Текст книги "Лишний"
Автор книги: Владимир Вечный
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
«А первый-то почему?»
«Потому что потом всюду начали говорить про землетрясение, а значит, что не достигнув цели, выпустили вторую, которая ударила по земле и распространила волны, теперь понятно, почему они заперли людей по домам, они боятся, что облако может добраться сюда».
«А оно может? Это значит, что это конец? »
«Не знаю я, бл.дь, что ты ко мне пристал?»
«Эй, вы там уснули что ли?» – напомнил о себе голос с улицы.
Владимир крикнул: «Мы из России».
«Да я уж по номерам вижу! Что, с окраины? Или прямо оттуда?»
«Прямо оттуда».
– «Не завидую я вам, ладно, проезжайте, но надолго вы у нас не задержитесь!»
Никто не придал значения этим словам, ворота открылись и машина въехала. Но дальше ее не пустили. Двое в костюмах ОЗК обступили машину и начали елозить по ней какими-то приборами. «Есть!» – крикнул один из них. Ребят попросили покинуть авто и каждого так же проверили устройством, они оказались чисты. Им сказали идти в двухэтажное здание, стоящее в двухстах метрах от ворот. Дмитрий спросил про машину, ему ответили, что утром, возможно, отдадут, он не стал узнавать, почему «возможно», слово «есть» сказало многое о том, на чем они ездили. В здании был импровизированный лагерь, что-то вроде казарм с койками. Внутри доктор измерил им давление, посмотрел язык, спросил о самочувствии, но больше всего его интересовало, где именно ездил их автомобиль. Стало понятно, что они пытаются понять, где может быть зараженный участок. Дмитрий на карте карандашом обвел приблизительную траекторию их поездки. В самом сооружении были в основном не местные, скорее всего, они успели проскочить до того, как установили забор и теперь ждут здесь разрешения на дальнейшую дорогу. Когда их отпустили, показав место для сна, все трое сели на одну кровать.
Женя всхлипнула: «Виталик!»
«Мы ничего не знаем, не думай об этом, эта неизвестность сожрет».
«Может попросить позвонить?»
«Если тут нет сети, откуда она в Москве?»
Дмитрий парировал: «Вообще-то, сеть есть». Он смотрел прямо на свой телефон.
«Читай тогда, что там?» – с замиранием сердца обронил Владимир.
«Все очень странно, я вижу лишь архивные страницы, на которых написано, что была ложная тревога, не учебная, а именно ложная, контакты мои все не в сети, есть два пропущенных в мессенджере от Павла Евгеньевича, новостные ленты не обновляются».
«Архивные, вероятно. Это значит, что их вообще уже нет!»
Женя подняла глаза и посмотрела на Владимира: «Как так?»
Дмитрий пояснил: «Если сервера были там, куда пришелся удар, то всё, что мы называли рунетом просто кануло, оставив лишь цифровые следы в виде архивов на зарубежных сервисах памяти. Всё, закончился интернет!»
«Неудивительно, считай, основной кабель с интернетом сюда уничтожен, чудо, что тянут откуда-то еще, но это чудо со стабильностью на соплях, медленное и тяжелое».
Женя продолжала искать надежду: «Может это все фейк?»
Дмитрий съязвил: «Да какой фейк, всему пришел звездец, что мы будем дальше делать? Как жить?»
«Придется оставаться здесь». – процедил Владимир.
Мимо проходящий постоялец, услыхав эту фразу, покачал головой и прокомментировал: «А тут у нас остаться не получится».
«Как так?»
Постоялец продолжил: «Президент Куззака уже сказал, что максимум, на сколько страна приме, тридцать дней. Не нужны ни документы, ни что-то еще типа виз, но больше они просто не могут, во-первых, местные не будут довольны, во-вторых, бюджет и помощь не резиновые, им самим нужно жить как-то, поэтому оставят они только тех, кто требуется в стране. Будет сформирован специальный список профессий, для обладателей которых правила изменятся в лучшую сторону, всем остальным, цитирую: «Покинуть как можно скорее!»»
Дмитрий выдал идею: «Может тогда просто сесть здесь в тюрьму?»
