Текст книги "Дети ночных цветов. Том 2"

Автор книги: Виталий Вавикин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

«Точно под кайфом», – решил Грэнни.

– Мне нужен Бадди Хоскинс! – зарычал он, сгребая ближайшего к нему мужчину в охапку. – Ты слышишь меня, чертов нарк? – Грэнни вывернул мужчине руки. – Говори, иначе я сломаю тебе ее. – Затрещали суставы. В тишине все это выглядело как-то слишком чудовищно. – Говори же! Гово… – Грэнни вздрогнул, почувствовав, как сломалась кость.

Мужчина упал на колени, посмотрел на свою руку, на Грэнни и закричал. Крик был таким неожиданным и таким громким, что Грэнни снова невольно вздрогнул. Мужчина со сломанной рукой поднялся на ноги, шагнул к своему обидчику. Остальные мужчины шагнули следом за ним.

– За что? – спросил он Грэнни, показывая сломанную руку.

– Я не… – Грэнни подавил в себе желание попятиться.

– За что? – снова повторил мужчина, сделал еще один шаг вперед.

Его здоровая рука опустилась, затем резко метнулась вперед. Удар оказался настолько сильным, что Грэнни упал на спину, испуганно глядя на своего обидчика. Перед глазами снова начало двоиться. «Человек ли это? А если человек, то что он принял, чтобы обрести такую силу?!» – думал Грэнни, кряхтя, поднимаясь на ноги.

– За что? – снова спросил его мужчина.

Его опухшая от удара рука вновь опустилась, готовясь к удару, но на этот раз Грэнни опередил его. Его кулак-молот описал дугу, ударив незнакомца в лицо. Хрустнули хрящи, из сломанного носа хлынула кровь. Мужчина пошатнулся, замер и тряпичной куклой упал на спину.

– За что? – услышал Грэнни его начинавший сводить с ума вопрос. Другие незнакомцы опустили головы, посмотрели на павшего.

– За что? – спросили они в один голос Грэнни, начиная приближаться к нему.

– Наркоманы чертовы! – проворчал он, оценивая свои шансы.

«Если учитывать силу их ударов, то в драке мне явно ничего не светит», – думал он, пятясь к дому.

– За что? За что? – твердили они, продолжая наступать на него. От этого вопроса у Грэнни начинали мурашки бегать по телу. – За что? За что?

Он увидел, как поднимается отправленный в нокаут нарк. Кровь по-прежнему текла из его сломанного носа, левая рука плетью висела вдоль тела, глаза стеклянные, отрешенные, и никаких эмоций на лице. Его здоровая рука вытянулась, указывая на Грэнни, из горла снова вырвалось пронзительное сопрано. Грэнни оглянулся, боясь, что крик разбудит соседей, привлечет ненужное внимание. Но опасения были запоздалыми.

Темные силуэты стягивались к дому Хоскинса, подступали к нему, прячась в тени. Второй крик лишь дал им команду выйти из своих укрытий. Грэнни почувствовал, как у него затряслись ноги. Он больше не думал, он подчинялся инстинктам. А инстинкт сейчас у него был один – самосохранение. Крутанувшись на месте, Грэнни выбрал место, где окружавших его людей было меньше всего, и побежал. Никто не бросился за ним, словно они знали, что бежать ему некуда. Они лишь шли за ним. Тихо. Спокойно.

Выбравшись на дорогу, Грэнни остановился, увидел далекие силуэту преследователей. «Здесь что, весь город такой?!» – пронеслась в голове нервная мысль, заставляя его снова бежать. «Главное – добраться до машины», – думал он, и это было его единственное желание в этот момент. Кто-то выглянул из окна. Кто-то вышел на крыльцо. Грэнни увидел «Шевроле», достал набегу ключи.

Мотор надрывно загудел, унося хозяина прочь. Грэнни не оглядывался. Его легкие горели огнем, сердце бешено билось в груди. «Шевроле» выскочило из города, оставляя позади шлейф синего дыма. Свежий ветер врывался в разбитое окно. Грэнни чувствовал, что продолжает дрожать, но мысли начинали трезветь, избавляясь от пьянящего страха.

Джон убедился, что за ним нет погони, и заставил себя снизить скорость. Он пытался найти объяснение того, что видел, но не мог. Ни одного ответа на десятки вопросов. Где-то далеко в пустыне сверкнуло зарево. Грэнни вздрогнул. «Что это? Снова сон?» Он повернулся, вглядываясь в даль. Зарево. Далекое призрачное зарево, которое снилось ему пару часов назад.

