Текст книги "Кровь ведьмы (СИ)"
Автор книги: Влад Гора
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)
«Как я тут оказалась, и что все это значит? Откуда кровь и тела грудничков? Я засыпала в кровати с Ричардом, в королевских покоях, а проснулась тут.»
Элизабет побежал вдоль коридора к лестнице оставляя кровавые следы на каменном полу. Она перебрала ногами изо всех сил, но продвигалась ужасающе медленно, будто ее подвесили над землёй и потихоньку несли вперёд. Коридор все не заканчивался, хотя она все это время видела выход к лестнице, до него было шагов двадцать, не больше.
Она остановилась отдышаться, но это оказалось не нужно, дыхание совсем не сбилось.
«Но как такое вообще возможно, или правильный вопрос где? Во сне например. Я засыпала в кровати с Ричардом и оказалась здесь, это всего лишь сон», – осознала вдруг Элизабет.
Она посмотрела на свои руки – кожа смуглая, на указательном пальце шрам после первой варки зелья. Бабушка тогда успела вовремя намазать ожог лечебным варом, но след все равно остался.
Страх сменился интересом, и она стала смело шагать по коридору вдоль бесконечных дверей, факелов и серых стен. Коридор по-прежнему никак не хотел заканчиваться и девушка вновь перешла на бег. В какой-то момент она остановилась обнаружив, что снова находится у той самой комнаты с которой все началось. Об этом свидетельствовали кровавые следы на полу, ее следы. От этого стало так жутко, что мурашки пронеслись по коже. Из-за двери вновь донесся плачь. Границы сна не выпускали ее за пределы коридора. Она подёргала несколько других дверей, как и ожидала они были заперты. Элизабет не двусмысленно намекали, что для нее есть только одна дверь.
– Сон. Это, просто сон, – произнесла она вслух набираясь смелости, – Давай! Покажи мне! – воскликнула Элизабет и толкнула дверь вооружившись ближайшим факелом.
Дверь распахнулась открывая взору зияющую черноту, с которой факел едва ли мог справиться. Элизабет шагнула внутрь, кровь и тельца детей на полу больше не пугали, но отвращали. Она выставила перед собой факел пытаясь осветить комнату, слабый, неуверенный свет огня высветил темную фигуру. Элизабет вздрогнула от неожиданности, когда она покидала это место, никого кроме нее в комнате не было. Но у снов свои правило, не было да появилось. У кровати, прямо на полу, кто-то сидел и мерно покачиваясь держал плачущего ребенка на руках. Девушка подошла ближе в попытке выхватить из темноты человека, чтобы рассмотреть лицо и замерла не то от страха, не то от удивления. Ей удалось опознать таинственную фигуру, факел окутанный дымкой, светил будто через мутную воду, но она смогла отчётливо увидеть рыжие волосы. Голова склонена к ребенку, лица не видно, но на полу определенно сидела Мари, с новорожденным, синюшным ребенком на руках. Она хладнокровно обматывала его шею пуповиной при этом по матерински трепетно укачивая, и пытаясь успокоить.
Огонь привлек не нужное внимание, Мари вскинула голову уставив взгляд прямо на Элизабет. Это точно была Мари, теперь сомнений быть не могло, но от былой красоты не осталось и следа. Лицо покрывали ужасные рубцы, кожа, как у старухи, была покрыта множеством глубоких морщин, глаза заплыли кровью, а во рту виднелся акулий оскал.
– Кто ты!? Как ты сюда попала!? – заверещало чудовище похожее на Мари.
Элизабет как никогда раньше желала развернуться и бежать без оглядки, но ее словно парализовало. Тело ни в какую не хотело слушаться. Ноги приклеились к полу, руки набились свинцом.
– Просыпайся! Давай же! Это все не по настоящему! – закричала она, но пробудится не выходило.
Мари отбросила дитя в сторону к остальным, предварительно туго затянув пуповину на шее, до Элизабет донёсся слабый хруст крошечной шеи. Затем монстр не спеша поднялся на ноги, внимательно всмотреться в лицо Элизабет, будто запоминая.
– Тебе тут не место, не стоило приходить. Это мое место, мой дом! Никто не смеет приходить! Никто! – прорычало чудовище и выбросило вперёд когтистые руки.
