Текст книги "Тайные тропы Бездны. Книга вторая (СИ)"
Автор книги: Валерий Шалдин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)
– Стреляют, кажись, – прекратил петь Витёк и тоже посмотрел в ту сторону, там что-то полыхало кроваво-красными всполохами.
– Да, это, поди, бомбы взорвались, – предположил Пахом.
Буквально через двадцать секунд в том районе опять раздались громкие ружейные выстрелы.
– Война что ли началась? А, деды? Или кто охотится? А на кого? – опять встрепенулся Витёк. Он узнал в этих выстрелах звук стрельбы из охотничьего ружья.
Дедов одолевало любопытство, но встать и пойти посмотреть, что там да как они не могли, ибо их здорово штормило. Подустали деды немного. Они могли только сидеть и делать предположения, действовать они от усталости были не в состоянии. Может это и к лучшему: тише едешь, меньше должен.
Зато в состоянии действовать пребывал участковый, живший недалеко от дома деда Онуфрия. Чекмарёв, предполагавший что-то подобное, лихо выскочил из своего дома, посетовав, что у него не имелось с собой табельного оружия. Приходилось бежать безоружным к месту, в котором явно кто-то стреляет. Появление спешащего участкового деды засекли, что вызвало с их стороны несколько комментариев.
– Смотрите деды, как наш-то Денис Тихонович завертелся, как белка в мясорубке, – указал на бежавшего по улице участкового Онуфрий.
– Побежал родимый, – подтвердил Витёк. – Очком ему играть нельзя. Настоящий мужик участковый, а настоящие мужики решают проблемы, а не убегают от них. Факт. Это деды один мудрец сказал. Мао Дзедун его звали. Смотрите, как лихо он лапками перебирает, и тормозить не собирается. Он же первый парень в посёлке, ему фасон держать нужно, а то бабы не поймут.
– А то! Сразу видно, что он перец тёртый, – поддакнул, кряхтя Пахом. – Щас он какого-нибудь гада ползучего ущучит и вычислит, кто тут ху есть ху. А потом он того порвёт, как Тайсон Чебурашку. Побежать, что ли помочь ему.
– Ага, побеги, – подначил его кум Витёк. – Быстро побеги, так быстро, как даже кролики не женятся. Ты всегда такой дурак, или только по вторникам? Там пальба идёт, а он побежать туда собрался. И свет твоей свечи окажется коротким, хоть и очень ярким. Чем ты там собрался помогать участковому? Это как пригласить из психушки пару психов для помощи. Будет весело, да и только. Давайте деды лучше поищем, чем нам усугубить ситуацию.
Усугублять Витьку с Пахомом решительно нечем, поэтому они с пристальным интересом посмотрели на Онуфрия, может у того остался самогон и совесть.
В жизни дедов образовался какой-никакой смысл на ближайшую пару часов. Они почувствовали прилив лёгкой эйфории в предвкушении интересных событий. А они, несомненно, должны произойти. Онуфрий, собрался сесть на измену, но под пристальными взглядами товарищей поимел совесть и сообщил, что у него ещё осталось немного, чтобы усугубить. Но, надо как-то добраться до этого немногого, а идти дед Онуфрий решительно не мог. Хоть плачь. Вот такая неприятная для организма засада.
