Текст книги "Солдат Второй Демонической (СИ)"

Автор книги: Владимир Васильев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)

Солдат Второй Демонической

Глава 1

– Нет, вы только посмотрите на Кеса! – выкрикнул весёлый женский голос. – Совсем взрослым стал. И таким красавчиком! Крепким и загорелым аж до черноты.

– А ведь и точно! Таких мускулов ни у кого во всём городе нет, – подхватила вторая девица.

– И уж поверь, мальчик, – добавила третья. – Лучше нас в Кобурне никто в этом не разбирается.

Я резко качнул головой, стряхивая лёгкую дремоту, приоткрыл глаза и даже нашёл в себе силы приветственно махнуть рукой. По тропинке, парой загогулин спускающейся к пляжу, ковыляли три очень ярко разодетые и накрашенные девицы, лет так двадцати с хвостиком. Задача не простая для них, но ничего, справлялись, осторожно переставляя ноги в туфлях на высоченных каблуках и подбадривая себя визгом на особо крутых участках.

И сейчас они как раз оглядывали меня, хихикая и напоказ строя глазки. А я что? Моя одежда в сумке, и даже вылинявшие рабочие трусы, хотя скорее уж короткие штаны с несколькими карманами и ножом на тонком ремне, сушатся на камне. Я сижу, лениво прислонившись к огромному валуну, но нижняя часть тела от лишних взоров скрыта ещё одним камнем, так что всё нормально.

Да и вообще, стеснение – не для моей профессии. Ну и не стоит забывать, что краснеть именно перед этими девицами просто глупо. Городские знаменитости – блондинка, брюнетка и рыженькая – ведущие очень весёлую жизнь. Но разборчивые, за что их называют не разными грубыми словами, а загадочным термином «куртизанки». Хотя богатый особняк в самом центре города, где они обитают, всё равно называют борделем.

Я с ними знаком, потому что они каждое утро приходят на этот каменистый пляж, скрытый обрывом от городских кварталов, чтобы поплескаться в море. И надо отдать должное, кроме себя и нескольких коллег, я знаю только эту троицу как тех, от кого постоянно не разит тяжёлым запахом настоявшегося пота.

А я в это время как раз заканчиваю утренний лов, продаю добычу прибегающим мальчишкам, служащим при трактирах, лавках и рыночных торговцах, и отдыхаю. Вот и пересекаемся постоянно.

Девицы тем временем дошли до линии прибоя и принялись скидывать с себя одежду. Ну и чертовки! Обычно они заходят за скалу, чтобы я их не видел, но сегодня остановились на несколько шагов в стороне.

– Эй, Кес! – крикнула самая бойкая. – Не хочешь присоединиться к нам? Ты же вырос, и наверняка у тебя недавно был день рожденья. Вот, получишь шикарный подарок. Все три мы, и совершенно бесплатно!

Я внутренне чертыхнулся, вдруг вспомнив, что у меня сегодня действительно день рожденья. И даже более того, день семнадцатилетия, когда подросток по всем законам становится полноправным мужчиной. И жениться можно, и домом обзаводиться, и хозяйством. Можно даже сказать, что не «можно», а «дОлжно». Хотя жениться, конечно, рановато, но чтобы это когда-то случилось, самое время озаботиться нормальным имуществом.

А ещё жрецы говорят, что в этой дате скрыто нечто сакральное, знать бы ещё, что это означает. Я даже уверен, что слуги богов и сами смысла этого слова не понимают.

Но составлять компанию трём куртизанкам даже на таких заманчивых условиях всё равно не хотелось. Я вообще какой-то странный. Некоторые вещи, которые любят абсолютно все из моего окружения, просто не принимаю для себя. К примеру, держусь подальше от общедоступных девиц… Ещё я с самого детства стараюсь не иметь никаких дел с теми знакомцами, которые промышляют воровством. Но есть и другие непонятные даже для меня самого… хм… причуды, по другому и не скажешь.

Ну первое… Чего только стоят слова о божественной невесте, которые не пойми с чего слетели у меня с языка когда я только начал вырастать из мальчишки в подростка. Тогда мои приятели, хотя чаще просто знакомцы, такие же уличные или наполовину уличные мальчишки, начали подрастать и обращать внимания на девчонок. Я же был самым тощим и хлипким, так что надо мной стали посмеиваться, постоянно говоря, что такому дрищу не то что трёх положенных настоящему мужику жён не найти, а даже одной не обломится. Ну я тогда сгоряча и ляпнул, что меня ждёт божественная невеста, что мне, нет-нет, да и вспоминают до сих пор.

