Текст книги "Имперская стража (СИ)"

Автор книги: Владимир Атомный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Вероника обогнула стол и остановилась, переведя на меня взгляд. Я понял, что нужно выполнить просьбу и смог сдвинуться с места. Весь совет, кроме Роберта, сопровождает глазами.

– Это довольно неожиданно и… – старкоординатор развела руками.

– У нас не только сменится глава, но появилась новая должность – заместитель председателя, – сообщила Вероника, неспешно занимаясь приготовлением. – Им буду я. Это значит, что качественно ничего не изменится, но у меня будет больше времени для отдыха.

– Что-то я сомневаюсь, – всем видом показала скепсис Регина.

– Кто-то ещё хочет кофе?

Роберт попросил двойной, а Сиг предпочёл воду, но остальные, конечно же, только рады получить чашечку из её рук.

– Спасибо за переживания, – нежно коснулась плеча Вероника. – Я постараюсь не перерабатывать.

– А что нам ученикам говорить? – спросила Регина. Мне, конечно, неуютно присутствовать при таком одностороннем обсуждении, но ситуация обязывает.

– Не совсем понимаю вопроса, – обернулась Вероника, а по моей спине пробежал мороз. Во взгляде появилось раздражение, хотя голос по-прежнему идеально спокоен.

– Боги, Вероника, – схватилась Регина за голову, – они же перевозбудятся все из-за этого. Ты, Матус, не обижайся, но вы абсолютно в разных «весовых» категориях. Во-первых, голосование, а во-вторых, у нас в школе полно толковых людей на первую должность. Что прикажешь отвечать на эти вопросы?

Вероника закончила с первой чашкой, добавила молоко и сироп, затем, и я даже дыхание затаил, поднесла ко рту и сделала осторожный глоточек. Видимо, удовлетворившись вкусом, прошествовала ко мне. Я с трепетом принял дар и попробовал взглядом показать, насколько ценю всё это.

– Всё правильно, Регина. Было голосование. Любой может зайти на сайт нашей школы и посмотреть, у кого девяносто семь процентов голосов. И поэтому я в полном праве решать, кому сидеть на этом месте, – с теплом закончила Вероника, показав рукой в мою сторону. – Но это для общественности и чтобы никто не чувствовал разъедающей несправедливости. А по факту, дорогая моя подруга… – подошла к ней Вероника и прихватила за плечи, взявшись мягко разминать, – я вольна делать всё, что захочу. Ты же понимаешь?

Такой контраст каждому, кто в кабинете, дает гамму эмоций. У меня это восхищение и смущение. Я не могу перестать любоваться стихийной частью – прекрасной хозяйкой кабинета. Истинной хозяйкой и неотделимой, живой его частью. Регина же оказалась на распутье: с одной стороны, получить приятный массаж от великолепной Вероники – удача из удач, но с другой она оказалась на очень тонком льду.

– Прости, пожалуйста, я вовсе не хотела как-то…

– Тс-с-с, – оборвала её Вероника, продолжая массаж. – Я всё знаю и понимаю, но прошу всё же быть мне поддержкой. Хорошо?

Регина поплыла. С трудом нашла силы, чтобы кивнуть. Мы же, все как один, оказались под действием этой магии, которая на самом деле лишь блеклая тень истинных возможностей Вероники, но в то же время яркая картина её личностных качеств не связанных с оккультным началом.

– Сделаем так: официально Матус будет временно замещающим пост председателя. Я испытываю острую нехватку времени и поэтому мы были вынуждены принять такое решение.

Накал страстей спал и Сиг с облегчение выдохнул. Роберт мечтал о кофе и сейчас занят им и только им. Светлана же наблюдала за обсуждением веселясь, не разделяя драмы.

– Ребята, – поднялся я, – меня, как и вас сегодня, Вероника попросила о помощи. Мы уже не одно дело смогли успешно закончить, поэтому я посчитал, что всё же справлюсь, да и отказать просто не могу. Думаю, вы меня понимаете. Прошу, не подумайте, что этот пост для меня вроде парадного наряда, чтобы повыпендриваться перед друзьями. Я очень хорошо понимаю всю меру нагрузки и, что важнее, ответственности. Вероника подтвердит, что до последнего пытался найти какой-то ещё вариант, но только бы не браться за поистине трудную задачу, где на весах судьба любимого Бастиона и судьбы таких же как я учеников. Пока – это единственный вариант, поэтому очень вас прошу быть ко мне снисходительней и помочь сохранить совет таким же замечательным, каким он есть сейчас.

