Текст книги "Высокое напряжение (СИ)"

Автор книги: Виолетта Роман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

Глава 35

Мы дышим рвано, хватая жадными глотками воздух. Тяжесть его тела больше не давит на меня. Лев подает мне руку, помогая подняться. У меня не осталось ни капли сил. Я до сих пор не отошла от пережитого спектра ощущений. Приятная усталость разливается по телу. Поправив на себе одежду, Лев начинает одевать меня, будто маленькую девочку.

А у меня от каждого его прикосновения к оголенной коже – разряды тока. Устроившись в кресле, Лев утягивает меня за собой, заставляя усесться ему на колени. Его руки по-свойски прижимают меня к себе, а я кладу голову на его грудь, утыкаясь носом в шею любимому.

– Это Январская так подействовала на тебя? – шепчет мужчина, поглаживая мои руки.

Меня злит, что Январская – первое, о чем он решает заговорить после близости.

– При чем тут Январская? – не могу сдержать раздражения в голосе. Он пожимает плечами.

– Что же тогда вселилось в мою гордую королеву? Так сильно соскучилась? – слышу улыбку в его голосе. Против воли сама начинаю улыбаться. Я сама не ожидала от себя подобного, но его бывшая так взбесила меня…. В общем, сорвалась я.

– Конечно, соскучилась. Три дня уже на голодовке. Сначала подсадил меня на наркотик, а потом хочешь, чтобы я покорно ждала? – разыгрываю обиду.

– Прости, правда занят был… но мне понравилось, – шепчет на ухо, касается пальцами спины, вычерчивает по ней круги, а я расслабляюсь в его объятиях. Отголоски пережитого экстаза стихают, и в голову снова лезут волнительные мысли. Все эти дни Лев выглядит очень усталым. И от того, что не хочет делиться со мной проблемами, я еще больше переживаю.

– У тебя все в порядке? – отстранившись, внимательно смотрю в его глаза.

– В полном, – улыбается, а в глазах все та же усталость. И кого обманывает? Не верю словам, но решаю отпустить ситуацию.

– Планы меняются? – киваю в сторону телефона, намекая на Январскую. Он вздыхает.

– Да, есть пара важных вопросов. Их нужно решить до вечера, потому что завтра мне будет не до этого всего.

– А что будет завтра? – устаю от вечных недомолвок. Чуть наклонив меня, удерживает рукой, другой тянется к столу. Выдвинув ящик, выуживает оттуда два небольших листка.

– А завтра будет вот это, – вручает их мне, подмигнув.

Опустив глаза, пробегаюсь по ним взглядом. Билеты на самолет. Остров Бали, Кута… Смотрю на него удивленно, не веря собственным глазам.

– Завтра?

Его губы кривит улыбка. Довольная такая, счастливая.

– Ты и я. На три дня. Океан, солнце, песок, и мы вдвоем… – его губы касаются моих, а мне хочется пищать от восторга.

– Но у тебя ведь такая загруженность. И… проект стадиона, презентация уже в понедельник, – мне все еще не верится, но, кажется, Лев настроен более чем решительно.

– Мы все успеем, не волнуйся, – шепчет, проводя рукой по моим волосам. – Я не хочу, чтобы моя любимая была голодна. Хочу просто побыть с тобой вдвоем, подальше от всего этого… Мне это нужно… – в его глазах столько любви и нежности, у меня дыхание перехватывает от такой высоты.

– Раз ты так говоришь, значит, так и сделаем, – разве могу я спорить со своим мужчиной? Да я и думать сейчас не могу, тону в его глазах. Он снова целует меня, и я чувствую, как крылья за спиной расправляются.

– Нужно собирать вещи? – прикидываю, что еще нужно докупить на отдых. Лев будто чувствует мои мысли.

– На сегодня у меня к тебе дел по работе нет. Можешь отправляться, собирать чемодан. Завтра вылет в пять часов. Я сейчас должен уехать, – морщится на этих словах. Наверняка на встречу с Январской, чтоб ей не ладно было. При воспоминании об этой даме тут же вспыхивает мысль в голове. Слышала ли она достаточно для того, чтобы наконец-то понять, что Лев – мой. Но спрашивать об этом не решаюсь. Не хочу давать Богатову повод смеяться надо мной.