Неприятности вскоре огрёб и участковый. Он бежал не разбирая дороги, а какая-то зараза верно рассчитала откуда он может прибежать, и оная зараза растянула на уровне ног верёвку, чтоб у этой заразы геморрой вырос и в спину вступило. Бедный Чекмарёв в потёмках со всего маха растянулся по дороге, даже кувырком прокатившись несколько метров. Как он ещё не убился до смерти. Зато ударился очень сильно: ладони рук оказались стёсанными до крови, левая штанина брюк благополучно порвалась в районе коленки. Коленка болела, ладони жгло. Участковому стало себя жалко, и новые штаны жалко. Да, что это за жизнь такая? Хорошо хоть из ружья в него не пальнули. А ведь моги. И кирдык тогда. Может, и лучше бы стало, чтобы пальнули в него, и кирдык? Начальство ему после трёх утопленников явно не доверяет. Дальше гуще. После исчезновения подручных Лысого, начальство вообще смотрит на Чекмарёва волком: так бы и съело его без соли. Скорее всего, оно подозревает, что это он бандюков отправил на тот свет. И что теперь делать? Хорошо, если просто выгонят, а не пришьют дело. А могут и вообще, того…
Пока участковый приходил в себя от падения, на месте стрельбы все разбежались, как будто никого и не было: ни нападавших, ни цыган. Участковый подошёл к жилищу цыган и в темноте никого живого не увидел. Оба цыганских участка не имели освещения, электрический свет не горел, а фонарик полицейский забыл дома. Начал весело разгораться пожар на цыганских участках от зажигательной смеси: вот этот огонь и давал скудное освещение. В сполохах огня Чекмарёв увидел на участках несколько тёмных холмиков. Это, скорее всего, валялись тела застреленных цыган. О судьбе остальных их соплеменников пока ни слуха, ни духа. Может они разбежались, а может, сидят в доме, но это вряд ли, так как злоумышленники кроме светошумовых гранат бросили на участок ещё и бутылки с коктейлем Молотова. Но и это ещё не всё. Участковый унюхал сильный запах перметрина. Это говорило о том, что нападавшие забросали участки ещё и бытовыми дымовыми шашками для уничтожения вшей и гнид, типа «Самуро» или «Сити». Дым от этих шашек ещё клубился и в атмосфере стоял неприятный запах. Этот дым в больших концентрациях опасен и для людей, поэтому участковый проявил благоразумие и не полез на участки выяснять, кто там живой, а кто мёртвый или раненый. Он только стал орать, чтобы если кто ещё жив быстрей выбирались из помещений. Но никто не отзывался: или все уже разбежались, а может, валяются отравленные ядовитым дымом или боятся попасть под выстрелы. Ведь напавшие, дождавшись, когда цыгане попёрли из жилища, спасаясь от ядовитого дыма, стали стрелять на поражение, причём в этом деле преуспели. Чекмарёв стал вспоминать, сколько выстрелов он слышал. Получалось, что стреляли раз десять. Если патроны ружей налётчики снарядили картечью, то при стрельбе почти в упор можно ожидать кучу трупов.
Четрыхнувшись, участковый достал из кармана чудом уцелевший телефон и стал названивать пожарным, медикам и своему дежурному по городу, чтобы сообщить о ЧП. Спать ему в эту ночь не придётся. А потом его точно выгонят из органов, но пока не выгнали надо изображать работу. Конечно, можно завтра с утра прошвырнуться по посёлку и осмотреть ружья у мужиков на предмет недавней стрельбы. Но ружей в посёлке много, почти сто штук. Конечно, можно начать с родственников покойных наркоманов, но и здесь засада. Кто мешает им после стрельбы вычистить ружья до блеска? Да и парафиновая проба может не дать результатов. Народ нынче грамотный: хорошо вымоют руки спиртом, и никакая парафиновая проба не покажет, что недавно стреляли. А одежонку, на которой окажутся следы от выстрелов, просто сожгут в печке. И ищи ветра в болоте. Очень смущало участкового то обстоятельство, что налётчики применили светошумовые гранаты, а это уже специзделия. Это говорило о том, что здесь замешаны некие силы: однозначно, это не местные обыватели постарались. Поэтому Чекмарёв решил утром перед начальством не умничать, лишнего не говорить, а строить из себя недалёкого служаку. Пусть эксперты роют землю носом, а Чекмарёву так и так ничего не светит: выгонят из органов, к бабке не ходи.
Всю ночь Чекмарёв пребывал на адреналине: то пожарных встречал, то медиков, то полицейских чинов из города, то отгонял от объекта жутко любопытных местных. С коллегами из управления разговор вышел тяжёлый. Коллеги смотрели на Чекмарёва, как на виновника всех бед, а тот усиленно изображал из себя тупого служаку. Глаза коллег, которых уже можно называть бывшими, говорили: «Ты облажался по полной программе! Везде относительный порядок, только на твоей земле труп на трупе и трупом погоняет. Какая работа, таков и результат, вернее его отсутствие».