Склонился, чуть не врезавшись головой в чашку с уже выпитым кофе.

– Ты, как всегда, – первой прервала тишину Светлана. – Только же недавно работали вместе. Было бы чего нового.

Я разогнулся и полный чувств плюхнулся обратно в кресло, Вероника подарила слегка насмешливый, любопытный и одобряющий взгляд. Я улыбнулся, пожав плечами.

– Так! – подхватилась Регина. – Что-то тут посуды много грязной, давайте-ка я помою…

Этим она помогла случится ещё одной чашке кофе. Параллельно, Роберт стал вводить меня в курс дела по научным разработкам школы. В самых общий чертах, конечно же. Цель этой деятельности – уже сейчас сформировать пул ребят, что после окончания Бастиона сразу пойдут работать в спеццентры, одновременно повышая квалификацию. Мне известно кое-что из проектов, вроде тех же Живых Стен, но масштаб представлялся иным. Оказалось, что ребята четвёртого года обучения, далеко не так беззаботны, как мы, и редко возвращаются домой днём.

Вероника добавила к этому, что Империя готова вкладывать очень большие средства в науку, но с нашей стороны должен быть очень строгий контроль за эффективностью. В идеале – нужно найти золотую середину между наиболее практичными и понятными проектами, но при этом не душить поиск альтернативных разработок, пользы от которых может не быть вообще, а средств потрачено много.

Обсуждение научных кружков было в повестке, поэтому, когда с этим закончили, быстро прикинули план мероприятий на завтра и стали прощаться. Я поблагодарил ребят за всё и даже вышел проводить.

– Ты так умилительно волнуешься и суетишься, – со лёгким смехом отметила Вероника, когда дверь закрылась. Она устало присела в кресло, перед этим специально придвинув второе, с удовольствием сняла туфли и медленно вытянула изящные ноги. Я довольно смело, как представляется, полюбовался зрелищем.

– Не хочу тебя подводить.

Мне вдруг пришла в голову совершенно шальная, но крайне настойчивая мысль – повторить за Вероникой и сделать ей массаж, но не шеи, хотя я готов и там, а ступней. Мысль от того вышла весомой, что я прокрутил в голове, сколько чудесная хозяйка кабинета ради меня шагов сделала, а ведь наверняка ножки устали ещё к началу совета.

– Эм-м, Вероника, – разомкнул я уста, – могу я сделать массаж ступней, если ты не против?

Выражение лица наполнились удивлением, затем фиалкоокая красавица отвела взгляд и призадумалась.

Отвечает с полуулыбкой:

– Неожиданное и соблазнительное предложение. Я совершенно не против. Только будь добр, подай мне ещё одну подушку.

Вероника с наслаждением откинулась и прикрыла опахала век. От взгляда на ступни меня пробрал трепет. Трудно начать действовать, едва сумел заставить себя присесть на подлокотник кресла.

Ножки Вероники обтянуты в плотные колготки чёрного цвета. Как заядлый любитель комиксов и мультипликации по ним, я хорошо знаком с фанатским сервисом и неплохо разбираюсь в ножках. Ясное дело, что даже будь они не столь изящными, не повторяй они линия в линию лучше работы художников, сам факт, что принадлежат Веронике даёт им сто очков сверху. К моему трепету и дрожи в руках, изящество форм тела дочери Исинн полностью соответствует высокому положению семьи в обществе. И сейчас мне совершенно не стыдно ощущать себя заядлым фетишистом. Я подобен даже гончару, что с большим трепетом касается фарфоровой фигуры.

И всё же постарался, чтобы массаж был полноценным. Нельзя думать только о себе. Я терпеливо начал неторопливый процесс разминания каждого сантиметра доверенной мне драгоценности.

Немногим позже мы сели напротив друг друга, чтобы снова вкусить кофе. Мимикой, взглядами и нечаянными касаниями уже успели объясниться в чувствах после удивительного акта массажа. Теперь пришло время для иных разговоров:

– Когда мы договаривались, что завтра будем ходить по школе и выполнять план мероприятий, то стало довольно грустно.

