Текст книги "«Новое солнце на Западе». Беда Достопочтенный и его время"
Автор книги: Вера Зверева
Жанр:
История
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)
В.В. Зверева
«Новое солнце на Западе»
Беда Достопочтенный и его время
«Ничто не пробуждает в душе большей надежды достигнуть мудрости, чем наше воспоминание о том, что те люди, сиянием чьей учености мы восхищаемся, были когда-то маленькими необученными детьми»[2]2
Beda Venerabilis. Super Parabolas Salomonis / / Patrologiae Cursus Completus. Series Latina. Ed. J.P. Migne. Vol. 91. L. I. C 4. 954D.
[Закрыть].Беда Достопочтенный
Введение
Беда Достопочтенный принадлежит к числу авторов, которые пользуются особой любовью читателей и исследователей. Его сочинения вплоть до настоящего времени продолжают переиздаваться и переводиться на разные языки. Те, кто изучали его труды и писали о нем, неизменно отзывались об этом герое с теплотой, создавая его образы, созвучные своему времени и культуре.
Монах, богослов, ученый, историк. Беда (672/3–735) был автором многочисленных сочинений, посвященных практически всем областям христианского знания: комментариев на книги Св. Писания, трудов по истории, хронологии, искусству счета, риторике, работ, рассказывавших об устройстве мира, божественных творениях и «природе вещей». Большая часть его произведений получила известность в Британии и на континенте уже в VIII в. Беда был признан одним из крупнейших учителей средневековой Европы, по работам которого учились поколения деятелей церкви, интеллектуалов. О нем слагались легенды как о мудреце и праведнике, наставнике в вере. В Средние века большим авторитетом обладали его экзегетика и проповеди, трактаты о летоисчислении и церковном календаре. В Новое время получила известность «Церковная история народа англов», снискавшая Беде славу «отца английской истории». Сведения, приведенные в этом труде, легли в основу историографических представлений о прошлом англо-саксов в XIX–XX вв. В 1899 г. Беда Достопочтенный, давно почитавшийся как святой, был официально канонизирован римской церковью.
Об этом авторе написано множество работ: наследие Беды привлекало внимание представителей разных дисциплин, историков, филологов, науковедов, богословов. Тем не менее, личность этого человека и его творчество продолжают интересовать исследователей. В современном гуманитарном знании можно выделить несколько приоритетных способов прочтения трудов Беды. Их изучают как важный исторический источник, как свидетельство о событиях раннесредневекового прошлого Британии. Его сочинения рассматриваются с точки зрения истории интеллектуальной культуры англо-саксов, в ее преемственности с книжной культурой времен поздней Империи, и связи с Каролингским возрождением. Тексты Беды анализируют исследователи христианской традиции с точки зрения истории церкви на Западе. Наконец, есть много работ, посвященных личности англо-саксонского автора, в которых воссоздается целостный образ Беды Достопочтенного как человека своего времени, христианина, учителя и ученого.
В этой книге предпринимается попытка рассмотреть систему культурных представлений Беды о сущем и должном, о христианской вере, мироздании, истории, месте и назначении человека на основе его сочинений. Некоторые проблемы, связанные с изучением культурного сознания Беды, по-прежнему выглядят необычно и вызывают исследовательское удивление. Прежде всего, это вопрос о том, как возникла сама возможность существования «мира Беды» в Нортумбрии VII–VIII вв., в землях настолько отдаленных в географическом, политическом, и социокультурном плане от центров христианской учености поздней Античности и раннего Средневековья. Как в варварских англо-саксонских королевствах могло появиться сообщество людей, которые соотносили себя с книжной культурой Блаженного Августина, Амвросия Медиоланского, Иеронима Стридонского, видели в их работах живую традицию, которая должна была быть продолжена и передана потомкам? Каким образом в монастыре Ярроу могли быть прочитаны, восприняты и интерпретированы произведения философов, теологов, поэтов, историков, писавших столетия назад в разных провинциях прежней Империи? Какой перевод на язык других реалий должен был производиться теми, кто слышал эти многообразные голоса прошлого? Читатель сочинений Беды сталкивается с ситуацией, когда наследие культуры Средиземноморья стало осваиваться в иных условиях, подверглось адаптации, но оказалось достаточно жизнеспособным, чтобы произвести новое знание. Беда Достопочтенный, осознававший себя смиренным учеником «отцов», оказался одним из самых влиятельных создателей традиции (которую он сам видел как данность) и «переводчиков» ученой культуры на раннесредневековом христианском Западе.
Другой вопрос связан с тем, что труды Беды энциклопедически многообразны. Это тексты, которые можно отнести к разным жанрам: составлявшиеся по своим правилам комментарии к Библии, гомилии, трактаты, агиорграфия, история. Возникает ощущение, что они составляют некое целое, что, несмотря на разнообразие, в них присутствуют общие принципы письма, организации текста и производства знания. Благодаря чему складывается такое единство? Как выделить эти способы выстраивать суждения, внутренние правила, по которым Беда интерпретировал Ветхий и Новый Заветы, рассказывал о географии, хронологии, стихосложении и повествовал о прошлом?
