Текст книги "Хозяйка немагической пекарни (СИ)"

Автор книги: Василиса Усова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 26 страниц)

Глава 43
Откровение

Наступившая тишина казалась почти осязаемой. В глазах помощницы трепетал легкий отблеск свечи, однако девочка пока молчала. Адри смотрела на нее, понимая, что пришло время объясниться. Только вот вопрос, какую часть правды она может рассказать? Про магию – понятно. Но про семью и прошлое?

Тая выдохнула и первой нарушила молчание.

– Так значит ты…

– Владею магией. – подтвердила Адриана. Скрывать дальше, после того, как Таяна видела все своими глазами, было бы глупо.

– Н-но… – девочка пару раз моргнула и понизила голос до шепота. – Я тоже…

Адри едва не выронила свечу. Подобного откровения она не ожидала.

– Ты? Но почему я об этом не знала?

– Ром запретил мне говорить. А до этого запрещала мама… – Тая тяжело вздохнула. – Только ты не подумай, это совсем немного. Просто, бывает, посмотрю на что-то, а оно падает. Или наоборот, уроню, а оно не роняется. Матушка могла ложки взглядом поднимать, а бабушка, по слухам, в столице жила и в богатом доме служила…

Адриана стряхнула с лица непослушные пряди. Услышанное просто не укладывалось в голове. Чтобы Тая… и вдруг – магия⁈ В такое было сложно поверить. Хотя…

– А тебя матушка не обучала?

– Что ты! – мотнула головой девочка, – Напротив, она даже рада была, что я почти нормальная… – сообразив, что сказала, она резко умолкла и прижала ладонь к губам. – Ой… прости.

Адри пожала плечами и улыбнулась.

– Да ничего. Тебе, наверное, повезло. А я вот не такая нормальная.

Со стола поднялась чашка и поплыла в сторону полки. Тая восхищенно вздохнула.

– Я так не смогу. – на ее лицо вдруг набежала тень. – Только… ты лучше никому не говори, магов не любят. Ром поэтому и не позволял мне прежде наниматься, вдруг кто что увидит. А ты могла и не заметить потому что… потому…

– Потому что чудачка? – в глазах девушки мелькнули насмешливые искры.

Тая густо покраснела.

– Ну… это он так сказал.

Адриана понимающе кивнула. Удивительно другое, что сам Ром хоть о чем-то умеет молчать. В глазах помощницы отчетливо читался вопрос, который та все не решалась задать.

– Ты не понимаешь, почему я здесь, если могла бы устроиться в хорошую семью служанкой?

Девочка кивнула.

– Мне гораздо интереснее печь хлеб. – Адри осторожно подбирала слова. – Да и… раньше были трудности с магией.

– Без магии жить легче. – задумчиво отозвалась Тая. – Не надо быть настороже. И коситься тоже никто не будет. – в ее взгляде мелькнула жалость. – Я никому не скажу, а то, чего доброго, многие вовсе перестанут ходить в нашу пекарню.

– А тебе не хотелось научиться?

Таяна отчаянно замотала головой.

– Никогда! Мне своих рук вполне хватает. А заставлять летать всякие ложки… пусть этим маги на ярмарках занимаются! Ну и ты… немного.

* * *

Первый солнечный луч робко скользнул по подоконнику и Адриана открыла глаза. Несколько минут она разглядывала потолок, размышляя о ночном разговоре.

У Таи тоже есть крупицы магии.

Если, конечно, ей это не приснилось. Сейчас, при свете дня, в это было гораздо труднее поверить. И ведь все это время девочка молчала! С другой стороны, можно подумать, она сама не имеет никаких тайн.

Жаль, правда, что способности Таяны необычайно малы. Лет за десять их в лучшем случае можно развить до уровня слабой служанки. И то, при условии, что помощница очень захочет. А Тая такого желания не выразила.

Адри поднялась с кровати и притянула щетку для волос. Та подчинилась не сразу, но спустя немного времени все же оказалась в руках. Девушка улыбнулась. Почти как в прежние времена, когда она еще… Впрочем, неважно.

* * *

С утра потянулись старые покупатели. Адриана была этому только рада, хотя каждый раз, когда открывалась дверь, в груди что-то противно замирало. Бояться местных работяг она не собиралась, но все же… мало ли, вдруг кто-то решит устроить скандал.

