Текст книги "Измена: Любовница Носит Моё Лицо (СИ)"

Автор книги: Виктория Северина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

Камень.

Холодный.

Она прижалась лбом.

Попыталась успокоиться.

Дышать.

Просто дышать.

Сердце билось неровно.

Но билось.

Она подняла руку к лицу.

Кожа была не такой.

Под пальцами тянулись грубые участки, словно ожоги. Одна щека опухла. Возле виска шла глубокая неровная полоса. Губы треснули. Лиана коснулась носа, подбородка.

Узнать себя на ощупь было невозможно.

Она попыталась произнести имя.

– Ли…

Только сип.

Ещё раз.

– Ли…а…

Получилось хуже.

Горло обожгло.

Лиана закрыла глаза.

И услышала женщину.

Не рядом.

Внутри.

«Меня зовут…»

Имя исчезло.

Потом другой голос.

«Не забирайте волосы, пожалуйста…»

Следом детский плач.

Потом запах лаванды.

Лиана вздрогнула.

Мать?

Нет.

Не мать.

Чужая лаванда.

Чужая память.

Всё перемешивалось.

Она сидела среди мёртвых женщин, которых никто больше не искал, с лицом, которое сама не могла узнать, голосом, едва способным произнести звук, и головой, переполненной чужими последними мгновениями.

Кассиан считал её мёртвой.

Мир считал её чужой.

Её имя уже носила другая.

Но сердце билось.

Тук.

Пауза.

Тук.

Лиана положила ладонь на грудь.

Боль была настоящей.

И впервые за последние дни эта боль показалась почти прекрасной.

Потому что принадлежала только ей.

Глава 9. Человек, который вспомнил меня утром

Глава 9. Человек, который вспомнил меня утром

Роэн Вальд не любил приезжать за телами после рассвета. К утру город окончательно просыпался, улицы заполнялись телегами, торговцами и людьми, спешащими по делам, а возле домов, откуда выносили безымянных покойников, неизменно собирались любопытные. Ночью всё было проще. Мёртвые не задавали вопросов, соседи спали, извозчики молчали, получив плату, а городские служащие быстрее ставили подписи на бумагах, лишь бы поскорее вернуться к тёплой печи. Сегодня пришлось задержаться. Две женщины были найдены в разных концах столицы ещё вчера, третью привезли в старый склад при лечебнице под утро, а затем прибежал мальчишка с запиской о том, что из закрытого дома на окраине поступила очередная партия тел. Именно слово «партия» Роэну не понравилось. Людей обычно привозили по одному. Иногда двоих после драки, троих после пожара, целую семью после болезни. Но когда неизвестный писец, не указавший даже собственного имени, пишет «партия», это чаще всего означает, что кто-то очень старался превратить несколько человеческих жизней в мусор.

К складу Роэн приехал вместе с двумя помощниками. Старый фургон остановился у кирпичной стены, лошадь недовольно фыркнула, а один из мужчин на козлах выругался, увидев запертые ворота. Роэн спрыгнул первым. Воздух был сырой, пах углём и сточной водой. Над крышами ещё держался серый утренний туман, и свет пробивался через него нехотя, будто солнцу тоже не особенно хотелось смотреть на этот квартал. Ключ лежал там, где и обещали, под третьим камнем справа от дверей. Это раздражало Роэна ещё сильнее. Нормальные люди не оставляют ключ от помещения с мёртвыми телами под камнем, если рассчитывают потом вернуться. Он поднял железку, осмотрел и вставил в замок.

– Если внутри опять кто-нибудь решил оставить записку прямо на покойнике, я разворачиваюсь и еду завтракать, – проворчал один из помощников, спускаясь с козел. Мужчину звали Эмир, и за пять лет работы он не перестал считать, что каждое новое безымянное тело является личным оскорблением его утреннего распорядка. – В прошлый раз пришлось отдирать бумагу от груди. Я потом два дня не мог есть ветчину.

– Ты два дня не мог есть ветчину потому, что нажрался ею ночью и тебя вывернуло в собственные сапоги, – спокойно ответил Роэн, поворачивая ключ. Замок скрежетнул, но поддался. – Не приписывай покойникам лишних заслуг.