Элизабет пыталась увернуться, вышло нечто похожее на судорогу. Руки монстра вцепились в шею, его хватке позавидовал бы любой мужик. Безумные, кроваво-красные глаза с упоением смотрели на задыхающуюся жертву.
– Убирайся отсюда. Убирайся. Убирайся, – шипел монстр.
Элизабет чувствовала, что близка к потери сознания, но не могла и пальцем шевельнуть. Дыхание сперло, когти царапали кожу. Оставалось лишь смиренно ждать конца…
Ведьма подскочила на кровати как ошпаренная, судорожно хватаясь за горло и жадно глотая воздух. Из глаз невольно выступили слезы. На этот раз она была в своей кровати, чему была несказанно рада. Рядом мирно похрапывал Ричард. В окно пробивались первые лучи восходящего солнца. Пол был чист, никакой крови или трупов, уже привычный узорчатый ковер и не более. Восстановив душевный покой девушка вернула голову на подушку. На шелковой ткани лежали три рыжих, искореженных волоска. Выглядели они так, будто их над огнем подержали. Ведьма с психом смахнула их на пол как только заметила.
Вставать было еще слишком рано, но и уснуть не получалось. В голове раз за разом воспроизводился кошмар. Она разгадывала его значение пытаясь не упустить любой мелочи. Пролежав так около часа, ведьма все же уснула. И проснулась уже когда солнце было высоко в небе. Ричарда рядом не оказалось, может даже и к лучшему. Элизабет была сама не своя, все мысли сводились только к видению. Не терпелось поделиться новостями с Батором, да и быть может он сможет помочь разобраться.
Быстро надев платье Элизабет стала перед зеркалом дабы привести волосы в порядок. Ее внимание привлекли темные пятна на шее. Она приблизилась, и обнаружила отчетливые следы рук и пару маленьких царапин. В этот момент к ней пришло некое осознание истины, куда более глубинное и масштабное, чем казалось на первый взгляд.
– Этого не может быть, – пробубнила ошарашенная новым фактом ведьма.
В тронном зале было уйма народу. Слуги суетливо носили мебель под чутким руководством короля. Творилось что-то не понятное для Элизабет. Помещение заставляли столами и стульями.
– Доброе утро, дорогая! – воскликнул Ричард завидев жену.
– Доброе, а что происходит?
Ричард взял ее руку и поцеловал, только после этого ответил:
– А происходит торжество, в честь твоего исцеления, не большое, приглашено около ста гостей, гонцы с приглашениями уже в пути. Я встал с утра пораньше и подумал: «Почему бы не устроить в честь моей любимой жены праздник?», и не увидел причин этого не делать.
– Торжество!? Так неожиданно. А это обязательно? – смутилась ведьма.
– Разумеется. Я хочу поделится своей радостью со всеми, – Ричард весь светился от воодушевления.
– Хорошо. Я конечно польщена, дорогой, но…
– Никаких «но»! И кстати, я много думал как отблагодарить колдунью за помощь, и решил пригласить ее тоже. Ты ведь не против? Хочу предложить ей переехать в замок и работать у нас целителем при троне.
Эта новость окончательно подкосила Элизабет, на мгновение у нее даже закружилась голова.
– Нет, конечно не против. Что ты? – наиграно выпалила Элизабет. – Но, даже не знаю согласится ли она. Знаешь, эти ведьмы такие домоседы, да и дел у нее наверняка много.
– Я не оставлю ей выбора. Карета за ней отправится через пару часов. Дорога как никак не близкая. Как раз к торжеству подоспеет. Я уже распорядился на этот счет, – не унимался Ричард.
– Ну раз так, у нее правда не будет выхода, – произнесла сквозь зубы девушка. Она абсолютно не могла представить как это будет. Как Катерина справится с ролью ведьмы? И не взболтнет ли лишнего? Опасений было уйма.
– Мне кажется или ты не рада этой новости?
– Да нет, что ты? – ведьма натянула улыбку, – Я очень благодарна ей за все, что она сделала. Просто я беспокоюсь о Мари. Не могу больше ни о чем думать, – что пусть и от части, но было правдой.