– Поехали туда, – услышал Грэнни женский голос с заднего сиденья, обернулся, встретился с томным взглядом стеклянных глаз.

«Шевроле» вильнуло по дороге, зацепило обочину, слетело с насыпи и, перевернувшись несколько раз, замерло…

Грэнни очнулся лишь утром. Тело онемело, и он какое-то время не мог понять, где находится, затем закряхтел, выбрался из машины. На заднем сиденье никого не было, но к дороге тянулся кровавый шлейф. «Значит, ушла», – решил Грэнни, вспоминая девушку со стеклянными глазами. Солнце начинало припекать. Голова закружилась, заставив пошатнуться.

Грэнни бросил короткий взгляд на искореженное «Шевроле», вспомнил зарево, которое видел за мгновение до аварии, вспомнил свой сон, увидел песчаную дорогу, уходящую в пустыню, и заковылял к ней. «Все это мне показалось, – говорил он себе. – Все это можно как-то объяснить».

Грэнни убедил себя, что всему виной наркотики. «Хоскинс мог меня чем-то опоить. И бармен из Милвилла мог оказаться с ним заодно. Отсюда и все эти видения». Оставалось убедиться, что в пустыне ничего нет. Ради этого Грэнни был готов идти хоть целый день, но дорога кончилась раньше, чем он успел устать, а еще чуть дальше Грэнни увидел клочья тумана, шипящие и извивающиеся под прямыми лучами яркого солнца. Он не знал, что это, но страха перед этим жалким зрелищем точно не было. Грэнни набрал полные легкие воздуха и громко рассмеялся. Смех прокатился, казалось, по всей пустыне.

– Кто-нибудь, помогите! – услышал Грэнни глухой женский голос, огляделся, никого не увидел, попытался убедить себя, что это ему показалось. – Эй, там есть кто-нибудь? – донеслось до него откуда-то из тумана.

– Не показалось, – недовольно проворчал Грэнни.

– Пожалуйста! – позвала девушка. Грэнни увидел колодец, из которого поднимался туман, недоверчиво подошел ближе, заглянул внутрь.

– Эй, ты там? – спросил он, вглядываясь в темноту. Девушка не ответила, и на какое-то мгновение Грэнни усомнился в реальности происходящего.

– Ты неместный? – услышал он запоздалый вопрос.

– Нет.

– Хорошо, – послышался приглушенный вздох. – Приехал на машине?

– Можно и так сказать.

– Значит, на машине, – девушка снова вздохнула. – Надеюсь, у тебя найдется веревка?

– Веревка? – Грэнни не особенно верил в реальность происходящего.

– Ты можешь меня отсюда вытащить как-то по-другому?! – вспылила девушка.

– По-другому? – Грэнни встал на колени, заглянул в колодец. – Наверное, нет.

– Тогда иди и принеси веревку! – велела ему девушка.

Грэнни поплелся обратно к своему «Шевроле». Чем дальше он уходил от тумана, девушки и колодца, тем менее реальным ему все это казалось. «Колодец слишком маленький, – думал Грэнни, – девушка слишком наглая, а туман слишком ненастоящий».

Он ударил ногой по багажнику «Шевроле», заставляя его открыться, достал веревку и, сам не зная зачем, пошел назад. Наверное, виной всему был женский голос, который звучал и звучал в ушах. Дойдя до колодца, Грэнни какое-то время тихо постоял рядом, прислушиваясь.

– Эй, ты еще там? – позвал он женщину.

– Могла бы уйти – давно ушла! – недовольно выплюнула она. Грэнни задумался, согласно кивнул и сбросил один конец веревки в колодец. – Все, тяни! – крикнула ему через минуту девушка.

Ее вес показался Грэнни слишком легким для взрослого человека. Он даже счел бы ее ребенком, если бы не слышал, как она разговаривает. «Да. Дети так не говорят». Грэнни увидел появившуюся из колодца голову с копной грязных волос соломенного цвета, затем лицо – такое же грязное и вдобавок осунувшееся. Девушка выглядела молодой, но… Но в ней было что-то такое… Грэнни покачал головой, не зная ответа. «Наверное, она просто кого-то мне напоминает», – решил он, встретился с ней взглядом и невольно вздрогнул. Что-то в глубинах памяти ожило, ударило в закрытые двери, пытаясь вырваться наружу. Грэнни протянул девушке руку, помогая выбраться.