«А вы местные тюрьмы видели? А отношение там к таким? Лучше уж в лесу прятаться». – ответил неизвестный.
Дмитрий задумался: «Тоже вариант, только не в той части, где мы были».
Ночь была тяжелой. Спать было невозможно, всё помещение усеивали всхлипы, стоны, иногда даже крики. Каждый осознавал и переваривал случившееся. Люди лишились дома, они остались в неведении, живы ли их близкие. Страх будущего выедал голову и отщипывал всякую надежду на что-то хорошее. Владимир пытался думать и транслировать Жене на ушко стоические мысли: «Неведение – это главная проблема, старайся не думать об этом, считай до ста, забивая мысли цифрами. Мы не знаем, как и что там, может не так все плохо. Нужно быть сильными друг для друга, пока мы есть, есть любовь, есть будущее». Это мурлыкание в конечном итоге убаюкало обоих. Среди ночи громко заголосил маленький ребенок, переполошив всех спящих, мать быстро успокоила его, приложив к груди. Никто не сказал ей ни слова. Утро было неприятным для каждого, вместо будильника их разбудил железный прут, которым охранник стучал по кроватям, двигаясь вдоль коек: «Подъем, время просыпаться».
Дмитрий сразу же пошел узнавать про машину. Ее не было у ворот, но глазами он нашел ее там, где была импровизированная парковка. Бампер машины был вырван, на немой вопрос: «Что это?» Ему тут же ответил человек в костюме защиты: «Удалили опасность». Дальше выяснять смысла не было, спасибо, что не разворотили весь автомобиль.
Дмитрий уточнил: «Все остальное целое?»
«Конечно, можете ехать».
Дмитрий открыл дверь и пока он залезал внутрь его снова окликнули: «Про тридцать дней в курсе?»
«К сожалению, да!»
«Советую пораньше выезжать».
«Почему?»
«Все заходят сидеть до упора, потом на границе будет такая давка, что вам и за несколько дней не пробиться».
«Спасибо, логика в этом и правда есть».
«Вам спасибо!»
«Нам?»
«Да, вам, России, я в свое время закончил РИД Российский Институт Дозиметрии, до сих пор считают лучшим вузом этого направления на постсоветском пространстве».
«Ой, ну я-то тут никаким боком».
«Как же никаким? Я когда у вас жил, ко мне относились дружелюбно, а вы, как никак, часть этого общества!»
«Да у нас всякое бывало».
«Знаю, но мне повезло, я рад и благодарен этому».
«Приятно слышать. Доброго дня».
Он завел машину и подогнал ко входу в двухэтажную постройку. Показались Владимир и Женя.
Женя спросила: «Куда теперь?»
Дмитрий предложил: «Давайте доедем до города, перекусим и подумаем».
«А что тут думать? В Паркан!» – отрезал Владимир.
«В Паркан?»
Владимир уточнил: «Первое, что на ум пришло, видел рекламку еще в Москве, видимо, ассоциативно сработало».
«Нет слов». – выдохнул Дмитрий.
«А чего нет-то? Жизнь там подешевле, русских там не шпыняют, природа красивая, культура богатая».
«Да хрен с тобой, даже голосовать смысла не вижу».
«Если есть другие идеи, давай обсудим, нет проблем».
«Давай пока туда, а там уж по ситуации».
Город Уйшик, казалось, вообще не испытывал никаких проблем, всюду спешили по своим делам местные, стояли в пробках автомобили. На въезде Дмитрий посмотрел на экран телефона и констатировал: «Интернета нет, связь присутствует». Владимир глянул на свой и подтвердил: «Да, моя присоединилась к местной вышке».
Для завтрака было выбрана закусочная у дороги, которая так и называлась, внутри никого не было, они заказали одинаковый завтрак, где на каждого пришлось два жаренных яйца и ломтики хрустящего бекона. В закусочной пахло утром, аромат кофе с уличной свежестью охватывал каждый столик. Лучи отражались от гладкой поверхности столика и слепили всех троих. Когда пришло время платить, они подозвали работницу заведения. Она достала свой аппарат и ввела сумму, но едва Владимир достал свою карту, она покачала головой: «Нет, не получится».
«Почему?»
Работница удивилась: «А как? Что у вас там по-вашему?»
