Текст книги "Высокое напряжение (СИ)"
Автор книги: Виолетта Роман
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)
Глава 1
Тата
– Мы не будем ничего делать, пока не получим деньги. Точка. Можете так и передать руководству, – чеканит прораб стальным тоном.
Выдохнув, пытаюсь успокоить расшалившиеся нервы. Одариваю мужчину холодным взглядом, давая понять, что со мной шутки плохи.
– Я – ваше руководство. И я говорю, что вы не получите ни копейки, пока не доделаете весь объём работ, который должны были сделать к сегодняшнему дню.
Я вижу, как раздуваются его ноздри. Прораб в бешенстве. Конечно, какому мужику понравится, когда его строит двадцатисемилетняя девица?
– Да ты вообще понимаешь, сколько там еще делать? Две недели минимум! Переклеить обои, установить сантехнику, всю мелочёвку доделать! А ламинат! – тычет в сторону пола. – Больше трех тысяч квадратов, его же поднять надо, раздать по этажам! Расходники заказать, ведь склад пустой! По МОПам куча замечаний от технадзора с предыдущей сдачи исправить надо. Не подпишет акт – дальше не пойдем! Как ты представляешь такой объем за две недели сделать, мне, что, здесь жить?
Я ничуть не прониклась его рассказом. Пусть заливает баки кому-нибудь другому, например, нашему «обожаемому» учредителю Евгению Сергеевичу. Ему-то абсолютно неважно, сможем ли мы сделать все в срок и представить готовую работу заказчику. Нынешнему владельцу нашей строительной фирмы вообще ни до чего нет дела, если это не имеет отношения к покеру и девушкам легкого поведения. Вот только я не могу спокойно сидеть и наблюдать, как непутевый управленец ломает то, что строил его отец на протяжении пятнадцати лет.
– Давайте вы не будете мне рассказывать, сколько времени нужно на то, чтобы правильно организоватьработу. Материалы завтра с утрабудут, люди есть, что еще надо? – сверлю его взглядом, понимая, что по-хорошему не получится договориться. Придется снова включать стерву. А как иначе привести в чувства всех лентяев?
– Почему мне нужно постоянно вылавливать вас по этажам дома, отрывать от столов и бутылок, заставляя работать? Вы обязывались доделать этот объём работ в срок до вчерашнего дня. Работа не готова и на четверть. Что мне заказчику показывать?
– Слушайте, вы лезете туда, в чем не разбираетесь! Мы работаем с Евгением Сергеевичем! Он в курсе всех заминок, – рычит мужчина. Я вижу, как из проема двери, со спины бригадира, к нам приближаются рабочие. Мужчины насуплены, прожигают меня тяжелыми взглядами.
– Значит так, – сделав шаг вперед, произношу спокойным тоном. – Если до конца этой недели не будет выполнено сто процентов работы, вы у меня не получите ни копейки. Вам все ясно? Идите к Евгению Сергеевичу или к кому хотите. Мне плевать. В субботу в пять вечера я буду здесь, и если хотя бы что-то не будет доделано, пеняйте на себя.
Развернувшись, выхожу из квартиры, спускаюсь вниз по лестнице. Я дико зла. И если сказать, что в последнее время все сыплется из рук – ничего не сказать. Так много сложностей, что порой начинает казаться, будто выхода нет. Но я никогда не была нытиком или пессимистом. Еще с юности поняла одну вещь – как бы сложно не было, нужно, сцепив зубы, преодолевать трудности. Как там говорится, глаза боятся, а руки делают. Вот только руки безумно устали разгребать все дерьмо, что навалилось на компанию после смерти Сергея Анатольевича.
Спустя полчаса я уже в офисе. Хочу одного, спокойно добраться до своего кабинета. На пути до шестого этажа меня останавливают подчинённые, и у каждого ко мне вопрос жизни и смерти.
Смутные времена – это всегда хаос и разруха. Пережить их с минимумом крови и потерь невозможно. Передо мной практически невыполнимая задача, но я обещала Сергею Анатольевичу решить все, до единой. И я обязательно выберусь из этого дерьма и вытяну вместе с собой «Аврору».
– Татьяна Александровна, вам звонил представитель Росбанка по поводу перекредитования, – стоит мне переступить порог приемной, встает из-за стола мой секретарь.
