Текст книги "Беспощадный дикарь (СИ)"
Автор книги: Вероника Идэн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)
21
МЭЙЗИ
Пропустить церемонию вручения дипломов ради поисков Фокса – и наверняка разозлить родителей, если Холден не сможет придумать уважительную причину, почему меня не будет на вручении диплома, – в теории все хорошо.
А на практике?
Я понятия не имею, как мне его найти. Достаточно сложно выследить, знает ли он, что за ним следят, или нет – он хорошо заметает следы. Если бы я не спряталась в Charger, я бы никогда его не вычислила. Мои пальцы отбивают ритм на руле машины Холдена, пока я несколько минут бесцельно еду по холмам по извилистой дороге у подножия гор.
Ты можешь это понять. Подумай. Куда бы он отправился искать кусочки головоломки, которые нужны, чтобы доказать, что его родителей убили?
Лаборатория Нексус. Это лучшее, с чего я могу пока начать, учитывая то, что Фокс показал в своем гараже, когда мы были детьми.
По пути в фармацевтическую компанию, где мама сейчас занимает высший пост, мой телефон пикает от текстового уведомления. На экране консоли в приборной панели появляется сообщение от неизвестного номера и я нахмуриваю брови. Может быть, дело в том, что я знаю, что Фокс пытается доказать, что его семья была убита, а может быть, в том, что адреналин все еще бурлит от решения покинуть церемонию вручения дипломов, но случайное сообщение с неизвестного номера заставляет желудок вздрагивать от подозрений.
Как только проезжаю на красный свет, я достаю свой телефон из подстаканника и проверяю его.
Неизвестный: 1207 Rolling Rock Drive, Риджвью, Колорадо 80304.
– Ха.
Это адрес не лаборатории Нексус. Это в противоположном направлении, на другом конце города, в районе грузоперевозок, где полно складов и мало что еще. Это номер Фокса? Должен быть. Я задыхаюсь, в голову приходит ужасная мысль, что он может быть в беде, и это его способ попросить меня о помощи.
Когда я ввожу адрес в GPS-навигатор на машине Холдена, в плечах поселяется яростная решимость. Я иду, Фокс.
Первое, что замечаю, когда подъезжаю, – это то, что я не вижу ни его Charger, ни его мотоцикла. Но внедорожник, выглядящий точно так же, как тот, что преследовал нас в день встречи Фокса с Ланой, уже здесь, вместе с целым парком подходящих машин.
Надеюсь, что это Фокс нашел их, а не наоборот, поскольку они не оказались такими уж открытыми для дружеской беседы, когда пытались сбить нас с дороги. Но понятия не имею, как ему удалось обнаружить этих парней, когда я не видела никаких опознавательных номеров во время погони. Я останавливаю машину на свободном месте и смотрю вниз на наряд, который на мне – еще один из маминых дизайнерских нарядов, в сочетании с моим сдержанным бунтарским пренебрежением к ношению трусов или лифчика.
– Просто буду держаться и надеяться на лучшее, – бормочу я, выходя из машины.
Склад находится в уединенном месте, на полосе без выходов, и поблизости нет других магазинов. Я не часто бываю в этой части города, но слежу за вереницей внедорожников за углом. Восемнадцатиколесная машина припарковывается к открытой двери, и вижу Фокса. Мои шаги замедляются, когда я направляюсь к нему и человеку с планшетом, с которым он разговаривает.
Он замечает меня еще до того, как подхожу к ним, и глаза сужаются к углам. Горячие и холодные мурашки пробегают по моей коже, и я подавляю дрожь от интенсивности его взгляда.
На нем нет его обычной кожаной куртки, рваных черных джинсов или тяжелых боевых ботинок. Вместо этого он одет в строгий костюм, и это отвлекает внимание, потому что выглядит сексуально. В моем животе разливается тепло, и я не могу решить, какой он мне больше нравится – грубый и шершавый или чистый, с греховной гранью, скрывающейся под его жесткими голубыми глазами.
Я скольжу взглядом между ним и работником склада, натянув свою самую яркую улыбку. Старший парень, кажется, настороженно смотрит, несмотря на мое красивое платье, и слегка хмурится, когда я протягиваю руку. Это совсем не мой мир, но не позволю этому остановить меня, если это поможет доказать, что Уайлдеры были убиты.