Чекмарёва отпустили часов к десяти дня, наказав тому, чтобы после обеда он, как штык, торчал в городе, ибо начальство желает его видеть у себя на ковре. С собой участковый, скорее всего уже бывший, может взять ведро вазелина, так как разговор с ним произойдёт серьёзный. Получив такой наказ, Чекмарёв поплёлся домой, щеголяя разорванными штанами, руками, перемотанными бинтами и пропахшей перметрином формой. Зато вшей не заведётся – спокойно подумал участковый – и то хлеб. По дороге домой он увидел трёх неразлучных дедов, продолжающих сидеть на бревне перед домом Онуфрия. Вроде граждане приличные, но пьют, гады, по-чёрному. Допились до того, что к Онуфрию инопланетяне прилетели. Остальные двое тоже не просыхают. И ничего дедов не берёт. Ночь прохладная, а они проторчали на бревне всю ночь и ничего с ними не случилось. Вот же железное здоровье у наших дедов. Интересно, они хоть по нужде вставали со своего бревна, или в штаны себе дули? Чекмарёв, по привычке, хотел привлечь дедов, как свидетелей, но подойдя к ним ближе, понял, что они совершенно невменяемые. Он только буркнул им:
– Деды, как дела?
– Слона родила, – за всех ответил Онуфрий и продолжил что-то темпераментно обсуждать с дедами.
Чекмарёв понял, что пожилые люди его уже не узнают и не воспринимают, а пребывают на своей пьяной волне в иной реальности. Духан от дедов при этом чуть не сбил участкового с ног. Задерживаться рядом с этими организмами Чекмарёв не захотел, он только услышал, как деды обсуждают количество выпитого на скоропостижной свадьбе внука деда Витька, ну, этого, Гришки-дуболома. Гришка, что, успел жениться? – уходя от дедов, успел подумать участковый, но скоро выбросил эту информацию из головы, на него навалилось своих проблем вагон и маленькая тележка.
Увы, но настойчивая цель дедушек догнаться самогоном Онуфрия сыграла с ними злую шутку. Онуфрия-то они уговорили принести самогонку, но новая доза оказалась явно лишней. Витёк даже забыл, как звать невестку его Гришки-дуболома и постоянно спрашивал об этом товарищей. У невестки, как вскоре выяснилось, имелось два имени – Глафира и Настенька, деды это точно помнили. По мнению Онуфрия и Пахома Гришки чрезвычайно свезло, такую гангрену себе отхватил – огонь, а не девка. Деды искренне поздравляли Витька с таким приобретением в семью, а тот всё сомневался.
– А девка-то Глафира-Настенька хоть справная? – выспрашивал он друзей, потому как совершенно не помнил, как выглядит невестка.
– Фигуристая, как Зинка Полищучка, – кивал Пахом. – Вот однажды я с Зинкой… кхм.
– Вот хоть убейте меня деды, – перебил его Витёк, не дав рассказать Пахому о Зинке. – С какого лысого беса мои родичи совместили свадьбу с проводами Гришки-дуболома в армию?
Деды на это ничего ответить не смогли: им самим трудно понять такое обстоятельство. Действительно: какого чёрта? Да и вообще, что-то народ в посёлке в последние два дня раздухарился: чуть ли не в каждом дворе свадьбы или проводы в армию.
* * *
На то, какая школьнику выпадет судьба после окончания школы, скорее повлияет Луна в Козероге, чем школьная программа, усидчивость ученика и добросовестность учителей. Давно стало понятно, что научить невозможно, можно только научиться. Но даже если освоишь знания, ещё не факт, что сможешь в этой жизни преуспеть. Выводы – надо учить детей работать руками и головой, это, прежде всего. Плюс правильное воспитание, чтобы детки осознано понимали, что такое хорошо, а что отвратительно. Поэтому новый директор Жупеевской средней школы Шеломатова Надежда Александровна наплевала на рекомендации министерства и писульки из управления образования. Были мы ШНОРами, ну и чёрт с вами – ШНОРами и останемся, а деток продолжим учить так, как подсказывает нам совесть, а не по вашим писулькам. Надежда Александровна пошла в разнос. Если её уволят, но ради Бога, пусть увольняют. А кого поставят? Нового Бусика приведут? Или школу закроют? Вообще-то у наших чиновников ума хвати и школу закрыть, только вот незадача, под каким соусом её закрыть. Объявить, что здание аварийное? Но спонсоры постарались и выполнили отличный ремонт здания: школа, как картинка. Если судить о школе по показателям, то у нас откровенно средние показатели, чему мы рады. Но модернизация школы, это не только новый ремонт и компьютеры, это ещё и учителя. Фух, не забыли. И кадровый вопрос решается. Вот в школу пришли новые учителя: математик, химик, географ, физик и две молоденькие учительницы младших классов. Люди хорошо вписались в коллектив. Эксцессов почти не случилось. Появился и новый психолог. Молодой мужик. Причём он оказался вполне адекватный, а не как та психологиня, о которой и вспоминать не хочется. Но, положа руку на сердце, надо сказать, что не учителя главное в школе, а дети. Поэтому мы не будем оказывать образовательные услуги, а будем, как можем, готовить нормальных людей из молодых девчонок и пацанов.