– Меня не будет до вчера. А завтра с утра в область нужно смотаться с Киром, – сквозь гомон собственных мыслей в голове доносится его голос.

– Давай, я сегодня у себя в квартире останусь, – озвучиваю идею. – Нужно цветы полить, да кое-что из вещей захватить, а встретимся тогда уже в аэропорту?

Лев хмурится.

– Мне не нравится идея, что ты будешь ночевать не со мной… – произносит он недовольно.

– Но ты ведь сам сказал, вернешься сегодня поздно… Что мне делать в пустой кровати? А так я спокойно соберусь, уберу в квартире и отдам ключи соседке, чтобы она могла поливать мои фикусы.

Ох, давненько мне не приходилось уговаривать мужчину. Но, к собственной радости, навыки остались. Выслушав мои доводы, Богатов все-таки соглашается со мной.

– Хорошо, детка. Только веди себя прилично, – усмехнувшись, притягивает к себе и накрывает мои губы поцелуем.

Приведя себя в порядок, я возвращаюсь на свое рабочее место. Лев через час собирается уходить из офиса, а пока доделывает чертеж по последнему заказу.

Я настолько взбудоражена от всего происходящего, что не могу усидеть на месте. Во что бы то ни стало хочется поделиться своей радостью с подругой. Закрыв кабинет, отправляюсь к Данке.

– Шеф на месте? – спрашиваю, зайдя в приемную Кирилла. Дана вся в работе. Не отрывая глаз от монитора, что-то печатает в нем. Устраиваюсь в кресле, жду, когда подруга доделает документ. Осматриваюсь по сторонам. Ловлю себя на странной мысли. Это ведь раньше была моя приемная, мой кабинет. Практически десять лет я сидела за столом, за которым сейчас трудится Кирилл. Уйти оттуда для меня было огромной потерей. Я ненавидела Богатова за то, что он лишил меня любимого дела. По идее, сейчас, сидя здесь, я должна чувствовать тоску. Но я абсолютно ничего не ощущаю. Мне все равно. Плевать. Кажется, что так давно все это было, и я будто другой человек. Моя приемная у кабинета Льва – лучшее и единственное место, где я хотела бы работать. А этот сложный мужчина стал для меня самым главным и важным человеком. Впервые в жизни мне не нужно и не хочется бороться за «место под солнцем», добиваться чего-то, сражаться. Впервые в жизни получаю удовольствие, пропуская вперед мужчину, доверяясь ему. Своему мужичине. Просто быть рядом с ним, направлять его и поддерживать, вот что я хочу.

Данка наконец-то отрывает взгляд от монитора.

– Кирилл с утра в разъездах, я одна на хозяйстве. Ты чего такая взлохмаченная? С Январской, что ли, подралась? – смеется своей шутке, а мне остается только закатить глаза. Знала бы Данка, что я полчаса назад вытворяла на столе Богатова, не смеялась бы так… Но я ни за что не расскажу ей. Устроившись в кресле, бросаю на нее гордый взгляд.

– Правда, что ли? – едва не поперхнулась от удивления, посчитав мою реакцию согласием с ее предположением. – Наваляла ей?

– Мелко мыслишь, подруга. Разве я похожа на ту, кто будет бросаться с кулаками на соперницу? – ухмыльнулась, накручивая локон на палец. – Нет, Даночка, я действую более хитрым способом…

– Давай, колись уже, заинтриговала… – нетерпеливо поерзав на месте, подалась ближе ко мне.

Выдержав театральную пазу в несколько секунд, все же решаю не мучить подругу.

– Мы улетаем завтра на Бали… На три дня! – не имея сил сдерживаться, подскакиваю на месте, радостно хлопая в ладоши. Подруга, откинувшись на спинку стула, смотрит на меня ошарашенно.

– Бали?

– Да, Кута, пятизвёздочный отель… я уже в сети посмотрела фото, там просто рай, – тараторю, задыхаясь от восторга.

Данка хмурится.

– Черт, как ты это сделала? Как развела на такой подарок?!

Смеюсь ее реакции.

– Нельзя научиться, милая. Это умение дается от природы, закладывается с материнским молоком, – задрав подбородок, произношу с чувством собственного достоинства, а потом начинаю смеяться…

– Татка, я так рада за тебя! – восклицает Дана и, встав из-за стола, обнимает меня.