– Эй! Я М…
Фокс вдыхает воздух и делает небольшой шаг вперед. Это неуловимое движение, но я улавливаю его и поправляю себя.
– Милли. Стажер, – добавляю я, заметив бейдж лаборатории Нексус, прикрепленный к его куртке. Парень с планшетом поднимает бровь и я делаю жест большим пальцем в сторону Фокса. – Извините, я опоздала. Они продолжают посылать меня на кофе, когда я должна была быть прикомандирована к отделу, чтобы узнать о нем.
Фокс слегка расслабляется, но все еще напряжен. – Точно, забыл упомянуть о ней, когда звонил, чтобы договориться о встрече. – Он делает паузу и бросает на меня оценивающий взгляд, который, кажется, попадает прямо мне в душу. – Она новичок во всем этом.
Я чуть не смеюсь, но останавливаю себя, сохраняя дружелюбную улыбку на месте, поскольку вживаюсь в роль нетерпеливого стажера. Парень с планшетом пожимает мне руку, затем поглаживает подстриженную щетину, растущую вокруг его рта.
– Вы говорили, – подсказывает он.
– Высшие чины хотят перепроверить и укрепить связь между отделами, – говорит Фокс. – Я здесь, чтобы проверить это и подтвердить поставки через каждую дистрибьюторскую сеть.
Пока они разговаривают, я позволяю половине своего внимания перемещаться по складу. Здесь не на что смотреть, лишь несколько сотрудников копошатся вокруг, упаковывая коробки и перевозя их на погрузчиках в грузовик, ожидающий у дверей отсека. Повсюду висит логотип лаборатории Нексус, и понимаю, что это склад для отгрузки продукции компании. Это первый раз, когда я побывала на одном из других объектов компании. Обычно я хожу только в мамин угловой офис в элегантном здании, расположенном у подножия гор, но что-то беспокоит, пока я все рассматриваю.
Количество товаров отличается от того, что я ожидала. На большинстве коробок одинаковая этикетка, обозначающая синтетический опиоид, а не сорт. Компания должна быть одним из ведущих фармацевтических производителей в стране, так зачем им производить такое большое количество одного и того же? И если это отдел отгрузки, то не должно ли здесь быть что-то большее, чем скудное оборудование и горстка сотрудников? Все это странно.
– Раньше таких проблем не возникало, – говорит парень постарше. – Насколько я знаю, компании это нравится.
Я бросаю взгляд между скелетной командой экспедиторов и количеством коробок, полных синтетических наркотиков, которые складывают в грузовик. Не может быть такого большого спроса только на один наркотик, когда они должны производить все виды.
Фокс поднимает руки с кривой улыбкой, от которой у меня слабеют колени. – Не стреляй в гонца, я просто делаю свою работу, как и ты, парень.
– Верно. Ладно, идите сюда.
Он проводит нас через процедуру, которой они следуют на складе, и показывает Фоксу планшет, чтобы мы могли сверить его с тем, что у Фокса есть в списке на телефоне. Большая часть груза направляется в одни и те же два места – адрес на западном побережье и на северо-востоке. Это кажется неправильным. Хотелось бы мне знать больше о маминой работе, чтобы понять, есть ли в этих местах медицинские компании, которые могли бы заказать такое большое количество одного и того же препарата.
– Итак, как видите, – говорит менеджер, хлопая по своему планшету. – Все в порядке.
– Верно, – соглашается Фокс. – Спасибо за сотрудничество.
Он подталкивает в спину, и мы направляемся к двери отсека. Менеджер останавливает нас, прежде чем мы успеваем выйти.
– Для какого отдела, вы сказали, это было? Мне нужно записать это в журнал. Протокол и все такое, вы же знаете, какие они.
Фокс почти не реагирует, но я застываю, думая, что мы попались. Он спокойно предлагает свой пропуск, чтобы парень скопировал информацию в свой буфер обмена. Что бы там ни было, менеджер успокаивается и отправляет нас дальше.
– Спасибо за сотрудничество, – говорит Фокс.