Вот только последние события в посёлке серьёзно взбудоражили и школу. Остаётся совсем немного времени до ЕГЭ, а тут такие события. Ведь сразу померло пятнадцать человек в посёлке, одномоментно. А у этих померших есть родственники. И эти родственники учатся в нашей школе. Они, естественно, переживают. Тут не до экзаменов. Плюс ночные события с цыганами.
Надежда Александровна, сидя в своём кабинете, задумалась. Народ у нас совсем озверел. Как только умерло от передоза пятнадцать наркозависимых, так народ стал грешить на живущих на отшибе цыган. А на кого ещё думать? Ведь все знали, что они торгуют героином, от которого и погибли местные торчки: эта тайна быстро стала гласностью. Естественно, родственники погибших взбеленились. Народ стал открыто обвинять цыган, а те делали вид, что ни сном, ни духом. Всё закончилось ночным убийством всех взрослых мужчин и почтенного пятидесятилетнего возраста цыганки – дамы весом за сто килограмм. У цыган возраст за пятьдесят считается уже почтенным, ибо не живут они долго. Жизнь у них такая, кочевая. Говорят, что все оставшиеся тринадцать цыганок, причём все женского пола живые остались, но исчезли в неизвестном направлении. А вдруг они на болота попёрлись? У Надежды Александровны в школу ходили три девчонки из табора. Ходили они в младшие классы и учились. Ну, как учились. Да никак. Учителя младших классов от них плакали, ведь эти девчонки ничего не понимали от слова совсем. Они не могли усидеть спокойно даже несколько минут. Могли смеяться на уроках, отвлекать других детей, ходить по классу, когда им вздумается. Да и видок они имели ещё тот. Они, что, не понимали, что надо умываться и руки мыть? Короче говоря, с ними работать тяжко, а теперь их нет, и душа болит за них. Всё же люди. На занятиях эти цыганки вели себя плохо, пока не случился курьёз. На них Никодиму Викторовичу как-то пожаловалась учительница младших классов. Потом она рассказывала, что Никодим просто взял и поговорил с этими дамами. Учительница утверждала, что он говорил с ними на их языке, так как она совершенно не поняла, что он им говорит, но результат просто ошеломляющий. Девчонки от этого разговора уссались в буквальном смысле слова, тут же в классе. После этого чавэлы ходили в школу и вели себя тише воды и ниже травы: сидели смирно за партами и не отсвечивали. Правда и не учились, только сидели. И зачем им отсиживать время? Оказалось всё просто: из-за школьных бесплатных обедов. В таборе они сидели на диете, а в школе их хоть раз в день кормили. Но кормили весьма плотно, да ещё можно получить добавку, что чавэлы и делали. По-моему, они ещё и подворовывали еду и тащили её в табор.
– А почему они так испугались нашего Никодима? – поинтересовалась директриса у Майи Сергеевны – молодой учительницы младших классов.
– Твердили с ужасом, что он какой-то бенгх и напустит на них какого-то перескоро, если я не путаюсь в их мистике, – ответила Майя. – Но девок я потом долго мыла, а они орали, что перескоро принесёт им смертельную болезнь, типа чумы, оспы и холеры. Так что Никодим наш оказался, по их мнению, бенгхом и его следует жутко бояться и лучше с таким не связываться.
Но это не спасло малолетних чавэл от злой судьбы. Не мифический перескоро пришёл к ним, а простые местные, но озверевшие жители. И где эти чавэлы сейчас?