– Ого! Да ты здоровяк! – сказала она, пытаясь улыбнуться. Сухие губы лопнули. Девушка поморщилась. – Хочу есть, пить и холодную ванну.

– Вода есть у меня в машине, – сказал Грэнни, сматывая веревку.

– Уже что-то! – кисло улыбнулась девушка. – А где твоя машина?

– У дороги.

– У дороги? – девушка снова огляделась. – Что-то я не пойму, в какую сторону мне идти?

– Туда, – Грэнни вытянул руку, указывая на восток.

– Понятно, – девушка улыбнулась, сделала пару шагов и, споткнувшись, едва не упала. – Слушай, здоровяк, может, подойдешь и дашь себя обнять, а то меня что-то ноги совсем не держат, – сказала она. Вместе они сделали несколько шагов, затем он решил, что будет проще взять ее на руки. – Кстати, меня зовут Трэйси Дуган, – шепнула ему на ухо девушка.

– Джон Грэнни, – буркнул он, стараясь не обращать внимания на попадавшие в глаза капли пота.

– Рада познакомиться, – устало сказала она и доверчиво положила голову ему на плечо. Воспоминания снова ударили в закрытые двери, но замки выдержали. – Знаешь, на случай, если у тебя появятся какие-то планы в отношении меня…

– Не появятся, – оборвал ее Грэнни.

– Хорошо. А то ты мне ведь в отцы годишься.

– Да. – Грэнни прикрыл глаза, сдаваясь нахлынувшим воспоминаниям.

Майкл. Эта девушка напоминала ему Майкла, его сына. Он споткнулся и едва не упал.

– Ладно, пусти меня, я могу сама идти! – оживилась Трэйси. Грэнни послушно поставил ее на землю. Она вздернула голову и резво зашагала вперед. – И какой дурак оставляет машину у самой дороги? Не понимаю, ты что, хотел пойти в пустыню, чтобы умереть или… – Трэйси увидела перевернутое «Шевроле» и замолчала.

Они подошли к машине. Грэнни забрался в салон, достал бутылку теплой минеральной воды. Трэйси выпила ее жадными глотками.

– Ну и что с тобой случилось? – спросила она, переводя дыхание. Грэнни не ответил. – Я задала вопрос, ты что, оглох?

– Просто не хочу рассказывать.

– Это еще почему?

– Я же не спрашиваю тебя, как ты оказалась в колодце.

– А ты спроси.

– Не думаю, что это мое дело.

– А в чем тогда твое дело? Зачем ты здесь? Хотел посмотреть на туман?

– Может быть.

– Вот видишь. Уже что-то. Мы тоже хотели посмотреть. Только не на туман, а на то, что создает этот туман.

– Вы?

– Да. Я и еще один парень. Он уговорил меня спуститься, а потом сбежал, потому что увидел жителей города со стеклянными глазами, которые ведут себя, словно зомби. – Трэйси допила остатки минералки. – Считаешь, что я спятила? Твое право. Только сделай одолжение, свали из города как можно быстрее! – она выбросила бутылку и выбралась на дорогу, дождалась, когда к ней присоединится Грэнни. – У тебя есть деньги?

– Немного.

– Если пойдешь прямо по дороге прочь от города, то рано или поздно доберешься до автострады и тебя кто-нибудь обязательно подберет. Не бойся, я проделывала это дважды и еще жива, как видишь.

– Я пойду в Милвилл.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Если хочешь, то можешь уйти сама.

– Пробовала уже. Ничего не вышло, – Трэйси криво усмехнулась. – Этот чертов город не отпускает меня. Хочешь, чтобы это случилось и с тобой?

– У меня там дела.

– Какие дела могут быть важнее жизни?! – она всплеснула руками, встретилась взглядом с Грэнни и опешила. – Ого. Кажется, у тебя там действительно что-то важное. Могу я узнать…

– Нет.

– Я могу помочь…

– Я сказал «нет»! – заорал на нее Грэнни. Трэйси вздрогнула, попятилась. – Извини.

– Ты псих что ли или как там это у вас называется?

– Нет, просто ты мне очень сильно напоминаешь моего сына.

– Ага. И ты что, так сильно ненавидишь своего сына, что орешь на него каждый день?