Некоторое время мы с подругой обсуждаем мой гардероб, решаем, что стоит взять с собой в дорогу. А потом договариваемся вечером прошвырнуться по торговому центру в поисках парочки новых платьев и купальника.

Данка трещит, не замолкая. Она с таким ажиотажем обсуждает тему Бали, что на какой-то момент создается впечатление, будто это она собирается лететь, а не я. Потом мы пьем чай и пробуем шоколадные конфеты, которые ей доставил сегодня курьер. Подарок от Рената.

– Он такой напряженный и уставший. Ему тоже не помешает отдых… – произношу, вдруг вспомнив о том, каким измотанным сегодня выглядел Лев.

– Кстати, об этом, – вдруг хмурится подруга, отодвигая пустую чашку. – Сегодня одно письмо пришло, весьма странное. Я показала его утром Кириллу. Как я поняла, его доставили в наш отдел по ошибке, оно адресовалось твоему Богатову. Так вот, Кирилл попросил меня отдать лично Льву в руки.

– И? Ты передала?

– Передала, но сделал ксерокопию, – Данка выглядит такой напряженной, что мне тут же не по себе становится. От недавней радости не остается и следа. – Я так поняла, Богатов очень не хочет, чтобы ты узнала о существовании этого документа.

– Я? Ну же, скорей показывай, – теперь мне и вовсе не по себе.

– Сейчас, дай найду, я куда-то его спрятала, – подруга роетсяв бумагах, в то время как я сгораю в ожидании.

– Вот – протягивает его лист бумаги. Удерживая его в трясущихся руках, пробегаю взглядом.

Это повестка. Льва вызывают на допрос к следователю отдела по борьбе с экономическими преступлениями.

Буквы перед глазами скачут. Мне приходится несколько раз пройтись по тексту письма, чтобы понять, о чем там речь.

– Его обвиняют? Допрос… он, что, обвиняемый? – поднимаю на подругу испуганный взгляд. Данка сама напряжена.

– Я ничего не знаю, подруга. Кирилл особо не распространяется на эту тему, просил не говорить тебе… Но я посчитала своим долгом сказать. Может, там, на отдыхе, ты сможешь разговорить Льва?

– Нет-нет, все верно. Ты правильно сделала. Я все равно видела, что – то не в порядке… – спешу успокоить Данку. Несколько минут мы молчим. Каждый в своих мыслях.

– Все-таки наш с тобой план сбылся, – произносит вдруг подруга.

– Ты про срыв проекта с торговым центром?

Данка кивает. Неужели и правда все из-за этого? Меня вдруг накрывает чувство вины. В голове тысяча «если» и «почему». Нет, мне не хочется в это верить.

– У нас было немного другое. Собственники просто отказались продавать Богатову жилье. Ты слишком ярко расписала его как мошенника. Мы сорвали ему проект… Он достаточно денег потерял, но тюрьма…

– А ты так мечтала отомстить ему… Вот мечта сбылась, – протягивает Данка, словно издевается надо мной.

– Не говори глупостей! Ты знаешь, как все обстоит на самом деле!

В ответ Дана лишь пожимает плечами.

– Может быть, на него из-за нашей группы и кучи обращений обратила внимание прокуратура и затеяли проверку…

Я не слышу ее. Вся в волнительных мыслях.

– Черт, Дана… неужели это мы виноваты? А? – поднимаю на нее молящий взгляд. Смотрю на подругу так, словно от ее слов зависит исход.

– Не знаю, подруга… Но, с другой стороны, он у тебя взрослый мужчина, если сказал – все под контролем, значит, так и есть. Ну, не мог же Богатов сделать что-то плохое, за что его могли бы привлечь…

– Нет, не мог… – спешу с ответом. Тут даже секунды не нужно на раздумья. – Он не такой, Дана. Я думала о нем плохо поначалу, просто потому, что не знала его, какой он человек. Но сейчас я уверена, Лев никогда не пойдет против закона. Он мужчина с четкой жизненной позицией, он благородный. Для него честь и достоинство на первом месте. Не так воспитан, понимаешь?

