Текст книги "Предвестник (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 28 страниц)

Глава 4

7 сентября 2042 г.

Несмотря на претенциозное название «Кинг-Сайз», кровать в одном из лучших номеров отеля «Беверли-Уилшир» оказалась коротковатой. Поздно ночью, сразу после сытного ужина в ресторане «CUT», я этого не заметил, так как засыпал на ходу. Зато утром проснулся от дискомфорта и, сообразив, чем он вызван, пожаловался Рыжовой. Благо она уже вовсю работала с планшетом и действовала на нервы слишком бодрым видом.

Ответ не заставил себя ждать:

– Дык она ж королевская, а ты у нас как минимум император!

– А что, есть титулы еще круче? – ехидно поинтересовался я. И очень зря – эта оторва выдала логичный ответ в ту же секунду:

– Конечно! Лично я в глубине души считаю тебя Боженькой. Просто не говорю об этом вслух, чтобы не расстраивать верующих в менее авторитетных представителей различных пантеонов.

– Болтушка!

– Есть такое дело… – хихикнула она и сделала вид, что вспомнила что-то очень грустное: – Кстати, ваша божественность, не вздумайте спускаться в бассейн – как ни прискорбно это заявлять, но он рассчитан на пару-тройку не очень крупных пигмеев.

– Проверяли?

– Ага! – кивнула она, привлекая внимание к тюрбану из полотенца, намотанного на рыжую шевелюру. – Но обломались и разошлись по номерам.

– А который час?

– Семь сорок одна.

– Рановато. А я уже проголодался…

– Ну, так ты ж Бог обжорства…

– Не понял?

–…агрессии…

– Да ладно?

–…и неуемной похоти!

– Ох, кто-то у меня сейчас допрыгается…

– А что еще я должна ляпнуть, чтобы гарантированно допрыгаться?

– Ничего… – хрипло выдохнул я, прислушавшись к ее эмоциям и аж задохнувшись от обнаруженного в них желания. Потом откинул в сторону одеяло и похлопал по простыне.

Рыжова сорвалась с места, как стрела, выпущенная из лука, на ходу выпуталась из халата, отправила полотенце полетать и за считанные минуты заставила меня потерять голову. На два с лишним часа. А потом зазвонил будильник, поэтому я легонечко надавил на бедра не на шутку разошедшейся наездницы и с большим трудом заставил себя оторвать взгляд от тяжеленной груди с твердыми вишенками сосков:

– Лер, ты фантастическая женщина!

– А можно то же самое, но натурой? – хихикнула она, но тут же сползла с меня и прижалась к правому боку.

– Что ты там говорила про похоть? – притворно нахмурился я.

– Пффф! С кем поведешься, так тебе и надо… – воинственно заявила она, а потом потерлась щекой о мое плечо и посерьезнела: – Знаешь, Анька все утро экспериментировала со своей эмпатией и параллельно расспрашивала Ольгу. Выводы впечатлили всех: твоя бывшая «грелка» на удивление цельная девица, обладает невероятно жестким характером и не предаст тебя ни за что на свете. Правда, не обошлось и без пары ложек дегтя: она до сих пор винит себя за то, что ее опоили, и считает, что нам не ровня.

– «Вылечите»?

– Уже начали. Пара-тройка месяцев – и ты ее не узнаешь.

– Спасибо! – благодарно выдохнул я и поцеловал девушку в высокий лоб.

Она сжала меня в объятиях, решительно села и сгребла с прикроватной тумбочки Анькин «дежурный» клатч:

– Так, я в душ. Не залеживайся, а то опоздаем на завтрак…

…Ровно в девять тридцать мы с Анькой вышли в коридор и обнаружили, что обитательниц двух других «люксов» еще не видать. Впрочем, ожидание не затянулось – от силы секунд через двадцать из своего номера вышли Анька с Кнопкой, а еще через полминуты их примеру последовали и Линда с Таней. Для нас подобная пунктуальность была привычной, а мелкая удивилась:

– Вы прям, как в армии!