– Я тоже ощутила эти чувства. Кто знает, когда мы сможем вновь вернуться.

– И вернёмся ли вообще, – выговорил я и даже головой непроизвольно дёрнул.

– Это правильное замечание. Я не доверяю Рейвиолле, хотя бы, потому что она Богиня и свободна от пут морали и каких-либо принципов.

– М-да, уж… а я надеялся, что с приключениями покончено и можно будет сосредоточится на учёбе и остальном.

– Вроде демонстрации навыков массажа? – вскинула бровь Вероника.

Я не дал смущению смешать мысли и отвечаю:

– В том числе. Благодарю за возможность.

Вероника смотрит пристально, выдерживая паузу и закладывая чувственный смысл в это.

– Будем считать, что я у тебя в долгу.

– Ну, нет.

– Ну, да, Матус. И не спорь, пожалуйста. Лучше расскажи, как прошла ночь? Валентина в школе была?

Меня тут же выдало тело: глазам стало вдруг интересно поразглядывать что-то в кабинете, лицо и уши запылали, а в горле пересохло.

– Да. Она немного опоздала и ещё забыла смартфон дома. Обещала тебе позвонить, как вернётся.

– Хорошо, – коротко кивнула Вероника, – а теперь можешь рассказать про ночные события.

– Не могу, если честно, – посмотрел я на неё загнанным зверем. – Зря ты доверила мне это дело. Конечно, ничего не было. Вернее практически ничего, но…

Губы Вероники дрогнули, затем она облизала их и сделала долгий вдох и выдох.

– Если Валентина позволила себе лишнего, Матус, ты можешь сказать мне об этом.

– О, ну я бы не сказал, что всё было именно так. Ты же знаешь, какая она. Думаю, что не стоило другого ожидать и вообще… Поэтому, наверное, лучше просто забыть… то есть, принять, как есть.

– Да? – спокойно переспросила она и губы снова дрогнули.

– Ага, – эмоционально закивал я, – самый лучший вариант.

– Как любопытно…

– Да ничего и не случилось толком. Так, досаднейшая случайность. Она лишь проснулась ночью и запнулась об меня.

– И всё?

– Да. Упала, конечно, но не ушиблась.

– Это хорошо.

– Я тоже так подумал. Хорошо, что на меня, а не в стол или об угол. Всякое же могло случиться.

– Согласна, – серьёзно кивнула Вероника. – Значит на тебя упала?

– Очень удачно, да.

– Даже удачно? – вскинула она бровь.

– Э-э… – растерялся я, понимая, что лучше бы тему закрыть, а то из-за приступа совести выдам себя без остатка.

– Но ничего же не было? – с улыбкой переспросила Вероника.

Тут уж я поднял голову и откровенно отвечаю:

– Нет.

– А на мелочи мы внимания обращать не будем.

Я поскорее кивнул. Вероника же перестала сдерживаться и громко рассмеялась. Я с готовностью присоединился.

– Но это стоило очень больших трудов. Пожалуй, больше я не хочу таких испытаний.

– Понимаю тебя, Матус. Валентина стихийна, как сама природа, но поверь мне, ты очень сильно повлиял на неё.

– А мне кажется, что ты, – возразил я, с удивление воззрившись на Веронику.

– Хорошо, что так. Всё же она была очень проблемным ребёнком и мне приходилось брать на себя часть груза заботы. Присматривать, следить, чтобы никто не пострадал. Сейчас намного проще. Ну, и если сравнить, – с выражением произнесла Вероника, – то возможные жертвы в прошлом и риск испытать всю меру любви для тебя – это совершенно разные вещи.

Я нервно рассмеялся. Память охотно показывает картины прошлой ночи, причём, когда это происходило, я мог лишь ощущать, слышать и различать запахи. Сейчас же, будто кто дорисовал недостающее.

– Что же, – поднялась Вероника, – благодаря тебе моим ногам теперь нипочём любое продолжение дня и, ввиду этого, предлагаю поехать куда-нибудь на ранний ужин. С минуты на минуту изволит позвонить Принцесса, я приглашу и её, а пока она соберётся и её бесценное, не дающее тебе покоя тело доставят до ресторана, мы заедем за Агнией. Она сейчас… со Светой! Не против, если и её пригласим провести с нами время?