– Набери и соедини, я у себя, – кивнув, захожу в кабинет, но подумав, снова выглядываю в приёмную.
– Дана, кофе сделай, пожалуйста.
– Конечно, – улыбается девушка.
Пройдя за стол, проверяю забытый перед выездом на объект сотовый. Пара не отвеченных звонков от заказчиков, один от мамы. Успеваю скинуть с плеч пиджак, телефон начинает трезвонить. Включаю громкую связь.
– Добрый день, Павел Юрьевич, рада вас слышать, – вступаю в разговор первой, произнося это с широкой улыбкой. Терпеть не могу этого клерка, но чего не сделаешь ради благополучия компании.
– Добрый день, Татьяна Александровна! Рад вас слышать. Звоню, а вы все где-то пропадаете, – в его голосе обида. Не знаю, играет он или на самом деле считает, что мы с ним вроде друзей. Неважно. С готовностью вступаю в игру, принимая его правила.
– Что поделать, ни минуты покоя, Павел Юрьевич, нелегкая доля директора, – театрально вздыхаю.
– У меня для вас хорошая новость, – произносит он, делая паузу.
– Я скрестила пальцы, говорите…
– Вам одобрили рефинансирование, под залог недвижимого имущества, на восемь миллионов рублей, сроком на восемьдесят месяцев, процентная ставка – одиннадцать целых и девять десятых процентов, сумма финансовой защиты – миллион сто девяносто пять тысяч рублей.
– Павел Юрьевич, вы просто волшебник, – восклицаю, закрывая глаза. Готова прыгать от радости!
– Нет, я просто очень хочу поужинать с вами, – смеется мужчина. – В ресторане «Причал», в девять вечера, в эту пятницу. Жду вас, и отказ не принимается.
– Разве я могу отказать такому мужчине? Буду рада составить вам компанию, – произношу, томно вздыхая.
– Завтра в десять утра жду вас в банке, – отвечает довольным тоном. – Все сделаем в лучшем виде.
Ну вот. Всего пять минут телефонного разговора вернули мне позитивный настрой. А казалось, Армагеддон неизбежен.
Спустя три минуты в кабинет стучатся. Проверяю почту и, не отрывая глаз от монитора, делаю знак Дане проходить.
– Как съездила? – спрашивает подруга, усаживаясь на стул напротив.
– Как всегда, – произношу, набирая ответ одному из постоянных клиентов. – Я сволочь, тупая, и лезу не в свои дела, – нажимаю «отправить» и перевожу взгляд на своего секретаря. Девушка подвигает ко мне чашку с кофе.
– Дана, по этажам вылавливала двадцать здоровых мужиков! Ни черта не сделано! Нам через две недели объект сдавать, а там конь не валялся! – восклицаю, делая небольшой глоток напитка. Как всегда, божественен.
– Вот гады, – вздыхает Зайцева.
– Да не они гады, Дана. Наш прекрасный учредитель, Евгений Сергеевич, снова занимается попустительством. Ему же плевать на фирму! Он хороший для всех, главное, чтобы не трогали его. Авось все рассосется, – восклицаю рассерженно. Хотя кому я говорю? Дана прекрасно знает всю подноготную единственного сына покойного Сергея Анатольевича.
– Он же не контролировал их совсем, не проверял. Прораб ему по телефону позвонит, лапши навешает, а Смольский и рад. А потом, когда приходит время работу сдавать, наступает черед вступать в игру злой ведьме и суке Гетман, понимаешь?
– Да все я знаю, первый год, что ли, работаю здесь? Ясно все. Смольский совсем обнаглел. Как отец умер, вовсе стал вести себя ужасно. Хозяин-то теперь он…
– Хозяин, – нервно усмехнувшись, отвожу взгляд в сторону. – Только вместо того, чтобы фирму отбивать от акул, жаждущих нас сожрать, он в клубах пропадает да казино. А на работу ему плевать. Только я сижу ночами и думаю, как нам концы с концами свести, да людям зарплату выплатить.
– И на черта оно тебе надо? Вот скажи? – недоумевает Дана. – Ушла бы давно, свое дело открыла. У тебя ведь в этой сфере стажа больше десяти лет. Тата, да тебя с руками загребут крупные корпорации! А ты сидишь тут и с ветряными мельницами борешься.
