Текст книги "Изгой Высшего Ранга VII (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Переписывались мы ещё минут двадцать – ни о чём серьёзном, просто так. Потом пожелали друг другу доброй ночи. И я с улыбкой убрал телефон на тумбочку.

В полутьме комнаты мысленно обратился к Системе: я готов получить бонус за повышение уровня.

[Доступен выбор: новый навык или улучшение существующего]

Там будут новые навыки или повторение предыдущих?

[Повторение ранее предложенных]

Ясно, ничего нового. Значит, снова улучшаем то, что есть.

Управление нестабильной энергией хаоса. После сегодняшнего боя с Ибрагимом и случая с Олегом – выбор очевидный. Чем лучше я контролирую эту энергию, тем больше шансов, что в следующий раз Ибрагим не застанет меня врасплох.

Улучшить Управление нестабильной энергией хаоса.

[Навык улучшен]

[Управление нестабильной энергией хаоса: уровень 3]

[Новое ограничение: 1 трещина в 2 дня]

[Примечание: после 10-го улучшения данный навык объединится с навыком «Защита от энергии хаоса». Ограничение на количество носителей будет снято. После 10-го уровня количество человек, кому передана защита, будет ограничиваться только ресурсами организма]

Я перечитал последнюю строчку.

Представляю себе эту картину: каждый маг на планете получает защиту от нестабильного хаоса. Никаких больше Пожирателей. Никаких обращений. Учитель лишается главного оружия – способности превращать людей в монстров.

Далеко загадывать, конечно, рановато. До десятого улучшения ещё семь уровней. Но направление задано, и это самое главное.

Правда, пока не представляю, как передать защиту такому большому количеству человек. Возможно ли это? Ведь Система явно намекнула, что для передачи миллионам мои каналы не предназначены. И понадобится ли вообще? Впрочем, это можно и после десятого улучшения решить. Там уже будет видно, как быть дальше.

Разобравшись с выбором, я закрыл глаза и уснул. А проснулся утром от стука в дверь.

Настойчивого, громкого, нетерпеливого. Такого стука, от которого сразу понятно – там не один человек, а компания, и им срочно.

Поднялся, накинул халат. Посмотрел на часы – восемь утра. Занятия ещё не начались. Кому я понадобился в такую рань?

Открыл дверь, и в комнату буквально ввалилась Лена. Позади стояли Саня и Денис.

– Глеб, ну чего ты так долго⁈ – возмутилась она. – Тебя одного ждём!

– Зачем ждёте? – нахмурился я.

– Собирайся быстрее, нет времени объяснять! – тут же выпалил Саня.

Денис стоял позади и молча наблюдал за происходящим. И ел шоколадный батончик.

– Вы серьёзно? – я посмотрел на троицу. – Даже не скажете, куда?

– В актовый зал! – Лена уже развернулась и пошла по коридору. – Одевайся и догоняй! Быстрее!

Я закрыл дверь, быстро натянул форму академии и вышел. Видимо, вчера я был слишком занят, чтобы проверить академический чат, куда приходят все новости. На самом деле девяносто процентов тамошних сообщений – полная ерунда: расписание кружков, потерянные вещи, объявления столовой. Поэтому я заглядывал туда максимум раз в день. Вчера и вовсе забыл.

Ну и по закону подлости: именно когда забыл, тогда и произошло что-то важное.

Мы спешно дошли до актового зала. Он был забит под завязку – все курсы, все специализации. Преподаватели стояли у стен, студенты заняли все места. Гул стоял, как на стадионе.

На помост поднялся ректор. Он поприветствовал всех, потом подошёл к постаменту, установленному на сцене.

Там стоял предмет, накрытый красной тканью. Ректор снял её одним движением.

Мой диск и печать. Та самая, которую мы с Кротовским вчера собрали.

– Объявляю конкурс, – голос ректора разнёсся по залу, усиленный магией и без микрофона. – Тот, кто сумеет взломать защиту этого артефакта, получит неделю отгулов.

По залу прокатился ропот. Кто-то из задних рядов крикнул:

– Неделя? Как-то мелко!

Ректор поднял палец.

– Неделю отгулов во время экзаменов. То есть эти экзамены вы получите автоматически.