Попытаемся рассмотреть эти проблемы и выделить основные черты, свойственные миропониманию Беды, интерпретировать «Церковную историю народа англов» в свете его воззрений, представить этого автора в контексте культуры христианского мира раннего Средневековья. Проследим, как общие идеи, свойственные его эпохе, выражались в трудах Беды, и каким образом в них «проговаривала» себя культура раннесредневекового мира, англо-саксов, христианства, учености.
Следует, однако, сделать два замечания. Первое из них связано с описанием взглядов Беды как целостности: насколько оправдано говорить о них как о «системе»? Большая часть сюжетов, которые относятся к христианской вере и к обыденным простым представлениям, очевидным для Беды, вычитывается лишь из разрозненных фрагментов его работ. Систему достраивает исследователь, привнося собственные логические связи между отрывками, извлеченными из источников. На текст средневекового автора проецируются ожидания, порожденные современной культурой; при этом сохраняется возможность того, что для самого Беды фрагменты соединялись по-иному и что важные для него смыслы ускользают в «зазоры» между вопросами, поставленными к его сочинениям. Думается, что для нахождения таких сквозных линий нужно обратить внимание на логику рассуждения и принципы смыслополагания в текстах.
Второе замечание касается соотношения общего и особенного. Сочинения англо-саксонского автора можно рассматривать как часть большого раннесредневекового христианского нарратива. Постановка задачи выявления индивидуального, личностного взгляда Беды Достопочтенного подразумевает возможность определения степени оригинальности его идей, интерпретаций, оценок. Но разграничение индивидуального и общего в ряде случаев достаточно условно; каждое создаваемое произведение бытовало в кругу других христианских сочинений, написанных в согласии с традицией. Часто приходится лишь предполагать, какими произведениями были навеяны те или иные суждения Беды, поскольку одна и та же мысль высказывалась многократно одним автором и с незначительными вариациями повторялась в новых работах других писателей. Насколько идеи, заимствованные Бедой, к примеру, из «Этимологий» Исидора Севильского, которые тот почерпнул у Амвросия Медиоланского, могут характеризовать культурное сознание Беды?
Своеобразие Беды Достопочтенного в трактовке трудов предшественников присутствует, прежде всего, на уровне выбора сюжетов, приоритетных мнений, расстановки акцентов, деталей, которые сообщают его сочинениям индивидуальный «голос» в общем «хоре». Здесь интересны не только оригинальность и вклад Беды в знание раннего Средневековья, но и то уникальное сочетание понятий и ходов мысли, собственных идей и воззрений, заимствованных из разных источников, которое присутствует в его текстах. Поэтому в настоящей работе рассматриваются как содержательные аспекты представлений Беды Достопочтенного, так и вопросы, связанные со способом написания, построения его произведений.
Таким образом, в этой книге говорится о некоторых сюжетах истории англо-саксонской Британии, о культурном контексте, в котором создавал свои сочинения Беда. В ней дается характеристика его основных трудов, изучается комплекс представлений о св. текстах, о мире и прошлом, выявляются его идеи об историописании, о христианской вере и жизни человека.
Беда Достопочтенный был автором около сорока работ. Впоследствии ему приписывалось множество текстов – библейских комментариев, проповедей, небольших трактатов о музыке, счете, календаре. В наши задачи не входило выяснение судьбы манускриптов, общее число которых достигает 950, а также изучение того, какие произведения были ошибочно причислены к его наследию. Их систематизации и изучению посвящены отдельные монографии. Подробное исследование этого вопроса было проделано М.Л.В. Лэйстнером, опубликовавшим в 1943 г. книгу о рукописях трудов Беды[3]3
Laistner M.L.W. Hand-List of Bede Manuscripts. N.Y., 1943.
[Закрыть]. Сочинения Беды более подробно рассматриваются в следующих главах.
Собрания его работ печатались, начиная с XVI в. Самое раннее восьмитомное издание было выполнено в Базеле в 1563 г. Иоганном Хервагеном[4]4
Beda. Opera Bedae Venerabilis. Vol. 1–8. Basil. Herwagen, 1563.
