Текст книги "Соблазнение по плану (СИ)"

Автор книги: Вероника Карпенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9

– Ты что, гвоздику хочешь к гербере? – кошусь на Аську, которая собирает букет как попало.

– Ну, да! А что? – вскидывает подруга бровь.

– А то! Что они конфликтуют! – учу её учу, а толку никакого.

Мы с Аськой сдружились. Она тоже студентка, но только журфака. И может заболтать любого.

Естественно, она сразу выведала у меня всё, и про Валеру, и про его бывшую, и про сына.

Вот только одного я ей не рассказывала... Да и никому, даже маме! О своих сомнениях насчёт нас.

– И ничего они не конфликтуют, правда же, цветики? – Аська берёт из вазы одну гвоздику и одну герберу, – Приветик, я гвоздика! А я гербера! Будем знакомы? Чмок-чмок! – изображает она их общение.

Я закатываю глаза. Ей-то что! Это же не у неё букет завянет раньше, чем положено.

Колокольчик на двери звякает. Значит, что к нам посетитель. Мы переглядываемся с Аськой. Чья очередь принимать заказ?

Но я поднимаю глаза на вошедшего и... застываю с разинутым ртом.

Это Данил. Сын Валеры.

– Ой, – вырывается у меня.

– Вы что-то хотели? – тут же включает улыбку Аська.

– Расслабься! – бросаю подруге, – Он не за цветами.

Данил ухмыляется. Оглядывается вокруг:

– Почему? Могу и купить. Только не для кого, – он многозначительно поглядывает на Аську.

А та, что ей несвойственно, краснеет и мельтешит.

– А ты купи про запас, – предлагаю я, – Будет букет, и девушка появится.

– А! Это так работает, значит? – хмыкает он и трогает пальцем открытки.

– Зачем пришёл? – перевожу я тему.

Данил одет, как и накануне, когда мы встретились с ним у подъезда бабули. И меня невольно настигают воспоминания о том, как мы кормили беременную Альму, говорили о родителях. А потом... он всё испортил.

– Да так, – виновато глядит на меня, – Просто... посмотреть хотел, как тут у вас?

Я злюсь на его отца, но вымещаю на нём. И выгляжу сейчас совершенно неприветливо.

Он прохаживается мимо уже готовых букетов, ждущих своего покупателя. Неспешным шагом подходит к столу, где я ещё не до конца собрала очередной, фантазийный букетик.

Долго смотрит на россыпь цветов рядом. А затем берёт из кучи одну веточку.

– Вербена, – называет, и попадает «пальцем в небо».

Я уверена в том, что он не мог знать заранее! Но его голос звучит на удивление уверенно.

– Ты разбираешься в цветах? Я не знала, – отбираю у него цветок. Хотя его собиралась добавить в конце.

Данил облокачивается о край стола, где прилеплены кончики лент.

– Ну, я вообще любознательный, знаешь? А цветы, – рассуждает он, трогая ленты попеременно, – Они же все разные, как люди.

– Как люди, – повторяю я эхом, и тут же вздыхаю, – Не опирайся! Испортишь тут всё.

Данил вскидывает руки ладонями вверх и выпрямляется.

– В вашем королевстве цветов лишний шаг нельзя сделать! – он усмехается.

Аська, стоящая сбоку, тихо хихикает.

– А это подруга твоя? Познакомишь? – бесцеремонно клеится он к ней.

– Я и сама могу! – обретает Аська дар речи, – Ася! – и тянет руку ему через стол.

Я кошусь на них. Кабы она не забылась и не испортила букет, флиртуя с Данилом.

– Да, точно! – отвечает на одну из его шуток улыбкой, – Хи-хи-хи! Ты смешной!

Ему кто-то пишет. И он серьёзнеет. Натягивает шапочку, которую на манер хулигана, стянул на затылок. И произносит:

– Прошу прощения, дамы! Дела зовут!

Я хмыкаю, Аська сдерживает смех. Он отвешивает нам забавный поклон и уходит. Но затем дверь открывается снова.

– Чего? – вскидываю брови.

– Нравится мне, как звенит колокольчик! – говорит Данил и несколько раз отрывает и закрывает дверь.

– Иди уже! – поторапливаю его, – Холод запускаешь!

– Как-нибудь забегу? – подмигивает он Аське.

Та улыбается и заливается краской. Чего это с ней?

Как только он уходит окончательно, подруга бросается ко мне:

– Ой, Стеш! А это тот самый? Ну, это он, да? Это сын?