И хищно улыбнулся.

Зал загомонил. Автоматические экзамены – это серьёзно. Это не просто неделя безделья, это снятие нагрузки в самый тяжёлый период. За такое половина академии готова была продать душу.

Ректор наблюдал за реакцией студентов с лёгкой улыбкой. Видно было, что ему это нравится. Нечасто Юрашев позволял себе такие развлечения. Обычно он держался строго, официально. А тут вон устроил целое шоу с призом для проверки моей защиты.

– Это же твоя печать? – тихо спросила у меня Лена.

– Да, – кивнул я.

– А ты знаешь, как её взломать? – сразу взбодрился Саня.

– Знаю. Но не скажу.

– Почему⁈ Мы же друзья! – это уже Денис возмутился, даже батончик доедать перестал.

– Потому что всё должно быть честно.

– Блин, ты слишком правильный! – фыркнула Лена.

На самом деле, было приятно видеть её такой – живой, эмоциональной. Не краснеющей при виде меня, как раньше.

Видимо, привыкла всё-таки. И это к лучшему – работать с человеком, который постоянно смущается, было бы тяжело.

– Ладно. Дам вам одну подсказку, – осклабился я. – Нужна пространственная магия.

Все четверо одновременно обернулись к Маше, которая сидела позади нас. Она уже смотрела на нас и, судя по выражению лица, слышала каждое слово.

– И как мы будем делить эту неделю на четверых? – Маша скептически подняла бровь.

– А это мы уже потом договоримся, – попытался выкрутиться Саня.

– Нет-нет. Так не пойдёт. Спасибо за подсказку, – она поднялась со своего места. – Я пошла пробовать.

Маша первой вышла на сцену. Зал притих, наблюдая. Она подошла к диску, осмотрела руническую сетку, задумалась. Потом вытянула руку и начала аккуратно вводить пространственную энергию в печать.

Я наблюдал из зала. Техника у неё была хорошая – чистая, аккуратная. Но она пыталась разрушить руническую основу, а не обойти пространственный компонент. Это как пытаться выбить дверь, когда нужен ключ. Бесполезно. Эту печать напором не разрушить.

Маша влила ещё энергии, нащупывая слабые точки. Руны вспыхнули, сопротивляясь.

И Маша исчезла.

Хлопок воздуха. Пустое место на сцене. Зал ахнул.

– Куда она делась⁈ – кто-то выкрикнул из первого ряда.

– Не переживайте, – ректор поднял руку. – Служба безопасности сейчас её приведёт.

Следующим на сцену вышел парень из класса стихийной магии. Попробовал взломать огнём. И тоже исчез.

За ним вышла девушка-артефактор. Попыталась деактивировать руны специальным инструментом. И она испарилась.

Зал веселился. Студенты подначивали друг друга, делали ставки, кто продержится дольше. Обстановка стала больше похожа на развлекательное шоу, чем на академическое мероприятие.

Но минут через десять активных попыток в зал спешно вошёл начальник службы безопасности. Обычно Артур Вениаминович двигался степенно, как человек, привыкший контролировать ситуацию. Но сейчас шёл быстрым шагом.

Артур Вениаминович приблизился к ректору и наклонился к уху. Сказал что-то тихо.

Юрашев тотчас выпучил глаза.

– Нам нужно остановить испытания, – объявил ректор залу. – В месте для перемещений… закончилось пространство. Прошу всех подождать, пока мы разберёмся.

Раздались недовольные возгласы студентов, но никто не ушёл. Слишком интересно.

А мне на телефон пришло сообщение: «Г. В., подойдите за кулисы. Срочно!»

Я протиснулся через ряды, обошёл сцену и зашёл за кулисы. Там стоял нервный ректор и Басин. Оба смотрели на меня с выражением, которое мне не понравилось.

– Глеб Викторович, – Юрашев заговорил тихо, но каждое слово звучало как удар. – Куда именно печать перемещает людей?

– В камеру в подземелье главного корпуса, – ответил я. – Мы с Кротовским специально выбрали это место, когда тестировали. Вы сами там были дважды.

Ректор и Басин переглянулись.

