Текст книги "Предвестник (СИ)"

Автор книги: Василий Горъ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)

– Информация о попытке похищения мистера Еремеева и героизме русского пилота, сумевшего спасти его и вас в абсолютно безвыходной ситуации, разошлась по всему миру, и мы не можем себе позволить обойти вниманием такой поступок. Ведь нападение произошло на территории нашей страны, и заказчики этого преступления тоже американцы.

– А что, есть такое желание? – пошутил я, хотя понимал, к чему он клонит.

– Нет, мы ему по-настоящему благодарны, поэтому после награждения Серебряной звездой вручим чек на приличную сумму. Весь вопрос в вашем присутствии на этом мероприятии: мы понимаем, насколько сложно вам будет вырваться в Вашингтон в ближайшие дни, но каждый день нашего молчания сказывается на имидже страны, и единственная возможность минимизировать этот ущерб – согласовать дату мероприятия и опубликовать ее на официальной страничке DAF.

– DAF из-за того, что он в прошлом военный летчик?

– Да.

Я невидящим взглядом уставился в окно и прикинул, что особо важного меня ждет в ближайшие три недели. А когда закончил ужасаться количеству запланированных дел, подобрал более-менее подходящий вариант:

– Понедельник, третье ноября вас устроит? Только я прилечу буквально на несколько часов, а то четырнадцатого у меня очень серьезные поединки.

Эмофон АНБ-шника полыхнул неподдельной радостью:

– Это было бы просто замечательно!

– Тогда считайте, что мы договорились. Только мне надо знать, куда именно приезжать.

– Пентагон, округ Арлингтон, Вирджиния. Это пригород Вашингтона, расположенный на правом берегу Потомака… – протараторил он. – Впрочем, слово «приезжать» тут не подходит: я встречу вас в аэропорту лично…

…После завершения обсуждения тонкостей планируемого награждения Джеральд подробно объяснил, в каких ситуациях имеет смысл связываться с лишними абонентами телефонной книги нового девайса, а потом извинился за то, что заденет за живое, и выдал довольно занимательный монолог:

– Я в курсе всех нюансов физического и эмоционального состояния девушки, которую вы привезли на этот остров, поэтому понимаю, чем вы руководствовались, спасая ее от суицида именно таким способом. К моему огромнейшему сожалению, наши врачи солидарны с вашими – шансы вернуть ей зрение равны нулю. Зато все остальные имеющиеся проблемы со здоровьем вполне решаемы. С реабилитацией после операции на груди, а также с восстановлением нормального состояния полости рта и голосовых связок, вне всякого сомнения, справится тот врач экстра-класса, которого вы забрали из России. Тем более, что вы уже приобрели все необходимое и даже больше. А потом вам придется искать пластических хирургов. У нас, в Соединенных Штатах, есть несколько специалистов с мировым именем. Да, на операцию к каждому из них записываются чуть ли не за год, но нам они не откажут. В общем, как только вы вернете подруге вкус к жизни и сочтете, что она морально готова лечь на операцию, позвоните мне…

Оставаться на завтрак Миллер отказался, заявив, что уже куда-то опаздывает. Но пообещал, что в следующий раз обязательно примет подобное предложение. Я проводил его до трапа, пожал протянутую руку и отошел в сторону. А после того, как «конверт» поднялся в воздух, плавно развернулся и ушел в сторону материка, отправился во второй гостевой домик. Извиняться перед теми, кого фактически бросил в Вегасе. Как ни странно, в здании никого не оказалось, и мне пришлось подключаться к камерам системы наблюдения.

Потеряшки нашлись в лагуне – молодежь плавала наперегонки, а Алферов и Батыров выходили из воды к лежакам.

