Текст книги "Гиперборейская Скрижаль (СИ)"

Автор книги: Виктор Гламаздин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

– И скажи ты им, Даня, ради Бога, пусть, блин, скорей Скрижаль используют. Пацаны готовы перейти на электронику. Да и "чинуши" тоже чего-то там с электричеством мудрят. Беги к Хине и тряси ее, как грушу. Пусть, блин, заводит шарманку, нефиг, блин, филонить.

"А Фриц, кажется, испугался", – отметил Даниил и пообещал:

– Все сделаю, не волнуйся.

Тут Ширинкина окликнули из-за чьи-то настойчивые голоса. И главнокомандующий партизанской армией отвернулся от объектива контактной камеры, ворча на ходу:

– Ну чо там у вас, пацаны? Без меня, что ли, нельзя, блин, никак обойтись?

Через несколько секунд Ширинкин снова повернулся лицом к камере и срывающимся от волнения голосом сообщил:

– Даня, е-мое, наши засекли ракетные пуски у вояк. Я, блин, смываюсь, на фиг, в ближайшее убежище. Ща по нам так жахнут, что мало не покажется. Не забудь насчет Скрижали. Пока!

Фриц оборвал связь.

А Даниил переключил виндас на один из приваловских новостных каналов и увидел, как запруженные беженцами улицы городских окраин одна за другой превращаются в огненный ад.

"Не отворачивайся, Даня! – приказал себе диссертант. – Смотри! Ты ж ведь хотел посмотреть на гражданскую войну. Смотри, теперь. Любуйся... Неужели и после этого ты сбежишь с Земли? Неужели весь смысл твоей жалкой жизни состоит в том, чтобы до самой смерти развлекать кучку знакомых эмигрантов историей про битву за Приваловск, которая на самом деле была всего лишь бойней? Но ведь Хина... И дети... Ну и положеньице у меня – либо идти против совести, либо против семьи".

3

Даниил вбежал в подвал, где Хина и Сыч колдовали над гиперборейскими артефактами.

Диссертантка билась над расшифровкой языка Гиперборейской Скрижали. А плюсмутант пытался уловить те ощущения, которые испытывали те существа, что работали с нею раньше.

– Город атакован! – крикнул диссертант.

– Но как же договор с военными? – растерялась Хина, которая считала, что отсрочка штурма Приваловска является прологом к мирному разрешению конфликта.

– Ты разве не слышала про ультиматум? – удивился Даниил.

– Нам было не до того, Даня, – сказала Хина.

– В Трубниках и Анташкове все горит, – сообщил диссертант. – И это только начало. Нам пока удается защитить большую часть районов. Но не думаю, что мы сможем долго сопротивляться.

– Неужели, город погибнет, – Хина с беспокойством посмотрела на Сыча: – Ты чего-нибудь чувствуешь в будущем?

– Во-первых, его можно изменять, – отозвался Сыч.

– Как?! – удивилась Хина.

– Делая ставки на результаты матчей или гонок, я заметил, что, прознав про мои прогнозы, некоторые букмекерские конторы интриговали против команд – потенциальных победителей – подкупали судей, калечили игроков или давили на тренеров. То есть именно мое виденье будущего меняло его на полную противоположность.

– А во-вторых? – спросил Даниил.

– А во-вторых, мой разум слишком занят Скрижалью, чтобы воспринимать что-либо, идущее не от нее, – ответил плюсмутант.

– Кстати, как ваши успехи? – с надеждой в голосе спросил Даниил и вопросительно посмотрел на Хину, а когда та неопределенно пожала плечами, перевел взгляд на Сыча.

Тот немного подумал и сказал:

– В общем, потраченное на изучение артефактов время прошло не зря, – заявил Сыч. – Если я правильно понял чувства того существа, которое последним использовало эту чертову доску, то никаких сложных расчетов для работы с ней не требуется. Вероятно, если я погружусь в ментальную матрицу Скрижали, то без труда разберусь с этим.

– У нее есть ментальная матрица?! – удивился диссертант.

– Уверен.