Ещё я не переношу запах немытого тела, но это не так заметно. Научился скрывать, ведь здесь – и в моём родном Кобурне, да и на всём нашем Пустынном материке – пресная вода настоящая ценность. Вот и не привык народ мыться.

Ну и третье, я ненавижу всякие морепродукты, вроде моллюсков и прочих хреней, хотя живу тем, что добываю их из глубин моря. И это совсем непонятно даже для меня самого, но хоть перед другими я оправдываюсь ложью, что переел всей этой дряни.

Но второе и третье – это ерунда. Чисто мои внутренние заморочки, а вот с первым может выйти проблема. У этих же девиц языки без костей, и если я прямо сейчас не сумею аккуратно отбрехаться, то обидятся и такую славу мне обеспечат в городе, что вовек не отмоюсь. Славу слабосильного, которая особенно будет согревать обычных тщедушных мужичков. Ещё бы! «Вон, у ныряльщика Кеса тело как у бога, а от бесплатных девиц отказался. Не нашёл в себе сил. Да я бы на его месте!..»

К счастью, у меня есть неплохая отмазка, так что я просто махнул рукой и крикнул в ответ, точно рассчитав, чтобы шум прибоя не заглушил голос:

– Девочки! Ну не сейчас. У меня была весёлая, но трудная ночь.

– Ха-ха! – залилась смехом блондинка, отчего высокая грудь, уже освобождённая от блузки, очень заманчиво затрепыхалась. – У нашего красавчика Кеса, похоже, завелась первая невеста. И не иначе это Дзара, третья дочка мельника с Песчаной улицы. И они решили не ждать похода в храм, а проводят ночи на этом пляже.

– Но, Кес! – подхватила брюнетка, как раз снимая последнее бельё. – Неужели ты думаешь, что твоя подружка сможет сравниться в любви с нами?

– И от неё не убудет, – добавила рыженькая, обернувшись перед тем как зайти в воду. – Не рассчитывает же она стать твоей единственной божественной женой!

Все три чертовки рассмеялись, а я с трудом оторвал взгляд от очень уж интересного зрелища, для чего пришлось даже отвернулся, и выдал очередную ложь:

– Просто уже устал…

Нет, соврал только именно про эту ночь. А так-то с Дзарой, которая на пару лет меня старше, у нас хм… дружба уже почти год. И не ожидал же я, что об этом в городе никто не догадается? Но мы проводим ночи вместе не так уж и часто. Причём на островке, возвышающемся в трёх сотнях метров от берега.

Почему именно там?

Ну… Живу я сейчас в бараке для одиноких. И пусть у меня есть отдельная комната даже с дорогущей деревянной кроватью, но… там слышно, как за тонкой стеной у соседа бурчит в брюхе, что уж говорить о большем.

А пляж, место для любви так себе, и не из-за камней. Ночью может прийти нежить. Её в округе немного, но встречается. И пусть у меня есть великолепный артефакт «меч феи», который своим фиолетовым лучом отлично убивает любых неживых тварей, но всё равно… Лучше уж на острове, где нежити взяться неоткуда.

Ну и ещё один плюс. Дзара девушка, конечно, хорошая, но как и от всех здесь, от неё несёт потом. А когда мы плывём с ней к острову, она отмывается, и пахнет затем уже совсем приятно.

Опасностей же в море у самой поверхности даже ночью, считай что и нет. Ну разве что медуза какая за задницу ужалит. Но это не смертельно, а просто впечатления на пару часов. К тому же, я этих тварей замечаю заранее, а вот рыбы, которые одним уколом своих ядовитых шипов могут отправить на перерождение, с большой глубины никогда не поднимаются. Да я о таких вещах девушке никогда и не рассказывал, конечно, иначе в море не заманил бы.

Глава 2

Несколько минут я размышлял о ближайшем будущем, на которое невольно намекнули весёлые подружки. Нет, можно, конечно, и ещё лет пять прожить как и сейчас, работая по паре часов на рассвете и столько же после обеда, благо доставать самых вкусных моллюсков с глубины в два десятка метров больше никто не умеет. А остальное время проводя в трактирах в приятной компании.

