Текст книги "Русь многоликая"

Автор книги: Владимир Скворцов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 30 страниц)

   – Так что, ты считаешь, что надо начинать воевать за них?

   – Вполне возможно, что пора и подумать об этом.

   – А я против, – вмешался в разговор Мстислав, отвечающий за армию. – И дело не в том, что мы кого-то должны бояться, нам просто нужно время подготовиться к новым походам. Сейчас армия по большей части разбросана по поселениям и занимается их охраной, или отряды уходят вместе с купцами в дальние плавания. Я понимаю, что всё это нужно, но у нас всего несколько полков, которые и можно считать настоящей армией.

   Так что сейчас надо не на новые земли смотреть, взять их мы всегда сможем, а надо навести порядок у себя в доме, собрать свои силы и только потом куда-то идти воевать. Надо армию увеличивать, причём не только пехоту, но и кавалерию. И надо всех учить воевать. Кроме того, я предлагаю разместить войска по-другому.

   – И как ты хочешь сделать, Мстислав?

   – Сейчас вся территория с поселениями, пашнями, ловами и лесами прикрыта если не острогами, то крупными городищами. Просто так на эти земли не попадёшь. Мы заселили их до волока между Доном и Волгой, причём со стороны степи они прикрыты очень хорошо, на небольшом участке стоят два крупных и один небольшой острог. Со стороны Волги нападения никто не ждёт, на юге постоянно в степь уходят разведчики. Точно также противника ищем в любых местах, где стоят наши поселения.

   Вот я и предлагаю, в крупных острогах держать по две сотни воинов, не больше. Их хватит отбиться от любого ворога. В других поселениях держать не более десятка воев, а может быть хватит и пяти, они должны следить за порядком, причём помогать в этом деле им будут местные. Остальных освободившихся воинов собрать в нескольких крупных поселениях, из них составить полки и их учить воинскому делу. Раз мы содержим свою армию, то она должна уметь воевать, а не за стенами прятаться.

   – А вот с этим я полностью согласен, – высказался Доморад, советник по торговле и внешним делам. – Воины должны уметь воевать, сколько раз купцы рассказывали, что только умение сражаться спасало людей, ладьи и товар. Наши вои всегда умели меньшими силами победить более сильного врага, и так должно быть всегда. В дальнюю дорогу много бойцов не возьмёшь, так что каждый из них должен уметь справится не меньше чем с тремя нападающими.

   – Как я понимаю, из таких поселений, где будут располагаться войска, они смогут прийти на помощь в любое место?

   – Да, государь, и я бы ещё считал нужным сказать, что готовить нам надо не только пешцев, но и конных лучников, я бы даже хотел, чтобы для пешцев тоже были лошади, тогда мы смогли бы очень быстро добраться в любое место, там оставить лошадей в тылу и сражаться как обычная пехота. В результате у нас получится такая конная пехота, как бы это смешно ни звучало.

   – Что же, можно подумать. Тем более, что территория, которую придётся защищать, становится больше. Так, Велизар, ты ещё что-то хочешь сказать?

   – Да, государь, надо увеличивать площади участков под пашню, народу прибывает, и через некоторое время зерна может не хватить.

   – Это, конечно, надо сделать, но ты в первую очередь увеличь закупки в казну и меньше отправляй на продажу грекам. Пусть меха покупают, горшки, шкуры, мёд. Это, правда, больше тебя касается, Доморад, но надо создавать запас для своих людей, а не чужаков кормить. И ещё скажу, надо увеличивать число мастерских, оружия нужно больше, да и разного инструмента порой не хватает, отчего его порой и не купить. А без него никакого дела не будет.

   – Это правильно, государь. Вон купцы принесли весть, новый народ на западе объявился, злые, сильные вои, наши отбились только благодаря умению сражаться в строю. Ещё что хочу сказать. Наши купцы во многие места дороги уже проторили, но опасные они ещё. Вот есть дорога по Дону в Азовское море, а если поставить город в его устье, то и закрыть её можно. Или давай посмотрим, как идёт дорога на запад.