[Закрыть]. Полное собрание трудов Беды выходило в Кельне в 1612 г. В XIX в. все сочинения англо-саксонского автора печатались дважды – в 1843 г. под редакцией Дж. Джайлса, и в 1862 г. в серии «Patrologiae cursus completus» Ж.П. Миня. В тома «Patrologiae» были включены также спорные и неверно атрибутированные работы. В 1947 г. начался проект переиздания наследия средневековых христианских авторов «Corpus Christianorum»: в этой серии с 1950 г. по настоящее время публикуются современные редакции трудов Беды. Комментированные переводы текстов Беды на английский язык издаются в Ливерпуле в серии «Translated Texts for Historians series»[5]5
В настоящей работе цитаты из сочинений Беды приводятся по изданию: Beda Venerabilis. Opera omnia. Patrologiae cursus completus. Series Latina / Ed. J.P. Migne. V. 91–95. P., 1862 (далее в сносках: PL). «Церковная история народа англов» цитируется по: Baedae Opera Historica / Ed. J. E. King. V. 1–2. L., N.Y., 1930 (далее HE). В ряде случаев цитаты приводятся по русскому переводу этого сочинения: Беда Достопочтенный. Церковная история народа англов. Письмо Беды Эгберту / Пер., коммент. В.В. Эрлихмана. СПб., 2001 (далее ЦИ).
[Закрыть].
Некоторые трактаты и комментарии Беды выходили в качестве самостоятельных изданий. Упомянем такие важные публикации как «О временах» с комментариями Ч. Джонса, «Размышление о Деяниях апостолов» М.Л.В. Лэйстнера[6]6
Beda Venerabilis. Expositio actum apostolorum et retractatio/Ed. M.L.W. Laistner Camb., 1939. Bedae Opera de Temporibus/Ed. Ch.W. Jones Camb. (Mass.), 1943.
[Закрыть]. У «Церковной истории народа англов» сложилась своя судьба: ее переиздавали гораздо чаще других сочинений Беды. Она печаталась отдельно от комментариев, агиографических текстов и трактатов, иногда в сопровождении «Истории аббатов» и «Письма к Эгберту», под общим условным названием «исторические работы». Скажем о ней несколько подробнее.
«Церковная история народа англов» дошла до наших дней в многочисленных копиях: их около 160. Наиболее ранними и точными являются «Манускрипт Мура» (названный по имени своего владельца, епископа Эли Джона Мура), изготовленный в Веармуте-Ярроу около 737 г. и хранящийся в университетской библиотеке Кембриджа, а также созданная в том же монастыре не позднее 747 г. рукопись, которая находится в Государственной Публичной библиотеке им. М.Е. Салтыкова-Щедрина в Санкт-Петербурге[7]7
Подробнее о существующих списках «Церковной истории» см.: Colgrave В., Mynors R.A.B. Bede’s Ecclesiastical History. Oxf., 1969. См. также исследования рукописи «Церковной истории» в Санкт-Петербурге: Добиаш-Рождественская О А. Un manuscript de Bede a Leningrad / / Speculum. Camb. (Mass.), 1928. V.3; Lowe Е.A. A Key to Bede’s Scriptorium: Some Observations on the Leningrad Manuscript of the Historia Ecclesiastica Gentis Anglorum / / Paleographical Papers, 1907–1965 / Ed. L. Bieler. Oxf.: Clarendon Press, 1972. Pp. 441–9; ShapiroM. The Decoration of the Leningrad manuscript of Bede / / Late Antique, Early Christian and medieval Art: Selected Papers / Ed. M. Shapiro. L., 1980.
[Закрыть]. Этот манускрипт примечателен тем, что на его полях приведен на нортумбрийском диалекте единственный известный гимн англо-саксонского поэта Кэдмона (фрагмент чьего сочинения Беда записал в главе «Церковной истории» в прозе на латыни). В тексте было прорисовано несколько «incipit» и помещено изображение Августина Кентерберийского. Работа с этим манускриптом была недоступна западным исследователям, поэтому, к примеру, издатель «Церковной истории» Ч. Пламмер для своего фундаментального исследования (о котором пойдет речь ниже) не использовал эту рукопись.
К этим манускриптам примыкают многочисленные списки, происходящие с континента (M-type). Вторая группа (C-type) восходит к рукописи конца VIII в., находившейся в Фульде; исследователями делались предположения о том, что она была создана в Линдисфарне, или Кенте[8]8
Plummer Ch. Introduction / / Venerabilis Baedae Opera Historica / Ed.Ch. Plummer. 2 Vols. Oxf., 1896.
[Закрыть]. К этому типу копий причисляют все тексты из Британии. В основу критических изданий «Церковной истории народа англов» с конца XVII века был положен «Манускрипт Мура».
Впервые «Церковная история народа англов» была напечатана вместе с переводом Руфина «Церковной истории» Евсевия Кесарийского в Страсбурге Генрихом Эггештайном около 1475 г. Два последующих издания – в 1500 г. в Страсбурге (Георг Хуснер) и в 1506 г. в Хагенау (Генрих Гран), – были репринтными и таким же образом объединяли исторические труды Беды и Евсевия.