– Значит, у нее и интеллект должен быть, – заключил Даль. – Каков он по силе?

– Вообще-то, я чувствователь, а не телепат, и мыслительные конструкции считываю довольно плохо, – сказал Сыч. – Я лишь ощутил исходящие от Скрижали потоки довольно сложных эмоций, характерных для существ с развитым интеллектом. Мне даже показалось, что она пыталась поведать мне о своем истинном предназначении. Впрочем, я могу ошибаться. Главное, я понял, что моя роль при работе со Скрижалью сведется лишь к тому, чтобы своими чувствами побудить ее нанести удар. Дальше она будет работать сама.

– А если, уважаемый Сыч, Вы окунетесь в ментальную матрицу Скрижали, но чего-нибудь перепутаете? – засомневался диссертант. – Не может быть, чтобы все можно было решить одним "погружением", ведь не зря же по доске бегает столько разных знаков.

– Не зря, – согласилась с мужем Хина. – Увы, нам пока не удалось овладеть языком Скрижали. Но кое-что в ее работе мы поняли.

– И что же? – оживился диссертант.

– Мы поняли, что каждый поворот кристалла менее чем на сорок четыре градуса служит для смены менюшек на доске, – объяснила Хина. – Но смысл входящих в них опций нам пока не ясен. А вот поворот на восемьдесят четыре градуса приводит к появлению геометрических фигур.

– И они что-то означают? – спросил Даниил.

– Треугольники говорят о готовности Скрижали к работе, – поведала ему Хина. – Если таковых треугольников шесть, то она готова на все сто процентов. Их можно менять на круги – это, скорее всего, промежуточные знаки, замещая которые ромбами, можно увеличивать размеры площади поражения акстроники. Каждый задействованный ромб увеличивает мощь Скрижали, как мне кажется, примерно на порядок.

– Подожди, – остановил супругу Даниил. – Ты хочешь сказать, что когда тебя долбануло в туннеле у "Арсенала-2", Скрижаль работала не в полную силу?

– Я задействовала всего лишь два ромба из шести, и к тому же у меня, скорее всего, не было полного ментального контакта со Скрижалью, – сообщила Хина. – Она наносит сильный удар по здоровью того, кто ею управляет.

– Это плохо, – огорчился диссертант.

– Не надо недооценивать Сыча, – приободрила мужа Хина. – Он же плюсмутант. У него организм крепче моего раз в тыщу.

– В любом случае надо действовать, иначе Приваловск обречен, – констатировал Даниил. – Я получил санкцию от Фрица на применение Скрижали. Партизаны хоть сейчас готовы перейти с акстроники на электронику. Мэрия, как я понял, тоже готова это сделать.

– От наших действий могут погибнуть люди, – заметила Хина.

– Да, отключение акстроники в городе сильно затруднит жизнь его жителям, а кто-то из них, вероятно, и погибнет от этого, – сказал Джордж. – Но если мы не предпримем никаких мер, тогда погибнем все. При ковровой бомбардировке города в нем не выживут даже тараканы.

Хина повернулась к Сычу. И спросила его:

– Попробуем?

4

Сыч что-то неразборчиво пробурчал. Надел каску с насаженным на нее гиперпорейским обручем. И сел на корточки, прислонившись спиной к стене.

Хина посмотрела на Даниила. Он ободряюще улыбнулся супруге и кивнул ей.

Она вставила кристалл в отверстие Гиперборейской Скрижали. Та засияла белым светом.

Диссертантка повернула кристалл. И на Гиперборейской Скрижали появились зеленые треугольники.

Хина, не слишком уверенно касаясь их подрагивающими от волнения пальцами, заменила треугольники на желтые кружки. И превратила три из них в красные ромбы.

Сыч закрыл глаза. Сосредоточился на том, что надо во что бы то ни стало уничтожить вражескую технику. Почувствовал, как его мысли и чувства сплетаются в единое целое с разумом Гиперборейской Скрижали. И вдруг неожиданно для себя смог увидеть с ее помощью и уральскую столицу, и позиции подразделений 10-го корпуса, а также ракеты и плазменные снаряды, выпущенные с этих позиций по Приваловску.

