Текст книги "Хозяйка немагической пекарни (СИ)"

Автор книги: Василиса Усова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 26 страниц)

Глава 18
Неудобная помощь

Остаток дня тянулся бесконечно долго. Только сейчас Адриана поняла, что утрата магии была еще не самой большой бедой. А вот невозможность использовать руки оказалась в разы хуже.

Девушка несколько раз обошла пекарню, пытаясь найти себе занятие, однако вскоре она вынуждена была признать, что с перебинтованными ладонями это не так-то просто. Попытка взять в руки метлу или скребок – отозвалась болью. Для шитья нужно было гораздо лучше владеть пальцами, а о том, чтобы заново завести тесто не приходилось даже мечтать.

Как ни горько было это признавать, но ей действительно нужна помощница, хотя бы на то время, пока не сойдут ожоги. Почти половина золотого в месяц – не такая высокая плата, чтобы пекарня продолжала работать.

Вечером, когда солнце зависло над пригорком, а между домами легли длинные тени, в пекарню заглянул Ром.

– Все глаза проглядела, дожидаясь меня? – с порога поинтересовался он, игриво поведя бровью и словно невзначай демонстрируя накаченные руки.

– Не могу сказать, что ты угадал. – Адриана чувствовала, что владеет собой уже гораздо лучше, а ужимки Ромерта и вовсе не производили на нее впечатления. – Но мне кажется, ты собирался прийти не один?

– Тая будет чуть позже, – парень цокнул языком. – Сначала я выполню свою часть уговора, чтобы тебе было совестно отказаться.

Само по себе такое замечание уже настораживало. Адри закусила губу, а затем мысленно махнула рукой, предоставив всему идти своим чередом. Ром сгреб хлеб, не позаботившись даже о том, чтобы помыть руки и, прижимая его к грязной рубашке, унес на полку. Девушка тихо охнула. Все ее усилия были попросту перечеркнуты. Кто после такого вообще будет совершать покупки в ее пекарне?

Над улицей призывно зазвенел колокольчик, но, судя по всему, Ромерту этого показалось мало.

– Эй-ей! – от его голоса зазвенели стекла, – Свежий хлеб, только что из печи! Налетайте, покупайте, не обижайте новую пекаршу! Она девушка ранимая, в другой раз может и не захотеть вас порадовать!

Адриана вспыхнула и закрыла лицо руками, мысленно пообещав себе – никогда больше не принимать помощь от Рома. Из кухни было слышно, как над дверью звякнул колокольчик и вошел первый покупатель.

– Ну разорался, – произнес кто-то добродушно. – А сама пекарша то куда подевалась?

– Да она мышь увидела, вот лежит теперь без чувств под печкой. – бодро отозвался парень, – Две малые серебрушки. Ага, спасибо!

Адри выдохнула, жалея, что сама не встала за прилавок. Сейчас Ром про нее такие слухи распустит, что местным еще долго будет что обсуждать. Лучше закончить это сразу. Поправив бинты, она постояла, собираясь с духом и вышла в первый зал. Одновременно зашел еще один покупатель.

– О, так вот она какая, наша новая пекарша, – присвистнул он, и добавил, обращаясь уже к Рому, – Быстро же ты ее в оборот взял, она поди и печь затопить-то не успела?

Покраснев до самых корней волос, девушка быстро скрылась в кухне и прислонилась к стене. От унижения ей хотелось провалиться прямо под натертые до блеска доски.

– Я взял в оборот? – деланно удивился Ромерт, – Да я просто мимо проходил, а она меня изловила и за прилавок поставила.

– Так чего же не отказался?

– Я никогда не отказываю девушкам, за то они меня и любят. Две серебрушки.

Дверь опять стукнула. На этот раз первым заговорил Ром.

– О, несравненная Маяра! Между прочим, на вашей совести мое разбитое сердце.

– Если мой муж услышит, то к сердцу добавится еще и разбитая морда. – густым басом прервала его женщина, – Тебя чего же, из кузницы выгнали?

– Так получилось. – печально отозвался парень. – Спасибо, новая пекарша, добрая душа, приютила, обогрела, приласкала…

На этот раз, Адриана призвала всю решительность. Иначе на ее, еще пока несуществующей репутации, камня на камне не оставят.