Я оказался не против, с трудом переваривая шутку про «тело». Мы быстро навели в кабинете порядок и дружно двинулись к выходу.

Минут через десять, успев обговорить пару вопросов с преподавателями по пути, с удовольствием заняли места в салоне лимузина. Вадо хорошо следит за вверенным линкором, поэтому каждый раз мы словно в новый садимся.

Выдав трель спецсигнала, пожилой водитель развернулся через двойную сплошную и на большом ускорении рванул в сторону высоток, где живёт Светлана.

Я выудил из кармана школьных брюк смартфон:

– Здорова!

– Подозрительно что-то, – отозвалась художница и автор легендарного комикса.

– Хочу пригласить вкусно покушать. Поедешь?

– Ты на свиданку меня приглашаешь что-ли? Не-не, Матус, спасибо, но я пас.

– Вот сейчас больно было… – проговорил я, поморщившись.

– Блин, ну извини. Ты классный парень, но тут понимаешь… мы с Петей вроде как встречаемся. Чёрт! Почему я тебе это вообще рассказываю⁈

– У-у-у!.. – многозначительно протянул я. – Вот оно как, оказывается.

– Слушай, ты не охренел ли…

– Постой! Я должен дать тебе совет, как не испортить своей популярности. Это важно!

– Ну?

Вероника во всю забавляется, слушая нашу беседу. Я улыбнулся ей и сыграл бровями.

– Нигде и никому не говори в Сети, что у тебя есть парень.

– Слышь!..

– Света! Я серьёзно. У каждого фаната должна быть надежда, понимаешь?

Она шумно выдохнула и говорит:

– Он не мой парень, это раз. Мы просто гуляем. И я тебя поняла.

– Вот и чудненько. Вообще-то я и Вероника едем к тебе, чтобы захватить вас с Агнией в ресторан. Так что, собирайся.

– Чо-о-о⁈ Вот почему заранее нельзя было предупредить? Мы только разложились.

– Свет, ну прости. Причина есть, поверь. Очень серьёзная и большая. Выручай нас.

– Ладно, – устало отозвалась она. – Ради Вероники и ради одного верного и самого преданного хомячины.

– Спасы-ы-ыба!

Ткнув в красный значок, я повернулся к продолжающей улыбаться хозяйке лимузина.

– Вместе же пойдём?

– Как скажешь.

– Ты же была у Светы? – уточнил я на всякий случай.

– Ни разу.

– О, а почему?

– Ты полагаешь, что раз она моя подруга и член совета, то должна была?

Я растерянно пожал плечами.

– Скажем, мне известно, что Света немного передо мной стесняется за родителей.

– А-а-а, вот как раз о них я и хотел предупредить. Хорошие люди, просто странные.

– Посмотрим, – подмигнула мне Вероника.

Мы вышли. Вадо тоже выглянул и говорит:

– Я припаркуюсь за этими высотками.

Семья Светы живёт в одном из многоквартирных домов, в силу высоты напоминающих свечки. Тут целый район таких, гармонично вписанный в сложный архитектурный ансамбль Ружияра. Цветовая гамма преимущественно тёмная, со стеклянным холодным блеском и матовыми элементами из бетона и сплавов.

Скоростной лифт быстро вздёрнул нас на несколько десятков метров и спустя мгновения, я уже нажал кнопку домофона. Светлана открыла дверь с зубной щёткой в одной руке и зажатой одеждой в другой. На ней светлая майка с принтом блюющего радугой единорога и шорты. Хорошо подходит для её неброской внешности худощавой блондинки.

– Как вы быстро. Заходите пока, а то мы не успели собраться.

– Матус уже предупредил о родителях.

– Это, ну… – не нашлась она, а потом махнула рукой с зажатой щёткой, – короче да, не надо обращать внимания – они, как раз работают.

Я заверил Светлану, что мы за десять минут не пропадём и она умчалась в комнату. Представлять взрослых было бы как-то глупо, учитывая что они в нашу сторону даже не посмотрели, поэтому сразу же повёл Веронику на кухню, свернув влево. Окна здесь панорамные, если не считать перекрытия части обзора одним из зданий, можно полюбоваться на блистательное величие Ружияра. Света разрешила пользоваться кухней и поэтому я предложил напитки, но Вероника отказалась. Себе налил яблочного сока.