– В любом случае, ты знаешь его лучше…

***

Я все никак не могла отойти от разговора с подругой. Настроения не было никакого. Но я все же заставила себя поехать вместе с Даной в торговый центр, чтобы скупиться к поездке. Я пыталась рассуждать так. Если Лев не говорит мне, значит, у него есть на то причины, значит, все под контролем. В конце концов, Богатов – мужчина взрослый и самодостаточный. Зная его характер, я уверена, он будет совсем не в восторге, если я начну лезть с расспросами и излишней инициативой. Когда решит, тогда и расскажет мне все. Сама напрашиваться не стану.

Но, как бы то ни было, я все равно переживала о нем. Сердце сжимало от одной только мысли, что всему виной я. Дана успокаивала меня, убеждала, что дело совсем не в наших похождениях. Не могли наши действия повлечь такие последствия.

Вернувшись в свою квартиру, я набрала номер Льва. Но он не брал трубку. Написал мне сообщение о том, что находится на какой-то суперважной встрече и не может ответить. Я пожелала ему спокойной ночи, но спустя несколько минут все же решила немного порадовать своего мужчину. Облачившись в новенький купальник, приняв эротическую позу, сделала селфи и отравила ему.

«Боже, Тата, что же творит с тобой любовь? Безумие какое-то», – подумала я, рассматривая отосланное фото. Думала было пожалеть о поступке, но спустя мгновение пришло сообщение от Льва.

«Ты же понимаешь, что я сорвусь и приеду. И придется тебе новый купальник искать на завтра».

Улыбаюсь, набирая ответ.

«Это для того, чтобы ты сильней ждал завтрашнего дня и на важной встрече не забывал обо мне».

«Я тебя даже во сне вижу постоянно. Забыть? Нет, не про меня».

«У тебя все в порядке? Мне не о чем волноваться?»

Ругаю себя за это сообщение, но я не могла не спросить. С замершим сердцем жду ответа.

«Все в порядке. Волноваться можешь, за свой купальник».

Улыбнувшись, укладываюсь на подушку и прикрываю глаза. Только Лев, вот так просто, всего парочкой фраз может успокоить меня. Все плохие мысли словно рукой снимает.

***

Утром я проснулась в замечательном настроении. Голова была на удивление легкой. Все вчерашние страхи и опасения казались мне просто плодом собственного воображения.

Сейчас я понимала, что Дана была права. Мало ли опасностей подстерегают Льва как начальника строительной компании? Кто-то жалобу накатает или какой-то дефект найдет, и идут в суды и прокуратуры для разбирательства. Я сама, будучи заместителем покойного Сергея Анатольевича, сколько раз приходила на опросы в полицию. Сколько недовольных заказчиков выплескивали на меня свою злость! Помню, один даже под колеса проезжающей мимо машины пытался толкнуть. В общем, на подобной должности всегда так. И в проблемах Льва нет ничего странного.

Но в поездке я собиралась признаться обо всем Льву. Хотела объяснить любимому, почему я так поступила. Уверена, он все поймет.

Половину дня я наводила порядок. За две недели в квартире скопилось невообразимое количество пыли. Справившись с этим нелегким делом, присела отдохнуть. Проверив телефон на пропущенные, написала сообщение Льву, спросив, как его дела. Любимый ответил одним словом «Занят».

Ну и вредина, – нахмурилась и, отбросив гаджет в сторону, принялась за сбор чемодана.

За час до вылета я была в аэропорту. Внутри все дрожало от нетерпения. То и дело просматривала телефон на входящие, но Лев не звонил. Более того, его все еще не было.

Время шло, до отлета оставалось всего двадцать минут, а я все еще не прошла регистрацию. В груди все скучивало в узел от волнения. Раз за разом я набирала его номер. Шли гудки, но Лев не брал трубку.

Нет, с ним определенно что-то случилось. Он не мог вот так просто бросить меня здесь одну. Я уже подумывала над тем, чтобы набрать Кирилла, как зазвонил телефон в руках. Но это была Дана.

– Тата, у вас все отменилось? – спрашивает подруга. Слышу на заднем фоне музыку и многочисленные голоса.

– Нет, я в аэропорту, жду Льва.