Я киваю:

– Ну, да! – среди моих знакомых нет других Данилов.

– А он свободен, ты знаешь? Ну, ни с кем не встречается? – кусает губы подруга.

Я кошусь на неё с удивлением:

– Я ничего о его личной жизни не знаю и знать не хочу. Вот сама и спроси! Когда он в следующий раз... забежит.

Я улыбаюсь, а Аська мечтательно смотрит на дверь:

– Симпатичный!

– Да ну! – фыркаю громко, – Вообще не в моём вкусе.

Аська цокает:

– Со вкусом у тебя беда, это я уже давно поняла! Ну, зачем ты синюю ленту сюда? Сюда же зелёная больше подходит! – тыкает она в мой букет.

– Своим займись! И не учи учёного, – говорю я с усмешкой.

Аська принимается напевать что-то, завершая свою композицию. И вдруг изрекает:

– Слушай! А ведь это же круто, правда?

– Ты о чём? – интересуюсь я, думая, что она вернулась к тому, о чём мы говорили ещё до прихода Данила.

– Ну, я о том, что он как бы про запас! Ну, типа, если папы не станет, то останется сын, – Аська сама удивляется своему глубокомысленному изречению.

Я путаюсь в бантике...

– В смысле?

– Ну! – как ни в чём не бывало, продолжает подруга, – Твой Валера, ну, он же не молод. Типа это ему сейчас сорок пять, да? А когда тебе будет, как ему, то он уже дедушкой будет, прикинь!

Я молчу, давая понять, как мне неприятен этот разговор. Но одна из отрицательных Аськиных черт – это бесцеремонность.

– А Данил как раз будет таким, как его папа сейчас! – Аська снова мечтательно вздыхает, – Наверно, красавчиком будет?

Я, наконец, завершаю завязывать бант. Получился кривой! И ставлю букет в вазу. Затем принимаюсь нарочито серьёзно молчать и расправлять обёртку на нём.

Аськины намёки на то, что если мы даже поженимся, то я непременно останусь вдовой, надоели до чёртиков!

Вот мама, к примеру, тоже хотела с отцом жить до старости, и что? Он и до сорока не дожил! А мой Варичка ещё всем вокруг фору даст! Он у меня долгожитель, я знаю...

– Фунтик? – до Аськи наконец-то доходит, что я недовольна её разглагольствованиями, – Ну, Фунтик! Ты что, обиделась?

Называть меня Фунтиком я позволяю только ей. Точнее, не позволяю! Но запретить что-либо Аське нельзя. И моё красивое имя Стефания она превращает в Нафаню и Фунтика.

Я упорно молчу.

Аська подходит сзади и обнимает меня так, что я вздохнуть не могу.

Пытаюсь вырваться.

– Не пущу! Сначала скажи, что не дуешься?

Я молчу, и она обнимает ещё крепче.

– Аааа! – издаю мучительный стон, – Ну, не дуюсь, не дуюсь! Ладно!

Аська чмокает в щёку. И её фантазии утекают в другое, куда более мирное русло...

– Вот буду тебе делать букет свадебный, когда твой Валера замуж позовёт!

– Я тебе такую важную вещь не доверю!

– А кому доверишь?

– Сама сделаю, – бурчу под нос и невольно представляю себе, какие именно цветы положу.

Непременно белую розу! Ведь это – символ любви, искренних чувств и преданности. Белый тюльпан – это знак чистоты...

Я вынимаю вербену из вазочки. Можно, кстати, и её! Она тоже символизирует привязанность и глубокие чувства.

Вечером я у Валеры. Наш продолжительный, чувственный секс смыл из моей души все сомнения. Теперь мне даже немножечко стыдно, что я могла усомниться в нём и в том, что между нами всё серьёзно.

Я лежу у него на груди и слушаю, как гулко и размеренно бьётся его сердце. Волоски щекочут мне шею. А рука Валеры лениво блуждает по моей ещё влажной спине.

Он укрывает меня одеялом.

– Замёрзнешь, – шепчет нежно и целует в макушку.

Я закрываю глаза и хочу одного... Чтобы сердце в его широкой груди билось как можно дольше.

Но какая-то капля сомнений осталась. Иначе бы я промолчала! Однако, приподнявшись на локтях, говорю:

– Варичка?

– М? – он задумчиво улыбается. Он всегда такой после секса. Чуть ленивый, как кот, заснувший на солнышке.