– Хоть сам я деревенский, но чувство такое, что породнился с городом. Вот смотрю и успокаиваюсь даже. Странно, да?

– Может и так, – посмотрела на меня Вероника. – Ружияр очень красивый и статный, сложно устоять и не влюбится.

– А ты любишь? – озвучил я вдруг возникший вопрос.

Вероника тихо рассмеялась.

– Всегда удивляешь меня, Матус. Кроме тебя никто бы не спросил.

– А-э… – потянулся я к затылку.

– Это же должно быть очевидным: дочь второго по значимости рода, я родилась здесь и живу. К этому всему – довольно успешно развиваюсь и строю карьеру. Наверняка я до безумия люблю столицу и постоянно провожу время в гуще её жизни.

Вероника посмотрела на меня, чтобы получить реакцию.

– Звучит правдоподобно, просто мне сложно судить, ведь я знаю, как есть на самом деле.

– И как же?

– Ну-у-у… конечно, если количественно сравнивать, то в Ружияре ты проводишь много времени. Тут всё сходится, однако после школы едешь домой, а не в эту самую гущу.

– Интересно узнать твоё мнение, – рассмеялась она. – У меня нет особых чувств к Ружияру. В то же время хорошо понимаю, каких усилий он стоил Империи и вижу результат труда всех подданных. То есть я уважаю столичный статус и чувства к городу. Ты приехал сюда по собственной воле, в поисках лучшей самореализации, но ведь мог бы и в Зворе учиться – там тоже хорошие школы. А если посмотреть на выбор в моей жизни, то его фактически нет. Даже в Росток было нежелательно поступать. Только Бастион и только Ружияр! Как-то сразу отношения не задались.

Рассмеялись. С горечью, конечно, но иначе никак. Я оглянулся – разговор интересный и важный, как бы не прервали. Хорошо, если повезёт.

– Всё равно я не понимаю, почему так строго? Вон, Валентина, ей же вообще побоку всё.

– Она – это ещё одна причина быть лучше. Мы заложники своего могущества, Матус. Всю жизнь на службе. Не принадлежим себе.

– Хм-м… – окунулся я в мысли. – Если так посмотреть, то… мне теперь значительно проще на посту председателя. Хорошо, что обсудили эту тему.

Я удостоился взгляда полного удивления.

– Всё просто – ты хочешь внести немного хаоса и своеволия в жизнь, закованную в правила. И я готов помочь тебе в этом.

Вероника очень тонко сыграла мимикой и отвернула голову.

– Ещё и сообразительный.

– Я?..

В этот момент из комнаты вышли девочки. Агния – само совершенство стиля и нежности. В наряде присутствует специальная нотка неряшливости, цвета выбраны из пастельной палитры – молочный и бледно-красный.

Света вид имеет раздражённый и взъерошенный, хотя одежду сменила на косплейный вариант зимней школьной формы: шерстяной жилет поверх матроски, юбка и тёплые колготки.

– Хочу кого-нибудь убить. Выбор одежды – это явно не про меня. Может, всё же сами поедете?

– Тебе идёт эта форма, – отметила Вероника.

– Я тоже так думаю, – обрадовано заявила Агния, – потому и порекомендовала надеть её.

– Блин, Свет, вот я тебе как бро скажу, – решил вмешаться и я, – если мешок или пакет бумажный наденешь с дырками, большой такой, но при этом люди будут знать, что ты – это ты, то есть Сабрина Грог, уже завтра большая часть фанатов оденется так же, а через неделю это станет общественной нормой. Расслабься ты на эту тему. Сейчас всё круто.

– Ты капец комплименты мастер делать, – шальными глазами посмотрела она. – Это получается, мне ничего не поможет уже, да? Только репутация автора грёбаных комиксов?

– Да чего ты прям? – с чувством поспешил ответить я. – Не про это же говорю. Тут смысл в том, что если они тебя в этой форме увидят и при этом будут знать, что Сабрина, то всё, помрут от избытка чувств. Я сам еле держусь. Если бы не бесконечное уважение к председателю, то тут бы знаешь что было…

– Может мне выйти? – поддержала Вероника.