– Ромерт! – она вышла из кухни, сурово сжав губы, чувствуя как гулко колотится в груди сердце. – Так вот почему ты вызвался помочь? Решил выставить меня перед всем кварталом, как… как… – она поперхнулась, не в силах произнести последнее слово. – Я думала, в тебе есть мужское благородство, но на деле…

Покупательница неожиданно рассмеялась и бросила на девушку одобрительный взгляд.

– Так его, бесстыдника! – пробасила она.

– Милашка… чудачка… Адри! – вскинулся Ром, на всякий случай выставляя перед собой руки, от сверкнувшего в ее глазах презрения, ему на миг стало не по себе. – Это всего лишь шутки. Никто же о тебе дурно не думает…

– И ты решил это исправить? – медленно произнесла Адриана, пытаясь сообразить, как быть дальше. С одной стороны, Ромерт действительно помог ей с утра, и даже почти исправил первое впечатление. Но нынешнее поведение явно говорило не в его пользу.

– Я всего лишь…

– Распускать порочащие слухи, которые к тому же не имеют ничего общего с действительностью, это недостойно мужчины.

Девушка встряхнула головой и вдруг заметила, что в дверях уже собрались любопытствующие. Ее сердце куда-то ухнуло. Но надо было пытаться сохранить лицо. На подкашивающихся ногах Адри прошла вперед и встала за прилавок. В сторону Рома она больше не смотрела.

– Добрый вечер! – от волнения голос зазвучал громче обычного. – Если вы пожаловали за хлебом, то осталось всего несколько булок.

– И я сразу забираю две, – басом вмешалась женщина и бросила на Ромерта едкий взгляд. – А с ним лучше построже, иначе опять распоясается.

Адриана кивнула, через силу изобразив вежливую улыбку. Но раз провалиться сквозь пол не удалось, то придется стоять здесь и делать вид, что ей все нипочем. Впрочем, продавать хлеб оказалось не так страшно. Когда девушка отдавала последнюю булку, у нее даже не дрожали пальцы.

– Буду рада вам и в следующий раз, – сказала она последнему покупателю и облегченно выдохнула, когда за ним закрылась дверь.

Солнце окончательно скатилось за пригорок, а значит, можно с чистой совестью снимать колокольчик и запирать дверь. Неудобно только с Ромом получилось. Может он и правда хотел как лучше? Адриана посмотрела на забинтованные руки.

Пожалуй, надо найти с утра Ромерта и поговорить с ним в более спокойном тоне. Хотя… он тоже был не прав, но девушка готова была умерить свою гордость. Последнее, что ей нужно – это наживать на новом месте врагов.

Она открыла дверь и внезапно наткнулась на Рома. Тот сидел на краю крыльца, задумчиво покусывая соломинку. Заметив Адриану, парень вскочил на ноги.

– Слушай, – начал он, – Я не думал, что мои слова тебя так заденут. Это же просто невинная шутка.

– Мне она не показалась смешной.

– Я уже догадался. – Ром взъерошил волосы, – Ладно, чудачка. Признаю, был не прав, надеюсь, ты не откажешься продавать мне хлеб… Хотя бы иногда.

Адри кивнула. Такой серьезный, Ромерт был ей больше по душе. Еще бы знать заранее, в какой момент он опять возьмется за старое.

– Ну… Я пошел?

– Подожди. – остановила его девушка. – Кажется, ты собирался представить мне одну свою знакомую? Я подумала… Если ей действительно некуда податься, и она согласна на скромную оплату… То пусть приходит. И если ей вдруг негде жить, то у меня найдется даже комната. А потом…

Но Адриана не успела закончить. Ром стиснул ее в таких крепких объятиях, что у нее хрустнули ребра.

– Чудачка… То есть прости, Адриана. Ты самый милосердный человек в этом городе. Если мой язык еще раз скажет хоть что-то, что ты посчитаешь обидным, – я лично приколочу его гвоздями к этой двери.

