Текст книги "Тайные тропы Бездны. Книга вторая (СИ)"
Автор книги: Валерий Шалдин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)
Для себя Судья уже всё решил: он этих троих нелюдей приговорил к смерти. Вот только именно ему надо вместе с решением об их смерти распорядиться и с методом казни. Судья решил положиться на волю случая, то есть на свой ноутбук, в котором перечислялся большой список оружия. Пусть, например, орудием казни будет номер 275 в списке оружия. Чуть потянув время, якобы проверяя качество записи на флэшках, Судья открыл список имеющегося в его распоряжении оружия и нашёл номер 275.
– Ранцевый огнемёт, – внезапно севшим голосом сказал он. Быстро собравшись, он повторил:
– Я решил. Эти люди, именуемые Зверьком, Ушаном и Мордой приговариваются мною к казни. Казнь произвести с помощью ранцевого огнемёта немедленно.
Господин «F» с уважением посмотрел на Судью: суровый у нас Судья, но справедливый. Ребята со страхом смотрели на такого свирепого Судью. Раньше они знали этого человека только с положительной стороны, как добродушного и приветливого работника местной школы. Говорили, что он воевал в горячих точках. Получается, что там он и нахватался такого.
Как только вердикт был оглашён, стал распоряжаться господин «F». Он велел бросить тела казнимых в кузов Газельки. Управлять Газелькой назначил Мельникова, рядом с ним поедут Вешкин и Айвазян. А куда поедем? Поедем на болота – сказал Координатор – на машине казнимых поедем мы с Судьёй. Так как на дворе стало темно, господин «F», приказал Мельникову держаться строго за ним.
Вскоре кавалькада, состоящая из двух машин, двинулась в сторону болот. Ночью!
– Как господин «F» ночью находит дорогу в болотах? – спросил Мельников у рядом сидящих друзей.
– Может у него прибор ночного видения есть? – предположил Вешкин. – Там в подземном складе чего только нет.
Мельников сомневался: он не видел чтобы «F» взял с собой ПНВ, а вот то, что он не забыл взять ранцевый огнемёт, он видел точно. Да и никакой ПНВ ночью на болотах не поможет. Здесь что-то другое, о чём не хочется и думать.
Поплутав по болотам километров 10–15, машины остановились, оказавшись на каком-то небольшом острове, естественно, окружённом мутной водой. Учёные пишут, что вода – это колыбель разумной жизни. Глядя на болотную воду, как-то сомнения берут. На вершине островка небольшими валунами выложено кольцо, в середине которого торчал вкопанный рельс. Вот к этому рельсу господин «F» и распорядился бросить тела всех троих казнимых. Место казни освещалось светом от автомобильных фар. Жив ли Морда, когда его привезли к месту казни, пока неизвестно: может его организм в этих мешках уже задохнулся. Впрочем, для Морды это было бы и лучше: не чувствовать, как огнесмесь из огнемёта сжигает его тело. Собственно, Зверёк и Ушан сами пока ещё находились под своеобразным наркозом и ничего не чувствовали и не понимали.
Бросив тела Ушана, Зверька и Морды около вкопанного рельса, ребята отошли подальше, а «F», деловито надев на себя ранец огнемёта, стал регулировать оружие. Секунд через десять шипящая огненная струя обдала лежащие тела карающим пламенем. Огнесмесь быстро нашла себе жертв и яростно стала их уничтожать. Спастись от такой огненной кары решительно невозможно и, вскоре, у вкопанного рельса осталась только дымящаяся кучка чего-то нехорошего. Обычно огонь даёт людям тепло, поэтому он благо, но, он может стать и злом, мучающим грешников в аду.
– Я, наверное, теперь шашлык есть не буду, – сообщил друзьям Айвазян, когда ветер донёс до его ноздрей запах горелой человечинки. Но, ни его самого, ни его друзей уже не тошнило, что говорит о гибкости психики.
«F», закончив сжигать тела казнимых, только сплюнул и зло пробормотал совсем не толерантную присказку: «Десять негритят пошли купаться в море. Десять негритят купались на просторе. Один из них утоп, ему купили гроб. И вот вам результат девять негритят». Но этим тварям мы гроб покупать не побежим.