Но пока все было спокойно. Две женщины из чужого квартала набрали пирогов. Уж не для продажи ли на площади?

Адри мысленно махнула рукой. У нее на всех хватит. Потом заглянул кузнец, подсобник мясника, прачка. Все правильно, в первой половине дня идут те, кого потом ожидает работа. А вот «работяг» вряд ли стоит ждать раньше обеда.

В очередной раз прозвенел колокольчик, Адриана подняла взгляд и ей показалось, будто в груди всколыхнулась горячая волна. Этот покупатель не заглядывал в пекарню довольно долго.

– Добрый день! – девушка чуть склонила голову, однако успела заметить, как в болотного цвета глазах промелькнула улыбка.

С момента последней встречи Лейтс совершенно не изменился. Все та же неухоженная щетина, грязные волосы, поношенная одежда. Если не вглядываться в лицо, мужчина мало отличался от местных. И все же, Адри почему-то была ему рада.

– Вас давно не было видно. – произнесла она, зачем-то поправив поднос. – Я полагала, что вы уехали из города.

– Уехал. – согласился Лейтс. – Но вынужден был вернуться. Увы, нигде больше не пекут столь же превосходный хлеб. А о пирогах и вовсе не знают.

Адриана улыбнулась одними уголками губ.

– Хлеб в основном выпекает моя помощница, я передам ей вашу похвалу. А пирогами, насколько мне известно, торгуют и на городской площади.

– Только вот покупают их сперва у вас.

Девушка подняла брови, невольно задумываясь – откуда такая осведомленность? Хотя… если вспомнить, откуда она сама узнала… Видимо, Ром уже всему городу разболтал. Мужчина, тем временем, подошел ближе и положил ладонь на прилавок.

– Адри. – лицо его стало серьезным. – Я хотел бы с вами поговорить…

В этот раз колокольчик не просто звякнул, а зазвенел, едва не сорвавшись с крюка. Дверь распахнулась, запуская в зал прохладный воздух и на пороге возник Ром.

– Чудачка! – выдохнул он. – Принимай подношения!

– Угомонись! – буркнул кто-то сбоку, едва не спихнув Ромерта с крыльца.

– Нет! Ну вы видели? Я, значит, все утро с ним по всяким чащобам лазил, а в ответ никакого почтения! – парень обнажил в улыбке ровные зубы. – О, Лейтс! Как твоя кляча, нормально в новых подковах ходит?

– Она пока не жаловалась. – отозвался мужчина, убирая руку с прилавка.

Ром хохотнул, оценив ответ.

– Еще бы жаловалась. Я руку Ергора знаю, он не то что лошадь, муху подкует, не поморщится. А мы тут…

Сумев его наконец отпихнуть, в пекарню прошел Ник и занес большую корзину.

– Мы тут, чудачка, для тебя яблок набрали. – произнес он, в упор не замечая Лейтса.

– А… – начала было Адриана, но Ром не дал ей договорить.

– Таких тебе уличные мальчишки не принесут. Мест не знают.

– Спасибо, но…

– Ты лучше не спорь. – Ник поставил корзину на прилавок. Яблоки в ней были крупные с ярко-розовыми боками. – Не назад же их в лес тащить.

Лейтс отступил в сторону и убрал руки в карманы. Лицо у него стало непроницаемым, хотя во взгляде плескалось нечто, что было очень сложно передать. Впрочем, девушке сейчас было не до этого. Предстояло разобраться с неожиданными дарами и по возможности утихомирить Рома, который создавал больше шума, чем целая улица.

– Я вам очень благодарна, но… Ник, убери пожалуйста корзину с прилавка, он чистый… был. Ром, а ты даже не вздумай ставить.

Парень хмыкнул, но в этот раз Адри не позволила перебить себя.

– Как понимаю, подношения в обмен на пирог?

– А есть еще варианты? – тут же встрепенулся Ром. – Я бы не отказался от страстного поцелуя… но слишком дорожу старой дружбой, чтобы сказать это при Нике.

Ник наградил его яростным взглядом. Адриана приподняла бровь, Ромерт же, нисколько не смущаясь, вытянул из корзины самое красное яблоко и, плюнув, протер его о рукав.