– Ну, не знаю, кого ты там ждешь, – произнесла напряженно. – Только я сейчас на свадьбе у племянника областного судьи, меня Кирилл попросил пару ему составить. Так вот, твой Богатов в этот момент кружится в танце с госпожой Январской.

– На какой свадьбе? Этого не может быть, – мои ноги вдруг стали ватными. Опустившись на одно из кресел в зале ожидания, почувствовала, как перед глазами все потемнело.

– Сейчас пришлю фото, – отвечает подруга и сбрасывает вызов.

Сижу, не шевелясь. В руках ручка чемодана, на коленях телефон. Окружающий мир перестает существовать. У меня сердце не бьется, пока я жду сообщение. Спустя несколько мгновений экран телефона загорается, и я, трясущимися от волнения пальцами, открываю сообщение. В нем фото. Прекрасная пара на танцполе. Мне больно, нечем дышать. Я смотрю на мужчину в синем костюме, смотрю на его идеальный профиль, на его руки, крепко держащие талию другой, на его улыбку, с которой он смотрит в глаза моей сопернице, и чувствую, как внутри что-то ломается.

Глава 36

Дорога от аэропорта до ресторана в центре города казалась мне вечностью. Сколько мыслей я передумала, сколько версий случившегося. Я не могла поверить в происходящее. Нет, тут что-то не так. Может, я напутала? Или Дана? Не может Богатов так подло поступить со мной! Зачем было покупать билеты в столь дорогие отели, а потом просто не приезжать в аэропорт? Все происходящее казалось мне страшным сном. Мне не оставалось ничего больше, кроме того, чтобы разобраться во всем самой.

Выгрузив свой чемодан из багажника, я отпустила такси и направилась к входу в заведение. Выглядела я как местная сумасшедшая. Кругом шикарно разодетые гости, восседающие за накрытыми столами, и я, с огромным саквояжем в руках. Оставив свою кладь на входе, протиснулась вглубь зала. Народу было битком, музыка грохотала на всю мощность, но даже она не могла приглушить громкое биение собственного сердца, отдающее гулким шумом в ушах.

Я не дышала, пока сканировала пространство. Вглядывалась в лица гостей, пытаясь найти одно единственное. Не прошло и пары минут, как кто-то окликнул меня сзади.

– Тата! – обернувшись, увидела подругу, спешащую ко мне. Выдохнула немного.

– Он во дворе. Пойдем, – с ходу заявила Дана и, взяв меня за руку, потянула к выходу. Я только и успела зацепить ручку чемодана, дабы не оставить его здесь.

Мы прошли вдоль длинного коридора. Дана весь путь молчала, но я видела, в каком подруга напряжении. У меня у самой неприятно сосало под ложечкой при одной только мысли, что я застану его здесь с другой.

Попав на задний двор, мы прошли вдоль рядом беседок в самую глубь. И когда приближались к бассейну, я уже так, издалека, узнала его. Лев стоял в окружении группы людей. Говорил о чем-то с седоволосым мужчиной. Рядом с ним под руку находилась Январская в ослепительно красивом платье и с широкой улыбкой на лице.

В груди что-то сжалось до боли, когда я увидела его ладонь на ее талии. Первым порывом было развернуться и уйти отсюда. Не унижаться, не подходить к нему, дабы не быть брошенной и обманутой. Уйти самой. Забыть все, как сон. Стереть из памяти Богатова и все, что с нами было. Я остановилась. Данка, обернувшись, вопросительно смотрела на меня, а я стояла и прожигала его фигуру взглядом. Нет. Не смогу уйти, не разобравшись, не поборовшись за нас. Я уверена, у него есть сто тысяч причин, чтобы поступить так со мной! Все, что угодно, только не предательство! Я не вынесу этого, не переживу! И забыть?! Как можно забыть самое лучшее, что было с тобой? Все эти дни он был другим человеком. Я смотрела в его глаза и видела в них любовь. Он был искренен.

Вручив подруге свои вещи, я направилась прямиком к нему. Сердце в груди остановилось, ноги были ватными, мне приходилось прилагать невероятные усилия, чтобы преодолеть путь в несколько метров.

Он заметил меня сразу. Я не успела приблизиться, словно почувствовав мой взгляд, Лев замолчал на полуслове и обернулся. А когда наши взгляды встретились, мне стало не по себе. Его карие глаза, в которых я тонула еще вчера, сейчас были кусками льда. Он посмотрел на меня так, будто и не знает вовсе.