«Как что? Рубли».
«А кому эти рубли теперь нужны? Куда их нести? Какой банк вообще обслуживает вашу карту?»
Повисла тишина. И правда, подумал Владимир, а что теперь в сущности представляют из себя их деньги? Как ими пользоваться? Есть ли места, где их примут?
«Извините, других денег у нас нет. Может возьмете наши телефоны?».
Женя добавила: «И часы… – она машинально взяла рукой свое запястье – Где мои часы?»
«Я вас, конечно, понимаю, – перебила работница, – но и вы меня поймите, если я так всех ваших тут кормить буду, мне зарплаты не хватит, поэтому идите и договаривайтесь с администратором».
Администратор оказался добрым пареньком и быстро нашел, что всем троим нужно сделать, чтобы рассчитаться с заведением. Через час должна была приехать машина, ее нужно было разгрузить. Грузовик прибыл вовремя, Женю решили привлечь на кухне, она мыла посуду, пока Владимир и Дмитрий таскали коробки с продуктами. На очередном грузе у Владимира сильно заболела поясница, он замедлил темп.
Дмитрий подгонял: «Ты чего? Чем быстрее закончим, тем быстрее уедем».
«Извини, спина пошла по одному месту!»
«Ну ты развались тут еще» – сказал от он досады, но сам ускорился, потому что понимал, что со спиной шутки плохи. Когда они закончили, администратор не просто позволил им идти, но еще и подкинул денег за выполненную работу. Таким образом, они впервые поработали в новой стране и заимели монет на бензин. Бак автомобиля еще в Яицком городке намекал на то, что скоро ему будет необходимо подкрепиться. На заправке средств хватило, чтобы залить полный и еще половину канистры из багажника про запас. Никто тогда и не подумал о том, что они будут кушать или что им могут понадобиться деньги на что-то другое. Бак был заправлен, машина стояла на обочине трассы, Владимир пытался записать что-то в дневник, лежа на заднем сиденьи и высунув ноги в окно, в голове туманилось, не было ни гнева, ни разочарования, внутри царила пустота и некое ощущение оцепенения, будто время замерло и не двигалось. Женя копалась в своем телефоне, разглядывая фотографии из прошлой жизни, глаза были влажными, но она не плакала. Владимир касался своими пальцами ее руки. Дмитрий стоял у капота и глядел на город, разглядывая ряд странных реклам в духе «Если стрессу хочешь ты выдать знатненькой…Покупай скорее Сомну, хватит все плохое помнить». Какая ерунда, думал он, как низко пал уровень современной рекламы. Ему вспомнилось, как недавно он показывал своей бабушке рекламу автосалона, где женщина в возрасте материлась и поливала грязью конкурентов, бабуля тогда ворчала на то, что эксцентричность погубит культуру, Дмитрий смеялся, а сейчас, видя это «выдать знатненькой…» думал точно так же. Он попытался позвонить и, о чудо, пошел гудок! Через секунду трубку взяла бабушка: «Алло, кто это, Димочка, это ты?»
Дмитрий потерял дар речь, но выдавил: «Да, бабулечка».
«Димочка, ты в порядке? Где ты?»
«Все хорошо, я в безопасности».
Какое-то время они молчали, в трубке были слышны всхлипы старушки.
«Не плачь, пожалуйста, мы живы, это главное».
«Гд. т.» – связь начала портиться.
«Бабуля, мы сейчас в Куззаке».
«Гд?»
Дмитрий прокричал: «В Куззаке!»
На этом моменте связь прервалась. Он еще раз попробовал набрать, потом снова, но безуспешно. Женя, увидев, что Дмитрий с кем-то общается, вышла и попросила тоже попробовать, набрав номер Виталия, она услышала: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Женя выдавила из себя: «Блин», и продолжила – «Ты до кого дозвонился?»
Дмитрий, у которого к этому моменту тоже увлажнились глаза, ответил: «До бабули».
«Как она там?»
«Не знаю, главное, что она жива».
«Это главное, да».
Владимир высунул голову из окна: «Все в порядке?»
«Да, бабуля жива».
«Супер, я правда рад за тебя».
«Спасибо!»