– Видишь ли, чудачка, никогда прежде мой друг не проявлял столько внимания к девушке.

– Уймись! – буркнул Ник, однако уши у него покраснели.

– А вот и не уймусь! – фыркнул Ром, уворачиваясь от дружеского подзатыльника. – Не ты ли говорил, что не встречал никого симпатичнее… о-ох. – подзатыльник все же достиг цели, однако Ник все равно выглядел недовольным.

– Не слушай его, чудачка. Я когда дерево тряс, ему яблоко на голову упало.

– И, судя по всему, не одно? – иронично заметила девушка, убирая с прилавка сухой лист.

Ром, на всякий случай, отошел подальше и похлопал по плечу Лейтса, который молча наблюдал за происходящим со стороны.

– Они могут говорить что угодно, но всем известно, что эти двое почти помолвлены. – парень захрустел яблоком.

Лейтс даже не пошевелился.

– В самом деле?

– А то. Он как ее в лесу нашел…

Адриана выдохнула, чувствуя, что пора вмешаться. Как никак, Ромерт сознательно втаптывал ее репутацию в грязь. Повезло еще, что нет других покупателей, иначе сплетня пошла бы гулять по всем улицам.

– Ром. – девушка постучала пальцем по гладкой доске. – Еще слово, и я не поленюсь перезнакомить между собой, всех твоих дам сердца. И каждой из них расскажу, как ты от души нахваливал другую.

Парень поперхнулся.

– Ну, чудачка. Шуток что ли не понимаешь. Я же ради тебя все делаю, иначе этот сборщик хвороста будет еще полгода топтаться…

Ник нахмурил брови, однако первым заговорил Лейтс.

– Прошу прощения, но вынужден вас оставить. Ромерт, если вы торопитесь в кузницу, я как раз собирался проехать по пустырю. Адри… – зеленые глаза задержались на лице девушки. – Еще увидимся.

Когда за ними закрылась дверь, Ник тоже заторопился.

– Извини чудачка. Ром вечно своим языком мелет. Мы, вообще, порыбачить ходили. А на яблоки случайно наткнулись. Росли они там. На склоне. – он пожал плечами. – Ром первым и предложил… Да чего говорить тут. Ладно, мне вообще-то пора.

Колокольчик на прощание коротко звякнул, и наступила тишина.

Адри легким движением потерла уши. Почему Рома иногда так хочется сравнить со стихийным бедствием? Нахлынуло, пошумело, и ушло, оставив заботу, как разобраться с последствиями.

Повезло еще, что из посторонних в пекарне был только Лейтс. Окажись на его месте какая-нибудь кумушка – болтовню Рома обсуждал бы уже весь город. Это каким же надо быть болваном, чтобы подумать, будто Ник в нее влюблен?

Да, общаются они по-дружески. И Ник не раз приходил к ней на помощь. Только вот, девушка прислушалась к себе, пылкими чувствами здесь и не пахло. Просто хорошее отношение с нотками превосходства. Превосходства со стороны Ника, если что.

Что мог подумать обо всем этом Лейтс? А ведь мужчина как раз собирался ей что-то сказать. Была же причина, заставившая его вернуться. Вдруг это касается пекарни?

Адриана нахмурилась. За свое поведение, Ром определенно напрашивался на пару «ласковых», хотя вряд ли его можно пронять словами. Больше подошел бы веник, который вымел бы парня вон.

С другой стороны, в некоторых ситуациях Ромерт вел себя благороднее, чем лучшие представители аристократии. И как только в нем уживаются эти черты характера: чуткость и открытое пренебрежение к серьезным вещам?

Однако додумать девушка не успела, потому что из кухни донеслось жалобное всхлипывание.

* * *

Тая стояла возле печи и терла глаза уголком фартука. Вид у девочки был самый, что ни на есть, несчастный.

– Что случилось?

Адри бегло оглядела кухню. Как и следовало ожидать, помощница была тут одна. Печи давно уже прогорели, вся посуда цела. Что же тогда произошло?

Но Таяна наотрез отказалась говорить. На любые вопросы она лишь качала головой и бормотала, что все в порядке. Только вот, когда все в порядке, люди обычно не ревут в три ручья.