Школьные бесплатные обеды тоже не заслуга управления образования, а заслугой каких-то щедрых спонсоров, которые за свой счёт наняли поваров, приобрели интересное оборудование и посуду, и доставляли на кухню бесплатно полуфабрикаты. Поэтому и порции получались обильные, а ученики, кто хотел, обедали в школе, предварительно утром подав заявку, что желают сегодня обедать.
Что касается учить детей работать руками и головой, то здесь Надежда Александровна пошла поперёк борозды. Она подумала: «А куда потом пойдут наши дети?» Ну, получат они аттестат, и что? Поэтому она возвела в ранг необходимого предмета трудовое обучение. И опять в этом плане проявилась главная роль Никодима Викторовича. Именно он договорился с ремонтной мастерской, где старшие ученики могли получать навык ремонта автомобилей. В мастерских ученикам даже платили за выполненную работу. Договорился он и с торфоразработчиками, которые также согласились желающих обучать премудростям своего ремесла. Много девчонок изъявили желание помогать в «Пончиковой», теперь на базе этого заведения девок учат лепить пончики и пирожки. И это ещё не всё. Спонсоры наняли учителей для внеклассных занятий по английскому и испанскому языкам, оплачивали труд специалистов в области компьютерной техники и наняли специалиста в области краеведения. Что интересно, ученики просекли это дело, что их учат не просто так, а с прицелом на будущее, и стали заниматься после основных уроков. Особенно удачным приобретением оказался спец по краеведению: мужик популярно рассказывал ученикам, где в нашей области можно хорошо устроится. Плюс ко всему многие учителя занимались с детьми дополнительно. Особенно ошеломляющий результат получился по математике: Верочка Цапыгина постоянно занимала первые места на всех олимпиадах по этой науке. Её уже хоть сейчас можно использовать как учителя математики. Верку, скорее всего, ждёт большое будущее в науке. Она точно поступит в какой-нибудь престижный универ на физмат, если не останется в посёлке лепить пончики.
Очень много с малышнёй занимается Семён Митрофанович Безпалько. Он с детьми постоянно что-то изобретает, что-то ремонтирует, то есть ученики делают то, что надо делать своими руками и головой. Очень мягкий и душевный человек этот Безпалько: он настоящий кумир у деток. А вот Никодима все боятся, злой он и деспотичный. Надо Никодиму брать пример с доброго и миролюбивого Безпалько – тот муху не обидит. А Никодим ещё и ленивый – так и не взял себе дополнительные часы, так и работает на одну ставку. Вот почему он себя так вызывающе ведёт? Сейчас, к концу учебного года, все учителя бегают в мыле, даже его любимая Ия Сафаровна, а он и в ус не дует. Это ж как же, вашу мать, извиняюсь, понимать? Вон Безпалько почти домой не ходит – всё время торчит в школе. И его внучка постоянно вьётся возле него. Она вместе с пацанами что-то там делает. От Безпалько одна только польза: весь мелкий ремонт в школе на нём и его учениках. Сейчас они стали изучать свойства строительных материалов, а это очень полезное дело. Надо дать Безпалько грамоту за это. За то, что учит деток понимать строительные материалы: всякий песок, щебень, цемент, кирпич и что там ещё есть.
Надежда Александровна всегда остерегалась Никодима Викторовича и не очень одобряла его методы и поведение, но сама стала наплевательски относиться к документации и инструкциям.
– Может его уволить? – спросила она у своей секретарши, верной Танечки.
– Кого? – сделала круглые глаза Танечка. – Да вы что, с ума сошли? А кто будет всякие комиссии встречать. Ведь только у нашего Никодима печёнка выдерживает столько пить. И куда только в него лезет. Нет, от него нам польза: иначе комиссии нас сгнобят. Где мы ещё найдём такого алкоголика?
– И то так, – поморщилась Надежда Александровна, вспомнив, что завтра опять прибывает очередная комиссия, а это опять пьянка. Повадились, мля. А у неё бардак в документации. Тут надо выбирать одно: или работать только на оформление бумажек или учить деток. А бумажек, сколько не заполни, их всё только больше становится.