Женя и Дмитрий сели в машину.
Дмитрий повернулся: «Ну что, трогаем?»
«Трогаем».
Новость о живой бабушке приободрила всех троих, это была та самая надежда, которой так не хватало в этой тьме, где они ступали наощупь. Дмитрий тронулся и остатки города вскоре скрылись в зеркале заднего вида.
Женя вставляла и вынимала ремень из замка: «А сколько ехать?»
«Смотря куда».
«А куда мы сейчас?»
Владимир задумался: «Хорошо бы добраться до Отегена, это последний город перед границей с Парканом».
Дмитрий прикусил губу от нервов: «Нужно поспешить, чтобы выехать из страны до того, как на границе будет ад».
«Нам все равно придется где-то ночевать, два дня за рулем без передышки ты не выдержишь».
Под вечер они въехали в какое-то поселение, денег ни на что не было, спать в машине желания не имелось, как и тратить бензин на обогрев, поэтому они нашли местный вокзал, который был почти битком набит беженцами. На самом вокзале ходили работники и за минимальную плату предлагали разместиться в старых вагонах, которые в ближайшее время не планировалось эксплуатировать. Были и купе, и плацкартные места и даже постельное белье с чаем. Некоторые, кто смог раздобыть местную наличку, соглашались и их через черный вход уводили на железнодорожные пути. На вокзале было достаточно холодно, все кутались в дополнительный слой одежды. Когда Женя уснула, она во сне стучала зубами так, что можно было слышать щелчки в любом из углов зала ожидания. Троица расположилась так, что и Дмитрий и Женя спали на плечах у Владимира, а последний не знал, куда деть голову, и то закидывал ее назад, но так быстро сушилось горло, то подставлял кулак в виде подушки, так моментально затекала рука. Не имея удобного положения для сна, Владимир бегал глазами вокруг, ища, куда прибиться, взгляд пал на газету, лежащую на пустующем кресле. Прищурившись, можно было прочитать: «Пять признаков того, что вам пора к врачу», дальше разобрать было труднее, но, кажется, в первом было написано: «Неизвестные звонки или СМС». Когда стрелка часов пробила полночь, а в зале приглушили свет, так, что едва было видно, человек ли идет или просто большая тень. Внезапно над троицей возник мужчина и спросил: «Чего здесь мерзните? Давайте ко мне».
Дмитрий даже глаза не открыл, подумав, что обращаются явно не к ним. Владимир с Женей напряглись. Женя посмотрела в лицо незнакомцу: «Доброй ночи, вы кто?»
«Я здесь друзей ждал, они должны были приехать на поезде, а поезд задержали, я уже шел к выходу, когда увидел вас, мне стало жалко и я решил предложить вам помощь».
Владимир с Женей переглянулись: «Как-то боязно».
«Мне тоже, я подошел только потому что у вас девушка и ей очень холодно, если бы не она, ни в жизнь бы не пригласил».
Владимиру эта мысль не очень понравилась, но выхода не было, он понимал, что Женя прозябла и если она заболеет, это осложнит дальнейший путь, поэтому он вопросительно посмотрел на Женю, Женя кивнула: «Хорошо, а далеко ехать?»
«Да тут не больше получаса, у меня частный дом».
Они разбудили Дмитрия, который уже успел снова заснуть, взяли свои пожитки вышли из вокзала.
Владимир обратился Дмитрию: «На твоей поедем?»
«Лучше сэкономить бензин».
Женя решила понаглеть: «А Вы нас завтра сможете довезти обратно?»
«Конечно смогу, мне как раз на вокзал надо будет утром».
Женя шепнула Владимиру: «Если это маньяк, отдадим ему Диму».
Владимир подмигнул в ответ. Они сели в машину и тронулись.
«Меня Руслан зовут».
Все трое представились, а он продолжил: «У меня в Москве магазин был, теперь даже не знаю, осталось ли там что-то, вы случайно не оттуда?»
Женя услышав название родного города: «Оттуда».
«Сочувствую вам, потерять дом – это тяжело, я вот магазин потерял и то весь на нервах, не знаю, как теперь семью кормить».
Владимир поинтересовался: «А почему магазин был там, а не здесь?»