– А вот... если ты вдруг поймёшь, что у тебя ко мне несерьёзно, то скажешь? – озвучив это, я понимаю, как по-идиотски звучит. Вообще, бессмыслица полная! Но слова уже сказаны.

Валера, подмяв подушку под себя, приподнимает голову.

– Не понял, – смотрит на меня, сдвинув брови, – Что за мысли такие? М?

Я опускаю глаза. И самой стыдно!

– Ты встретила кого-то? А ну, признавайся! – Варик опрокидывает меня на постель, приподняв.

Я брыкаюсь и смеюсь, когда его руки, словно на клавишах, играют на рёбрах. Ужасно боюсь щекотки!

Когда он прекращает эту пытку, я вся красная от смеха. Он тоже запыхался. И валится рядом со мной на кровать.

– Я с тобой молодею, – смеётся.

– А я становлюсь старше с тобой, – отвечаю.

– Это плохо? – хмурит он брови.

– Нет! – тут же пытаюсь ему объяснить, – Хорошо.

Я снова устраиваюсь у него подмышкой. Уютно, как в норке.

Пальцы Валеры в моих волосах...

– Котёнок, – говорит он, – Я не хочу, чтобы ты себя мучила и винила. Я понимаю, что ты молодая. Обещай! Если влюбишься, то скажешь мне об этом?

– Говорю! – отвечаю, чуть приподняв лицо, чтобы он расслышал.

– Что? – не понимает он.

– Что влюбилась.

Валера молчит. Но я слышу, как сердце его ускорило бег.

– В тебя, – добавляю с улыбкой, и прижимаюсь губами к его волосатой груди.

Глава 10

«ПС», – написано на листке бумаги.

И это не постскриптум. Это – «план соблазнения». Да, я привык действовать по плану! Когда решил подкачаться, то разработал план тренировок. Когда решил наверстать по учёбе, то разработал план занятий. Люблю планировать, в общем.

А тут без плана никак…

Но главное, не называть имён. А то мама очень любит убираться в моей комнате. И под видом уборки, шариться всюду, куда достаёт её нос.

Представляю, как бы она удивилась, если бы узнала, чем я тут занимаюсь. Планирую отбить у её бывшего мужа его новую девушку. Интересно, обрадовалась бы она? Или даже благословила меня на миссию?

«А выполнима ли она, эта миссия», – думаю я. И всё больше сомневаюсь в правильности этого решения. Но пути назад нет! Он завален камнями.

Мирослав просто сожрёт меня с потрохами, если я вдруг заявлю, что передумал. Очканул! Ссыканул. Слился, в общем! Как вода в унитазе.

Давать ему такой козырь в руки? Ну, нет! Он же весь будущий год… Да какой там год? Всю жизнь оставшуюся будет припоминать это и насмехаться.

Так и представляю себе… Вот сидим мы, два старикана. Нет, четверо! Ещё Елизар и Тёмыч. Кряхтим и попёрдываем.

И Мирослав такой, придерживая вставную челюсть трясущимися пальцами, говорит:

– А помнишь, ты ссыканул?

А я уже и не помню! И удивляюсь, как это помнит он? Ведь у меня уже давно развился склероз…

Н-да! Занесло меня куда-то…

Ну, так что там?

Пункт номер один.

«Она любит животных».

И не каких-то в целом, а конкретно одну собаку, которой скоро рожать. И что вы мне предлагаете? Усыновить щенка? Или удочерить? Или как там это называется…

Я представляю, что сделает мама, если я заявляюсь домой со щенком подмышкой. Выгонит? Вряд ли. Но орать будет точно!

В общем, этот пункт я ещё обмозгую.

Пункт номер два.

«Она любит читать».

Вот с этим труднее, чем с собаками. Ибо я читать не люблю! А что я люблю? Слушать музыку. Делать жим стоя и лёжа. Тусить с друзьями. Ввязываться в глупые споры…

Я вспоминаю название книги. Дорога цветов? Сад цветов? Не, там чё-то другое было…

Орган какой-то! Язык, точно.

Набираю в поисковой строке название. И мне высвечивает эту книжку в онлайн магазине. Я тут же узнаю облогу. Точно, она лежала у Стеши на тумбочке.

А интересно, она её прочитала? Или только собирается?

«Сколько?», – я вылупляю глаза на экран, увидев цену печатной книги. Это если сейчас книги стоят так дорого, то, сколько же я денег сэкономил родителям, если читать не люблю?