Машину незваных гостей решили не сжигать. Она-то в чём виновата? Машину взяли в плен и решили разобрать на запчасти. На этом долгий день, наполненный адреналином, закончился. «F» сообщил ребятам, что завтра их ждёт торжественный приём в «некроманты», а сейчас отдыхать.
Уже находясь на базе, Безпалько спросил «F»:
– Ведь к нам опять кто-то приедёт?
– Обязательно, – лениво ответил «F». – На наших болотах всем места хватит.
– А если они подключат правоохранительные органы? Тогда что? Не будем же мы стрелять в ментов? – стал уточнять Безпалько.
– Почему бы и не пострелять. Пусть подключают, – отмахнулся «F». – Мы тогда и подключальщиков зачистим. В Индии говорят – когда Вишну наступают на палец, он отрубает обидчику ногу. Вы на досуге больше пользуйтесь своим ноутбуком: он подскажет вам, кто кого там крышует и какие расклады. Вы запомните, что наши противники, всего лишь люди, а люди, как вы знаете, смертные, а некоторые – внезапно смертны. Ваше дело судить, а нам исполнять. У вас есть мотивация для такой работы, наши молодые ребятки хотят стабильности для своих семей, я, под руководством Учителя, изучаю этот мир. Так что у всех есть стимул. Кстати о стимуле – встрепенулся «F», напрягшись:
– Сейчас к нам придёт сам Учитель.
И точно. Секунд через пятнадцать дверь в их комнату отворилась, и на пороге показался улыбающийся Никодим Викторович, собственной персоной.
– Семён Митрофанович, – обратился он к Безпалько, который так и пребывал в облачении Судьи, в пурпурном плаще. – Вижу, вы хорошо поработали. Выполнили свой страшный долг, а долг платежом красен.
С этими словами он достал из кармана небольшой футляр, открыл его и показал Семёну Митрофановичу, что в нём находится. В футляре лежали три ампулы с раствором, светящимся таинственным синим цветом. Жидкость в ампулах вела себя чрезвычайно подвижно и испускала искорки света. Судья взял в руки одну ампулу: на ампуле написано: quīnta essentia, один месяц.
– Вот жизнь вашей Ирки на три месяца, – сообщил он Семёну Митрофановичу. – Всё просто: аккуратно достаёте quīnta essentia из ампулы и даёте Ирки выпить. Желательно не афишировать данное действо. Следите чтобы она не разлила вещество: quīnta essentia очень подвижная и это чрезвычайно тонкая стихия. Употребив эликсир, Ирка живёт здоровым ребёнком целый месяц. Увы, всё возникает из небытия и уносится в бесконечность, а гибель человека от руки другого есть самое разрушительное для связывающей нас сакральной ткани. Но гибель одних спасает некоторым жизнь. Что ж, могу вам пожелать только терпения, мужества и не совершать ошибок, а quīnta essentia только небольшая плата за вашу работу.
Безпалько принял из рук Никодима три ампулы с эликсиром. Что ж, три месяца Ирка проживёт. Получается, чтобы она дожила хотя бы до шестидесяти лет, то ему надо добыть ещё 720 ампул. Надо уничтожить сотни ублюдков, чтобы жил один человек. Начинается большая охота.
Пока ещё исчезновение трёх жителей славного города Комаровска не вошло в полицейскую статистику, но день-два и местному участковому старшему лейтенанту Чекмарёву Денису Тихоновичу прилетит очередная головная боль. А она точно прилетит, хоть он пока ничего не подозревает. Хотя, честно говоря, тридцатитрёхлетний полицейский стал что-то подозревать, анализируя события в Жупеево за последние полтора года. Но полицейский свои подозрения держал при себе, относя их на начинающийся у него сдвиг психики в сторону паранойи. С такой работой точно свихнёшься и начнёшь самого себя опасаться и с самим собой говорить на интеллектуальные темы. А что? Хорошо поговорить с умным человеком.