– Стоп! – выдала Светлана, выставив руку. – Я поняла.

– А что бы случилось? – наивно поинтересовалась Агния.

– Я только уточню, – мастерски играет Вероника, – вы с тем парнем же пока не пара?

– Нет, – замотала головой Света.

– Тогда я знаю, что можно подарить Матусу в ближайшее время. Устроить настоящий сюрприз.

У Светы вырвался нервный смешок, да и меня начало душить беспокойство на пару с любопытством.

– Ух ты! – отозвалась Агния. – И что же?

– Я выберу для Светы самый лучший вариант летней школьной формы. Попрошу заранее Матуса, чтобы составил выборку среди рисованных моделей. Затем мы съездим в ателье и закажем лучшее исполнение. Для дальнейшего понадобятся затратные приготовления, но результат всё оправдает. Мы найдём или съёмную квартиру, или дом, где оборудуем скрытые камеры для фиксации происходящего. Затем я приглашу Свету на встречу, так, чтобы она не знала, кто ещё будет. И Матуса. Уже вижу эту картину – он звонит в дверь, её открывает пришедшая раньше Света в форме, а дальше мы уже будем наблюдать. Не под запись, а для себя. С тобой, Агния. Встреча автора и фаната. Пылкие обсуждения произведений.

Пока я несколько шокировано пытаюсь собрать мысли для ответа, Агния сжала кулачки и говорит:

– Звучит очень впечатляюще. Я только не понимаю, зачем нужны все эти приготовления, ведь Матус и так со Светой постоянно обсуждают комиксы, но тебе виднее, наверное.

– Я начинаю жалеть, что вступила в совет, – картинно отшатнулась Света.

– А пути назад уже нет, – улыбнулась Вероника, с фиалковым пламенем в глазах.

«Мраморный угорь» – заведение для пожилых обеспеченных пар, где подают особенную кухню с ощутимой надбавкой в цене. Много лет назад, на набережной Ружияра располагался рынок свежей рыбы и морепродуктов, доставляемых по руслу. Тут же и множество маленьких ресторанчиков, где свежевыловленную рыбу могли разделать и приготовить. Когда Двор затеял массовую перестройку города, рынок было решено перенести, а вместо разношёрстной кучи мелких заведений оставить одно. Им и стал ресторан Мраморный Угорь – семейное дело, где дата основания отстоит более чем на двести лет от нынешнего года.

Поехать сюда предложила Валентина, так как была с отцом и помнит отменный вкус подаваемых блюд. Уже остановившись возле спуска к набережной, Вероника попросила нас выслушать её. Время успело склониться к вечернему, у многих людей закончился рабочий день, поэтому очевидцев неповторимому кортежу и вышедших из него особ оказалось много. Из уважения никто не подходит, но уж фотографировать и обсуждать запрета нет, поэтому мы подошли поближе друг к другу, окружённые основательной толпой.

– Сейчас мы пойдём в ресторан и хорошо проведём время, однако я хочу всех вас попросить, и особенно тебя, Валентина, соблюдать умеренный тон и вести себя сдержанно. Мраморный Угорь специально завышает цены на меню, чтобы уже умудрённым годами подданным Симфонии было комфортно проводить там время.

– А чего я-то сразу? – искренне удивилась Валентина.

Я просьбу воспринял спокойно, хорошо понимая, что запретить нам посещение, конечно же, никто не сможет, но пользоваться положением лучше не стоит.

– Лиса, ты – дочь Императора. Каждый из работающих и находящихся там безусловно стерпит всё, что мы можем выкинуть. Однако репутация семьи это первое, о чём тебе следует вспомнить, прежде чем что-либо сказать или сделать. Мы уже не дети и каждый промах имеет далеко идущие последствия. Ты и сама знаешь, как бывает непросто нашим отцам договариваться с Советом.

Вероника перевела на пару мгновений взгляд на Свету. Та захлопала глазами и тут же показала, как застегнула рот на замок.

– Ой, ну подумаешь им там что-то не нравится, – возвела глаза к небу Валентина. – Пусть радуются тому, что вообще с ними кто-то считается.

Я давно знаю Веронику и потому едва-едва заметные перемены в мимике могу трактовать правильно – она в гневе.