Но делать нечего. Я кладу книжку в корзину с покупками. Придётся раскошелиться ради такого случая! Скажу, что мне подарили. Мол, руки всё никак не доходили до чтения. И тут решился попробовать.

Бросаю в довесок ещё пару книг. Схожей тематики. Вдруг, пригодятся? Обменяться, к примеру, со Стешкой?

Книгочейка, блин!

Пункт номер три.

«Она любит цветы».

Ну, букетами её не удивишь, это точно! А чем ещё удивить ту, кто прётся от пестиков и тычинок? Вырастить что-нибудь самому?

Я видел у них в магазине такие цветы…

Ну, красивые, в общем!

У них ещё корни торчат во все стороны. Как же они называются?

Набираю в поисковике:

«Цветы, у которых корни торчат во все стороны».

Всезнающий поисковик выдаёт фотографии. Вот же она! Орхидея.

«Орхидеи прихотливы», – читаю.

Ну, нет! Прихотливую мне точно не надо.

Добавляю слово «неприхотливые» цветы, у которых корни торчат во все стороны».

Аспидистра, монстера, сансаверия. Кто им дал имена?

Добавляю ещё слово «самые». Сужаю поиск до минимума!

Итак, самые неприхотливые цветы с торчащими корнями.

«Одним из самых неприхотливых комнатных растений является нолина, бутылочная пальма».

Пальма – это прикольно! Можно попробовать. Уж если мама собаку мне завести не позволит, то, как минимум, пальму-то я могу завести?

Ставлю галочку возле этого пункта.

На этом мои познания Стеши закончились.

Я постукиваю карандашом по столу. И вдруг меня осеняет!

Беру смартфон и вместе с ним валюсь на кровать. Начинаю листать папину страничку в соцсети, мониторить список его друзей. Да вот же она…

Стефания Дельмар. Фига се! Так у неё ещё и фамилия будь здоров!

На страничку Стеши заходить не решаюсь. Не так, не под собственным ником. Есть у меня одна страничка…

Стыдно сказать! Создал её, чтобы за Риткой шпионить в сети. Ну, типа подкатывал к ней с левого аккаунта и наблюдал, что ответит. Было такое со мной! Особенно, в первое время.

Вот и пригодился аккаунт.

Вхожу и теперь с чистой совестью, не боясь быть узнанным, заглядываю к Стеше. Благо, что её страничка открыта.

Попав сюда, я как будто улетаю в другую реальность. И залипаю надолго…

Фоток у Стеши не так уж и много. Но они все красивые! Не специально сделанные, где она позирует. Просто какие-то живые, натуралистичные. Если бы я не знал эту девушку, то мигом бы вообразил то, какая она в реальности.

Хотя, в реальности Стеша ещё интереснее. В реальности её кудряшки постоянно в движении… А на щеках то и дело вспыхивает румянец.

«Интересно», – думаю я, листая её фотографии, – «А если их намочить, то они распрямятся?».

Тут опять меня настигает видение. Стефания в душе. И то, как я в дверную щель подглядываю за ней. Она стоит в полный рост, вполоборота к двери. И я могу видеть кусочек груди, плечи, тонкую спину, изгибы бедра.

Уф! Точно, надо с кем-то трахнуться. Сколько у меня уже нормального секса не было? С тех пор, как с Ритулей расстались.

Может, по-дружбе ей написать? Наверняка, ведь тоже ни с кем не трахается?

Но это плохая идея. Секс по-дружбе не заканчивается ничем хорошим.

На фотографиях я вижу Стешину маму. Очень приятная женщина. Такая строгая с виду. Степенная, я бы сказал!

Подруги, одну из которых я видел.

Бабуля, видимо? Та самая, у которой пирожки офигительные.

Мне почему-то так завидно. Так хочется быть причастным к этой Стешиной жизни. И даже какая-то обида берёт!

Вот если бы не отец ей встретился первым, а я? Могли бы мы сейчас встречаться с нею?

Я бы ходил с ней вместе в гости к её бабушке. И она бы угощала меня пирожками. Я бы после учёбы заходил за ней в цветочный салон и приносил ей что-нибудь вкусненькое.

И я бы тоже был здесь, на этих фотографиях. Рядом…

Стоп! А где же отец?

Я выхожу на общую страницу с фотками. Листаю вниз до конца. И не вижу его!

Интересно. Он просто не любит фотографировать? Я бы так не сказал. Или Стеша стесняется публиковать фото с ним? Или у них просто до сих пор нет совместных?

