Текст книги "Имперская стража (СИ)"

Автор книги: Владимир Атомный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Немногим ранее… Глава 1

(сразу после экстренного совета в доме Исинн)

Глава 1

Вадо по-отечески обнял и долго не отпускал. Двор имения Исинн одна за другой покидают машины имперского гаража, полиция и военные.

Я, Вероника, Валентина и Агния вместе, в одном салоне. После всего случившегося не знаю даже с чего начать разговор. Одно радует – проблем с законом не будет.

– Хочу от лица Сапы и себя, – прервала тишину Агния, – поблагодарить за помощь. Особенно тебя, Вероника. Если бы мы знали, на что ты пойдёшь ради снятия проклятья, то вряд ли бы решились.

– Это была необходимость. Я очень рада, что всё получилось. Признаться, шансы на благополучный исход были не стопроцентными. Поэтому не могу в полной мере принять благодарность, ведь рисковала вашими жизнями. Да и Матуса поставила перед фактом.

Всё не могу наслушаться звучанием её голоса – каждый вечер, засыпая, представлял нашу встречу, а в руке сжимал кулон… так что сейчас немного не в себе. Прошло некоторое время, прежде чем мозга коснулся смысл.

– Ой, да ничего сложного, – рассмеялся я. – Мне в радость делать такие поступки.

– Говоришь, – взглянула на меня Вероника, осеняя фиалком глаз, – ничего сложного? Ну-ну… а грудь вся в шрамах отчего?

Валентина поспешно опустила взгляд в пол. Сдерживаемые Вероникой эмоции я чувствую, но будут ли они оформлены в слова?

– Так получилось, – нервно отмахнулся я. – Неудачная встреча с демоном в Изнанке.

Шутка особо не подействовала. Агния всхлипнула. Можно и гордиться, и удивляться ей – смогла не падая в обморок всё пройти все недавние перипетии. Не успел я среагировать, как Вероника пересела ближе и приобняла её.

Вадо вывел лимузин на трассу. Направляемся ко мне – нужно проведать и успокоить родителей. Вдруг я вспомнил ещё одного участника плана по спасению – Варга, и пока Вероника успокаивает ангелочка, ткнул на значок вызова.

– Ты как там? – бросил в микрофон, стоило другу откликнуться.

– Вероника в порядке⁈ – встревожено оборвал он.

– Да, мы решили все проблемы и сейчас едем домой. Так, что у тебя?

– Уже отпустили. Тоже сейчас еду, может встретимся?

– Конечно! Ждём тебя.

Я отнял стеклянно-металлический слиток от уха и оглядел девушек. Тишина становится гнетущей…

– Так! – разорвала её Вероника. – Агния, в конце-концов, тоже пострадала в этой ситуации. Так что начнём разбор полётов в её присутствии.

Я заглянул в полыхнувшие мрачным огнём глаза.

– Лиса, ты почему позволила такому случится⁈

Похоже, связь между дочерьми двух великих родов крепче, чем я себе представлял.

– Я не специально… – пробурчала Валентина.

– В очередной раз убеждаюсь, что не зря прекратила с тобой общение, – с горечью, но твёрдо заявила Вероника. – Дурная и не контролируемая сила сочетается с отсутствием совести и здравого смысла. Досадно даже, что Матус тебя в Бастион принял…

У меня всё внутри опустело. Да что происходит-то? Вероника, похоже, знает обо всем, что происходило, ибо находилась, можно сказать, в гуще событий, вися на моей шее.

– Уйду обратно в Росток, – вдруг расплакалась Валентина. Я с болью смотрю, как закрывшись руками, она стала сотрясаться от рыданий.

– Было бы хорошо, – заморозила нас Вероника. – Стоило мне ослабить бдительность, как ты натворила такого, что и в голове не укладывается.

Ведьма ещё громче расплакалась.

– Слушай… – попробовал вмешаться я.

– Матус, неужели ты ещё не понял? – с болью на лице, воззрилась на меня Вероника. – Она же опасна для общества, а что было раньше лучше вообще не вспоминать. Каким-то чудом тебе удалось посеять в Лису зёрна совести и ответственности, но до этого она была кошмаром, как для родных, так и для окружающих.

Я вспомнил и нашу встречу, и дальнейшие события. Невозможно винить Веронику за суровость, тем паче мне действительно неизвестно прошлое Валентины. Но я просто не могу быть лишь наблюдателем. Сердце и душа уже мечутся от страданий.