И такая жизнь у меня началась два года назад, когда тело налилось силой. До этого было куда печальнее. Но ладно… о плохом надо вовремя забывать, а время проводить весело. Да! Именно так! Весело. Нет, на спиртные напитки я не налегаю, но вот разные деликатесы очень люблю, щедро угощаю друзей и… Ну и нетрудно догадаться, что деньги у меня не задерживаются.

Хотя не сказать, что я большой охотник до настоящих деликатесов. Так… рыба лучших сортов, да курятина, приготовленная всевозможными способами. Другого мяса и не пробовал никогда, хотя пару раз предлагали свинину. Но… свиней у нас не держат, хотя на столах богатеев иной раз это мясо появляется.

Я, когда ещё совсем мелким и глупым был, недоумевал откуда. Потом уж узнал о карану. Странных духах, о которых любят разглагольствовать в трактирах редкие старики, вспоминая свою золотую молодость.

Хотя по их же словам, тогда жилось куда хуже. Кур не держали, рыбу ловили в основном с берега, потому что древесины для лодок не хватало. Но вот свинина постоянно присутствовала в трактирах, хотя и стоила довольно дорого. И добывали её из этих самых карану, которых тогда в пустыне ещё можно было найти. Сейчас-то их встретить – настоящее чудо.

И я главного не понимаю! Если из карану, на выбор счастливчика, встретившего этого духа, можно сделать голема, даже внутренне неотличимого от человека, или свинью, то не получается ли, что съесть свинину из карану, это почти то же самое, что съесть человечину?

В любом случае, жрать что-то, про что я точно не знаю, откуда это получили, я не хочу. Да мне и нормальных вкусняшек хватает, чтобы хорошо посидеть вечерком в приятной компании. И не особо задумываясь о том, во сколько это обходится.

Но может мне уже пора изменить образ жизни? Купить дом в рассрочку, благо население постоянно убывает, и скромных городских усадеб под продажу целая куча. Но денег всё равно потребуется немало. И именно сейчас самое время начать работать побольше, развлекаться поменьше, и в итоге… обзавестись жилищем, парой-тройкой жён, а затем и детьми. Вечерами сидеть в ближайшем трактире с кружкой пива… А уже лет так через двадцать здоровье начнёт подводить, и хорошо если к тому времени все основные траты закончатся. Мда… обычная жизнь местного, в целом успешного мужчины.

Но… Я просто чувствую, что это не моё! Где обещанная божественная жена? Причём это не просто девушка нереальной красоты – это что-то большее! Это… Это мир, требующий моего вмешательства. Это битвы и свершения! Это…

– Эй, Кес! – снова выкрикнула самая бойкая куртизанка, которая уже вышла из воды и обсыхала под лёгким ветерком, широко расставив руки и ноги. – А знаешь, что мне прошлой ночью рассказал один матрос с того парусника?

Я бросил ленивый взгляд на недалёкий порт, где обычно стоят только куча рыбацких баркасов, да несколько неуклюжих лесовозов, но сейчас впивались в небо три мачты огромного океанского корабля, и просто пожал плечами. Что рассказывал матрос, мне было совершенно неинтересно.

– Он сказал, что в Кастонии, а это их самое прекрасное королевство, указом монарха уже давно ввели обязательное восьмилетнее образование. Представляешь, Кес, там бы ты до сих пор сидел за школьной партой.

– Ха-ха-ха! – присоединилась вторая девушка, как раз выходя из воды.

– Ну что вы докопались до парня? – крикнула третья, которая ещё плескалась в волнах. – Наш Кес вообще неграмотный. Да и зачем это ему с такими-то мускулами? Грамотеев половина города, а красавчиков таких, ещё поискать!

Я еле удержался от язвительного ответа. Ну действительно, когда мои более благополучные сверстники осваивали грамоту в трёхлетней школе, я высунув язык бегал, чтобы просто не сдохнуть с голода.

Мои родители умерли почти разом, всего в течение года, когда мне не исполнилось ещё и восьми лет. Все трое. И отец, и мать, и вторая жена отца. Нет, не было никакой эпидемии, просто… Просто я был поздним ребёнком. Очень поздним. Настолько, что все соседи прятали улыбки, когда в семье стариков на седьмом десятке появился очередной ребёнок.

Также они прятали улыбки, когда мои старшие братья, у которых у самих уже были первые внуки, продали небогатый дом, а меня выпроводили на улицу. Просто никто не изъявил желания приютить приложение к небольшому наследству.