Собственно, почему она решила, что Никодим злой? Ведь он никогда словом не оскорбил ученика, никогда не ударил. Он всегда беседует с ними очень спокойно и выдержанно. Правда, взгляд у него не очень хороший. Но провинившихся он не заставляет отрабатывать, а даёт им право выбора. Вот сами ученики и выбирают трудовой подвиг. Да и не всегда он справляется с малолетками. Это тоже факт. Вот, например, месяц назад произошёл случай с братом и сестрой по фамилии Качики. От этой семейки весь посёлок стонет. Вот эти два Качика и учатся у нас. Однажды завуч поймала их, когда они увлечённо плевались в коридоре. Сделала им замечание, сказала вытереть свои плевки. Ага, щас. Качики только нагло смеялись. Собралась даже толпа народа посмотреть, как их воспитывают, и что дальше произойдёт. Даже Никодим подошёл и возмущался, но ничего Качикам не сказал, ни слова. Те, естественно, и не собирались ничего вычищать за собой. Вот только на следующий день они не явились в школу. Вскоре стало известно, что их прихватила сильнейшая межрёберная невралгия: они ходить-то не могли, а не то, что работать на уборке школы. И уже месяц не ходят в школу. Так, что роль Никодима сильно преувеличена. Ни на кого он никакую порчу не наводит, детки сами заболевают и никуда от этого не деться. Правда, без Качиков стало легче дышать, а то, как на вулкане с ними жили: их фантазия напакостить неисчерпаема. От своей семейки они взяли всё самое плохое.
– Ладно, – вздохнула директриса. – Будем считать, что сегодня я заведением поруководила. Теперь пойду на урок, ибо детки прежде всего. Ты, Танечка, тут за главную остаёшься.
И она пошла на урок, так как у директора тоже имелись часы занятий. Она шла по привычному маршруту, вежливо здороваясь с учителями и учениками. Она уже привыкла, что в школе поддерживается постоянная чистота, не то, что творилось два года назад. Спонсоры хорошо отрегулировали вентиляцию, дышится хорошо, от туалетов не пахнет: там как в операционной. Нигде ни пылинки, ни соринки, ни паутинки. К хорошему быстро привыкаешь.
Навстречу директрисе попался спешащий куда-то Безпалько. Лицо его выражало крайнюю озабоченность, рядом с ним тёрся Сашка Прокопенко. У Сашки, как всегда, на глазах чёрные очки, к которым все уже привыкли. У Сашки случилась какая-то болезнь глаз, вот и приходится ему носить очень чёрные очки. Они оба так спешили, что при встрече с первым лицом школы, не остановились, а только буркнули: «Здрасьте».
Войдя в класс, Надежда Александровна, поприветствовала, вставших при её появлении учеников и начала урок:
– Сегодня мы с вами рассмотрим произведение Достоевского «Братья Карамазовы»…
Надежда Александровна вела занятия по русскому языку и литературе, но по литературе она не придерживалась официальной программы. Проводила занятия по произведениям, рассмотреть которые она считала нужным. В её личных планах присутствовала и «Божественная комедия» Данте и произведения Низами, Омара Хайяма, Булгакова и Вольтера. А всяких рекомендованных для изучения Солженицыных и Улицких она отметала. Пусть их диссиденты всякие и либералы читают. Нам нужны истинные ценности, а не либерастическая муть. Она поощряла учеников читать и современную русскую литературу: особенно Дэма Михайлова, Лукьяненко и Бушкова. А всё-таки – подумала она вдруг – куда это так быстро поскакал Безпалько?
* * *
Сашка Прокопенко вышел только что из «Пончиковой», где он завершил маленькую, но довольно сложную картину. У него всегда по окончании успешной работы ощущалась не усталость, а наоборот присутствовала эйфория, и организм распирало от энергии, а энергию надо куда-то тратить. Хорошо тратилась энергия на физической работе или во время путешествий по болотам. Решив, что сегодня он пойдёт на болота, Саша уже сделал пару шагов по направлению к своей цели, как возле «Пончиковой» стали происходить события. Из неприметной Газельки, стоявшей около заведения, выбрались два организма средней наружности и среднего возраста. Приезжие организмы ловко схватили малолетнюю дочку местного участкового, зажали ей рот и забросили в Газельку. Такая же участь постигла и внучку Безпалько, которая не успела даже пискнуть. Наверное, как свидетельницу похищения, ведь две девчонки шли рядом. Они явно направлялись в «Пончиковую», но им не повезло дойти до неё. На Сашку, стоявшего в тридцати метрах, налётчики не обратили внимания, посчитав его не очень хорошим свидетелем. А зря. Похищение произошло секунд за пятнадцать, а по причине отсутствия прохожих, можно считать, что оно прошло для налётчиков удачным. Вот только фактор Сашки бандиты не учли.