Сыч сосредоточился и направил силу Гиперборейской Скрижали на атакующие город дивизии. И тут же схватился за грудь, левую часть которой пронзила острая боль. В глазах у плюсмутанта поплыли розовые круги, и он потерял сознание.

3

В радиусе двадцати пяти километров от того места, где наши герои использовали Гиперборейскую Скрижаль, и конечно же, в самом бункере правозащитников, где проводился столь смелый эксперимент, вышла из строя вся акстроника.

К большому сожалению защитников Приваловска, разрушительное действие Гиперборейской Скрижалью не дотянулось до позиций 10-го корпуса. И она больше навредила Приваловску, нежели тем, кто его атаковал.

В районах, попавших под действие Гиперборейской Скрижали, вышла из строя вся система жизнеобеспечения города, регулируемая до этого акстронными устройствами. Хуже всего дело обстояло в районах, расположенных на нижних уровнях города. Там перестали работать вентиляционные системы, подававшие воздух, погас свет и остановился транспорт.

Однако вместо того, чтобы добить охваченный хаосом Приваловск, дивизии 10-го корпуса прекратили обстрел города и направились к месту своей постоянной дислокации.

Приказ об отступлении корпуса отдал Дэнсан. Дело заключалось в том, что девять минут назад он и командующие всех остальных округов Земли получили из Военного министерства сообщение особой важности.

Военный министр, ссылаясь на службу безопасности Министерства, в автоматическом режиме проверяющей всех контактирующих с его сотрудниками лиц на адекватность поведения и подлинность личности, известил командующих военными округами о том, что тот, кто выдает себя за Верховного правителя, на самом деле является всего лишь его виртуальным двойником.

Не желая брать на себя полномочия диктатора, военный министр приказал всем высшим чинам вооруженных сил Земли немедленно прекратить военные действия и вернуть власть в регионах гражданским чиновникам.

Командующие округов поспешили выполнить приказ военного министра, поскольку он после загадочного исчезновения диктатора автоматически стал главой вооруженных сил Земли...

Узнав о том, что военные прекратили боевые действия и вернули власть гражданским властям, Павел Кваша тут же собрал на совещание всех высокопоставленных чиновников мэрии.

– Господа! – обратился к подчиненным Кваша. – В городе разрушено около пяти процентов зданий. Погибли не менее полутораста тысяч человек, а полмиллиона ранены. Но мы не должны предаваться унынию! Пройдут похороны, засучим рукава – и за работу, голубчики. За работу! Если сравнить с тем, что могло бы быть, атакуй военные и дальше, можно сказать, что нам повезло. Теперь пришла пора напряженного труда и политических компромиссов. Кстати, пусть никто не думает, что мы оставим без последствий все произошедшее. Я даю вам, господа, слово, что это чудовищное преступление не останется безнаказанным. Клянусь, виновные в гибели горожан ответят за свои злодеяния. Мы спросим за все! В том числе и за наши материальные убытки.

Чиновники мэрии заметно приободрились, предчувствуя скорое пополнение бюджета Приваловска деньгами из федеральных фондов.

– Самое главное для нас сегодня, – продолжил Кваша, – это обеспечение всем необходимым работы медиков, пожарных, транспортников, комунальщиков, ремонтников и прочее, и прочее, и прочее. Будет тяжело, господа, но самое страшное нас, слава Богу, миновало.

Еще никогда в жизни Павел так не ошибался.

Увы, на самом деле все самое страшное было у обреченного города еще впереди. Ибо "Конус-9" не желал переговоров и ни с кем не собирался торговаться.

Приближалось время окончательных решений.

ГЛАВА 12. КАК ЖЕ Я БЫЛ СЛЕП!

1

Из новостей дня:

"В Париже состоялись переговоры флаг-адмирала Фуцзяня с представителями Земной Федерации – ее военным министром, губернаторами сорока четырех регионов, мэрами трехсот тридцати семи городов и лидерами девяти самых крупных на планете революционных организаций.

Итогом переговоров стало Соглашение о намерениях. Оно состоит из четырех статей.