Я остановилась. Просто стояла и смотрела на него. Повернувшись к Январской, Лев что-то прошептал той на ухо, а затем, кивнув своим собеседникам, направился ко мне.

Я стояла и не могла слова вымолвить. Все происходящее вокруг – какой-то сюрреализм. А может, я сошла с ума? Как может мой Богатов так поступать?

– Я… я ждала тебя в аэропорту, – заговорила первой, прочистив горло. – Почему ты не приехал? Если поменялись планы, почему не сказал?

Молчит. Смотрит на меня так, словно ему плевать, и разговор со мной ему в тягость. Его взгляд такой ледяной, что меня начинает знобить. Зубы бьют друг о друга чечетку. Крепко обняв свои плечи, смотрю на него в ожидании ответа.

– Я передумал, – пожимает плечами, смотря куда-то поверх моего плеча.

– Прости, что?

Вздыхает устало.

– Передумал лететь. Понял, что игра слишком затянулась, Тата.

– Игра? – ей богу, я сейчас с ума сойду. Что он такое несет? Какая игра?

С его губ слетает нервный смех. Обернувшись, смотрит на стоящую поодаль Январскую. Та тоже глаз с нас не сводит.

– Не думала же ты, что я стану в самом деле связываться с такой, как ты? – сунув руки в карманы брюк, смотрит на меня высокомерно. Стоит тут весь из себя самоуверенный, говорит со мной с таким нежеланием… будто я нищая, просящая у него подаяния.

– С такой, как я? – мой голос срывается. Требуется пара секунд, чтобы прогнать мешающий в горле ком. Нет, не время раскисать. Если уж рвать, то по живому. И выносить все стойко, без слез и истерик. До такого я точно не опущусь, не дам ему насладиться своей слабостью.

– Если уж начал, договаривай и называй все своими именами.

Молчит. Лишь уголок губ слегка приподнимается в ленивой улыбке. Он будто чужой мне. Словно и не мой Лев. Нет, этого холодного и жестокого мужчину я не знаю. На такого Богатова я никогда даже не посмотрела бы.

– Да ладно тебе, – смеется, почесывая подбородок. – Там, в Италии, все было круто. Я утер нос Фернандо, слишком давно бесил меня этот зазнавшийся кусок дерьма. Но и бонусом была ты. Все было здорово, Тата, но я понял, что устал. Да и пора строить свою жизнь, – обернувшись, подзывает к себе Январскую, а та, словно ручная собачонка, тут же подбегает к хозяину, ластясь у его ног.

Я будто не понимаю его слова. Все слышала, каждое из них, но мозг отказывается их принимать. Стою неподвижно, смотрю на них, а внутри – ничего. Тишина, и пульсация в груди. Я знаю, скоро рванет. У меня в запасе считанные минуты, и нужно уходить отсюда как можно скорее, чтобы не дать им увидеть свою боль.

– Ой, Тата, привет, – протягивает довольно Лена, прижимаясь к Богатову. – Смотри, какое кольцо мне подарил Лев. У нас свадьба через месяц, – протягивает мне ладонь с огромным сияющим камнем на кольце.

– Если решишь уволиться, я пойму, – говорит Лев, не дождавшись от меня ответа. – С меня хорошие отступные. Сможешь слетать сама на Бали, или подругу возьмёшь, – усмехается, прижимая к себе Январскую.

– Лева, пойдём, губернатор сейчас будет тост говорить, – шепчет ему на ухо дама. Кивнув мне, он разворачивается и, будто ни в чем не бывало, уходит с ней, оставляя меня одну. С растоптанным сердцем и растерзанной гордостью стоять и смотреть на их спины.

***

Мне казалось, я выплакала все, что могла. Голова гудела, глаза опухли, но все это такая ерунда по сравнению с тем, как болело в груди. Мне было трудно дышать от бушующей внутри агонии.

– Тата, ну, пожалуйста, хотя бы бульончика выпей, ты же совсем ничего не ешь три дня! Разве так можно издеваться над собой? – причитает подруга, сидя над душой. Зарываюсь головой в подушки, желая только одного – чтобы Дана наконец-то оставила меня одну, чтобы больше никто не напоминал мне, какое я жалкое существо.