– Там никого нет, – помотал головой начальник охраны. – Все камеры пусты.

Глава 16

Новость была удивительная. Хотя бы потому, что я был абсолютно уверен, что мы с Кротовским точно предусмотрели точку перемещения и сделали так, что изменить её практически невозможно. В этом-то и заключался весь защитный механизм.

Но ребята переместились отнюдь не в камеру в подвале главного корпуса. А куда – я понятия не имел, и охрана академии – тоже.

И это серьёзная проблема, потому что речь шла о живых людях, в том числе о Маше.

Я не настолько хорош в артефакторике, чтобы в два счёта починить руническую вязь. Но попробовать стоило. И будем надеяться, что их не в канализацию перенесло, где Машины французские духи ей не помогут.

– Принесите артефакт, – попросил я Басина. – Я попробую разобраться, но не хотелось бы это делать на виду у всей академии.

Начальник охраны вопросительно посмотрел на ректора, и Станислав Никанорович коротко кивнул. Басин вышел и через пару минут вернулся с диском в руках. Отдал его мне.

– Степана Геннадьевича позвать? – тревожным голосом спросил ректор. Было видно, что он всерьёз переживает за студентов.

– Сначала дайте мне минуту. Возможно, смогу справиться сам.

– Хорошо, но поторопитесь, – нервно ответил он.

Я повернул диск в руках и мысленно обратился к Системе: можешь отследить траекторию перемещения?

[Анализ…]

[Защитная вязь артефакта: видоизменена]

[Причина: внешнее энергетическое воздействие, частичное повреждение рунического контура]

[Точка выхода: смещена]

[Определение новых координат…]

Всё это время я старательно делал вид, что изучаю руны. Крутил диск, щурился, водил пальцем по контурам – в общем, изображал сосредоточенного артефактора. На самом деле внешне никаких отличий от того, что мы с Кротовским создали, видно не было.

А вот на энергетическом плане, через Абсолютное восприятие, картина была другой. Микроэнергетические повреждения в нескольких рунах, едва заметные трещинки в структуре. Наверняка это Маша: она не смогла полностью сломать печать, но чуть-чуть изменила её свойства. Достаточно, чтобы сместить точку выхода.

Ну, для А-класса пространственного мага – это даже впечатляет. Печать-то рассчитана на то, чтобы выдерживать взлом.

[Анализ завершён]

[Траектория определена]

[Новые координаты: подвальное помещение корпуса общественного питания, секция холодильного хранения]

Морозильная камера столовой. Ну прекрасно, по крайней мере не женский туалет.

– Я знаю, где они, – сказал я ректору и Басину. – Сейчас всех верну.

Открыл портал. Юрашев и Басин переглянулись, но шагнули следом за мной, не задавая лишних вопросов.

Мы вышли в морозильной камере кухни столовой. Клубы холодного воздуха ударили в лицо, стеллажи с замороженными продуктами уходили вглубь помещения. Лампа под потолком мигала, освещая пространство рваным жёлтым светом.

А на полу между коробками с пельменями и мешками замороженных овощей сидели трое студентов. Маша, парень из стихийного класса и девушка-артефактор. Все бледные, с красными носами и заиндевевшими бровями.

Девушка-артефактор обнимала себя руками и стучала зубами. Парень-стихийник сидел, прислонившись спиной к стеллажу, и пытался согреть руки огнём, но от холода магия шла нестабильно – из пальцев вырывались жалкие искры, которые тут же гасли.

А Маша встала по центру камеры, скрестив руки на груди, и выглядела так, будто это не её заперли в морозилке, а она сама сюда зашла и просто ждала, пока за ней придут.

– Ну наконец-то! – воскликнула она, увидев нас. – Я думала, тут кони двину!

– Да мы сидим здесь всего десять минут, – раздался голос парня-стихийника. – Хотя здесь так холодно, словно маги льда поработали.

– Вообще-то так оно и есть, – подтвердила девушка из класса артефакторики. – Эта камера на заряженных магией льда кристаллах работает.

– Всё равно десять минут при минус двадцати – это уже за гранью! – отрезала Маша. – Холод плохо влияет на мою кожу! И вообще, что у вас за место перемещения такое? Морозильная камера⁈

Вместо ответа я лишь улыбнулся.