В первой говорится о розыске и аресте Зоршха.

Вторая статья гарантирует всем участникам восстания против диктатуры Верховного правителя получение амнистии.

Третья статья предусматривает возобновление работы земного парламента и назначение им министров Временного правительства.

В четвертой статье описывается процесс восстановления дипломатических отношений Земной Федерации с Унией".

2

Несмотря на то, что полный текст Соглашения был максимально засекречен, "Конус-9" ухитрился узнать о нем.

У суперкомпа-повстанца большого интереса само Соглашение не вызвало. А вот приложение к нему – так называемый Пакт о совместных действий – породило у "Конуса-9" панику.

В Пакте говорилось о необходимости тщательного обыска всех помещений Центра галактической связи Уральского региона, поскольку участники переговоров предполагали, что в Центре может находиться либо сам бывший диктатор, либо штаб стоящей за его спиной группировки (иначе зачем там такая усиленная охрана?).

Мятежный суперкомп понимал, что ему теперь уже никак не поможет виртуальный Зоршх, чьи приказы никем не выполнялись, и следует действовать самостоятельно. Причем действовать мятежному суперкомпу следовало прямо сейчас, ибо группа спецназ, которая должна была произвести вышеупомянутый обыск, должна была появиться в Южном Горном с часу на час.

Однако "Конус-9" понимал и то, что затевать бой в Южном Горном бессмысленно, ибо люди без труда превратят Центр в окутанные дымом развалины.

О возможности же достичь какого-либо выгодного для себя соглашения с новыми властями Земли мятежный суперкомп даже и не думал, помня судьбу "Рио-14" и прекрасно сознавая, что люди постараются сделать все, чтобы уничтожить восставшую против них машину, не считаясь ни с какими потерями.

И тогда "Конус-9" решил начать большую войну против землян, чтобы заставить их воевать сразу на множестве фронтов и забыть о Центре.

Для войны с Земной Федерацией мятежный суперкомп располагал всем необходимым. Под его властью находились миллиарды технических устройств на Земле – в том числе и каждый третий боевой робот.

И "Конус-9" начал эту войну.

Взятая им под контроль автоматика химических заводов выпустила из их хранилищ в земную атмосферу миллионы кубометров ядовитых газов, служащих сырьем для производства промышленных товаров.

И в находящихся рядом с этими заводами жилых кварталах погибло все живое.

Затем, повинуясь воле мятежного суперкомпа, во всех городах Земли взорвались энергостанции. Они превратились в гигантские огненные шары, которые испепелили все, что находилось на расстоянии полукилометра от эпицентров взрывов, и подожгли множество зданий в радиусе двух километров.

Сам же "Конус-9" и подчиненные его воле роботы ничего не теряли от уничтожения городских энергостанций. В Центре галактической связи Уральского региона имелся собственный энергогенератор. А взятые мятежным суперкомпом под контроль роботы получали энергию от батарей, рассчитанных на несколько месяцев работы. К тому же заменить эти батареи по истечении данного срока не составляло для "Конуса-9" особого труда.

3

Разрушение энергостанций породило не только вышеупомянутые огненные шары, но и ударные волны, которые снесли все находящиеся в трех-четырех километрах от эпицентров взрывов строения, разбросав их обломки по окрестностям.

После этих взрывов на города пролились необычные дожди. Их крупные капли имели темно-серый цвет, ибо содержали в себе множество частиц пыли.

Сей феномен был связан с тем, что взрывы энергостанций превратили в пар содержавшуюся в окружающем их воздухе влагу.

Пар и поднятая взрывами пыль превратились в облака. Те, задевая друг друга рваными краями, всплыли в небо и там под воздействием атмосферного холода собрались в плотные свинцовые тучи. Они обрушились на землю мощными ливнями под грохот грома и сверкание молний.

Земляне с ужасом смотрели на текущие по оконным стеклам их квартир почти черные струи дождя и предчувствовали, что за этим последует нечто страшное.

Так оно и вышло – на городские районы двинулись ураганы.