– А… Мари. Разделяю твое негодование. Я дал Батору на сегодня отгул, пусть побудет с женой. Кстати ты можешь пойти проведать их, если тебя это так сильно гнетет.
– Пожалуй так и сделаю, – ответила девушка и поцеловав короля в щеку удалилась.
Элизабет постучалась ради приличия, и только после этого вошла в спальню. Батор, как и полагалось любящему супругу находился рядом с больной женой, поил ее чем-то, судя по всему бульоном.
– Добрый день, – поприветствовала она их.
На что получила такой же ответ от Мари, лежащей в кровати, и кивок от мужчины.
– Как вы, Мари? – спросила ведьма все из того же приличия.
– Спасибо, ваше величество, уже лучше, – ответила кухарка с удивительной простотой. Выглядела она и правда не плохо.
– Чудно. Вы позволите украсть ненадолго вашего мужа? Есть разговор.
– Да, конечно, – слегка удивленно дала одобрение Мари. Это был первый случай за всю ее жизнь в замке, когда королевская особа просила ее разрешения на, что-либо.
Ведьма вышла за дверь и рыцарь последовал за ней. Он понимал о чем пойдет речь и уже откровенно заждался этого разговора.
– Давайте пройдемся по саду, – предложила девушка, – не хочу чтобы нас услышали.
Батор без колебаний принял предложение и они отправились в сад. Убедившись что в пределах слышимости никого, Элизабет начала разговор с прямого вопроса:
– Батор, вы знали, что ваша жена ведьма?
Глава 11. Торжество
Я прервался, налил себе вина, выпил залпом, желудок возмущенно отозвался.
– Может нам что-нибудь заказать? Я порядком проголодался.
– Серьезно? Именно в этот момент вы захотели есть? – возмутился Морриган.
– А что не так? – с недоумением спросил я.
– Вы оборвали повествование на весьма интересном месте – вот что. Знаете, как в каком-нибудь сериале. Когда серия заканчивается на ключевой, интригующей сцене и заставляет зрителя мучительно ждать выхода продолжения, – пояснил мужчина слегка раздраженным голосом.
– Вот вы о чем! Я конечно все понимаю, но не помешало бы сделать не большой перерыв. Мы как никак уже несколько часов напролет беседуем, ну как мы, я. Самое время для ланча.
– Не считайте потраченных часов, Филлипс, они щедро оплачиваются. Хорошо. Я согласен, стоит немного подкрепится, – мужчина поднял руку вверх и демонстративно щелкнул пальцами, к столику незамедлительно направился официант.
Молодой, худощавый паренек в белоснежной сорочке и черном, классическом жилете положил меню перед единственными посетителями и стал смиренно ожидать заказ. Морриган даже не раскрыв большую книгу сделал заказ, и стал наблюдать за мной. Я внимательно изучал блюда и цены изредка охая и вздыхая. Некоторые цены больше походили на номера телефона, такие они были длинные.
– Не волнуйтесь мистер Филлипс, я угощаю. В конце концов ресторан мой выбор, – слегка улыбнувшись и прищурив глаза, объявил мужчина.
– Тогда мне тоже, что и этому господину, – решил я.
Официант кивнул, и сделал запись в маленький блокнотик.
– Еще вина, джентльмены?
– Да, пожалуй такого же, – ответил Морриган получив от меня одобрительный кивок.
Официант скрылся, подавать заказ на кухню.
– Скажите, я могу закурить? – поинтересовался я. Мне уже давно хотелось, уж уши пухнуть начали, но курить во время рассказа было не с руки.
– Вообще тут не курят, но вам можно.
Я вынул пачку из кармана, и выдернув из нее зубами одну сигарету, положил на стол. Не обнаружив на столе пепельницы прикуривать не стал и сигарета зависла во рту. Морриган заметил это и разлив остаток вина предоставил в качестве пепельницы пустую бутылку со словами:
– Скоро принесут вино, тогда и попросим пепельницу. А пока можете воспользоваться этим.
Я без капли смущения поставил бутыль перед собой и тут же закурил.
– Цены здесь не человеческие! – возмутился я с наслаждением наполняя легкие дымом.