Он выпустил ее из рук, и девушка первым делом глубоко вдохнула, убеждаясь, что ей это все еще под силу. Ромерт смотрел с такой благодарностью, что ей даже стало неловко. И в очередной раз шевельнулась мысль, кем же приходится ему эта девица, о которой он так печется?

И почему ее никуда не хотят брать на службу? Впрочем… Адриана вспомнила с каким пренебрежением ее саму встретил градоправитель. Правда ей повезло, она была в состоянии заплатить за пекарню. А у знакомой Рома, видимо, не оказалось такой возможности.

– Твой язык – не то украшение, которое понравится покупателям. Так что можешь оставить его себе. А завтра…

– Может сегодня? – перебил ее парень, – Тая живет на соседней улице, и могла бы прийти хоть сейчас.

Адриана на миг задумалась, после чего кивнула. Отчасти ее и саму уже разбирало любопытство. К тому же, ночевать в пустом доме, полном шорохов и поскрипываний, было немного жутко, несмотря на дверь и прочный засов.

Эгоистично, но если новая знакомая решит поселиться тут, Адри подозревала, что будет этому только рада.

* * *

Знакомой Рома оказалась худенькая девочка лет пятнадцати. Переступив порог пекарни, она застыла у самых дверей, глядя на Адриану почему-то испуганным взглядом. Ее темные глаза в обрамлении длинных ресниц оказались такими выразительными, что на их фоне как-то терялись остальные черты лица.

Ром на миг приобнял девочку за плечи, а затем подтолкнул к центру комнаты.

– Ну проходи же, никто тебя тут не съест. Разве что в пирог запекут и продадут какому-нибудь противному покупателю.

Девочка вздрогнула и покосилась на Адри так, будто нисколько не сомневалась в правдивости этих слов.

– Ее зовут Таяна. Можно – Тая. – парень не терял времени даром, – Она не очень разговорчивая, но смышленая до ужаса. И работать умеет, я бы ее даже в кузню пристроил, только боюсь, что меня тогда выгонят за ненадобностью.

На губах девочки мелькнула улыбка и погасла искорками в глазах. В этот миг Адриана невольно отметила ее сходство с Ромом. Сестра? Тогда понятно, почему парень так о ней печется. Хотя по Ромерту и не скажешь, что он способен на проявление братских чувств, однако требовалось что-то ответить. Она посмотрела на девочку.

– Ты правда хочешь работать в пекарне?

Тая оглянулась на парня, в поисках поддержки, потом несмело кивнула.

– А тебе когда-нибудь приходилось печь хлеб?

Девочка отрицательно покачала головой.

Адри мысленно вздохнула. Значит, помощницу сперва придется всему обучать, и это тогда, когда она сама пытается вспоминать уроки домоведения, и наверняка совершает немало ошибок. Но выбора у нее нет.

Ждать, пока заживут руки было бы непозволительной роскошью. Дни уходят, а вместе с ними уменьшается шанс накопить на долг перед городом. Вырученные сегодня двадцать малых серебрушек – были лишь малой каплей от необходимой суммы.

– Я научу, это совсем не сложно. – девушка улыбнулась, и получила в ответ чуть застенчивую улыбку.

Глава 19
Трудный день

Таяна действительно была смышленой, тут Ром не обманул. Под руководством Адрианы помощница быстро осваивала хлебопекарную науку. И хотя девушка осознавала, что сделала бы все гораздо быстрее и лучше, она не скупилась на похвалу. По крайней мере, Тая не сожгла себе руки в первый же день у печи.

Говорила девочка мало, но ведь и Адри разговорчивостью не отличалась, так что делить кухню им было вполне комфортно. Правда приходилось все время следить, чтобы Таяна не забывала мыть руки, однако это были уже мелочи. Главное, ближе к обеду на полке за прилавком выстроился целый ряд хлебов. И Адриана не сомневалась, что до вечера сумеет их все распродать.

Вывешивая колокольчик, девушка испытывала легкое волнение. Но продажа хлеба виделась ей более простым занятием, чем труд у печи. Вчерашний день был тому подтверждением.

Однако спустя всего пару часов ее уверенность несколько пошатнулась.