Большой интерес к «Церковной истории народа англов» возник в эпоху Реформации. Праведная жизнь Беды, его высокая ученость, равно как и его забота о переводе св. текстов с латыни, снискали ему авторитет у протестантов. В то же время, труды англо-саксонского писателя высоко оценивались сторонниками католицизма. «Церковная история» рассматривалась как свидетельство неразрывной связи «английского народа» и христианства, пришедшего из Рима, как подтверждение того, сколь многим была обязана Англия католической церкви. В 1550 г. Джон де Граве в Антверпене напечатал отдельно «Церковную историю народа англов» с внесенными в текст исправлениями. Эта книга переиздавалась в 1566 г. в Лувене Стефаном Валерием[9]9
Beda. Historia Ecclesiastica gentis Anglorum. Lib. 5. Louvain. Apud Hieronymum Wellaeum, 1566.
[Закрыть] и в Кельне в 1601 г. В предисловии к работе публикатор выражал надежду, что знания о древности католической веры в Британии обезоружат тех, кто стремился ее реформировать. В 1565 г. в Антверпене Томас Степлтон предпринял первый перевод «Церковной истории народа англов» на английский язык. (До этого она переводилась на древнеанглийский язык при короле Альфреде Великом). Степлтон послал этот перевод королеве Елизавете в надежде на ее переход в католичество. Эта работа, несмотря на допущенные ошибки, перефразирования и пропуски слов в предложениях, была сочтена настолько удачной, что ее долгое время использовали в качестве основного английского перевода Беды[10]10
The History of Church of Englande [by] the Venerable Bede, translated... by Thomas Stapleton, 1565. 2 Vols. L. 1954.
[Закрыть].
В конце XVI в. «Церковная история» включалась в собрания средневековых исторических источников: в 1583 г. в Париже ее опубликовали в коллекции «Historia cristiana veterum patrum» между сочинениями Григория Турского и Сигеберта из Жамблу, а в 1587 г. Иероним Коммелин в Гейдельберге поместил ее в серию «Rerum Britanicarum scriptores» после труда Гильдаса, перед сокращенным вариантом истории Уильяма Мальмсберийского.
В Британии первое издание «Церковной истории» было предпринято в Кембридже в н. XVII в. В 1644 г. эта публикация была воспроизведена Роджером Даниэлем. Латинский текст сочинения сопровождался параллельным текстом на древнеанглийском языке; к ним прилагались законы англо-саксонских королей[11]11
Historia Ecclesiastica gentis Anglorum. Libri V a Venerabilis Bedae scripti ab veterum Anglo-Saxonum Rege Alfredo examinati ejusque paraphrasi saxonica eleganter explicati. Accesserunt anglo-saxonica leges. Camb., ex. off. Rogeri Daniel, 1644.
[Закрыть]. Во второй половине XVII в. в Британии была проведена большая работа по сопоставлению различных списков и выявлению наиболее точных рукописей «Церковной истории». Значительный вклад в подготовку критического издания внесли декан Йорка Томас Гэль (1695–1702) и каноник Дарэма Джон Смит (1659–1715). За основу работы Д. Смит взял недавно ставший известным «Манускрипт Мура» и ранние копии «Церковной истории», отказавшись от изобиловавших ошибками поздних списков, которые использовались прежде. Этот труд, напечатанный в 1722 г. в Кембридже его сыном, Джорджем Смитом, стал отправной точкой для публикаций Д. Стивенсона для Английского исторического общества в 1838 г.[12]12
Beda. Historia Ecclesiastica gentis Anglorum/ Ed. J. Stevenson. L., 1838.
[Закрыть], Дж. Джайлса в полном собрании сочинений Беды в 1843 г., Т. Харди в «Monumenta Historica Britanica» в 1848 г. Текст «Церковной истории» в «Patrologiae» также основывался на издании Смита.
С этого времени «Церковная история народа англов» многократно выходила в свет. Одним из самых авторитетных критических изданий исторических работ Беды считается двухтомный труд Чарльза Пламмера (1896 г.)[13]13
Venerabilis Baedae Opera Historica / Ed. Ch. Plummer. 2 Vols. Oxf., 1896.
[Закрыть]. Один из томов содержал подробные эрудитские комментарии Ч. Пламмера к сочинению Беды. Из более поздних публикаций «Церковной истории народа англов» следует отметить комментированный перевод «Церковной истории» на английский язык Б. Колгрейва и Р. Майнорса (1969 г.), представляющий значительный интерес для историков, и перевод Л. Ширли-Прайса, который воспроизводится как популярное издание в серии «Penguin classics»[14]14
Colgrave B., Mynors R.A.B. Op. cit.; Bede. Ecclesiastical History of the English People / Transl. L. Sherley-Price. L.: Penguin, 1955. Rep. 1965, 1968, 1990.
[Закрыть].