– Лисонька, а дай я тебе на ушко кое-что скажу…

Довольная предложением, Валентина тут же склонилась и с улыбкой приготовилась слушать. Но губы тот час вернулись к серьёзному положению, а на лице я считал, что в душе у безрассудной Принцессы разверзлась и ширится пропасть. Вплоть до невернувшихся слёз.

– Я… я поняла, Ника.

– Простите меня за менторство, – склонила голову Вероника.

– Ты хорошая, – выступила Агния, блистая глазами. – Буду брать с тебя пример, ведь я теперь тоже представитель рода.

Валентина тут же поплыла от умиления, да и нам всем потеплело в груди.

– Благодарю, Агния, – церемонно ответила Вероника. – Буду приглядывать за тобой.

– Как старшая сестра, да?

Мне кажется, что даже вольфрам бы оплавился от такого.

– Именно так, моя миленькая младшая, – тепло проговорила Вероника.

Уж и не знаю чего там наснимали зеваки, но особые кадры точно должны быть.

Наконец мы пошли по ступеням вниз. Света под нос перебирает все ругательства, которые знает.

– Что случилось?

– Это фиаско, Матус, – тихо отвечает она. – С какого фига их так много. Мы же просто должны были поужинать в ресторане.

– А чего тебе стесняться-то? – удивился я.

– Вот этого! – прошипела она, показывая на форму. – Вырядилась, блин.

– Эй, Свет, – едва слышно проговорил я, состроив максимально похабную мину, – ты, видимо, совсем не разбираешься в фетишах парней. Ты сейчас особенно хороша.

Она посмотрела диким взглядом.

– Без шуток?

Я сыграл бровями и чуть не взорвался от хохота – такая роль явно не по мне. Свету тоже взял смех и она расслабилась.

Приезд двух самых знаменитых дочерей в Империи не мог оставить ресторан в покое. Вероника мгновенно перехватила инициативу и велела персоналу не делать из этого событие. Простой столик на большую компанию.

Сидящие в зале тоже быстро заметили высоких гостей. Шелест удивления прокатился по столикам, но быстро стих. Всё же здесь ужинают наиболее степенные посетители.

Вероника объявила, что оплатит общий счёт и нам не нужно скромничать, на что сначала Света, а за ней и Агния отказались принимать подарок – им хотелось оплатить самим, благо денег с продаж комикса хватает. Вероника спорить не стала, но поставила условие, что общую сумму поделить на пять и примет с каждой девушки по равной доли.

Советы по выбору блюд даёт Валентина, я стараюсь не смотреть на впечатляющий ценник, хорошо понимая, что тех карманных крох, что могу выделить, хватит разве что на чашку неплохого чая или кофе.

– Мне казалось, – тихо проговорила Вероника, – что после Золота Симфонии, ты избавился от робости при заказах.

– Пока прихожу в себя от цен.

– Может, я чего не помню, Матус, но в том меню цифры позначимее, разве нет?

Я полюбовался таинственной и по-доброму ироничной улыбкой на лице Вероники.

– Кажется, что на тот момент я не совсем понимал их истинную величину.

Можно сколько угодно наблюдать за тонкой игрой мимики на её аристократическом лице – бровь вздрогнула, приподнявшись.

– Скорее развей шальные мысли в моей голове, Матус, неужели ты стал отцом и вышел на работу?

Я чуть не взорвался от смеха, подобно дракону, меня обуяло желание исторгнуть вопль хохота.

Переварив это, я вытер выступившие слёзы и говорю:

– Понимаю, конечно, что где одна реальность, там и вторая. Может быть я даже скрыл от вас, что ещё одна Богиня позвала в свой мир, а там я и отец, и работу работаю, но нет. Хвала Богам.

– Хи-хи! Забавно. И всё же, Матус, я бы хотела, чтобы ты не думал о цифрах в моём присутствии. Это возможно?

Сначала я окунулся в фиалковый омут, а чтобы не потерять связь с миром, опустил взгляд ниже – на алые губы. Сглотнул.

– Я постараюсь. То есть, сделаю. Больше не буду.

Вечер грозил быть настолько фантастически хорошим, что у меня само собой на лицо выплывала улыбка. Но планы вдруг резко обрушились – стоило нам радостно встретить заказанные блюда, как воздух над столом прорезала щель, повеяло жутким холодом и даже исходящий паром секунду назад кофе, начал стремительно замерзать, покрываясь инеем.