Я снова откинулся головой на валун и прикрыл глаза. От весёлых девиц вроде бы отбрехался, а что они там будут себе придумывать – дело десятое. Главное, что причина не обращать на них внимание уже озвучена, а остальное меня волнует мало. Неграмотный? Ну и плевать. Таких в городе половина, если не больше. Хотя что-то гложет в глубине души, конечно. Неужели мой предел достигнут, и я действительно вписался в размеренную убогую жизнь?

И тут у меня перед закрытыми глазами вдруг возникло видение красивой девушки. Блондинки с длинными распущенными волосами, шёлковой волной падающими на плечи. Ухоженной и прекрасной. А главное, взгляд. Спокойный и уверенный. А ещё и немного циничный. Красавица будто говорила без слов: «Вот такая я. Делаю что хочу, а ты, если желаешь что-то предложить, то постарайся уж».

Не успел я налюбоваться, как видение изменилось. Всё та же девушка, но уже заметно старше. Скорее ближе к тридцати. И уже с тёмными волосами, а ещё с огромными кошачьими ушами.

Я боялся даже вдохнуть, чтобы не спугнуть очарование момента, и тут девушка снова изменилась, превратившись уже в совсем взрослую женщину. Ближе годам к пятидесяти, но всё такую же прекрасную. А затем я вдруг отчётливо понял, что это всё, старше она уже не стала.

– Эй, Кес! Что с тобой? Ты не дышишь и даже не слышал как я подошёл! – меня теребили за плечо, и я наконец это почувствовал.

Открыл глаза и шумно вдохнул. Посмотрел на Груба и просто отмахнулся, проворчав:

– Ничего. Всё нормально.

Приятель только головой покачал, после чего достал из сумки пупырчатый огурец, совсем свежий и даже с остатком подсохшего цветка, и протянул мне:

– Мы с отцом сегодня собрали первые из нового урожая. Попробуй!

Я кивнул и взял подарок. Огурцы – это хорошо. А ещё и довольно дорого. Не каждый может себе их позволить. А мне вот нередко перепадает что-то с огорода друга. Его отец известный в Кобурне огородник, и поставляет овощи в самые богатые дома.

И не сказать, что мы такие хорошие друзья, скорее приятели, но мы с Грубом постоянно зависаем в трактирах по вечерам, а у него не всегда есть деньги, так что нередко плачу за обоих я. А парень потом пытается так отдариться.

И нет, я не простачок, за чей счёт можно постоянно пьянствовать. Просто Груб оказался единственным, кто хоть как-то помог мне в самый трудный первый год жизни на улице. Уговорил отца, чтобы тот покупал у меня водоросли по нормальной цене. Довольно редкие водоросли, которые прибой иногда выбрасывает на пляжи. И особенные они тем, что внутри них вода почти пресная, так что их можно закапывать в землю как удобрение, и не опасаться, что грядки вскоре превратятся в солончак.

И если бы я продавал такие находки скупщику, то получал бы от силы четверть цены, по которой они достаются огородникам. А отец Груба тогда даже набил морду мелкому барыге, недовольному, что часть его ожидаемых доходов стали проходить мимо.

По мере того как я рос, то стал нырять за этими водорослями, а затем перешёл на сбор всяких моллюсков. Сначала на небольшой глубине, а теперь вот, достаю самых ценных оттуда, куда больше никто донырнуть не может.

Ну и угощать приятеля не считаю глупым, в память о той давней помощи.

– Я чего пришёл-то, – тем временем произнёс парень. – Тебя Дзара разыскивала. Она с подругами в порту сейчас, кораблём любуются. И она была такой… странной какой-то…

При этом приятель кидал взгляды в сторону моря, я тоже посмотрел. Девиц уже не было, значит увидев Груба, они смылись за скалу, потому что устраивать бесплатные представления для кого попало не в их правилах. Это я их заинтересовал, а обычному костлявому подростку такое не светит. Но кажется тот заметил что-то издали, и теперь просто мечтает посмотреть на это же поближе.

Наконец парень набрался наглости и крикнул:

– Девочки, не желаете огурцами угоститься?

В ответ захихикали, а затем и голос донёсся:

– За огурец ты можешь только на это посмотреть! Да, поднеси поближе и положи на камень.

Из-за скалы высунулась голая ножка и слегка помахала в воздухе. Груб кинулся поближе, потому как второго предложения не будет.