Не хочу ничего. Просто лежать и подыхать, осознавая собственную никчемность. Никогда бы не подумала, что когда-то стану столь зависимой от человека, от мужчины. Впервые в жизни доверилась, а мои мечты так грязно и беспощадно растоптали.

Всегда считала себя сильной, только ни черта это не так. Богатов показал мне, что я слабая и глупая.

– Гетман, я не знаю, что с тобой делать. Честное слово, врача пора вызывать, – продолжает шантажировать меня Дана. Но я ничего не отвечаю. Не хочу.

– Подумаешь, мужик бросил. Тоже мне, конец жизни! Скажи спасибо, что так быстро свое лицо показал! А если бы вместе жили, да детей завести успели, вот тогда бы трагедия…

– Какие дети, о чем ты? – меня начинает мутить. Данкин голос звучит так же противно, как и крик банши. Сползаю с постели, направляясь в ванную. Все, что угодно, только не слушать ее причитания.

Я понимаю, подруга хочет мне помочь, но меня злят ее слова о Богатове. Она выставляет его сволочью и монстром, а я… я до сих пор не верю. Пусть дура, пусть глупая. Но не верю я до конца, что так просто он мог поступить со мной.

Доплетаюсь до ванной, борясь с головокружением. Чувствую, как начинает тошнить. Приседаю у унитаза, едва успев поднять крышку, извергаю скудное содержание желудка. Теперь боль не только в груди – скручивает все тело. Приподнимаюсь к раковине, умываюсь холодной водой, стараясь прийти в себя. Тошнота отступает, и теперь я снова могу дышать.

Смотрю на себя в зеркало. На кого я стала похожа? Под глазами круги, лицо опухло, на голове – непонятно что. Сбрасываю с себя одежду, переступая порожек душевой. Включаю воду и несколько минут просто отмокаю. И тут же мысли к нему возвращаются. К тому, как Левсмотрел на меня, когда купал, словно маленькую девочку, как смотрел на меня… Снова затапливает боль. Согнувшись пополам, опираюсь ладонями о стенки душевой. Пытаюсь переждать приступ. А когда чуть-чуть отпускает, вдыхаю глубоко, набирая полную грудную клетку воздуха.

Нет, я так больше не могу. Все эти метания и сомнения. Весь этот бред не может быть правдой! Ни за что!

Вытираюсь полотенцем и, переодевшись, выхожу к подруге. Увидев меня в проеме дверей, Данка замирает с чайником в руках.

– Я еду к нему. Хочу поговорить, – с этими словами разворачиваюсь и ухожу в коридор. Взяв с комода сумочку, рыщу в ней в поисках денег и телефона. Гаджет практически сел. Подумываю над тем, чтобы зарядить немного, но нет. Останусь в квартире и могу передумать. Не хочу терять настрой.

– Погоди! Как это – к нему едешь? Ты совсем спятила?! – взывает подруга, спеша следом за мной. Приседаю на пуф, обуваю кроссовки. А когда поднимаюсь, Данка, как на амбразуру, бросается на входную дверь.

– Я не могу поверить в то, что Лев так просто бросил меня! Должна быть какая-то причина, понимаешь? Я знаю его, своего Льва. И я видела того Богатова, что стоял передо мной. Это были два разных человека.

– Я не знаю, что творится в голове у этого мужчины. Но если он сказал тебе такие слова, вряд ли там были чувства. Не тешь себя надеждами, любящий мужчина никогда не поступит так со своей девушкой. Что бы ни случилось. Прилюдно опозорить ее, заявить о расставании! У него даже не хватило совести с тобой расстаться по-хорошему! – рычит Дана, а меня так злят ее слова.

– Я не понимаю его, – голос надорван, чувствую, как по щекам текут слезы. – Все было хорошо… неужели все слова, все поступки были ложью?

Смотрю на подругу, желая хоть на один вопрос получить ответ. Но разве Данка чем-нибудь в силах помочь? Сжимаю виски до боли, стараясь унять набирающую обороты истерику.

– Нет, этого не может быть! Все происходящее очень странно! Это просто не может быть правдой. Он любит меня, я уверена.

– И что ты намерена делать?