Понадобилось две чашки воды и полчаса уговоров, чтобы выяснить в чем дело. Как оказалось, Тая услышала слова брата (как никак, Ром не стеснялся говорить во весь голос), и поверила, что Ник с хозяйкой пекарни почти помолвлены. И хотя сама она, никогда даже не осмелилась бы думать… – дальнейшие слова были размыты потоком слез. Однако Адриане и этого хватило.

Набрав третью чашку воды, она усадила помощницу на лавку. Одновременно приходилось прислушиваться – не зазвенит ли колокольчик?

– Тише… тише… Как ты могла поверить в такую глупость? Разве не знаешь своего брата? У Рома же язык, как помело.

Таяна мотнула головой.

– Ник же тоже был т-там… и он… он… не спорил…

Адри позволила себе легкую улыбку.

– Ты бы видела в тот момент его лицо. Он просто не нашелся что сказать. Лучше выпей еще. – она придвинула ближе чашку. – И я тоже, совершенно не заинтересована в Нике.

Девочка спрятала лицо в ладонях, однако плечи у нее все еще подрагивали.

– Н-не надо. Я в-ведь всегда знала, что… что он никогда даже не посмотрит на меня!

Адриана погладила помощницу по плечу. Она понимала, как нужно утешать. Нужно было уверить Таю, что Ник обязательно ее заметит, что пройдет немного времени и он все поймет… Однако внутри все восставало против этих слов. Ник, конечно, был неплохим парнем. Но Тая, со своим кротким нравом, заслуживала кого-нибудь более доброго.

– Если не посмотрит, то сам будет в этом виноват. Но… кто знает, как все еще сложится.

Таяна горестно вздохнула, однако вода и внимание уже сделали свое дело. Поток слез стал постепенно иссякать.

– Прости, Адри… Я такая глупая. Просто услышала болтовню Рома… и сама не знаю, что на меня нашло. – она еще раз вытерла лицо фартуком, не обращая внимания на мокрые пятна.

Адри сжала ее руку.

– Ты очень хорошая. Думаю, рано или поздно даже Ник это поймет.

Глава 44
Договор

Один-два дня прошли тихо и мирно. Ром больше не появлялся, слухи тоже не расползлись, или же Адриане о них просто не докладывали. Заглянул еще один прибывший, на удивление вежливый и тихий. С порога рассказал, что он Артес Вейт, летом работал на переправе, а сейчас вернулся и живет на соседней улице.

Купил хлеб, и на прощание предупредил пекаршу, что ежели ей надо будет крышу подлатать или печь переложить, то он всегда к ее услугам.

Ближе к обеду зашел Ергор, и по старой привычке набрал сладких пирогов. Адриана едва удержалась, чтобы не спросить у него про Лейтса. Ведь мужчина как-то упоминал, что снимал угол у кузнеца. Но, прилично ли ей проявлять подобное любопытство?

Не объяснять же, что дело только в том, что в прошлый раз они так и не закончили разговор.

* * *

Время перевалило далеко за полдень и колокольчик стал звонить все чаще. У прилавка то и дело собиралась небольшая очередь, так что, откинув посторонние мысли, Адри с головой ушла в работу.

Подать хлеб. Убрать монеты с прилавка. Налить чай и проследить, чтобы не унесли с собой кружку. Вроде ничего сложного, но все же требует внимания. А еще девушке приходилось присматриваться.

Допустим прачку она знала. Торговку зеленью из соседнего квартала тоже. Мужчина… выглядит слишком опрятно, да и заходит не в первый раз.

– Шесть серебрушек.

А эти двое с виду чужие. Но затертая, на несколько раз перешитая одежда… на руках грубая сбитая кожа. Невольно напрашивается мысль, что работали они долго и тяжело. И заходя, вроде бы перекинулись парой фраз с кем-то из местных.

– Две серебрушки, – произнесла девушка, и по глазам увидела, что угадала.

Было бы гораздо проще, если бы другие люди называли себя, как тот утренний покупатель. Но, помня предостережение Таи, Адриана решила положиться на свою наблюдательность и пока не рисковать.

Местная публика такая, что просьбу представиться может принять как за хамство, так и за флирт. Да и некогда вести разговоры, когда в малый зал набивается столько народа. От небольшой заминки у некоторых сразу такие недовольные лица… Что поделаешь, люди не любят ждать.