– Ты прекрасно знаешь, почему я не уйду. Это дань памяти Сергею Анатольевичу. Даже если мы банкротами будем, я отсюда ни ногой. Я обещала, понимаешь?
Подруга хмурится. Откинувшись на спинку стула, скрещивает на груди руки, всем своим видом давая понять, что не согласна со мной.
– Тебе о своей личной жизни нужно думать, о мужчинах. А ты в двадцать семь схоронила себя на работе. Так нельзя, Тата.
– Ну, почему схоронила? Меня, между прочим, на ужин в пятницу позвали. И я пойду, – игриво хлопаю ресницами, но подруга ничуть не проникается моими словами.
– Знаю я, с кем ты идешь, – хмыкает она. – Можешь мне тут не рассказывать. С банкиром тем очкастым. Да он не потянет тебя. Уже на третьей минуте заскучаешь и сбежишь. Я же тебя знаю, Татка. Такую, как ты, только сильный сможет заинтересовать. Вот чтоб как взял тебя в свой огромный кулак… и все, никуда не денешься, – заканчивает Дана свою речь, ехидно улыбаясь. Тоже мне, фантазерка.
– Все-то ты знаешь. Лучше скажи мне, что у тебя там? Бывший отстал?
– Отстал, слава богу. Если бы не твой знакомый из полиции, долго бы еще нервы мне портил.
– Вот поэтому я и не завожу отношений. Потому что нормальных мужиков по пальцам сосчитать можно. А такие мудаки, как твой бывший, на каждом шагу.
– Ты просто не любила еще. Вот помяни мое слово. Как переклинит однажды, в самого отъявленного муд*ка влюбишься. И все, пиши пропало.
– Да ну тебя. Спасибо за пожелания, но я лучше так, с работой в паре, – смеюсь, отставляя уже пустую чашку в сторону.
– Нужно нам с тобой выбраться куда-нибудь, – говорит Дана, поднимаясь со стула. – Как насчет выходных? Давай в клуб сходим, тряхнем стариной.
– Боюсь старину растрясти, – смеюсь, читая пришедшее по почте соглашение. Когда подруга уже подходит к дверям, кричу ей.
– Собери на вечер совещание. И если увидишь Смольского, пусть зайдет.
– Будешь отчитывать владельца? – обернувшись, улыбается.
– Еще как, если от этого зависит судьба нашей компании.
– Играешь с огнем, подруга, – цокнув языком, Дана покидает кабинет.
***
Не успела оглянуться, уже наступил вечер. Работы, как всегда, непочатый край, вот только Смольскому плевать на этот факт. Многоуважаемый руководитель соизволил явиться в компанию к четырем часам вечера. Как доложили мне подчиненные, пришел он в нетрезвом состоянии, крайне подавленным. Да и встреча у нас так и не состоялась. Смольский просто заперся в кабинете, дав указание секретарю никого к нему не впускать. Особенно меня. Ладно.
От злости хотелось скрежетать зубами. Как тратить отцовские деньги – это мы первые, а как что-то сделать для компании, так сразу не в духе.
Выкуривать Женю из кабинета у меня не было времени. Через пятнадцать минут начнется совещание, мне нужно было подготовить вопросы для сотрудников. Именно за этим занятием меня и застал неожиданный посетитель, явившийся ко мне за несколько минут до начала собрания.
– Татьяна Александровна, к вам представитель Северо-Западного строительногоХолдинга «Персей», – произнесла в селектор Дана. В первые секунды мне даже показалось, что я неправильно расслышала секретаря. Компания «Персей» – очень сильная организация на рынке строительного бизнеса. Для чего представителю столь сильной фигуры являться к нам?
– Пусть войдет, – произнесла твердым тоном, но сердце почему-то не на месте.
Спустя пару минут в кабинет вошел молодой мужчина худощавого телосложения. Несмотря на некую щуплость в его фигуре, было видно за версту, что он сильный противник. Взгляд. По нему многое можно сказать о людях. Я умею читать по глазам. У этого написано, что пленных он не берет.
– Добрый вечер, Татьяна Александровна. Меня зовут Андрей Иванович, я юрист Северо-Западного строительного Холдинга «Персей», представляю интересы доверенного мне лица, главы компании Богатого Льва Николаевича.