– Знаешь, – заглянул я в фиалковую глубину её глаз, – может, конечно, Валентина и доставляет некоторые неудобства. Я бы солгал, если начал убеждать, какой она надёжный человек, и вообще признаюсь, что держался из последних сил и очень ждал твоего появления. Но так нельзя, Вероника. Пойми меня правильно, твоя забота о моём здоровье и быте – это алтарь, на который молюсь, падая ниц. Я ведь… со слезами вспоминал те деньки, из нашего первого семестра.

Повел головой, справляясь со смущением, но Вероника смотрит внимательно и чутко слушает.

– Ты ставишь Валентине в вину, что она, как маг, не проследила за моей сохранностью. Но, если уж вспоминать, то вина на мне, а принцесса наоборот меня спасала каждый раз. Это же я дурень, бросался с демонами в драку, словно мы равные противники. А потом она вкачивала тучу сил в восстановление. Нет, ответственность за случившееся и на мне лежит. Ещё можно поспорить, на ком больше.

Я потянулся к затылку и шумно почесал, потом прошёлся по щетине. Подвигал задумчиво губами и добавляю:

– Мы все, так или иначе, стали заложниками этой ситуации. Мне даже представляется, что объединены ей, сплотились в команду и… я не хочу взаимных обид. Вероника, Валентина, Агния… – посмотрел я на каждую девушку, – спасибо вам за всё. Оставим прошлое для ностальгических воспоминаний зимними вечерами где-нибудь в Живице. Пусть, мне теперь никогда не стать загорелым красавчиком и самое место пугать посетителей в комнатах страха – по-фи-гу! Главное, вы целы, главное – люди в Империи могут и дальше вести беззаботную жизнь, да и я жив остался, что ещё надо?

Пусть, и чуть грустная, но открытая яркая улыбка встретила три их взгляда – зелёный, фиалковый и серый. Даже Вероника позволила слезам покинуть глаза и увлажнить струйками лицо, остальные же во всю плачут.

– Давайте обнимемся, друзья? – раскрыл руки я и они бросились в объятья. Тут уж и меня глаза подвели.

– Спасибо, Матус, – прошептала Вероника.

– Ты правда больше не злишься на меня? – спросила её Валентина.

– Нет, – нежно улыбнулась фиалкоокая дева.

– Ой! – закусила ведьма губу и метнула взгляд на меня. – Спасибо! Я правда теперь могу быть с вами?

– Безусловно! – кивнул я.

– Ура! – воскликнула Валентина и принялась всех расцеловывать. Сначала много раз Агнию, потом робко, но чувственно Веронику, а затем и до меня очередь дошла – чмокнула в щёку и разрыдалась.

– Ну чего ты опять? – посетовала Вероника.

– Я же люблю тебя! – бросилась на неё Валентина, оттолкнув нас с Агнией. – Вероника-а-а! Не бросай меня больше!

От умиления защемило сердце. Дабы разделить буйство чувств, я нашёл взгляд Агнии и мы на радостях рассмеялись. Как же прекрасно, что всё наладилось.

Из дома мы сразу помчались в больницу – маму положили на сохранение. Папа уже с ней, а так как всем, включая Вадо, очень важно здоровье и состояние моих родителей, то мы целой делегацией нагрянули к ней в палату. Пока я не увидел здоровый румянец на её лице, не мог успокоиться и со всех сил отбивался от дурных мыслей, в купе с угрызениями совести.

– Сынок! – воскликнула она.

– Мама! – бросился я к ней на грудь, оберегая живот. – Ты в порядке?

– Нашёл о чём беспокоиться, – посетовала она, беря лицо в руки и вертя моей головой в разные стороны. Там, конечно, следов битвы значительно меньше, но хватает. – Что с тобой стряслось⁈

– Мам, всё уже хорошо, – постарался как можно теплее улыбнуться я. Она продолжает подозрительно смотреть. – Правда, просто была нужна моя помощь в большом деле.

– В каком ещё деле, Матус, ты простой школьник⁈ – требовательно спросила она. – Чего ты там темнишь, а ну говори!

– Анс, – попробовал урезонить папа.

– Нет, Ивер, пока не узнаю, не отстану! – приняла самый серьёзный вид мама. Я даже растерялся от такого, ну не рассказывать же в самом деле!