Этот факт почему-то меня успокаивает и обнадёживает. Ведь девчонки первым делом любят выставить фотки с новым парнем!

Вон, помню Ритку. У неё до сих пор остались какие-то фото меня. Столько много их было сделано…

«Ну, хватит пялиться», – приказываю себе, – «Делом займись!».

Я изучаю её страничку вдоль и поперёк. И на это уходит немало времени. Мониторю её музыкальные вкусы, пристрастия, группы, заметки. Всё, что она когда-либо публиковала. Ищу зацепки. И нахожу.

Во-первых, несколько песен бросаю себе в избранное. Надо скачать на смартфон! Вот будет круто, когда мой заиграет её любимым треком?

Во-вторых, нахожу ещё одно Стешино увлечение. Это стихи. Она сама вроде не пишет, но активно делится чужими у себя на страничке. В основном, о любви! О чём же ещё?

Я перехожу по ссылке и попадаю на сайт стихоманов. Стихотворных маньяков. Графоманов, короче! Публикующих здесь свои рифмы.

Знаю я одного…

Усмехаюсь и набираю его псевдоним. Тёмыч никому не говорит об этом своём увлечении. Стесняется! Но стихи у него зачётные. Я читал.

 
«На моих ладонях кровь,
А может, кетчуп.
В тарелке свежая морковь,
А может, свежий труп.
Никто не знает про любовь и бесконечность,
Кто верит в рай и ад, тот просто глуп…».
 

Правда, они, конечно, в основном у него такие, философские, размышлятельные. Но и о любви тоже есть! Был у него период, когда он влюблялся. А влюбляется Темыч, как правило, безответно. Тут и творчество из него прёт…

Я копирую несколько любопытных и несложных четверостиший себе в записную. Пригодятся!

Короче, что я уяснил для себя? Мы с этой девушкой разные! Как два полюса. Как кофе и чай. И ничего у нас общего нет, кроме папы. И я опять убеждаюсь, что зря…

Но попытка не пытка. В конце концов, действительно, я ничего не теряю. Это как беспроигрышная лотерея! Если я проиграю, и Стешка окажется верной, то всё отлично. Проверку на прочность прошла.

А если она не окажется верной, если поведётся на мои уловки, то…

То папе будет обидно! Но, не я, так другой. Какая разница? Значит, нет гарантии, что она не бросит его в ближайшее время. Зачем ему такая девушка?

«А мне зачем?», – размышляю.

Вот если Стешка польстится и даст. То, что тогда? Я буду с ней? Нет, лучше сдохнуть! Я даже брезгую где-то… Ну, тем, что она и отец…

В общем, вряд ли у нас что-то выгорит с ней. Даже если она в меня влюбится. Но, по заслугам получит! А я получу уважуху друзей, новые смарты. И Ритку.

Выхожу из аккаунта. Захожу в свой персональный. Нахожу Ритку среди друзей. Она меня в ЧС не добавила, как и я её. Мы же разумные люди? Мы расстались нормально.

Палец мой зависает над кнопкой «сообщение». Я долго думаю, что написать?

«Как дела?», «А не хочешь потрахаться?».

Усмехаюсь, представив, как Ритка ответит:

«Сначала девушку нужно сводить в ресторан, затем прогулять под луной, подарить ей цветы и уж после…».

«Иди ты в жопу», – напишу я.

Прогулять, подарить! Нагулялись уже…

Вон, с Мирославом гуляй. А то я ему скоро на пушечный выстрел к тебе подходить запрещу!

Закончив пререкаться сам с собой, я опять нахожу среди друзей отца, Стефанию. Нечаянно щёлкаю по её аватарке. И, сам не зная, как это вышло, оказываюсь у неё на странице…

Ну, вот! Вся операция на фиг и по боку! Прятался-прятался, и что в итоге? Сам же себя и обнаружил!

Я дышу учащённо, даже вспотел. И не знаю, что делать теперь? Просто уйти? Но она увидит, что я был в гостях. И решит, что я дебил.

Я успокаиваю себя. Ничего здесь такого нет! Я просто зашёл полюбопытствовать.

Листаю её ленту. И вижу фотографию в салоне с этой самой Аней, или как там её?

Отмечаю классом. И выдыхаю продолжительно. Как будто сделал что-то противозаконное, блин!

Ну, и хватит с неё для начала.