Мои мысли скачут, пока я пытаюсь решить головоломку. Что на самом деле задумала лаборатория Нексус? Разве не незаконно наводнять рынок таким количеством одного препарата? Существуют нормы, по которым им разрешено производить, я в этом уверена.
Если эти огромные поставки вообще попадают на легальный рынок, то есть. Мне не нравится эта мысль, как только она приходит в голову.
Фокс хватает меня за локоть и выводит наружу, его хватка тверда и непреклонна. Он не замедляет своих длинных шагов и наполовину тащит, наполовину несет меня за дверь и за угол, за груду паллет с товаром.
– Какого черта ты здесь делаешь? – требует он сквозь стиснутые зубы, отбросив холодный и собранный вид.
– Пришла помочь и адрес прислали на мой телефон… Я уже собирался пропустить церемонию вручения дипломов, чтобы найти тебя, но подумала, что это значит, что тебе нужна.
– Нуждался в тебе? – Фокс провел пальцами по волосам и ткнул пальцем в сторону здания. – Ты почти раскрыла мое прикрытие.
Я скрещиваю руки и хмурюсь, оглядывая его с ног до головы. – Которое в лучшем случае выглядит хлипким. – Щелкаю по его значку. – Это не похоже на подделку, даже если бы это было законно. Как ты вообще его получил?
Он что-то ворчит себе под нос и щиплет переносицу, игнорируя мой вопрос. – Как, блядь, ты вообще сюда попал?
– Адрес прислали на мой телефон, я же тебе говорила. – Я показываю ему текст. – Ты не дал мне свой номер, но, когда отправил, поняла, что это ты.
– Ты думала… – Он прерывается с проклятием, искажает лицо, глядя на меня через плечо. – Я убью Кольта за то, что он привел тебя сюда, я сказал прекратить слежку, – бормочет он. Понятия не имею, о чем или о ком он говорит. Вернув свое внимание, он качает головой. – Я не посылал за тобой, Мэйзи. Ты не можешь помочь.
– Черта с два не могу. А я хочу.
Стоя на своем, молча бросаю вызов, чтобы он сказал, что я могу и чего не могу делать. С меня хватит играть по правилам и делать то, чего от меня ждут.
Фокс выдыхает, окидывая меня тем же взглядом, что и я его. Вот только глаза скользят по моему телу гораздо медленнее, на мгновение задерживаясь на груди, прежде чем снова встретиться с моим взглядом. Его голова дергается от силы его фырканья.
– Всегда такая чертовски упрямая.
Каким-то образом он говорит об этом так, как будто эта черта его задевает и одновременно заставляет любить меня.
– Тебе не следует быть здесь. Он потирает рот. – Я не могу позволить тебе быть вовлеченной в это.
– Ты не можешь сделать все это в одиночку, – рассуждаю я. – Знаю, ты сказал, что мы не можем быть друзьями, но я хочу помочь. Две головы будут лучше, чем одна.
Похоже, он бормочет, что у него уже есть дополнительная голова, но продолжает смотреть пристальным взглядом, работая челюстью, пока обдумывает мое предложение. Я должна подсластить его, чтобы он увидел, как сильно мне это нужно, так же как и ему.
– Со мной у тебя будет больше доступа. У меня есть отчет о происшествии с той ночи, когда твои родители… – Я прервалась, не желая говорить об этом. Во мне шевелится боль от печали по младшей сестре, которую он так и не встретил. Облизав губы, я продолжаю. – Послушай, помощь тебе – это единственный способ искупить вину за нарушенное обещание. Ты позволишь мне?
Тени в его глазах убивают. Как только импульс охватывает меня, я делаю шаг, приближая наши тела друг к другу, слегка касаюсь его точеной челюсти и приподнимаюсь на носочках, чтобы поцеловать.
Фокс позволяет это, издавая низкий гул, когда мои губы скользят по его губам. Он не пускает внутрь, и я начинаю отстраняться, но тут он обхватывает за талию и обрушивает на меня свой ураган. Сердце поет, когда я ударяюсь спиной о стену склада, когда он захватывает мой рот глубоким поцелуем, который захватывает своей собственнической силой.