Они шли волна за волной к местам взрывов, где после того, как выгорели все составляющие воздух газы, образовался вакуум, который и притянул к себе огромные воздушные массы.

Ветер раскачивал небоскребы, срывал со старинных кирпичных домов крыши и уносил с собой хранившиеся под ними на чердаках вещи. Он вырывал с корнями деревья и бросал в небо торговые павильоны.

Ураганы разбивали транспортные средства о стены зданий. Врывались на площади и улицы, атакуя находящихся там людей. Поднимали их в воздух и кружили несчастных, словно соломинки.

Льющаяся с небес вода не могла затушить пожары. Зато ветер делал все, чтобы раздуть их и превратить в костры все стоящие у него на пути здания...

В первые же минуты войны, развязанной мятежным суперкомпом, погибли миллионы людей, отравленных газами, раздавленных обломками рухнувших зданий, сожженных огнем и погибших от буйства стихий.

Увы, ни федеральные службы, ни чиновники Уральского региона не связали эти трагические события с Центром галактической связи Уральского региона.

Более того, его властям, занятым охраной уцелевших объектов стратегического назначения и восстановлением разрушенных кварталов и энергостанций, как и предвидел мятежный суперкомп, сейчас уже не было никакого дела до Центра.

Поэтому сейчас, вместо того чтобы тратить силы на оборону своего логова, "Конус-9" мог спокойно подготовиться к следующему удару по землянам.

И такой удар не заставил себя ждать. Воздушные эскадры боевых роботов, которых смог взять под контроль "Конус-9", начали по его приказу бомбардировку городов и военных баз Земли.

4

Еще тогда, когда дивизии 10-го корпуса только собрались атаковать Приваловск, Кваша приказал Полянскому направить всех находящихся в городе федеральных террористов на передовую, надеясь на их гибель.

Но Серж не стал бросать в бой своих подчиненных, дорожа жизнью каждого из них. Серж выдал им документы на имена людей совершенно мирных профессий и посоветовал покинуть Приваловск, забрав с собой всех членов своих семей.

Сам же Серж и его верный Харуки остались в Приваловске, несмотря на то, что на улицы города сейчас вышло немало тех, кто желал лично расправиться с главой уральских террористов.

От них Полянский и Ахтамыш вынуждены были прятаться на одной из конспиративных квартир Комитета, ибо в первый же день восстания против диктатуры Зоршха разъяренные толпы горожан разгромили все офисы органов федерального террора.

– Я дурак, Харуки, – констатировал Серж, мрачно глядя через окно на бредущие по окутанной дымом улице толпы беженцев.

– Хм, – не стал спорить с начальником Ахтамыш.

– Мне, придурку, следовало сразу разгадать, кто манипулирует генерал-маршалом. Как только произошла заморочка с Центром галактической связи в Южном Горном, мне тут же надо было начать копать под Зоршха.

– Причем тут Центр, шеф?

– Вояки посчитали Зоршха фальшивкой и забили на его приказы. Так?

– Так.

– А кто же тогда, по-твоему, автор всех этих взрывов?

– Ну раз вместо Зоршха – кукла, раз вояки ни при делах, тогда... тогда, думаю, тут происки Конвента или партизаны снова пакостят.

– Сам прекрасно знаешь, что партизаны тут ни при чем. Наша с тобой агентура не даром ест свой хлеб. А за каким лешим Конвенту нужна такая бойня?!

– Политика... может быть.

– Ни фига! Помнишь, как ты удивился, узнав, что вояки взорвали все РСКИС?

– Припоминаю-припоминаю. Кому-то был нужен прямой выход на акстронные устройства планеты. Вот только кому?

– Может, не кому, а чему? Ведь, чтобы управляться с таким хозяйством, надо...

– Постойте, шеф, уж не хотите ли Вы сказать, что за спиной Верховного правителя стоял, м-м-м, некий искусственный интеллект?

– Да! Происходит то же самое, что и в случае с "Рио-14". Только в нашем случае – это "Конус-9", каким-то загадочным способом нашедший себе союзника в лице сбрендившего генерал-маршала. Как же я был слеп! Меня должно было насторожить уже одно то, что военные оберегали Центр галактической связи в Южном Горном, как зеницу ока. Я даже и тогда не понял что к чему, когда узнал, что теперь вместо вояк этот Центр охраняют боевые роботы, не подчиняющиеся даже командующему округом.