Не объяснять же ей, что по плану должна была быть камера. Настоящая. Холодная. С решётками и крысой, которую никто не собирался ловить. Так что морозильник – это ещё гуманный вариант.

– Идём, – я указал на портал, что вёл обратно за кулисы.

Парень-стихийник первым рванул к нему.

– Ну наконец-то тепло! – выдохнул он и исчез в портале.

Студентка из артефакторного класса обернулась на Машу перед выходом. Та стояла неподвижно, скрестив руки на груди. Она помялась секунду и тоже прошла.

– Мария Вячеславовна, – строгим голосом начал ректор. – Прошу вас вернуться в зал. Сейчас не время показывать свой характер.

Маша тяжело вздохнула. Она была неглупа и понимала, что ректор прав. Но всё равно выдержала паузу – секунд пять, не меньше. Принципиальная. Потом всё-таки прошла в портал, гордо подняв подбородок.

Перед тем как выйти самому, я повернулся к ректору:

– Энергетическая вязь печати повреждена. Лучше отложить испытания на пару дней, пока Кротовский не разберётся и не усилит защиту.

– Кротовский? – делано возмутился Юрашев. – А почему не вы?

– Потому что с меня пространственная магия, с него – руны. Так мы договорились, – пожал я плечами.

– Ладно, – вздохнул ректор.

Мы вернулись за кулисы. Потом я закрыл портал и сел на своё место в зале.

– Ну что там было? – с любопытством спросил Саня.

– Да ничего особенного. Студентов переместило не туда, куда надо.

Все обернулись к Маше, которая уже вернулась на своё место позади. Она вздёрнула нос и демонстративно отвернулась, показывая, как обиделась.

Но я-то уже хорошо её знал. Через пару часов отойдёт. Это не как с тем случаем с «лампочкой», где обида вышла серьёзная.

Ректор тем временем снова поднялся на помост. Одёрнул пиджак, пригладил волосы. Весь его вид говорил: «развлечение закончилось, начинается серьёзная часть».

– Внимание! – его голос перекрыл гул зала. – Испытания временно приостанавливаются. Дата возобновления будет объявлена в общем чате академии. У каждого из вас до конца семестра будет не одна возможность испробовать себя на печати. А сейчас – пора на занятия.

Зал недовольно загомонил. Что было ожидаемо. Только разогрелись – и на тебе.

– Но мы же ещё не все попробовали! – крикнула девушка из второго ряда.

– Я даже в очередь не успел встать! – поддержал её кто-то сзади.

– А можно я ещё раз попробую? Прямо сейчас? – выкрикнул тот парень, которого мы только что из морозилки достали.

– Покровский, – ректор даже не повернул головы, – вы попробуете, когда артефакт будет готов. А сейчас – на занятия. Все. И я крайне не рекомендую проверять моё терпение.

Тон был таким, что даже самые смелые заткнулись.

Студенты нехотя поднялись с мест и потянулись к выходам. Кто-то обсуждал увиденное, кто-то строил теории о том, как взломать печать. Ставлю на то, что к вечеру в академическом чате появится десяток «экспертных» разборов с абсолютно неправильными выводами. Люблю такое читать.

Мне тоже предстояло идти на пары. Вообще общеобразовательных предметов у меня осталось немного – большую часть учёбы занимали тренировки, а из теории – в основном физика с высшей математикой.

Раньше я негодовал по этому поводу, не понимая, зачем боевому магу интегралы. А теперь понимал, что для создания Системы нужна математика. И даже стал лучше воспринимать материал. Стал быстрее разбираться и усваивать.

На прошлой паре преподаватель по физике даже похвалил, потому что я решил задачу с первого раза. Впервые на его памяти.

Хотя, возможно, сказался опыт меня самого из будущего, который я частично перенял через Систему. И ведь это только малая часть того, что можно у неё взять. Однако рисковать своим сознанием до девяностого уровня я желанием не горел.

Последними двумя парами как раз была высшая математика. После неё я вышел из корпуса и неспешно направился через парк в столовую, когда заметил у КПП большое столпотворение.

Ну что за день сегодня? Как-то слишком много ярких событий.