На этот раз, когда я отстраняюсь, губы распухли, стали нежными и тени рассеялись.
Мы смотрим друг на друга, а его большой палец двигается взад-вперед на моей талии. Вздохнув, он прижимается лбом к моему. – Ты еще многого не знаешь.
– Так расскажи мне, не отталкивай снова. Впусти меня.
Горло Фокса с трудом сглатывает. – Ты так сильно хочешь помочь? Отлично, – пробормотал он смиренно. – Просто помни – ты сама попросил об этом.
22
ФОКС
Продолжать поиски правды с Мэйзи на моей стороне не входило в планы, но она все делает по-своему. Я почти смеюсь, потому что мне следовало бы знать лучше, чем пытаться контролировать ее свободную натуру. Мэйзи управляет только ее дикое сердце.
Покинув склад, я привел ее к месту, где была припрятана машина ее брата. Как только она скользнула на пассажирское сиденье Charger, я крепче вцепился в руль, поскольку мои мысли вернулись к тому времени, когда она в последний раз была в машине. Мы едем в закусочную рядом с шоссе, где хочу устроить встречу, детали которой перехватил Кольт.
Всю дорогу она держала окно опущенным, а рука свисала, чтобы покатать рукой волны теплого воздуха. Не раз мое внимание привлекал старый кожаный браслет, который она носит, тот самый, с камнями, который я ей подарил. Она до сих пор никогда его не снимает.
– Никогда раньше не была в засаде, – говорит Мэйзи после того, как мы припарковались на стоянке в течение двадцати минут. Она роется в бардачке. – Мы должны были остановиться, чтобы перекусить.
Я провожу языком по зубам. – Для слежки обычно требуется тишина и сосредоточенность. – Жестом руки, лежащей на руле, указываю на цель. – Так что держи эти красивые губки на замке, пока я не нашел способ заставить тебя замолчать.
Мэйзи бросает взгляд, полный жара от моей угрозы, и я сдерживаю стон. Боже, это пытка после стольких дней, проведенных вдали от нее. Слабый аромат сладкого кокоса на ее коже убивает.
– Ладно, ворчун. – Нетерпеливо фыркнув она опускается на сиденье и упирается одной ногой в дверь, чтобы устроиться поудобнее. – Тебе не нужно быть таким властным.
– Тебе не нужно помогать, – напоминаю я ей, пытаясь найти что-нибудь, чтобы отвлечься от любования длиной ее подтянутых ног, когда подол платья поднимается выше от ее положения. – Ты здесь только потому, что я разрешаю.
Впустить ее – это, наверное, моя худшая идея в жизни.
После того, что Мэйзи сказала на складе, я подумал, что поступал неправильно, отталкивая. Она должна узнать правду о своих родителях. Кроме того, держа ее рядом, я смогу присматривать и она будет либо активом, который смогу использовать против родителей, либо, если она предпочтет их мне, я буду знать об этом, прежде чем она снова предаст.
Мой взгляд в третий раз за пять минут переходит на нее, вместо того, чтобы сосредоточиться, и я прикусываю внутреннюю сторону щеки. Если она еще больше ссутулится, я смогу заглянуть прямо под платье. Меня обдало жаром. Чертова маленькая искусительница…
Мэйзи притягивает меня с сумасшедшей силой, созданной из ткани вселенной. Я провожу зубами по нижней губе и едва заметно оглядываю ее, гадая, не оставляет ли привычка обходиться без нижнего белья ее киску голой под этим платьем. В последний раз, когда она была у меня в машине, я не мог остановить фантазии, и сейчас они снова в силе, поскольку возбуждение нарастает, затуманивая голову жаждой, чтобы она скакала на моем члене, пока не закричит от желания.
На этот раз желание стало еще более сильным, поскольку она снова ворвалась в мою жизнь, требуя помощи после того, как я держал ее на расстоянии. Она не отпускает меня, и это делает с сердцем такое, что оно крутится вокруг себя и сильно бьется.
Выдохнув, я кладу руку на рычаг переключения передач между нами и едва касаюсь пальцами ее гладкого бедра, борясь с желанием перетащить ее через центральную консоль к себе на колени, где мог бы поцеловать.