– Чем обязана? – произношу, сохранив равнодушное выражение лица.
Мужчина, ни слова не говоря, достает бумаги из кожаного портфеля.
– Прочитайте, потом поговорим, – протягивает мне документы.
Опускаю взгляд на бумаги, пробегаю по тексту. Буквы скачут перед глазами, я не могу собрать все воедино. Какая-то абракадабра. Мне приходится раз пять пробежаться по строчке, чтобы, наконец, прочитать.
– Договор дарения.
Смольский Евгений Сергеевич, именуемый далее «Даритель», …
…. Богатов Лев Николаевич, именуемый в дальнейшем "Одаряемый", с
другой стороны, заключили настоящий договор о следующем:
…Даритель передает Одаряемому безвозмездно (в качестве дара), а
Одаряемый принимает в дар (в собственность) акции компании «Аврора».
Мне вдруг становится нечем дышать.
– Что это? – поднимаю на него недоумевающий взгляд.
– Договор дарения. Ваш руководитель передал в собственность моему доверенному сто процентов акций вашей компании. Так что единоличным акционером теперь является Богатов Лев Николаевич, – рапортует тот официальным тоном. – В силу большой занятости, Лев Николаевич сегодня лично не смог присутствовать здесь, но просил вас собрать завтра в десять утра весь состав компании на совещание и подготовить для него штатное расписание вашей организации.
Понимание всего ужаса ситуации обрушивается на меня, словно снежный ком. Сверху, прямо по голове. Растерянно хлопаю глазами, смотря на документ в руках.
– Копию договора я вам оставляю. Всего хорошего, – поднимается с кресла мужчина и твердой походкой покидает мой кабинет.
Сказать, что я ломилась в дверь Смольского, не сказать ничего. Слава богу, в тот момент у меня под рукой не оказалось кувалды или топора. Иначе разлетелось бы все в щепки. Сволочь, убежал. Предатель! Негодяй! Как он додумался до такого?! Подарить компанию отца! То дело, ради которого Смольский старший положил остаток своей жизни!
Женя всегда был ненадежным и легкомысленным, но сегодня он побил все рекорды идиотизма.
Ничего я так и не смогла добиться возле его кабинета, кроме как напугать секретаршу Смольского. У меня был нервный срыв. Я кричала, рвала и метала. Но какова должна быть моя реакция? Только что сообщили, что дело, которым я живу, компания, на благо которой я трудилась десять лет, только что ушла в грязные руки коммерсанта. Язнаю, кто такой Богатов, наслышана. Чертов монополист. Сжирает все вокруг себя, для того чтобы остаться на рынке одному. Сильный противник, бороться с которым очень сложно. Я уверена, что смола бы одолеть его, атакуй он нас со стороны. Но Женя сам, лично передал наше знамя врагу, не произведя ни единого выстрела.
– Может, он его вынудил это сделать? – спрашивает Дана, капая в чашку настой валериаяны.
– Даже если бы к его пустой башке приставили дуло пистолета, он не имел права так поступать, Дана! – взвываю я, подскакивая с кресла.
– Ты права, – вручает мне лекарство. Проглотив махом горьковатую жидкость, выдыхаю.
– Что делать теперь? Как? Как мне бороться с этой напастью? – хочется взвыть от обиды.
– А ты уверена, что он сволочь и обязательно сожрет нас? Может, как раз таки нам повезло? Возможно, Богатов окажется отличным управленцем и выведет нас на новый уровень?
– Не мели чушь, – окидываю подругу усталым взглядом.
– Ну откуда такая уверенность? Ты видела его? Знакома с ним? – не сдается Дана.
– Не видела и не знакома. Наслышана. И мне этого достаточно, поверь.
Девушка кивает, несколько минут рассуждая о чем-то. А я думаю о том, что в ближайшее время, скорей всего, окажусь на улице. Нужно посмотреть в «Консультанте», какое там сейчас пособие по безработице…
– Так, хватит тут беситься. Езжай домой. Утро вечера мудренее, – поднявшись из-за стола, Дана направляется ко мне в кабинет. Возвращается спустя пару минут с моим пиджаком и сумкой в руках.
– У тебя просто нервы сдали. Три дня почти не спишь. Дуй домой, выспись, и все будет хорошо. Мы справимся с этим.