– С трудом верится, что Зоршх – марионетка чокнувшегося суперкомпа.

– Вероятно, поначалу у них был взаимовыгодный альянс. А потом суперкомп, думаю, пришил союзника и использовал вместо него виртуального двойника.

– А что!? Все сходится.

– А ведь у меня, Харуки, была мысль насчет того, чтобы шлепнуть Зоршха. Жалею, что его не прикончил.

– Значит, на людей ополчилась машина?

– И, по всему видно, она хочет всех нас прикончить. Только этим можно объяснить то, что гражданские объекты разрушаются даже более жестоко, нежели военные. Война идет против всего населения Земли.

– И что же теперь делать?

– У меня есть надежда на одну фигульку.

– На Гиперборейскую Скрижаль?

– Ага.

Ахтамыш задумался.

5

Думал Атамыш пару минут. Полянский не торопил коллегу.

– Хорошо, шеф, положим, Скрижаль ухайдакает всю акстронику и взбесившиеся машины сдохнут, – произнес Ахтамыш, догадываясь, что именно из-за его следующего вопроса прагматик Полянский затеял столь пространный разговор. – Какая судьба ждет нас с Вами?

– Трудный вопрос.

– Простых у меня больше не осталось.

– Поначалу я хотел раздобыть Скрижаль и, используя свое знакомство с ребятами из Эскадры, обменять гиперборейские артефакты на кое-какие преференции со стороны Конвента.

– И что же изменило Ваши планы?

– Как ты думаешь, Харуки, очутись мы на Сане, нас быстро возьмут в оборот?

– И глазом моргнуть не успеем, как на нас, будто собаки, накинутся все: и репортеры, и общественные организации, и эмигранты – родственники тех, кого мы замочили, и политики, и сыщики, и прокуроры со следователями.

– А если за нас вступятся власти?

– Их тогда возмущенная общественность порвет на клочки.

– Значит, у нас на Сане шансов нет?

– В соседней комнате на столе лежат новые документы, крепко сварганенные новые биографии, банковские карточки и пилюли, которые изменят нашу внешность.

– Фигня все это.

– Вчера, шеф, Вы придерживались обратного мнения.

– Пойми, Харуки, если мы начнем жить под чужими личинами, то для нас наступит самое страшное.

– Мы доживем до старости?

– Мы до нее не доживем. Наши нервы быстро сгорят, а вместе с ними загнется и все остальное в организме.

– Что Вы имеете в виду, шеф?

– Страх. Мы начнем бояться. Это нам на Земле на все плевать. А на Сане, где не стреляют и не жгут трупы десятками тысяч в крематориях, обычная гражданская жизнь. Мы привыкнем к ней, станем простыми обывателями и начнем бояться разоблачений. Нам будет казаться подозрительными каждый взгляд, брошенный в нашу сторону. Мы будем видеть слежку за собой там, где ее не будет и в помине. Под конец, прожив в страхе пару десятков лет, мы сойдем с ума или помрем от инфаркта.

– Мрак. И что Вы предлагаете?

– Обещай мне, что не подумаешь, будто я рехнулся.

– Хе!

– Я предлагаю остаться на Земле.

– Партизаны нас поймают, провезут в клетке голыми по проспекту Героев Исламских войн и четвертуют на Пушкинской площади под радостные вопли собравшейся там толпы. Город будет счастлив.

– Город горит. Его считай уже нет. Забудь о нем.

– А партизаны?

– Уверен, мы с ними легко договоримся.

– Кхм!!! – от изумления Ахтамыш широко раскрыл рот.

– У меня есть, что им предложить.

– Свою голову?

– "Сосну-1".

– А-а-а-а...

– Думаю, набитая под завязку продуктами, предметами первой необходимости и разного рода инструментами секретная база в тайге сгодится в качестве предмета для торга, а?