– Точность – вежливость королей… – начала Голикова и пихнула меня плечом в диафрагму.

–…королев… – развернув плечи и величественно повернув голову в сторону Ольги, продолжила Ростовцева.

–…и Богов… этого самого! – закончила Рыжова, после чего описала девчонкам наш утренний диалог. В результате на завтрак девчонки поперлись в прекраснейшем настроении, все время трапезы, не переставая, троллили меня, а после того, как все съедобное на столе было уничтожено, заявили, что долго-долго вели себя хорошо, поэтому «моя божественность» просто обязана заказать им мороженое.

Во время сборов, продлившихся от силы четверть часа, веселилась одна Лерка. Зато стоило нам добраться до машин и организовать конференцсвязь, я снова почувствовал себя жертвой. Ведь любые попытки огрызнуться или отшутиться встречались единым фронтом. Но я не сдавался. И почти вырвал у них победу, но в переломный момент навигатор моего «Рыцаря» вдруг заявил, что мы добрались до точки назначения!

Марина дель Рей восхитила обилием яхт всех типов и размеров, плавно покачивающихся на небольшой зыби под бездонным голубым небом. Пока я рассматривал самые интересные экземпляры и мысленно сравнивал их с нашей Таргой, Линда успела связаться с полномочным представителем руководства «Dream Reality», который должен был дожидаться нас на берегу, и после обмена любезностями объяснила мне, куда рулить.

Пока мы добирались до паркинга, девчонки объяснили Кнопке, куда мы собираемся, описали основные правила поведения на моторных яхтах и попросили представить себя богиней, за тысячи лет существования видевшей все и вся. Основательно одурев от наших планов, порядка цен на острова и всей остальной информации, мелкая на какое-то время выпала из реальности, но к моменту начала десантирования из машин взяла себя в руки и натянула на себя нужный образ. И пусть получалось у нее так себе, Фредди Фрешетт, этого не заметил, так как с момента знакомства и до посадки в старенькую, но неплохо сохранившуюся семнадцатиметровую моторную яхту Hunton XRS 55

видел и слышал только Рыжую.

Первые признаки его возвращения из страны грез в серую реальность я заметил уже после того, как мы вышли из марины и направились в открытое море: как следует разогнав легкое суденышко, неплохо сложенный мужчина лет двадцати восьми вдруг ответил на мой вопрос, заданный пятью минутами ранее:

– Максимальная скорость этой красотки пятьдесят пять узлов!

– На пять узлов быстрее, чем наша… – недовольно прокомментировала Танька. – Зато «Тарга» не в пример комфортнее.

Судя по вспышке недоверия в эмоциях Кнопки, она очень сильно сомневалась в том, что существуют яхты комфортнее этой, так как с первого взгляда влюбилась в лоханку Фрешетта. Но лицо все-таки удержала. И даже поддакнула!

Я мысленно усмехнулся и задал представителю руководства «Dream Reality» еще один вопрос:

– Знаете, Фредди, я тут почитал об океане у берегов Лос-Анджелеса и, признаюсь, удивлен тому, что ваша компания решила создать Архипелаг Мечты именно в этих водах.

Он чуточку поколебался, но решил, что правда выгоднее, чем ложь или недоговоренности:

– Да, действительно, океан у наших берегов холодноват – температура воды колеблется от четырнадцати-пятнадцати градусов в январе до двадцати с половиной в середине августа. Кроме того, мелкий песок образует взвесь, делающую ее непрозрачной, коричнево-серой и неприятной для купания…

– Могу назвать еще несколько причин, из-за которых местные жители практически не заходят в воду… – продолжила Линда. – Это отливы, оставляющие на берегу водоросли и тушки мертвых чаек, большие волны и туманы, приходящие из-за океана зимой и в середине лета.