Это раньше Денис страдал романтизмом, а теперь перестал страдать всякой фигнёй. Пооптеревшись в шкуре полицейского, он научился лавировать, как тот шаолиньский монах, проходивший сквозь капли дождя и остававшийся сухим. Всё прошло, как с белых яблонь дым, и романтика прошла тоже. Зато шкура утолщилась и стала, походить на шкуру бурого медведя, которая валялась у Чекмарёва в его спальне: крепкая такая шкура. В голову Мишке вставили стеклянные глаза, смотревшие на мир с выражением грусти и осуждения. Люди, вы зачем меня убили, а шкуру мою бросили на пол? Вы нормальные существа, или звери? Нормальные разумные существа шкуры своих братьев меньших на пол не кидают и шубы из них не делают. Ваше общество, это беспощадный мошенник – вот вы кто.
– Лежишь ты Мишка на полу смирно, и ничего тебя уже не колышет, – высказал умную мысль Чекмарёв в сторону шкуры медведя. Шкура молчала. – Вот только жена Маринка о тебя спотыкается и бурчит, а с бурчащей женой секс уже не того качества, понимать надо. А для меня секс это последнее удовольствие в этой жизни, ибо ничего уже не осталось. Вся жизнь тратится на лавирование. Вот приколись Мишка: мне надо и начальству угодить, и с урками здорово не пересекаться, и народу быть полезным, например, помочь бабушке снять котёнка с дерева. А людям хочется трагедий и страстей. Только мне уже ничего не хочется. Хочется покоя. Я уже разучился делать глупости. Значит, я состарился: в музей меня пора сдавать. А тут у нас постоянно новые веяния, будь они неладны. То очередная реформа ведомства случится, то борьба с коррупцией приключится. Ещё вдруг свистки зачем-то отобрали. Сложно работать, Мишка, в таких условиях. Я, как тот Чебурашка: уши во какие большие – всё слышу, глазищи во какие огромные – всё вижу, а лапки короткие-короткие, да и по тем бьют, чтобы я кого не надо не запрессовал. Чуть что, грозятся уволить на вольные хлеба. Собственно, чего это я с тобой говорю: ты ведь всё равно в нашем деле ни бельмеса не понимаешь. Тупезень ты, Мишка. Потому и шкуру с тебя сняли. А у нас идиотов полно, доложу я тебе. Из-за них и дуракам трудно жить. Недавно для тех, кто в танке и только что свалился с Луны, наше мудрое начальство дало ЦУ: думать комплексно, оценивать не только то, что уже знаешь, но и неизвестное. А чего я не знаю? И что с того случится, если я начну думать комплексно? Если начну так думать, то меня точно выгонят со службы: у нас думать не поощряется. Вот я и сделал вывод: надо следить над соблюдением порядка, а беспорядками не заниматься. Как-то так. Я и так всегда обращал внимание на совпадения, взаимосвязи и закономерности, а мне говорят, ещё и неизвестное учитывай и думай масштабнее. Точно выгонят с работы.
– Отставить думать масштабнее, – рявкнул сам на себя участковый. – По утрам – только кофе и медитация на медвежьей шкуре. Однако, что-то приближается, какой-то армагедец. И оно, то, что незаметно подкрадывается, жаждет крови. Начальство и так на меня косилось после гибели троих подручных Франта, все уши мне сжевало: как будто это я их в болоте утопил. Я бы их с удовольствием утопил, но руки у меня коротенькие. Но, начальство недовольно: кому-то уменьшился денежный ручеёк. С этими утопленниками дело тёмное: эксперты руками разводят. Я, конечно, уважаю всякие сложные ассоциации и обычно легко их добываю, но тут даже я признаю себя убогим умишком. Такие умственные хитросплетения не для меня. В упор не хочу видеть, что начальство связано с криминалом. Признаю своё поражение. До понимания происходящего не дорос. Но, пятой точкой чувствую, что в посёлке что-то случится из ряда вон: здесь точно начнут проходить изменения, и не все смогут их пережить. Года идут, а счастья нет, зато вся дурь на месте, мы с нею, как два брата вместе.