– Вполне себе адекватные цены, я считаю. Талант должен хорошо оплачиваться, не важно в какой сфере этот талант реализуется. А «не человеческие» зарплаты у выдающихся людей вроде вас.
– Не могу не согласится, хотя на жизнь хватает. На скромную, такую, но стабильную. Вы мне вот что лучше скажите, Френсис, откуда вы узнали об этих артефактах? Подобную информацию не кричат на каждом углу. Научно-исторических статей данного толка тоже давно не выходило, так откуда?
– Я думал мы договорились. Говорите вы, я слушаю, – нахмурив брови ответил Морриган.
– Вы можете не платить мне за время затраченное на мои расспросы, – я по деловому вскинул руку, посмотрел на время, – но ответить должны. Тем более это напрямую относится к делу.
– Ладно. Я скажу вам, – Морриган выждал пока официант, принесший очередную бутылку вина, удалится и продолжил, – О кольцах мне любезно сообщил Саша. Откуда о них узнал он – не имею представления.
– Что именно он вам рассказал?
– Что это магические артефакты, которые обладают могущественной, магической силой. Каждое кольцо, даёт власть над определенной стихией. Комбинации колец могут давать промежуточный эффект, хотя это мне не совсем понятно, если можете поясните. Вроде бы ничего не упустил. Как видите мои познания крайне поверхностны.
– Да, с этим соглашусь. Комбинация работает следующим образом – камень земли отвечает только за подчинение себе грунта и пароды: металлы, различные каменные пароды и подобное. Но, если к нему добавить камень воды, вы получите власть ещё и над любыми растениями. Так что, они обладают не просто могущественной силой, это одни из самых мощный, магических артефактов о которых мне довелось читать. Магический резерв этих крошек практически неисчерпаем. Мне довелось слышать только об одной вещице сильнее этих колец.
– Вы умеете заинтересовать, Филлипс. О какой же?
– Обломок гильотины северян.
– Интересно. У него тоже есть своя история?
– Да, но она менее увлекательная. Как вы уже знаете Альберт казнил любого причастного к магии. Гильдия охотников в основном показательно вешала ведьм на деревьях или убивала на месте, в случае сопротивления. Но самых могущественных представителей магического сообщества казнили в столице на главной площади, на потеху зевакам. Казнь проводилась с помощью гильотины, что было большой ошибкой со стороны Альберта. Забегая вперёд, хочу сказать, что его сын Миран продолжил дело отца, даром осталось ведьм совсем немного к моменту его восхождения на трон. Ошибка была в том, что отрубая им головы он из раза в раз проливал кровь, а кровь обладает величайшим аккумулирующим и генерирующим эффектом магии ведьм. Не спроста все сложнейшие обряды связанны именно с кровью. И получилось, что та часть лезвия которая первой соприкасалась с кровью приговоренных впитывала большую часть их силы. А через гильотину прошла по меньшей мере сотня ведьм и ведьмаков. Представляете?
– И что произошло после?
– В итоге кто-то прознал об этом допущении, и отколол от лезвия гильотины маленький фрагмент, по некоторым записям можно судить, что метал этого кусочка настолько пропитался кровью, что навсегда обрёл темно-бордовый оттенок.
– Это занимательно, профессор. Ну, а в чем же была ошибка Альберта? И какой силой обладает этот осколок?
– Силой? – я закинул окурок в бутылку, – Если судить по записям, это просто магический резервуар. Некая батарейка, от которой могут подпитываться ведьмы и не более того. А ошибка Альберта как раз в методе казни. Не с проста в последствие ведьм стали сжигать. Из пепла артефакт не сделаешь, да и кровь запекается раньше, чем успевает окропить что-либо. Таким образом сила ведьмы отправляется в небытие вместе с хозяйкой.
– Хм… – Морриган потер гладко выбритый подбородок, – Это объясняет для чего при создании амулета стихий, в металл добавлялась кровь, чтобы сделать его сильнее.
– Не совсем так. Если судить по известным мне фактам, сила покидает ведьм в большом объеме куда охотнее после смерти. Скорее всего в серебро амулета добавляли кровь для установки более тесной связи артефакта с пользователем. Не зря амулет стал фамильной реликвией Вельмонтов, считалось, что они лучше всех прочих смогут контролировать силу амулета и противится его кровавому искушению.