Фрешетт согласно кивнул:

– Так и есть. Но при этом Лос-Анджелес – это второй по численности город США, центр агломерации с населением в двадцать с лишним миллионов человек и один из крупнейших мировых культурных, научных, экономических и образовательных центров. Говоря иными словами, в нем крутятся очень большие деньги, и порядка пяти лет тому назад владельцы нескольких крупных корпораций, игравшие в гольф, пришли к выводу, что жизнь в городе становится некомфортной. Причины можно перечислять довольно долго, но самые основные – это перенаселенность, дефицит питьевой воды, которую, если вы не в курсе, мы получаем по двум акведукам длиной в триста восемьдесят и пятьсот с лишним километров, и экология. Кто-то из них раздраженно заявил, что готов переселиться в океан, лишь бы не дышать смогом, и мотаться на работу на моторной яхте, его партнер напомнил о существовании летательных аппаратов с вертикальным взлетом и посадкой, а через несколько минут к обсуждению идеи подключились остальные игроки с вполне конкретными предложениями, позволяющими решить хотя бы одну надоевшую проблему. Их стараниями в Архипелаге Мечты не бывает смога; сверхсовременные опреснители, установленные на каждом острове, снабжают их жителей водой, которую смело можно назвать идеальной; универсальные энергетические комплексы преобразуют в электричество практически все, что нас окружает, начиная с солнечного света и заканчивая кинетической энергией воздушных масс и океанских волн. Вы не поверите, но наши инженеры решили даже нерешаемые задачи – их стараниями в кристально-чистых лагунах забили горячие источники, так что, при желании, вы можете плавать почти круглый год!

– Вы забыли упомянуть о том, что основные работы по проектированию «Архипелага Мечты» начались во время недавнего финансового кризиса: оказавшись на грани разорения, концерн вашего деда, специализирующийся на строительстве элитных особняков, несколько компаний, производящих летательные аппараты с вертикальным взлетом и посадкой, владельцы четырех верфей и так далее решили вложиться в новый стартап. После чего сделали все, чтобы результаты выглядели как можно более привлекательными для самой состоятельной прослойки населения, вынужденной жить и делать бизнес в Городе Ангелов…

– Но ведь у нас получилось! На самом деле!!! – воскликнул Фрешетт. – Подождите буквально десять-двенадцать минут, и вы увидите несколько вполне реальных воплощений понятия «мечта» своими глазами!!!

– Да вы не волнуйтесь! – мягко улыбнулась она. – Я ЗНАЮ, что вам удалось создать самую настоящую сказку. Именно поэтому решила прикупить себе остров именно тут. А для того, чтобы не чувствовать себя одинокой, заранее подобрала себе соседей, один из которых привлечет к Архипелагу требуемое внимание…

…Сказка под названием Очарование началась для нас с эллинга. Да, того самого, под Восточным Утесом, в который, как выяснилось, можно было заходить даже при волнении в пять баллов, да еще и автоматическом режиме. Разбираться в технологии работы сразу нескольких систем, обеспечивающих такую возможность, я поленился. Вернее, счел, что пока не могу себе позволить тратить на это время. Поэтому, перебравшись с транца моторной яхты на помост опоясывающий рукотворный грот, и подстраховав девчонок, покосился на темно-синее «зеркало» терминала управления всем этим хозяйством и вальяжно пошел следом за экскурсоводом. Лифтовый холл, в котором мы вскоре оказались, восхитил, если можно так выразиться, спокойной роскошью и невероятно стильным дизайном. Три кабинки, самая маленькая из которых была рассчитана на перевозку восьми человек весом в сто килограммов, вызвали практически те же ощущения. А потом мы поднялись на два условных этажа, прошли между сдвоенными дверями и оказались в тропическом лесу.

Пока я любовался деревьями, перевитыми лианами, и принюхивался к незнакомым, но очень приятным ароматам, Танька обернулась и хмыкнула:

– Как я понимаю, в основании Большой Горы тоже хватает всякого?