Через пару минут она устраивается на своем сиденье, придвигаясь ближе ко мне, пока осматривает местность, которую мы обследуем. – Так что мы будем искать?
– Мне сообщили, что сегодня здесь состоится встреча. Я не знаю, с кем, так что готов ко всему. Кто бы это ни был, я задокументирую это.
– Круто, поняла.
Я думаю о том, как опасно тыкать спящего медведя, пока охочусь за правдой, но она только еще раз докажет, что у меня ноль шансов оградить ее от всего этого.
– Когда собрание закончится, я хочу, чтобы ты постаралась скрыться из виду. Понятно?
Она смотрит на меня. – Почему?
– Ты знаешь почему, – пробормотал я, сжимая кулаки и она вопросительно поднимает брови, и я вздыхаю. – Чтобы скрыть твое лицо. Это защитит тебя, если нас заметят. Я менее узнаваем в этом костюме, но не буду рисковать, что кто-нибудь узнает тебя и свяжет твое лицо с родителями.
– Хорошо. – Она смотрит на меня и кладет руку мне на ногу. – Мы сделаем это вместе. Ты и я, как это всегда должно быть.
Я смотрю на нее краем глаза, упираясь локтем в окно и проводя большим пальцем по губам. – Да.
Во мне поселилась глубокая правда. Мне не следовало винить Мэйзи. Тогда мы были просто детьми. Выдох, который делаю, словно вытягивает последние остатки многолетней обиды, оставляя меня более легким и менее окутанным столь сильной болью.
В машине снова становится тихо, и мы устраиваемся в ожидании. Я коротаю минуты, прокручивая в голове все, что мне удалось узнать на данный момент. Авария была скрыта, а Ричарду Лэндри помогла его новая должность начальника полиции. Через несколько недель Жаклин Лэндри стала генеральным директором. Оба они стали богаче, а Нексус лаборатория за последнее десятилетие выросла из небольшой региональной лаборатории в одного из ведущих поставщиков в стране.
Дыхание Мэйзи замедляется, ее голова опускается и через несколько минут ударяется о мое плечо. Она спит. Я замираю на мгновение, затем меняю положение, чтобы лучше поддерживать ее голову, она будет жаловаться, если шея от такого засыпания. Ее цветочно – кокосовый аромат обволакивает меня так же, как объятия прошлой ночью, заставляя губы подрагивать от желания улыбнуться.
На этот раз вместо того, чтобы отвлекать, я чувствую себя сосредоточенным, словно она – путеводная звезда. Я смотрю, как она спит, в течение минуты, затем переключаю свое внимание на ожидание встречи.
Некоторое время нет никакой активности, затем подъезжают две машины и я осторожно поворачиваюсь, не сбрасывая Мэйзи с плеча. Удивление пронзает меня насквозь. Первого мужчину я не узнаю. Это крупный, злобный парень с бочкообразной грудью и густыми волосами в дешевом костюме. Второй – Ричард Лэндри.
Разве он не должен быть с семьей Мэйзи? Я проверяю время и думаю, что церемония вручения дипломов закончилась.
Ричард взволнован, руки резко дергаются, когда разговаривает с человеком, с которым встречается. Когда они подходят ближе друг к другу, происходит быстрый обмен чем-то. Вероятно, деньги. И я застал его за получением взятки.
Используя свой телефон, я незаметно записываю все происходящее. Кольт получит запись и проанализирует на своей системе для меня. Вместо того чтобы уйти, как только все закончится, жду, позволяя себе снова наблюдать за ней, ее губы приоткрываются, и я хочу проследить за ними. Не в силах удержаться, ласкаю щеку, стараясь не разбудить.
– Мм, прости, – хриплым шепотом говорит Мэйзи, когда вскоре после этого приходит в себя. – Не хотела засыпать.
– Все в порядке. Я получил то, что было нужно, пока тебя не было.
– Правда? – Она садится, унося с собой тепло и комфортный вес. Мне приходится сдерживать себя, чтобы не притянуть ее голову обратно к плечу. Ее выражение лица искажается в очаровательную гримасу. – Блин, я не хотела пропустить. Это полностью разрушает репутацию крутой малышки, над которой работаю. У меня есть работа под прикрытием, но я подавилась слежкой.