Я подошёл поближе, но из-за толпы ничего не было видно. Студенты стояли плотной стеной, вытягивали шеи, некоторые даже на цыпочки поднимались.

– Что происходит? – спросил я у ближайшего парня.

Тот обернулся, и глаза у него стали размером с блюдца.

– Так это… сам Андропов приехал! Второй маг S-класса в России! После… – он замялся, посмотрел на меня, узнал, – после вас, Глеб Викторович. Ну, в смысле… Уже не уверен, кто первый, кто второй, – закончил он совсем тихо.

– Понял. А зачем он к нам? На мастер-класс для магов земли?

– Нет, говорят, лично собирается проверить защиту академии.

– А, ну тогда к вечеру от неё ничего не останется, – махнул я рукой.

У парня в глазах загорелся первобытный страх.

– Как так⁈

– Да шучу я, шучу, – пришлось его успокаивать.

Хотя я совсем не был уверен, что это шутка. Магии Андропова хватит, чтобы разнести здесь всё. Он управляет гравитацией – одной из фундаментальных сил природы. Вопрос только в том, как именно он будет проверять. Если аккуратно – защита, может, и устоит.

Тут студенты начали расступаться, выстраиваясь в живой коридор. И по нему шёл мой старый знакомый.

Анатолий Дмитриевич Андропов. Тридцать пять лет, белые волосы, строгий взгляд серых глаз. Шёл спокойно, не обращая ни на кого внимания, как человек, привыкший к подобному ажиотажу.

И вдруг остановился. Прямо возле меня. Поднял взгляд – впервые с того момента, как вошёл на территорию.

– Глеб Викторович, – произнёс он.

– Анатолий Дмитриевич, – кивнул я. – Рад вас видеть.

– Отлично, – улыбнулся он.

Вот эта улыбка мне уже не понравилась. Слишком довольная. Слишком… предвкушающая. Так улыбаются люди, которые приготовили сюрприз и заранее знают, что он тебе не понравится.

– Пойдёмте, пожалуйста, со мной, – сказал Андропов.

Я пожал плечами.

– Ладно.

И мы направились к главному корпусу. Студенты засеменили за нами – целая толпа, как хвост кометы.

– Им что, мёдом намазано? – тихо спросил Андропов, не оборачиваясь.

– Хотел бы я сказать, что не каждый день они мага S-класса видят, но это была бы ложь, – усмехнулся я.

Андропов рассмеялся. Негромко, но искренне. Чувство юмора у него было, и это мне нравилось. С людьми, которые умеют смеяться, всегда проще договариваться.

Мы зашли в главный корпус, там нас встретила охрана. Андропов попросил отдельный кабинет для разговора. Нас провели в гостевую комнату на первом этаже – небольшую, но удобную.

Он закрыл дверь, сел за стол. Осмотрел кабинет привычным взглядом – быстро, профессионально, как человек, который автоматически оценивает пространство на наличие угроз. Потом расслабился. Достал из портфеля тонкую папку и протянул мне.

– Вы же не ради проверки охранных артефактов сюда пришли, – догадался я, принимая папку.

– Всё верно. Но их мне тоже придётся проверить, потому что об этом попросили.

Я открыл папку и внимательно изучил содержимое. Немного – пара листов с грифом «совершенно секретно», карта с отмеченными точками, фотографии. Но информации хватило, чтобы понять масштаб.

– Вы в деле, Глеб Викторович? – с улыбкой спросил Андропов.

– Я-то в деле. Но не уверен, что мой куратор это одобрит.

– С ним я договорюсь самостоятельно. На этот счёт можете не переживать.

Он забрал папку обратно. Информации там было немного, и я успел всё изучить.

– Когда выдвигаемся? – уточнил я.

– Завтра в пять утра за вами приедут.

– Эх, – картинно вздохнул я. – Опять не суждено мне выспаться.

– Глеб Викторович, – Андропов поднялся и застегнул портфель. – Сон и маги S-класса – это несовместимые понятия.

– Неправда. Мне удавалось выспаться, между прочим, два дня подряд.

– В таком случае вы счастливый человек, – улыбнулся он. – Что ж, до встречи. А я пока пройдусь по защите вашей академии.