– Да! – подтвердил Фредди. – Кстати, она выполняет целый ряд функций. Первая и самая главная – это защита жилой части острова от западного ветра, который дует порядка восьмидесяти процентов времени года, и штормовых волн. Под ее прикрытием неопытные пилоты могут совершать взлеты и посадки, в ее толще располагается ангар для летающей техники, машинный зал, мощные холодильники для стратегического запаса продуктов и даже убежище, в котором можно пережить серьезные природные катаклизмы или войну.

– А что тут с насекомыми? – спросила Ростовцева. – А то мы налегке и не взяли с собой даже панамок.

– Их нет и не будет, во-первых, архипелаг располагается достаточно далеко от берега, а во-вторых, при изменении направления ветра на потенциально опасное автоматически включаются хорошо замаскированные распылители специальных репеллентов, абсолютно безопасных для людей.

– Тогда чем питаются птицы, щебет которых мы слышим?

– В ветвях некоторых деревьев спрятаны кормушки.

Ответив на этот вопрос, Фрешетт развернулся на месте и ломанулся по тропе, исчезающей в зарослях буквально метрах в пяти от нас. Добравшись до развилки, сообщил, что, свернув направо, мы сможем подняться на вершины горы и полюбоваться океаном со смотровой площадки или беседки. Потом вспомнил, что в ту же точку поднимается лифт, и пошел налево.

Следующий раз остановился возле здоровенного бассейна неправильной формы, стилизованного под озеро. Воды в нем еще не было, но мы представили, как будет выглядеть это место после того, как остров подготовят к встрече хозяев, и позволили себе помечтать. Совсем немного, так как Фредди задвинул приличный монолог, в котором описал логику функционирования систем циркуляции и очистки воды. А когда закончил, сообщил, что при желании бассейн можно прикрыть сверхпрочной плитой и превратить в площадку для подвижных игр или стоянку для четырех-шести летательных аппаратов гостей.

Я отложил это в памяти, огляделся по сторонам и первым пошел к дому, который, к сожалению, еще не начинали облицовывать. Впрочем, размеры этой громадины внушали уважение сами по себе, а макет того, что должно получиться, я уже видел.

В доме мы потерялись на долгие шесть часов. Правда, не все – пока я, Голикова, Ростовцева и Доулан знакомились с тем, что имеется в наличии и озвучивали свои пожелания, Лера с Ольгой шарахались по острову, фотографируя его самые красивые уголки для будущего отчета нам-любимым. Впрочем, о них я почти не вспоминал – последовательно вываливал на несчастного Фрешетта все свои домашние заготовки и краем глаза следил за Танькой, которая «жила» в 3D-модели, созданной дизайнерами «Dream Reality», и забивавшей в планшет названия предметов, которые следовало докупить в то или иное помещение.

На минус третьем этаже, который я хотел существенно расширить и превратить в профессиональный спортзал, мы с ней поменялись ролями – она грузила Фредди нашими требованиями, а я прикидывал, как это будет выглядеть в реальности. Кстати, стоило нам спуститься в будущий тир, как наш экскурсовод первый раз за все время общения признался в том, что чего-то не знает. И попросил найти возможность переслать ему необходимые ТТХ пола, потолка и стен. Соответствующие данные обещал подготовить Форд-старший, так что я смело обозначил сроки. Потом утащил его к закрытому бассейну, рядом с которым хотел видеть сауну, помучил Фрешетта еще минут двадцать и поинтересовался вердиктом.

Он деловито потыкал в пиктограммы программы, в которой работал все это время, дождался завершения процесса составления сметы работ, прокрутил изображение в самый низ и со вздохом заявил, что, по самым грубым прикидкам, переделки обойдутся нам в четыре с лишним миллиона.

Я успел смириться с потерей куда большей суммы, поэтому без какого-либо внутреннего сопротивления пожал плечами и попросил добавить полученный итог к счету за остров. А когда Фредди захлопал ресницами, недоуменно выгнул бровь:

– Ну да, мы его берем. Само собой, с нашими доработками.