Денис Тихонович сквозь зубы промычал песенку: «…наша деревенька в поле затерялась, в нашей деревеньке только три двора. Как-то ранним утром кучкою собралась, игры затевая, наша детвора…» Ага, как мелкие что-то затеют, то хоть туши свет – отжигают так, что участковому приходится разгребать. Но мелкое поселковое народонаселение творит ерунду по сравнению с тем, что творят взрослые. Вернее, вытворяют. Особенно граждане из неблагополучных семей. Обычные граждане тоже отжигают. Например, приличный во всех отношениях дедушка Онуфрий сколотил банду из таких же алкашей, как и он сам. Напьются самогонки Зинки Полищучки – потом орут песни по ночам, не дают добрым соседям спать. Хотя, в том квартале, где стоит дом деда Онуфрия, соседей его не поймёшь. Добрые они или не очень? Рядом с участком деда Онуфрия расположен участок, где в хорошем кирпичном доме проживает некий Прокоп Серасхов, сорока пяти лет отроду. Этот Прокоп, на самом деле не Прокоп, а Оси и он ненец с тундры. Как он оказался в наших весях, то неведомо, но оказался. Этот Прокоп любит хохмить. Дня не проходит, чтобы оный Прокоп не отчебучил какую-нибудь чучу. Да и на участке у него всё очень пикантно. Вот зачем он рядом со свои домом построил ярангу типа вигвама? Народ заинтересовался и ходит смотреть на эту ярангу. Оказалось, что это никакая не яранга, а чум. Но, некоторые местные дамочки очень даже резво бегают к Прокопу в этот чум: говорят, что в чуме интересней, чем в доме. Экзотика, типа. Скорее всего, этого Прокопа племя выгнало из тундры за его приколы. Ах, да! Ещё у Прокопа на участке живут три северных оленя. На этих оленей весь посёлок приходил любоваться. На что там любоваться? Мелкие какие-то животинки.
Мысли Чекмарёва перескочили на свою дочку Лизавету. Большая уже девица: в первый класс пошла. Ага, в нашу замечательную школу – другой в посёлке нет. Чекмарёв улыбнулся, вспомнив, как проучившись в школе месяц, Лизавета заявила ему и мамке, что она уволится из этой школы и пойдёт работать на торфодобычу. Учителя пихают домашнее задание, а потом требуют его выполнения: беспредел. Но это ещё не всё безобразие. Ужас начинается в старших классах, если до них доживёшь, конечно. Лизавета почему-то совсем не уверена, что доживёт хотя бы до пятого класса. Дальше вообще засада. В старших классах водится свирепый Никодим Викторович, а это гибель – такой, говорят, он злой. Все первоклашки, наслушавшись старшаков, начинали вибрировать и паниковать уже заранее. Тогда Чекмарёв и его супруга долго уговаривали родную дочку не увольняться с этой школы: потерпеть чуть-чуть, хоть годик. Та старательно терпит и пока не заводит разговор, что до пятого класса не доживёт. Особенно ей понравились новогодние праздники, когда всем дарили подарки Деды Морозы и даже Снегурочки. Ещё ей понравился школьный фестиваль, на который она попала по квоте для первоклашек. От этого фестиваля Лизавета прыгала в восторге, вот только, наверное, она ничего в нём не поняла по своему малолетству. Утверждает, что принц Гамлет жил в Тибете на какой-то горе. Ведь Лиза живой ребёнок! Её надо подучить читать между строк, не быть доверчивой, понимать образность языка, и не делать поспешных умозаключений. Учителя тоже хороши: додумались водить малолеток на серьёзные пьесы. Малолеткам нужны мультики про крокодила Гену, а не Гамлеты из Тибета. Тогда в голове у них не заведётся мешанина из мыслей. А насчёт великого и ужасного Никодима Викторовича, то участковый видел этого человека в посёлке неоднократно. Обыкновенный серенький учитель заштатной школы: ничего в нём особенного нет. Да, поговаривают, что он ещё и пьющий: поселковый «монстр», короче, еще тот. Это его предмет пугает малышню. Чекмарёв поморщился, вспомнив, как он сам страдал от математики, от всяких, прости Господи, синусов и производных. Если Лизавета в него, то этот предмет будет даваться ей нелегко. Вот малышня и придумывает на учителей всякие ужасы. Например, на бывшую директрису вообще понапридумывали такого, что на голову не