   С Оки мы волоком на Десну попадём, по ней можем спуститься до Днепра, а там чуть подняться вверх – и по Припяти открыта дорога на запад. Или вниз по Днепру в Черное море. А вот если город поставить в устье Десны, то и дорогу можно закрыть, или мыто брать. Так что надо нам ещё подумать, как нам наши водные дороги защитить. Торговля нам хороший прибыток даёт.

   – Да, это ты правильно сказал, Доморад. Значит, не будем терять время. Нам надо навести порядок на занятых землях, заняться увеличением населения и ростом армии. Надо больше делать ладей и оружия. Всем изучать окрестные земли, искать места, где будем ставить остроги, чтобы защититься от набегов. В общем, всё как обычно.

   – Ещё хотел бы предупредить, государь. Стали к нам часто забредать какие-то люди, проповедуют свою веру в бога-человека. Что с ними делать?

   – А ничего не делай. Если люди её примут, она при любом запрете пробьёт себе дорогу, если же откажутся, то как ни призывай к вере в нового бога, толка не будет. А вот когда станет ясно, что люди готовы её принять, тогда и поговорим с этими проповедниками.

Глава 10

   Где-то в степи за Волгой, 350 г., десятник Радим

   – Ну вот, кажется, наши гости начали показывать свой характер. Двести лет сидели не дёргались, а вот теперь пошли за добычей.

   Спрятавшись на высоком холме среди густой травы, я наблюдал за схваткой, вспыхнувшей в отдалении. Наши старые знакомые хунну, или как их стали называть, гунны, схватились с аланами, кочевавшими в этих местах. За прошедшие с момента прихода сюда годы, гунны сумели укрепиться, увеличить свою силу и количество воинов. Видимо, тяжело им без грабежей или разбоя, настоящий кочевник должен обязательно отнять чужих лошадей, отобрать женщин и всё имущество.

   А иначе он не кочевник. И вот все эти годы, пока не скопили достаточно сил, гунны и были такими недокочевниками. Жили мирно, брали себе женщин из соседних племён, причём расположенных только восточнее или южнее наших краёв. Сейчас на территории восточней Волги кочуют аланы, вот, видимо, гунны и решили начать с них. Уже не в первый раз мы наблюдаем, что они нападают среди белого дня на пасущиеся стада, убивают пастухов и угоняют животных к себе.

   Причём если обычно угон скота – это забава юношей и показ их умения, всё ограничивается драками и погонями, то гунны действуют по-другому – они именно убивают пастухов, а это уже не просто состязание в ловкости, а объявление войны. И надо сказать, что такие нападения происходят достаточно регулярно. Аланы даже специально отгоняют свои табуны подальше от границы, но это не останавливает гуннов.

   Всё происходящее похоже на начало войны, целью которой является если не уничтожение, то выдавливание аланов с занимаемой территории. Причём в этом принимают участие не только гунны, но и некоторые соседние племена, проживающие восточней или южнее. Так, среди атакующих я видел угров. Видимо, опять кто-то идёт с востока, в свою очередь двигая всех других. Ладно, посмотрим, что дальше будет.

   Район острога Белый, 350 г., сотник Стожар

   – Выровнялись, пёсьи дети! Напоминаю ещё раз. Сегодня идём патрулировать границу вдоль реки Самара. На это может потребоваться двадцать дней. Каждому иметь заводную лошадь с запасом продуктов и оружия. Ожидается столкновение с кочевниками, и к этому надо быть готовым. Выход после обеда. Всё, можете идти собираться.