Второй помощник хохотнул. Эмир оскорблённо засопел, но промолчал. Роэн толкнул дверь.

Запах ударил сразу.

Не свежая смерть. Несколько тел лежали здесь уже достаточно долго, чтобы холод помещения перестал полностью сдерживать разложение. В сыром воздухе смешались кровь, дешёвые лечебные составы и тот тяжёлый сладковатый запах, который невозможно спутать ни с чем после первого раза. Один из помощников прикрыл нос рукавом. Роэн не стал. Он привык ещё много лет назад, хотя иногда эта привычка казалась ему сомнительным профессиональным достижением.

Помещение было больше, чем ожидалось. Стены без штукатурки, несколько пустых ящиков, железные стеллажи и груда тел возле дальней стены. Женщины. Почти все. Некоторые завёрнуты в серое полотно, другие лежали в простых рубахах, одна вообще была голой ниже пояса. Роэн остановился.

– Не трогать, – сказал он, когда помощники двинулись вперёд. Голос прозвучал резко, и оба замерли. – Сначала осмотр.

Он прошёл медленно, стараясь не наступать на свисающие руки. Девять. Нет, десять тел. Возраст определить было трудно, потому что у нескольких лица изменены слишком сильно. Не побиты. Именно изменены. Кожа местами выглядела обожжённой, у одной женщины вдоль виска тянулась гладкая полоса, словно что-то выжгло часть черт и потом заставило плоть затянуться неправильно. Другая была почти лысой, но не от болезни: волосы, судя по коже головы, исчезли неравномерно, небольшими участками. Роэн присел рядом.

– Что за дрянь… – тихо произнёс Эмир за его спиной. На этот раз никакого обычного ворчания в голосе не было. – Они болели?

– Не похоже.

Роэн поднял руку одной из женщин. Запястье было тонкое, на коже – старые круговые следы.

Связывали.

Не верёвкой.

Чем-то металлическим.

Он уже собирался опустить руку, когда услышал звук.

Тихий.

Настолько тихий, что сначала принял его за шорох ткани.

Роэн замер.

Потом услышал снова.

Хрип.

Он резко повернул голову.

– Назад, – сказал он.

Эмир не понял.

– Что?

– Замолчи.

Все трое перестали двигаться.

Тишина.

Капля воды упала где-то возле стены.

Потом снова.

Вдох.

Роэн бросился к груде тел.

– Здесь живая!

Он оттолкнул одно тело, потом второе. Помощники наконец сообразили и присоединились. Чужая мёртвая рука свалилась с плеча женщины, лежавшей под двумя покойницами. Она была свернута на боку, волосы закрывали лицо, дыхание почти не двигало грудь.

– Осторожно! – рявкнул Роэн, когда Эмир попытался схватить её под мышки. Он сам просунул руку под шею и медленно повернул женщину на спину. – Сначала посмотрим, что сломано.

Она дёрнулась.

Не от боли.

От страха.

Глаза резко открылись.

Роэн увидел их и на мгновение сам замер.

Сознание было.

Не мутное после тяжёлого обморока. Не пустое, как бывает у умирающих.

Женщина смотрела.

Понимала.

И боялась.

– Спокойно, – сказал Роэн. Он сразу убрал руки, насколько позволяла теснота между телами. – Мы не будем вас трогать без необходимости.

Она попыталась что-то сказать.

Из горла вышел только слабый сип.

Эмир присел рядом.

– Воды?

Роэн кивнул.

Помощник побежал к фургону.

Женщина всё ещё смотрела на Роэна.

Лицо было изуродовано. Не настолько, чтобы нельзя было увидеть человеческие черты, но достаточно, чтобы память отказывалась зацепиться. Одна щека покрыта грубой красноватой тканью, будто после глубокого ожога. Возле виска кожа стянута. Губы потрескались, под левым глазом тёмный кровоподтёк. Волосы были тёмными, грязными, спутанными.

Что-то знакомое.

Роэн нахмурился.

Он видел эту женщину.

Нет.

Не это лицо.

Но глаза?

Голос?

Женщина снова попыталась произнести слово.

– Ли…

Роэн наклонился.

– Не торопитесь.

Она схватила его за рукав.

Слабая рука.