наденешь. Типа, что она ведьма и летает на метле. Ага. Точно, надо как-то ночью выйти во двор и полюбоваться, как она нарезает круги вокруг посёлка. И покричать ей: «Привет тебе, тётка на метле. Не замёрзла?» Ещё подливают маслица в огонь Алёнка Батракова и её гопкомпания. Их ролики пользуются дикой популярностью у населения. Но и население у нас дикое: всему верит. Сделали эти охломоны ролик о том, что под Жупеево целый подземный город. Даже показали какие-то тёмные катакомбы, скорее всего чей-то обычный подвал. Так некоторые доверчивые жители подходили к участковому и просили, чтобы он не допускал их деток шаблаться по этим катакомбам. Какие катакомбы? Здесь на пару метров землю отроешь, а там вода. А люди верят, что целый город существует. Ага, в воде. Доверчивый у нас народ до безобразия. Хотя и после безобразия он доверчивый. Вот недавно некоторые хай подняли, когда увидели ролик в котором говорится и показывается, что детей в школе кормят страусиными яйцами. Начали досаждать участковому вопросами: как так можно поедать такие ценные яйца. Лучше давайте страусов разводить. Ферму в Жупеево устроим из страусов. И некто не сообразил, что в ролике показывали, как повар кладёт в чан вариться яйцо величиной с большое ведро. Это что за страус такой? Это уже не страус, это уже динозавр. А народ, ущипните меня товарищи, верит в страусов и хочет их разводить, ведь они дают яйца величиной с ведро. Кроме того страус – это диетическое мясо, как кролик. Вот и приходится выслушивать всякие дурацкие жалобы и анализировать слухи. Слухи – это часть нашей работы. Может, ну её такую службу. Бросить всё и податься в монастырь, желательно в женский, подальше от этого дурдома. Интересно, что чудесного сегодня случится?
– Ладно, хватит разводить словесный понос и антимонии, – пробурчал Чекмарёв. – Что я смогу сделать, если саморазвитие интересует два-три процента населения Земли, а остальным нормально «и так сойдёт». Что надо народу: мягкая постель, еда каждый день, дом, семья, стабильная зарплата, машина и поездка раз в год на море. Этого хватает основной массе населения. А некоторым требуется и того меньше: закинуться дурью и балдеть. Вот вам и миллионы лет эволюции! Кто мешает людям творить, выплёскивать свой интеллект для общего блага, делиться с миром красотой. Ан нет: лучше ощущать себя толпой и бежать за морковкой, которая болтается перед носом. Куда бегут? Бегут дела делать, работу работать. Ага, типа мы пахали: я и трактор.
Мысли Чекмарёва, поскакав по ведомственным проблемам, по учёбе Лизаветы, по желанию податься в монастырь, перескочили на супругу Маринку. О жене думалось с любовью и нежностью. Чем больше Чекмарёв жил с Маринкой, тем больше выяснялось, что она неимоверно хороша. Маринке слегка за тридцать возрастом. Женщина стройная, местами фигуристая, с огромными глазами и великолепной гривой русых волос. Лицом она вполне обычная, с немножко вздернутым носиком. У неё замечательные губки: они очень выразительные и волнительные, особенно нижняя губка. Маринка, конечно, не образец женской красоты, но в ней намешано столько женской притягательности, что Чекмарёв оказался влюблённым в собственную жену. И это его огромный психологический якорь.
* * *
У батюшки Панфирия в хозяйстве матушки не имелось: как-то не сложилось ему найти матушку. Может поэтому он тоже задумывался о монастыре: не в шутку, как участковый, а серьёзно. Особенно он задумывался порвать с миром в период приступов болезни, которая медленно, но уверенно убивала Панфирия. Священнику не пристало находится в унынии, поэтому батюшка гнал от себя мрачные мысли, много молился и старался отвлечься событиями в его поселении. Местный народ отжигал и удивлял своей простотой. Повадились в церковь ходить местные дедки: Пахом, его кум Витёк и, примкнувший к ним Онуфрий. Деды сразу же объявили священнику, что они атеисты, поэтому пусть служитель культа подробно разъясняет, куда тут ставить свечки – перед какими образами. Ну, атеисты, так атеисты – пожал плечами священник.