   Честно говоря, решение воеводы отправить сотню на патрулирование было ожидаемым. Если гунны начали войну с аланами, то нужно быть готовым и к попыткам забраться на нашу территорию. Вот только не было у меня уверенности, что сотни для охраны границ хватит, слишком большой участок надо контролировать. Но тут нам выбирать не приходится, поэтому и пойдём в длительный рейд, чтобы не тратить время на возвращение и суметь проверить самые отдалённые пастбища.

   Да и гонцов разослали по окрестностям, предупредили пастухов, чтобы при опасности подавали дымовой сигнал. Так что как бы мне не хотелось идти в этот рейд, какое бы отвратительное настроение при этом ни было, в установленное время сотня ушла из острога. Отойдя на пару километров, сразу перестроились в походный режим – разведка впереди и сзади, справа и слева.

   Вечером, переговорив с десятниками, назначили несколько групп в самостоятельный поиск. Они должны были двигаться далеко впереди и при обнаружении противника подать дымовой сигнал. Как оказалось, это было правильное решение. На третий день такого патрулирования разведка обнаружила отряд численностью до пятидесяти человек, тайком пробирающийся на нашу территорию.

   Кто это такие, не надо было даже задумываться, всё становилось понятно по одному внешнему виду. И ясной была конечная цель – недалеко, в дне пути, пасся большой табун принадлежащих армии лошадей. Так что, зная это, мы сумели заранее устроить засаду на пути движения гуннов. Дождавшись, когда все чужаки втянутся в ловушку, мы открыли стрельбу из луков.

   Хороший всё же лук придумали эти кочевники. Сильный, гораздо сильнее привычного нам, стреляет дальше, да и спокойно пробивает простой доспех. А у ворогов их вообще не было. Нет, хорош гуннский лук.

   Острог Деснянский, 350 г., сотник Стожар

   Добрый острог тут поставили. Давно об этом говорили, так и просится он на место, где Десна впадает в Днепр. Но всё почему-то откладывали. Правда, никто и не пытался здесь поселиться, уж больно место беспокойное. Постоянно кто-то здесь шастает. То по реке ладьи идут, то из леса приходят, а то аж из степи сюда добираются. Но в конце концов дошли у нас и до этого дела руки.

   Мне конечно трудно судить, но по моим понятиям, спокойные времена заканчиваются. За эти годы Русия окрепла, старики всё подмечают и говорят о произошедших переменах. Дороги появились, теперь из одного поселения в другое добраться стало просто, новые остроги и городища встали, старые укрепились, в местах, где раньше только ковыль под ветром гнулся, теперь пшеница стеной стоит.

   Это со стороны всякий видит. А я по своей части скажу – армия сильно увеличилась, чуть ли не вдвое. И нельзя сказать, что одни новики в ней. Нет, хоть больших сражений ни с кем не ведётся, но армия постоянно тренировалась и охраняла границы. А при этом приходилось сталкиваться с чужаками, пытавшимися грабить нашу землю. Да, и они её получали, но по большей части в оврагах, и не слишком много, столько, сколько занимало лежащее тело.

   Но что-то я отвлёкся, хотел острог осмотреть, первый раз тут, а мысли всё к одному сводятся. А место для защиты удобное. Укрепления на горе стоят, стены высокие, причём не просто городьба деревянная, а поставили клети рубленые, внутри землёй и камнями заполнены. Да ещё на земляном валу всё располагается, по стенам башни стоят, от стрелков прикрывают.

   Само городище большое, задумано, что людей тут много будет жить, купцы станут постоянно крутиться, да и тысяча воев на охрану встанет. Ведь вокруг территории не наши, чьи – непонятно, но какие-то люди тут живут сами по себе. Как нам сказали – их не обижать, пока в устье Десны поставили острог, а вот потом свободные земли начнут заселять наши переселенцы, да и местные попадут под наше влияние.

   – Сотник Стожар, – закричал какой-то воин, подбегая ко мне. – Срочно к воеводе!

   Как оказалось, я был последним из приглашённых для этого разговора. Присутствовало два десятка воинов, все сотники, ох чувствую, не зря нас собрали.