– Да, но мне по прежнему не ясно как амулет обрёл форму четырех колец.
– Вы попросили рассказывать все по порядку, поэтому будем считать этот разговор небольшим лирическим отступлением.
– Хотите сохранить интригу?
– Рассказывать нужно так, чтобы слушатель не заскучал, – ответил я хитро улыбаясь. – Кстати, Саша сказал, что лишь тот по в чьих жилах течет кровь ведьмы может использовать кольцо?
– Нет, но это и так понятно. Послушайте. Для меня это в первую очередь историческая реликвия, и уже потом волшебная ерунда. Я разве похож на какого-нибудь Мэрлина?!
– Нет. Абсолютно не похожи, Но определенно похожи на человека признающего власть над другими. Поправьте меня, если это не так.
– Это так. Но власть в современном мире олицетворяют деньги, как следствие она у меня уже имеется, – с полной уверенностью заявил Морриган.
– Вы заблуждаетесь, ой как сильно. Но я не стану спорить.
– И не нужно, мистер Филлипс. Я плачу вам не за споры так что, давайте продолжим наш урок истории, – весьма раздраженно заявил Морриган.
– Да. Конечно.
Меня сильно зацепили его слова, Морриган был уверен, что купил меня и начинал жёстко диктовать свои правила, но приходилось подыгрывать. Мне было необходимо выяснить его мотивы. Он был помешан на кольцах, не имея при этом даже толики магических сил, и это очень настораживало. Я прислушивался к своим внутренним радарам на протяжении всех наших встреч – ничего. Но, раз он не сможет использовать кольца, для чего они ему? Неужели он обычный зажравшийся богатей, с тягой коллекционера? А к чему тогда мое видение? Быть может мое кольцо указало мне на владельца другого кольца? Но это бессмысленно. Почему все эти годы оно молчало и вдруг на тебе? Сколько же вопросов, а Морриган как назло не хочет раскрывать свои секреты, придется пока поиграть по его правилам.
– Батор, вы знали, что ваша жена ведьма? – выпалила Элизабет с ходу.
– Что?! – недоумение отчетливо читалось на лице мужчины, – Она бывает резковатой в своих высказываниях, но все от того, что слишком эмоциональна, а вообще Мари очень хороший человек.
– Вы неправильно меня поняли, Батор. Это не метафора, она самая настоящая ведьма, и поверьте мне довольно скверная, – пояснила девушка.
– Постойте… Да ну нет. Это абсурд. Быть не может! Мы знакомы всю сознательную жизнь. Я знал ее мать и она не была ведьмой, – Батор был просто шокирован таким заявлением.
– Допустим. А отец? Его вы знали? – тут же парировала Элизабет.
Рыцарь задумался. Нет он не вспоминал, своего отца не знала даже сама Мари, пытался придумать контраргумент. Ведь если так, то она действительно могла оказаться ведьмой, а этот факт уж очень хотелось оспорить. Но на ум, как назло, ничего не приходило.
– Нет, – поверженным голосом сообщил мужчина, – Он был проездом в городе. Какой-то граф вроде. У них с матерью Мари закрутился кратковременный роман, затем он уехал и больше не возвращался, а Офелия через время обнаружила, что беременна. Послушайте, с чего вообще такой вывод?
Элизабет заметила скамейку и предложила присесть. Батор был только рад, ведь ноги практически отказывались держать после подобных новостей.
– Вчера, когда я осмотрела Мари, как вы помните, оказалось, что с ней все хорошо и она физически здорова. Вот только откуда взялись следы магического удара на сердце? Причем свежие.
– Вы у нас по этим штучкам, – пожав плечами, раздражённо ответил мужчина.
– Когда я коснулась ее руки меня что-то кольнуло. Такое случается когда одна ведьма касается другой ведьмы – так называемая магическая искра. И тогда я решила подкрепить свои подозрения фактами, проникнув к Мари в подсознание. Как правило там мы таим все самое сокровенное. То, что я там обнаружила напугало меня до глубины души, – ведьма вспомнила ночной кошмар и на мгновение замолкла, – Боюсь вам это тоже не понравится.
– Что же вы там такого обнаружили? – со скепсисом вопросил Батор.