«Я продавал продукты из Куззака, тут такие каждый продает, там это почти зарубежный товар».
Дмитрий облизнулся, вспомнив о голоде: «Что-нибудь съестное?»
«Да, местные специи, иногда готовые блюда, фрукты, овощи».
«А теперь что планируете делать?»
«Пока не знаю, вот планировал отвлечься, друзей пригласил, а у них что-то с поездом, утром только приедут».
Они подъехали к недостроенному дому, точнее, к дому что-то пристраивалось, поэтому он так выглядел. Света в окнах не было, на улице тоже. Машина заехала в темный двор, Руслан вышел закрывать ворота.
Владимир уточнил: «Собаки нет?»
«Нет, собаку не держим, проходите». Он показал на крыльцо. Новый знакомый принес матрасы на террасу и положил их на пол: «Вот здесь спать будете, там в доме родственники мои, они уже спят, поэтому, потише, пожалуйста».
«Хорошо».
«Кушать хотите?»
Дмитрий облизнулся: «Не откажемся».
Руслан удалился в дом и через пару минут вынес различных булок, с маком, с корицей, просто сладкие, видно было, что он от души пытается угодить гостям: «Чаю?»
«Если есть возможность, можно и чаю» – ответил Дмитрий. В этот момент он уже запихивал плетенку с маком за щеку. Женя держала в руке булочку и разглядывала комнату, все выглядело довольно бедно, старые обои, которые под потолком начинали отслаиваться, вещи, разбросанные по углам, ведра с яблоками, похоже, с огорода за домом, старая газовая плита, работавшая на баллонах, у которой крутился Руслан, ставил чайник. Но ни грязи, ни опасности помещение не излучало, скорее наоборот, была атмосфера семейности и дружелюбия. Когда вода вскипела, он сказал: «Ах, да, забыл сказать, мы пока дом перестраиваем, поэтому туалет у нас по-старинке, на улице».
Владимир тут же попросил показать, в какой именно стороне и отправился на разведку. В конце огорода, почти у забора соседей стояла типичная кабинка, которую он помнил с самого детства, такие были и на даче, и в деревне. Внутри была ступенька, никаких удобств, в духе ободка, если нужно было сходить по-большому, приходилось учиться позе орла. Справив нужду, Владимир пулей выскочил из этого деревянного гробика с мыслями о том, что будет прекрасно отложить любой прием пищи, находясь в этих владениях. По пути он зацепился взглядом за клумбу с цветами, такую обычно рассаживают мамы или бабушки, это отличительная особенность огородов людей в возрасте, всегда есть клумба, на которой каждый пожилой человек в силу своих возможностей пытается навести цветочную красоту. Владимир остановился, рассматривая цветы. Что это? Желание показать, что люди еще на что-то способы? Желание быть полезным хотя бы цветам? Это такое хобби, придуманное во времена, когда такого слова вовсе не существовало? А может цветы воспринимаются единственными существами, которые никогда от тебя не уйдут? В свете луны можно было различить герберы, такие когда-то любила одноклассница, за которой он бегал в школьные годы. Воздух пропитался ароматом клумб, запахи уносили в воспоминания, внезапно, кто-то мяукнул сбоку, это был черный кот, от которого видны были только его глазенки, Владимир резко обернулся, чтобы найти источник мяука, это ошарашило и самого самого кота, который бросился в сторону дома. Владимир выдохнул и побрел обратно. В свете луны, с внутренней стороны здания можно было увидеть флаг помещенный во флагшток. Черный круг на белом фоне, внутри которого что-то было написано. Когда он зашел, хлопнув чуть слышно дверью, никто и ухом не повел. Он лег посередине, повернулся к Жене и едва закрыв глаза, услышал скрип соседней двери, ведущей в дом. Свет в комнате из которой она открывалась, отсутствовал, но по лунному освещению можно было определить, что это мужчина. Он аккуратно зашел и бесшумно прикрыл за собой дверь. Сначала он стоял и просто смотрел на них троих, Владимир видел это сквозь прищуренные глаза. Потом силуэт приподнял стул, стоявший у окна и поставил поближе к матрасам, пошерудил рукой по штанам и неспешно сел. В полумраке зажглась сигарета, на секунду осветив лицо, это был Руслан. Он пускал клубы дыма в их направлении, быстро делая тяги одну за другой. Можно было слышать, как он выпускает изо рта дым. Владимир не знал, что делать, кто этот Руслан? Какого черта тут вообще происходит? Ему вспомнилась сцена из книги, которая называется «L’attrape-Coeur», в которой главный герой попал в такую же ситуацию, двусмысленную, но, как оказалось, он неправильно воспринял момент, вдруг здесь нечто подобное? В любом случае, нужно было действовать, но как? Закричать? В доме спали дети, родители… А есть ли они там вообще? Что тогда? Прямо спросить, что он здесь делает? Ничего лучше не придумав, Владимир как бы невзначай резко повернулся с боку и лег на спину, попутно локтем руки крепко ударив Дмитрия куда-то между ребер.
