Текст книги "Имперская стража (СИ)"

Автор книги: Владимир Атомный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Мы переглянулись с Вероникой. Я решил смолчать и дать сказать ей, но к нам вдруг подошли:

– Со всем уважением и почётом, славные Герои, – склонился низкорослый толстячок. – Рад приветствовать вас в нашей деревне и лучшем обеденном зале!

– Здрасти! – вырвалось у меня. – Спасибо!

– Ах, совершенно не за что, – разогнулся он и явил нам истекающую елеем улыбку. Мне отчего-то сразу показалось, что она притворная. – Я – Гузам, глава Гильдии нашей гостеприимной деревни.

И действительно: его живот утягивает широкий пояс, с нашитыми золотыми бляхами и фигурками животных; к поясу надёжно крепится толстенный кошель, тоже расшитый золотой нитью; рядом ключи, кинжал и кисет. Гузам одет в дорогой кафтан, а сапоги носит с острыми вытянутыми носками. Лицо и лысина сально блестят в неровном свете двух светильников.

– Вы что-то хотели, – ровным голосом спросила Вероника. Я глянул на неё и снова обратил взгляд на Гузама.

– Ох, мне так неудобно тревожить вас… если позволите, то я ненадолго присоединюсь к вашей трапезе, а взамен за ваше великодушие был бы рад полностью возместить затраты на обед.

– М-м, – довольно промычала Валентина, – хорошая идея. Пустим, Ника?

– Я не против. Матус?

Гузам весь засветился и скорее пододвинул себе ещё один массивный стул. Тут же принесли заказанные блюда.

– Много вашего драгоценного времени я не займу, о великие Герои, – сахарным голоском заговорил он, бросая осторожные взгляды большими глазами навыкате. – Может быть уже успели заметить, что у нас есть мастерские. Благодаря этому небольшая деревенская казна, если так можно назвать наш общак, чувствует себя хорошо. В то же время у нас есть ряд проблем. Там много всего: от нападающих диких зверей и, по слухам, монстров, до конфликтов среди жителей. Вы люди новые, да ещё и проездом здесь – помогите мне решить их и я в долгу не останусь. Щедро… очень щедро отплачу.

Тут система вывалила на нас ворох заданий:

«Получите репутацию у Гузама выше семидесяти процентов. Сейчас пять».

«Прогоните стаю Кровожадных волков, нападающую на лесников».

«Узнайте, что случилось с собирателем трав – Хибирём, помощником аптекаря».

«При достижении репутации у Гузама в сорок процентов придите и узнайте, что за конфликт среди жителей деревни его беспокоит».

«Найдите кому ещё нужна помощь в деревне».

Я ошалело посмотрел на девушек.

– За сим прощаюсь, господа Герои. Кушайте, отдыхайте и располагайтесь. Я распоряжусь, чтобы вам выделили комнаты наверху, – Гузам встал и несколько раз поклонился. Спустя мгновения его красивые лакированные сапоги уже выбивали быстрый такт в другом зале, а лишившийся елея голос скомандовал подготовить нам помещение для важных гостей.

– Этот Гузам мне нравится, – первой и со смехом разорвала тишину Валентина. – Может быть даже пощажу его потом. Про эту же Гильдию говорили Лин и её папка?

– Да, Лиса, – ледяным голосом отозвалась сидящая сбоку от меня дочь рода Исинн.

– Вероника? – встревоженно посмотрела на неё Агния. Съесть, белокурая целительница, успела только кусочек хлеба, а всё время только слушала, да глазками хлопала.

– Да ладно, – помотала головой Вероника, – ничего… пока ничего. Давай кушать.

– Эй, Ника, – мягко позвала Валентина, – ты можешь положиться на меня. Я не дам этому жирному уроду тебя обидеть. Никто живым не уйдёт!

Хоть и с трудом, но Вероника поддалась смеху.

– Дурочка ты, Лиса. Но спасибо, ценю.

– А любишь? – большими изумрудными глазами уставилась на неё Принцесса. – Я тебя очень люблю.

– Какая же ты несносная, – смущённо возмутилась Вероника. – Да, люблю! Ешь уже давай!

У меня от улыбки заболели щёки. Не в силах расслабить губы назад, я тоже взялся за мясо.