Пока шел по тропинке, мысленно проговаривал самые важные тезисы будущего монолога, но он не пригодился. Нет, первое предложение я все-таки произнес, а потом Дмитрий Петрович жестом попросил меня прерваться и заявил, что извиняться мне не за что:

– Министр Обороны рассказал нам о подвиге девушки, пострадавшей во время освобождения заложников, и сказал, что для любого сослуживца вы с Аней сделаете в разы больше, чем любое государство. Просто потому, что они для вас свои…

– А сэгодньа мы ууидели, какоэ количестуо бэзумно дарагоуа оборудоуаниа уи купили, и заууажали уас эщэ болшэ… – как-то уж очень сильно волнуясь, продолжил Тимур. – И потом, экыпаж самольота Лынды нэ отходыл от нас ни на шаг. И у Уэгасэ, и тут. А эщо отпрауил Грэгора и Матуэича домой…

Свое мнение высказал даже Тихон, хотя никогда не отличался особой разговорчивостью:

– Чума, ты все сделал правильно, так что забей на эту тему и переходи к следующей.

Я потер переносицу и хмыкнул:

– Спасибо, мужики. К другой, так к другой: к сожалению, в Вегасе нам было не до нормального общения. А нам с девчонками по-настоящему любопытно, как вы отдохнули в Большом Каньоне. Смотреть фотки на ярком солнце на экране телефонов как-то не интересно, поэтому имеет смысл объединить приятное с полезным. В смысле, сразу после ужина всей компанией перебраться в игровую комнату, посмотреть все, что вы наснимали, на большом экране и послушать как можно более подробные рассказы. Каким будет ваш положительный ответ?

Положительных ответов я получил целых пять, а потом попросил мужиков ненадолго забыть об океане и составить мне компанию. Прямо так, то есть, не суша волосы и не одеваясь. Упираться, естественно, никто не стал, так что я повел их по тропинкам к эллингу. А после того, как завел внутрь и врубил освещение на максимум, жестом показал на технику, расставленную вдоль левой стены:

– Мы с Алексеем Алексеевичем очень довольны вашей работой, поэтому решили не обходиться одними премиями, а сделать вам небольшие, но нужные подарки. Любителям погонять по океану – аквабайки, а представителям старшего поколения – катер, на котором в выходные можно отправляться в город, а можно вооружиться удочками и поискать рыбные места.

«Спортивное крыло» шарахнуло по нервам такой «вкусной» помесью удивления, удовлетворения и восторга, что я не удержался от улыбки. Через пару мгновений стало еще веселее – Тимур, оказавшийся самым шустрым, сорвался с места, долетел до «Ямах», повернутых к нам мордами, увидел название модели, на всякий случай посмотрел на спидометр и обалдело уставился на меня:

– Только не говори, что они такие же, как ваши…

– Подтверждение жестом устроит? – ухмыльнулся я.

– Но они же стоят, как самолет!

Я пожал плечами:

– Так и вы работали отнюдь не спустя рукава. В общем, не выносите мне мозги. Лучше разберитесь, который чей, заправьте своих монстриков и спустите их на воду. Кстати, инструкция по пользованию терминалом лебедки переведена на русский язык и вызывается пиктограммой в правом верхнем углу экрана.

Алферов и Батыров тоже начали строить из себя честных девушек. Первый пробовал доказать, что катер им нафиг не нужен, ибо пребывание на таком острове является отдыхом само по себе, а второй привел аргументы покруче. Сначала заявил, что я его давно перерос, и он в принципе не представляет, чему еще можно меня научить, а потом мысль, которая явно не давала ему покоя:

– Кроме того, после твоего ухода из Большого Спорта единственным выступающим бойцом команды останется Тимур, которому борьба нужна, как рыбе зонтик, а значит, мне и Рамазану придется переключиться на сыновей Алексея Алексеевича.

Услышав эти слова, загрузились все. Пришлось пресекать упаднические настроения на корню:

– И что это меняет? Вы для меня свои. И не перестанете ими быть даже после того, как вернетесь в Москву. В переводе на русский язык, сможете прилетать сюда в отпуска, останавливаться в своих комнатах и отдыхать там, где вам рады. Да, есть нюансик – мы будем рады именно вам, и не факт, что те ваши близкие, которым захочется составить вам компанию, смогут пройти проверку службы безопасности, которая уже создается. Но до этого надо еще дожить. Кстати, не стоит забывать и о том, что Алексей Алексеевич взял себе соседний остров, а значит, вы будете сюда прилетать и на некоторые школьные каникулы. Вопросы?