– … пироги с капустой.

– … пироги с ягодой.

– … хлеб.

Адри едва успевала смахивать прядь с лица. Как бы туго она ни закручивала волосы, те лезли во все стороны, совершенно не желая лежать в прическе.

– … две малые серебрушки. Ах да, еще за чай…

Пожилой мужчина, с дергающейся щекой, взял кружку и протянул монеты. Но тут за его спиной прозвенел возмущенный голос:

– Это что же такое здесь творится⁈ Пекарша совсем страх потеряла? Будет теперь чужакам хлеб за бесценок раздавать?

Стоявшие в зале люди зашептались.

Адриана вскинула голову. В памяти что-то шевельнулось. Не этот ли господин плюнул ей на прилавок пару дней назад? Тот тоже был с широким лицом и с голубыми, чуть навыкате глазами. Должно быть он. А мужчина, почувствовав всеобщее внимание, продолжал разоряться.

– Ежель так дальше пойдет, то нам хлеба потом не останется. И что же, через полгорода в чужую пекарню идти, где с нас будут три цены драть⁈

Пара человек смущенно потупились и выскользнули за дверь, от скандала подальше. И Адри за это их совершенно не осуждала. В высшем обществе, от открытого хамства тоже принято уходить. А вот ей, в своей пекарне, отступать некуда.

– Посмотрите на полки за моей спиной и вы поймете, что хлеба всем хватит! – громко произнесла она, надеясь утихомирить крикуна. Увы… не вышло.

Мужчина, чуть пошатываясь, подошел к прилавку.

– Будешь мне указывать, куда смотреть? – процедил он сквозь зубы. – Для меня, помнится, ты цену задрала. Чтобы твоим дружкам с других улиц больше хватило? – мужчина гадко усмехнулся и выбил из рук предыдущего покупателя чай. – Это мы тебе деньги несем. Перестанем ходить – быстро закроется твоя пекарня.

– Что-то не припомню, чтобы видела вас летом. – Адриана ощутила, как в груди поднимается здоровая злость. – И, представьте себе, пекарня процветала.

Глядя собеседнику в глаза, Адри опустила руки и сжала поднос. Если этот человек посмеет замахнуться, она будет вынуждена его ударить. Выдавать свои магические способности не хотелось, но в случае необходимости… девушка чувствовала, что вполне готова призвать с кухни метлу.

– Ты… девка… – прошипел мужчина, подаваясь вперед.

Адриана чуть отступила. Но не из страха. Отшатнуться ее заставил запах алкоголя и немытых зубов.

– Что тут происходит! – вдруг прогудел чей-то голос.

Зрители, с интересом наблюдавшие за развернувшейся сценой, стыдливо расступились. Вошедший поправил на плечах бордовый плащ.

– Этот пьянчуга нашей пекарше никакой жизни не дает! – тут же нажаловалась стоявшая ближе всех старуха.

Еще пара человек что-то вразнобой прогудели. Для некоторых, судя по выражениям лиц, появление стража порядка в рабочем квартале стало полной неожиданностью.

– А еще он мой чай вылил. – подал голос, молчавший до этого мужик.

Нарушитель спокойствия заметно стушевался.

– Да я же… просто… это… А чего она⁈

– Пускает на порог всяких пьянчуг? – с угрожающей доброжелательностью поинтересовался стражник. – А знаешь ли ты, сколько сил приложил градоправитель для поисков подходящего человека, чтобы у вас снова заработала пекарня?

Адриана поправила поднос и разжала пальцы. Андри Ламер на миг умолк и кивнул ей, как старой знакомой.

– Надеюсь, этот молодчик не устроил вам неприятностей?

Девушка покачала головой. Какое-то внутреннее чувство подсказало ей, как закончить этот конфликт правильно.

– Мне нет. Но вот остальным покупателям пришлось терпеть безобразную сцену и дольше ждать своей очереди, чтобы купить хлеб.

Покупатели утвердительно закивали. И неважно, что всего несколько минут назад они с интересом наблюдали за скандалом, даже не думая вступиться за пекаршу.