Вероника предпочла внутри «Золотого копыта» Гузама и его задания не обсуждать. Мы пообедали и вышли. Самое простое из набранных заданий – это нападение волков на лагерь лесорубов. Идти предстоит через поля до начала вырубок.

– Может что-нибудь из снаряжения купим? – предложила Валентина, кивнув на продолжающий шуметь рынок.

Мы дружно призадумались. Вероника помотала головой.

– Лучше пока придержать деньги. В охоте на волков нам, скорее всего, подготовка не нужна. А вот когда на колдуна пойдём – можно. Я права, Матус?

Немного смутившись, отвечаю:

– Ага, годная стратегия. Нам надо пока на побочных заданиях покачаться, чтобы когда возьмёмся за основные, могли навалять всем.

– Скорей бы уже! – потрясла щитом Валентина. – Мне нравится всем наваливать.

– Мы заметили, – сыграл я ей бровями.

– А что, – серьёзно начала она, – там, в Симфонии, я с детства слышала эти бесконечные: надо и должна. Столько запретов и всяких условностей, что проще повеситься. А тут мне нравится… вот поднимем уровень и можно будет всем давать… на орехи и по первым числам.

– У каждого своя мотивация, да? – поддержал с улыбкой я.

Мы двинулись по главной улице прочь от рынка. Вероника косо посмотрела подругу.

– Плохая мотивация. Мы тут не по своей воле. Не ради развлечений и удовлетворения скрытых желаний.

– Вероника, – обратилась к ней Агния, идущая с левого края, – а можно я тоже скажу? Мне кажется, что раз мы должны жить в Стриодеале, то почему бы не попытаться провести время весело?

Веронике потребовалось время, чтобы совладать с эмоциями, но, как и всегда, она быстро вернула полный контроль.

– Тебе – можно. Я была бы рада, если помимо Валентины кто-то ещё из нашего отряда веселился бы тут.

– Я такая одна, – гордо заявила Принцесса.

– Спасибо, – смутилась Агния и приотстала на шаг. – Только я думала вовсе не о себе, а совсем даже о тебе: я же вижу, как ты переживаешь! Лучше не надо.

– Брось, Агния, – рассмеялась Вероника хрустальным смехом и у меня в душе забил родник умиротворения, – я всегда такой была. Но спасибо тебе, дорогая. Постараюсь не портить приключение.

Здесь у Агнии уже совсем кончились силы самообладания и она со слезами на глазах остановилась, переводя взгляд с меня на Веронику.

– Так! – поднял я руки. – Давайте-ка я быстренько настрою наше взаимопонимание на прежний лад. Агния, – посмотрел я на неё, – Вероника действительно сверхответственная и всегда берёт на себя всю тяжесть, какая есть. Силы и навыки у неё для этого есть, но я категорически против подобной эксплуатации. Так что всецело поддерживаю твоё предложение хоть на градус сбавить давление на неё и дышать свободнее. То есть не взваливать на себя очередную обязанность, – перевёл я взгляд на Веронику и выдержал многозначительную паузу. – Впрочем, не имею ничего против нравоучений для Принцессы: она полностью их заслуживает.

– Матус! – тут же отозвалась рыжеволосая Защитница.

У Вероники губы тронула нежная улыбка. Она посмотрела на меня, потом на Агнию и говорит:

– Уговорили, я даже не буду стараться быть менее ответственной, я просто не буду напрягаться в очередной раз. И мы все дружно представим, что это возможно.

Посмеялись. Тем временем вышли за пределы Захолменской, начались поля: ухоженные, с ровными волнами нежно-зелёных всходов. Пахнет влажной землёй, тонким медовым ароматом от цветущих посадок и терпкой зеленью. На узеньких тропках много работников. Я снова усилием воли выжал «горячую кнопку» для скриншота.

– Матус, что ты думаешь насчёт заданий Гузама и о нём самом? – обратилась Вероника.

Я машинально потёр изрядную щетину и подёргал волоски над верхней губой.

– Скользкий он, как морской угорь. И толстый! Отожрался на халявных деньгах. И нам их предлагает, – меня передёрнуло. – Это, конечно, если верить словам Лин и её отца.

– Достаточно оглянуться, – повела Вероника рукой. Мы дружно обернулись.

