Текст книги "Высокое напряжение (СИ)"
Автор книги: Виолетта Роман
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)
Глава 16
Лев
Всегда считал себя умным человеком, способным здраво расценить ту или иную ситуацию, дать точную характеристику человеку после нескольких минут разговора. Наивно полагал, я разбираюсь в психологии, что вижу намного глубже, чем показывают мне. Оказалось, все далеко не так.
Я тот еще дебил. Как малолетний дурачок, повелся на чьи-то рассказы. Подумать только, Женя развел меня, как идиота. Да и начальник собственного ОСБ, похоже, совсем разучился работать. Или собирал информацию спустя рукава.
Ладно, это все десятое дело. Сейчас мне не давал покоя совершенно другой вопрос.
С того момента, как Тата сбежала с моим братом, ни секунды не могу перестать думать о ней… о нас… о том, что произошло сегодня. Несмотря на то, что нахожусь я в темной пустой квартире, окруженный тишиной, в голове полный хаос. Оглушительно громкие мысли наперебой сменяют одна другую.
Сейчас, зная, что прежние выводы об этой девушке были неправильными… я пересматриваю все с самого начала. Будто пленку ставлю на репит. И каждое ее слово, каждое действие и взгляд – все это видится теперь по-другому. Теперь все становится на свои места… И Тата… черт возьми, какой сильной духом нужно быть, чтобы вот так… в неизвестном городе, юной девчонкой зацепиться, подняться. Да, дед помог ей, и это бесспорно. Но я-то думал, что он держал ее в качестве любовницы…
Сжимаю кулаки. Всего корёжит изнутри, когда вспоминаю тот момент у воды. Она кричала на меня, задыхаясь от слез. Ненавидела, да и сейчас ненавидит. Меня никогда не трогали женские истерики. Всегда считал это уделом глупых куриц и предпочитал не связываться с подобным дерьмом. Но Тата… Ее слезы сделали что-то со мной. Как будто внутрь налили серной кислоты. Все выжжено там стало, испорчено. Я смотрел на нее, а сам себя видел, прежнего. Того, кто верил, что есть на свете справедливость. Но жизнь меня научила не верить во всю эту чушь.
Сколько ломал ее, издевался. И ведь не прогнулась, не сдалась. Держалась столько, сколько ни одна бы не стерпела. Упертая, сильная. И в то же время дико слабая… Вот почему так тянуло к ней… нутро чувствовало, а я не верил собственной интуиции. Получается, лично вручил ее в руки брату.
Залпом выпиваю алкоголь из бокала. Пох*р. К черту все. Правильно сделал, что вручил. Ядерная она, слишком дерзкая, слишком независимая. Не смогут ужиться в банке два скорпиона. Сожрем мы с ней друг друга. Рано или поздно обязательно сожрем.
Внезапно раздается стук в дверь. Кого черти принесли? Смотрю на часы. Два часа ночи.
Плетусь в коридор, пока звонок трезвонит без перерыва. Распахнув дверь, застываю, едва не открыв в удивлении рот.
– Какого ты сюда приперлась? – смотрю на нее. Пьяна, что ли? Тушь потекла, глаза краснючие, на мокром месте.
– Даже не пригласишь? – удивительно, Лена даже в таком состоянии умудряется играть со мной в кошки-мышки. Окидывает таким взглядом, словно я ее ужин на сегодня.
– Лена, не пори горячку. Думаю, муж будет не рад, когда узнает, к кому ночью ты в гости приходишь, – не то, чтобы я о ней волновался. Просто пытаюсь как – то достучаться к ее пьяному разуму. Не хватало мне новых проблем на голову.
– Моему мужу плевать. Да он и не муж мне скоро будет, – оттолкнув меня, проходит внутрь.
– Ну да… вроде как проходи, – хохотнув со своей наивности, захлопываю дверь, следуя за ней в гостиную.
Не пойму, что со мной. Раньше бы вытолкал ее за порог, и шагу не дал бы ступить в свою обитель. А теперь плевать. Не злюсь я на нее совсем. Пох*р мне. Уселась на диван, ногу за ногу, так что виднеется резинка чулок. А у меня даже не дрогнуло в паху. И сразу мысленно переношусь к сегодняшнему вечеру… к тому поцелую.