– А вы, это, какие будете атеисты, – уточнил у дедов Панфирий. – Буддисты-атеисты или католики-атеисты, а может вы протестанты-атеисты?
– Да ты чё, батюшка, – хлопнул себя в грудь Онуфрий. – Мы самые что ни на есть православные атеисты.
Два кума при этом согласно закивали, дескать, ага, мы – православные атеисты. Проповеди деды не слушали, зато были источником последних поселковых новостей. Они, прежде всего, заложили бывшую директрису Алку Мордееву, рассказав священнику, что она немного того…ведьма, истинный крест: люди уже видели её на метле, а люди брехать не будут. Рассказали, что в посёлке завелись некроманты. Они крышуют весь местный бизнес и не едят мяса. Ну, и наконец, Панфирий узнал новости с иных пластов реальности, а именно, об инопланетянах. Узнал из первых рук – от самого Онуфрия, который с пришельцами здорово закорешился на почве потребления самогона. Зелёненькие, как оказалось, сами не дураки выпить и закусить в хорошей компании.
Дед Онуфрий, этот мощный старик маленького роста, как только вышел на пенсию, решил поведать всему миру о пришельцах с болот. Сказано – сделано, чего от народа скрывать. Употребив самогона, он отпустил на волю свою кукушку, и та полетела разносить феноменальные новости по округе. Местная бесплатная медицина как-то упустила дедушку. Так что дедушка, не получив от медиков даже бесплатной клизмы, стал усиленно лечиться самогоном. Тут и пришельцы подвалили поговорить о политике и пенсионной реформе. Скоро, если Онуфрий и компания, продолжат такими темпами поглощать самогон, то к ним нагрянет сам Великий Аттрактор, чтобы немного всколыхнуть грани нашего мироздания.
От избытка информации батюшка только чесал затылок, а по вечерам пересказывал с ног сшибающие новости кошке Тучке. Та местные новости одобряла громким мурчанием: ей рядом с хозяином всякие некроманты и ведьмы не страшны. Она панически боялась только бродячих собак, так как из-за своего доброго нрава не могла сражаться с ними, как подобает свирепой кошке. Тучке было чрезвычайно покойно рядом с хозяином, поэтому она, как могла, выказывала ему свою полезность. А что может показать хозяину бессловесная кошка? Она может мурчать, может показать, с каким аппетитом она ест, может зевнуть, демонстрируя свои хорошие и острые зубы. Ещё она может кататься на полу, показывая, какая она хорошая и красивая.
Сегодня ранней ночью случилось удивительно чистое небо, на котором сверкали бриллиантовые россыпи звёзд. В свете огромной красавицы Луны, всё вокруг казалось нереальным и сказочным. Это, наверное, от того, что батюшка наслушался новостей про некромантов и ведьм. Он, уставясь в небо, этой божественной красоты не замечал, полностью погрузившись в себя и механически поглаживая довольную кошку.
Нет никаких границ для мыслей и для чувств, только косность и страх воздвигает границы разуму. Священник хотел многое понять, отринув страх, но смысл ускользал. Панфирий анализировал слова, однажды сказанные ему Никодимом Викторовичем, когда священник попытался вызвать учителя математики на откровения, связанные с сущностью божества. Тогда Никодим повторил иерею слова, изречённые самим Спасителем: «Царство Моё не от мира сего». Это что получается? Выходит, что Спаситель появился в нашем мире из другого мира, раз он не отождествляет себя с этой Вселенной. Получается, правда, что мы живём в Мультивселенной. Панфирий всё собирался набраться храбрости и спросить у Никодима: «Кто ты?» Может всё-таки к нему надо обращаться не Никодим Викторович, а Василий Иакович? Но, если это так, то дух захватывает от восторга. Да и не пристало обычному человеку просто так что-либо любопытствовать у Святого. Увы, человеческое мышление несовершенно. Мы часто совершаем систематические ошибки, которые влияют на рассуждения и выводы.
