколько реально получить приглашение?

– Вы его уже получили, эмир.

– Прекрасно, – на лице Асада отразилась вся радость этого несовершенного мира. – Ну, и по логистике. Будешь рассматривать наш маршрут – присылай своих людей из холдинга. Уверен, мы разработаем взаимовыгодные схемы.

– Добро, – согласился я.

Мы остались довольны друг другом, и я уж совсем настроился на продолжение банкета, когда из ниоткуда выскочил Соломон Абрамович.

– Таки поймал вас, молодой человек! – деланно изумился магнат. – Всех благ вам, светлейший эмир…

– И вам, коллега, – поклонился Асад. – Вижу, у вас есть срочное дело. Не смею больше задерживать барона. Откланиваюсь, и да пребудет с вами благодать Аллаха.

Саманид направился к накрытым столам.

– Барон, вас уже все ищут, – по секрету сообщил Каменка. – Так что я буквально на пару слов. Вы в курсе по какому поводу сегодня собираются высшие директора Ганзы?

– Понятия не имею, – честно признался я.

В последние месяцы Ганза меня не интересовала от слова «совсем».

– На них давит руководство Евроблока, – пояснил Каменка. – Очень влиятельные люди. Вы же знаете, молодой человек, как у европейцев всё повязано. Там уже пару сотен лет аристократы конструируют сильные династии, даже на внуков, которые ещё не родились, всё расписано. И они не только силу крови учитывают. В основном – слияние капиталов.

– Вряд ли это кого-нибудь удивит.

– Секрет Полишинеля, вы правы. Но эти корни проникают и в Ганзу. Торговый союз не находится в вакууме. Я хочу сказать, мой друг, они обсуждают присоединение к эмбарго, закрытие и возможную заморозку… очень серьёзных счетов. А вместе с этим – блокировка привычного финансового круговорота.

– Я слышал, они это уже раз десять обсуждали.

– Так и есть. Но в этот раз всё очень серьёзно. Говорят, на них ещё и перуанцы начали давление оказывать. Очень серьёзное давление.

– Что это нам даёт? – я сразу уловил главную нить повествования.

– Подозреваю, что монополию на вывод денег в Евроблок и не только. Если Ганза сломается и начнёт сворачивать у нас филиалы «Транса»… – Соломон Абрамович красноречиво развёл руками. – Какие ещё каналы будут у Великих Домов по заключению сделок? Ту же нефть за что продавать?

– Есть Гонконг, – напомнил я. – И другие китайские банки.

– Я всё проверил. На ближайшую перспективу у нас с вами – оптимальные условия. Дешевле только бесплатно.

Обожаю эти еврейские поговорочки!

– Звучит кошерно, Соломон Абрамович.

Магнат рассмеялся.

– Это мы ещё до всевозможных морских блокад не дошли! А у вас, если я правильно понимаю, есть выходы на руководство Небесного Края, а также на Халифат. Как минимум, вы сможете возить то, что захотите через Средиземное море, поскольку все проливы контролирует Махмуд Шестой.

– Мы не знаем, какой политики он будет придерживаться дальше.

– Сейчас дружба между Россией и Халифатом крепка как никогда, – покачал головой Каменка. – А ещё не забывайте, что Россия – это земли, лежащие между Халифатом и Небесным Краем. Нарушать сложившиеся логистические цепочки Махмуд не станет. Тем более, если учесть, что Персия под контролем Саманидов.

– Логично, – вынужден был признать я.

– И какой вывод мы можем из этого сделать? – продолжил мой собеседник. – А вывод такой, что у меня есть связи с заинтересованными в обходе торговых и финансовых ограничений лицами. И это не только клановые воротилы. В том числе, и вольные финансисты, и гильдии. У вас – контакты с высшим руководством Халифата и прочные позиции на Шёлковом пути.

– Прочные, – фыркнул я.

– С Саманидами вы договоритесь, – отмахнулся Каменка. – Я мыслю на перспективу.

– И вы настолько уверены, что сегодня Ганза выйдет из игры?

– У меня есть основания рассчитывать на это. Для нас откроются изумительные возможности…

– … в краткосрочной перспективе, – уточнил я. – А в долгосроке наши враги могут добраться и до Махмуда. У Халифата сейчас не настолько прочные позиции, как ещё семьдесят лет назад.

– Мы успеем отхватить жирный кусок, – невозмутимо ответил Соломон Абрамович. – Нарастим капитал, а там видно будет. Вы со мной?

Я протянул руку финансисту.

* * *

После банкета начался концерт.

Всё было спокойно, никто из убийц не пытался влезть в долину и испортить торжество. Несколько сомнительных подарков от анонимных личностей моя служба безопасности отсеяла и заперла в специальном боксе до выяснения обстоятельств. Радары зафиксировали на большой высоте стратосферный дирижабль, который проплывал над Красной Поляной, не отвечая на запросы. С дирижабля сбросили неведомую хрень, которая показалась операторам РЛС управляемой. Мы подняли боевой цеппелин со стихийниками на борту. Объект покружил по окрестностям, нарезая круги и не приближаясь к верхнему генератору Барьера. А потом самоуничтожился. Дирижабль продолжил свой путь, как ни в чём не бывало.

Я, разумеется, обратился к Барскому.