Хотел утереть нос Ленке. Вздумала говорить мне о какой-то одержимости. А Тата так удачно под руку подвернулась. Изначально все было игрой. Бездумным поступком. Только вот, как вспомню вкус рыжей, то, как она ощущалась… чертовски правильно ощущалась… стояк такой был, думал, как подросток изголодавшийся, прямо там в штаны кончу. Взбесился от своей реакции на нее. Разорвать все, к чертям, хотелось. Уже в тот момент понял, что не простая она. Цепляет меня, с*ка, безумно.
– Этот поцелуй, Лев… это было так по-детски… так нелепо, – вырывает Ленин голос из раздумий. Перевожу на нее взгляд. И что меня могло цеплять в этом суррогате? Даже улыбка у нее ненастоящая.
– Окей, буду иметь в виду. Что-то еще? Если у тебя все, я хотел бы отдохнуть, – недвусмысленно указываю ей на выход.
– Богатов, не корчь из себя клоуна. Ты прекрасно понимаешь, зачем я пришла сюда! – восклицает Лена с обидой в голосе.
– Не знаю, прости.
– Я и Олег. Мы давно уже живем как соседи. Я подала на развод. Не переживай, проект мой, и я его доведу до конца. Он не имеет претензий…
То, как резко она перескакивает с одной темы на другую, немного смущает.
– Я не понял. Вы же несколько часов назад были вместе на вечере. А теперь вдруг такие перемены?
Лена улыбается. Окидывает меня ленивым взглядом.
– Ты целовал ее, Богатов, – ее голос с нотками угрозы. – Другую бабу, на моих глазах… а знаешь, почему?
– Потому что захотел этого?
Улыбается.
– Потому что я была права, когда говорила, что ты так и не забыл меня! Потому что ты все еще страдаешь по мне. И я не забыла, Лева, – а вот после этих ее слов мне всерьез хочется смыться.
– Только из-за тебя, чтобы оказаться рядом, взялась за этот чертов проект. Выгрызла его из глотки мужа…
– Чего ты так грубо с мужем-то? – допиваю алкоголь, оставляя пустой бокал на журнальном столике. Чувствую на себе ее взгляд. Взгляд обиженной женщины, жаждущей мести. Кажется, я могу быть вовлечен в семейные дрязги. Только этого мне не хватало…
– Потому что я его ненавижу, Лева. Потому что с первого дня нашей свадьбы он изменяет мне. Потому что нет ничего уже между нами. И жили мы так, по привычке…
– Ну… – развожу руками. – Что я могу сказать? У каждого свои приколы. Кто-то балуется свингерством, кто-то мутит тройнички… у вас такие пироги. Ладно, Лена, давай я вызову тебе такси, и ты поедешь, – разворачиваюсь, направляясь к телефону. Слышу, как она подскакивает следом. А спустя мгновение хватает меня за плечо, разворачивая к себе.
– Я не собираюсь уезжать, Богатов, – рычит, глядя на меня из-под сведенных бровей. – Я столько слез пролила за последние часы. Я пьяная… и сейчас мне плевать, что будет дальше… этой ночью я хочу, чтобы ты был мой, – последнюю фразу произносит с придыханием. Чувствую тепло ее ладони на ширинке, а в ее глазах вижу желание.
– Но я не хочу, Лена. Ты же видела, у меня есть кого тр*хать, – мне это все абсолютно неинтересно. Убираю ее руку, отстраняясь. – Я тебе уже говорил, что брезглив в этом деле…
Вижу, как вспыхивают в ее взгляде языки пламени. Молчит. Смотрит на меня так, словно придушить желает. А потом вдруг резко тянется ко мне. Не успеваю среагировать, ее губы оказываются на моих. Язык девушки проникает в мой рот, пытаясь добиться от меня ответной игры. Губы Лены мягкие, сочные. Они пахнут ягодной жвачкой. Она – шикарная. Но она не рыжая. С той нутро все кипело, от одного запаха мотор в груди ревел, как бешеный, разнося дикое желание по венам. А здесь ничего. Полный ноль.
Я не держу ее, но и не прекращаю поцелуй. Я словно наблюдатель. Оцениваю, анализирую свои эмоции, ощущения. Она отстраняется сама. Вижу, как рвано вздымается ее грудь, как сильно расширились зрачки.
– Ты еще слаще стал, – шепчет интимно, прижимаясь к моей груди.
– А ты – безвкусной, – слетает с губ.
Молчание. Тишина. Она замирает, шокированная всем происходящим. Ей Богу, какая впечатлительная.