Пальцы едва держались.

– Ли… а…

Роэн почувствовал, как внутри что-то шевельнулось.

Лиана.

Имя.

Где?

Гостиная Дома Безымянных.

Женщина в хорошей одежде.

Гранатовые серьги?

Нет.

Неважно.

Жена придворного мага.

Салфетка.

Рена Эст.

Он резко посмотрел на неё.

– Лиана Вейр?

Женщина закрыла глаза.

Не потеряла сознание.

Просто услышала.

Будто имя принесло физическое облегчение.

Она кивнула.

Роэн смотрел дольше, чем было прилично.

Лицо другое.

Голос почти уничтожен.

Но глаза те же.

И обстоятельства.

Дом.

Кассиан.

Безымянные женщины.

Рена.

Всё связалось настолько быстро, что Роэн почувствовал холод.

Эмир вернулся с флягой.

– Нашёл.

Роэн забрал воду.

– Подними ей голову.

Помощник осторожно поддержал женщину. Роэн дал несколько маленьких глотков. Она сначала закашлялась, потом вцепилась в флягу обеими руками и попыталась пить жаднее.

– Медленно, – сказал Роэн и отнял воду. – Если зальёте всё сразу, станет хуже.

Женщина посмотрела зло.

Хорошо.

Злость означала, что силы есть.

– Ещё, – прохрипела она.

Слово разобрать удалось.

Роэн дал ещё.

После нескольких глотков дыхание стало чуть ровнее. Женщина оглядела помещение, увидела тела и сразу закрыла рот ладонью. Плечи задрожали. Роэн ожидал крика, но крик не получился. Только сипение.

– Вы знаете, где находитесь? – спросил он.

Она покачала головой.

– Старый склад у лечебного квартала. Вас оставили среди тел. Кто привёз – пока не знаю.

На слове «привёз» она замерла.

Потом закрыла глаза.

Роэн увидел, как пальцы сжались.

– Кассиан, – прошептала она.

Теперь имя прозвучало яснее.

Роэн ничего не сказал.

Помощники переглянулись.

Эмир не выдержал.

– Тот самый Вейр?

Роэн повернул голову.

– Выйдите.

– Но…

– Оба.

Эмир закрыл рот.

Через минуту они остались вдвоём.

Роэн сел прямо на грязный пол возле женщины. Хорошая одежда давно перестала быть частью его работы, поэтому пачкаться он не боялся. Достал из внутреннего кармана маленькую записную книгу, потом подумал и убрал обратно.

Нет.

Не та.

Нужна основная.

Она лежала в фургоне.

– Подождите, – сказал он.

Лиана схватила его за запястье.

Роэн остановился.

Страх в её глазах усилился.

– Не… уходи.

Голос был настолько слабым, что просьба прозвучала почти по-детски.

Роэн вздохнул.

– Хорошо.

Он сел обратно.

– Не уйду.

Она медленно отпустила.

Несколько минут они молчали.

Лиана дышала.

Просто дышала.

Похоже, сам процесс всё ещё причинял боль. Каждый вдох проходил с лёгким хрипом. Роэн смотрел на грудь, следил за ритмом. Живая.

Точно.

Слишком живая для человека, которого бросили в груду мертвецов.

– Что последнее помните? – спросил он.

Лиана закрыла глаза.

Долго молчала.

Потом произнесла:

– Он… убил.

Роэн не перебил.

– Кассиан?

Кивок.

– Как?

Она подняла руку к голове.

Пальцы коснулись виска.

– Имя.

Роэн нахмурился.

– Отнял?

Лиана открыла глаза.

– Отрезал.

Слово почти не прозвучало, но Роэн понял.

Он смотрел на неё и внезапно почувствовал раздражение. Не на женщину. На собственную книгу, на страницы с именами, которые через неделю переставали что-либо значить, на Рену Эст, которую он уже снова вспоминал только потому, что мысленно держал рядом с Лианой.

– Скажите имя ещё раз, – произнёс Роэн.

Она смотрела непонимающе.

– Моё?

– Да.

Лиана сглотнула.

Боль отразилась в лице.

– Лиана… Вейр.

Роэн кивнул.

– Ещё раз.

Она нахмурилась.