   – Значит так, воины, пришло время нам показать всем, что не зря мы себя считаем лучшими. Так получилось, что просмотрели наши разведчики чужаков, что идут на наши земли. На день пути ниже по течению Днепра завтра подойдёт и начнёт переправу орда численностью почти шесть тысяч человек. Идут готы, пехота. Противопоставить им мы можем две тысячи пешцев и пятьсот кавалеристов.

   После этого сообщения сотники заволновались, начали переговариваться и высказываться в адрес разведки.

   – Добавлю, что в лучшем случае прибудем мы туда одновременно с чужаками, то есть заранее выбрать место для боя и подготовить его не сможем. Поэтому выходить надо немедленно, причём враг может ещё и изменить место переправы. Поэтому слушайте приказ. Сотник Стожар!

   – Я!

   – Собираешь всех кавалеристов, их должно быть примерно пятьсот человек, и скорым маршем отправляешься на место возможной переправы чужаков. Твоя задача – не дать им перебраться на наш берег до подхода пехоты. Тебе дадут проводников, если сможешь – иди всю ночь. Всем остальным – передать своих кавалеристов под команду Стожара. А ты, сотник, не забывай отправлять гонцов и сообщать, что происходит.

   Теперь что касается остальных – в течение дня собрать всех, кто может биться в строю, они идут на поддержку Стожара, остальные – на защиту острога. Гонцов с вестями в соседние остроги послали?

   – Да, воевода.

   – Хорошо! Помните, други, мы можем справиться с чужаками, если будем биться в строю. Так что смотрите, кого брать с собой. И ещё. Надо сегодня подготовить для всех пешцев лошадей, так они быстрей доберутся до места. Теперь вы всё знаете о пришедшей к нам беде, так что больше разговаривать не о чем, идём защищать свою землю.

   Сталкиваться с этими готами нам приходилось и раньше. Воины они крепкие, но боя в строю не знают, хороших доспехов у них нет, да и оружие не самое лучшее, причём у каждого своё. Так что думаю, наших сил будет достаточно, если конечно пешцы не подведут. Но учатся чужаки быстро, так что ожидать от них можно всего – и воев в хорошей броне и правильного строя.

   Собрались мы достаточно быстро, встретившись после разговора с воеводой с сотниками, идущими со мной, обговорили место сбора, оружие, так что ещё до вечерней зари мы смогли тронуться в путь. Было нас действительно чуть больше пяти сотен, из них почти сотня катафрактов. Правда, в этой сшибке, на мой взгляд, большой разницы между ними и лёгкой кавалерией не будет, и она может быть использована так же, как и тяжёлая.

   Поэтому все взяли длинные копья, чтобы можно было при необходимости атаковать вместе с катафрактами. Дополнительно взяли стрел и сулиц, я больше надеялся на них, копейный удар – это уж будет от безысходности. Ладно, бой покажет, кто на что способен, как смогли, мы подготовились. И сейчас наши сотни, мерно покачиваясь в сёдлах, внешне неторопливо уходили из городища.

   Прибыли мы на место вовремя, новый день только начинался. В пути к нам периодически прибывали гонцы от разведчиков и сообщали о нахождении кочевников. Так, к этому моменту они подходили к берегу, и думаю, сегодняшний день у них уйдёт на подготовку к переправе. Как ни странно, но место они выбрали подходящее как для себя, так и для нас. Река в этом месте делала небольшой изгиб, так что на нашем берегу образовалась небольшая коса, на которую удобно было высаживаться, и она оказалась ограждённой со всех сторон достаточно крутыми берегами и лесом.

   Выход с неё был один, и хотя он был достаточно широким, но если его перекрыть, то все переправившиеся окажутся в ловушке. И если чужаки не начнут переправу немедленно, то пехота сможет полностью их блокировать на косе. Об этом плане я сообщил воеводе через очередного гонца. Так что мы отошли немного от берега, оставив там только наблюдателей, и отдыхали после ночного марша.