Фрешетт расплылся в счастливой улыбке, а через мгновение получил еще одну причину для радости – свое решение озвучила и Линда:

– Я тоже беру. Изумление. Без каких-либо доработок. Оно, помнится, уже готово к сдаче в эксплуатацию, верно?

– Да.

– Тогда я оплачу счет уже сегодня. Чтобы в понедельник-вторник переехать из отеля в собственный дом.

– Счет будет в течение получаса! – радостно протараторил Фредди и застучал пальцами по клавиатуре рабочего планшета.

– Отлично! – удовлетворенно сказала она и повернулась ко мне: – Дэнни, я надеюсь, вы составите мне компанию?

…Сразу после высадки в марине Голикова заявила, что нам пришло время расстаться. Я чувствовал ее эмоции, знал, что это шутка, но сердце все равно екнуло. Как ни странно, она умудрилась это ощутить и заторопилась объяснить, что имела в виду:

– Я выяснила, какую сумму Оля потратила на себя-любимую, обиделась и сочла необходимым ее перевоспитать в процессе небольшого шопинга. Я бы с огромным удовольствием погуляла по магазинам всей компанией, но вас с Анькой узнают на входе в первый же бутик, и на этом отдых закончится. В общем, вы можете развлекаться по своему плану и ждать. Или как следует выспаться. Все равно мы вернемся в отель только часа через четыре.

– Аккуратнее, ладно? – попросил я. А когда она кивнула, чуть пригнулся и подставил щеку под поцелуй.

За первым прилетело еще два с половиной: Танька, Лерка и Линда попрощались от всей души, а Оля решила прикоснуться губами к скуле только после мотивирующего рыка «альфа-самки». Через минуту кроссовер плавно тронулся с места, выехал на улицу, повернул направо, набрал скорость и исчез, а мы с Ростовцевой остались одни.

– Чем займемся? – спросила экс-напарница после того, как мы попадали на сидения «Шелби».

Я вздохнул:

– По-хорошему, мне не мешало бы потренироваться. Хотя бы часик. А то плющит от переизбытка энергии.

– А что, Леркиной помощи не хватило? – съязвила она.

– Смеешься⁈

– Есть немного.

Я перефразировал последнюю фразу из древнего анекдота:

– Злая ты, уйду я от тебя…

– Ага, так я тебя и отпустила!

Пока мы обменивались любезностями, я успел завезти движок и выкатиться на улицу, а Ростовцева влезла в Интернет, нашла статью о десяти лучших залах для единоборств Лос-Анджелеса и начала проглядывать описания. С выбором определилась достаточно быстро, без труда дозвонилась до ресепшна, договорилась об аренде отдельного помещения на два часа и гордо задрала носик. Увы, вбивать в навигатор нужный адрес так оказалось неудобно, и она перестала выпендриваться. Зато после того, как закончила «колдовать», уставилась в боковое стекло и как бы невзначай сдвинула вверх подол летнего сарафанчика.

Неспешно ехать по городу, поглаживая шелковистую кожу, и уютно молчать было настолько приятно, что я даже расстроился, когда мы добрались до места назначения. Но зависать в тачке, на капоте и дверях которой красовались слишком узнаваемые рисунки, было идиотизмом, поэтому я вздохнул и выбрался из салона.

Первые несколько минут моя бейсболка, темные очки на половину лица и бюст Аньки, волнительно колышущийся в приличном вырезе, превращали меня в человека-невидимку. Но продавец магазина спортивного снаряжения, в который мы вломились, чтобы приобрести плотный топ, две пары шорт и два полотенца, оказался на редкость глазастым и уничтожил мое инкогнито одним восторженным воплем.

Шмотьем мы все-таки обзавелись. В обмен на несколько селфи и автограф, изображенный на листе формата а-четыре, который счастливый парень обещал повесить на самое видное место. Все бы ничего, на параллельно пришлось подписать еще полтора десятка футболок покупателям и ребятам, примчавшимся в магазин по звонку друга, ответить на сотню вопросов и улыбаться, улыбаться, улыбаться. В итоге до менеджера спортклуба мы добрались морально уставшими, пережили еще один шквал восторгов и буквально через десять минут заперлись в вожделенном зале.