– Он не врёт, – вдруг раздался голос из-за спины. – Дело было действительно важным и горячим, но ваш сын справился.

Неверяще обернулся. В палату вошли двое совершенно нежданных гостей – Император и отец Вероники – Георг. Молодая медсестра, узрев их, лишилась чувств и её подхватил напарник, быстро-быстро поглядывая на гостей с безмерным удивлением и благоговением.

– Ой! – поднесла ладони ко рту мама. – Простите, Император, за мой вид и положение.

– Ну что Вы, – рассмеялся он и посмотрел на папу, – прости, забыл имя твоей достойной жены… а, точно, уважаемая Ансельма, мне наоборот приятно видеть Вас в положении. Одного героя уже родили и воспитали, а второй на подходе. Как назовёте?

Мама расцвела. Вот уж подарок, так подарок. Кто же им сообщил и попросил приехать?

– У нас будет дочка, – мелодично, полным звенящего счастья голосом, заговорила мама, – но с именем мы ещё не определились. Может Вы, господин Император, наречете её.

Папа тут же подхватил:

– Это было бы прекрасно!

– Что ж, раз родители не против, тогда нарекаю вашу дочь – Люсия, в честь моей дражайшей супруги, а ещё бабушки, великой колду… так, – Император щёлкнул пальцем и юный работник тоже отключился, – колдуньи, надеюсь оставшиеся все в курсе магических дел?

– Э-эм… – протянул я, а Вероника прыснула смехом. – Мам, тут такое дело… в общем, Люсия будет магом, то есть волшебницей. И это не шутка.

Мама, конечно, захлопала глазами, переводя взгляд с лица на лицо. Пришлось запустить своё красноречие на всю и, с помощью окружающих, примерно донести реальное положение дел. Понятно, что полностью поверить и почувствовать она не смогла, но присутствие столь высоких авторитетов действует крайне убедительно.

Вскоре занесли стульев на всех и беседа продолжилась в радостно-шутливом ключе. Я нежусь в её лучах, словно под весенним солнцем. С поддержкой остальных мне удалось отстоять покой города, да и Империи в целом. Все живы, обиды исчерпаны, а впереди наметился долгожданный моральный отдых от давящей за всё и вся ответственности.

Немногим ранее… Глава 2

В школу я примчался настолько довольным, что на это обратили внимание одноклассники и учителя. Одной из важных составляющих этой радости, служит вернувшаяся в свой кабинет Вероника. Не то, чтобы должность председателя так тяготила меня, просто образ кабинета, запах и ощущения лишились полноты, пока девушки не было. Сейчас иду чуть ли не вприпрыжку, стоило паре уроков отзвучать, а длинному перерыву начаться.

– Тук-тук, можно? – весело озвучил я.

– Какие гости… – покачала девушка головой. Богатство волос орехового цвета, вновь бережно собрано под сеточку – сегодня она просто чёрная, а вот в ушах знакомые серёжки в виде кошек, чьи глазки из сапфира.

Форма магнитит мой взгляд, уж не знаю почему, но на Веронике она сидит иначе и лучше.

– Опять ты застыл, – рассмеялась девушка, а я бы ради только этого смеха застывал тут каждый раз.

– Не могу глаз отвести.

– От меня? – встретила фиалковым взором девушка.

– Да, – отважился я.

– Коли так, то и не отводи, – грациозно встала Вероника, по новой наложив чары красоты. – Кофе налить?

– Боже, я за одну эту фразу готов жизнь отдать! – выпалили я с нервным смехом. – Как же мне этого не хватало.

– Ты не пил кофе всё это время? – приподняла точёную бровь она.

– Пил, но лишь подобие того, чем угощаешь ты.

– Вот значит как… – проговорила девушка, а я любуюсь фигурой со спины. – Ты изменился, Матус.

Наконец выйдя из ступора, закрыл дверь, параллельно озвучивая беспокойство:

– Надеюсь, не в худшую сторону?

– Нет, наоборот, – она повернулась с чашками на роскошном подносе. Вскоре он оказался на столике, а девушка взяла одну с паряще-ароматным напитком и приблизилась.

– Стал смелым и чуточку хмурым, – полным чувств голосом, сказала она.

Я принял чашечку, продолжая смотреть в глубину фиалковых глаз. Мерный огонь в них чарует не слабее всего остального.