Покидаю страницу. Бросаю смартфон на кровать. В кончиках пальцев как будто покалывает. А мозг так взбудоражен, что меня, пожалуй, может успокоить только одно единственное.

Спрыгиваю на пол. Стягиваю худи через голову. Пару минут разминаюсь. И встаю в планку. Упражнения на выносливость всегда приводят в равновесие не только тело, но и дух.

Глава 11

Закончив писать курсовую, я зеваю и закрываю учебники. Я не привыкла скачивать из интернета готовые работы. И уж точно никогда не заказывала ни у кого! Просто мне нравится учиться, и расширять кругозор. А Варичка мой кругозор так расширил…

Я, с чувством выполненного долга, падаю на кровать и беру смартфон. Время для себя! Для соцсетей и «общения с миром».

Мир предстаёт во всех красках! Я не особенно люблю соцсети, и сижу там только из-за нашего бизнеса. Во времена интернета просто жизненно необходимо иметь не только реальный магазин, но и виртуальный.

По соцсетям поступают заказы. Например, человек, который хочет поздравить кого-нибудь в нашем городе. Но при этом живёт далеко. Просто может написать нам и заказать букетик с доставкой. Удобно, не правда ли?

Я проверяю уведомления. Кто-то заходил ко мне в гости. Машинально нажимаю на вкладку. И среди прочих имён вижу ещё одно…

Данил Куликов.

Я кусаю губу и вижу, что он не только заходил, но и даже оценил одно фото. Там, где мы с Аськой на работе.

А, ну всё ясно! Значит, Аська ему всё-таки понравилась? Немудрено! Так строила глазки…

Решаю ему написать. Взять на себя роль сводницы. И мысли уносят меня далеко…

Я уже представляю себя подружкой невесты. Как здорово будет, если мы с Варичкой поженимся, а его сын женится на моей подруге. И мы с Аськой породнимся! И бизнес наш будет уже целиком семейным.

Я представляю Аську в свадебном платье. И Данила с нею рядом…

Но, если с Аськой всё ясно, то Данил почему-то упорно предстаёт в моих видениях одетым в худи и джинсы. Я изо всех сил пытаюсь напялить на него костюм. Но не выходит! Наверное, просто дело в том, что я и представить себе не могу Данила в костюме?

«Привет!», – пишу ему в чате, – «Не хочешь пригласить на свидание мою подругу? Подозреваю, что она будет не против».

Отправляю и, затаив дыхание, жду.

Данил пишет практически сразу. Три точки в его чате повествуют о том, что размышляет, прежде, чем отправить ответ.

«Подумай, подумай», – подначиваю я.

«Привет! А с чего ты взяла, что я этого хочу?», – приходит от него.

Я в недоумении. И тут же набираю ответное сообщение:

«С того, что ты класснул нашу с ней фотку. Ну, и вообще».

«Что, вообще?», – он подмигивает мне смайликом.

«Это ты мне скажи, что?», – я начинаю злиться.

Но пишу ему совершенно в нейтральном тоне.

«Ну, мне кажется, вы – идеальная пара», – узакониваю их союз.

«Серьёзно?», – смеётся Данил, – «И с чего ты так решила?».

«Как минимум с того, что вы – разнополые», – я тоже посылаю ему смайлик.

Он оценивает мою шутку и присылает сразу три!

«А ещё?», – требует он подробностей.

«Ну, вы вроде как друг другу понравились. Мне так показалось», – пишу.

И снова три точки, которые на этот раз висят в чате особенно долго.

«Тебе показалось», – пишет он, – «Нет, она классная! Просто…».

«Что?», – теперь уже мне становится любопытно.

Сейчас напишет, что не в его вкусе? Наверное, привык к другим девчонкам? Крутым, чтобы в модных шмотках и с гонором?

«Просто я недавно расстался с девушкой, ещё не готов к новым отношениям», – удивляет меня Данил.

«Ого!», – пишу ему, – «Вы долго встречались?».

«Со школы», – отвечает он.

Я посылаю ему стикер с глазами навыкате.

«Вот это да! Маленькая жизнь. А чего расстались?», – наглею окончательно.

Но Данилу, кажется, всё равно на моё любопытство.

«Ну, мы решили, что слишком рано ещё делать окончательный выбор. Мы типа знаешь, стали как такие парочки, которые встречаются просто по привычке. Потом женятся, заводят детей. А потом лет в сорок жалеют о том, что сделали это и разводятся», – рассуждает он, и добавляет совершенно неожиданно, – «Как мои родители».