Переоделись там же. После того, как Ростовцева «случайно» сожгла все камеры, которые менеджер нагло забыл отключить. Потом добросовестно размялись, забрались на ринг и сцепились в битве не на жизнь, а на смерть. И я почти не преувеличиваю: экс-напарница, успевшая привыкнуть к новым возможностям, изображала идеального спарринг-партнера! Да, на скоростях, которые мы не боялись показать посторонним, но даже на них не приходилось несладко. В основном за счет нереальной вязкости боя и необходимости ежесекундно менять его рисунок. Почему? Да потому, что она думала значительно быстрее, соответственно, успевала выбрать самый неожиданный вариант адекватного ответа и не прощала ошибок. В общем, мне приходилось воевать не столько с ней, сколько с инертностью собственного тела, и выкладываться, как последний раз в жизни.

Как ни странно, в таком режиме нам удалось проработать ровно полтора часа, то есть, весь промежуток времени, оговоренный в устном соглашении. Потом я открыл дверь, оглядел толпу, собравшуюся в коридоре, поздоровался и мысленно вздохнул: в принципе, трое мужчин в неплохих деловых костюмах действительно могли являться совладельцами заведения. А вот инструкторов, которым «стоило бы поприсутствовать» на нашей тренировке, набежало как-то уж очень много! Увы, выкатывать претензии тем, кто не присутствовал на «переговорах», было глупо, поэтому обменялся парой фраз с самым главным «костюмом», заявил, что не хочу остывать, сделал шаг в сторону и пригласил страждущих внутрь. Дождавшись, пока последний войдет в зал, запер дверь, вернулся к Аньке, за время моего «отсутствия» успевшей перетащить шмотье и спрятанное под ним оружие к противоположной стене, и включился в рубилово, которое потеряло процентов сорок накала. В итоге настроение, балансировавшее между отметками «хорошо» и «очень неплохо», начало портиться, так что ровно через пятнадцать минут я прервал это дуракаваляние, вытер лицо полотенцем и предложил «гостям» задавать вопросы о технике исполнения тех или иных ударов, бросков и боевых связок.

Как и следовало ожидать, первый же вопрос оказался не в тему:

– Скажите пожалуйста, а почему нельзя интересоваться чем-нибудь другим?

Я равнодушно пожал плечами:

– Можно. Но наше пребывание в Лос-Анджелесе расписано чуть ли не посекундно, поэтому ровно через четырнадцать минут мы покинем ваш гостеприимный спортивный клуб и отправимся дальше. А ответы на большинство общих вопросов можно найти на моей официальной страничке.

Парня, пытавшегося заявить, что четверти часа абсолютно недостаточно для нормального общения с уважаемыми людьми, быстренько заткнули, и мужик лет тридцати восьми-сорока, судя по пластике движений, посвятившего жизнь чему-то вроде киокушин-карате, попросил показать защиту от прохода в ноги.

– Покажем. И объясним нюансы. Только включите камеры на телефонах, чтобы не пришлось повторять одно и то же по нескольку раз.

Минуты через три, когда мы с Ростовцевой сочли, что ответ получился достаточно информативным, подал голос юноша, неуловимо похожий на одного из «костюмов». Широкоплечий, жилистый и резкий, он оглядел Аньку раздевающим взглядом и криво усмехнулся:

– Вряд ли я ошибусь, заявив, что вы пришли в боевые искусства не из борьбы.

– Не ошибетесь.

– Тогда вы не продержитесь против Аннет Хофтейзер и минуты!

– И с чего вы это взяли?

– Она – двукратная чемпионка Европы по бразильскому джиу-джитсу, и завяжет вас в морской узел!

– Боретесь?

– Я? Да!

– Как долго?

– С пяти лет!

– Весите за сотню килограммов?

– Э-э-э… не знаю, сколько это в фунтах, но в них я вешу двести двадцать шесть!