Резкий взмах руки, а в следующее мгновение скулу опаляет хлесткой пощечиной.
– Да пошел ты, сволочь, Богатов!
Она стремительно покидает мою квартиру. А я думаю о том, что с ее уст эти слова кажутся совершенно не такими забавными. Рыжая много раз называла меня сволочью… и я каждый раз ловил от этого кайф. Словно игра у нас была… или только у меня. Не знаю, странно все это. Но Лене стоило немного опуститься на землю. В последнее время она считала себя кем-то, вроде богини. Думала, ей все подвластно. Этот урок пойдет ей на пользу.
Тата
– Ты уверена? – Кирилл спросил это таким тоном, как будто принятым решением я собиралась разрушить собственную жизнь.
Возможно, он был прав в своих сомнениях. Но вся суть была в том, что сейчас я впервые в жизни действовала в собственных интересах, а не в интересах фирмы.
– Да, я уверена. Как никогда. И как только со всем покончу, буду чувствовать себя еще лучше, – улыбнулась мужчине, пытаясь успокоить его. Он кивнул, и теперь в его глазах я видела нежность и понимание.
– Втаком случае, действуй, – притянув меня за плечи, поцеловал. – Ты ведь знаешь, я с тобой. И за тебя, – подмигнув, Кир так очаровательно улыбнулся, что я тут же почувствовала, как за моей спиной расправляются крылья.
Рядом с Киром всегда так. Он невероятно добрый и внимательный… Мы знакомы с ним всего ничего. Я не знаю ровным счетом ничего о его прошлом, но впервые готова довериться человеку так, без каких либо доказательств и долгих размышлений.
Кир повел себя более чем достойно. То, с какой мудростью и спокойствием он отреагировал на мой поцелуй со Львом, подкупало и вводило в восторг.
А вообще, даже вспоминать о прошедшей субботе не хотелось. Я уехала с того вечера в подавленном состоянии. Богатов просто взял и вывернул меня наизнанку. Он, словно кукловод, играл со мной, используя в своих целях. По дороге домой Кир не проронил ни слова. А я… У меня не было сил даже взглянуть на него. Я чувствовала себя дико виноватой, грязной… Я понимала, что это конец. И мне было горько сознавать, что по своей же глупости и неумению постоять за свое, я собственными руками разрушила не успевшие начаться отношения с Кириллом.
Кир привез меня домой, уложил в кровать. Он лег рядом и прижал к груди… И тогда я поняла: он простил меня. Кирилл понял все правильно, без единого объяснения разобрался во всем. Я посмотрела ему в глаза и подумала о том, что с ним я хотела бы прожить свою жизнь. Родить детей и состариться. Он улыбнулся краешком губ и поцеловал меня в лоб. А потом прижал еще крепче… так мы и уснули.
– Думаю, нам пора идти, – хохотнул Кир и, чуть отстранившись, посмотрел в мои глаза. Вот уже минут десять мы сидели, обняв друг друга, в салоне его машины. Честно говоря, мне не хотелось выходить. Не хотелось идти в офис и встречаться с этим мерзавцем. Но с другой стороны, я понимала, что кроме меня это сделать не сможет никто. Нужно было рвать со всем резко. Как пластырь с тела. Пусть будет больно, но это всего чуть-чуть. А потом я, наконец-то, смогу дышать полной грудью.
В здание мы зашли за пять минут до начала рабочего дня. Пока поднимались в лифте, Кир попросил меня не строить на вечер планов, собирался отвести меня в ресторан. А я подумала о том, что у меня в ближайшее время и планов никаких не может быть. И сразу стало грустно как-то.
На входе в отдел попрощались с Киром. Пожелав друг другу удачи, разошлись по своим сторонам. Кирилл предлагал отправиться со мной, известить бывшего босса о своем решении, но я не хочу еще больше сталкивать братьев друг с другом.
Прошла в свой кабинет. Богатов был уже на месте. Увидела его сквозь стекло, сидящего за своим столом. Он вел с кем-то переговоры по телефону и пока не заметил моего присутствия. От одной лишь мысли, что снова придется остаться с ним наедине, бросило в озноб.
Прогнала прочь все мысли. Сейчас я должна быть твердой и уверенной в своих действиях. Села за стол и, взяв чистый лист, начала писать заявление. Когда поставила точку, почувствовала что-то странное… Ни разочарования, ни слез… казалось бы, покидаю свое сокровище, фирму, что так сильно дорога мне… но мне не было больно.