– Зачем?

– Скажите.

– Лиана Вейр.

Чуть увереннее.

Роэн поднялся.

– Теперь я принесу книгу.

На этот раз она не удержала.

Он вышел быстро.

Эмир стоял у фургона, второй помощник уже закурил.

– Одеяло, носилки и мою книгу, – сказал Роэн.

Эмир сразу засуетился.

– Жить будет?

– Если ты перестанешь задавать вопросы и принесёшь одеяло, шансов станет больше.

Через несколько минут Лиану вынесли из склада.

Она была слишком слаба, чтобы идти. Когда помощники переложили её на носилки, женщина стиснула зубы и едва не потеряла сознание. Роэн накрыл одеялом. Потом сел рядом прямо на край фургона и открыл большую книгу.

Книга Безымянных была тяжёлой. Настоящая кожа на переплёте давно потемнела от рук, дождя, снега и крови. Большая часть страниц заполнена. Имена, описания, места находок, возраст, одежда, последние известные слова. Иногда только одно: «мужчина, около пятидесяти, шрам через левую ладонь». Иногда целая жизнь, восстановленная по письмам и чужим рассказам.

Роэн открыл чистую страницу.

Лиана смотрела.

– Я запишу то, что вы скажете, – объяснил он. – Не больше.

Она нахмурилась.

– Почему?

– Потому что если связь с именем действительно отсечена, завтра я могу посмотреть на вас и не понять, кто передо мной.

В глазах появился страх.

Роэн взял перо.

– Поэтому говорите сами.

Лиана молчала.

– Имя.

Она закрыла глаза.

Роэн ждал.

– Лиана Вейр.

Он написал.

Медленно.

Не торопясь.

Лиана следила за каждой буквой.

– Возраст?

– Сорок один.

Записал.

– Кто вы?

Она сразу хотела ответить.

Потом замерла.

Роэн поднял взгляд.

– Не торопитесь.

– Жена…

Слово оборвалось.

Она сжала губы.

– Была женой.

Роэн ничего не написал.

Лиана посмотрела.

– Почему?

– Потому что я спросил, кто вы, а не кем были для Кассиана.

Она долго молчала.

Потом почти улыбнулась.

Из-за повреждённых губ улыбка вышла кривой.

– Лиана Вейр.

– Это уже есть.

– Тогда хватит.

Роэн кивнул.

– Хватит.

Он закрыл книгу.

Лиана смотрела на переплёт.

– Теперь не забудешь?

Роэн пожал плечами.

– Утром проверим.

Она явно не оценила шутку.

– Это не смешно.

– Я и не смеялся.

Фургон тронулся.

Колёса загремели.

Лиана вздрогнула от каждого толчка. Роэн несколько раз подложил под носилки свёрнутое одеяло, чтобы меньше било спину. Потом заметил кровь возле её виска.

– Не трогайте лицо, – сказал он.

Она сразу подняла руку.

– Почему?

– Потому что кожа ещё повреждена.

Лиана отвернулась.

Роэн понял.

– Зеркала хотите?

Она резко посмотрела.

Не ответила.

– Не сегодня, – сказал он.

– Почему ты решаешь?

– Не решаю.

Он указал на трясущийся фургон.

– Просто здесь нет зеркала.

Лиана хрипло выдохнула.

Почти смех.

Хорошо.

К Дому Безымянных они добрались ближе к полудню. Там всё было привычно: холодный камень, запах уксуса, чьи-то голоса за стеной, бесконечные записи на столе. Роэн распорядился отнести Лиану не в помещение для мёртвых, а в маленькую комнату наверху, где иногда оставались родственники опознаваемых покойников. Кровать была узкая, но чистая.

Молодая помощница по имени Тара принесла воду и ткань.

– Кто это? – спросила она, глядя на женщину.

Роэн ответил:

– Лиана Вейр.

Тара удивилась.

– Та самая?

Роэн посмотрел на неё.

– Что значит «та самая»?

Девушка замялась.

– Жена придворного мага.

Лиана лежала с закрытыми глазами.

Но услышала.

Пальцы дрогнули.

– Да, – сказал Роэн.

Тара кивнула.

Через десять минут она вернулась.

С новым тазом.