О личности Беды Достопочтенного и о его трудах написано много книг и статей. Еще более обширна историография, посвященная англосаксонской Британии VI–VIII вв. Обозначим лишь некоторые направления, в соответствии с которыми изучались сочинения Беды. При этом мы ориентируемся главным образом на английскую и американскую традицию, в которой анализ его наследия производится в контексте исследования «общего» англо-саксонского прошлого. Существует также и европейская историография, посвященная Беде, в первую очередь немецкая. Однако постановки вопросов в работах европейских авторов не имеют ярко выраженной национальной специфики; чаще, речь идет о разработке тех тем, которые формулируются в трудах британских и американских исследователей.
Интерес к текстам Беды возникал в ходе изучения комплексов проблем: ранней истории Британии, англо-саксонской политической истории, культуры, церкви, прошлого скоттов и бриттов. По мере того, как изменялись приоритеты в самом историческом знании, к сочинениям Беды ставились новые вопросы. Можно сказать, что Беда Достопочтенный, таким, каким он известен в современном гуманитарном знании, появился на свет в XIX в.
Обращение к его произведениям имело большое значение для формировавшейся английской исторической науки: Беда мыслился как основатель «национальной» историографической традиции и как «веха» в христианской и культурной истории Британии. Ему принадлежало право и роль первого «свидетеля» прошлого. Внимание исследователей в XIX в. сосредоточилось на «Церковной истории народа англов». Из сочинений Беды были выделены его исторические работы, как актуальные для гуманитарного знания; его экзегетические труды надолго отошли на задний план, сохранив значение главным образом для историков церкви. Образ Беды-теолога и учителя был вытеснен образом «Беды-историка». При этом произведения Беды оказались как бы монополизированы исторической дисциплиной. Откликом на «присвоение» Беды историками можно считать его канонизацию римской церковью: в 1899 году папа Лев XIII предписал чтить его память 27 мая с титулом «Doctor Ecclesiae».
Специфика прочтения «Церковной истории» была обусловлена рядом обстоятельств. Произведение Беды представляет собой уникальный источник. В исторической науке знание о прошлом англо-саксов опирается на материалы из «Церковной истории». В соответствии с этим текстом реконструировалась ранняя британская история – от римского владычества до VIII в. Поэтому из работ Беды вычитывались сведения по политической истории: о ходе англо-саксонского завоевания, расселении германцев в Британии, облике ранних королевств, властных отношениях, войнах между королевствами. Также это сочинение Беды рассматривалось как источник по истории церкви, повествовавший о миссии Августина в Британии, христианизации англо-саксонских земель, церковных соборах, монашеском движении. Из трудов Беды выбиралось в первую очередь то, что можно было счесть менее «средневековым» и более «современным» (то есть, достоверным) знанием.
Такие авторы как У. Стаббс использовали материалы «Церковной истории» для освещения процесса англо-саксонского завоевания, происхождения англо-саксов, возникновения у них государственной власти и институтов[15]15
Stubbs W. The Constitutional History of England. Oxf., 1874. V. 1.
[Закрыть]. В конце XIX в. вышли фундаментальные исследования К. Вернера, Ч. Пламмера, в которых изучались жизненный путь и творчество Беды в контексте политической и культурной истории англо-саксов[16]16
Werner K. Beda Der Ehrwürdige Und Seine Zeit. Wien, 1881; Plummer Ch. Bede’s Ecclesiastical History. Notes / / Venerabilis Baedae Opera Historica. V. 2. Oxf., 1896.
[Закрыть]. Ч. Пламмер представлял Беду как основоположника английской традиции историописания. Его образ приближался к образу ученого-позитивиста, обладавшего большой рациональностью мышления. Так, например, комментатор избирательно подходил к тому, что составляло «историю» для Беды. Он пояснял то, что могло быть понято как «реальный» исторический факт. Чудеса, рассказы Беды о деяниях святых, демонстрирующие проявление божественной силы в человеческой жизни, не находили у него отклика; в качестве «неважного» оценивалось то, что казалось недостоверным. Примером тому, как Ч. Пламмер, сам имевший духовный сан, прочитывал эпизоды с чудесами и видениями, может служить его замечание о герое Беды, св. Кутберте: «Едва ли можно усомниться в том, что рассудок Кутберта был расстроен из-за чрезмерного аскетизма»[17]17
Plummer Ch. Op. cit. i. P. xxx.
[Закрыть]. Этот образ Беды оказал большое влияние на последующую историографию.
Вопрос о степени достоверности сведений, заимствованных из «Церковной истории народа англов», долгое время безоговорочно решался в пользу Беды как одного из самых авторитетных историков Средневековья. На такое восприятие текста оказывали влияние особенности его стиля, целостность замысла, тщательность в отборе материала, точность в цитировании документов, стремление опираться на письменные источники и свидетельства очевидцев событий. Сочинение англо-саксонского монаха служило эталоном для верификации данных других источников. Впервые вопрос о достоверности материалов «Церковной истории» был поставлен Дж.М. Кемблом[18]18
Kemble J.M. The Saxons in England: A history of the English commonwealth till the period of the Norman conquest. V.l. L., 1876.