Подняв глаза, встретилась с ним взглядом. Богатов все так же восседал за своим столом, только теперь все его внимание было приковано ко мне. Кивнул мне, сделав знак, чтобы я прошла в его кабинет.
Что ж. Рвать, так рвать. Нечего тянуть.
Поднялась со стула. Поправил костюм, взяла со стола бумагу и прошла к Богатову. Удивительно, но когда я подняла глаза на мужчину, на его губах была улыбка. Лениво-неуверенная… но сейчас он не смотрел на меня волком. Как только я подошла к его столу, он вдруг заговорил.
– Татьяна Александровна, прежде всего я хочу перед вами извиниться…
Нет-нет. Так не пойдет. Я не собираюсь ничего слушать. Не собираюсь очеловечивать в своих глазах этого монстра. Я приняла решение и не отступлю от него. И слушать ничего не стану.
– Я увольняюсь, Лев Николаевич. Вот мое заявление, – положила листок на его стол.
Он так и замер. Только глаза опустил вниз, на бумагу. Несколько долгих секунд внимательно изучал мое заявление. Его брови насупились, но я не почувствовала ни одной его эмоции. Хотя, казалось бы, должен радоваться моей капитуляции.
– Спасибо за сотрудничество. До обеда освобожу место, – заполнила повисшую между нами тишину. Только после моих слов он поднял ко мне взгляд. И сейчас от улыбчивого и спокойного Богатова и следа не осталось. Надменность, высокомерие – вот, что светилось в его глазах. Впрочем, как и всегда раньше.
Кивнул, сцепив на столе ладони.
– Сегодня вас никто не отпускал, Татьяна Александровна… и завтра тоже. Пока вы не отработаете предусмотренные законом четырнадцать дней, вас никто никуда не отпустит, – его жесткий тон раздражал меня. Но я уже не злилась, мне было плевать. Улыбнулась краешком губ.
– Лев Николаевич, честно, мне все равно. Что хотите, то и делайте, но сегодня я ухожу, – кивнув на прощанье, разворачиваюсь и с ликованием в душе направляюсь к выходу из его кабинета.
– Татьяна Александровна, – раздается его голос. Оборачиваюсь, будучи у самых дверей. Богатов вальяжно раскинулся в кресле. Смотрит на меня высокомерно.
– В таком случае, Дана может вместе с вами покинуть помещение. И еще юрист, и начальник отдела кадров. Может, лучше подумаете и останетесь на пару недель?
Глава 17
– Что, так и сказал? – воскликнула возмущенно подруга, а Кир стиснул челюсть.
– Тата, я пойду, поговорю с ним. Братец совсем с катушек слетел, – прорычал мужчина, поднимаясь из-за стола.
– Нет, Кир, не стоит, правда, – схватив его за руку, посмотрела на мужчину умоляюще. – Мне несложно, две недели – это не так уж и много.
– Послушай, я не позволю, чтобы кто-либо обижал тебя. Даже собственному брату, – ничуть не успокоившись, смотрит на меня напряженно.
– Все в порядке, слышишь? – поднимаюсь за ним, беру в руки его ладонь. – Мы знаем твоего брата, он тот еще негодяй. Но лучшая битва та, которой получилось избежать, ты же знаешь. Так что все хорошо. Подумаешь, посмотрю на его высокомерный фейс еще немного. В любом случае, теперь не буду терпеть его хамство. Отвечу так, что мало не покажется, – последнюю фразу произношу с улыбкой. Надеюсь, я убедительно прозвучала. Потому что внутри все дрожит от нервов.
– Ну, хорошо, тогда я спокоен, – его взгляд тут же потеплел. Выдохнула про себя в облегчении. Теперь можно быть спокойной, что хотя бы Кир не натворит глупостей.
– Вы сейчас на обед? – Кир перевел взгляд с меня на Дану и обратно.
– Да, пообедаем в кафе, ты с нами?
– Я бы с радостью, – мужчина нахмурился, задумчиво почесав лоб. – Но у меня важная встреча с заказчиком. А вечером – все по плану. Ресторан, ты не забыла? – скосив на меня хитрый взгляд, улыбнулся так, что в душе стало невероятно тепло.
– Не забыла, – хохочу от того, как крепко он прижимает меня к себе. Поцеловав на прощание, Кир выходит из приемной.
– Как хорошо, что секретарь моего мужчины – моя лучшая подруга, – произнесла я, довольно посмотрев на Данку.