   Но моим надеждам не суждено было сбыться. Уже где-то после обеда большой отряд, по моим оценкам человек пятьсот, начал переправу. Пехота ещё не подошла, так что гостей встречать придётся самим.

   – Подъём, хватит лежать. Приготовиться к бою! – десятники поднимали своих людей и готовили их к бою. – Действуем следующим образом – по сигналу дозорных все дружно выезжаем на берег и открываем стрельбу. В ближний бой не ввязываться.

   В общем, получилось как на тренировке. Половина чужаков ещё была на плотах, другая часть начала выбираться на сушу, когда по сигналу наблюдателя мы выехали на берег и начали их расстреливать. На противоположной стороне реки раздался яростный вой, но для нас он звучал весёлой музыкой. Вся первая волна переправляющихся была уничтожена. Больше в этот день никто не пытался сюда добраться, ну а ближе к вечеру к нам подошли пешцы.

   Самое трудное для нас началось на следующий день, с утра. С того берега разом двинулись все, кто там был. Река почернела от такого количества плотов, но хотя враг имел перед нами значительное преимущество, оно оказалось совершенно бесполезным. Выход с косы был перекрыт нашей пехотой, а за её спиной расположились конные лучники, и они начали стрельбу, как только враг оказался в пределах досягаемости.

   Однако дальше всё оказалось не так просто. На наш берег сумели добраться около четырёх тысяч чужаков, и они, понимая, что выжить могут, только уничтожив нас, бросились в атаку. Прав был воевода, что только обученные вои смогут противостоять такому количеству врагов. Наши пешцы стояли в три ряда, закрывшись щитами и выставив вперёд копья. Первый удар был страшен, даже я, находясь за линией пехоты, почувствовал, какой силы был удар.

   Только благодаря тому, что наши стояли в три ряда, причём в момент атаки задние ряды подпёрли передних, они устояли. Некоторые чужаки сами бросались на копья, так что после первой атаки два ряда вынуждены были их бросить, на них оказались насажены враги, а вытащить оружие из тел не было никакой возможности. Но вои устояли, и тут же раздались крики десятников:

   – Держать строй! Руби их!

   Пехотинцы, оставшиеся без копий, взялись за топоры, и началась рубка. Пехота прикрывалась щитами и как могла отбивалась от нападающих. Их давление было настолько сильным, особенно в центре, что ряды, казавшиеся нерушимыми, начали прогибаться. И тем не менее, не знаю как, пехота стояла на месте. Находившиеся в первых рядах, зажатые нападающими между щитами и вторым рядом, даже после своей смерти, оставались в строю, им просто не давали упасть.

   А те, кто ещё стоял на ногах, мог в лучшем случае действовать ножом или кинжалом. И многоголосый рёв, задушенные хрипы и предсмертные проклятья перекрывал рык десятников:

   – Держать строй!

   И в тот момент, когда казалось, не осталось никаких сил, раздалась следующая команда:

   – Шаг вперёд!

   И случилось невозможное – пусть медленно, пусть еле заметно глазу, но строй начал выгибаться в обратную сторону. А мы, стрелки, понимая, что в этом наше спасение, рвали тетиву, засыпая нападающих сплошным потоком стрел. Тут не надо было целиться, куда не выстрелишь – точно не промахнёшься. Может быть, сказалась и наша стрельба, но давление на пехоту начало спадать, и становилось понятным, что пехота удержится и её с места не сдвинут.

   – Шаг вперёд!

   Медленно, почти не заметно глазу, пешцы начали освобождаться от страшного давления чужаков. Мертвые воины в первых рядах, уже не сдерживаемые напором атакующих, падали на землю, но их место тут же занимали живые из второго ряда. Уже заработали топоры, расчищая дорогу выжившим в этой страшной давильне.

   – Шаг вперёд!