С этой стороны бедную часть деревни видно лучше: ветхое жильё держится едва-едва, крыши соломенные, а всяческие постройки и утварь во дворах – покосившиеся, да поломанные. Словно плесень и мох у подножия добротных домов.

– М-да, уж… – выговорил я. – Козёл, короче!

– И что будем делать? – вернула меня в русло обсуждения Вероника.

Я ещё раз глянул на начавшую желтеть в закатных лучах деревню и повернулся. Мы двинулись к вырубкам.

– Деньги и опыт нам необходимы, поэтому максимально возможно выжмем из Гузама, а потом как-нибудь свергнем эту его Гильдию с трона.

– Тогда, – посмотрела на меня Вероника, – давайте голосовать за этот вариант… я за!

– Хм-м… – отозвалась Валентина, – придется потерпеть, но я согласна. Главное, что в конце мы им всем надаём.

Я повернул голову к Агнии и подкрепил взгляд тёплой улыбкой.

– Вам виднее, что надо делать. Просто я не уверена, что смогу полноценно поддержать. Но очень постараюсь!

– Спасибо большое! – сжал я кулаки и потряс ими. – А начнём с помощи лесорубам.

Потребовалась она тут же, стоило нам оказаться в лагере: волки только ушли и трое мужчин получили смертельные ранения. Умения Агнии снова нашли применение. Про себя я порадовался этой возможности – случай с Анной до сих пор болью отзывается в груди, а с Рейвиоллы станется пожертвовать кем-нибудь ещё.

Гомон голосов начал стихать, лесники на десять раз отблагодарили «великих Героев» и мы смогли приступить к расспросам. Оказалось, что логово у волков не одно – охотники с деревни пытались помочь с проблемой и доходили до каждого из двух мест, вот только одолеть тварей не смогли – не обычные это волки, а Кровожадные. Есть у них вожаки, коих простыми стрелами за силками не одолеть.

Стрелка целеуказания разделилась надвое, образовав рогатку с точкой нашего положения на карте. Идти можно под холм, или обойти его слева. Кругом густой мачтовый лес, детской рукой перемежаемый идеальными представителями лиственных собратьев.

Мы отказались от скудного угощения лесников: на них смотреть жалко, хоть и крепкие все как на подбор. Работают за еду. Валентина сжалилась и поделилась кусками жаренного мяса.

– Ой, да сейчас же ещё набьём, – махнула она рукой, выслушивая благодарности. – Ух ты! А у меня временный эффект появился – «благородство» называется. В течении часа здоровье увеличено на двести очков и нет штрафа к восстановлению в бою.

– Хорошая тут вариативность, – оценил я. – Надеюсь, на более старших уровнях бонус будет больше, ибо уже сейчас у нас с тобой по две триста очков.

– Наверное, – отозвалась Валентина и вслед за мной вытащила из инвентаря меч.

Боевым порядком двинулись в глубь леса. Я прокручиваю мысленно свои команды, а меч держу перед собой. Не то чтобы сильно боюсь или душит напряжение, просто иначе как? Сунуть двуручник обратно за спину, где ремни услужливо его обхватят, а самому беспечно шагать навстречу стае озлобленных волков?

И всё же я удивляюсь себе: пусть, у каждого своя манера игры и вместо взрыва эмоций, кто-то тихо сидит и монотонно жмёт на кнопки, – вот только играет ночь напролёт и засыпает на клавиатуре, – но Стриодеал именно такой – самый настоящий, иначе говоря – сбылась мечта миллионов и трёхмерная реальность материализовалась. Лес, монстры, недавнее полу-убийство людей – это должно было шокировать меня. Неужели после событий в былой Изнанке, я настолько закалился? Да, тут игровые правила, но как же легко забыться…

– Рывок! – истошно выкрикнул я и магическая сила бросила едва дёрнувшуюся тварь.

Удар! И сразу замахиваюсь снова – двуручник страшен в таком замахе, но выбьет положенные пятьдесят пять. Ещё ужаснее – оскаленная кровавая пасть крупного волка. Как же хорошо, что она не впивается в тело и не рвёт его. В воздух отлетела голограммка с уроном – тридцать пять.

Лес наполнился рычанием, лаем, скрежетом и взрывами. Валентина витиевато ругается, совершенно не выбирая выражений. Порой вскрикивает Вероника, а вот Агния из-за напряжения не произносит ни звука: я восхищён её сосредоточенному контролю за нашими жизнями и получаемому урону.