– Вот видишь, не было бы счастья, да несчастье помогло, – улыбнувшись, Данка начинает наводить порядок на столе. Скинув в ящик все бумаги, берет сумочку. Мы выходим из приемной, направляясь к лифту.
Данка в очередной раз рассыпается восторгами в адрес Кирилла. Говорит, как мне повезло, и что я должна порхать на крыльях счастья, а не ходить с грустным лицом. Вот только где же их взять, эти крылья?
Мы заходим в кабинку, и уже перед самым закрытием створок к нам заскакивает высокая брюнетка. Только когда девушка становится рядом, я понимаю, что это та самая Елена с вечера, бывшая Богатова.
Женщина выглядит шикарно, как всегда, на высоте. Но вот то, каким взглядом она смотрит на меня – по меньшей мере раздражает. Клянусь, дамочка не отвела глаз до самого первого этажа. В какой-то момент градус напряжения достиг апогея, и я еле сдержалась, чтобы не повернуться и не осадить наглую особу.
Из лифта я выскочила пулей. Данка смогла догнать меня только на выходе из здания.
– Ты куда рванула? – спросила удивленно подруга.
– Та мадам. Ей богу, у нее не глаза, а кинжалы, – меня разрывало от негатива. Казалось, будто сотни муравьев ползают по коже. – Так смотрела на меня, казалось, кожу вспарывает.
Подруга была в недоумении. По дороге к кафе пришлось доходчиво объяснить ей, кто же такая эта Лена, и почему у нее столько злости к моей персоне.
– Богатов твой – настоящий м*дак, – заключила Дана с умным видом, пока мы усаживались за столиком кафе. Я тактично промолчала. А что было ответить? Данка как никогда права. Мало того, что начальник мне карьеру загубил, так еще и натравил свою экс-девушку.
Как только мы сделали заказ, подруга тут же завела разговор о нашем плане мести.
– И что теперь, вот так, сдашься? – спросила Дана, напряженно глядя на меня.
– А что мне делать? Надоело, Дан. Он перешел все границы… Не хочу я бороться, – нахмурившись, отвела взгляд к окну. Признавать поражение было как никогда обидно. Злость от проявления собственной слабости царапала нутро, словно острые края разбитого стекла. Моя карьера, мечты, десять лет стремлений – все было разбито.
– Нет, я не об этом сейчас, – голос Даны вернул меня к действительности. – Я о нашей мести. Неужели ты отступишься и оставишь его в покое?
Я пожала плечами. Я, правда, не знала, что делать.
– Нет, это не моя Тата, – Дана смотрела на меня так, будто я только что родину продала врагу.
– Моя подруга вырвала бы из глотки свое, каким бы страшным не был враг. А ты… – она махнула рукой и отвернулась.
Я так и не знала, что ответить. Обедали мы также в полной тишине. Каждый был в своих мыслях. Сначала я немного обиделась на подругу. Нет бы поддержать меня, радуясь тому, что вдали от Богатова я наконец-то смогу жить спокойно. А она подстрекала на дальнейшие боевые действия. Но уже спустя минут двадцать я не заметила, как поменяла мнение. Остыв, и обдумав немного сложившуюся ситуацию, поняла, что Данка права.
Мой уход – уже решенный факт. А вот оставлять просто так Богатова – дело нехорошее. Нужно хоть немного осадить этого подлеца. Я не могу оставить его без ложки «дегтя».
– Ты права, – произношу вдруг. Данка поднимает на меня удивленный взгляд.
– Мы накажем Богатова. Испортим ему репутацию, лишим его крупного заказа…
– То есть, все в силе? – понимая, о чем я, Дана воодушевляется.
– Еще как в силе, – ухмыльнувшись, киваю. Наклонившись поближе, так, чтобы нас больше никто не услышал, излагаю подруге свои мысли.
– План таков. Сегодня после работы едем в тот район. Разговариваем с жителями. Описываем в красках все гадости, на которые способен Богатов. – Стоит произнести его фамилию, на экране телефона тут же высвечивается его имя.
– Помяни черта… – протягивает задумчиво Данка. Несколько секунд тупо пялюсь на гаджет. Не хочу брать трубку. Не хочу разговаривать.
– Тат, все равно ведь придется… – будто читая мои мысли, вздыхает устало Дана. – Еще целых две недели работать…
Данка права. Как бы ни хотелось, но придётся. Принимаю вызов.