***
Подруга буквально выгнала меня из офиса. Но Дана права. На нервной почве или от недосыпа, но руки уже ходуном ходят. В любом случае, мне нужно подготовиться к завтрашнему дню. Разработать стратегию поведения с новым руководителем. Я далеко не пессимист, наоборот, всегда смотрю с позитивом на ситуации. Но здесь пахнет жареным. И как я ни пытаюсь храбриться, при любом раскладе итог получается плачевным.
Доехать до дома в спокойной обстановке мне, видимо, тоже было не судьба. Жуткие пробки, на дороге куча идиотов, пренебрегающих правилами дорожного движения. Вроде бы ничего удивительного для Питера, но сейчас все воспринималось по-особенному остро.
К тому времени, как я добралась до своего родного Васьки, прошло около полутора часов. Тронувшись на зеленый, планировала перестроиться в правый ряд для поворота, но вдруг с крайней левой полосы какой-то придурок на черном «Порше» на всей скорости пересекает мою полосу, снося при этом боковое зеркало с водительской стороны.
– Какого черта?! – взвываю, смотря на уныло болтающееся на тоненьком проводе зеркало. Ну и сволочь! Зверея от такого хамства, резко даю по газам, выезжая на автобусную полосу. Догоню негодяя, проучу. Терпение мое подошло к концу.
Спустя несколько минут, после следующего перекрестка я настигаю обидчика. Поравнявшись с ним, делаю знак остановиться. Но он и не думает этого делать. Обогнав его, начинаю выжимать из полосы. Только когда я едва ли не тараню его, кроссовер начинает сбавлять скорость, останавливаясь.
– Ты совсем с ума сошла? – ревет высокий брюнет не своим голосом, выпрыгивая из машины. Сколько в нем роста? Больше двух метров, точно. Огромной скалой надвигается на меня. В его большущих карих глазах столько высокомерия, если бы я не была так зла, стушевалась бы.
– Тебя смотреть в окна не учили? – отвечаю ему тем же тоном, выходя из машины. – В какой забегаловке ты права получил? Смотри, что наделал! – ругаю его, указывая на сломанное зеркало.
– Ты давай, тон сбавь, девочка, с дядей разговариваешь, – произносит громила с пренебрежением. И этот его взгляд оценивающий заставляет внутри все дрожать от ярости.
– С дядей? – нервный смешок слетает с губ. – Знаю я таких, как ты! – тычу в него пальцем. – У папочки денег выпросил на тачку дорогую, а ездить не научился!
– Я, что, по-твоему, похож на папиного сынка? – брюнет складывает на груди свои огромные руки, растягивая губы в надменной ухмылке. – Ты в своем уме, рыжая?
Выудив из сумки телефон, поднимаю на него огнемечущий взгляд.
– Сейчас гаишники приедут, я покажу тебе «рыжую», – пытаюсь разблокировать экран, но пальцы не слушаются.
– Чёртова стерва, – раздается рычание. Замечаю боковым зрением, как он подходит ко мне. – Сколько тебе нужно? – произносит уже более тихим голосом. – Не надо гаишников. Я спешу.
– Будем ждать ментов. Дело принципа, – отрываю взгляд от телефона, возвращая ему ухмылку.
– Тебя, что сегодня еще не трах*ли? – прищурившись, выдает предположение. От его слов – волосы дыбом. – Или у твоего старого папочки х*р маленький? Ты чего бешеная такая? Говорю, денег дам, и гуляй дальше!
– Я похожа на ту, кому нужны деньги? – со злостью окидываю взглядом его наряд. Хотела бы отметить безвкусицу, но одет он в дорогие брендовые шмотки.
– А разве таким как ты они не нужны? – его губы кривит самодовольная ухмылка. Я не знаю, что меня бесит больше: гадкие слова незнакомца или нотки веселья в его голосе, но тратить остатки своих нервов на этого хама нет никакого желания.
– Подавись ты своими деньгами! – рычу, направляясь к своей машине. Завожу мотор и, сорвавшись с места, демонстрирую средний палец самоуверенному придурку.
Глава 2
Утро наступило, но просветления в моей уставшей от бессонной ночи голове так и не было. И злости меньше не стало. Всю ночь проворочалась с боку на бок.