– Как оцените свои шансы в поединке против такой противницы, как я?

– Закончу бой еще в первом раунде либо болевым, либо удушением!

– Найдете шингарты на мою руку в течение пяти минут – подеремся.

Парень довольно осклабился, подмигнул набриолиненному латиносу своего возраста и куда-то умчался. Вернулся достаточно быстро, прижимая к груди три упаковки с новенькими перчатками разного размера. Мы в этот момент показывали, какими финтами можно «раздергать» классического боксера на улице, так что ему пришлось подождать. Но совсем немного – как только наш оппонент врубился в то, что мы пытались до него довести, Аня требовательно щелкнула пальцами, поймала первый комплект, кинула взгляд на маркировку и разорвала целлофан:

– Деремся по правилам «Овердрайва», но до первого нокаута, нокдауна, удушения или болевого. Устраивает?

Адепт БЖЖ, успевший выйти на ковер, стянул с себя футболку, поиграл грудными мышцами и утвердительно кивнул:

– Конечно!

– Разогреваться будешь?

– Нет, я только с тренировки.

– Тогда кивни, как будешь готов.

Он выставил перед собой руки в потертых «боевых» шингартах, кивнул и мягко скользнул вперед. Затем чуть-чуть присел, кинул пристрелочный джеб и… сложился пополам, потеряв сознание от правого прямого, прилетевшего точно в солнечное сплетение!

– Все… – усмехнулась Ростовцева, «невесть когда» сместившаяся в сторону, сняла левую перчатку и повернулась к зрителям: – Думаю, ответ получился достаточно аргументированным и не требует дополнений…

…Из спортзала вышли в сопровождении толпы человек из пятидесяти, а на паркинге, вокруг нашей машины, обнаружили стайку из приблизительно такого же количества пацанов. Постояли перед капотом эдак с полминуты, чтобы все желающие успели сделать по нескольку фотографий и, забив на шквал просьб задержаться еще хотя бы на полчаса, попадали на свои кресла. Пока я мягко продавливал живой заслон, Ростовцева проверила салон на предмет появления нежелательных сюрпризов и нашла. Аж два простеньких полупрозрачных микродрона, успевших спрятаться в труднодоступных местах. Сожгла. Помянула недобрым словом их хозяев. Всю дорогу до отеля ворчала. А когда мы ввалились в мой номер и, раздеваясь на ходу, поплелись мыться, чертыхнулась и опять взялась за «любимый» девайс.

Результаты инструментальной проверки – четыре «жучка» военного образца – конечно же, не обрадовали. Поэтому, нарисовавшись в ванной, она положила пистолет на бортик джакузи, нервно сорвала с себя белье и забралась ко мне. Да, порывалась сесть напротив, но я притянул ее к себе, обнял со спины и начал рассказывать какую-то ерунду, чтобы оттянуть злость.

Анька поерзала, устраиваясь поудобнее, через какое-то время начала успокаиваться, а минут через пятнадцать царапнула ноготками тыльную сторону моей правой ладони и заговорила сама:

– Кстати, забыла сказать, что придумала, где нам обосноваться в России!

Я, естественно, заинтересовался, и экс-напарница, почувствовавшая мой интерес, приободрилась:

– В конце тридцать девятого мне пришлось поучаствовать в задержании одного проворовавшегося генерала. Правда, в момент получения боевой задачи я об этом не знала: вместе с остальными бойцами загрузилась в Ил, три с лишним часа настраивалась на действо, в нужный момент вывалилась в ночь, немного полетала и свалилась на голову защитникам особняка. Последние оказались вооружены по последнему слову техники, но против «Яровитов» не сыграли, так что к четырем утра объект был зачищен, а цель номер один обзавелась красивыми браслетами. Благодаря классическому армейскому разгильдяйству «конверт», на котором нас планировалось эвакуировать, прилетел только к семи вечера, поэтому мы успели не только осмотреться, но и выяснить, что нас занесло не абы куда, а на Байкал. Точнее, на реликтовое горное озеро Фролиха, расположенное в восьми километрах от его северо-восточного берега на территории Верхнеангарского заказника. Теперь представь себе идеально-гладкое водное зеркало длиной порядка девяти километров, в котором отражается бездонное небо, изумрудную тайгу, белые шапки на вершинах отрогов Баргузинского хребта, не тающие даже летом, чистейший горный воздух и… единственную тропинку, по которой можно добраться до этого великолепия!