– Татьяна Александровна, через двадцать минут буду ждать вас у главного входа, у нас запланирован ряд выездных мероприятий, – голос Богатова такой спокойный, словно и не было между нами ссоры несколько часов назад.
– А я вам зачем? – слетает удивленное с губ. Чую нутром, тут что-то не чисто.
– Вы мой помощник… и вы мне нужны, не понимаю, что вас вводит в недоумение.
Еще и удивляется так. Да и голос такой спокойный, тон уважительный… Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить его слова. Настолько не привыкла слышать от Богатова вежливое обращение.
Он сбросил вызов, а я еще несколько минут в себя приходила.
В конце концов, пришлось прощаться с Данкой и в срочном порядке покидать кафе. Договорившись с ней о вечернем мероприятии, я направилась к офису. А вообще, сегодня предстоял тяжелый день. Мало того, что придется кататься с Богатовым по городу, так и вечером нужно успеть в два места. И с Данкой провернуть задуманное дело, и на ужин с Киром не опоздать.
Богатов ждал меня на своем «Порше». Садиться рядом с ним не было никакого желания, так что я приняла решение устроиться на заднем сиденье.
Богатов ничем не продемонстрировал удивления, он выглядел абсолютно спокойным. Заведя мотор, выехал на полосу движения.
– А почему мы не с Константином? – не удержалась все-таки от вопроса. Мужчина посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Под его взглядом мне стало не по себе, но я не отвела глаз.
– Потому что Константин весь день с Кириллом. У нас же сейчас по плану новый строительный объект.
Ничего не отвечаю. Отвернувшись, впиваюсь внимательным взглядом в проносящиеся мимо пейзажи. Не хочу разговаривать с Богатовым. И к моей радости, Лев и не настаивает на общении. Спустя несколько мгновений из динамиков машины начинает литься музыка. Незаметно для себя я расслабляюсь и даже начинаю тихонечко подпевать в такт солисту группы «Skillet». Удивительно, но, по всей видимости, в музыке наши с Богатовым вкусы сходятся. Я просто обожаю эту группу и слушала ее в свое время запоем.
Спустя полчаса мы выезжаем за пределы города. А еще спустя минут пятнадцать Богатов тормозит у обочины. Мы покидаем салон автомобиля. Вокруг нас поле. Нет ни одной постройки, ни души. Понятия не имею, что мы здесь забыли. Но судя по тому, как уверенно Лев движется вперед, я понимаю, что все идет по его плану. Молчу. Не собираюсь радовать его своим интересом. Если захочет, все сам расскажет.
Остановившись на самом краю, смотрю ему в спину. Богатов метрах в пятнадцати от меня. Здесь недавно был дождь, и я с ужасом смотрю на то, как он, не боясь испачкаться о мокрую глину, наступает в нее. Остановившись, засовывает руки в карманы брюк, впившись задумчивым взглядом куда-то в линию горизонта.
Отворачиваюсь. Мимо на бешеной скорости проносятся машины, обдавая меня резкими потоками ветра. Поправляю челку, злясь на Богатова. И зачем, спрашивается, припер меня сюда? Стараюсь не смотреть на него. Не хочу видеть. Бесит он меня! Особенно бесит то, как круто он смотрится сейчас – широкая спина, обтянутая тканью пиджака, идеальный профиль… Р-р-р. Этот мужчина для меня – как красная тряпка для быка.
– Тата, ты не хочешь подойти? Я поделюсь с тобой одной идеей, – раздается вдруг его голос. Он что, издевается? Мне безумно интересно, что он задумал, но я не покажу ему этого.
– Вы что, издеваетесь, Лев Николаевич? Здесь столько грязи! Где я потом в порядок себя приведу? – возмущаюсь в ответ. Он усмехается. Но в его улыбке, как и во взгляде, нет ни злости, ни злорадства.
– Мне кажется, вы играете со мной. Не похожи вы, Тата, на ту, кто сдается перед столь мелкими преградами…
Он специально это делает! Я уверена, подстрекает меня! Но больше всего раздражает то, что я поддаюсь его приемчикам. И заметить не успеваю, как наступаю в грязную траву, направляясь к начальнику.
Как только я оказываюсь рядом, он поворачивается ко мне. Смотрит так загадочно, что не по себе становится.