Священник знал, что он, как и все люди, не совсем правильно воспринимает реалии мира, что он ошибается. Да, собственно, все люди ошибаются – так уж устроена людская психика. Особенно подвержены ошибкам дети, но молодой мозг развивается и совершенствуется. Или, увы, не развивается. Люди, особенно их дети, считают, что существуют в достоверной модели реальности, однако, эту реальность их мозг формирует иррациональными мыслями и убеждениями. Ментальных ошибок множество, и уйти от них невозможно. В результате у ребёнка появляется предвзятое отношение к миру, к окружающим людям и самому себе. Часть когнитивных искажений весьма тлетворно и вызывают психические отклонения. Большинство когнитивных искажений даны от природы с целью дать человеку шанс на выживание. Часть появляется в течение жизни, что ухудшает качество общения с себе подобными и мешает принимать адекватные решения.
Ошибки в работе мозга заметить трудно, ибо они кажутся людям совершено естественными, типа так всегда было. А по сему люди считают, что вообще не имеют никаких когнитивных искажений в своем мышлении: это у психов в мозгах завихрения, а у нас норма и полный порядок. Куда там! Такое утверждение само по себя является ментальной ошибкой. К чему это приводит? У кого-то появляются зловредные и иррациональные мысли, от которых человек сначала заполучает в подарок повышенный уровень тревожности, а потом и психическую болезнь, имеющую различные маски. Надо быть очень смелым, чтобы сказать своим иррациональным мыслям «пошли вон». Но только тогда взгляд на мир становится более здравым, и жизнь проживается более успешно и счастливо. Всё зависит от силы воли.
Бывает так – сила есть, а воли нет, особенно, когда дело касается вкусных пончиков. Здесь воля не работает. Устоять невозможно. Почти ежедневно Никодим Викторович появлялся в «Пончиковой», где для него всегда открыто небольшое отдельное помещение на втором этаже. В это помещение мало кого допускали. Вот, например, коллегу Баширова по школе трудовика Безпалько допускали. Рады были и его внучке Ирке, которая внезапно стала хорошо себя чувствовать и везде хвостиком ходила за дедом. Теперь Ирку в «Пончиковой» старались откормить до приличных кондиций, а то скелет ходячий. А так, практически больше никого в это отдельное помещение не пускали. Как говорится – только для своих.
Сегодня выходной день, но Никодим Викторович традиционно не забыл посетить «Пончиковую». Войдя на первый этаж заведения, он с удовольствием вдохнул вкусный воздух, который только увеличивал аппетит. Но, сегодня его ждал ещё один сюрприз – совершенно нежданный.
– Опаньки, – встрепенулся Никодим, когда уловил сильную волну знакомых эмоций, исходящих из угла зала. – А это кто у нас здесь?
Он уже знал, кто пожаловал в это заведение. И верно. В самом уголке зала, оккупированного в основном детьми с их школы, сидела девочка Надя с молодой женщиной. Точно, вспомнил Никодим, это её мамка. Он хорошо запомнил эту девчонку и её мамашу, когда однажды прохаживался по Комаровску и забрёл в местный парк, где, как раз проводили конкурс детских рисунков на асфальте. Тогда Никодим получил кучу светлых эмоций, но и много чёрных эмоций.
Никодим не стал подниматься в свой специальный кабинет, а направился в угол зала к девчонке и её мамки. Он не мог пропустить такого момента, ведь такие существа, как он любят окунаться в эмоции разумных существ, а от Нади светлых эмоций разливалось море. В зале стало несколько тише: стих весёлый гул голосов школоты, которая заметила учителя математики. Все с интересом проводили его взглядами, ведь этот страшный Никодим всегда шёл есть свои пончики на второй этаж и своим зловещим видом никого не пугал. Сейчас он явно хочет обосноваться на первом этаже, а рядом с ним находиться как-то ссыкотно.
– Здравствуйте, – с самой обаятельной улыбкой подошёл Никодим к угловому столику. – А я вас знаю, – сообщил он и стал рассказывать девчонке и её мамаши, что помнит тот конкурс рисунка в парке. Своим проникновенным журчащим голосом он поведал им, что ему тогда очень понравились рисунки Надежды. Ну, очень понравились. Вот поэтому он и подошёл узнать у Надежды: занимается ли та рисунками, и какие успехи.