– Единственная тропинка – и особняк? Как-то не вяжется…

– Все вяжется, ты просто не дослушал! Мужичок, которого мы приняли, какое-то время был начфином полка тяжелой бомбардировочной авиации, базирующегося на аэродроме Белый, и за время службы очень неплохо изучил окрестности Байкала. А через несколько лет, взобравшись почти на самый верх пищевой цепочки и провернув несколько очень выгодных сделок, решил, что ему для полного счастья не хватает настоящей тишины, покоя и хорошей охоты. С возможностями у него было все в порядке, поэтому разрешение на строительство на территории заказника было получено влет. А потом начались чудеса: особняк, спроектированный в Италии, подрядилась строить бригада из Германии, егерей заказника заменили наемники из Ирландии, а доставку всех необходимых материалов взяли на себя Вооруженные Силы России! В результате к озеру, от которого до ближайшего населенного пункта порядка шестидесяти километров непролазной чащи, вдруг начали мотаться военно-транспортные конвертопланы. С аэродрома Белый, расположенном в пятистах километрах!!!

– Офигеть! – представив себе эту картину, ошалело выдохнул я.

– Однако небывалый размах строительства, начатого генералом, привлек внимание его недоброжелателей, и за пару-тройку недель до сдачи объекта в эксплуатацию было возбуждено первое уголовное дело. Как водится, кто-то из сотрудников Главной Военной Прокуратуры решил заработать денег и слил объекту разработки информацию о том, что его песенка спета. Мужик, недолго думая, подался в бега. Но свалить в Англию не получилось, и он вместе с парой телохранителей ушел в тину. Чтобы где-то через месяц всплыть в недострое и дождаться нашего визита.

Чтобы унять проснувшееся любопытство, я не поленился сбегать за планшетом. Вернувшись обратно, влез в Интернет, открыл карты Google и нашел это озеро. Потом почитал несколько статей о природе Байкала и его окрестностей, просмотрел больше сотни фотографий, сделанных туристами, успевшими побывать на Фролихе до ее перехода в частную собственность, и, конечно же, разобрался с минусами жизни в этом месте. А их хватало. Первым и самым крупным была логистика: от озера до ближайшего города, в котором имелся аэропорт, то есть, Улан-Удэ, было порядка пятисот километров. По прямой. А дороги, как таковые, практически отсутствовали. Таким образом, любая поломка транспортного средства автоматически оставляла пассажиров наедине с по-настоящему дикой природой: горами, болотами, непроходимой тайгой, непуганым зверьем и самым страшным врагом цивилизованных людей – человеком, исповедующим Закон Силы. Зато климат, как ни странно, не пугал: да, зима там обычно тянулась целую вечность и прихватывала солидную часть весны, зато летом вода озера частенько прогревалась до восемнадцати-двадцати градусов по Цельсию и позволяла купаться. Чуть-чуть напрягала высокая сейсмоактивность, но сильные землетрясения случались не так уж и часто, и при правильном подходе к проектированию жилья их можно игнорировать. Имелась и связь. Спутниковая. И такой же интернет. Но, в случае чего, дожидаться помощи можно было даже не часами, а сутками. Что неплохо мотивировало надеяться только на себя.

Короче говоря, серфинг по Сети и анализ обнаруженных материалов меня здорово загрузил. С одной стороны я, как преимущественно городской житель, не горел желанием отказываться от большинства благ цивилизации и забиваться в такую глушь. А с другой понимал, что это место Смутное Время даже не заденет. И при достаточных запасах продовольствия мы его просто не заметим.