– Только не разнесите её.

– А вот этого уже гарантировать не могу, – ответил он и вышел.

Я так не понял, серьёзно это было или нет.

Вышел из кабинета через пару минут. В холле главного корпуса уже никого не было, а вот на улице всё ещё толпились студенты. Увидев меня без Андропова, они заметно расстроились.

Ну а я что? Пожал плечами и направился в столовую, куда и шёл изначально.

Однако и дотуда мне дойти не удалось. Телефон завибрировал. Сообщение от Кротовского пришло: «Срочно зайдите ко мне в лабораторию».

Пришлось разворачиваться к корпусу артефакторики. Который, кстати, после того случая с выпущенным драконом уже полностью восстановили. Маги земли постарались и быстро заделали стены, перекрытия, фасад.

Здание выглядело так, словно и не было здесь никакой дыры. А подвал, где всё произошло, просто засыпали. Как я понял, так было проще, чем восстанавливать тоннели.

Кротовский встретил меня в лаборатории. Диск уже лежал перед ним на столе, развинченный, с обнажёнными рунами.

– Обнаружили, в чём поломка? – спросил я с порога.

– Да, – серьёзно кивнул Кротовский. – Руны треснули от мощного энергетического воздействия. Кто-то жахнул по ним очень сильно.

Маша. Кто ж ещё. А-класс пространственной магии – это не шутки. Думаю, по силе она вторая в академии после меня.

– Надо усилить защиту раза в два, – продолжил Кротовский. – Двойные, местами тройные контуры. Тогда даже маг А-класса не сможет повредить структуру.

– Значит, снова нужна моя магия?

– Именно.

Я сел рядом, и мы приступили. Кротовский восстанавливал руны, наносил дополнительные контуры. Я вливал пространственную энергию – аккуратно, точно, по каналам. Получалось уже увереннее, чем в первый раз. Практика – великое дело.

– Кстати, – сказал я между делом, – куда теперь будут перемещаться взломщики? Надеюсь, не в морозилку.

Вместо ответа Кротовский только улыбнулся. Загадочно, хитро, с огоньком в глазах.

Ясно. Он подготовил какой-то сюрприз для ректора. Не буду его портить.

Через полчаса печать была готова. Обновлённая, с усиленной защитой на ключевых узлах.

– Превосходно, – Кротовский осмотрел результат. – Теперь это не просто печать, а произведение артефакторного искусства.

– Вы льстите себе, Степан Геннадьевич.

– Нам обоим, – поправил он.

После я наконец-то добрался до столовой. Взял борщ, котлету с пюре и компот. Сел в углу, подальше от шума. Здесь было тихо, спокойно, никто не дёргал. Пятнадцать минут блаженства.

За соседним столиком расположился Олег Шувалов – тот самый, кому я вчера дал защиту. Увидел меня, он замер с вилкой на полпути ко рту. Я молча кивнул ему. Парень кивнул в ответ и отвернулся, уткнувшись в тарелку. Молодец. Всё понял, лишних вопросов не задаёт.

После обеда меня ждала индивидуальная тренировка с Дружининым. Они проходили каждый день, если не было практик на разломе. Хотя какие практики – это уже давно полноценные боевые задания. Всё-таки меня официально сделали оперативником ФСМБ, и я даже претендовал на роль командира отряда.

Однако когда я зашёл на полигон – между прочим, даже не опоздав ни на одну минуту – Дружинин встретил меня с максимально недовольным лицом. Я такое видел у него нечасто. Куратор всегда сохранял каменное выражение, но сейчас оно было не просто каменным – оно было гранитным. С трещинами.

Симулятор стоял выключенный. Дружинин даже не стал его запускать.

Плохой знак. Обычно когда я приходил, симулятор уже работал – куратор настраивал программу заранее, подбирал параметры под мой текущий уровень.

– В чём дело? – спросил я, останавливаясь посреди полигона.

– Предложение Андропова, – отрезал Дружинин. – Вы вообще понимаете, на что подписались?

– Да, вполне. Он сказал, что с вами договорится.

– Не договорился, – куратор качнул головой. – И я, и Крылов – мы оба против.