Мне было страшно от мысли, что нашей компанией завладел посторонний человек. Бог его знает, каковы причины его внимания к нам. Богатов достаточно успешный бизнесмен. В его собственности – целый холдинг. А тут какая-то конторка. Да, с хорошей репутацией, да, со своей базой клиентов. Но мы для него – песчинка.
Сколько бы ни думала, каждый раз приходила к неутешительным выводам. Я боялась, что не смогу выполнить обещание, данное мной Сергею Анатольевичу перед его смертью. Не смогу сохранить его детище и обеспечить процветание компании.
Еле дождавшись утра, подскочила с кровати. Привела себя в порядок и, зарядившись чашкой бодрящего кофе, выбежала из дома.
На всем пути до офиса названивала сотрудникам. Вчера покинула компанию, так и не сообщив им об изменениях в руководящем составе. Слишком расстроена была. А сейчас просила подготовиться к совещанию. Привести в порядок документацию, хотя бы кто что успеет.
Надежда была только на юриста. На то, что он разберется с документами, предоставленными человеком Богатова, и найдет хоть одну зацепку, дабы оспорить их в суде. Если этот мешок с деньгами думает, что я так просто отдам компанию в его огромные лапы, то сильно ошибается. Я буду драться до последней капли крови, потому что «Аврора» для меня больше, чем просто работа. Слишком много усилий и любви вложено в нее.
Подъехав к зданию офиса, паркую машину у входа. В дверях встречает охранник, улыбаясь до ушей. Здороваюсь с мужчиной, делаю записи в журнале и, забрав у него ключи от приемной, направляюсь к лифту.
Несмотря на раннее время, в коридорах здания полно народу. Надеюсь хотя бы в лифте побыть одной. Но не тут-то было. Стоит мне зайти в кабинку и нажать кнопку нужного этажа, буквально в последний момент заходит мужчина, зажимая руками створки.
Поднимаю глаза на наглеца, желая посмотреть, кто же тут такой сильный и быстрый. Застываю, вытянув губы в удивленном «о», когда встречаюсь взглядом с наглыми черными глазами вчерашнего хама с дороги.
– Опять вы? – слетает с губ.
Окинув меня высокомерным взглядом, мужчина ухмыляется.
– Я хотел сказать то же самое, – встав рядом со мной, устремляет взор на створки лифта. Не очень вежливо с его стороны – отворачиваться от собеседника. А в принципе от подобного мужлана ничего другого и не стоит ждать.
– Как вы тут оказались? – я немного обескуражена и растеряна. Мало того, что сбил вчера мое зеркало на машине, теперь еще в здание моего офиса приперся.
– Что, простите? – спрашивает, посмотрев на меня с высоты своего роста. Под его взглядом не по себе становится. Чувствую себя маленькой и уязвимой. Хочется прикрыться или сбежать куда-нибудь. Но потом я думаю, что негоже директору компании тушеваться и демонстрировать растерянность. Продолжаю идти в наступление.
– У нас пропускная система, как вы прошли внутрь? – спрашиваю, возвращая ему колючий взгляд.
– А вы? – чувственные губы кривит улыбка. Надменная, заставляющая чувствовать себя не в своей тарелке. Что не так с этим мужчиной? Давно не встречала сосредоточение такого количества негатива в одном.
– Я, вообще-то, здесь работаю, – снова смешок.
– Я тоже здесь работаю.
Я удивлена. Не могу вспомнить, чтобы раньше встречала его здесь. Не хватало еще мне такого соседа по офису.
– Как интересно, – раздается его хриплый шепот. Слышу нотки упоения в его голосе.
– Кем вы работаете? – пытаюсь звучать спокойной, но голос напряжен. Метр пространства наедине с этим животным – слишком тесно.
– Как думаешь? – он продолжает издеваться надо мной. Окинув его оценивающим взглядом, ехидно выгибаю бровь. Хотела бы я сказать, что-то остроумное и хлесткое, но широкие бицепсы, едва ли не разрывающие ткань его дорогущего пиджака, путают мои мысли.
– Не знаю, – пожимаю плечами, спеша отвести взгляд в сторону. Мне вдруг становится невыносимо жарко. – Уборщик, доставщик пиццы, курьер, – перечисляю, чувствуя, как пылают мои щеки. Как бы ни сбивал с мысли сквозящий от него секс, я поставлю на место этого выскочку.