Увидела Лиану.

Остановилась.

– А это кто?

Роэн замер.

Лиана открыла глаза.

Тара смотрела совершенно искренне.

– Ты только что приносила ей воду, – сказал Роэн.

Девушка нахмурилась.

– Я?

– Да.

– Наверное.

Она посмотрела на таз.

– Простите. День какой-то странный.

Лиана отвернулась к стене.

Роэн не сказал ничего.

Тара ушла.

Через час пришёл лекарь. Старый мужчина, работающий при приюте. Он осмотрел Лиану, обработал повреждения, долго слушал сердце и несколько раз спросил, как она оказалась среди мёртвых.

Лиана ответила один раз.

Потом второй.

На третий закрыла глаза.

– Я уже говорила, – прохрипела она.

Лекарь нахмурился.

– Простите.

Он посмотрел на Роэна.

– Она мне говорила?

– Дважды.

– Странно.

Роэн молча записал это.

Лекарь пожал плечами.

– Возможно, устал.

Когда он ушёл, Лиана спросила:

– Через сколько?

Роэн понял.

– Тара забыла примерно через десять минут. Лекарь – быстрее.

Она закрыла лицо ладонью.

Потом тут же поморщилась от боли и убрала.

– А ты?

– Пока помню.

Лиана посмотрела.

– Почему?

Роэн сел возле стола.

– Пока не знаю.

Это была не совсем правда.

Он подозревал.

Но не хотел говорить раньше времени.

– Ты записал.

– Да.

– Они тоже могут записать.

– Могут.

– И?

Роэн помолчал.

– Запись помогает найти слово. Не человека.

Лиана нахмурилась.

– Объясни.

Он взял со стола лист.

Написал: «Рена Эст».

Показал.

– Что это?

– Имя.

– Чьё?

Лиана ответила сразу.

– Женщина из моего дома.

Роэн кивнул.

– А я, если не держу её сознательно, уже вижу просто буквы.

Лиана смотрела на лист.

– Но со мной иначе.

– Пока.

Слово ей не понравилось.

– Ты очень умеешь утешать.

– Я не занимаюсь утешением.

Она отвернулась.

– Я заметила.

Роэн оставил её отдыхать.

День прошёл тяжело.

Несколько раз Лиана просыпалась от чужих обрывков. Роэн слышал через дверь сиплый крик, заходил и видел её сидящей в кровати, прижимающей руки к вискам.

Один раз она прошептала:

– Ребёнок плачет.

Роэн оглядел комнату.

– Здесь нет ребёнка.

– Я знаю.

Она дышала тяжело.

– Не мой.

Другой раз сказала:

– Лекарства.

– Здесь действительно пахнет лекарствами.

– Нет.

Лиана закрыла глаза.

– Другие.

Роэн не спрашивал.

Пока.

К вечеру она смогла немного поесть. Тара принесла суп, через пять минут вернулась за ложкой и снова спросила, кто находится в комнате.

На этот раз Лиана не ответила.

Просто посмотрела.

Тара смутилась.

– Простите.

Когда девушка ушла, Лиана долго молчала.

Роэн сидел возле окна и читал записи.

– Они все будут забывать? – спросила она наконец.

Голос немного восстановился, но остался грубым и тихим.

– Похоже.

– Даже если говорить имя?

– Да.

– Даже если повторять?

– Возможно, будут удерживать дольше.

Лиана усмехнулась.

– Отлично.

Роэн поднял глаза.

– Хотите ложь?

– Иногда.

– Не ко мне.

Она посмотрела зло.

– Знаю.

Он вернулся к книге.

Через некоторое время Лиана спросила:

– Ты всегда такой?

– Какой?

– Неприятный.

Роэн задумался.

– Нет. Иногда сплю.

Она фыркнула.

Голос сорвался.

Роэн усмехнулся.

Первая нормальная реакция.

Ночью он остался внизу.

Не потому, что боялся, что Лиана исчезнет. По крайней мере так сказал себе. Просто слишком много вопросов накопилось. Он перелистывал книгу, искал старые записи и находил странные совпадения. Женщины без имени. Изменённые черты. Следы на запястьях. Иногда волосы, будто вырванные самой магией. И всякий раз записи через несколько недель становились пустыми по смыслу.