– Значит придется забрать его с собой. Для детальной беседы в городском подвале. – стражник улыбнулся ей одними глазами. – Надеюсь, больше ни с кем проблем нет?

Адриана ответила на улыбку одними кончиками губ.

– Что вы! Это скорее исключение. А вообще, жители нашего квартала исключительно порядочные люди.

Стражник кашлянул, но спорить не стал.

После его ухода обстановка в пекарне заметно разрядилась. «Порядочные люди» держались теперь так, будто от всей души желали оправдать доверие.

– Я старый Маркс, центральные улицы мету. – представился пожилой мужчина, когда Адри второй раз налила ему чай.

– Дворник. Почти наш человек! – одобрила протиснувшаяся к прилавку Маяра. – Ну меня ты, девочка, и так знаешь. А всяким горлопанам спуску не давай!

– Точно! – подхватил кто-то в зале.

Симпатии местных жителей теперь были всецело на стороне пекарши.

* * *

Когда поток покупателей схлынул, Адриана протерла прилавок от остатков чая и вздохнула. Если бы не стража, дело могло бы принять совсем скверный оборот. Защитить себя не прибегая к магии она бы все равно не смогла. А надеяться на благородство местных… Девушка невесело усмехнулась. Люди тут неплохие, но все же действуют по обстоятельствам.

Зато теперь поползут слухи, что в пекарню часто заглядывает городская стража. И, быть может, этого будет достаточно, чтобы некоторые молодчики смирили свой нрав. Хорошо еще, что Тая не видела всего безобразия. Девочка как раз отважилась выбраться на рынок, чтобы прикупить специй и всяких трав.

Как это всегда бывает, после череды покупателей вновь наступила тишина. Чтобы немного отвлечься, Адри заглянула на кухню, мимоходом поправила корзины, легким взмахом руки убрала забытые на столе ложки, и услышала, как за стеной неуверенно открылась дверь.

Должно быть вернулась Тая, потому что покупатели обычно заходят громко. Но на всякий случай, девушка все же выглянула в зал. В двух шагах от порога стоял Ник. На его лице застыло странное выражение, будто парень и сам не понимал, зачем пришел.

– Все-таки надумал вернуться за пирогами? – улыбнулась Адриана. – Правда из ваших яблок я уже почти все распродала, но есть…

Ник кивнул, но почти сразу отрицательно замотал головой.

– Погоди, чудачка. Не сдались мне твои пироги.

Девушка закусила губу, чувствуя, как у нее начинают гореть щеки, но парень и сам понял, что его слова прозвучали грубо. Он досадливо поморщился, и нехотя произнес:

– Ты, это, прости. Пироги у тебя замечательные. А про яблоки не думай, их прорва в лесу… – он снова замолчал и наморщил лоб.

Адри чуть подняла брови. У нее возникло ощущение, что Ник хочет сказать что-то еще, но никак не может собраться с духом. Однако торопить его девушка не стала. Вместо этого она чуть облокотилась на прилавок и принялась ждать.

Минуты две протянулись в томительном молчании, и парень наконец решился.

– Слушай. Я вот что хотел сказать. Ром тут, пару дней назад, много лишнего наболтал…

Девушка кивнула. С этим она была согласна.

– Я его, конечно, приструнил, так что слухи не поползут… – следующие слова дались ему с заметным трудом. – Но… ты ведь тоже могла подумать… В общем, чудачка, пойми… Я тебя не люблю!

Адриана не шевельнулась. Честно говоря, она даже не знала, как реагировать. Вроде все предельно ясно, только вот «нелюбовь» – такое дело, зачем в ней отдельно признаваться?

– Ну… допустим я тебя тоже. – после короткой паузы отозвалась девушка. Что-то же надо было сказать.

На миг ей показалось, будто Ник ожидал другого ответа. Лицо его стало несчастным, однако парень сумел взять себя в руки.

– Тогда все в порядке. – губы дрогнули в попытке изобразить улыбку. – Но я к тебе очень хорошо отношусь и… никогда не откажу в дружбе.

На крыльце застучали чьи-то шаги.

– Ник, мне бы и в голову не пришло, что между нами может что-то быть. Что бы там ни болтал Ром… – кто-то потянул на себя дверь, и Адриана поспешила закончить: – Однако не забывай, я всегда рада видеть тебя в пекарне.