– Темную, магическую сущность. Невероятно сильную, пожалуй, почти равную мне. Если это вас не впечатлило, то слушайте дальше. Знаете чем она занималась? – Батор нетерпеливо вздохнул, – Убивала младенцев. Ваших детей! Беспощадно и хладнокровно душила их…
– Что за абсурд!!!??? – не вытерпел Батор и подскочил со скамьи, – Вы вообще себя слышите? Вы делаете выводы и осуждаете мою жену из-за какого-то сна?! – его возмущению не было предела.
– А ну успокойтесь, прекратите истерику! Вы верно забыли с кем разговариваете?! – ведьма включила королевский тон и он сработал. Батор настолько опешил от такого, что даже сел обратно на скамейку, но быстро собрался и ответил уже спокойно:
– Нет, не забыл. Просто не знал, что говорю с сумасшедшей.
– Вот как? – Элизабет приспустила шелковый шарф обнажая два больших синяка, в которых отчётливо просматривалась форма ладоней, – Она пыталась меня задушить, в своем сне, когда обнаружила. Мне с трудом удалось проснутся и избежать смерти. Надеюсь вы не скажите, что я сама оставила эти отметины?
– Великий грифон, разве это возможно?! – растерянно проговорил Батор рассматривая почерневшие участки кожи.
– Как видите. В своем сознании ее сила неоспорима, я едва не погибла. Хотите вы это принимать или нет, но это факт – Мари не хочет детей, чтобы она не говорила. И поэтому ее магическая сущность их губит ещё в зародыше.
Батор опустил голову закрыв руками лицо, рухнул на скамейку. Он был явно не готов к такой правде. Вот она сила любви, Элизабет своими глазами видела как яростно рыцарь расправлялся с похитителями не оставляя им даже мизерного шанса, а какие-то слова, эфемерные, не осязаемые, по сути просто набор звуков, смогли выбить почву у него из под ног. Батор вдохнул поглубже, выдохнул, взял себя в руки.
– Объясните, что это за сущность. Я не совсем понимаю.
– Хорошо, я постараюсь, – Элизабет ненадолго задумалась, формулирую мысль, – У каждой ведьмы есть магическая энергия, как вы знаете, когда приходит время родители начинают учить высвобождать ее, проще говоря колдовать. Если этого не происходит – магия копится, – она снова прервалась, – Вот, это как ногти, если их не постригать, то рано или поздно они отрастут достаточно сильно, чтобы причинять неудобства. Только ногти не попытаются кого-нибудь убить, – Батор неодобрительно взглянул на ведьму, – Простите. В общем, эта магическая энергия образует некую бестелесную сущность, которая руководствуется только желаниями и эмоциями хозяйки. Как правило плохие эмоции дают возможность большего выплеска магии потому и получается так как с Мари.
Батор хорошенько обдумал услышанное. Голова шла кругом от полученной от сказанного ведьмой, но все же он сумел усвоить главное.
– То есть, вы утверждаете, что моя жена не хочет заводить детей и поэтому злобная тварь внутри нее убивает наших малышей? Да это же бред, у вас верно горячка.
– Крепитесь, Батор. Я понимаю, что вам тяжело в это поверить, но все так как я сказала. И это еще не все.
– Не все?! Что вы там ещё придумали? Может это Мари прокляла королеву? – Элизабет многозначительно посмотрела на него, едва заметно кивнув, – Да нет. Ну нет. Вы издеваетесь… Верно издеваетесь надо мной? Это какая-то шутка?
– Я бы хотела, но это не так. Мари видимо и сама не знает, что ведьма. От этого проблем только больше. В общем ее приступ ничто иное как отскочившее проклятие. Вчера вечером, на ужине, она мысленно прокляла меня. Я почувствовала что-то, но по началу не предала этому значения. Мой амулет принял удар на себя, и отразил его многократно увеличив силу. Ей сильно повезло, что она выжила. Вы случайно не проболтали ей наш маленький секрет?
– Нет, ни в коем случае. Да за кого вы меня держите? – чуть ли не перекрестился Батор, убеждая в правдивости своих слов.