   И пехота наконец-то сделала полный шаг, впервые с начала этой схватки потеснив нападающих. И всем стало ясно, кому жить, а кому умирать, что и подтвердил раздавшийся многоголосый рёв – с одной стороны торжествующий, с другой горестный.

Глава 11

   Острог Рус, 375 г., встреча царя земли Русской и наместников

   Традиционная ежегодная встреча правителей земель, объединившихся много лет назад в единый союз, названный Русским, проходила по обычному, годами отработанному ритуалу. Первые три дня отдаются пирам, охоте и прочим развлечениям, а потом проводится обсуждение общих проблем. Каждый из наместников по очереди принимал гостей. Организация такого приема была делом непростым, скорее уж почетной обязанностью.

   На таких встречах и выбирался новый царь всей земли Русской, и правил он до самой своей смерти. Его обязанностью было содержание и обучение общей армии за счёт совместных отчислений, контроль за соблюдением единых правил в различных землях царства и обеспечение всем жителям равных прав в разных концах страны, обеспечение свободной торговли на всей территории царства, ну и много другое.

   В каждой провинции – Славии, Арсе или Русии был свой князь, его избирали по принятому в этих землях обычаю, и именно он правил в своём княжестве, обеспечивая охрану его границ, порядок и процветание на его территории. Однако каждый из правителей понимал, что разделение на отдельные княжества осталось лишь как признание исторических традиций. Все люди, независимо от своего происхождения, давным-давно смешали кровь между выходцами из разных племён, и теперь, скорее всего, надо было говорить о новом народе, появившемся благодаря такому смешению.

   Так что князья понимали, что хотя ещё сила на их стороне, и они пока живут по старым обычаям, но это время подходит к концу. Люди начинают переходить туда, где им легче жить, где они могут освоить новое ремесло, и зачастую это место находится вдали от старейшин. Так жители новых мест уходят из-под власти рода и попадают под власть нового правителя – Русского царя. Именно он обеспечивает тот порядок, который даёт всем, несмотря на разное происхождение, одинаковые права.

   И такое ослабление власти местных старейшин, представляющих свой род, ведёт к ослаблению самих князей и переходу власти от местных к тем, кто обеспечивает её на всей земле Русской. Процесс этот начался не сегодня, он идёт уже давно, просто сейчас это стало понятно почти всем. И что самое неприятное, даже выход из союза в попытке сохранить власть старейшин ничего не даст, а только ослабит само княжество и приведёт к его гибели. Никому не удастся в одиночку отбиться от тех сил, что скопились на границе земли Русской.

   Так что внешняя угроза, вольно или невольно, способствовала укреплению царской власти. И хотя большинство нападений наместники провинций способны отразить самостоятельно, но и эти возможности не беспредельны. Дело ещё в том, что местные силы, ополчение, изначально задумывались как оборонительные, их предназначение – задержать противника, позволить населению скрыться в городищах и дождаться прихода военных, подчиняющихся центральной власти.

   Такой подход за счёт использования совместных усилий позволял снизить затраты каждого княжества на армию, отдав больше сил на построение нужных мастерских, расчистку земель и их заселение. Оборотной стороной всего этого являлась необходимость тщательно учитывать все имеющиеся возможности и определение направлений вторжения противника. Вот эта задача сейчас и должна быть рассмотрена наместниками.

   – Не будем нарушать установившуюся традицию, – начал совещание действующий царь Боброк. – Сначала каждый из вас рассказывает о происходящем на вверенной его управлению территории, а потом мы совместно решим, что нам необходимо сделать и на что обратить особое внимание. По привычке начнём с юга, тебе слово, наместник Русии Озар.

   – Не могу назвать сложившееся на наших границах положение угрожающим, но считать его тревожным нужно. Уже не один десяток лет идёт необъявленная война гуннов и аланов. Больше двухсот лет назад к нашим границам с востока пришло около двадцати тысяч кочевников хунну, потерпевших поражение в своём государстве и бежавших в эти места. Они сумели занять земли, не нужные никому, установить связи с соседними племенами, найти себе женщин и значительно усилиться.