Местные жители любезностью не отличались, но к этому Адриана была готова. Стараясь не замечать хмурых взглядов, она приветливо здоровалась и улыбалась каждому покупателю, пока один из мужчин не принял ее дружелюбие за нечто большее.

Облокотившись на прилавок грязными локтями, он широко улыбнулся, продемонстрировав пару гнилых зубов.

– Хорошая сегодня погодка, да?

Адри взглянула в сторону окна, хотя и без того знала, что день жаркий и солнечный.

– Вполне.

Мужчина уже рассчитался за хлеб, однако уходить почему-то не спешил.

– Я, кстати, на мясницком двору работаю. Но вечером буду совершенно свободен.

– Рада за вас. – все так же сдержанно отозвалась Адриана, надеясь, что покупатель сам догадается, что ему пора бы покинуть пекарню.

Улыбаться больше не хотелось. Но выставлять вон человека, с которым пару минут назад держалась так дружелюбно – было как-то неправильно. Всей душой девушка желала, чтобы в пекарню вошел кто-нибудь еще. Тогда с чистой совестью можно будет переключить внимание на нового покупателя, и мужчина сам догадается, что ему пора.

– А ты, к слову, ничего такая. Может вечером…

Над дверью звякнул колокольчик. Адриана мысленно перевела дух, но ее облегчение длилось недолго. Вошедшая в пекарню женщина, с носом похожим на клюв, была ей знакома. Успев расслышать последнюю фразу, покупательница поджала тонкие губы.

– Савий? Ты что сейчас сказал⁈

– Ну разохалась. Мне что, нельзя даже за хлебом зайти? – огрызнулся мужчина, убирая с прилавка локти.

– Ты оказываешь знаки внимания этой! – тонкий палец ткнул в сторону Адрианы. – Я так и знала, что пришлая девка будет перед каждым хвостом крутить. А вы и рады!

– А ты рада сунуть нос в любое дело, которое тебя не касается. – буркнул мужчина и, подхватив хлеб, вышел из пекарни, сопровождаемый потоком ругани.

Остролицая дама повернулась к девушке и скривила тонкие губы. Адриана смотрела прямо перед собой, не зная, то ли радоваться неожиданному избавлению, то ли огорчаться, что оно пришло в лице именно этой женщины.

– Две малые серебрушки. – она положила хлеб на круглое блюдо, преодолев невольное желание оставить его прямо на прилавке.

– Пффф… Думаешь, тебя тут будут долго терпеть, пришлая? Все знают, как ты вчера с подсобником кузнеца путалась, а сегодня гляди-ка…

– Вы хлеб будете брать? – твердо перебила ее Адриана, делая вид, что ничего из сказанного ее не задевает.

– Что, правда глаза колет? – не унималась дама, – Да только…

– Четыре малые серебрушки. – равнодушно произнесла девушка, хотя щеки постепенно начинали гореть. – Скажете еще слово, и лично для вас хлеб будет стоить серебряный.

Женщина задохнулась и смерила Адри острым, как игла взглядом. Кажется, она собиралась сказать что-то еще и теперь подбирала слова поязвительнее. Адриана ждала, нисколько не сомневаясь, что эта покупательница явилась сюда явно не ради покупок.

Но женщина неожиданно закрыла рот и достав четыре маленькие монетки, швырнула их на прилавок.

– Чтобы они тебе поперек горла встали, – прошипела она на прощанье, и сжав булку хлеба, направилась к двери.

Адриана тихо выдохнула, убирая монеты в банку под прилавком. А ведь не так давно, эта дама обещала, что ноги ее не будет в пекарне. Жаль, что слово она так и не сдержала.

Вспомнив их первую встречу, девушка задумчиво потерла лоб. К ней явно испытывали острую неприязнь с первого взгляда. Понимать бы еще, что послужило причиной. Адри могла бы поручиться, что в прежней жизни точно не встречала эту женщину…

Колокольчик над дверью снова весело звякнул. На этот раз, покупательницей оказалась полноватая женщина с красными огрубевшими руками. Вот ее лицо показалось Адриане смутно знакомым.

– Добрый день, милочка! Не разобрали хлеб-то еще? Ой как хорошо. Я вчера покупала, а этот безобразник до утра все подъел.