[Закрыть]. Говоря о расселении германцев в Британии, он обращал внимание на то, что свидетельство Беды на этот счет было ошибочным, и доказывал, что ряд его сведений по политической истории опровергался новейшими археологическими находками. Такая критика косвенно указывала на характер ожиданий от сочинения Беды: требование фактической точности напоминало о критериях, предъявляемых к научному исследованию.
На материалы, приведенные Бедой, во многом опирались и Дж.Н.Л. Майре, и Ф.М. Стентон в своих основополагающих трудах[19]19
Stenton F.M. Anglo-Saxon England. Oxf., 1934; Collingwood R,G., Myres J.N.L. Roman Britain and English Settlements. Oxf., 1936.
[Закрыть]. «Англо-саксонская Англия» Ф.М. Стентона (1934 г.) в свое время была воспринята как «реабилитация» англо-саксонского прошлого, опровержение представлений о ранней британской истории как о времени «варварства» и «темных веках». Эта книга позволила составить целостное представление о политической, экономической, социальной истории Британии в период между двумя завоеваниями, проследить их взаимосвязь с развитием христианской культуры. Ф.М. Стентон, также отвергавший некоторые положения «Церковной истории», ссылался на Беду как на тщательного и точного историка. «Важнейшее качество «Истории» Беды относит ее к небольшому классу книг, которые преодолевают едва ли не все основные условия времени и места... Качество, которое делает работу Беды великой, – не его ученость, не дар рассказчика, который он разделял со многими современниками, но его поразительная сила в координации фрагментов информации, дошедшей до него из предания, сообщений друзей или документальных свидетельств. В век, когда лишь единицы возвышались над простой регистрацией факта, он достиг концепции истории»[20]20
Stenton F.M. Anglo-Saxon England. Oxf., 1965. P. 187.
[Закрыть].
В то же время, в XX в. стали предприниматься попытки пересмотреть устоявшиеся взгляды на труды Беды, по-новому соотнести их с социокультурным контекстом. Исследования его работ можно в самом общем виде подразделить на два большие направления. Первое связано с изучением «реальности прошлого», которая, по мысли историков, так или иначе была репрезентирована в сочинениях Беды. Современные представления о его произведениях и картине мира стали существенно более дифференцированными, поэтому исследователи, находящие предмет своего интереса во внетекстовой реальности, делают поправки на особенности интеллектуальной культуры Беды. Так, например, «Церковная история народа англов» рассматривалась как достоверный источник, способный дать информацию об англо-саксонских поселениях в Британии, ранних государствах, постримских и германских политических институтах (П. Хантер Блэйр, Д. Дамвилл, П. Симс-Уильямс)[21]21
Hunter Blair P. An Introduction to Anglo-Saxon England. Camb., 1956; Dumville D. Sub-Roman Britain: History and Legend / / History, 62. 1977. Pp. 173–92; Sims-Williams P. The Settlement of England in Bede and the Chronicle // Anglo-Saxon England, 12. 1983. Pp.1–41.
[Закрыть], специфических чертах королевской власти времен Гептархии (Д. Кирби, Э. Джон, X. Диснер)[22]22
Kirby D. The Earliest English Kings. L.,1991; John E. Orbis Britanniae and the Anglo-Saxon Kings / / Orbis Britanniae. Leicester, 1966. Pp. 1–63; Diesner H.J. Fragen DerMacht– Und Herrshaftsstruktur Bei Beda. Mainz, 1981.
[Закрыть]. Свидетельство Беды сопоставлялось с археологическими данными, с континентальными источниками. Историки извлекали из «Церковной истории» сведения, приведенные англо-саксонским историком «непроизвольно» (например, в книге У. Чэни высказывалась точка зрения, что Беда, сознательно не писавший о языческих культах англо-саксов, все же неотрефлексированно включил в свой текст данные, позволяющие о них судить)[23]23
Chaney W.A. The Cult of Kingship in Anglo-Saxon England. L.A., 1970.
[Закрыть]. Однако сама возможность «прямого» чтения сочинений Беды приверженцами этого подхода редко ставилась под сомнение.
Сторонники условно выделяемого нами второго направления стремились изучать особенности смыслополагания в трудах Беды и интерпретировать его работы в свете раннехристианской историографической традиции. Взгляд этих исследователей сосредоточивался на текстовом уровне; этот подход предполагал внимание к понятиям, риторике, цитатам, заимствованиям, равно как и недоверие к «прозрачности» такого источника как «Церковная история».