– Прости, – отозвался я, – мне убавить пыл?

– С чего такие выводы? – ещё приблизилась девушка, я даже дыхание ощутил.

– С момента, как ты поселилась в кристалле, я понял, что хочу оберегать тебя, как ты меня. Ни словом, ни делом, ни отзвуком мысли не тревожить.

– Приятно слышать такое, – мягко произнесла Вероника. – Что ж, вероятно, моё решение воспримешь легче.

– Какое решение? – насторожился я.

– Знаешь… – она отвернулась и, подхватив свою чашечку, отошла к окну. – Хочу сложить с себя обязанности председателя.

Я не поверил ушам.

– Погоди, то есть как сложить? А кто же тогда будет… блин! Нет, достойные-то есть ребята, но ведь…

Я попытался найти слова, быстро переводя взгляд с предмета на предмет.

– Вероника, я не представляю в этом кабинете другого человека. Конечно, какое у меня есть право что-то требовать, но хочу, чтобы ты знала – покинув его, ты очень меня огорчишь.

Пригубив кофе, обладательница прекрасных глаз обернулась. На лице лёгкая улыбка со шлейфом лукавства.

– Могу и не покидать.

– Но как же тогда? – опешил я.

– Председателем учсовета будешь ты, а я, если пожелаешь, могу занять должность заместителя.

Я всё время, пока звучали слова, следил за губами. Следил ещё не веря, но словно бы предчувствуя, что они произнесут. Взгляд поднялся выше и встретился с её.

– Даже если оставить вопросы о том, подхожу я или нет, остаётся самый важный – почему?

– Понимаешь, я с детства занимаюсь подобным. Присядем? – обдав шармом взгляда и мимики, спросила Вероника.

– Да-да, конечно, – дождавшись пока девушка сядет, я последовал примеру.

– Организация, ответственность, такт, манеры, управление. Суть даже не в том, что папа не мог дать мне полноценного девичьего детства, а в том, что не получилось бы. Мы – представители правящих родов, обязаны всё это выполнять. Мальчишкам проще – чаще всего это их стихия, а мне вот не редко приходилось надевать условные брюки, хотя и не хотелось. Да, будь это моим в полной мере, то и нынешнего разговора не было бы. И всё же я о многом подумала, пока отдыхала в форме кристалла.

Я понимающе кивнул, но тут лицо начал заливать румянец. Вспомнилось всё, чему Вероника невольно стала свидетелем.

Возникла короткая пауза, долженствующая подчеркнуть весь смущающий подтекст случившегося. Прекрасная хозяйка кабинета, несомненно, поняла причину краски на моём лице.

– Мой долг поддержать тебя, Вероника. Единственное, что скажут другие ученики и члены совета? Я ведь совершенно не гожусь на роль председателя. Будет несправедливо просто назначить своего человека.

Опахала ресниц взметнулись и меня обдало холодным пламенем фиалковых глаз. Лицо Вероники потемнело и я без труда ощутил пробуждение магической силы.

– Если я посчитала нужным назначить тебя председателем – значит так было нужно. Если кто-то будет против, то пусть скажет это открыто, и каждому я смогу ответить. Единственный человек, решение которого изменит моё – это ты, Матус. Я хорошо понимаю, что прошу взять на плечи ответственность, но обещаю, что буду помогать изо всех сил.

Меня снова захватил шторм чувств и эмоций. Подобно лоскутку ткани, я раздираем ими. Переполнен восхищением и болью из-за жгучего стремления порадовать Веронику, быть ей полезным. На волну её чувств, хочу ответить цунами своих. Как тогда с Валентиной – пусть вся Вселенная вздрогнет от их силы!

– Пусть будет, как ты хочешь… вернее, я хочу, Вероника, чтобы было, как ты просишь.

– Спасибо, Матус, – выдохнула она.

Нашу зрительную медитацию прервал сигнал начала занятий. Всё понимая, мы рассмеялись и вместе отправились постигать науки.

Реальное время. День, после ночных событий…

– Рыжик, пошли кушать! – донеслось в открытую дверь.

– Иду, мам! – крикнул я, хмуро наблюдая, как в соседнем доме бесятся близняшки.