Теперь у него была живая.

И имя.

Лиана Вейр.

Он повторил мысленно.

Лиана Вейр.

Жена Кассиана.

Нет.

Женщина, пришедшая несколько дней назад с салфеткой.

Вот так.

Не через мужа.

Через себя.

Он закрыл книгу только под утро.

Когда проснулся, свет уже пробивался в узкие окна. Шея болела от неудобного кресла. Роэн выругался, потёр лицо и первое время вообще не понимал, почему спал в рабочей комнате.

Потом увидел книгу.

Открытую.

Лиана Вейр.

Имя.

И сразу вспомнил.

Склад.

Груда тел.

Хриплый голос.

Вода.

Лицо.

Не старое лицо.

Новое.

Роэн выпрямился.

Помнил.

Он поднялся и пошёл наверх.

Дверь комнаты была открыта.

Лиана сидела на кровати.

Уже одетая в простую рубаху, которую принесла Тара. Волосы расчёсаны кое-как. Лицо всё ещё скрывали полосы лечебной ткани, но часть повреждённой щеки оставалась открытой.

Она увидела его.

Замерла.

Роэн сразу понял, чего ждёт.

Но ничего не сказал.

Подошёл к столу, налил воды.

Лиана следила.

– Доброе утро, – сказал он.

Она нахмурилась.

– И всё?

Роэн отпил.

– А что?

Лиана медленно встала.

– Как меня зовут?

Он посмотрел.

– Серьёзно?

Она сжала губы.

– Да.

Роэн поставил стакан.

– Лиана Вейр.

Она не двигалась.

Он продолжил:

– Сорок один год. Пришла ко мне несколько дней назад искать Рену Эст. Вчера я нашёл тебя в старом складе среди десяти мёртвых женщин. Ты утверждаешь, что Кассиан Вейр провёл над тобой некий ритуал и отсёк имя. Потом тебя бросили среди тел, потому что решили, что ты умерла.

Лиана смотрела.

Роэн нахмурился.

– Ещё?

Она открыла рот.

Не сказала ничего.

Он увидел, как лицо изменилось.

Не слёзы.

Почти.

Лиана резко отвернулась.

Роэн почувствовал себя неловко.

Редкое чувство.

– Я же говорил, проверим утром, – произнёс он.

Она всё ещё стояла спиной.

– Ты помнишь, – сказала Лиана.

– Да.

– Всё.

– Не всё. Ты ночью несколько раз кричала, но если хочешь, могу придумать содержание.

Она повернулась.

Глаза блестели.

– Замолчи.

Роэн кивнул.

– Хорошо.

Лиана села.

Руки дрожали.

Роэн видел.

– Вчера лекарь три раза спрашивал одно и то же, – сказала она. – Тара забывала меня прямо за дверью. А ты…

Она замолчала.

Роэн сел напротив.

– Я Хранитель.

– Я знаю.

– Нет. Не в том смысле, как ты думаешь.

Он достал книгу.

Положил на стол.

– Мы не просто записываем мёртвых.

Лиана посмотрела.

– Тогда что?

Роэн провёл ладонью по переплёту.

– Имя без свидетеля исчезает быстрее.

Она нахмурилась.

– Свидетеля?

– Человека, который признаёт: да, этот человек был. С этим именем.

Лиана молчала.

Роэн открыл страницу.

«Лиана Вейр».

– Когда живой приходит сам и называет имя добровольно, Хранитель может принять это свидетельство.

– Как вчера.

– Да.

– И после этого не забудешь?

Роэн помедлил.

– Не должен.

Она уцепилась за последнее слово.

– Не должен?

– Любая магия имеет привычку портить хорошие теории.

Лиана раздражённо выдохнула.

– Ты можешь хоть один раз ответить нормально?

– Уже ответил.

Он ткнул пальцем в запись.

– Ты назвала имя. Я принял.

Лиана посмотрела на страницу.

– И что теперь?

– Теперь я помню тебя.

Она долго молчала.

– Можешь вернуть остальным?

– Нет.

Ответ прозвучал сразу.

Лиана подняла глаза.

– Почему?

– Потому что я не владею тем, что у тебя забрали.