– Но? – уточнил я, иначе бы куратор не был так недоволен.

Дружинин помолчал. Мускул на скуле дёрнулся, и он всё же ответил:

– Но задание одобрено самим президентом.

Примерно так я и думал. Задание государственной важности – одобрено на самом верху. Так что тут даже ФСМБ не сможет меня остановить.

Глава 17

Дорога выдалась долгой. Поднялся я в четыре утра, собрался за десять минут и уже в пять сидел в служебной машине, которая отвезла меня на военный аэродром. Там ждал транспортный самолёт – небольшой, на двадцать мест, без опознавательных знаков. Внутри уже сидели Андропов, Дружинин и четверо из команды Анатолия Дмитриевича.

Поспать удалось в самолёте. Пара часов рваного сна, после которого чувствуешь себя даже хуже, чем до него. После приземления мы пересели в служебный автобус, который забрал нас со взлётной полосы и повёз дальше.

За окном проносились горы Кавказа. Заснеженные вершины, крутые склоны, серпантин дороги. А внизу – зелёные долины, где снега не было и в помине. Будто сюда и не приходила зима, уже окутавшая Москву своим белым покрывалом.

– Я как раз пару дней назад думал: «Хорошо бы в горы смотаться, развеяться», – усмехнулся сидящий рядом со мной Андропов, глядя в окно. – Видимо, судьба услышала.

– Что-то мне подсказывает, что после этого задания вы ещё долго не сможете смотреть на горы, – шутливо ответил я.

– Вы совершенно правы, Глеб. У меня тут недавно было задание в Турции, морской разлом. Так я теперь на море пару лет смотреть не смогу, – криво усмехнулся он.

– Такая уж у нас работа, – выдохнул я и откинулся на спинку кресла.

– Внимание, приближаемся к опасной зоне, – раздался на весь автобус голос водителя. – Всем быть начеку.

– Поэтому я и не хотел сюда ехать, – вздохнул Дружинин, который сидел через проход от меня.

Всё-таки куратору пришлось ехать вместе со мной. От этой участи его, кажется, ничто не спасёт. Ну, разве что решит уволиться, что маловероятно. Жизнь на пенсии гораздо скучнее.

Автобус мерно ехал по извилистой горной дороге, открывая нам виды, от которых у обычного туриста перехватило бы дыхание. Глубокие ущелья, водопады, уходящие в облака вершины.

Красота, которую мы не могли оценить, потому что каждый из нас прочитал досье. Знал, что произошло с последней группой туристов, которая сюда сунулась. И что именно ждало нас впереди.

Пока мы ехали, я успел познакомиться с командой Андропова. В неё входило четыре человека, не считая самого Анатолия Дмитриевича.

Борисов Илья Николаевич – тот самый, которого я вытащил из лап Учителя. Крепкий мужчина лет сорока, маг огня А-ранга, с тяжёлым подбородком и привычкой постоянно разминать кисти рук, будто готовился к драке. Уже оправился от перевоплощения и вернулся в строй.

Рядом с ним сидела Карпова Ольга, маг воздуха А-ранга. Невысокая женщина лет тридцати пяти, с собранными в узел каштановыми волосами и цепким взглядом. Из тех, кто замечает всё и говорит мало.

Третий – Гаранин Сергей, маг воды А-ранга. Здоровый, широкоплечий, с коротким ёжиком седых волос, хотя ему было от силы сорок. Молчаливый. За всю дорогу не сказал ни слова, просто сидел, смотрел в окно.

И четвёртый – Линь Вэй, единственный полукровка в группе. Насколько я помню его историю, он сбежал из Китая лет двадцать назад. Почему? Эта информация была уже засекречена. Но в России его встретили с распростёртыми объятиями. Подозреваю, что он изначально занимался шпионажем в пользу нашей страны.

Маг земли А-ранга. Худощавый, с непроницаемым лицом и привычкой чуть наклонять голову, прежде чем заговорить.

Все смотрели в окна. Но не как туристы, любующиеся красотами. Все были насторожены, собраны. И молчали.

В отличие от моей команды, здесь никто не устраивал перепалок, не шутил, не подначивал друг друга. Даже было немного скучно. Хотя, может, они так прилично ведут себя, потому что я здесь. Стас вон тоже первое время изображал серьёзного.