Схема стандартная: стоило нам перебить на полянке всю стаю, как на всю округу взвыл вожак, и вот уже его массивная туша взметнулась над кустом. Мы отпрыгнули назад, на пару с Валентиой. В вожака Кровожадных волков врезалась первая молния. Он мотнул мордой и бросился на нас.

Хорошо, что схема именно такая. В отличии от кабанов волки более «кусучие», но у них меньше жизней. Вместо оглушения – кровотечение, его я поймал всего лишь раз. Навались они всей стаей, да с поддержкой вожака – мы потеряли бы много здоровья и опять бы часть напала на Агнию и Веронику, мне и так пришлось спасать последнюю.

Вожак воистину кровожадный: иногда он кидается с особой яростью и вместо положенных семьдесят пяти выбивает тройной урон! Опасная тварь! Мы навалились все вместе и поскорее обнулили полоску его жизней.

Двести семьдесят пять опыта за стаю и сто пятьдесят за вожака.

Агния сосредоточению чарует над нами, чтобы скорее наполнить живительными очками жизней. Магию израсходовала полностью, и вот чувственные губки дрогнули и растянулись в робкой улыбке. Кажется, она довольна работой.

– Хорошенько мы их, – подытожила счастливая Валентина. – Вообще мне волки нравятся, но тут они какие-то страшные. Бр-р-р, словно зомби-мутанты или вирус какой поймали. Хорошо, хоть мясо с них нормальное выпадает.

– Опыта тоже неплохо дали, – поддержал я.

Вероника убрала посох в инвентарь и он исчез из рук. Обернулась ко мне.

– Сразу пойдём ко второй точке?

– Да, – кивнул я и поднял голову к закатному небу. – А то стемнеет скоро. Как-то не улыбается мне шарахаться по ночному лесу.

– Вы не против? – посмотрела Вероника на девушек.

Агния помотала головой, а Валентина отвечает:

– Думаешь, мне хватить столько мяса? Ха! За один присест съем, тем более такое вкусное. И вообще, я хочу эля! От него так приятно шумит в голове и хорошо делается.

– Лиса! – возмутилась Вероника.

– Но тут же можно, Ника, – топнула ногой Валентина. – Я не стану алкашкой в этом мире. Сколько можно терпеть? Идёшь в лес, – начала пародировать поучительный тон она, – не ешь эти ягоды, такие грибы, не пей отсюда… как будто мне что-то сделается.

Вероника устало вдохнула и выдохнула.

– Тебе нет, а другим – да. Практически любой подданный империи, если съест мухомор – умрёт. Правила пишутся для всех.

– Но я же могу его съесть! – не унимается Валентина.

– Ты – дочь Императора.

– Вот именно! Значит, что хочу, то и делаю.

– Нет, Лиса, – помотала головой Вероника, но без особых эмоций. – С точностью до наоборот: ты скована правилами и нормами поведения от рождения до смерти. У тебя нет ничего своего: всё твоё время принадлежит Империи, ты сама лишь абсолютная собственность Народа. И то, что ты родилась такой, какая есть – невыносимая боль для многих из нас. Особенно для Императора. Что будет, если ты затуманишь свой, итак не отличающийся силой, рассудок? Поэтому тебе дважды нельзя ничего пить и есть из психостимуляторов. Там нельзя, – показала назад Вероника, – а тут, ладно.

Весь монолог Валентину душили эмоции, услышав последнее она радостно выдохнула:

– Ура-а-а! Спасибо, я рада, что ты понимаешь мои чувства.

– Не радуйся раньше времени, я всё равно не дам тебе выпить больше, чем посчитаю нужным.

– Я чуть-чуть, – охотно пообещала Валентина.

Кабаньи страсти или охота за Зловонником полевым

Мана полностью восстановилась пока спускались с холма. Вторая стая особенно не отличилась от первой, разве что кровотечений я словил больше. Прибавили к опыту ещё по четыреста двадцать пять. Всё мясо забрала Валентина.

Лесники сильно обрадовались. Нормы им никто отменять не собирался, но как работать, когда в лесу ждёт смерть? Мы терпеливо выслушали долгие благодарности и пожелания, система набросила ещё триста опыта за выполнение задания, а затем, к вящей радости Валентины, пошли в ресторан при постоялом дворе.