«Ай, – вскрикнул он и резко сел на матрасе. – Ты чего творишь?»
Владимир не подал виду и продолжил наблюдать за Русланом, который моментально встал и направился к выходу, сделав вид, что и не сидел здесь вовсе, увидев, что Дмитрий на него смотрит, Руслан спросил: «Вы чего не спите?»
«Да что-то ударило меня».
«Приснилось, наверное».
Владимир открывал глаза: «Что тут у вас?»
Дмитрий прошептал: «Да ты похоже пинаешься во сне!»
«Извини».
Проснулась Женя: «Спать будем нет?»
«Ложитесь давайте, я пошел», – бросил Руслан.
Все снова улеглись, Владимир решил не спать, сначала он дождался, пока Руслан из туалета пройдет обратно в дом, а потом решил больше не смыкать глаз, мало ли что еще может выкинуть их так называемый помощник.
Утром Руслан вошел специально хлопнув дверью: «Доброе утро, пора ехать». Владимир встал первым, потому что так и не уснул: «На вокзал? Доброе».
«Да, только давайте сначала в столовую заедем».
Дмитрий протер глаза: «А у нас денег нет».
«Да я угощу, вы же мои гости».
Вчетвером через полчаса они подъехали к какому-то старому советскому зданию, на вид оно не было похоже на столовую, но когда подошли поближе, вывеска на местном языке с часами работы все же присутствовала. Столовая располагалась на втором этаже, не было ни стульев, ни столов, были толстые ковры, в центре которых были деревянные поддоны, на которые ставили тарелки с едой.
«Присаживайтесь! – сказал Руслан и указал на один из ковров рукой. – А я пока пойду сделаю заказ».
Заказы делались в широком окне, в котором можно было увидеть печь, огромный котел и мужчину-повара. Подойдя к кулинарному шефу, Руслан начал говорить на местном языке, иногда странно посматривая на троих, если точнее, посматривал он на Женю, больше всех задерживая на ней взгляд. Они оба посмеивались и Женя начала ловить на себе и взгляд повара тоже. Все трое чувствовали, что может случиться что-то плохое, но никто из них не понимал, что именно. Владимир не стал говорить о том, что случилось ночью, но решил подстелить соломку: «Ребята, пожалуйста, давайте откажемся от еды и не будем ничего есть».
Дмитрий удивился: «Да как не будем? Есть-то хочется».
Женя поддержала Владимира: «Хочется, но если честно, страшновато! У меня странное предчувствие, даже мурашки по коже пошли».
Владимир нервно теребил край ковра: «Если играть по крупному, давайте разделим то, что будет на столе».
«Как это?»
«Каждый будет есть только одно блюдо или одну единицу, например, ты будешь есть только хлеб, Женя будет есть только суп, я буду только пить компот».
Женя посмотрела в сторону кухни: «А если нам просто принесут одну кастрюлю?»
«Тогда один из нас должен отказаться от приема пищи».
«В прошлый раз твоя интуиция нас не подвела, в этот и моя бьет тревогу, давайте я ничего не буду есть» – согласилась Женя.
Владимир отказался: «Нет, это должен быть я или Дмитрий, если мы оба выйдем из строя, с тобой могут сделать что угодно».
Дмитрий вздохнул: «Хорошо, давайте я!»