– Пойду к нему. Пусть он, глядямне в глаза, скажет, что не любит. Только тогда я сдамся, – в глазах подруги читается жалость. Она думает, что я чокнулась. Пусть так. Но я испытаю еще один шанс, дам ему возможность объясниться. Приближаюсь к Дане вплотную, но подруга и не думает отступать.

– Мне безразлично, что он сказал. Я не верю в это и не собираюсь верить!

***

Неотрывно жму на кнопку звонка. Он дома, я уверена. И слышит. Но почему-то не идет открывать. Злюсь на себя, на него, в какой-то момент немного пасую, но все же остаюсь на месте. Раз пришла, доведу дело до конца. Кто бы что ни говорил, я буду бороться за него, даже если он сам против.

Наконец-то дверь открывается. Он стоит на пороге. С голым торсом и в спортивных штанах. Сердце удар пропускает при виде него. Я дурочка, наверное, но уже все забыла. Все слова обидные и то, что бросил меня в аэропорту. Грудь стискивает спазмом от понимания того, что Богатов уже не мой.

– Зачем пришла? Забыла что-то? – спрашивает ледяным тоном. Его грубость – как поток ледяной воды на голову. Освежает и приводит в чувства.

– Константин ведь привёз тебе все вещи, – даже взгляд у него холодный, чужой какой-то.

– Поздороваться не хочешь? Простая вежливость, – приподняв подбородок, смотрю на него нагло. Не думает же он, что я стану терпеть оскорбления и неуважение? Даже если мы расстались.

– Ну, привет, – усмехается, складывая на груди руки. – Так зачем пришла? Если можно, побыстрей, я спешу…

– Я оторвала тебя от важного занятия?

– Да, не представляешь, насколько важного, – ей богу, я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не врезать ему.

Приблизившись, останавливаюсь вплотную к нему. Чувствую запах его геля для душа, изо всех душу в себе любые проявления слабости. Сейчас, как никогда, мне нужен здравый рассудок.

– Скажи, что с тобой произошло? – прищурившись, впиваюсь в него колким взглядом. Пытаюсь рассмотреть хоть что-то сквозь эту стену безразличия.

– Ты ведь не такой, Лев. Ты ведь не полный кусок дерьма, каким пытаешься себя показать. Так что заставило тебя так вести себя?

– Давай не будем начинать этот разговор. Просто уходи, – произносит Лев без единой эмоции, не отпуская моего взгляда. Мне кажется, или он кайфует от моей боли?

– Я не уйду. Потому что не верю тебе. Понимаешь? – подаюсь к нему, упираюсь руками в его грудь. Прижимаю его к стенке. Во мне столько злости и обиды, я готова его разорвать на кусочки, если Лев не придет в себя.

– Ты любишь меня, сукин ты сын! – толкаю его в грудь, чувствуя, как начинает дрожать голос. – Так, как смотрел на меня ты, не может смотреть тот, кто лжет! Я видела в твоих глазах любовь, а сейчас тебя словно по голове ударили, – слезы текут по щекам. Я смотрю на него, надеясь хотя бы каплю настоящего Богатова увидеть. Но там глухая стена.

– Хочешь, чтобы я ушла? Скажи правду! Мне в глаза! Скажи мне, что не любишь, и если я поверю тебе, уйду, и больше никогда не потревожу! – хлопаю ладоням по груди снова и снова, перехожу на крик. А ему плевать. Стоит и улыбается, как последняя сволочь.

Раздается звук шагов. Обернувшись, вижу стоящую в проеме двери Январскую. В коротеньком халате с глубоким декольте. Ее волосы распущены, на лице нет косметики, по всей видимости, она ночевала с ним.

– Зай, кто там? – спрашивает тоном капризной девочки, а когда ее глаза находят меня, лицо Лены искажается в отвратительной гримасе.

– Опять ты?

– Ты с ней? – возвращаюсь к Богатову. Молчит. Смотрю на него, чувствуя, как по гортани желчь поднимается. Я вдруг ощущаю дикую усталость. Нет сил даже говорить, с губ слетает тихий шепот.

– Не смеши меня, Богатов, – горько усмехнувшись, отхожу на шаг. Не хочу стоять с ним близко. Так и разит от него ложью и лицемерием.