Умеет же этот человек подойти к другим людям, что те сразу же считают его за своего и не боятся. Вот и Надежда с матерью не насторожились от появления чужого человека, а приняли его появление вполне добродушно. Как-то так быстро оказалось, что Никодим вписался в их компанию третьим и между ними завязался непринуждённый разговор. Оказывается, слухи об этой «Пончиковой» ходят и в Комаровске, поэтому мама Наденьки предложила дочке как-то съездить в этот посёлок, посмотреть, что здесь, да как. И они оказались в восторге, особенно Надя. И Надя, прежде всего, пришла в восторг не от пончиков, пирожков и соков, а от картин, которые здесь нарисованы на стенах. Удивительные картины неведомого мастера, но поражающие своим азартом и силой воздействия на мозг человека. Надя пребывала от этих картин в неописуемом восторге, вот поэтому её эмоции и засёк Никодим. Мамку Нади звали Дарина и она всегда имела при себе планшет. Вот на этот планшет Надя и сфотографировала все картины на первом этаже и уже собиралась заглянуть на второй этаж, но тут появился этот дядька, который оказался учителем местной школы и хорошим собеседником. Да, ещё каким хорошим.
Как-то быстро выяснилось, что Дарина с Надеждой живут прекрасно с папой Витей, который, хоть и молодой, но уже опытный врач-хирург и трудится заведующим отделением в местной больнице. Семья хорошо обеспечена и ни в чём не нуждалась. У Дарины имелась своя машина марки «Фольксваген», а у Надежды было всё, что она пожелает. На любимой дочке папа Витя не экономил. У Нади на столе стоял монитор, а под столом – самый навороченный компьютер, много игрушек и альбомов, на листах которых ребёнок вдруг стал что-то рисовать. Взрослым казалось, что ребёнок просто от нечего делать разрабатывает моторику пальцев, рисуя в альбомах какие-то детские каракули и непонятные вещи. Откуда им было знать, что это дитё компьютерного века, а Надя дурой совершенно не назовёшь, скорее даже наоборот, слишком умная для своего возраста, хоть и пошла только в третий класс местной престижной школы. У Нади что-то щёлкнуло в мозгу, когда она поучаствовала в том злосчастном конкурсе рисунка на асфальте, где произошёл небольшой скандал из-за её рисунков. После этого она поняла, что её никто не понимает. Раз взрослые и сверстники не понимают её рисунков, то она и не показывала их никому. Зачем? И вдруг совершенно случайно они с мамкой заехали в это дурацкое Жупеево, а здесь оказалось такооооое. Здесь оказались рисунки на стене этой «Пончиковой» созвучные творчеству Нади. Но, выяснилось, что их понимала только Надя, даже мамка не понимала, а вот этот дядька, который учитель местной школы, тот, оказалось, понимает, что изображено на стенах. Вот поэтому Нади стало интересно общаться с этим дядькой, несмотря на различие в возрасте.
Мама Дарина отрешённо сидела за своей чашкой кофе, находясь в неге, и в пол-уха слушала разговор взрослого человека и малолетней девчонки. Она изредка бросала свои реплики, но этих двоих вдруг куда-то понесло. Дарина всё больше и больше удивлялась их разговору. Постепенно глаза её округлялись от этого удивления. Это точно её дочка? Откуда она всё это знает, о чём беседует с этим человеком? Да и то, верно, откуда ребёнок знает о фракталах? Сама Дарина смутно знала значение этого слова: в её жизни фракталы совершенно не нужны. Это из области математики или физики, или ещё откуда-то? А эти двое сейчас увлечённо говорили именно об этих самых непонятных для её уха фракталах. Ничего удивительного. Надежда давно уже создавала свои рисунки, базируясь на теории фракталов. Интернетом она могла пользоваться – вот и прочитала об интересующей её теме, когда случайно в интернете увидела волшебные рисунки, которые оказались совсем не рисунками, а фракталами.