– Их предостаточно! – практически успокоившись, воскликнул Али Мавлетович. – Не знаю, как Петрович, а я не представляю, как управлять катером, не уверен, что смогу найти, где его оставить, если когда-нибудь решусь сплавать в Лос-Анджелес; не знаю города; посредственно говорю по-английски и, как ни смешно это звучит, боюсь потеряться в океане. Кроме того, этот остров, вне всякого сомнения, режимный объект, а значит, каждый выход в океан придется согласо-…

Я жестом попросил его прерваться и выдал подготовленный ответ:

– Этот катер – ни разу не моторная яхта, соответственно, управление им вы освоите за пару дней. Потеряться в океане на этом катере или гидроциклах нереально – в нем прошиты координаты острова, соответственно, на их мониторах в постоянном режиме высвечивается стрелочка, показывающая нужное направление. Кроме этого, в базе имеется и карта, и автопилот. А на все остальные вопросы я отвечу только после того, как вы хотя бы осмотрите этого красавца…

…Технологию пересечения границы охраняемой зоны на всех шести имеющихся аквабайках и катере тренеров я объяснил не только этой пятерке, но и «Яровитам» с «Гольфстримами». Дабы потом не тратить время на то же самое. И пусть пришлось убить лишние десять минут на ожидание, результат однозначно порадовал, позволил забыть о девяти мужиках и одной девушке до обеда. К сожалению, посвятить все высвободившееся время Люде, девчонкам и себе-любимому не получилось: без четверти час мне позвонил старший из братьев Аль-Тани и после обмена любезностями поинтересовался, не смогу ли я уделить ему минут сорок-пятьдесят для разговора тет-а-тет.

Задавать тупые вопросы из серии «А откуда ты знаешь, что я в Лос-Анджелесе?», имея представление о финансовых возможностях его семьи, было бы редким идиотизмом, так что я предупредил, что не смогу вырваться в город, и предложил прилететь или приплыть в гости. Он предпочел первый вариант, перепроверил имеющиеся координаты и пообещал, что будет ровно в половине второго. А я снова свалил из спальни Полуниной. Только в этот раз забрал с собой еще и Таньку с Леркой. Чтобы они помогли организовать какой-нибудь перекус все в том же кабинете. Ну, или я помог им, ибо основную работу делали они, а я изображал «подай-принеси».

Несмотря на то, что времени до прилета гостя оставалось всего ничего, эта парочка успела нажарить приличную стопку блинов, сварганить шесть видов начинки, вытащить из заначки банку красной икры и четыре вида варенья, откопать чай, подаренный Еремеевым, и подходящий сервиз. В общем, встречать Аль-Тани я отправился со спокойным сердцем.

Парень прибыл на серебристом полуспортивном «конверте» от «Aurora Flight Sciences» в сопровождении всего одного телохранителя. Последнего оставил в машине, а сам, выбравшись наружу, одернув брюки модного летнего костюма и сняв солнечные очки, от души пожал мне руку и еще раз извинился за то, что побеспокоил меня в выходной день. Я предпочел отшутиться:

– А какие еще был варианты, если я сбежал из Вегаса еще до завершения банкета?

– Да, это было неожиданно… – признал он, с интересом огляделся по сторонам и выдал непонятную фразу: – Тут так спокойно. Даже не скажешь, что этот остров имеет хоть какое-то отношение к компании «Dream Reality»!

Я вопросительно выгнул бровь и, не дожидаясь ответа, пригласил его в дом.

– Я был в их офисе в пятницу днем. Хотел купить остров. И первый раз в жизни поучаствовал в стихийном митинге недовольных покупателей!

О том, что после нашего переселения на Архипелаг Мечты продажи существенно выросли, мне говорили, и не раз. Но о подобных митингах даже не заикались, так что во мне проснулось любопытство:

– А чем они были недовольны?