Девушка вспомнила, откуда ей знакома эта покупательница. Она уже была здесь вчера, как раз забрала последнюю булку, шумно радуясь, что не нужно больше переплачивать, как в чужих пекарнях.

– Прекрасный хлеб. Так бы и укусила! – и к немалому удивлению Адрианы, женщина действительно откусила кусок, пока доставала монеты.

Однако от похвалы, на душе стало теплее.

Другие покупатели мало различались между собой. Оставляя на прилавке серебрушки, они забирали хлеб и спешили по своим делам. Некоторые норовили положить монеты в круглое блюдо, прямо к хлебу. А один чудак попытался унести само блюдо, и был остановлен только на пороге.

До заката было еще далеко, а полки уже оказались пусты. Когда на пороге показался очередной покупатель, Адриана с сожалением предложила ему зайти в другой день. Мужчина удивленно поднял брови, но все же кивнул и вышел.

Отпустив еще несколько человек, девушка невольно подумала, что хлеба надо было печь больше. Даже за последний час она могла бы заработать целый серебряный, если было бы что продавать.

Какая-то старуха, услышав, что хлеба нет, плюнула себе под ноги и удалилась крайне недовольная. Еще и хлопнула на прощанье дверью, с неожиданной для старческих рук силой.

На шум выглянула Таяна. Адриана повернулась к ней, испытывая непреодолимую потребность хоть кому-то пожаловаться.

– Они же видят пустые полки, но все равно ждут от меня слов, что хлеб закончился! – выдохнула девушка. Странным образом, ей стало чуть легче. – Извини. – она смущенно улыбнулась, – Все в порядке. Как у тебя там наверху, уже обустроилась?

Тая как раз занималась тем, что устраивала одну из комнат по своему вкусу. Хотя вкусы ее оказались довольно неприхотливы. Была бы кровать да одеяло.

– Мне нужно будет забрать некоторые вещи из комнат, где я прежде жила… – девочка еще пока робела перед своей хозяйкой, но все же нашла в себе мужество спросить: – А почему… Почему вы не закроете пекарню? Ну… раз хлеб закончился. Люди же видят колокольчик и думают… – окончательно растерявшись, она опустила глаза и замолчала.

– Я бы с радостью. – призналась Адри, – Но до захода солнца еще столько времени!

Таяна подняла голову, в ее огромных глазах отчетливо читалось недоумение.

– Ведь пекарня должна же быть открыта, пока не сядет солнце? – теперь в голосе Адрианы звучало чуть меньше уверенности.

– Никогда о таком не слышала. – девочка переступила с ноги на ногу, – В соседнем квартале, когда хлеб заканчивается, снимают дверной колокольчик. Иногда задолго до вечера.

Прерывая их разговор снова открылась дверь, и Тая быстро юркнула наверх, избегая попадаться на глаза покупателям. Адри повернулась к вошедшему и улыбнулась, на этот раз искренне. Этого человека она знала и была обязана ему хорошей дверью.

– Мне жаль, но хлеб уже закончился. Буду рада видеть вас завтра.

– Эх-ма! – огорчился столяр, – Чего же тогда людей в заблуждение вводишь? Ты бы хоть колокольчик сняла и дверь закрыла, чтобы всем сразу ясно…

– Простите? – девушка глубоко вдохнула, преодолевая неловкость. – То есть я могу закрыть пекарню и до захода солнца?

Взгляд, который бросил на нее мастер, был на редкость красноречивым. Однако мужчина ничего не ответил, только направляясь к выходу пробормотал что-то про «некоторых, которые совсем уже у своих печей перегрелись».

Проводив его озадаченным взглядом, Адриана попыталась вспомнить, что же именно говорил ей Ник. Но по словам парня, пекарню нельзя было закрывать, пока не зайдет солнце.

«Если только он говорил правду» – вмешался внутренний голос. Девушка встряхнула головой, обвинять кого-то во лжи, пусть даже мысленно, ей было откровенно неприятно. Быть может, Ник просто что-то напутал? Однако об этом, лучше спросить у него лично.