Сколько раз я читал про «утро вечера мудренее», да и в детстве слышал из уст мамы перед сном, и вот, солнце скрылось за холмами, мы заглянули к Лин, угостили свежим мясом, теперь хочется поверить в эту пословицу и полностью отдаться вечеру.

Рынок утих и опустел. На главной площади царит приятная чистота. Мы прошли напрямик и скорее нырнули в мерцающее тёплым светом нутро главного зала. Ресторан «Золотого копыта» оказался полон. С немалым трудом удалось протиснуться к другому залу и уже там отыскать место.

Не шибко заморачиваясь, Валентина велела принести бочку эля, правда самого маленького формата – литров на пять. Вероника, конечно же, была против, но рыжеволосая воительница тут же уверила, что это с запасом, а выпьет она максимум кружку.

Наш статус позволяет есть и свою еду, так сказать принесённую, вот только местное меню манит вкусами. Я бы сдержался, чтобы не тратить денег, но кто удержит Валентину? Вот и приходится помогать освобождать стол от жаренного и копчёного мяса, пока тот не развалился под тяжестью блюд.

Валентина тихой сапой вылакала всю бочку. Не то чтобы я не замечал этого, сколько не придавал значения – а стоило! Как и говорила Вероника, алкоголь ей противопоказан вдвойне: посыпались предложения одно другого хлеще.

– Жа-а-аль… – отозвалась она на отказ сейчас же выступать на восток для победы над Гомоклом. – А может спалим тут всё? Ника, давай! Ты же можешь огонь вызвать, пусти шар в шторы, а потом убежим.

Знаю, что тут нет ничего смешного, но меня разобрал смех.

– Лиса! Я сейчас тебя угощу огнём. Прекращай выдумывать всякие дикие сценарии.

– Ой, да не переживай ты, – расплылась Валентина в улыбке, – всю ответственность я возьму на себя. Этим же всё равно кончится наше, эм-м-м… приключение здесь.

– Матус, ты не мог бы проводить Валентину наверх, ей пора спать.

– Чего это ещё?.. – запротестовала она, но Вероника встала и, перегнувшись через стол, начала что-то эмоционально нашёптывать подруге на ухо. – Я не… это понятно, но… я же не… хорошо, Ника… хорошо, я постараюсь. Да, как скажешь – обещаю!

На пару с Агнией мы проследили, как Вероника снова села и облегчённо выдохнула.

– Ты всё или пошли наверх? – посмотрел я на виновницу.

– Похоже, действительно пора, – покивала она, не поднимая глаз. – Пошли.

Я быстро глянул на Веронику и встал из-за стола. Вновь встала задача как-то пройти через пьюще-жрущее море. Я взял Валентину за руку и решил провести, словно вперёдсмотрящий на корабле, указывая, где корабль поджидает мель.

А наш корабль очень сильно тянет зацепить какой-нибудь скальный клык: Валентина идёт в своей манере, а учитывая сколь большой стала в Стриодеале, почти каждую компанию она задевает. Я напрягся в ожидании окрика, сквозь призму меню оценивая уровни сидящих. Есть и десятые, к вящей досаде…

Обошлось. Не знаю почему Рейвиолла не воспользовалась моментом, видимо последствия от такого были бы слишком большими: поистине Валентине лучше не пить!

Нам достался номер с низким потолком на две в меру просторные кровати. По меркам деревни – апартаменты, но не в сравнении с Живицей, конечно. Да даже Сьёдор Аврео на порядок шикарнее. Привычное освещение отсутствует, его заменяют свечи и масляные фонари, а они не дают столько света, как хотелось бы. Удивительно, но постельное бельё оказалось благоухающим, словно стирано в современной машинке с применением кондиционера, а потом ещё и выглажено. Валентина громко зевнула и уселась в кожаной броне на кровать. Сонными глазами посмотрела на меня.

Я тоже смотрю на неё и пытаюсь понять: с какой стати ей так хочется спать, если весь наш отдых в Стриодеале сводится, обычно, к лёг-встал?

– Хочешь спать?

– Ага, – отозвалась Валентина и опять сладко зевнула. – Других же нет вариантов…

– Ой, да мы тоже скоро придём, – отмахнулся я и развернулся к выходу, – доброй ночи.