– Приехали так же, как и я, без звонка. И обнаружили, что покупать уже нечего – последний остров архипелага, который, если мне не изменяет память, введут в эксплуатацию только в конце декабря, ушел в четверг вечером за четыре с половиной номинальной цены!

– Неожиданно… – удивленно выдохнул я, заходя вслед за катарцем в лифт. Там ткнул в нужный сенсор, дождался закрывания дверей и спросил, не знает ли он, чем вызван подобный ажиотаж.

Парень пожал плечами:

– Насколько я понимаю, друг на друга наложилось сразу несколько факторов. Отдых у вас в гостях одного из влиятельнейших организаторов процесса объединения стран Большой Десятки; фантастический уровень подготовки пилота, уволившегося из ВВС России за считанные дни до начала работы на вас; скорость реакции ВВС Соединенных Штатов на воздушный бой; слив информации о покупке нескольких островов представителями руководства Америки, России, Великобритании, Франции, Японии и Китая; включение очень серьезного «фильтра» владельцами архипелага и, конечно же, эффективность реакции зародыша будущего государства на первую же серьезную угрозу руководству. Ведь все вышеперечисленное однозначно свидетельствует о том, что участники объединения доведут дело до конца, а Архипелаг Мечты станет одним из самых элитных и безопасных мест Объединенной Земли!

Последнее предложение он произнес уже на пороге кабинета. Потом прервался, повел носом и прикипел взглядом к накрытому столу.

Следующие минут двадцать Аль-Тани толком ничего не говорил, так как уминал блины и восторгался талантами тех, кто приготовил этот «кулинарный шедевр». Кстати, душой не кривил – действительно наслаждался вкусом всего того, что оказывалось в его тарелке, и испытывал настоящее уважение к моим девчонкам. А еще он несколько раз порывался прервать праздник желудка, чтобы не показаться обжорой, но раз за разом терпел сокрушительное поражение от желания съесть «еще один ма-а-аленький блинчик»! В итоге остановился только тогда, когда на блюде не осталось ровным счетом ничего, и виновато вздохнул:

– Эти bleens оказались настолько вкусными, что я не смог остановиться!

– Да что их тут было-то? – улыбнулся я, тоже принимавший активнейшее участие в уничтожении вкусняшек. – Может, попросим добавки?

– Боюсь, что лопну…

– Зато совершенно счастливым!

– Но ведь эта смерть лишит меня даже призрачного шанса попробовать bleens еще раз!

– Аргумент! – согласился я, налил ему чаю, заметил, что он посерьезнел, откинулся на спинку кресла, положил руки на подлокотники и предложил продолжить разговор с того места, на котором мы его прервали.

Парень аккуратно вытер губы салфеткой, положил ее рядом с тарелкой и тоже устроился поудобнее:

– Остров я все-таки купил. Но не у «Dream Reality», а у одного из тех дурачков, которые, вовремя почуяв скорые перемены, решили заработать деньги на перепродаже недвижимости. Правда, пришлось переплатить, но это мелочи. Главное, что я смог помочь Катару сделать первый шаг к намеченной цели. Хотя нет, не первый, а второй…

Я почувствовал, что он ждет наводящего вопроса, выбрал один из двух подходящих и спросил, что это за цель. Судя по изменениям в эмофоне моего собеседника, надо было интересоваться первым шагом, но переигрывать было слишком поздно, и я просто вслушался в ответ:

– Картина мира стремительно меняется. Привычное противостояние между сверхдержавами, экономические войны и подковерные игры уходят в прошлое, соответственно, те второстепенные государства, которым раньше удавалось выживать за счет игры на политических противоречиях, рискуют оказаться на свалке Истории. Просто потому, что не смогут конкурировать с мегагосударством, которое объединит возможности половины планеты, перестанет выбрасывать деньги на гонку вооружений и направит весь свой творческий потенциал на созидание. А моя семья искренне любит свой народ и хочет, чтобы он строил мирное будущее вместе с самой продвинутой частью населения планеты, пользовался всеми благами, получаемыми вследствие тесного сотрудничества интеллектуальной элиты Объединенной Земли, и когда-нибудь сделал шаг к звездам.