– Дело не в этом. Он умер, а ты просто напомнила мне его.

– Я? – Трэйси растерянно шмыгнула носом, нахмурилась. – Почему?

– Не знаю.

– А умер он от чего?

Грэнни не ответил, бросил последний взгляд на свою машину и пошел в сторону Милвилла. Трэйси засеменила следом.

– Не хочешь говорить? Понимаю. Я просидела в том чертовом колодце три дня и так обиделась на весь мир, что зареклась ни с кем не разговаривать, даже если выберусь. Но вот ты меня вытащил, и клятва сразу как-то забылась. Может, тебе и насчет сына так же надо? Ты только начни и увидишь, плотина сразу рухнет.

– Ему было пятнадцать и он был наркоманом! – бросил не оборачиваясь Грэнни.

– Пятнадцать? Ого! – какое-то время Трэйси шла молча. – Ты сказал, что я напомнила тебе его, но…. Но мне не пятнадцать, если ты не заметил.

– Это было восемь лет назад.

– Восемь? – она закатила глаза, считая. – Ну да. Тогда мне было около того. И что, ты теперь винишь себя за его смерть?

– С чего ты взяла?!

– Все родители винят. Никогда не признаются, но винят.

– И что с того?

– Ничего. Просто хотела как-то помочь. – Ей наконец-то удалось догнать его. – Слушай, там у твоей машины, когда я сказала о людях со стеклянными глазами. Ты ведь не удивился. Почему? Тоже их видел?

– Нет.

– Тогда от кого бежал и почему снова хочешь вернуться? – Трэйси выждала минуту, поняла, что ответа не будет. – Джон. Никто тебе не поможет в этом городе, кроме меня.

– Ты бы себе помогла, когда в колодце сидела!

– Это другое!

– А я думаю, нет. – Он ускорил шаг, стараясь уйти от нее вперед.

– Да ладно тебе! – Трэйси снова поравнялась с ним. – Ты ведь спас меня. Должна же я хоть как-то тебя отблагодарить.

– Если бы знал, какая ты, то оставил бы в колодце.

– Это жестоко!

– Переживешь.

– Ты и с сыном разговаривал так же? Теперь понятно, почему он выбрал наркотики вместо тебя. – Трэйси увидела, как Грэнни вздрогнул, остановился. – Что, набрался ума и решил все-таки не идти в город? Мудрое решение, – последнее она не успела договорить. Грэнни сгреб ее в охапку, едва не свернув шею.

– Скажешь еще раз что-нибудь о моем сыне, и, клянусь, я придушу тебя, – прошипел он ей на ухо. – Ты поняла? – его пальцы на горле Трэйси сжались, заставляя ее спешно кивнуть.

– Мог бы сразу сказать, что у тебя с головой не все в порядке! – прохрипела Трэйси, пытаясь отдышаться. Грэнни не ответил. – А как же разговоры о том, что я похожа на твоего сына и все такое? – она встретилась с ним взглядом и трусливо попятилась. – Да. Похоже, у тебя действительно серьезные проблемы.

– Думай лучше о себе.

– А что я? Я не пытаюсь придушить каждого, кто напомнит мне о прошлом.

– Но из колодца вытащил я тебя, а не наоборот.

– Я же не добровольно сидела в этом колодце!

– Кто тебя знает!

– По себе судишь? Не забывай, это у тебя проблемы с головой, а не у меня.

– Нет у меня проблем.

– А как же твое обещание свернуть мне шею?

– Сверну, если не заткнешься.

– А твоя машина? Кто еще был с тобой? Я видела следы. Кто это был? Ребенок? Женщина? – Трэйси увидела, как Грэнни поморщился. – Значит, женщина. И кто она?

– Я не знаю.

– Ты подобрал ее в городе?

– Типа того.

– И что она хотела?

– Мы не разговаривали.

– Вот как? – Трэйси окинула Грэнни внимательным взглядом. – Ты вообще знал, что она в машине? – он покачал головой. – Понятно. И после этого ты все еще хочешь вернуться в город?

– Да.

– Ради нее?

– Нет.

– Тогда… – Трэйси запнулась. – Я не знаю, какие у тебя дела в Милвилле, но послушай моего совета, забудь о них и держись подальше от этого города. – На мгновение ей показалось, что она почти убедила своего нового знакомого. Враждебность в его взгляде сменилась отчужденностью, напряжение оставило его поцарапанное лицо.