– Матус! – прилетел в спину возмущённый возглас. – Я, по-твоему, в броне должна спать?

Озадаченный обернулся.

– Да тут же просто всё – голову на подушку положил и уже утро.

– Нет, помоги мне её снять! – топнула она ногой и сама потянула с головы шляпу-треуголку.

Я замялся на пороге комнаты, ведь благодаря игровой механике ту же шляпу можно легко убрать в инвентарь и она просто исчезнет с головы. Повторил это вслух.

– Если ты не поможешь, я не послушаюсь Ники и устрою тут… всё, что хочу.

– Ладно, ладно, – рассмеялся я и поспешил на помощь. – Как говорится, только не шали.

– Этого не обещаю, – с вызовом посмотрела она мне в глаза. Я подивился тому, что видно их цвет, словно со светодиодной подсветкой. Прекрасное зрелище.

– Ты уже, так что поздно грозить.

– Это не тебе было.

Валентина подняла руки, а я взялся за шнуровку сбоку. Когда потянул кирасу на себя она просто исчезла. Хмыкнув, взялся за наручи – они тоже, в итоге, пропали.

– Ну, а с поножами и рубахой сама справишься, – улыбнулся я, старательно удерживая взгляд от сползания ниже лица.

– Ты собрался уйти? – не мигая посмотрела на меня Валентина.

– Как бы да.

– А я тебя не отпускала. Почему мне приходится объяснять, что пока Принцесса не даст понять, что можно идти – уходить нельзя? Помоги мне избавится от этой дурацкой брони полностью.

Я оторопело опустился на корточки стал развязывать кожаные шнурки на поножах. Что ещё выкинет пьяная Валентина? Петь ей колыбельную и обдувать с веера, как владычицу песков?

– И рубаху… – подняла она руки.

– Ну нет! Так нельзя.

– Не бойся ты, – томно посмотрела она, – там ещё одна рубашка. В этой спать не буду! Жесткая, как будто картон носишь.

– Поддоспешная же, – само собой вылетело у меня.

– Дурацкая она. Снимай уже, Матус!

Я нашёл в себе смелость и потянул рубаху наверх. Под ней действительно оказалась ещё одна: тонкая и мягкая на ощупь – пока снимал поддоспешную с рук успел оценить.

– Штаны снимать не буду! – тут же предупредил я.

– Это мне решать.

– Нет.

– Уа-а-а! – снова зевнула рыжеволосая ведьма и потянулась. – Сначала сапоги, а потом штаны. Помоги Принцессе окунуться в сон лёгкой, как пёрышко, а не закатанной в ковёр.

Кажется, предыдущая планка смелости была лишь разогревом. Я покачал, головой:

– Нет, Валентина, я не буду играть в эти игры. Сейчас Вероника поймёт, что меня долго нет и придёт проверить, как у нас дела.

– У нас же чат есть – видишь, ничего не пишет, – лукаво посмотрела на меня рыжеволосая ведьма. – Матус, я же ясно сказала, что не потерплю отказа. Сними уже эти дурацкие сапоги с меня!

Я потянул за один, а потом снял и второй. Валентина счастливо выдохнула и откинулась на кровать.

– Ещё немного и я засну, – сообщила она, но я не успел обрадоваться, как договорила: – остались штаны.

– Ты что, не можешь снять их сама?

– Всю жизнь сама. Или не всю, не важно. Я хочу, чтобы их спустил с меня ты. Хочу смотреть на это и чувствовать. М-м-м… разве не забавно?

– Почему ты постоянно прибегаешь к шантажу? Дома – влияла на меня своей силой, тут – что устроишь беспорядки?

– Я бы не делала этого, если бы не кое-что, – поднялась и села она на кровати. Нашла мой взгляд. – Если бы была уверена, что не нравлюсь тебе. М-м? Так что давай, Матус, потяни за эти кожаные шнурочки и спусти с меня брюки.

– Да, блин! Хотя бы не произноси это так, – бросил я и поднялся с пола. Чувства смешались: в груди и раздражение, и волнение, и безрассудная решимость.

Сделал шаг. Посмотрел в зелёные колодцы магического пламени. Прочистив горло, говорю:

– Ляжь снова.