А я только покачал головой и потянулся к сумке с одеждой. Пора мне идти. Дзара очень редко что-то просит, но если уж попросила, то может и обидеться, если её проигнорировать. И придётся мне так же как и Грубу… любоваться издалека. И пусть девушек в городе навалом, но Дзара… просто красивая. Да и не строит никаких лишних планов на наши дальнейшие отношения.

Я покосился на огурец в руке, и чтобы не возиться с ним, решил тут же съесть. Откусил сразу половину и только начал жевать, как мир вокруг вдруг окрасился синеватыми оттенками. И я аж замер, не веря собственному счастью, ведь в отличие от первого видения, я точно знаю, что это такое.

Именно так редкие городские колдуны описывали свой переход в магическое состояние. И именно этого мечтают добиться от себя все дети, да и многие взрослые. Я тоже не один час провёл, пытаясь открыть в себе магию, но повезло мне только сейчас, причём я даже не понял с чего.

Сидеть в магическом состоянии смысла не было, потому что даже самые простые заклинания надо учить, а для меня сейчас главное понять, что же меня активировало. Поэтому лёгким мысленным усилием вышел в обычное состояние и принялся до мелочей вспоминать, что же я делал, думал или говорил про себя, ведь если не вспомню, то и повторить не получится. Так что принялся не просто вспоминать, а повторять каждые слово, каждую мысль и каждый жест.

Итак… потянулся к одежде, думал о Дзаре… о любующемся ножкой Грубе… откусил огурец…

О! Я снова перешёл в магическое состояние! Это что же за ядрёные огурцы вырастила семейка огородников?

Я подавил в себе первое желание обрадовать приятеля. Надо сначала хорошенько подумать. Если дело именно в огурцах, то боюсь даже представить сколько они будут стоить. И сразу будут забыты и дружба, и всё остальное. Если же ещё подумать, то эти огурцы сами огородники уж точно пробовали, но магами не стали. Но даже если эти овощи влияют только на меня, то всё равно, пойдут слухи, и все в городе захотят испытать чудо на себе. Так что пока сохраню это в тайне.

Затем кинул взгляд на собственную правую руку, которая так и тянулась к сумке с одеждой, и вздрогнул. На запястье слабо сияли три рисунка в виде браслетов из тонко прорисованных веточек с листьями и даже цветами. Причём самый близкий к кисти браслет был ярким, а два других намного бледнее.

Я вышел из магического состояния, и рисунки пропали. Снова откусил огурец, и всё вернулось на место.

И что это? Явно раньше их не было. Среди моих уличных знакомцев есть двое, владеющих магией. Совсем чуть-чуть. Хватает их разве что на магического светлячка и другую мелочь, а что-то сложнее никто так и не освоил, но всё равно. Видели они меня с голыми руками постоянно, когда я всё детство ходил одетый чёрт знает во что, и уж про такое молчать не стали бы.

А значит эти браслеты появились недавно. Скорее всего именно сегодня. Не врали, получается, жрецы про сакральность дня семнадцатилетия! Тут и видения неизвестной девушки, и магия, и браслеты. Столько чудес, и все в один день!

Я быстро оделся и двинулся в порт. Всё, что происходит, надо очень хорошо обдумать, но и Дзару терять я не намерен.

Девушка стояла в компании подруг, и все они были какие-то взвинченные. Явно им было не до корабля, мне тем более. В детстве насмотрелся, потому что парусники с севера приплывали к нам чуть ли не каждый месяц.

Заметив меня, Дзара подошла поближе, кивнула в ответ на моё приветствие и почти скороговоркой выпалила:

– Кес! Я хочу тебе сказать кое-что важное. Да! Могла бы не говорить, но это… было бы нехорошо. Вот, говорю! Мы с девчонками решили уйти в Орден. Да! И не пытайся меня отговорить!

Подруга, уже бывшая, развернулась и чуть ли не бегом кинулась к своей компании. А затем все они быстро пошли по улице к окраине. А я замер, чуть не разинув рот. Ну и поворот! Неплохой подарочек на день рожденья, хотя Дзара, надо сказать, о нём и не знала, потому что я вообще никому об этом не говорил. Не вижу смысла отмечать начало тяжёлой и, похоже, бесполезной жизни. Хотя… может сегодня что-то и изменилось, но я пока так и не понял, что.

А Орден… В целом неплохое место, если думать головой. Девчонок рождается намного больше чем мальчишек, и повзрослев далеко не все могут найти себе пару. Нет, некоторые мужчины имеют и двух, и трёх жён, но не все могут столько содержать, а на большинство работ женщин не берут. Вот часть и уходят в Орден, чья главная крепость находится в паре километров от города.