Огромный мир, огромная Империя… вся эта идиллия теперь под угрозой и причина тому – я. Как же так могло получится-то⁈ Неужели надо было изначально спрятаться в раковину мирной жизни и не играть в героя? Чёртовы магия и Боги! Хотя…

Вероника, Агния, Валентина и, теперь уже, Люся – моя младшая, – все они часть магического мира. Видимо, это плата за истинное блаженство от их общества.

Отвернувшись от окна, я заглянул в зеркало. Брови крепко сошлись на переносице, а взгляд заметно заострился. Я не узнаю себя. Кажется, что тот рыжий паренёк, недавно надевший форму Бастиона, всё ещё существует во мне, но упрямое отражение показывает красные штрихи шрамов на лице, потяжелевший взгляд. Словно кто-то другой, чёрт возьми! Можно, конечно, сбрить щетину, сжатые и обветренные губы кремом намазать, но прежним мне уже не быть. Даже, если морду максимально сделаю похожей на прошлую.

Критически оглядел наряд: брюки вольного стиля и рубашка в клетку. Для встречи с чудесными девушками подойдёт. Всё равно весь гардероб примерно такой же, если не считать престижных ботинок и зонта, подаренных Валентиной.

– Мам… – зашёл я на кухню. Она мерно вершит колдовство над плитой, умудряясь кормить грудью Люську. – К нам едут гости. Вероника, Валентина и Агния.

Мама посмотрела на меня, как на безнадёжность в квадрате.

– Иди сюда, рыжий ты негодник! Хоть за ухо тебя оттаскаю. Чего опять в последний момент предупреждаешь?

Я отдал ухо на растерзание, а сам говорю:

– Это только утром выяснилось. У нас, можно сказать, деловая встреча.

Наученная опытом, мама посерьёзнела и перестала шутливо меня трепать.

– Опять что-то случилось?

Я взбодрился, и с лучащейся улыбкой отвечаю:

– Это по учёбе, не переживай. Забыл, просто, сказать, что скоро стану председателем.

– Где? – растерялась мама.

– В Бастионе, мам. Вместо Вероники.

– Ивер! – воскликнула она в сердцах. – Что за сына ты породил на свет? Почему он такой ветроголовый?

– Ты хотела сказать «пустоголовый»? – со смехом проговорил он, оторвавшись от экранов. В гостиной теперь рабочий кабинет папы.

– Ты слышал, что вещает эта рыжая голова⁈ Он стал председателем лучшей школы в Симфонии и забыл об этом нам рассказать.

– Ну, ма-а-ам!..

– Дать бы тебе крепкого подзатыльника, Матус, – посмотрела большими глазами мама.

Я улыбнулся и подошёл к ней.

– Прощения просим. Просто столько всего происходит, что иногда теряюсь в мыслях.

Мы обнялись, тут же с умилением взглянув в ясные глазки Люсеньки. Она с рождения необычная – спокойная, кушает и спит без лишних нервных затрат со стороны родителей. Но пуще всего сигнализируют о её сущности радужные глаза. На это диво и красоту можно любоваться сколько угодно, а девочка отвечает столь же любопытным взором. Мама даже немного нервничала из-за этого. Я же был самым обычным: трудные роды, бессонные ночи и попытки накормить. А вот Люся маму даже пугала. Я рассказал об этом Веронике, и они поговорили. С тех пор любовь к дочери зацвела с большей силой.

Завтракать сели, конечно, только с приездом двух роскошных автомобилей. В качестве искупления вины, я метался по кухне до самого этого момента, но зато мама со спокойной душой пошла встречать гостей.

– Великие Боги, да что же это такое! – воскликнула она на крыльце. – Какие же вы все прекрасные. Идите сюда, конфеточки! Простите мою сентиментальность, Принцесса!

В холодных сумерках утра она нежно обняла каждую из девушек. Я полностью согласен, что они напоминают букет цветов. Да не обычных, а словно бы таких, про какие сложены сказки: морозная красота Вероники, огонь роскоши и шика Валентины, а за ними робкая, но покоряющая сердца умилительная нежность Агнии. Взор каждой из них для меня подарок и глоток божественного нектара.

– Вам можно, Ансельма, – посмотрела на неё Валентина. Я ещё шире улыбнулся, наблюдая какой миниатюрной выглядит слегка располневшая мама рядом с дочерью Императора, но при этом при всём Валентина не выглядит грубой, она чарующе прекрасна.