   Сейчас они называются гуннами, их хоть и стало больше, но всё равно недостаточно для захвата чужих земель. Но при всех своих отвратительных качествах – страшном облике, жадности и жестокости они отличаются необычной способностью подчинять себе людей и заставлять работать на себя. Я не знаю, как это происходит, но местные племена начинают думать, как и они, и разделяют их ценности.

   То ли у них такая сила убеждения, то ли они заставляют других верить своим словам, то ли искусно всех запугивают, но обычно все покорённые племена дают им воинов и следуют за ними, воюя вместе.

   – Князь Озар, извини меня за резкость, но мы знаем историю гуннов, давай вернёмся к нашему обсуждению, – прервал речь наместника князь Избор, наместник Славии.

   – Это только вступление, я хотел лишь освежить вашу память. Так вот, теперь в степях за Доном идёт настоящая война, с одной стороны аланы, старающиеся сохранить свои земли, с другой гунны, пытающиеся их прибрать себе. И похоже, что аланы эту войну проигрывают. Да и пёс бы с ними, они в своё время и нам много бед причинили, но тут следует ожидать другого.

   Как мне кажется, когда аланы потерпят поражение, гунны отправятся дальше на запад, именно там можно найти хорошую добычу и богатые пастбища. Но прежде чем покончить с ними, гунны возьмутся за нас. Нельзя идти в дальний поход, оставляя за спиной сильного врага.

   Они конечно и раньше пытались атаковать нас, но как-то неуверенно, словно и сами не знали, нужно им захватывать наши земли или нет.

   – А что изменилось? – спросил Сокол, наместник Арсы.

   – Сейчас, похоже, готовится настоящее вторжение, причём не ради захвата земель, а обыкновенного грабежа. Как я уже говорил, разговоры идут о том, что аланы вот-вот сдадутся, дорога на запад будет открыта, и нельзя уходить, оставляя за спиной сильного врага, то есть нас. Да и отомстить хотят за всё, что получили раньше.

   – Да, до меня тоже доходили такие вести, – сказал Боброк. – Тебя ещё что-то беспокоит, князь?

   – Набег – самая главная угроза нашей земле. С остальным мы справимся своими силами, но для отражения нападения чужаков потребуется помощь.

   – Я тебя понял, Озар. Давай мы выслушаем остальных и потом будем принимать решение. Князь Избор, тебе слово.

   – У нас всё происходящее несколько похоже, хоть и не так тревожно. На наших границах происходят постоянные попытки вторжения. Дело в том, что с запада идёт волна переселенцев, похоже, что большая их часть уже прошла, но сейчас идёт вторая волна, а также те, кто от них спасается. Дело в том, что раньше вблизи наших границ прошли готы, наши земли оказались в стороне от их интересов, они шли к морю и на Дунай, но краешком зацепило и нас.

   Но это привело к тому, что живущие тут люди, лишились всего. И они побежали, причём многие в наши земли. Отдельных спасающихся от набега мы принимаем, но есть и те, с кем приходится воевать. Это только часть пытающихся проникнуть на наши земли. Есть ещё другие, идущие следом за готами, они занимают места, с которых уже согнали жителей прошедшие впереди. Их всех не перечислить, но таких достаточно много, и хоть они не такие агрессивные, но хлопот доставляют много.

   И не стоит забывать, что хотя сами готы прошли к Черному и Азовскому морям, порушили города греков, с которыми у нас была торговля, сцепились с римлянами на Дунае и подмяли под себя Днепр в нижнем течении, они могут и вернуться. Так что и у нас есть постоянная угроза вторжения с юга и запада.

   – Это всё, что тебя беспокоит, князь?

   – Да государь.

   – Хорошо, теперь тебе слово, князь Сокол.