Исследователей первой половины XX в. особенно интересовала тема интеллектуальных источников Беды. Ими предпринимались попытки реконструировать круг литературы, оказавшей наибольшее влияние на его становление как автора. Историки выделяли сочинения, которые были привезены в Британию в конце VI в. миссионерами из Рима и во второй половине VII в., архиепископом Кентерберийским Теодором и основателем Ярроу Бенедиктом (Р. Дэвис)[24]24
Davis R. Bede’s early Reading / / Speculum. Camb. (Mass.), 1933. V. 8.
[Закрыть], а также произведения, попавшие в Британию в более позднее время (М.Л.В. Лэйстнер)[25]25
Laistner M. A Hand-List of Bede Manuscripts. Ithaca. N.Y., 1943; Idem. The Intellectual Heritage of the Early Middle Ages. Ithaca, N.Y., 1957.
[Закрыть]. В продолжение работы Ч. Пламмера, М.Л.В. Лэйстнер по явным и скрытым цитатам, ссылкам в сочинениях Беды по истории, теологии, грамматике восстановил «библиотеку» Беды, труды, частично находившиеся в Ярроу, частично в других монастырях Британии, доступные его чтению. Изучение традиции, к которой относил себя Беда, сыграло большую роль для дальнейшего понимания «Церковной истории».
Выяснение вопроса о методах и целях Беды как историка позволило связать «Церковную историю» с его экзегезой и корпусом христианской литературы. Так, в 1930–40 годы XX в. в работах Ч. Джонса наметилась тенденция комплексного изучения трудов англо-саксонского автора – его «естественнонаучных» трактатов, комментариев и истории[26]26
Bedae Opera de Temporibus / Ed. Ch.W. Jones. Camb. (Mass.), 1943; Jones Ch. Bede as Early Medieval Historian / / Medievalia et Humanistica. Boulder, 1946. V.4.
[Закрыть]. В одной из статей Ч. Джонса, в частности, была начата дискуссия о словах Беды об «истинном законе истории» (vera lex historiae), которого следовало придерживаться при рассказе о прошлом. Прежде в историографии это высказывание воспринималось буквально, как свидетельство «объективности» Беды. Согласно Джонсу, этот автор писал о божественной истории и имел в виду преимущественно теологический смысл событий, вследствие чего желание интерпретировать Беду как «рационального» историка представлялось исследователю необоснованным. Точку зрения Ч. Джонса подверг критике Б. Колгрейв: подтекстом этого спора была мысль о том, что такая трактовка принижала значение «Церковной истории» как источника, а ее автора – как «добросовестного» историка[27]27
Colgrave В. Introduction / / Bede’s Ecclesiastical History / / Ed. В. Colgrave, R.A.B. Mynors. Oxf., 1969.
[Закрыть].
Работы 1930–40-х гг., в которых интерпретировались теологические труды Беды или говорилось о нем как о толкователе Библии, не оказали большого влияния на восприятие и репрезентацию его образа. Голоса, реабилитирующие «инаковость» мышления англо-саксонского монаха, оказались услышанными только к началу 1960-х г., благодаря общим изменениям в исторической дисциплине. Эта линия была продолжена в 1966 г. в книге Р. Хэннинга, в 1970–80 гг. в новых исследованиях П. Хантера Блэйра, Г. Мейр-Хартинга, Р. Рея, Дж. МакКлер[28]28
Hanning R.W. The Vision of History in Early Britain. N.Y., L., 1966; Hunter Blair P. Northumbria in the Days of Bede. N.Y., 1976; Hunter Blair P. The World of Bede. L., 1970; Ray R.D. Bede and Rhetoric / / Anglo-Saxon England, 16. 1988; Ray R.D. Bede, the Exegete, as Historian / / Famulus Christi: Essays in Commemoration of the Thirteenth Centenary of the Birth of the Venerable Bede / Ed. G. Bonner. L, 1976; McClure J. Bede’s Old Testament Kings / / Ideal and Reality in Frankish and Anglo-Saxon Society: Studies presented to J.M.Wallace-Hadrill / Eds. P. Wormald, D. Bullough, R. Collins. Oxf., 1983; Mayr-Harting H. Bede’s Patristic Thinking as Historian / / Historiographie im frühen Mittelalter / Eds. A. Scharer, G. Scheibelreiter. Wien, 1994. Pp. 367–374.
[Закрыть]. В рассуждениях этих исследователей можно выделить общую мысль о том, что в историографии недооценивалась специфика мышления Беды как средневекового автора. Большое влияние на его восприятие оказали более поздние хроники и истории, в которых легковерность или идеологическая пристрастность писателей была очевидной. В таком контексте Беда выглядел как историк, отличавшийся от других «своей страстью к истине»[29]29
Whitelock D. Op.cit. P.l.
[Закрыть].