Парень сделал глубокий вдох, собираясь что-то еще сказать, но в последний миг передумал. Коротко кивнув на прощание, он быстрым шагом вышел вон, едва не столкнувшись в дверях с Таей. Девочка посторонилась и проводила его недоуменным взглядом.

– Зачем он приходил?

Адриана пожала плечами.

– Сказать, что Ром порой слишком много болтает.

– Так и есть. – Тая направилась на кухню.

Адри осталась задумчиво разглядывать прилавок. Не то, чтобы признание сильно ее удивило. Ник умеет быть непредсказуемым. Но зачем ему понадобилось четко обозначать свои чувства? Разве она давала повод?

Внешне их общение не выходило за рамки дружбы. Хотя… быть может все дело в том, что Ром слишком много болтал?

Однако у девушки шевельнулось подозрение, что правды она не узнает.

* * *

Ник глядел перед собой, засунув руки в карманы. Умом он понимал, что сделал все правильно, однако в душе холодными волнами поднималась злость. На себя? Или на чудачку и ее удивленное – «я тоже».

Разумеется он не был влюблен, но все же в глубине души росла привязанность… Неужели Адри не замечала, что он выделяет ее среди остальных? Хотя… она же такая чудачка, что ничего кроме пекарни своей не видит. Правда со временем у них еще могло бы сложиться… Если бы не сегодняшний разговор.

Ближе к границам квартала, дорога постепенно превращалась в колею, которая огибала заброшенный склад. Пнув попавший под ноги камень, Ник решительно свернул к полуразваленной постройке. Там его уже ждали.

– Можешь радоваться, ты оказался прав.

Сидевший на бревне мужчина, равнодушно пожал плечами.

– Хочу заметить, это был только твой выбор, к которому тебя никто не принуждал.

– Да неужели? – Ник сплюнул в сторону. – А мне показалось, что ты выразился предельно ясно.

Мужчина чуть усмехнулся, но спорить не стал. Вместо этого он сунул руку за пазуху и достал туго набитый кошель.

– Свое слово я тоже держу. Здесь даже больше, чем вам будет нужно.

Ник не шевельнулся.

– Все выглядит так, будто я ее продаю.

– Вовсе нет. Это лишь награда за то, что помог ей и не оставил в лесу. А слова… что ж, пусть они останутся на твоей совести.

Он протянул деньги, однако парень не торопился их брать. На упрямом лице застыло мрачное выражение.

– Я еще могу вернуться и все ей рассказать.

– Можешь. – не стал спорить Лейтс. – Только сперва подумай вот о чем. Существуют определенные обстоятельства, которые не позволят вам быть вместе. Более того, вы слишком разные…

– Она, конечно, излишне упряма. – перебил его Ник. – Но со временем обязательно поумнеет и исправится.

Мужчина хмыкнул, но предпочел сделать вид, будто не услышал замечание.

– Кроме того, разве ты не был готов пойти на что угодно ради своей семьи? Пройдет еще год, два, и твой отец окончательно оставит здоровье на стройке, но не заработает и половины того, что лежит в этом кошельке. – он небрежно тронул дорогую ткань. – А брат? Сколько лет его еще будет ждать невеста? Может ты не знал, но тетка ее, последние годы каждым куском попрекает. И твоя матушка…

Ник закусил губу, чувствуя, как глаза начинает жечь. Слова задевали за живое, а самое гадкое, что этот пришлый был прав.

– Послушай. – Лейтс смягчился. – Тут хватит и на лечение твоей матушки, и на то, чтобы выкупить обратно лавку. Более того, я дам рекомендательное письмо, с которым вас примет лучший столичный доктор. И выбор в пользу семьи, это… – он помедлил, – это не предательство.

– А что будет с чудачкой?

– Рано или поздно она вернется к родным.

Парень несколько секунд вглядывался в зеленые глаза, затем криво усмехнулся.

– Что ж… Хотя бы ты делаешь это не для себя. – его губы чуть дрогнули. – Не везет же нашему кварталу с пекарней.

Лейтс только пожал плечами и взглядом поднял кошель. Ник дернулся, но сумел совладать с собой.

– Неужели чудачка такая же? Хотя… не отвечай. Мне об этом совершенно не хочется знать.