Через секунду появился Руслан, он принес поднос, на котором стоял чан с супом, ломтики хлеба и какой-то кувшин с молочным питьевым продуктом, наверняка, местного производства.
Руслан улыбнулся: «Кушайте, пожалуйста».
Владимир только сейчас понял, что совершил ошибку, если допустить, что Руслан что-то задумал, то нужно было просто есть то, что ест он, избегая тем самым потенциальную опасность. Руслан налил себе молочный напиток из кувшина и стал наблюдать за своими гостями попивая из кружки. Владимир тут же сказал, что кушать ему особо не хочется, Дмитрий воздержался от супа, сославшись на то, что он в таком виде еду плохо переваривает, а Женя налила себе тарелочку, зачерпнула ложкой и поднесла к губам, глядя на Руслана. Руслан явно не был дураком, он быстро осознал, что именно провернула троица и что его в чем-то подозревают. Он залпом выпил остаток напитка, поставил на поднос и поднялся: «Извините, мне срочно нужно уйти».
Владимир посмотрел на него: «А как же вокзал?»
«Вокзал? Какой вокзал? Ааа, вокзал... Появились дела, у нас тут ходит транспорт, вот, держите» – он вытащил мелочь из кармана, кинул на стол и почти бегом вылетел из столовой.
Дмитрий почесал подбородок: «Нихрена себе». Он уже было начал вставать, когда Владимир надавил ему рукой на плечо: «Нет смысла, что ты ему скажешь? Что предъявишь?»
Женя скрутила мякиш хлеба в горошину: «Давайте хотя бы у повара спросим, он же готовил».
Они подошли к окошку с кастрюлей супа: «Что в супе?»
Повар мотал головой и говорил что-то на своем, не понимая или делая вид, что не понимал. Диалог с ним не строился, в конце концов Дмитрий сказал: «Надо хотя бы в полицию заявить», – и когда они направились к выходу, повар рявкнул: «Молчать – значит жить. Кто вам верить? Кто ты?»
Отвечать ему никто не решился, на улице первым заговорил Дмитрий: «Интересно, где здесь ближайшее отделение?»
Владимир положил руку на лоб: «Мы туда не идем».
«Как это?»
«А кто мы здесь? Подумай хорошенько, прежде, чем пойти куда-то. Откуда мы? Они местные, их будут покрывать местные, у нас… у нас вполне вероятно даже паспорта больше не имеют никакой валидности, мы бесправные тени, которые могут лавировать среди других и надеяться на то, что с ними ничего не случится».
Женя затряслась: «И что нам теперь просто молчать и забыть про это?»
«А что ты хочешь предъявить? Повар уже наверняка вылизал и кастрюлю для супа, нас там не было, он нас не видел, даже если там где-то на углу стоит камера, максимум, что мы докажем, что местный любезно нас пригласил поесть, оплатил счет, а мы выдумали эту историю ради непонятно чего».
Дмитрий сделал обиженное лицо: «Да это из-за тебя мы здесь, из-за тебя мы стали бесправными и чужими».
«А лучше родными, но мертвыми?»
Женя помрачнела: «Успокойтесь, пожалуйста, нам нужно держаться вместе».
Владимир произнес на выдохе: «Раз-два-три-четыре-пять».
Дмитрий успокоился: «Ладно, может ты и прав, может это лишь добавит проблем, просто бесит, прямо под носом».
«Понимаю и если бы верил хотя бы толику в возможность иного исхода, первым бы искал отделение».
«А маньяк-то ничего, добрый, даже на дорожку денег оставил».
«Ночью он принюхивался».
«Принюхивался?»
«Расскажу по дороге, кажется, я забыл там ключ, подождите меня здесь».
Женя покосилась на здание из которого они вышли: «Какой ключ?»
На вопрос Владимир не ответил, он открыл дверь и скрылся. Женя и Дмитрий переглянулись. Через две минуты Владимир вышел.
«И что ты там делал?»
«Оставил честный отзыв».
Женя спросила: «Он жив?»
«А чего ему будет, я его даже не видел. Ладно, в какую нам там сторону?»
«Мы здесь первый раз, как и ты».