   – У нас всё гораздо спокойней, не могу сказать, что всё тихо, но нет ничего подобного. Мы потихоньку расширяем свою территорию, в основном двигаемся по рекам. Порой встречаются новые племена, вот с ними и происходят небольшие столкновения. Были попытки вторжения на наши земли из-за гор, но мы справились своими силами. Так что у нас происходят в основном нападения лесных татей, нет какой-то одной силы или народа, стоящего за ними.

   – Понятно, князь. Теперь давайте решать, что нам делать. Всё, что было сегодня сказано, совпадает с тем, что удалось узнать и нашим разведчикам, и купцам. И я согласен с опасениями, что возможно вторжение, во всяком случае – его попытка. Так что надо к этому готовиться, для чего предлагаю начать стягивать войска в городища Оскол, Пенза и Канит. По моим оценкам, в каждом из них можно собрать по десять тысяч пехоты и кавалерии.

   Я понимаю, что этого мало для отражения крупного вторжения, но это практически все наши свободные силы. Конечно можно, например, войска из Пензы разделить между Осколом и Канитом, но тогда мы оставим без защиты междуречье Волги и Донца. Войска в Осколе прикроют запад и юг, в Каните – восток и юг, в Пензе – юг, и кроме того, могут подойти на помощь любой из групп – в Осколе или Каните.

   – Я думаю, это хороший план, – задумчиво протянул Озар. – Каждый из этих отрядов, если он обучен и у него хороший командир, способен сам справиться с противником большей численности.

   – Можешь не сомневаться, князь, обучены хорошо и командиры испытанные. Кроме того, думаю, что вы к ним сможете добавить и свои силы, если не равные этим, то никак не меньше половины, – ответил Боброк.

   – Да, пожалуй, это наилучший выход, – согласился Избор.

   – Хотел бы обратить ваше внимание еще на некоторые особенности происходящего, в первую очередь касающиеся тебя, Избор. Готы, когда прибирали к рукам Тавриду и земли вокруг Азовского моря, взяли и разрушили Танаис, с которым мы вели торговлю. И если раньше выход в море контролировался дружески настроенными к нам людьми, то теперь мы можем его потерять. Так что подумай, князь, может, восстановить своими силами город? Если у вас не получится, то скажите мне, я попробую добиться того же самого сам.

   – Хорошо, государь.

   – И ещё. Думаю, надо брать под контроль земли от устья Десны, в том числе и Днепр выше Деснянска. Готы там, или ещё какие пришельцы – уничтожать безо всякой жалости, выжившим местным обеспечить защиту, беженцам давать землю. Она должны быть нашей.

   – Я понял, государь, будем брать всё под себя.

   Где-то в степи между Волгой и Доном, 375 г., сотник Ростислав

   – Так, повторяю ещё раз – ничего нового придумывать не будем, действуем как обычно, – закончил обсуждение воевода Унибор, командующий нашими войсками. – Легкой коннице заманить противника в Косую падь, там его будет ждать пехота и оставшаяся часть лёгкой кавалерии. Катафракты будут в засаде и нанесут удар в нужный момент. Всё, приготовиться к маршу.

   Получив последнее напутствие воеводы, все отправились по своим отрядам, и вскоре войска тронулись в путь. Дело привычное, надо заманить – заманим. Противник хорошо известен, хотя в этот раз их что-то много. На нас идут гунны, как говорят разведчики – тридцать тысяч. Вот их нам надо остановить, а у нас десять тысяч пехоты, пять тысяч лёгкой кавалерии и пять тысяч катафрактов.

   У противника войск хоть и больше, но как-то трудно их оценить. Дело в том, что это не войско какого-то племени или народа, а сборище людей, называющих себя воинами. В него входят сами гунны, правда их немного, но именно они собрали эту толпу и повели на смерть в наши земли, угры, аланы, другие малознакомые племена, кочующие дальше на востоке.