* * *

Возможность поговорить с Ником представилась через пару дней, когда парень привез в город очередную телегу хвороста. На обратном пути он как раз заглянул в пекарню, чтобы узнать, как идут дела у чудачки пекарши.

Дела шли неплохо. Адриана чувствовала себя уже гораздо увереннее и, отпуская хлеб, могла спокойно перекинуться парой слов с покупателями. Правда, улыбаться она теперь старалась меньше, особенно если в лавку заходили мужчины. Ей вовсе не хотелось, чтобы ее дружелюбие принимали за флирт.

Решив, что достаточно сдержанной вежливости, девушка твердо придерживалась намеченной линии. Однако когда в очередной раз звякнул колокольчик, она подняла голову и просияла, увидев вошедшего.

– Ник!

– Как поживаешь, чудачка? – парень, кажется, тоже был рад встрече, – Смотрю, ты все-таки не отступилась?

– А разве я собиралась отступаться? – вопросом на вопрос отозвалась Адриана, смахивая с лица непослушную прядь.

Как и в прежней жизни, волосы упорно не желали укладываться в прическу. Сегодня девушка рискнула заплести косы вместо привычного пучка и уже неоднократно пожалела об этом решении. Не слишком-то приятно выглядеть растрепанной.

Ник скользнул взглядом по забинтованной руке, и брови его поползли вверх.

– Мне кажется, или работа у печей не прошла для тебя даром?

Адри непроизвольно спрятала руки под прилавок и пожала плечами.

– Всего лишь досадная оплошность. Не более. – не обсуждать же собственную неумелость. Вместо этого она улыбнулась и, чтобы сменить тему, спросила: – Как поживает Малыш?

– Да нормально поживает. Зайца вчера загрыз. – хмыкнул Ник, но через миг снова стал серьезным, – Как же тебе теперь заниматься с тестом? Наверное в бинтах это не слишком сподручно.

– У меня теперь есть помощница, – Адриана не собиралась делать секрет из того, что работает не одна. – Сестра Рома. Сейчас она, правда, отлучилась забрать вещи, но…

– Ты наняла себе в помощницы Таю? – изумился парень.

– Вы с ней знакомы?

Ник неожиданно смутился.

– Немного. – нехотя признался он, – Только потому, что мы с Ромом давние приятели. Ну и так вот вышло…

Девушка прищурилась. Реакция Ника показалась ей несколько странной, и это при том, что Тая производила довольно приятное впечатление. Хотя… Ромерт тоже упоминал, что его сестру вряд ли взяли бы работать в приличное место. Правда в тот момент Адри не придала этому большого значения, решив, что дело наверняка не в самой девчонке. Но если все-таки в ней?

– Она очень старательная. – вскользь заметила Адриана, и достав тряпку, принялась протирать прилавок. – Можно сказать, что мне повезло.

– Ну… хм… – парень замялся, жалея, что вовремя не сменил тему, – Наверное, ты права.

– Какая разница, что было раньше? – делая вид, что занята прилавком, Адри незаметно поглядывала на собеседника.

Нет, можно было спросить и прямо, но она не была уверена, что услышит честный ответ. А разобраться теперь хотелось, хотя бы для того, чтобы понимать – чего ожидать от безмолвной помощницы.

– Да и Ром тоже считает, что…

– Ром такой же чудик, как и ты! – напряженно отозвался Ник, упоминание приятеля заставило его нахмуриться.

– А как бы ты поступил на его месте? – Адри медленно подталкивала парня к откровенности, но так, чтобы он сам этого даже не заметил. И ее затея неожиданно увенчалась успехом.

– Не знаю! – выдохнул Ник, явно начиная сердиться. – И даже думать об этом не хочу! К счастью, мой отец никогда бы не позволил себе разгуливать по всяким вдовушкам. И уж тем более открыто признавать от них приплод! – он осекся. – Я… я не хотел. – под взглядом Адрианы ему вдруг стало не по себе. – Но ведь ты об этом знала? Ром же сам рассказал тебе? – теперь его голос звучал почти умоляюще.

– Разумеется. – спокойным тоном отозвалась Адриана. Слишком спокойным. – Разве я взяла бы в пекарню случайного человека с улицы?