– А вы, я смотрю, веселитесь? – раздался знакомый голосок.

– Время до возвращения ещё есть, Рейвиолла, – с не меньшим льдом в голосе, произнесла Вероника. Я почувствовал, как заволновалось магическое поле вокруг неё.

– Мне кажется, что вы слишком легкомысленно относитесь к нашей игре. Вас надо проучить.

– Мы вернёмся в срок, как и обещали.

Я взволнованно повернулся в сторону Светланы – замерла с остекленевшим взглядом. На нашу же четвёрку чары не распространились. Зал затянут плёнкой огромного мыльного пузыря; звуки доходят приглушенные и размытые.

– Что-то слабо верится, – язвительно бросила Богиня из мерцающей щели портала. – Я слышала, как вы обсуждали, что не вернётесь.

– Мы можем обсуждать всё, что угодно, Рейвиолла, – ровным голосом ответила Вероника. – Мы вольные существа и можем обсуждать, что угодно. Но делать и говорить – это разные вещи. Поэтому, прошу, прекрати портить нам вечер и потерпи ещё немного. Через два часа мы будем готовы.

– Не верю! Особенно тебе. Хочу, чтобы вы были более серьёзными. Я вам всем покажу, что будет, если не станете играть со мной. У твоего папы есть какой-то там центр. «Ореол». Сейчас там появится демон.

– Нет, стой! – закричала Вероника, мгновенно потеряв спокойствие. Лицо исказилось от ужаса.

Портал быстро растворился, а за ним и пузырь. Посетители как ни в чём ни бывало продолжают есть.

– Мерзкая, дрянная шмакодявка! – выругалась Вероника, хватая со стола смартфон. На втором гудке вызов приняли: – На «Ореол» сейчас нападёт демон… Я буду, как только смогу, – взволнованно проговорила она, и затем уже обратилась к нам: – Бежим к машинам!

Я подскочил вместе со всеми. Света так и не пришла в себя и не понимает, что происходит.

– Прости! – обернулась Вероника. – В городе чрезвычайное положение. Насчёт оплаты не переживай, я попрошу выставить счёт семье.

Вероника выбросила магический сгусток, чтобы отвлечь от происходящего остальных посетителей. Официант же беспрекословно принял условия.

– Ника, портал? – бодро предложила Валентина, всем видом излучая боевую ярость.

– Не отработано ещё… Чёрт! – выдохнула Вероника. – Надо было догадаться…

– А вдруг она соврала? – предположил я.

– Нет, Матус, мерзавка действительно это сделает… если уже не сделала.

Вадо заметил нас первым и тут же вышел из лимузина. Следом за ним насторожились бойцы военной полиции.

– Срочно в «Ореол», – приказала Вероника водителю. – Слушайте меня! Именем семьи Исинн, сопровождайте этот автомобиль с сиреной. Расчищайте путь! В исследовательский центр «Ореол».

– Есть! – откозырял рослый боец в чёрной форме. – Синичный район?

– Да, – ответила Вероника, уже открывая дверь.

Я кинулся на переднее сидение, пока девушки садятся. Уже в салоне оглянулся на Агнию: она не проронила ни слова, старалась поспевать пока мы бежали, да и сейчас напряжена и крепко сжала кулачки. Встретились взглядами, и я постарался ободряюще улыбнутся. Больно от того, что ей приходится во всём этом участвовать.

Вадо серьёзен и собран. Быстро завёл и провёл пару манипуляций с кнопками управления. Шум двигателя сменился, а когда военный броневик проревел мимо, озаряя вечерний полумрак яркими проблесковыми маяками, Вадо выжал педаль, и линкор стремительно рванулся с места. К треску и вою военного броневика добились резкие звуки нашей сирены.

Мчимся по городу, нарушая зыбкую дрему вечера. Скорость ограничена только поворотами. У меня внутри всё сжалось, а из-за безумных виражей, до боли вцепился в кресло и дверную ручку. Время продолжает ронять секунду за секундой. Мне вдруг подумалось, что может быть, не стоит переживать за жизни работников лаборатории? Их смена должна была уже закончится.