Служба безопасности Эфы выяснила, что над нами пролетала частная воздушная яхта, принадлежащая какому-то арабскому купцу. Ему отправили запрос, сверили маршрутный лист с информацией от погранконтроля и… предсказуемо получился пшик. Всё выглядело так, словно мужик пролетал транзитом из Небесного Края в Халифат, случайно сбился с курса и принёс свои извинения. Предъявлять обвинения глупо. Доказательств слежки нет – всё сгорело высоко над нашими головами. Даже обломков не осталось.

Гости рассредоточились по имению.

У нас было всё организовано таким образом, что кто-то решил погулять по посёлку или по набережной, кто-то уехал по делам раньше времени, а кто-то отправился кататься на лодках. Эх, вот дойдут руки – надо будет пешеходные тропы в горах обустроить и смотровую какую-нибудь забабахать. Появятся новые точки притяжения…

Джан шепнула мне на ухо, что стало слишком шумно, и она ждёт меня дома.

Музыка гремела на весь посёлок, но это никого не смущало. В любом случае, концерт не продлится всю ночь. Зато мои соседи получили возможность совершенно бесплатно послушать вживую самых знаменитых эстрадных исполнителей России. Надо будет в следующий раз ещё итальянцев позвать. Или шведов. Если, конечно, санкции не ужесточат. Хотя… Бабло, как известно, побеждает зло. Все мои предыдущие инкарнации подтверждают эту простую истину.

Скрывшись от гостей, которые, если честно, про меня уже и забыть успели, я направился к Бродяге.

В это же время началось световое шоу.

Да, мы подготовили красоту по высшему разряду. Пригласили команду лучших светотехников и иллюзионистов, у которых выступления расписаны чуть ли не на год вперёд. Фейерверки ведь запрещены. Но со светом и иллюзиями можно вытворять что угодно, не опасаясь быть пойманным за руку инквизитором.

Я невольно остановился, любуясь зрелищем.

Сначала в небе стало больше звёзд, потом возникли планеты. Я узнал Марс, громадный Юпитер с Красным Пятном, кольца Сатурна… Потом всё это смешалось, образуя сюрреалистический взрыв и пролилось на землю водопадом. Дальше началась непередаваемая игра красок, перетекающих друг в друга картин. Из небытия восставали древние города, вырисовывались черты современных мегаполисов, текли реки, через них перекидывались мосты… Величественно скользили круизные лайнеры, разливались океаны, в глубинах которых плавали киты, кракены и даже канонические Древние из общепринятого пантеона. Я узнал Мать Гидру, Кта-Лу, Ийига… А вон проплыла ужасающая тень Неведомого…

В какой-то момент из всего этого разгулявшегося хаоса выплыл мой родовой герб, а чуть поодаль возник герб Куртов. И эти символы сблизились, как-то хитроумно переплелись, дополняя друг друга…

Раздался восторженный рёв толпы.

На концерте собрались не только наши гости, но и жители посёлка. Обитатели долины принесли складные стулья, шезлонги и табуретки, расселись широкими кругами за линией столов. Ещё дальше можно было увидеть мужчин, на плечах которых сидели дети.

Герб Куртов исчез.

А герб Ивановых мастера-иллюзионисты искусно вписали в лунный диск.

Я стоял у края открытой террасы, так и не добравшись до двери, когда у меня за плечом раздался тихий голос:

– Впечатляет. Как и ваша новая система безопасности, барон.

Фраза была сказана по-английски.

Резко обернувшись, я увидел полупрозрачного молодого мужчину в твидовом костюме и старомодной шляпе. Мужчина смотрел на меня и улыбался.

Джордж Гренвиль.

Новый премьер Британии.

– Это не я, – на лице чиновника появилась высокомерная усмешка. – Скорее, моё послание. Пока вы охотились за нашим планирующим биомехом, в пространство долины внедрилось… скажем так, наземное устройство. И сегодня, в день вашей свадьбы, я хочу, чтобы вы поняли три вещи, барон. Первое: ваша система безопасности не настолько совершенна, как вам кажется. Второе: мы знаем, что вы сделали в Наска. И знаем, как погиб сэр Иезекииль. Третье: вы убрали с доски очень серьёзные фигуры. И мы это не забудем. Спокойно жить дальше вам никто не даст. Приятного вечера, барон.

Интуиция заставила меня применить Дар.

Я стал проницаемым за секунду до того, как в траве что-то взорвалось. Вспышка света, ударная волна – всё это прошло сквозь меня. К счастью, поблизости никого не было, так что удалось обойтись без жертв.

Несколько секунд я стоял, потрясённый.

А потом вызвал по телепатической связи мастера Багуса, перекинул ему слепок произошедшего и попросил прислать к моему дому специалистов. Ясновидящего – в обязательном порядке. Заодно не помешает отыскать обломки взорвавшегося устройства и провести экспертизу. Я хочу понять, что у британцев так лихо бабахает – взрывчатка или запасённая в артефактной ёмкости энергия ки.

Гренвиль только что подписал себе приговор.

Отсроченный, но факт от этого не меняется.

Переступая порог Бродяги, я выбросил инцидент из головы. Моя служба безопасности проведёт расследование. Я освобожусь от текущих дел и спланирую ответные действия. Если понадобится, вырежу всех этих британских лордов под корень, пока до выживших не дойдёт, что с моим Родом нельзя связываться. Себе дороже.

Я поднялся на второй этаж и вошёл в спальню, созданную для нас с Джан домоморфом. Девушка ждала меня на необъятной кровати, свет был приглушён.

– Иди ко мне, – раздался томный голос морфистки. – Я так давно этого ждала…

Бродяга по моему приказу включил полную звукоизоляцию.