– Спасибо, рыжее ты моё солнышко! – воскликнула мама, снова обнимая девушку. – Что за прекрасные волосы у тебя, такие приятные и богатые. Настоящая Принцесса нашей прекрасной Империи. Скажи же, сынок?

– Мама!

– А что, разве я не заслуживаю твоего комплимента? – тут же отозвалась Валентина.

Я с надеждой посмотрел на Веронику, но её ситуация только забавляет. Что же, сами напросились:

– Разве можно говорить о комплиментах, когда счастье каждого подданного Симфонии в том, чтобы служить тебе и падать ниц в надежде получить лучик внимания? Я сковал свой ум стальными цепями, чтобы ненароком не подумать лишнего, когда вспоминаю о твоей красоте и величии.

Рыжеволосая ведьма, приложив ладошку ко рту, заливисто рассмеялась, чем собрала улыбки и с наших лиц. Я поймал многозначительный взгляд от Вероники, а мама только головой покачала.

– Ты, конечно, красиво сказал, – выступила вперёд Агния, – только не совсем понятно, что имел в виду под словами «не подумать лишнего»? М-м?

Нас пуще прежнего разобрал смех. И умиление, конечно. С тёплой улыбкой, отвечаю:

– Когда думаешь о Принцессе, то только те мысли можно считать допустимыми, что продиктованы самыми высокими порывами. Остальное уже лишнее.

– Теперь понятно, – осветилась Агния, и если у кого-то была тяжесть на сердце, то тут же растаяла, как снег на солнце.

– Так, господа хорошие, – по-доброму начал папа, выйдя в прихожую, – вы или заходите, или на улице беседуйте, а вот муниципальное тепло из дома выветривать не надо.

– Ой, точно! – всполошилась мама. – Давайте, детки, проходите скорее. Какие миленькие у тебя ботиночки, Агния! Подскажи, где нашла такие…

После дружного и весёлого завтрака, я пригласил всех девушек к себе. Под действием их чар успел полностью отвлечься от гнетущих мыслей, но теперь, когда последним зашёл в заранее проветренную и убранную комнату, лицо снова взяла хмурость.

– Тут словно санитарный полк побывал, – смеясь одними глазами, посмотрела Вероника.

– Не буду утверждать, что каждый день наведывается сюда.

Валентина смело заняла кровать, а две другие красавицы смотрят на меня.

– Агния, присаживайся рядом с Валентиной, а тебе, Вероника, я приготовил игровое кресло.

– А сам на этом табурете будешь? – вскинула фиалкоокая гостья бровь. – Может посадим туда Валентину? В воспитательных целях.

У рыжеволосой ведьмы с лица тут же слетела беспечность и она виновато воззрилась на Веронику.

– Сейчас это, к сожалению, не важно… – выдохнул я и опустился на табурет.

– Как понимаю, ночью что-то случилось?

– Да. Ты не пробовала выйти в Изнанку?

Вероника аккуратно присела и отвечает:

– Успела. С точки зрения теории магии, всё нормально: все, кто обладает высоким уровнем чувствительности и бывал в Изнанке, ощущают сейчас, пусть редкую, но всё же нормальную обстановку – эфирную бурю вокруг того мира. Как ты понимаешь, для нашего это ровным счётом ничего не значит. Даже более того, если бы эта буря была всегда, то ни демоны, ни ангелы никогда бы не смогли попасть в наш мир.

Валентина слушает с крайним интересом. Нас-то с Агнией можно понять, но она…

Вероника тоже это заметила, но не стала комментировать и с ожиданием посмотрела мне в лицо.

– Понятно, – покивал я. – Выходит, что всё хуже, чем я надеялся. Давайте же расскажу, что случилось…

Единственной, кто принял вести спокойно, оказалась Вероника. Агния заметно испугалась и я пересел на кровать, чтобы приобнять. Валентина едва не сожгла всё в комнате, поддавшись гневу, и только у дочери рода Исинн эмоции остались внутри. Движение её магических сил я ощутил безошибочно и ничего хорошего оно мелкой богине не обещает.

– Ясно, Матус. Очень жаль, что тебе снова приходится участвовать в делах связанных с магией. Я прошу у тебя прощения.

С болью в сердце, я уставился на Веронику, что виновато склонила голову и ждёт моих слов.

– Да ты-то тут причём… у меня уже нет из-за магии переживаний, но вот касаемо вторжения… скажи, она действительно может это сделать?