Я даже не знаю, что ответить. От волнения меня пробирает дрожь.

«Ну, не у всех же так? Может быть, вы были бы исключением?».

«Это вряд ли», – улыбается он грустно.

И мне хочется его как-то утешить.

«Тогда тебе тем более нужно с кем-то встретиться и пообщаться. Чтобы скорее прийти в себя», – пишу.

«Ну, я подумаю. С одной стороны надо, а с другой… я боюсь привязанностей. Расставаться это больно, даже если не любишь».

Я сажусь на кровати и поджимаю колени к груди. А ты глубже, чем я думала, Куликов Данил Валерьевич!

Кусаю губу. Это как партия в шахматы. Каждая новая фраза может замкнуть его откровения, а может выдать ещё что-нибудь. И я долго и тщательно размышляю над тем, что бы такого ему написать…

Пожалуй, откровение за откровение?

«А вот я ещё ни с кем не расставалась», – пишу и посылаю смущённый смайлик.

«Новичок?», – показывает большой палец Данил, – «Всё впереди».

«Ты так думаешь?», – с сомнением уточняю.

«Ну, а ты как думала, детка? Это жизнь», – он подмигивает мне.

Можно подумать! Тоже мне, гуру нашёлся!

«Ну, вообще-то я рассчитывала избежать некоторых её аспектов», – пишу деловито.

К слову, мои родители тоже поженились достаточно рано. Но могли бы жить долго и счастливо, и по сей день! Если бы не…

Я неожиданно всё понимаю. И дыхание сбивается!

Господи, ведь мы же повторяем судьбы своих родителей? Ну, точно! У Данила родители развелись, и он чуть не пошёл по их стопам, связав свою жизнь с нелюбимой.

А у меня, хоть родители и любили друг друга, но мама слишком рано стала вдовой. Неужели? О, нет…

Мне вспоминаются фантазии Аськи о том, что Данил сможет занять место папы, когда того не станет. Нет, ну это вообще полный бред! Даже думать об этом не хочется…

«А ты стихи любишь? Сама пишешь что-нибудь?», – неожиданно интересуется он.

Я перестаю думать о всякой чепухе, и возвращаюсь к переписке.

«Да, очень уважаю поэзию. Но у самой не получается! Пробовала пару раз, какая-то фигня выходит. Даже зачитывать стыдно», – я опять отправляю смущённую рожицу.

Он улыбается мне в ответ и жмёт руку эмодзи.

«Коллега», – пишет.

«Ты тоже пишешь?», – не могу не спросить.

«Так, бывает иногда», – отвечает Данил.

Звучит интригующе!

«Прочитай что-нибудь! Ну, в смысле, пришли?», – прошу.

«Не», – стесняется он.

«Ну, пожалуйста! Я не буду смеяться», – обещаю.

Он долго молчит. Неужели выключился? Ну, что, довольна? Доконала его своим любопытством?

Однако три точки в чате появляются снова. Я с нетерпением жду…

Приходит стих.

 
«На моих ладонях кровь,
А может, кетчуп.
В тарелке свежая морковь,
А может, свежий труп.
Никто не знает про любовь и бесконечность,
Кто верит в рай и ад, тот просто глуп.
Я разучился понимать, и не вникаю,
Мне из-за спин чужих не видно всё равно,
А если спрашивают, я киваю,
Проглатывая многочисленные «но»…
 

Данил добавляет вдогонку:

«Но это ещё неоконченный, свежий».

Я прочитываю стихотворение несколько раз. И не верю глазам! Так глубокомысленно и так многозначительно. Как-то печально, но в то же время с ноткой протеста, которая явно звучит между строк.

«Ну? Чё скажешь?», – торопит он.

«Это…», – я даже не могу найти слов, – «Это круто!».

«Тебе, правда, понравилось? А мне кажется, байда какая-то», – скромничает он, напрашиваясь на комплименты.

А я не скуплюсь:

«Ты что? Это супер! Я в восторге просто. Такой философский стих получается. Ты обязательно его допиши. А есть ещё что-нибудь?», – пишу.

Данил подмигивает мне:

«Не всё сразу».

Вот же…

Распалил любопытство и бросил!

«Теперь твоя очередь», – пишет.

«Что?», – не понимаю я, всё ещё находясь под впечатлением от его стиха.

«Твоя очередь показывать свои стихи».

«Нет!», – отрицаю.

«Ну, так не пойдёт», – обижается он.