– Тогда с чего такая ненависть? Если она как и все считает меня королевой, значит и проклятье было адресовано не мне, – рассуждала Элизабет вслух, – Что ей сделала Катерина?
– Я понял ход ваших мыслей, но все не так. Ваши обвинения беспочвенны. Какой смысл? Зачем? – Батор поднялся и принялся нервно ходить.
– Вы мне скажите, любезный. За что ваша жена ненавидит королеву?
– Мне нечего вам сказать по этому поводу. Вы обознались, ошиблись, перепутали, как угодно. Мари не причастна к этому всему, и у вас нет доказательств обратному. Ваши следы на шее, всего лишь синяки, а все остальное и того хуже – просто слова, сны, бредни. Я не верю вам.
– Мне нужны ответы, Батор, верите вы или нет – мне не важно. Я прибыла в замок, чтобы спасти Катерину, а не убеждать вас в чём-то, и я доведу дело до конца. И спешу напомнить, что вы давали королеве обещание содействовать мне в поисках. Говорили, что лично отделите голову от плеч виновному в ее болезни. Забыли? От этого может зависеть жизнь вашей королевы!
– Мари моя жена! – Воскликнул Батор, – Вы можете это понять или нет?
– А как же преданность трону о которой вы столько говорили? Как же ваша дружба с Ричардом?
– Тебе не понять, ведьма. У тебя нет семьи, нет друзей. Ты заботишься только о своей шкуре. Делаешь вид, что помогаешь подруге по старой памяти, но все дело только в выгоде. Королева хорошо позолотит ручку в случае исцеления, да и король не обидит за спасение жены. Он уже готов пригреть тебя в замке.
Элизабет вскочила со скамейки и влепила Батору пощечину, что было сил.
– Как ты смеешь так говорить со мной?
Батор сменился в лице: глаза налились кровью, ноздри раздулись, а губы начали яростно подергиваться. Он оглянулся по сторонам, убедился, что никто их не видит, и тогда схватил Элизабет за плечи с такой силой стиснув их, что она вскрикнула.
– Я не собираюсь выбирать между женой и долгом, – прошипел он ей прямо в лицо, – Забудь об этом всем и оставь нас в покое, иначе я расскажу наш маленький секрет Ричарду и он казнит тебя прямо на площади на потеху челяди.
– Да!? Если Катерину прокляла Мари, то скорее ее казнят. А меня наградят за спасение королевы, – кинула в ответ Элизабет пытаясь вырваться.
– Твое слово, против моего. И кому интересно поверит король? – Батор оттолкнул Элизабет, она попятилась назад и снова оказалась на скамье, – Все! Я не собираюсь больше слушать этот бред, разговор окончен! И подумай, хорошо прежде чем что-либо делать, – Батор развернулся и быстрым шагом направился в замок.
– Ты должен защищать свою королеву! – крикнула Элизабет ему в след.
– Как и свою жену, – буркнул в ответ Батор не сбавляя шаг.
У Элизабет опускались руки. Сейчас она потеряла единственного союзника в замке, и что еще хуже настроила его против себя. Вполне возможно, что рыцарь прямо в этот момент, пропитанный злобой и обидой, отправился доложить королю всю правду. Быть может даже добавляя что-то от себя, искажая и преувеличивая все в нужных пропорциях. Что-то, что выставит ее перед Ричардом истинным монстром. Корыстной, злобной ведьмой захватившей трон обманом, и держащей Катерину взаперти на манер принцесс из детских сказок, только вместо высокой башни хижина на холме, а в роли дракона оборотень. Фантазия уже выдавала красочные картины расправы над ней. И, что не менее важно, тот крохотный шанс на исцеление королевы обращался прахом прямо на глазах. Самый главный вопрос на данный момент, как быть дальше? Что делать? Оставить все это сделав вид, что ничего не знаю, наблюдая как пусть и давняя, но все же когда-то лучшая подруга, погибает под гнетом проклятия? Или может собраться с силами и идти на пролом вопреки страхам и сомнениям? Ещё можно сбежать и скрываться в лесах и пещерах ведя ещё более отшельнический образ жизни. Или с помощью магии спрятаться ото всех. Обратиться другим человеком и все! Живи и радуйся – никто не найдет. Но это же трусость, низкая и ничтожная, а Элизабет не привыкла к такому. Да и отступить от своего под натиском угроз Батора тоже трусость. А как же обещание данное Катерине? Нет, это точно не для нее, она не сдастся.