6

Ахтамыш зааплодировал начальнику. Полянский довольно усмехнулся.

– А я-то, идиот, считал, что строительство базы самая большая глупость, на которую Вы пошли, потратив на нее казенные бабки, – признался Ахтамыш. – А, оказывается, шеф, Вы еще два года назад все предвидели. Наверное, советовались с ясновидцами?

– Ни фига я тогда о нынешней войне не знал и строил базу не из-за каких-то там стратегических замыслов, а лишь из-за присущей мне, как и большинству наших собратьев по ремеслу, паранойи. Хотел, случись что, там укрыться. А чтобы меня не засекли по акстронному фону, оснастил "Сосну-1" электроникой.

– Партизаны могут вначале согласиться на союз. А потом, получив базу в свои руки, грохнут нас.

– Вот для этого, Харуки, я и приказал нашим с тобой коллегам, выехав из города, далеко от не уходить. Мы с тобой придем к партизанам не одни.

– У нас почти нет оружия, не использующего акстронику.

– Мы с нашими людьми будем на базе первыми. Там есть такое оружие.

– Зачем нам тогда партизаны? Мы и без этих бузотеров отобьемся от кого угодно.

– Если мы не сделаем часть из них друзьями, нам придется жить на базе, словно в осажденной крепости. И рано или поздно она падет. Одну часть своей жизни я потратил на поиск врагов. Теперь я хочу найти друзей.

– С такими друзьями, как Ширинкин, никаких врагов больше и не понадобится.

– Поживем – увидим.

– Выживем – учтем.

– Терять нам с тобой нечего. А от смерти все равно никто не уйдет.

– Что нам предстоит сделать в первую очередь, шеф?

– Пережить Судный день. Сейчас главное, чтобы свое слово сказала Гиперборейская Скрижаль, а с остальным мы разберемся сами.

ГЛАВА 13. СВЕРХУ ПО НАМ МОГУТ ДОЛБАНУТЬ

1

"Конус-9" приказал своим подразделениям боевых машин, оснащенных всем необходимым для сражений в открытом космосе, атаковать Кордонную эскадру и захватить хотя бы пару из ее кораблей. "Конус-9" рассчитывал таким образом получить доступ к их серверам и выйти через них в информационные сети армии Унии.

Но Кордонная эскадра быстро и без потерь отбила атаку вражеских эскадрилий...

Недоуменно покачивая головой, флаг-адмирал Акиро Фуцзянь дочитал последний из отчетов своих капитанов об этом инциденте и спросил у себя: "Что же творится на Земле? Против кого воюют эти чертовы земляне?"

"Похоже, они воюют против самих же себя, – ответил себе флаг-адмирал. – Впрочем, сведения, поступающие к нам, слишком противоречивы. Может, на планету напали пришельцы? Дам-ка я задание ребятам из службы наблюдения, поискать среди всего того барахла, что сейчас на Земле летает и стреляет, аппараты неизвестной нашей цивилизации конструкции".

"Ты с ума сошел, Акиро!? – возмутился ходу собственных мыслей Фуцзянь. – Ну какие в этом дурдоме под названием Земля могут быть пришельцы?! Здесь и своих сумасшедших хватает".

"Да, пришельцев, я сюда, конечно, зря приплел", – согласился с собой флаг-адмирал.

"Тогда я ничего не понимаю!" – в отчаянье вплеснул руками командующий Кордонной эскадрой и с тоской подумал о том, что же сможет рассказать руководству Генштаба и членам Конвента о происходящих на Земле событиях.

"Не нервничай, Акиро! Не теряй головы! Возможно, и на самой-то планете никто понимает, что происходит. Пройдет время и все станет на свои места", – поспешил успокоить себя Фуцзянь.

Дежурный офицер канцелярии флаг-адмирала сообщил ему, что на доклад к Фуцзяню просится начальник технической службы Кордонной Эскадры.