У сторонников историко-культурного подхода к работам Беды прослеживается несколько приоритетных постановок проблем. Одна связана с установлением отношения «Церковной истории» к сочинениям, входившим в «библиотеку» Беды. Текстовый анализ позволил выявить ряд фактических неточностей, несовпадений дат, лакун и пропусков у Беды; пример этому дает изучение папских посланий в составе «Церковной истории», которое проводилось П. Хантером Блэйром и П. Мейвертом[30]30
Hunter Blair Р. The Letters of Pope Boniface V and the Mission of Paulinus to Northumbria / / England Before the Conquest / Ed. P. Clemoes, K. Hughes. Camb., 1971. Pp. 5–13; Meyvaert P. Bede’s Text of the Libellus Responsionrum / / Studies in Primary Sources Presented to Dorothy Whitelock. Camb., 1971. Pp. 15–33.
[Закрыть]. Умолчания в исторических трудах Беды стали трактоваться как осознанный принцип составления текста[31]31
Isenberg G. Die Würdigung Wilfrieds von York in der Historia Ecclesiastica Gentis Anglorum Bedas und der Vita Wilfridi des Eddius. Diss. Münster, 1978; Fletcher R. Who’s Who in Roman Britain and Anglo-Saxon England. L., 1989.
[Закрыть].
Другая важная проблема – изучение специфики культурного сознания Беды Достопочтенного. Монография Р. Хэннинга «Видение истории в ранней Британии» была одной из первых книг, где ставился вопрос о телеологическом видении истории Беды и о дидактике как принципе, организующем материал в «Церковной истории». Сравнивая исторические сочинения Гильдаса, Беды и Ненния, Хэннинг стремился определить место Беды в христианской историографической традиции раннесредневековой Британии. После выхода этой работы, а также статьи Дж. Кэмпбелла, в историческом знании утвердилась мысль о том, что Беда выстраивал свидетельства, имевшиеся в его распоряжении, в соответствии с моральным назначением истории, с целью распространения христианской веры[32]32
Campbell J. Bede / / Latin Historians / Ed. T.A. Dorey. L., 1966.
[Закрыть]. «Церковная история» по-прежнему рассматривалась как важный источник, однако мысль о ее буквальной интерпретации была в большой мере скорректирована. Привычные вопросы о ходе англо-саксонского завоевания, королевской власти и «народе англов» у Беды получили новую интерпретацию, которую можно назвать «символической», в работах таких медиевистов как П. Уормалд, Дж. Кэмпбелл, С. Рейнольдс, Р. Маркус[33]33
Wormald P. Bede, the Bretwaldas and the Origins of the Gens Anglorum / / Ideal and Reality in Frankish and Anglo-Saxon Society: Studies presented to J.M.Wallace-Hadrill / Eds. P. Wormald, D. Bullough, R. Collins. Oxf., 1983. Pp. 99–129; Campbell J. Bede’s Reges and Principes. Jarrow Lecture, 1979; Reynolds S. What do we mean by ‘Anglo-Saxon’ and ‘Anglo-Saxons’? / / Journal of British Studies, 24. 1985. Pp. 395–414; Markus RA. Bede and the Tradition of Ecclesiastical History. Jarrow Lecture, 1976.
[Закрыть]. Историки сосредоточивают внимание на риторических стратегиях текста, на духовном значении рассказов о «народах» у Беды в соответствии с библейским нарративом о богоизбранном народе. Проблема ветхо– и новозаветных аналогий в «Церковной истории» разрабатывалась К. Кендаллом, согласно которому структура повествования англо-саксонского автора, его язык и система образов имели прямые аналоги в книгах Св. Писания, к которым Беда составлял комментарии[34]34
Kendall С. Bede’s Historia Ecclesiastica: The Rhetoric of Faith / / Medieval Eloquence: Studies in the Theory and Practice of Medieval Rhetoric / Ed. J.J. Murphy. Berkeley, L. A., 1978. Pp. 145–72.
[Закрыть].
«Одним из наиболее значительных недавних достижений в изучении «Церковной истории» было уяснение того, что труд Беды как историка не может рассматриваться отдельно от его комментариев на Писание», – отмечала Дж. МакКлер в статье «Цари Ветхого Завета у Беды» (1983 г.)[35]35
McClure J. Bede’s Old Testament Kings / / Ideal and Reality in Frankish and Anglo-Saxon Society. Oxf., 1983.
[Закрыть]. Дж. МакКлер рассматривала «Церковную историю» в контексте «Первой Книги Царств», одной из самых важных ветхозаветных книг для англо-саксонского историка, и его экзегезы. Подразумевая, что историческое сознание тоже имеет свою историю, Дж. МакКлер отмечала, что «все исторические... изыскания Беды были, в конечном счете, подчинены его религиозной цели», и то, «что может показаться в его описаниях объективной реальностью англо-саксонской королевской власти» было, согласно автору, «следованием и воспроизведением модели нарратива, заимствованной из Ветхого Завета»[36]36
Ibid. P. 98, 90.
[Закрыть].