Я попробовал представить процесс безболезненного присоединения к Проекту государства, которое, согласно конституции, является абсолютной монархией, но не смог. А выяснять, как себе это представляет Аль-Тани, не рискнул. Чтобы, ненароком, не оттоптать больную мозоль. Поэтому спросил, какой помощи он ждет от обычного спортсмена.

Парень насмешливо фыркнул:

– Обычный спортсмен, напрямую общающийся с первыми лицами стран Большой Десятки, пользующийся абсолютной свободой передвижения в их границах, поддерживаемый командой профессионалов экстра-класса, превративший обычный искусственный архипелаг в самое престижное место жительства на Земле, и, что самое главное, формирующий мировоззрение доброй половины социально активной молодежи планеты⁈

– Вы преувеличиваете… – вздохнул я. – В лучшем случае заслуживший уважение части фанатов смешанных единоборств. И еще: будь я проектом инициаторов создания будущего государства, не стал бы завершать столь удачную спортивную карьеру настолько быстро. А я уйду из Большого Спорта всего через три недели.

– Туда, где продолжите привлекать к себе внимание неординарными поступками? – усмехнулся он, а потом перестал меня подначивать и выложил на стол самую обычную флешку: – Ладно, не буду придираться к формулировкам и играть словами. Скажу прямо: мы хотим присоединиться к Большой Десятке и включиться в работу уже сейчас. Тут – пакет предложений и описание тех шагов, которые уже предприняты для сглаживания противоречий между христианским и мусульманским миром…

– Прошу прощения за то, что перебиваю, но что вам мешает передать эту информацию, к примеру, президентам России или США?

– Мы не имеем никакого представления о вашей внутренней кухне. То есть, степени вовлеченности того или иного политика именно в этот проект, уровня доверия к этим личностям со стороны реальных первых лиц и так далее. Кроме того, мы вас уважаем. И как человека, и как спортсмена, и как воина. Поэтому хотим наладить личные отношения и добавить вам вес в глазах руководства…

Глава 17

9 ноября 2042 г.

…В шесть десять утра в Ростовцевой проснулось желание. В ванной, в которую она вломилась сразу после меня. Вернее, не проснулось, а вспыхнуло, как лужа бензина от брошенный спички. В результате процесс умывания затянулся минут на сорок, и до лифта мы добрались с солидным опозданием. Пока кабинка ехала на крышу, напарница винила во всем меня, а перед тем, как дверцы разъехались в сторону, перестала валять дурака и заявила, что честно признает свою вину. Однако каяться в своих прегрешениях не потребовалось, так как в бассейне не было ни души!

Само собой, мы с ней полезли в телефоны, подключились к камере в спальне Мадонны и обнаружили, что она осторожно бродит по помещению, широко открыв незрячие глаза и выставив вперед обе руки, а госпожа Рыжова дрыхнет без задних ног!

Будь на месте Лерки кто-нибудь еще, я бы понял, ведь накануне вечером мы всей командой праздновали конец очередной рабочей недели и отрывались до половины третьего ночи. Но рыжая была Одаренной и уже давно перешла на трехчасовой сон, а значит, просто не могла спать столько времени. К сожалению, составить мне компанию Анька отказалась наотрез, заявив, что довести Мадонну до лифта я смогу и «в одно рыло», а тут, блин, нега, прерывать которую нельзя!

Плющило ее действительно прилично, поэтому я не стал вредничать, а растрепал подруге и без того не особо причесанные волосы, вернулся в кабинку и спустился на этаж ниже. А там прогулялся по коридору, открыл нужную дверь, пересек небольшую гостиную и оказался в спальне.