– Вам надо бы меньше порнофильмов смотреть, – раздается за спиной его хриплый смешок. Спустя мгновение раздается долгожданный звуковой сигнал, говорящий о том, что я на месте. Как только створки раскрываются, я спешу покинуть кабинку, не желая ни минутой дольше оставаться рядом с ним.
***
– Олег, я надеюсь, ты ко мне с хорошими новостями? – отрываю взгляд от монитора, наблюдая за тем, как юрист усаживается в кресло напротив.
– Боюсь, что нет, Татьяна Александровна, – хмурится он, роясь в бумагах. – Документы все в полном порядке и прицепится-то не к чему, – произносит хмуро, поправляя на переносице очки. – Нет, конечно, если вы хотите, мы можем попробовать, но я не вижу смысла. Только волокиту получите и нервы потратите. Богатов – хозяин фирмы, и мы это никак не исправим.
Олег поднимает на меня глаза, грустно улыбаясь. И я понимаю, что чуда не случилось. Как бы мне ни хотелось верить в обратное, но я знаю Столповского. Несмотря на молоденький возраст, парень в своем деле гений. И если он говорит, что дело не стоит наших усилий, значит, так тому и быть.
– Сволочь, – рычу сквозь зубы. – Это я про Смольского, – поймав на себе удивленный взгляд Олега, поясняю. – Как он мог просрать компанию? Идиота кусок!
– Это лучше у него спросить, – нервная улыбка кривит кубы парня.
– Ладно, спасибо Олег, – возвращаю ему документы. – Можешь идти. Не забудь, что сегодня в двенадцать назначено совещание.
Как только юрист покидает кабинет, я устало вздыхаю. Сложив на столе руки, измученно опускаю на них голову. Во мне борются два желания. Мне хочется расплакаться или удариться головой о стену. Или и то и другое вместе. Внутри меня столько злости и обиды, столько отчаяния! Я не знаю, что делать. Не знаю, что ждет нас дальше. А для меня это самое страшное – не иметь возможности контролировать ситуацию.
Вдруг раздается стук в дверь. Поднявшись, поправляю волосы. Спустя пару мгновений в кабинет входит Дана.
– Ты как? Жива? – спрашивает подруга, удерживая в руках поднос.
– На десять процентов, – хмурюсь, бросая грустный взгляд на монитор. Без пятнадцати одиннадцать утра. Скоро совещание. А я совершенно не готова.
– Уже хорошо, – улыбается подруга, поставив на стол посуду. Пододвинув ко мне чашку с горячим кофе, устраивается в кресле.
– Ты видела Смольского? – спрашиваю ее, сделав глоток напитка.
– Нет. В его кабинете Богатов уже обживается вовсю.
– Чтоб на него потолок свалился. И хорошо бы, чтобы там и Смольский оказался. Решилось бы две проблемы разом.
– Не будь такой, Тата. Может, все не так плохо? Ты этого мужчину еще в лицо не видела, а уже ненавидишь, – ну вот. Дана снова это делает. Оправдывает. Она безумно это любит. Я всегда ей говорю, что она слишком добра и открыта для окружающих, отчего постоянно получает удары судьбы. Но она неисправима. Мы с ней полные противоположности в этом плане. И каждая считает, что другая мыслит совершенно неправильно.
– Мне на него не надо и смотреть. Старый хитрый скряга, – скривившись, просматриваю почту. Два уведомления из банков. Страшно открывать.
– Тут с тобой не соглашусь, – не унимается она. – Я с ним столкнулась в приемной, когда с секретарем Смольского разговаривала, – эти слова заставляют меня замереть. Поднимаю на подругу удивленные глаза, внимательно слушая ее рассказ.
– Так вот, Тата, – отставив в сторону чашку, она делает восторженное выражение лица. – Он бог. Невероятно красив! – а вот после этих слов мне вдруг становится неинтересно. Все ясно. Подруга очарована внешним обликом и теперь будет рьяно защищать негодяя.