Автобус сбавил скорость. Подъём стал круче, повороты были без отбойников. Справа – скала, слева – обрыв метров двести. Одно неверное движение руля – и привет, дно ущелья.

И тут автобус резко затормозил.

– Анатолий Дмитриевич, – водитель встал из-за руля. – Нужна ваша помощь, стало быть.

Андропов поднялся и подошёл к лобовому стеклу. Я – за ним. Всё-таки любопытство – мой вечный спутник.

Прямо посреди дороги зияла дыра. Провал диаметром метров пять, который уходил куда-то вглубь горы. Края оплавлены, словно от кислоты, земля вокруг – рыхлая, вывернутая, как после взрыва. Провал выходил за границы дороги, захватывая часть склона.

– М-да-а, – выдохнул Андропов, осматривая масштаб разрушений.

– Сможете нейтрализовать? – с надеждой спросил водитель.

– Смогу.

Андропов вышел из автобуса. Я остался наблюдать через лобовое стекло.

Он встал перед провалом, опустился на одно колено и положил обе ладони на землю.

Секунду ничего не происходило. Потом земля вздрогнула, как живая.

Камни, глина, щебень поднялись со дна провала и начали заполнять его, слой за слоем. Андропов работал быстро и точно – магия земли в его исполнении выглядела как ускоренная съёмка геологического процесса.

Через минуту на месте дыры лежала ровная площадка утрамбованного грунта. Не асфальт, конечно, но для автобуса хватит.

– Впечатляет, – тихо сказала Карпова, подойдя ко мне.

– Согласен, – кивнул я.

Хотя мог бы и портал создать. Но зачем, если всё и так решили без меня?

Андропов вернулся, и мы поехали дальше.

Минут через десять горы начали трястись. Мелко, но ощутимо.

– Обвал! – водитель рванул руль и прибавил газу. – Держитесь!

Я посмотрел в заднее окно. Со склона сверху летели камни. Не мелкие, а валуны размером с автомобиль. Они катились вниз с нарастающей скоростью, и было ясно, что автобус не успеет.

– Не успею перенаправить! – крикнул Андропов, уже поднимая руки.

– Вперёд! – скомандовал я водителю и открыл портал прямо перед автобусом.

Водитель не стал переспрашивать, вдавил педаль в пол. Автобус нырнул в мерцающую арку, и мир за окнами сменился. Вместо узкой дороги – другой склон, метров на пятьсот выше.

Портал захлопнулся. Секунду спустя за нами раздался грохот – обвал накрыл то место, где мы только что были.

Водитель остановился. Вцепился в руль побелевшими пальцами.

– Нам точно надо туда ехать? – спросил он наконец.

– Точно, – кивнул Андропов. – Не просто так сюда отправили двух магов S-класса.

Водитель отдышался. Сглотнул. Понял, что особого выбора здесь ни у кого нет.

– Стало быть, едем, – водитель тяжело выдохнул и снова тронулся.

– Все внимательно смотрите вокруг. Опасность может подстерегать где угодно, – напомнил команде Андропов.

– А может, порталами? – предложил водитель через пару секунд. – Так безопаснее. Вон порталов двадцать – и на месте.

Я уже открыл рот, но Андропов меня опередил:

– Это слишком расточительно. Если Глеб сейчас истратит ману, потом ему ничего не останется на бой.

– У меня её много, – парировал я. – Куда больше, чем у вас.

– А вот это мы ещё посмотрим, – Андропов покосился на меня.

Видимо, фраза его задела. Что ж, я не нарочно. Наверное.

Я щёлкнул пальцами. Портал раскрылся перед автобусом. Водитель проехал, и мы оказались ещё на один склон выше. Потом ещё один.

– Глеб, не расходуйте ману понапрасну, – уже строгим голосом сказал Андропов.

– Да, Глеб, – поддакнул ему Дружинин.

Остальные просто смотрели на меня. Осуждающе. Как на подростка, который балуется спичками. Они-то не знали, что мана у меня бесконечная, но знать им об этом необязательно.

Я улыбнулся и открыл ещё один портал.