– Мне нужно идти, – тихо сказал он.

– Что? – Трэйси растерянно уставилась на его раскачивающуюся в такт шагам спину. – Не хочу тебя поправлять, но ты идешь не в ту сторону!

– Я иду в Милвилл.

– Чертов упрямец! – она догнала его и снова пошла рядом. – Ты хоть понимаешь, что происходит в этом городе? – Грэнни молчал. – Помнишь колодец, из которого ты меня вытащил? А зарево в пустыне? Ты видел зарево? Оно бывает ночью… Когда ты попал в аварию?

– Я видел зарево…

– Так вот это зарево создали люди. В колодце находится все необходимое для этого.

– Причем тут я?

– Притом, что отец моего друга специально создал это зарево, чтобы привлекать в город туристов. Так, по крайней мере, он сказал местному мэру. Хотя мы думаем, дело было в другом. Он ставил какой-то эксперимент, испытывал какое-то зелье… Не знаю, что это в действительности: наркотик или что-то еще более страшное, но оно… Оно что-то делает с людьми. Они меняются, становятся чужими, незнакомыми. Я слышала, как они приходят ночью в пустыню и бродят в тумане, твердя одну и ту же фразу… На краю города есть водонапорная башня. Думаю, так они накачивают нас этим зельем. Мы с Бадди хотели посмотреть, но нам помешал шериф, а когда мы вернулись после, то башню уже охраняли.

– Бадди? – оживился Грэнни, складывая в голове воедино все, что услышал. – Бадди Хоскинс?

– Да, – растерянно кивнула Трэйси. – Ты его знаешь?

– Это с ним ты спускалась в колодец?

– Да.

– И он тебя бросил в колодце.

– Все было немного не так… – попыталась заступиться за него Трэйси. – Там появились люди, и ему пришлось сбежать, чтобы его не поймали. – Она увидела, как Грэнни хмуро кивнул. – Уверена, он бы вернулся за мной, если бы мог. Он не такой, как его отец. Он хотел спасти город, хотел понять, что сделал его отец и как исправить это.

– И где же он сейчас?

– Не знаю. Может быть, его схватили местные жители или полиция. Он говорил, что натворил что-то в родном городе, поэтому сбежал оттуда. Хотя сомневаюсь, что он мог убить человека. Скорее всего, просто подрался с кем-то, вот и все.

– Он убил моего сына.

– Что?

– Не своими руками. Он продавал наркотики таким, как Майкл.

– Наркотики? – Трэйси затрясла головой. – Нет. Этого не может быть.

– Да я сам видел! – начал терять терпение Грэнни. – В ту ночь, когда этот подонок сбежал, мы встретились с ним. Я был пьян. Он ударил меня чем-то, а потом опоил своим зельем, надеясь, что я все забуду.

– Так это был ты?!

– Что?

– Он подумал, что убил тебя, и сбежал.

– Не знаю, что он наговорил тебе, но сбежал он, потому что торговал наркотиками. Я нашел одну пробирку с его зельем. Желтое, пахнет цветами. Думаю, этим же зельем он и меня опоил. Поверь, у меня до сих пор галлюцинации от этого.

– Ты говоришь об этом? – Трэйси достала из кармана пробирку. Глаза Грэнни вспыхнули. – Если об этом, то это зелье создал не Бадди, а его отец.

– Какая разница, кто его создал?! Пусть даже отец. Значит, сам Бадди его просто распространял.

– Да ничего он не распространял! – начала злиться Трэйси. – Тебе просто нужно было найти виновного в смерти сына, вот ты и вцепился в первого попавшегося.

– Тебя он в колодце бросил умирать тоже по доброте душевной?

– Откуда ты знаешь, что он бросил меня. Может быть, его убили, как и его отца?

– Его отца убили?

– Думаю, да, – Трэйси смутилась, как провинившийся школьник, которого вызвали к доске. – Видел бы ты, что осталось от его тела. Словно кто-то специально хотел замести следы. Мне кажется, жители города поняли, что стали частью какого-то чудовищного эксперимента, и устроили самосуд, надеясь, что после смерти Роберта Хоскинса все вернется на свои места, но…

– Но потом приехал его сын и все продолжилось?

– Оставь ты Бадди в покое! Дело не в нем, а в самих жителях города. Думаю, изменившись, они продолжили то, что начал Хоскинс-старший. Хотя сейчас я не совсем уверена, что он понимал, что делает. Скорее всего, им двигало просто любопытство. Может быть, он даже смог бы остановить это, если бы его не убили. Возможно, именно поэтому они послали Бадди поддельное письмо, надеясь, что он приедет и исправит все.