– Здесь планируется строительство нового стадиона. Мы участвуем в тендере. Нам нужен хороший проект… нужна новая, свежая идея. Если мы одержим победу, это строительство выдвинет нас на совершенно иной уровень, Тата, – отвернувшись, снова устремляет взгляд к горизонту. Теперь и я заинтересована. Осматриваю поле, представляя перед глазами беснующуюся толпу фанатов на трибунах, напряженную игру спортсменов на поле… Мы ведь можем приобщиться к истории… Наша маленькая компания может сделать столь огромное дело. От этих мыслей по венам будто огонь разливается. Хочется тут же броситься в омут с головой. Заняться этим делом, бороться за столь грандиозный проект.
– В детстве… мы жили в небольшом поселке, – раздается тихий голос Богатова. – Мы очень любили футбол. Гоняли мяч с утра до самой ночи. Но поселок был настолько маленьким и глухим, что у нас не было абсолютно ничего. Вместо стадиона было вытоптанное поле и самодельные ворота. Однажды к нам приехали из столицы. Спортивная комиссия, они выбирали одаренных ребят, для того, чтобы забрать их с собой для обучения в футбольной школе…
– Вас не взяли? – не успеваю заметить, как начинаю заслушиваться его рассказом.
– Нет, – его смех грустный, но в глазах нет тоски. – Мы проводили показательную игру. Я знал, если попаду в эту школу, моя жизнь станет намного лучше. Но я понимал, что для моего друга Костика это единственный шанс вырваться. Как бы то ни было, он больше нуждался в этом шансе.
– Как может кто-то нуждаться больше самого себя?
Лев переводит на меня смеющийся взгляд. Пожимает плечами, словно для него в этом нет ничего удивительного.
– У меня были родители, у него – только пожилая бабушка. Я любил футбол, а он жил им.
Богатов отворачивается, а я несколько секунд пытаюсь осмыслить все вышесказанное. Каждый раз, когда мне кажется, что я раскусила этого человека, он делает что-то такое… что застает меня врасплох. Никогда бы не подумала, что он способен на такие поступки. Хотя… это было детство. Маленький мальчик Лева мог быть хорошим, чистым человечком… А потом, столкнувшись с жизненными невзгодами, он старательно задушил в себе все хорошее, что имел.
– И что в итоге?
Лев бросает на меня задумчивый взгляд. Будто и забыл уже, о чем мы говорили с ним несколько минут назад.
– Я дал забить ему решающий гол. Костик сделал это красиво. Так что здесь моей заслуги практически нет, – усмехается он. А я молчу. Смотрю на бескрайний простор поля и снова представляю картину… каким я вижу тот самый стадион…
– Любовь… – вдруг озаряет меня мысль.
– Что? – переспрашивает Богатов. Смотрю в его удивленные глаза и понимаю, что этот проект будет нашим!
– Футбол – это любовь, – выпаливаю восторженно. – Любовь фанатов к спортсменам, любовь спортсменов к своей стране, к спорту. Спорт – это олицетворение жизни и любви.
Он молчит. Внимательно слушает меня, не отводя своих карих глаз. А потом я словно в себя прихожу. И вдруг становится стыдно за неконтролируемый всплеск эмоций. Понимаю, что занимаюсь уже не своим делом. Через две недели меня здесь не будет, фирма уже чужая. Какая мне разница вообще до его проектов и до его детства? Богатов хитрый жук. Он все забрал у меня, а я с ним идеями делюсь.
– Я могу подождать вас в машине?
– Конечно, – кивает, задумчиво смотрит на меня.
Усаживаюсь на заднее сиденье. Роюсь в телефоне, пытаясь заглушить кричащие в голове мысли. Богатов – настоящая сволочь! Думает, что я проникнусь его рассказом о сложном детстве и нереализованных мечтах? Да этот подлец не заслуживает даже доброго взгляда в свой адрес! А я тут млею, будто школьница, от его откровений. Дурочка ты, Тата!
Спустя десять минут он усаживается в машину. Словно ни в чем не бывало, заводит мотор. А я смотрю на его смуглые руки, сжимающие руль, и чувствую, как раздражение буквально заполоняет меня.
– Надеюсь, теперь мы в офис? – спрашиваю его, не выдержав.
Богатов бросает в мою сторону хитрый взгляд.
– Нет, теперь мы едем на деловой обед, – произносит это с донельзя довольным видом. Он понял, почувствовал мою капитуляцию. Подлец. Ну, ничего, я устрою ему райскую жизнь.