Я фыркнул. – Да, с такими навыками ты определенно готова к борьбе с коррупцией.
Колтон был бы в восторге от нее. Впервые за все время я представляю, каково это – познакомить моего приемного брата с моей ромашкой. Это вызывает улыбку на лице, когда я завожу двигатель и выезжаю на дорогу. Рука Мэйзи снова вылетает в окно, обжигая воздух, пока набираю скорость и мчусь по извилистой дороге.
Не раз внимание переключается на нее, кажется, что она довольна рукой и волосами, развевающимися на ветру. Именно в такие моменты я вижу девушку, которая держала мое сердце в своих маленьких ручках, когда мы были детьми.
– Ты помнишь Калифорнию? Когда мы ездили в отпуск? – спрашивает она после короткого периода мирной тишины. Я хмыкаю в ответ, бросая на нее любопытный взгляд. Ее внимание сосредоточено на руке, выражение лица отстраненное и с оттенком грусти. – Это была такая хорошая поездка. У меня до сих пор хранятся ракушки и камни, которые мы собирали. Помнишь, как превратила камни, которые ты выбрал для меня, вот в это? – Она показывает запястье с кожаным браслетом. – Я скучаю по океану.
Татуированная грудь пронзает та же боль, что и у меня. – Я тоже.
– Скучаешь? – В ее голосе есть какая-то нотка, которая зажигает во мне огонь.
Облизывая губы, когда чувствую на себе взгляд, я кладу руку на руль и с готовностью открываюсь кому-то впервые за много лет.
– Когда жил в Торн-Пойнте на восточном побережье, там была бухта, куда я отправлялся, когда не мог уснуть. Украл машину своего приемного брата, чтобы добраться до нее, и он меня поймал. – Я смеюсь при воспоминании о том, как Кольт прищурился на меня и назвал маленьким придурком. – Он разрешил мне брать ее, когда я захочу, после того, как увидел кошмарный взгляд в моих глазах.
– Кошмары?
– Да, они приходят и уходят, обычно около годовщины, но поездка в ту бухту помогла. Я скучаю по соленому воздуху на своей коже. Так сильно, что я сделала там татуировку.
Мэйзи наклоняется ко мне. – Точно! Я планировала эту поездку. Хочу посетить как можно больше национальных парков между этим городом и западным побережьем. Собираюсь заниматься йогой на рассвете в каждом из них и по-настоящему соединиться с природой.
Пока она объясняет, меня охватывает ностальгия, я вспоминаю, сколько часов мы проводили, изучая дорожные карты и составляя планы приключений, в которые отправимся. Это были я и она, готовые покорить весь мир. Все наши мечты переплетались, и мы не знали, где заканчивается ее и начинается моя. Мы были так близки.
Я улыбаюсь. – Ты наконец-то принимаешь это. Я помню, как это было важно для тебя.
– Да. – Она прикусывает губу в улыбке, лесные глаза яркие. – Пока еще нет. Сначала помогу тебе, а потом отправлюсь в путь.
Когда возникает импульс нажать на газ, я следую ему, переключаю передачу и открываю двигатель. Мэйзи вскрикивает, когда ее спина ударяется о сиденье, а затем вскидывает руки вверх. Видно, что возбуждение пронизывает все тело, такое же живое, как и она сама. Она ударяется о крышу и издает вопль, пока я делаю вираж.
Мы едем так, пока не попадаем на более короткие дороги, которые огибают валуны, усеивающие холмы.
– Ты не дашь мне еще раз прокатиться на мотоцикле твоего отца? Мне это нравилось.
Воздух застревает у меня в горле. – Ты знала, что это был его мотоцикл? Не просто Harley той же модели, а именно его?
– Да, я бы узнала его где угодно. Раньше ты его боготворил. – Ее улыбка смягчается. – Рада, что он у тебя.
– Его было трудно найти.
Наступает тишина, в которой мы оба находимся.
– Мне жаль, что ты так долго был один, я бы хотела, чтобы тебе никогда не пришлось уезжать отсюда. – Она откидывает волосы с лица и смотрит на свои колени. – Я скучала по тебе каждый день.