Владимир поздоровался с прохожим и узнал, что на 91 автобусе можно доехать до самого вокзала, где стоял их автомобиль. Загрузившись и заняв стоячие места в самом хвосте, Дмитрий решил прояснить: «Так что на счет принюхивания?»
«Ночью Руслан выходил на террасу и сидел рядом с нами».
«Сидел? В смысле? Он же в туалет выходил».
«Я вернулся из толчка и не успел уснуть, он вошел, взял стул, сел рядом с нами, закурил и смотрел на нас, теперь мне думается, что смотрел он больше на Женю».
«И ты ничего не сделал?»
«Сделал, я пнул тебя локтем специально, чтобы вызвать незапланированную реакцию».
Женя вступила в диалог: «А спросить Руслана о том, что он здесь делает, ты не решился?»
«Достаточно было того, что я не спал всю ночь и бдел за вами. А так, что можно было сделать? Мы были в чужом доме, я не до конца понимал, что вообще происходит. Картинка сложилась полностью только в столовой, но и там были сомнения, поэтому я решил проверить теорию».
Дмитрий приложился носом к стеклу: «Фига ты теоретик, в следующий раз держи в курсе, он мог бы взять топор и просто порубить нас».
«Мог бы, кто-то бы вероятно даже выжил, потому в сущности, плохой исход был одинаков, еще раз повторюсь – я не спал ночью, я следил».
«И на том спасибо, но в следующий раз…»
«Сплюнь! Какой еще следующий раз!»
Автобус подъехал к вокзалу, автомобиль, брошенный на парковке, ждал своего хозяина. Под дворником был листок, на котором было накарябано «Проваливайте не оглядываясь».
Дмитрий взял листок: «Интересно, это наш спаситель или просто кто-то из местных?»
Владимир вырвал листок: чтоб посмотреть: «Это мы уже вряд ли узнаем, задерживаться здесь точно не стоит».
Дмитрий попытался завести машину, но она отказывалась.
«Вот блин, – выругался он, – Придется толкать».
Владимир с Женей явно были не той силой, которая могла бы растолкать автомобиль, в какой-то момент Дмитрий и сам вылез с водительского кресла и держа за дверь машину присоединился к этой процессии. Бестолку, втроем они смогли сдвинуть транспорт, но скорости не хватало, чтобы авто завелось. На счастье, около вокзала тусовалась группа подростков, 5-6 человек, которые играли в какую-то игру с киданием монеты об стенку, увидев, что ребятам нужна помощь, они облепили железного коня и общих усилий сразу хватило на то, чтобы через пару метров автомобиль заревел.
Владимир поблагодарил ребят.
Один из подростков, очевидно, лидер, отвечающий за всех остальных, ответил: «Не за что, а вы из России?»
Дмитрий поддакнул: «Да, вон флаг на номерах».
«Да у нас много кто на русских номерах катается, у нас такса нулевая по стране, поэтому тачки стягивают со всех ближайших стран».
«Ого, повезло, мы из Москвы едем».
Подросток провел пальцем по капоту: «Жаль, что так вышло, послушайте, мы видели, как вам под дворник запихивали листок и вряд ли там комплименты, не все здесь такие, многие хотят жить в мире и всё, что им нужно – дружба и спокойствие!»
Дмитрий улыбнулся: «Слова не мальчика, но мужа».
Не было понятно, правильно ли подросток интерпретировал эту фразу, но именно после нее он кивнул остальным головой и они побрели к стене вокзала, чтобы продолжить играть в монетки.
Владимир опустил им в след: «Еще раз спасибо за помощь!»
Подростки крикнули: «Не за что».
Машина снова была в дороге.
«Поразительно, как буквально за одни день можно проходить путь от ненависти до любви».
Дмитрий посмотрел на него в зеркало: «Ты о чем?»
«Утром и до момента с запиской включительно здесь все казалось таким враждебным, не чужим, а именно источающим опасность, а эти подростки привнесли, не знаю, любовь?»
Женя нарисовала сердечко на стекле: «Так и работает голова у людей, важно знать, видеть и ощущать, что люди все разные, а мы часто гребем всех под одну гребенку».
Дмитрий согласился: «Это да, тот парень, что мне оторвал багажник на въезде через ворота, был очень дружелюбным».