– Или доведет до конца начатое отцом, – подытожил Грэнни. Трэйси смерила его внимательным взглядом и осторожно кивнула.

– Такой вариант я не рассматривала, – призналась она.

– Не знаю, что здесь происходит на самом деле, но я видел водонапорную башню, о которой ты рассказывала, и людей, охраняющих ее. Не знаю, как ты здесь живешь, но они… Черт, я даже не знаю, как назвать их!

– Они не всегда такие. Не могу сказать с уверенностью, но примерно половину дня – это самые обыкновенные жители, как ты и я, но потом… в них словно что-то вселяется.

– Хочешь сказать, что ты тоже можешь превратиться в любой момент в одного из этих со стеклянными глазами?

– Я? – Трэйси задумалась, качнула головой. – Думаю, на всех это действует по-разному. В основном большинство людей становятся похожими на зомби. Другие, как шериф, могут разговаривать, действовать, словно они – это мы. А на кого-то это практически не действует. Но нас меньшинство. Может быть, я даже одна.

– Ты сказала «практически»… То есть это значит, что…

– Думаю, это происходит, когда я пытаюсь сбежать из города. Тварь во мне просыпается и делает все, чтобы мне это не удалось. Похоже, они могут вызывать галлюцинации или что-то в этом роде, потому что в последний раз, когда я попыталась сбежать, мне показалось, что я умираю от жажды в пустыне, где провела целый день, но потом выяснилось, что я сижу в машине и прошло что-то около часа. – Трэйси помялась, искоса поглядывая на Грэнни. – А то зелье, что ты нашел у дома Бадди…. Ты… Ты знаешь, что если принять его, то увидишь то же, что и все остальные, кто это делал?

– Не знаю. Я ничего не видел.

– А дверь? Дверь в темноте? – Трэйси облизнула потрескавшиеся губы. – Бадди думал, что эта дверь ведет в другой мир.

– Думаю, твой Бадди просто чем-то опоил тебя и внушил все это.

– Ты разве не видел людей со стеклянными глазами?!

– Видел, но это не другой мир.

– А те существа у дома Бадди в Омахе? Он говорил, что ты видел их!

– Я был пьян.

– Но видел! – оживилась Трэйси. – Что если… – она увидела впереди блеснувшую хромом машину шерифа и испуганно замерла, забыв все, о чем собиралась сказать. Грэнни тоже остановился.

Шериф медленно проехал мимо них, развернулся, подняв облако пыли, затормозил перед ними, преградив дорогу, вышел из машины.

– Снова хотела сбежать? – обратился он к Трэйси гнусавым голосом.

– Нет, мистер Спилмен.

– Хорошо. – Его колючий взгляд переключился на Грэнни. – Ну, а ты, здоровяк… Что делаешь здесь ты? Тебя раньше не было в городе.

– Он попал в аварию, – сказала Трэйси. – Можете посмотреть, его машина там, у поворота к зареву.

– Я задал вопрос! – требовательно уставился шериф на Грэнни, игнорируя ответ Трэйси. – Или у тебя языка нет, сынок?

– Есть, сэр. – Грэнни кивнул на Трэйси. – Но девчонка все уже сказала.

– Девчонка все уже сказала? За тебя? – шериф задумался и неожиданно рассмеялся: сухо, надтреснуто.

– Он уедет через пару часов, – пообещала Трэйси.

– Вот как? – лицо шерифа снова превратилось в камень. – А может, я не хочу, чтобы он уезжал. – Он демонстративно положил руку на рукоять старого кольта. – Кто-то в этот вечер хорошенько отделал одного из жителей и увез его подружку, здоровяк. Это случаем был не ты?

– Нет, сэр.

– Нет, сэр? – шериф снова громко и притворно рассмеялся. – А ну-ка, полезай в машину. Прокатимся немного.

– Спасибо, но мы лучше пройдемся, – снова влезла в разговор Трэйси.

– Я сказал – в машину! – шериф расстегнул кобуру. Грэнни встретился с ним взглядом – старые, выцветшие от прожитых лет холодные голубые глаза – и предусмотрительно поднял руки.

– Все в порядке, шериф. Я не собираюсь сопротивляться.