Люда, которая в этот момент исследовала терминал климат-контроля, оставила в покое матовый прямоугольник и развернулась ко мне. Я сразу же прикипел взглядом к ее лицу, несколько секунд вдумчиво разглядывал те два рубца, которые вчера утром начали «оплывать», пришел к выводу, что процесс продолжается в нужном направлении, и переключился на шрам, уродующий левую грудь. А через мгновение подобрался: та его часть, которая «отсекала» верхнюю треть ареолы, практически исчезла!

– Что-то не так? – почувствовав мое удивление, испуганно прошептала Мадонна, которой Афина еще позавчера разрешила понемногу нагружать голосовые связки.

Я отрицательно помотал головой, потом сообразил, что она меня не видит, и так же тихо описал обнаруженные изменения. Страх в эмофоне девушки тут же исчез, а вместо него появилась не радость, а угрюмая решительность.

– Нам… надо… поговорить! – делая паузы между отдельными словами, чтобы не перетрудить горло, заявила она, нащупала мою тушку, добралась до плеча и «съехала» до запястья.

– Не вопрос! – ответил я, стряхнул ее захват и сходил к креслу за кроваво-красным шелковым халатиком, подаренным Танькой и Линдой. Вернувшись, накинул его на плечи девушки, запахнул, не вдевая руки в рукава, завязал пояс бантиком и вывел подругу в гостиную.

В ней она более-менее ориентировалась, поэтому с моей помощью добралась до дивана и осторожно села. Потом требовательно похлопала по сидению слева от себя, дождалась, пока я сяду, снова нащупала запястье и минуты три произносила три предложения:

– Денис, объясни, пожалуйста, что за хрень со мной происходит! Я с каждым днем все лучше и лучше чувствую ваши эмоции, практически не устаю и сплю по три-четыре часа в сутки. Кроме этого, у меня обострился слух, улучшилась координация движений, голова работает, как компьютер, и, до кучи, появилось какое-то новое чувство, позволяющее определять стороны света и что-то непонятное!

– Включаются те способности организма, к которым у тебя имеется предрасположенность… – ответил я, озвучив ту часть правды, которая не противоречила сказанному ранее, и нисколько не покривив душой. Потом понял, что столь лаконичный ответ Люду не удовлетворил, и приоткрыл еще кусочек тайны: – Ты не одна такая. То, что включилось в Росянке, превратило ее в супер-пилота и фантастическую рукопашницу, мне добавило всего понемногу, а Рыжова обрела способности лечить, поэтому целыми днями штудирует учебники и очень осторожно пробует помогать твоей естественной регенерации.

– Лечила, пока я спала?

– Наверное. Но результат налицо: трех сантиметров шрама почти не видно, а ареола почти как новенькая.

Несмотря на более чем серьезную причину для радости, Полунина не задохнулась от счастья, а задала следующий вопрос. Причем достаточно толковый:

– Всю первую неделю изменений ты по пять-шесть раз в сутки разминал мне стопы, и после каждого такого сеанса неприятные ощущения становились слабее. Получается, что лечить можешь и ты?

– Нет, не могу. У меня получается только стабилизация начальных изменений.

– Поняла. А Афина, если и знает, то самый минимум, верно?

Я подтвердил. И объяснил, почему. А когда закончил, подсветил еще один кусочек мозаики:

– Скажу больше, о сути происходящего знают всего четыре человека – ты, я, Лера и Татьяна.

Мадонна осторожно сглотнула, прислушалась к ощущениям в горле и решилась нагрузить его еще чуть-чуть:

– Человек, научившийся так лечить и продолжающий развиваться, стоит, как бриллиант размером с голову. Ты не можешь этого не понимать, значит, рискнул ради меня всем, что тебе дорого. А еще вытащил с того света мою племяшку и помогаешь моей сестре.

– Люд, для меня это нормально… – начал я, но она впилась ногтями в мое предплечье, безмолвно требуя не перебивать, а затем начала вкладывать в каждое следующее слово столько безумной уверенности в собственной правоте, граничащей с фанатизмом, что мне откровенно поплохело:

– В госпитале… я… считай… умерла. И дождалась… тебя… только… из любви… к Афине… Но ты… заставил… меня… поверить… в утверждение… «Я решаю… как тебе… дальше… жить…» Так вот… именно так… и будет… Всегда… Выздоровею я… или нет… Клянусь всем… что для меня… по-настоящему… дорого!