Валентина молча выполнила просьбу. Я практически без дрожи взялся за шнурки и потянул. Узелок легко распался. Пальцами я подцепил верхнюю часть штанов, но прежде чем потянуть, зафиксировал взгляд на лице Валентины. Потянул…

– Так не пойдёт, Матус, – сладко проговорила она. – Смотри туда, где твои руки.

– Тогда я зажмурюсь.

– Не переживай ты так – моя честь не пострадает и папе я об этом не расскажу, – рассмеялась она.

– Эх, ты совершенно невыносима…

Я уверенно, но без лишней спешки стянул с Валентины штаны. Стараясь не пялится, всё же отмечаю, насколько она великолепна: атлетическая мускулатура ног формирует идеальные формы и, это стало спасением для меня, как и наличие нижнего белья – теперь могу оправдаться, назвавшись ценителем прекрасного, не зря же порой в Симфонии проходят конкурсы культуристов.

– Всё, – выдохнул я, поднявшись.

– Спасибо, – улыбнулась Валентина и поправила нижнюю рубашку, чтобы она прикрывала нижнее бельё. – Всё же без моей силы трудно сломить твою выдержку. Ты молодец, Матус.

– Хвалишь девственника за его паническую боязнь близости?

Валентина расхохоталась и от хохота перевернулась на бок.

– Нет, ты правда молодец. Но скажи мне то, что я хочу услышать…

– Хм-м… – нахмурился я. Мозг взялся перебирать слайды и почти тут же вытащил из памяти недавний случай в моей комнате. – Как понимаю, ты хотела бы услышать, неравнодушен ли я к тебе?

– Угу, – кивнула она и лукаво посмотрела.

– Так и есть, Валентина. Тяжело устоять перед тем, чтобы не думать о тебе неприличные вещи. Но я держусь.

Спустившись вниз я стал свидетелем интересного действа: посетители главной залы ресторана странным образом скопились в середине, так, чтобы полностью перекрыть дорогу. За ними я увидел Веронику и Агнию. Тут же чат разорвался от нескольких сообщений.

– Матус! – встревожено окликнула Вероника. – С вами всё хорошо?

– Вообще да, – замявшись, ответил я. Толпа успела порядеть и Вероника оказалась рядом. – А что тут случилось?

– Рейвиолла ограничила связь между нами, – опалила она фиалковым огнём глаз. – Тебя долго не было. Я попробовала написать в чат, потом лично Валентине, но ответа не было. Заволновалась, вот только пройти нам не дали. Что было у вас?

Я смутился и отвел взгляд.

– Видимо, ей было интересно понаблюдать за сценкой наверху, – проговорил я.

– А что там за сцена? – удивилась Агния. – Вы разве не в наш номер пошли?

Вероника, похоже, догадалась о чём речь и усмехнулась. Я же спешно нашёл ответ:

– Пьяная Валентина – это уже кино. Видимо Рейвиолла хотела посмотреть его подольше.

– Хи-хи! – прыснул Агния. – Да, она очень забавная.

– Да уж… – покачал я головой и посмотрел на девушек, – разве мог я предположить ещё каких-то шесть-восемь месяцев назад, что буду успокаивать пьяную Принцессу? В другом мире, да ещё и игровом?..

– Как, порой, непредсказуема жизнь, – заключила Вероника.

– Ты очень точно сказала, – большими глазами посмотрела Агния, – до сих пор не могу привыкнуть, что проклятия больше нет, а теперь ещё и магические силы прибавились.

– И игровая реальность, – криво усмехнулся я.

– Это вообще ужас, – дрогнувшим голосом отозвалась наша белокурая жрица. – Я постоянно заставляю себя думать о том, что вы на меня рассчитываете. Не понимаю, что может быть интересного в этих приключениях по игровым мирам и постоянным сражениям. Бр-р-р!

– Хех! – умилился я. Захотелось погладить её по голове, но удержал руку.

Агния вдруг сжала кулачки и глубоко вдохнула. Повернулась к Веронике и говорит:

– Можно я кое-что спрошу на ушко?

Губы ледяной наследницы дома Исинн тронула улыбка. Она кивнула.

Я с интересом наблюдаю за сценкой. Шептались девочки не долго:

– Спасибо! – радостно выдохнула Агния. – Мне давно хотелось попросить тебя, но было страшно.