Сашка стоял на месте не двигаясь, он только снял очки и уставился на машину похитителей. Нападавшим повезло, что они не видели при этом его глаз, а то бы мог случиться конфуз с заменой памперсов. Как только Газелька, неспешно набирая скорость, скрылась с места похищения, так Сашка снова водрузил свои очки на нос и пробормотал:
– И кто это у нас тут такой бессмертный нарисовался? Удивительно, как легко можно испортить даже такой чудесный вечер.
Теперь поход на болота откладывался, теперь надо скоренько проследовать к Безпалько в школу и сообщить ему о похищении его внучки и дочки участкового. Сашка единственный из всего мирного населения посёлка знал, кто на самом деле этот Безпалько и его некроманты: он видел всё. Трудовик легко обнаружился в школе, занимающийся с малолетками. Сашка, как только учитель обратил на него внимание, сделал ему знак рукой, означающий, что надо поговорить без свидетелей. Зайдя вместе с учителем в одно из помещений, где не крутились пацанята, учитель остановился и сказал:
– Ну, что у тебя?
– Дядька Семён, – начал Сашка. – Минут пять назад у «Пончиковой» какие-то уроды похитили твою внучку и дочку участкового Лизку.
– Описать их сможешь? – изменившись в лице, произнёс Семён Митрофанович.
– И описать смогу и показать, куда они поехали смогу. Я вижу след от их машины, – заверил парень Безпалько. – В машине их находилось четверо.
– Видишь следы? А ещё что ты видишь? – переспросил Безпалько, пристально смотря на Сашку.
– Вижу, как в вашем сейфе спрятано какое-то дорогое лекарство и оружие, – спокойно сказал он.
– Тогда пошли, – распорядился Безпалько, что-то решив для себя, и они быстро пошли из школы. По пути они встретили директрису, но им некогда было раскланиваться с начальством. Надо спешить: цена вопроса жизнь девчонок.
Пока шли до мастерских, Семён Митрофанович отзвонился «F». Судя по телефонным переговорам, палач уже ждёт Судью в мастерских, и готовит в темпе вальса необходимые инструменты. Далеко идти не пришлось, ведь мастерские находились относительно рядом со школой.
«F» рекомендовал Безпалько облачиться в его специальный костюм Судьи, а пока тот одевался, уставился на Прокопенко. Так они и стояли, смотря друг на друга. Слова не говорились, но казалось, они понимают друг друга и без слов. «F» уже знал о Сашке из курьёзного доклада Гришки Мельникова. Однажды, когда молодые «некроманты» осваивали свою спецодежду, они тренировались ходить в ней в режиме скрыта по болотам и посёлку. Вот только казус случился с Мельниковым, когда он, находясь в режиме скрыта, вдруг услышал сзади голос Сашки Прокопенко:
– Здрасьте, дядька Гриша. Всё некроманствуете?
– Ты, что Сашка, меня видишь? – только и сказал офигевший Мельников.
– Не, дядька Гриша, в упор не замечаю. Да вы тренируйтесь, тренируйтесь. На меня не обращайте внимание.
Естественно Мельников о таком контакте доложил руководству. Руководство почему-то никак не отреагировало.
– Ладно, парень, – кивнул «F». – Ты с нами до конца?
Сашка молча кивнул.
– Тогда никому кроме нас не демонстрируй свои способности, – посоветовал «F». – Лучше пользуйся вот этой штукой, когда припечёт, всё меньше непоняток оставишь, – и он передал Сашке пластиковый пакет с находящимся в нём чёрным ТТ с привинченным ПБС.
– Как пользоваться машинкой разберёшься?
Сашка достал оружие, снял очки, пару секунд глядел на оружие, а потом ловко, в несколько движений разобрал механизм и собрал обратно.