Внутреннее напряжение, которое накопилось в Полуниной к концу этого монолога, ощущалось, как перетянутая струна, готовая лопнуть при любом прикосновении, и это спровоцировало появление абсолютно новой грани Дара: я на миг растворился в безумном переплетении бесчисленных вариантов будущего Мадонны, обрел идеально четкое понимание наиболее вероятных альтернатив, и «собрался обратно» неуловимо другим. Этому новому «я» были чужды любые сомнения и колебания – сделав выбор еще там, в лабиринте «А если…», он сдвинул тело вплотную к Люде, зная, что так будет правильно, осторожно приобнял за плечи и начал вколачивать в ее создание свою уверенность. Спокойную, как океан в мертвый штиль, и жесткую, как стальной лом:

– Да, так и будет. И – выздоровеешь, без вариантов. Ибо МОЯ. И будешь МОЕЙ всегда…

Лихорадочное волнение, страх услышать слово «нет!» и фанатизм? Ха!!! Мировосприятие женщины, которую я обнимал, разбилось на мелкие кусочки и сложилось в новую картинку, в которой сомнений не существовало, как класс, а в очередном мгновенном «прозрении» вместо лабиринта «Может быть…» обнаружилась всего одна нить, ведущая в будущее. В разы более яркая, чем любая из предыдущих, и словно звенящая от нетерпения!

Но самое удивительно было даже не это – вместо того, чтобы задать себе вопрос «Что это было⁈» и задуматься о последствиях сделанного шага, я властно сжал пальцы на плече Мадонны, словно ставя точку в состоявшемся разговоре, и поставил «боевую задачу» на ближайшие пару часов:

– А теперь идем в бассейн – тебе надо как следует расслабиться и набраться сил, чтобы прожить несколько часов без меня…

…Ростовцева, продолжавшая нежиться в воде на относительно мелкой стороне бассейна, заметила изменения в моем состоянии чуть ли не раньше, чем я появился в поле зрения:

– Чубаров, а ты ощущаешься иначе. Более цельным, что ли? Хотя нет, не «более», а просто цельным. И это восхищает до дрожи в коленях. О, и в Людке больше нет ни одной трещины! Не знаю, что ты с ней сделал, но результат тот, что надо.

Я потянулся к ней новым чувством… Нет, не так: к ней потянулся новым чувством тот, переродившийся «я», и ощутил удовлетворение: в будущем моей напарницы тоже просматривалась одна-единственная нить, больше похожая на стальной трос. Кстати, этот «взгляд», брошенный черт знает, куда, нисколько не мешал заниматься делом – я избавил Полунину от халата, помог ей сесть на самый край бортика, скользнул в теплую воду, взялся за узенькую талию и очень медленно перенес женщину на подводное гидромассажное ложе, отрегулированное по высоте еще в день первой подобной процедуры. Посадив на среднюю часть, чуть выгнутую вверх, плавно развернул спиной к изголовью, подложил ладони под задние поверхности бедер и поясницу, помог лечь, не создавая волн, а когда убедился, что вода никак не попадет на заживающий шрам, врубил форсунки на минимально возможную мощность.

– Денис, выключи, пожалуйста, харизму! – внезапно попросила Анька. – Нет, лично мне реально в кайф. Но Кнопку прибьет по полной программе, а Линде гарантированно сорвет крышу от желания.

– Если бы я знал, как это сделать… – буркнул я.

Росянка подумала и выдала более-менее логичный вариант:

– Я бы переключилась в боевой режим, в котором она нафиг не нужна. А потом вернулась в обычное состояние.

Как ни странно, этот способ помог. Но так, на две трети – новый-я ощущался где-то рядом, чуть ли не за плечом. И был готов подхватить бразды правления разумом и тушкой в любую секунду.