– Ты боишься меня?

– Если честно, то да, – жалобливо посмотрела на неё Агния. – Ты же из такого влиятельного рода. Ещё председатель, волшебница, высокая и красивая. Мне с самого начала казалось, что между нами целая пропасть.

– Что же, тогда я рада, что теперь она стала не такой глубокой, – мягко улыбнулась Вероника. Затем посмотрела на меня и, выдерживая невозмутимое выражение лица, говорит: – Я разрешила Агнии называть меня Рона.

– Не знал, что есть такое сокращение.

– Можешь воспользоваться случаем и выбрать какое-нибудь для себя, – начала игру Вероника.

Я улыбнулся. Как всё же удивительно вершится жизнь – мы стоим посреди обеденного зала, на часах почти полночь; игровой мир и очень человечные персонажи игры почти разошлись по домам. Казалось бы, всё это должно лишь мешать, но я словно опять на балкончике в Золоте Симфонии…

– Обращение по полному имени не всегда подчёркивает социальную дистанцию.

– Это значит, что ты осознанно решил продолжать звать меня так, не переходя к сокращению?

– Именно, – подтвердил я и медленно кивнул. Прикрыл к тому же глаза, чтобы лучше показать сколько смысла закладываю в это.

– Кстати да, – подняла указательный палец Вероника, – Матус – это тот человек, который изначально сумел перешагнуть сословный барьер в общении. Может быть потому что не знал из какого я рода?

Я окунулся в лучащиеся мерным фиалковым цветом глаза. Кивнул.

– Несомненно. Конечно, нужно быть мной, чтобы не понять это по транспорту, что довозит тебя до школы. И всё же я с первого взгляда проникся к тебе самым глубоким уважением.

– С первого взгляда? – спокойно уточнила Вероника, но это словно тронуть струну в нужный момент. Я сразу понял где дал промашку.

– То есть быстро понял, что ты по праву занимаешь пост главы ученического совета.

– Ты хотел сказать – занимала? – новая нота идеальным голосом.

– Ну, сейчас да, – улыбнулся я. – Вероника – достойное имя для председателя. Матус – для заместителя, но что за зам – Рыжик?

Агния прыснула, а Вероника позволила себе лёгкую улыбку.

– Для меня не проблема сделать это прозвище достойным званием.

– Поэтому я и хочу обращаться к тебе только полным именем.

Попытался заглянуть за фиалковый барьер глаз и мысленно поделиться сильным внутренним «но»: ситуации, где я предпочту назвать Веронику мягче – могут быть. Пока что только в мечтах.

Утро началось с откровения: Стриодеал прекрасен! Я начинаю ненавидеть себя за чувства к нему. Как будто предаю идеалы…

Но какие они? Я задумчиво встал с кровати и посмотрел на блаженное лицо спящей Валентины: ласковые лучи солнца падают на нежную кожу и яркие рыжие кудри, словно распаляя их. Лесное диво счастливо улыбается во сне, и моему искушённому комиксами уму видится следующая картина: обязательно обнажённая, Валентина бежит по зрелому августовскому лесу. Впереди её ждёт вкусный ужин с любимой подругой Вероникой, а при этом всякие обязанности и долги растворились в безвременье. От Валентины больше никто и ничего не требует…

Не смог удержать и сделал снимок «экрана».

Я и сам проснулся по-новому: с чувством, что выспался, но с опорой на сытость ото сна, на его быль, на просмотренные сны – всё как в родном мире. При этом, словно бы боги сновидений осознанно выбрали самое удачное утро из моей жизни, – где-нибудь в Тохе, – и повторили этот сценарий с лёгкой переоранжировкой. Нынешнее пробуждение не идёт ни в какое сравнение со стандартным сухим отдыхом, что был у нас в Стриодеале раньше.

Я дёрнул за крючок на окнах, чёрные и белёсые пауки в панике бросились прочь. Ставни поддались давлению и с громким скрипом распахнулись. Теперь уже почти всю кровать заливает солнечный свет.

– Матус? – сонно проговорила она, пытаясь открыть глаза. – А что это за шар за окном.

Я с любопытством посмотрел ещё, но почти тут же догадался о чём речь:

– Наше новое солнце. Вставать будешь?