– Силён, – только и сказал «F».
По следам похитителей поехали втроём на микроавтобусе, принадлежавшем «F». Хозяин сидел за рулём, рядом с ним устроился Сашка, показывая дорогу, а в салоне находился злой, как разъярённый африканский медоед Судья.
– Дядька Семён, – спросил Сашка у Безпалько. – Вы что сделаете с похитителями, когда поймаем их?
– Повешу пидорасов, – зло ответил Судья. – И того, кто это придумал, уничтожу.
– Сначала допрос снимем, для истории, – напомнил «F». Он ничего не забывал. – Поэтому пакуем клиентов живыми и годными для допроса. А потом их повесим. В такой ситуации не повесить этих выродков, это преступление против Вселенной!
* * *
Сегодня у некого Мухи из бригады Франта несколько нарушились планы на вторую половину дня, так как сам босс Кирилл Петрович изволили Мухе нарезать заданий на это время. Так что пиво в компании Светки Медвежонка откладывается на потом. Соответственно, и секс с Медвежонком зазвенел медным тазом, ибо Света без пива не давала. Ага, «лампочка светила, но Света не давала». И что там так засвербело у старших? Босс и старшие собрались вместе ещё поутру и перетирали какую-то невероятно глобальную проблему, произошедшую в «деревне Мозгоклюевке Гадюкинского уезда», то есть в пригородном посёлке Жупеево, в котором опять что-то стряслось. Босс Франт, держащий в своих руках половину города, давно косился на этот злосчастный посёлок – всё его там раздражало. Босса очень интересовало, какая падла портит его бизнес и пьёт его кровь. От городских ментов ничего не добьёшься: зачем он только денег им постоянно заносит? Франт окрысился на Жупеево ещё тогда, когда утопили в болоте перспективного Кучерявого и его контакты в посёлке. Тогда Кучерявому Франт организовал красивые похороны по среднему разряду, ибо погиб пацан прямо на боевом посту, и земля ему пухом. Потом там же торчки все скопом взяли и загнулись от передоза. А кто теперь дурь будет покупать? Пушкин Сашка? Он бы может и купил, но его самого застрелили в перестрелке. Так весь бизнес загнётся, и по миру пойдём. После ночных событий с цыганами, плотно сотрудничавшими с Франтом, он совсем озверел. Это тугим ментам что-то непонятно, кто там воду мутит, а Франту всё ясно и понятно. Ясно же, что это местный участковый полицай Чекмарёв сотворил, больше там некому такое вытворить. Остальной народ в этом Жупеево или алкаши или лошары: счастливые люди, но трезвых среди них не попадается. Франт жаждал крови этого участкового, но старшие менты упёрлись и не хотели сдавать своего. Да, какой он им свой!? Наконец Франт их убедил, занеся денег, что надо взять этого Чекмарёва за причинное место, ага, за первичные половые признаки и за вторичные тоже. Пусть он расскажет всё, что знает. У Франта ещё остались уши и глаза в этом Жупеево в виде семьи Качиков, перспективной, надо сказать семьи. Вот эти самые Качики и доложили, что видели, как участковый ночью спалил дом покойного Покуса. Теперь на пожарище горько рыдают лишенные родного дома крысы и тараканы. Да, к бабке не ходи, это он и Покуса утопил в болоте. логическую цепь улавливаете? логика – страшная сила, а босс никогда не ошибается. Наконец менты сдали своего, уволив сволочного участкового, возомнившего себя Рембой. Франт сразу же распорядился работать против этого ползучего гада со всей криминальной ненавистью. Для того, чтобы гад оказался сговорчивее и не портил кровь хорошим людям, Франт велел Мухе, для начала похитить его малолетнюю дочку. Если хочет бывший мент увидеть свою дочку целой, а не расфасованной по частям, то пусть возместит убытки, понесённые Франтом. Пусть хату свою продаёт, а потом чешет, куда глаза глядят. Хотя… нет, живым этот бывший мент никому не нужен, даже свои от него избавились, а братва не поймёт такой аттракцион невиданной щедрости, поэтому, как всё отдаст, пустим его под молотки, или сделаем на нём фигурную резьбу бензопилой. У нас есть эстеты, предпочитающие работать бензопилой.