– Во, совсем другое дело! – мурлыкнула советчица. И тут же подколола: – Но ты не вздумай забывать, как она вызывается. А то мне хочется провести ее ходовые испытания в койке… в душевой кабинке… на столе в гостиной… в общем, во всех подходящих местах земного шара!

– Мне тоже с ней комфортнее… – на полном серьезе призналась Люда. – Так что, появляясь у меня, возвращайся в ту ипостась.

Я не ответил ни «да», ни «нет». В два медленных и очень плавных шага добрался до своего ложа, принял горизонтальное положение, закрыл глаза, ушел в себя и постучался к «Системе». С вопросами.

Ответ удивил глубиной показанных образов и силой «давления» на мои мозги. А перевод всего увиденного на русский язык не предусматривал каких-нибудь альтернативных вариантов:

«Любая команда должна быть единым кулаком. Сомнение в лидере – это изъян, способный подставить под удар поставленную задачу. У вас лидер ты…»

Что интересно, в трех из четырех показанных мне «объяснялок» понятие «Задача» было связано с космическими перелетами. А ощущения, которые транслировались на этапе перемещения от одной звездной системы до другой, давали понять, что мероприятие это достаточно долгое и психологически очень тяжелое, соответственно, способность формировать эмоциональные привязки и «коридоры свободы воли» – чуть ли не единственный реальный способ обойти большую часть подводных камней.

Я объяснил, что не собираюсь загонять близких людей в эти самые коридоры, и получил информационный подзатыльник – симбионт показал мне несколько «видеороликов», позволяющих ощутить ужасы того вселенского бардака, который может начаться через пять-шесть лет, и закончил сеанс демонстрацией самых обыкновенных весов, на зеленой чаше которых ощущались сознания уже инициированных подруг, а алая была до краев наполнена темной венозной кровью.

Такие аргументы не парировались, и я мысленно помрачнел. А через мгновение увидел последнее «видео» этой сессии. В нем демонстрировалось будущее «После того, как…». Причем в одном из самых негативных сценариев. При этом одна половина картинки позволяла следить за метаниями группы растерянных одиночек, а вторая дышала уверенностью полутора десятков людей, действующих, как единый кулак.

Это меня добило. Вернее, мотивировало «натянуть» новую ипостась, как следует в ней «осмотреться» и шарахнуть по «Системе» концентрированной благодарностью. А после ее «исчезновения» вернуться в обычное состояние и отрешиться от окружающего мира до появления Линды и Кнопки…

…Картинка, демонстрирующая «коридор свободы воли» американки, был каким-то странным. Ее «нить», при впечатляющей толщине, была «не того цвета». Нет, какого-либо негатива этот фактор не нес. Просто ощущался немного болезненным, что ли? Но дергаться из-за этого явно не стоило – если та его часть, которая была «рядом», еще вызывала легкое неприятие, то дальше оттенок становился немного «здоровее». Зато аналогичная картинка у Ольги испортила настроение – «тросик» как бы не толще и прочнее Анькиного был тусклым и… хм… провисал. Причину отсутствия «натяжения» искать не требовалось, и я пообещал себе вернуть этому будущему цвет. Причем не когда-нибудь, а в ближайшее время. А для того, чтобы не оставить себе ни единого шанса сдать назад, сделал первый шаг. На пару мгновений накинув на себя вторую ипостась. Для храбрости или… безрассудства:

– Кнопка, дуй ко мне. Я уже забыл, когда мы нормально общались, и чувствую себя не в своей тарелке!

Мелкая, только-только скользнувшая в воду, не поверила своим ушам и развернулась ко мне. А когда увидела, что я сдвигаюсь на край ложа и призывно отвожу в сторону руку, засияла, как маленькое солнышко! Головы не потеряла – шла ко мне чуть ли не целую вечность и провожала испуганным взглядом чуть ли не каждую поднятую мини-волну. Зато после того, как легла на бок, пристроила голову на мое плечо и решилась положить ладошку на грудную мышцу, задохнулась от чистого, ничем не замутненного счастья.