– Я не всегда был один, – признаю, горло сжимается от боли в ее тоне. – Долгое время мне казалось, что все, что у меня есть, – это я. Моя жизнь пошла наперекосяк, но не каждая ее секунда была плохой. Приемная система не была добра ко мне, мое прошлое преследовало меня, как дурной запах. – Я сжимаю руль. – Большинство семей боялись меня.
– Почему?
– Я все время был таким злым, дрался со всеми, с кем мог. – Сжимаю зубы, затем расслабляюсь, когда она протягивает, чтобы взять меня за руку. – Только когда было пятнадцать лет, Дюпоны взяли меня к себе, после того, как меня так часто подбрасывали. Тогда все, наконец, стало налаживаться.
– Они были добры к тебе?
– Да, вроде светских снобов, но у них был старший сын. В конце концов, я понял, что он был в моем углу, а вместе с ним и другие.
– Я в твоем углу, – мягко говорит Мэйзи, сжимая мою руку.
Я сжимаю ее маленькую руку в своей. – Теперь я это знаю. У Колтона, моего приемного брата, были друзья, они приняли меня в свой круг и относились как к родному. Честно говоря, после стольких лет, через которые прошёл, я сначала была против. В системе быстро понимаешь, что тебе ничего не принадлежит и ты никому не нужен.
Ее пальцы сжались вокруг моих. – Фокс…
Пожимаю плечами. – Такова система. Эти парни, однако, прорвались сквозь мою скорлупу прежде, чем понял, что они приняли меня как одного из них.
– Они те, с кем ты был на праздничном рынке в прошлом году?
Я моргнул. – Что?
В прошлом году Рэн, Колтон, Леви и Джуд неожиданно приехали в город на праздники. Думал, что Вороны приехали за мной, но Рэн сказал, что это было строго по делу, и я понял смертельную твердость его глаз. Его сестра. Он был в крестовом походе с тех пор, как она умерла, разыскивая поганого учителя, который напал на нее вскоре после того, как я начал жить с Дюпонами. Мы ненадолго встретились на местном праздничном рынке в центре города, но я видел их всего несколько минут, прежде чем они уехали в спешке, когда наконец нашли ублюдка.
– Да. Как ты узнала?
– Была там с моей подругой Теей. – Сложное выражение искажает ее прекрасные черты. – Тот день был довольно сумасшедшим, но до этого искала ее и увидела тебя с теми парнями. Это был первый раз, когда я увидела твою искреннюю улыбку с тех пор, как видела тебя в последний раз, до….
Ей не нужно было заканчивать, уловил ее смысл. Я не часто улыбалась с тех пор, как вернулась в Риджвью. Кажется, я это делаю только тогда, когда это связано с ней.
В взгляде Мэйзи светится любопытство, когда она изучает меня, чувствую, как жаждет узнать больше о том, какой была моя жизнь за то время, что мы были в разлуке. Когда связь между людьми настолько глубока, как между нами, возникает чувство собственничества, которое трудно подавить. Знаю, что чувствовал это и рядом с ней.
Только когда мы почти подъехали к моему складу, я понял, что не был с ней начеку и ехал на автопилоте. Это больше, чем что-либо другое, говорит о том, что я готов снова довериться ей, хотя редко кого впускаю. Залатанная стена вокруг моего сердца наконец-то рушится.
– Я хочу тебе кое-что показать.
– Хорошо.
Сворачиваю к своему дому. Она – первый человек в городе, которого я привез сюда. Как только подъезжаю и паркую Charger в гараже, она выходит.
Уязвимость горит во мне, когда следую за Мэйзи по своему рабочему пространству, пока она рассматривает мои абстрактные работы.
– Это здесь ты живешь.
– Да.
Она проводит пальцами по мотоциклу и смотрит на меня. – Я серьезно отношусь к этой поездке.
Часть уязвимости исчезает, и я ухмыляюсь, проводя взглядом по ее телу. – Пока ты обещаешь не пачкать кожу, маленькая ромашка.
Румянец окрашивает щеки, она находит ступеньки, ведущие в однокомнатную квартиру и я поднимаюсь следом, впиваясь зубами в губы, когда ее попка покачивается.