Вот так ее действия были предопределены. Стоять на своем и сделать все ради спасения Катерины, казалось самый верный путь.
Элизабет собрала всю волю в кулак и решительно направилась в замок. Каков будет следующий шаг на пути к истине она и сама не знала. Было очевидно – Батор не расскажет того, что знает, а он явно что-то знает. Да и помогать больше не станет. Элизабет не осуждала его. Он всего лишь любящий супруг, который правильно расставляет приоритеты. Служба – службой, а семья это святое. Да собственно никто не в праве его осуждать за это. Вновь встречаться с психованной сущностью Мари не хотелось, не известно чем очередное такое свидание может закончится.
«Катерина!» – осенило вдруг девушку.
Она может знать что-то. Ричард сказал, что карета за ней отправится через пару часов. Это прекрасный шанс поговорить.
Элизабет перешла на быстрый шаг. Как бы не хотелось бежать, сделать это не представлялось возможным на, пусть и не больших, но все же каблуках. Она очень боялась опоздать ведь счет времени за всеми этими разговорами и размышлениями был напрочь потерян. Да и не важен был до этого момента.
Как назло опасения подтвердились. Ведьма успела лишь проводить карету взглядом. Этот факт еще больше расстроил ее. Даже если Катерина приедет на праздник поговорить с ней наедине будет крайне не просто. Снарядить другую карету и ехать следом было бы через чур подозрительно, поэтому девушка решила пока не предпринимать не обдуманных действий и отталкиваться от ситуации.
– Мамочка! – послышался за спиной радостный голос Вильяма.
Элизабет обернулась и увидела Вильяма. Мальчик бежал со стороны конюшен и как только настиг девушку, бросился в объятия.
– Здравствуй малыш, – немного оградившись от размышлений сказала Элизабет, – Где ты был? Что делал?
– Я был на уроке верховой езды. Представляешь, я сегодня сам скакал на лошади! Сам! Правда почему-то урок проводил не Батор, не знаешь где он? – с детским восторгом тараторил принц.
– У него сегодня отгул, малыш.
– Это все из-за того, что его Мари заболела? – серьезно спросил мальчик.
– Откуда ты знаешь, маленький разбойник?
– Я слышал как конюх шептался с рабочими, когда они чистили стойла от навоза.
– Ну во-первых не шептался, а разговаривал. Шепчутся только сплетники и заговорщики. А во-вторых подслушивать разговоры взрослых не хорошо. Ты же хороший мальчик?
– Да. Я вообще случайно услышал. Просто мимо шел, – оправдывался виновато Вильям.
– Хорошо. На этот раз поверю, – с улыбкой сказала Элизабет.
– А пойдем гулять в сад? Можно сходить до фонтана и покормить рыбок хлебными крошками, или поесть виноград прямо с лозы. Ну пойдем. Пожалуйста, – маленький принц вцепился в руку ведьмы и потянул ее обратно в сад.
– Ну хорошо. Только не долго, – согласилась Элизабет.
Солнце было обыденно беспощадно для этого времени года, но это ни капли не смущало Катерину, которая с упоением обрабатывала небольшую грядку за домом. Пусть последние двенадцать лет она и провела в окружении прислуги, все же родилась она отнюдь не в семье голубых кровей. Ей искренне нравилось возится с растениями, да и в доме сидеть было уныло и грустно. Ясное, голубое небо могло поднять настроение и развеять печаль почти в любой момент. Она с огромным энтузиазмом щипала травку среди помидоров, моркови, капусты и еще множество растущих там овощных культур. Компанию ей составлял незаменимый оборотень Люцифер, который в привычном для себя, безобидном облике кота нежился в лучах летнего солнца. Старался не отставать от новоиспеченной хозяйки, следуя по пятам за ней в рядках, и не на долго плюхаясь на спину у ее ног. За этим занятием они провели добрых несколько часов пока усталость от изнуряющей жары не заставила уйти в дом. Да и время обедать уже давно было просрочено, в связи с чем желудок начал бунтовать.