– Но имя записано.

– Бумага не делает человека владельцем имени.

Роэн закрыл книгу.

– Если бы делала, любой писец мог бы переписывать людей.

Лиана усмехнулась.

– Кассиан почти именно этим и занимается.

– Кассиан делает другое.

– Откуда знаешь?

Роэн пожал плечами.

– Потому что ты сидишь передо мной.

Она нахмурилась.

– Не понимаю.

– Если бы он просто уничтожил имя, ты бы не смогла его назвать.

Лиана замерла.

Роэн продолжил:

– Ты знаешь, кто ты. Связь мира с этим именем разрушена. Но внутри имя осталось.

Она коснулась груди.

– Значит, я всё ещё Лиана.

Роэн посмотрел прямо.

– Это ты сказала.

Она раздражённо нахмурилась.

– И?

– И мне достаточно.

– Ты не уверен?

– Не моя работа решать, кем ты являешься.

Лиана смотрела.

– Очень удобно.

– Наоборот.

Роэн откинулся на спинку стула.

– Было бы удобно решить за тебя. Назвать другим именем. Сказать, что старая Лиана умерла. Записать новую.

Она побледнела.

Кассиан.

Роэн сразу понял.

– Он так говорил?

Лиана кивнула.

– Что прежней меня уже нет.

– Тогда у вас странный муж.

Она хрипло рассмеялась.

– Бывший.

– Хорошее уточнение.

Лиана посмотрела на книгу.

– Если завтра я скажу, что меня зовут иначе?

Роэн задумался.

– Запишу.

– И забудешь Лиану?

– Нет.

Она нахмурилась.

– Почему?

– Потому что ты уже была Лианой, когда дала свидетельство.

– А если это ложь?

Роэн пожал плечами.

– Тогда это твоя ложь.

Лиана несколько секунд смотрела на него.

– Ты правда просто веришь человеку?

– Нет.

– Но имя записал.

– Потому что имя не имущество суда.

Он постучал пальцем по переплёту.

– Я не решаю, достоин ли человек называться так, как назвался. Я фиксирую, что он это сказал.

Лиана опустила взгляд.

– Кассиан бы тебя ненавидел.

– Хорошо.

– Почему хорошо?

– Не люблю придворных магов.

Она усмехнулась.

– Очень глубокая философия.

– Спасибо.

Роэн встал.

– Тебе нужно есть.

– Я не голодна.

– Мне всё равно.

– Роэн.

Он остановился.

Впервые она назвала его по имени.

– Что?

Лиана смотрела серьёзно.

– Если уйдёшь сейчас и вернёшься через час…

Роэн понял.

– Буду помнить.

– Откуда знаешь?

– Не знаю.

Она разозлилась.

– Опять.

Он вздохнул.

– Потому что помню сейчас после ночи. Этого обычно достаточно.

Лиана опустила глаза.

– Обычно.

– Да.

Роэн пошёл к двери.

– Роэн.

Он снова обернулся.

– Что?

– Спасибо.

Слово прозвучало едва слышно.

Роэн нахмурился.

– За суп?

Она усмехнулась.

– За имя.

Он посмотрел на неё дольше обычного.

– Ты сама его назвала.

– Но ты запомнил.

Роэн не нашёлся с ответом.

Поэтому вышел.

Через час вернулся с едой.

Лиана сидела у окна.

Она сразу повернулась.

Не спросила.

Просто ждала.

Роэн поставил поднос.

– Лиана, если ты собираешься проверять меня каждый час, это быстро начнёт раздражать.

Она закрыла глаза.

И рассмеялась.

Настоящим хриплым смехом.

Не тем, который теперь принадлежал Селесте.

Своим нынешним.

Роэн посмотрел на неё странно, но ничего не сказал.

Для Лианы этот раздражённый голос оказался сильнее любого обещания, которое она могла услышать.

Он помнил.

Не молодое лицо.

Не прежний голос.

Не родинку.

Не жену Кассиана.

Её.

Ту, которая сидела сейчас у окна с изуродованной щекой и чужими обрывками в голове.

И впервые с того момента, как Кассиан начал разбирать её жизнь по частям, Лиане не пришлось никому доказывать, что она существует.