«Ну, они совсем не такие, как у тебя. Они глупые, детские», – я посылаю целую кучу смущённых смайликов.

«Давай!», – просит он.

Закатив глаза, и понимая, что это действительно не честно с моей стороны, я ныряю в свои «дневники» и листаю, в попытках найти хотя бы что-то более менее нормальное.

 
«Мне в радости снов забыться,
Чтоб пальцами чувствовать лето,
Где зиму проводят птицы,
Где кожа лучами согрета.
А дальше – песок сквозь пальцы,
И привкус солёного зноя.
Волну догонять, целоваться,
С тобою, и только с тобою…»
 

Выбираю одно.

Закрыв глаза, нажимаю отправить. Свои стихи, если честно, я пока никому не показывала. Даже Варику! Стеснительно как-то. И вот если бы Данил не показал мне свой первым, то и не решилась бы.

Он читает и посылает мне стикер с цветочком.

«Браво!».

«Да, ну», – смущаюсь.

«Не, правда! Класс! Так просто, но в простоте сила», – пишет он, чем окончательно вгоняет меня в краску.

Как хорошо, что он меня не видит сейчас. Я красная, как помидор!

Я хочу ответить ему что-нибудь, но в этот момент мой смартфон начинает звонить.

Я пугаюсь до чёртиков! Это Валера.

Его лицо смотрит на меня с экрана, а смартфон вибрирует в руках.

Казалось бы, какая нелепость! Ну, переписывалась я с его сыном. Ну, и что такого? Ведь мы ж ничего такого друг другу не писали? Вообще-то всё началось с того, что я собиралась «пристроить» подругу. А превратилось в обмен стихами.

Но мне почему-то так страшно и совестно! И первая глупая мысль: «Варик в курсе». Он каким-то образом увидел, понял, почувствовал, и позвонил…

И вот сейчас он скажет мне:

– Стефания, я всё знаю!

А мне не останется ничего, кроме как признать свою вину. Целиком и полностью.

Я беру трубку. Но голос Валеры совсем не суровый, а нежный.

– Котёнок? Котёнок! – ласкает он слух. И сердце как в коконе…

– Мурррр! – отзываюсь привычно и ложусь на кровать.

– Ну, как там мой котёнок? – интересуется он, – Уже лапки помыл?

– Лапки мытые, – улыбаюсь и дёргаю ступнями, представляя, как Валера их щекочет.

– Что делаешь? Учишься допоздна? – его спокойный голос проникает в меня, как ручей.

– Ага, только вот курсовую дописала, теперь валяюсь, – говорю.

– Жалко меня рядышком нет, – сетует Варичка, – Я бы тебя обнял, в шейку поцеловал.

– М-м-м, мур-мур-мур! – наслаждаюсь.

– Завтра заеду за тобой после учёбы?

– Да, буду ждать, – обещаю.

Мы целуемся и желаем друг другу приятных снов. Мы всегда созваниваемся перед сном, чтобы узнать, как прошёл наш день и услышать голос друг друга. И каждое утро моё начинается с сообщения Варику. И с его ответного, со смайликом.

Какое-то время я лежу, мечтательно глядя в потолок. Позабытое стихотворение разбудило во мне мечты! И я мечтаю, как однажды мы с Валерой непременно вместе поедем на море. И будем там купаться в синих волнах, загорать и целоваться до умопомрачения…

Вспоминаю про Данила, которому я так и не ответила.

В окошке набора сообщений так и висит моё неотправленное: «Ну, я бы слегка усложнила его, если честно» и смайлик.

Стираю его. И пишу.

«Спасибо, я рада, что тебе понравилось». Пожалуй, на этом нашу переписку стоит считать оконченной. Нехорошо это всё-таки! Это всё равно, как если бы Варик переписывался у меня за спиной с моей мамой…

Мне становится смешно! И фантазия тут же начинает воображать, что такого они могли бы написать друг другу. И как я вдруг застукала их за общением.

Например, обсуждали цветы? Или обменивались рецептами лазаньи. Варик, кстати, чудесно готовит!

А ещё хуже, вспоминали бы какие-нибудь подробности из юности. Ведь у них же много общих воспоминаний? Кумиры, фильмы и всякое разное…

Это у нас с ним, почти ничего.

«Но тем интереснее!», – убеждаю себя. Ведь какой интерес, общаться с тем, кто слушал те же песни, вырос на тех же фильмах, что и ты?

Интерес в открывании нового! И тут уж нам с Варичкой просто нет равных.