– Тем лучше для тебя, здоровяк. – Шериф закрыл за ним дверь, сел за руль.

– Может быть, захватите и девчонку? – предложил Грэнни.

Шериф не ответил. Он резво рванул с места, буквально влетел в город и лихо затормозил возле участка.

– Давай, сынок. Вылезай из машины, – велел он.

Грэнни не сопротивлялся. Шериф отвел его в старое здание участка, запер в клетке.

– Посидишь пока тут, а я схожу за пострадавшим.

Он ушел, оставив своего помощника наблюдать за Грэнни. Если не считать пары летавших под потолком мух, то в участке было неестественно тихо. Помощник шерифа неподвижно сидел на стуле, похожий на статую. Он был молод, но лицо его напоминало восковую маску – ничего живого. Какое-то время Грэнни пытался сидеть молча, затем позвал помощника шерифа и попросил стакан воды.

– Воды? – помощник шерифа поднялся, подошел к клетке, смерил пленника внимательным взглядом. – Хочешь пить?

– Я попал в аварию за городом.

– В аварию? – взгляд помощника стал колким, как и у шерифа. – Твои раны не выглядят новыми.

– Я не прошу тебя сделать мне перевязку. Всего лишь стакан воды. – Грэнни не стал отводить глаза. Помощник шерифа что-то хмыкнул себе под нос, отвернулся, взял пластиковый стакан и налил в него воды.

– Спасибо, – сказал Грэнни.

Помощник шерифа посмотрел на Грэнни, на стакан в своих руках, подошел к клетке и протянул стакан узнику. Грэнни кивнул, выпил воду. Помощник шерифа, не двигаясь, наблюдал за ним. Грэнни отвернулся, прошелся по клетке. Тишина начинала действовать на нервы.

– Со мной была девушка. Трэйси Дуган. Ты ее знаешь? – спросил Грэнни помощника шерифа.

– Трэйси Дуган? – монотонно переспросил помощник шерифа.

– Невысокая. Болтает без умолку. Говорит, что часто сбегала из города.

– Часто сбегала?

– Да. У нее еще… – Грэнни растерянно замолчал, увидев, как по щеке помощника шерифа ползает муха. Капельки пота покрывают его лоб, скатываются к переносице, попадают в глаза. – Эй, приятель… – Грэнни указал помощнику шерифа на щеку. – У тебя на лице… – он замолчал, увидев, как помощник шерифа повторил его движение.

Муха отлетела в сторону, покружила немного под потолком и вернулась на мокрую от пота щеку. Помощник шерифа не обратил на это внимания. Грэнни почувствовал, как по спине скатилась пара холодных капель пота. Тишина сгустилась, загудела в ушах. Казалось, даже воздух стал осязаем. Время замерло. Грэнни не знал, сколько они простояли с помощником шерифа друг против друга, разделенные решеткой. В реальность его вернула лишь хлопнувшая дверь.

На пороге появился шериф. Его помощник ожил, задвигался, напоминая куклу в руках невидимого кукловода. Шериф привел с собой мужчину с загипсованной рукой и распухшим носом и женщину с растрепанными черными волосами, на фоне которых ее лицо выглядело мертвецки бледным.

– Узнаешь? – спросил шериф мужчину, указывая на Грэнни.

Мужчина близоруко прищурился, подошел ближе и осторожно кивнул.

– Это он. Он сломал мне вчера руку и разбил лицо.

– Очень хорошо, – прогнусавил шериф. – Теперь ты, – сказал он женщине, дождался, когда она посмотрит на него, и кивнул в сторону Грэнни. – С ним ты вчера уехала из города? – он выждал пару минут, давая женщине возможность рассмотреть узника, но она лишь побледнела еще сильнее. – Я задал тебе вопрос!

– Я слышала, – голос ее дрогнул, глаза заблестели. Ручейки слез заструились по щекам. – Слышала! Слышала! Слышала! – закричала женщина, давясь рыданиями.

– Заткнись! – рявкнул на нее шериф, но от этого она лишь еще сильнее разревелась. – Да уведи же ты ее отсюда! – велел шериф своему помощнику. Тот взял женщину за локоть и потянул к выходу.

Грэнни заметил, что там, где она стояла, образовалась небольшая лужица крови. В дверях женщина пошатнулась и упала на колени. Платье прилипло к наспех зашитой глубокой ране на бедре, которая снова открылась и начала кровоточить. Помощник шерифа продолжил тянуть женщину за собой. Старые доски расцарапали ей колени. Она попыталась подняться, но не смогла. Входная дверь закрылась, отрезав оставшийся за женщиной кровавый шлейф.