Славится эта община довольно хорошим отношением к своим адепткам, да и Орденом её называют по непонятной причине. Но никто не рискует ссориться с ними, потому что вот уж где хватает сильных магичек, так это там. При желании они любому владетелю могут поджарить задницу. Причём, в прямом смысле этого слова.

И из Ордена можно при желании легко уйти, но… Вот уж чего я себе не желаю, так это ждать девчонку оттуда. Так можно и годы прождать. А ещё… Ещё я же сегодня увидел по-настоящему мою девушку, которую просто обязан разыскать, хотя пока и не смог понять сегодняшнее видение. Если это моя божественная невеста, то почему она умерла? А я ведь это точно понял. И умерла совсем не молодой.

Я кинул рассеянный взгляд на корабль и вдруг прочитал на борту около носа длинное название витиеватыми золочёными буквами: «Её Величество Королева Кастонии Зю Первая». А пониже и название родного порта судна: «Рим».

Что? Прочитал? Я?

На подгибающихся ногах я двинулся к дому, постепенно приходя в себя, и тут наткнулся на знакомую лавку, в которую, правда никогда раньше не заходил. Смысла не было. Всякая канцелярия и редкие книжки мне ни к чему, да и не по карману.

А ещё там постоянно торчит за прилавком дочка хозяина, очень не воздержанная на язык.

Но вот сейчас решил заглянуть… Просто захотел кое-что проверить.

Навстречу мне вскочила из-за стола девчонка и тут же оправдала самые неприятные ожидания, завопив:

– О! Кого я вижу! Кес! Неужели захотел картинки посмотреть? Но разочарую тебя, скабрезных не держим, у нас же приличное заведение.

Я только головой покачал под таким напором. Эта девчонка, даже имени которой я как-то не удосужился запомнить, здорово западает на мою фигуру и мускулы. Но сама она не в моём вкусе. Будет… Когда подрастёт. Сейчас-то это вообще шмакодявка, лет тринадцати, но умная, что только держись.

А паршивка не унималась:

– Нам на этом паруснике привезли кучу книг. Даже я столько раньше не видела! И они очень дешёвые! Да у нас бумага дороже стоит! А всё потому, что их не переписывают, а пе-ча-та-ют, и не где-нибудь, а аж в самой Кастонии! И чего только у нас теперь нет! И учебников, кстати, куча.

Тут собеседница заговорщицки понизила голос и добавила:

– И есть справочник по анатомии, а там… там! Там есть рисунок голой тётки! Но я тебе его не покажу!

Я разом пришёл в себя и уже еле удержался от хохота, да и чтобы не ляпнуть, что и вживую немало видел. Да хоть буквально час назад. Но и вспомнил, зачем зашёл, поэтому попросил:

– А на простой учебник посмотреть можно?

– Ха! Что значит «на простой учебник»? У нас их знаешь сколько разных!

– На любой, – проворчал я.

Собеседница сунула мне книгу, над которой только что сидела, и я легко прочитал несколько строк. Вернул томик скептически смотрящей на меня пигалице и спросил:

– А есть что-нибудь на других языках? Не человеческих.

Поймал обалдевший взгляд и добавил:

– Хочу посмотреть как буквы выглядят.

– Что, клад с неизвестными свитками нашёл? – хихикнула нахалка, но убежала в соседнюю комнату и бережно вынесла две потрёпанные книжки, пояснив. – Вот, эта на языке энифели, жрецы ещё называют его божественным, а эта на языке кипо. Это те самые лягушки, которые иногда к нам приплывают на своих необычных корабликах. И они дорогие, так что хватай поосторожнее.

Я аккуратно, как и просили, открыл сначала одну рукописную книгу, потом другую, всмотрелся, поблагодарил засиявшую девчонку и вышел на улицу, не зная что и думать.

Итак… Язык кипо я не знаю, а вот божественный мне отлично знаком. А значит, это не магия какая-то, позволяющая читать всё что ни попадя. Я постарался построить в голове фразу на языке энифели и даже тихо пробубнить себе под нос. И у меня отлично получилось.

Чёрт! Откуда я знаю письменность, да и сам язык, который никогда не учил? Да и негде было. Жрецы только попусту болтают про божественный язык, а сами на нём и дюжины слов не свяжут.

Сколько ещё открытий принесёт мне сегодняшний день? День моего семнадцатилетия.