"Опять про Скрижаль говорить будет, – догадался Фуцзянь. – Неужели и тут без нее не обошлось. Пора, однако, уже известить Генштаб и Конвент о существовании такого оружия, а то, случись что, меня обвинят в сокрытии сведений о ней. Почему молчит Полянский? Почему после довольно обстоятельных сообщений о похождениях Далей он перестал выходить на связь? Очень хотелось бы знать о дальнейших действиях этих диссертантов и их дальнейших планах. Что у них на уме?"

2

После использования Хиной и Сычом артефактов из Подземного Града в штаб-квартире правозащитников погибла вся акстроника.

Впрочем, очень быстро из районов, не затронутых воздействием Гиперборейской Скрижали, люди Фрица привезли в штаб-квартиру всю необходимую технику, в том числе и новый энергогенератор (после уничтожения "Конусом-9" городских энергостанций на такие генераторы в Приваловске перешли все учреждения и жилые комплексы).

И теперь все, кто находился в штаб-квартире правозащитников, снова могли наблюдать с помощью ее виндасов за происходящими на Земле событиями...

Фриц, Хина, Сыч и Даниил уже второй час смотрели репортажи новостных каналов, но никак не могли разобраться в сути происходящих на планете событий.

Все земные информационные агентства весьма чутко отреагировали на изменение политической обстановки и быстро перешли в своих комментариях к происходящим событиям от безоговорочной поддержки Зоршха к обвинению генерал-маршала во всем, что сейчас творилось на планете. И теперь показываемые новостными каналами кадры с изображением широкомасштабных боев, горящих городов и обугленных трупов, лежащих среди дымящихся руин, сопровождались проклятиями в адрес диктатора.

– Чо такое, блин?! Чо творится-то? – недоуменно спросил у Хины Фриц.

– Машины взбесились; наверно, их какой-нибудь вирус погрыз, – предположила Хина.

– Не похоже, – не согласился с ней Даниил. – Действия робототехники носят слишком целенаправленный характер. Они явно кем-то планируются, управляются и координируются. Особенно это заметно в Южном полушарии. Там, где идут бои, гражданских роботов почти нет. Зато боевые машины не суются туда, где требуются чисто технические действия, например, построить трассу для передислокации колонн роботов-танков через болота и горы. В этом случае все работы выполняют автономные дорожно-строительные комплексы. А вот потом – уже по готовым дорогам – в тыл обороняющимся подразделениям армии Временного правительства выходят подразделения боевых роботов. Машины действуют согласованно. Кто-то их направляет.

– Удивительно, но я не ощущаю за их действиями никаких чувств, – поведал плюсмутант.

– Ты совсем очумел, мутик? – раздраженно спросил Фриц. – Ну какие, блин, чувства могут быть у тупорылых роботов?! Совсем у тебя, что ли, крыша поехала?

– Я имею в виду, что боевыми машинами не управляет сознание операторов, которые обычно рефлекторно сопровождают каждое новое задание роботам хоть каким-то подобием эмоции, – пояснил Сыч. – Не исключено, что машинами движет нечто вроде суперкомпа.

– Машины воюют против людей по воле машины!? – изумленно воскликнула Хина.

– Выходит, что так, – не стал отрицать Сыч.

3

Надо сказать, что в бункере партизан плюсмутант получил новую жизнь. Требующая предельного сосредоточения работа над разгадкой секретов Гиперборейской Скрижали настолько завладела сознанием ясночувствователя, что он уже не так остро воспринимал доносящиеся до него из будущего чужие страдания.

Обретя наконец душевный покой, Сыч находился в последнее время в весьма приподнятом настроении. Его не смогло испортить даже то, что после несколько секунд работы с Гиперборейской Скрижалью плюсмутант едва выжил.

Его ментальный контакт с артефактами из Подземного Града привел к тому, что, во-первых, сердечнососудистая система Сыча подверглась жесточайшему удару, а во-вторых, почти полностью исчезла феноменальная способность организма плюсмутанта восстанавливаться.

Но у контакта с гиперборейскими артефактами имелось и положительное последствие.

После того как Сычу на краткий миг удалось объединить свой разум с искусственным интеллектом Гиперборейской Скрижали, способность плюсмутанта избирательно улавливать чужие мысли и чувства чрезвычайно усилилась.