– У меня аж глаза защипало от такой красоты, честно тебе говорю, – продолжает вещать. – Два метра ростом, девяносто килограмм чистых мускулов. А губы какие у него… – томно вздыхает, а я закатываю глаза. – Он так посмотрел на меня… Боже, я прямо там готова была сорвать с себя все и отдаться этому мужику…
– Дана. Мне кажется, на тебе сказывается отсутствие личной жизни, – хохотнув, откидываюсь на спинку стула. Спасибо подруге, настроение она мне подняла.
– Не говори глупостей, – хмурится девушка. – Отсутствие мужика тут не при чем. Он секс ходячий, Тата. И я думаю, этот мужчина знает, как укрощать таких диких кошечек, как ты, – протягивает последние слова.
– Ты говоришь, как порно-режиссер, – смеюсь, отворачиваясь. – В любом случае, каким бы красавчиком он ни был, внешние данные, к сожалению, с нутром человека не имеют ничего общего.
– Тата, я тебя об одном прошу, – подается ко мне подруга. Ее голос звучит строго, значит, сейчас будет нотация. – Не руби с плеча. Ты всегда очень резко отсекаешь людей.
– Не так уж и резко, – не удерживаюсь от протеста. Дана не права. Я отсекаю только тех, кто мне не подходит.
– Да, конечно, – усмехается подруга. – Из последнего, к примеру. Твой бывший, бизнесмен. Ты бросила его после месяца отношений. А он как верный пес таскался за тобой еще пару месяцев.
– Да потому что мне надоело быть любовницей, понимаешь? Да, секс был шикарным, но как только он заканчивался, тот сразу же начинал названивать своей женушке и спрашивать ее, что она приготовит ему на ужин. Прости, кончено, Дана, но я и так его два месяца терпела. Потом поняла, что даже самый крутой секс не сможет закрыть мои глаза на эти моменты.
– Хорошо. А тот ухажер на белом БМВ? Чем он не угодил тебе? Свободный, влюбленный, на все ради тебя готов был!
– Ты забыла? У него ужасный вкус. Надевал рубашки с вязаной жилеткой, а еще громко чавкал. Бр-р-р, – как вспомню, так вздрогну.
– О чем я и говорю. Ты и на работу людей так же принимаешь. Никогда не поймешь твоей логики. Бывает, отличное резюме, а ты нос воротишь от человека. Видите ли, подозрительный он. А у другого опыта ни дня. Но ты берешь.
– Но я ведь не прогадала еще ни разу, Дана! А все потому, что реалистично на вещи смотрю! И не дрожу от взгляда красавчика, – намекаю на ее слова о Богатове.
Подруга поднимается с кресла. С громким стуком ставит чашки обратно на поднос. Обиделась.
– Ты, конечно, взрослая девочка, и сама все знаешь, – произносит она строгим тоном. – Но я прошу тебя ради фирмы. Будь с ним вежливой.
– Само собой, – улыбаюсь ей, пытаясь хоть на капельку снизить напряжение. Понимаю, что сама сейчас на взводе. – Деловую этику никто не отменял. Не переживай. Приготовь мне папку с договорами за последний квартал. Может пригодиться на совещании.
Кивнув, подруга покидает кабинет.
За пять минут до назначенного времени привожу свой внешний вид и мысли в порядок. Поднявшись из-за стола, выхожу в приемную.
Дана вручает мне папку.
– Тата, будь умницей, – дает в путь наставления.
– По-другому никак, – пожимаю плечами, выходя в коридор. А в голове одна мысль: устрою ему кузькину мать. Только пусть попробует сделать плохо фирме или кому-нибудь из сотрудников. Сожру, и не подавлюсь.
В коридоре нет никого. Все уже в конференц-зале. Остановившись перед входом в помещение, выдыхаю. Толкнув дверь, прохожу внутрь.
Полный зал людей. Все как один повернули головы и смотрят на меня. Прохожусь взглядом по присутствующим. А когда дохожу до центра стола, застываю на месте. Какого дьявола?! Такое могло случиться только со мной.
– А вот и наш директор по строительству. Татьяна Александровна, что же вы опаздываете? – произносит Смольский, восседающий рядом с Богатовым. А я не могу отвести взгляда от черных глаз мужчины. Курьер. Боже, ну конечно! Богатов и тот нахал на дороге – один и тот же человек! И теперь я думаю о том, что не смогу я сдержать слово, данное подруге. Не смогу решить всю полюбовно. У этого мужчины нет ни единого шанса.