– Ну что скажешь, Грэнни? – спросил шериф, нарушив воцарившуюся на мгновение тишину. – Был ты вчера у водонапорной башни или нет? – он выждал около минуты, но Грэнни так и не ответил. – Думаю, с тобой все понятно, – заявил шериф, жестом показал мужчине со сломанной рукой следовать за ним. Дверь закрылась. Грэнни остался один.

«И что теперь?» – растерянно спросил он себя, находясь в каком-то ступоре после увиденного. Муха под потолком круто спикировала вниз, села ему на руку, запуталась в волосах, зажужжала, пытаясь освободиться. Грэнни прихлопнул ее, вытер руку о пропахшую потом рубашку.

Он не знал, сколько времени оставался один – все словно остановилось, замерло. Остались лишь мухи под потолком и его собственное размеренное дыхание. Затем вернулся помощник шерифа. Прикрыл за собой дверь, подошел к клетке. Глаза его были стеклянные, как у манекена. Он вытянул вперед руку, перевернул ее ладонью вверх, разжал кулак. На ладони лежала пробирка с ярко-желтым зельем.

– Возьми, – велел помощник шерифа. Грэнни не двинулся с места. – Выпей это.

– Нет.

– Тебе все равно придется это сделать.

– Посмотрим. – Грэнни увидел, как рука помощника шерифа скользнула к револьверу на поясе. «Ну уж нет! Второй раз я не попадусь на этот фокус!» – И что ты будешь делать? Убьешь меня?

– Если так будет нужно, то да. – На его лице не дрогнул ни один мускул. – Пей.

– Нет, – Грэнни выпрямился. Снова хлопнула входная дверь.

– Что тут у нас? – спросил шериф, увидел пробирку на ладони своего помощника. – Понятно. – Он снял со стены связку ключей, подошел к клетке.

– Давай, старик, попробуй заставить меня, – процедил сквозь зубы Грэнни.

Шериф не ответил, взял пробирку с зельем у своего помощника, открыл клетку. Грэнни попятился, ожидая, что помощник шерифа сейчас достанет оружие, но тот не двигался.

– Значит, по-хорошему ты не хочешь? – резко спросил шериф.

Грэнни не ответил, лишь сжал кулак правой руки, не стараясь скрывать от немощного старика свои намерения.

– Оставь это, сынок, – прогнусавил шериф и шагнул вперед.

Грэнни размахнулся и ударил его в грудь. Он сделал это не сильно, опасаясь сломать старые кости шерифа, но в следующее мгновение получил от него удар такой силы, что, не удержавшись на ногах, повалился на пол. Сознание затуманилось. Шериф откупорил большим пальцем пробирку, наклонился к Грэнни, сжал его челюсть свободной рукой и влил в раскрывшийся рот желтое зелье. Грэнни зашелся кашлем, попытался подняться. На мгновение сознание прояснилось, но затем мир буквально ушел из-под ног, бросив его в темноту и пустоту, где была лишь далекая призрачная дверь, до которой он, как ни пытался, так и не мог дотянуться.

В какое-то мгновение Грэнни начало казаться, что для того, чтобы очнуться, он должен открыть эту проклятую дверь, но потом мысли снова спутались, зазвенев беспокойной тишиной. Осталось лишь одно-единственное желание – проснуться. Грэнни сосредоточил на этом все силы, пытаясь вернуть себе контроль над своим телом. Сначала ему удалось пошевелить рукой, затем приподнять голову. Когда он смог, наконец, открыть глаза, то за окном уже наступил вечер.

Помощник шерифа сидел на стуле, наблюдая за ним. Клетка была открыта. Мухи жужжали под потолком, но делали это уже как-то вяло, словно понимая, что день скоро закончится и им придется отправиться спать. Грэнни попытался подняться на ноги, но все, что ему удалось, – это сесть, прижавшись спиной к стене.

– Не знаю, что вы задумали, – прохрипел Грэнни, – но если думаете, что сможете подсадить меня на свою желтую заразу, то лучше сразу пристрелите. Потому что ничего у вас не выйдет. – Он попытался заглянуть в стеклянные глаза помощника шерифа, но тот смотрел куда-то сквозь него.