– Все существа, что обладают божественным уровнем силы, или полностью, или на большую часть стихийны. Логика в их поступках, зачастую, нам недоступна. Поэтому, если говорить о возможностях, то да, открыть врата в Изнанку, а потом сюда она сможет. Будет или нет – не знаю. Ведь найти других исполнителей несложно.

– Но рисковать мы не можем, – с горечью проговорил я.

– Можно спросить? – подняла ручку Агния. Я кивнул, посмотрев вбок. – А почему вы не хотите поиграть с ней? Это же довольно весело и не так уж и плохо.

Вероника улыбнулась и взглянула на меня, вот, мол, альтернативный ракурс.

– Когда мы ели мясо, мне было очень интересно находится в Изнанке с игровым интерфейсом перед глазами. Даже будь он просто статистикой, вроде того, сколько ты сегодня скушал калорий и сделал шагов, всё равно было бы весело. Видела бы ты этих грифонов, Агния, наверняка сразу же влюбилась. И летать на них, и сам мир прекрасный. Бесспорно, будь наше нахождение там добровольным, я бы с удовольствием.

Повисла тишина. Агния слушала очень внимательно, затем взяла меня за руку и проникновенно говорит:

– Так может быть просто представить, что всё добровольно? Я знаю, что ты хочешь спасти всех нас. Ты очень ответственный и добрый, Матус. Я очень это ценю. Может быть та девочка и вынуждает тебя с ней играть, но она наверняка просто ищет друзей. Давай поможем ей?

Обескураженный таким подходом, я посмотрел на Веронику и Валентину. Мы чувствуем одно и то же.

– Но ты же понимаешь, что я прошу вас помочь мне?

– Да, я хорошо понимаю. Это отличная возможность быть полезной тебе, попробовать отплатить за помощь нам с Сапой, но я не уверена, что смогу. Вероника такая умная и надёжная, Валентина очень сильная и смелая, а от меня совершенно не представляю, какой будет прок. Но уже ты решай.

Я перехватил её руку и легонько сжал – такая хрупкая в сравнении с моей лапищей. От Агнии приятно пахнет, аромат нежный и лёгкий, уловить можно только если сидеть, как сейчас. Сладкий, с нотками осенней листвы.

– Спасибо большое, – заглянул я в глаза. Она кивнула. Не разрывая рук, посмотрел на Валентину. – А ты, что скажешь? Это просто просьба.

– Вообще-то, если идёт Вероника, то и я. Это тебе следует запомнить. Но есть и другая причина. О ней я тебе не скажу. Вернее, не сейчас. Вдобавок, мне так скучно учиться, – поморщилась Валентина, – что даже, если меня пригласят смотреть последние дни мира, соглашусь. Это ведь невозможно терпеть!

Вероника закатила глаза и покачала головой, но почти тут же её лицо обрело серьёзность.

– Я согласна помогать, Матус. Более того, несмотря на то, что предложение Агнии кажется мне привлекательным, со своей стороны постараюсь исследовать всё случившееся и, по возможности, наладить.

– Это было бы очень хорошо. И спасибо вам, – с чувством проговорил я вставая. Каждой красавице заглянул в глаза. – Не уверен, что будет легко и эти «игры» станут для нас развлечением. Но я согласен дать Богине шанс.

Помолчали.

– Честно говоря, не знаю, что там будет нужно. Скорее всего ничего. Она сказала, что обнулит наши возможности и что путь начнётся с первых уровней. Как понимаю, в её власти контролировать даже такие вещи, – вызвал я меч.

«Хозяин, мой создатель был из этого мира. Он вписал меня в его ткань. Боги – это существа многомерные. Поэтому я бессилен».

Мы дружно посмотрели на мерцающее лезвие могущественного артефакта.

– Всё ясно, Матус, – заключила Вероника. – Предлагаю сейчас закончить обсуждение, перестать переживать, а вместо этого поехать куда-нибудь развлечься, а после и пообедать.

– Сложно будет подыскать такое место, – тут же заулыбалась Валентина.

– Ты кое-что забываешь, Лиса. Мы же маги.

Я тут же вспомнил, как Вероника продемонстрировала эффект отмены чар – это было на площади перед Бастионом. Если получится так же избавить нас от лишнего внимания по поводу Принцессы, будет замечательно.