– Мне нравится, что ты сделал с этим местом. Очень похоже на Бэткейв, – говорит Мэйзи с кривой ухмылкой. – Вплоть до тренировочного уголка.
Я хихикаю, оглядываясь вокруг, чтобы попытаться увидеть то, что она видит своими свежими глазами. – Он служит своей цели.
Она хмыкает и осматривается, изучая журнальный столик и проводя рукой по спинке дивана. Пока она осматривается, я снимаю пиджак, бросаю его на диван и ослабляю галстук. Ее взгляд следит за моими движениями, задерживаясь на изгибе моих рук. Уголок моего рта приподнимается, и я замедляю шаг.
Теперь все так ясно: она вписалась в мое пространство, как будто ей всегда здесь было место. Я никогда не должен был винить ее. Злость ослепила и гноилась в моем сердце, пока не превратилась в неуправляемого зверя. Он все еще там, но она сдерживает его, уравновешивая меня. Надежда на то, что не испортил себе жизнь, причинив ей боль, пронзает меня насквозь.
Хочу все исправить. Я должен это сделать.
Дотянувшись до ее руки, усаживаю ее на диван и кладу свою задницу на прочный кофейный столик, который сделал своими руками. Мои колени обхватывают ее колени. – Мне нужно кое-что сказать.
Извинение дается мне нелегко. Я предпочитаю действия, а не красивые слова, но для нее пытаюсь это сделать.
– Мне… жаль. За то, что был для тебя засранцем, за то, что причинил тебе боль, и за все те разы, когда пытался тебя напугать. – Ее бровь сгибается, но она не отстраняется, давая мне силы продолжать. – Теперь я понимаю, как ошибался, мне не следовало перекладывать вину на тебя. – Встречаюсь с ней взглядом и сглатываю от того, как много могу показать в своих глазах, не прячась больше от нее. – Если ты сможешь простить меня, я хочу стать лучше, хочу доверять тебе. Вся ярость, горе и боль ослепили меня на долгие годы. Я не мог поверить, что ты такая хорошая, какой казалась, и когда я вернулся в голове сложилась эта картина, но это так. Ты снова и снова показываешь, что ты все такая же добросердечная, добрая и настоящая, как в детстве.
– Фокс, – шепчет она, поглаживая большим пальцем мои костяшки. – Все в порядке. Теперь все позади, верно? – Я киваю, и она ухмыляется. – Хорошо. Потому что я надеру тебе задницу, если снова попытаешься оттолкнуть меня или относиться ко как к дерьму. – Она держит кулаки наготове. – Используй импульс от моего ядра, верно?
Губы дергаются и я тру лицо. – Прости, что хотел уничтожить тебя. Это все, что я планировала годами – тебя, твоих родителей и Холдена. Все, что мог видеть, это то, что мои родители мертвы, а у твоей семьи прекрасная жизнь. Хотел, чтобы вам было всем так же больно, но я… я не мог этого сделать. – Я прочистил горло. – Когда дело доходит до этого, я не могу причинить тебе настоящую боль. Я бы предпочел защитить тебя или умереть, потому что я…
Мои слова иссякли. Хорошо, что так, потому что мог проболтаться, что все еще люблю ее. И всегда любил. Как бы мне ни хотелось броситься и взять от нее все, что хочу, я знаю, что не могу ее спугнуть. Это мой единственный шанс удержать ее, и я от него не откажусь.
Когда Риджвью превратится в пепел, Мэйзи будет рядом со мной.
– Мы в полном беспорядке, да? – Она дарит мне мягкую улыбку. – Я бы предпочла иметь тебя в своей жизни, чем снова прожить еще один день без, что бы это ни значило – сохранить тебя.
У меня вырывается грубый звук, потому что я чувствую то же самое. Мое сердце никогда не переставало принадлежать ей.
Мэйзи наклоняется вперед, обвивая руками мою шею, и губы находят мои. Она чувствует сладкий вкус, когда мой язык проникает в рот. Мои пальцы зарываются в ее волосы, и я дергаю ее вперед, так что ей приходится облокотиться на меня. Черт, как я мог подумать, что смогу жить без этой идеальной девушки?
