Текст книги "Волчий клан (СИ)"

Автор книги: Валерий Муллагалеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Я тронул Инессу за плечо и покачал головой. Она сделала магический жест рукой – по воздуху поплыл светящийся шарик. Инесса уставилась на волколака, схватила меня под руку.

Вдалеке раздался волчий вой. Многоголосый, настойчивый. Хватка Инессы стала сильней, она прижалась ко мне совсем как обычная девушка.

– Это волколаки? – спросила она.

Я пожал плечами. Если волколаки воют так же, как волки, то это могли быть и они.

Тут я снова услышал голос, стучащийся в мое сознание:

«Это воет моя стая, новый брат. Волколаки говорят мне, что в предрассветный час они нападут, чтобы освободить меня».

Я попробовал ответить так же мысленно, но волколак никак не отреагировал, поэтому пришлось сказать вслух:

– Зачем ты мне это говоришь?

Инесса уставилась на меня, и я жестом показал, что общаюсь с волколаком.

«Я предупреждаю тебя, новый брат. Они собирают стаи со всего леса. Охотникам не выстоять. Сегодня все будут убиты».

У меня перехватило дыхание.

– Ты способен отозвать их?

В ответ раздалось то ли рычание, то ли смех.

«Нет. Стая не бросает своих. Ты знаешь».

Снова раздался волчий вой, на этот раз с другой стороны леса.

– Кого отозвать? – спросила Инесса. – О чем он говорит, Георг?

Я объяснил ей, что происходит. Она побледнела и закусила губу.

– Надо трубить тревогу, – сказала она. – Мы с братом что-нибудь придумаем…

Волколак поднялся. Попытался выпрямиться во весь рост, но потолок не позволил, хоть и был под два метра. Массивная грудная клетка бугрилась от мышц, волчья шерсть в свете костра казалась черной.

К прутьям решетки приблизилась громадная волчья морда. Желтые глаза взглянули в упор, но взгляд был спокойный и усталый.

Инесса перестала дышать. Волколак сказал:

«Придут сотни. У людей нет шанса. Все умрут. Уходи из лагеря, новый брат, пока не поздно. Они никого не пощадят».

Я озвучил сказанное. Инесса посмотрела на меня, перевела взгляд на волколака, снова она меня. Голос ее дрогнул:

– Что нам делать, Георг?

«Освободи меня, новый брат. Клянусь, я не причиню тебе вреда. Я уйду и скажу стае не нападать. Они послушают меня. В нападении не будет смысла, если я на свободе».

В этих словах был смысл. Я и сам рассматривал вариант освободить волколака перед своим отъездом из лагеря, но это подставило бы под удар не только меня, но и Игоря, не говоря уж о Рюмине и всей роте.

– Он предлагает освободить его и дает слово, что отзовет нападение.

Инесса встрепенулась и вытаращила на меня глаза. Помолчав, задумчиво сказала:

– Волк никогда не оставляет своих в беде… Как ты говорил? Гнев волка неудержим, любовь неповторима, верность бесконечна. Я полагаю, ему можно довериться…

Я взглянул волколаку в глаза. Тот смотрел прямо и неотрывно. Чуйка, когда была так нужна, молчала. Я обратился к Ядру, и оно ответило горячим импульсом, в котором читался единственный смысл: «Свобода».

Несмотря на согласие Инессы, выбор и ответственность лежали на мне. Она пьяна и под впечатлением, а в случае чего Рюмин будет на ее стороне. Впрочем, все это не имеет смысла, если к утру всех разорвут на куски.

– Ты клянешься, что уйдешь и предотвратишь нападение?

«Клянусь».

Я кивнул Инессе.

– Я даю согласие, капитан, – сказала она звенящим от напряжения голосом. – Сделай это. У тебя не будет проблем с моим братом.

Клетка была закрыта на огромный стальной засов, похожий на железнодорожный рельс. Его плотно фиксировал маховик, как на дверях в кораблях. Я крутанул его, и в ночи раздался металлический скрип. Инесса поежилась и заозиралась.

Оставался еще навесной замок. Инесса простерла руку и пережгла дужку огненной вспышкой. Замок упал на землю с глухим стуком.

Я открыл тяжелую решетчатую дверь.

Глава 6
Волк волку волк

И тут очнулась моя чуйка, до этого момента словно заглушенная чужим влиянием. В животе шевельнулся знакомый холод, означающий, что я совершаю роковую ошибку.

Раздалось утробное рычание. Волколак выпрыгнул из клетки, потянулся до хруста в суставах. Его слова отозвались в моей голове, смешиваясь с хохотом:

«Глупый щенок! Магичка знатного рода станет отличным заложником в этой войне!»

Он сграбастал Инессу и закинул себе на плечо. Она закричала, но он придавил ее так, что крик превратился в хрип.

В моей руке уже был палаш.

– Предатель! – воскликнул я и сделал выпад, метя волколаку в горло.

Огромная лапа ударила наотмашь. Меня швырнуло в сторону, я пролетел несколько метров и врезался в груду ящиков. Раздался треск то ли досок, то ли моей спины.

«Ты не из нас, ты шавка магов», – донеслась до сознания полная презрения фраза.

Волколак огромными скачками бросился прочь из лагеря. Серое тело растворилось во тьме.

Пошатываясь, я поднялся. Перед глазами мельтешило, и я с рычанием потряс головой, разгоняя мороки. Красава, Жоряныч, нечего сказать! Но не время себя гнобить, надо действовать.

Поднимать тревогу смысла нет. Караульный увидит, что клетка открыта, и все сделает сам. Да и откровение про готовящееся нападение, очевидно, было уловкой. Вот сучара блохастая! Порву мразоту!

Ядро Ярости вспыхнуло в груди, доставляя жгучую боль. Реки Ярости хлынули по жилам, корежа конечности.

Правую руку дернуло в сторону, кости заломило, кисть увеличилась вдвое, высунулись когти. Импульс Ярости развернул меня влево, и с хрустом преобразилась вторая рука.

Тело выгнулось дугой, ощущение было такое, будто я угодил в мясорубку. Петли жакета натянулись на груди в попытке сдержать рост мышц.

Мой крик перешел в рык, когда лицо трансформировалось в волчью морду. Непривычно длинным языком я ощутил ряды клыков.

Я склонился к земле преображенный. Вот она, вторая форма!

Ночь посветлела. Угол зрения изменился, картинка перед глазами стала как бы вытянутой вперед, охватывая пространство по бокам.

Слух стал таким, будто на голову надели наушники и вывели на них звук с микрофонов по всему лагерю.

В нос ворвались тысячи запахов, рисуя в голове еще один мир. Запахи вокруг двигались и таяли, показывая не только настоящее, но и недавнее прошлое.

Голова закружилась от шока и эйфории, но и то и другое вытеснила ярость.

Я втянул носом воздух и выдохнул его с рычанием. За волколаком тянулся отчетливый след, к нему примешивался сладкий запах женщины, которую посмели у меня отобрать. Догнать врага! Порвать зарвавшуюся тварь на куски!

Я сорвался с места. Ветер засвистел в ушах. Ядро неистово пульсировало, разгоняя Ярость по всему телу.

Увеличенные в два раза мышцы делали движения легкими, это вызывало чувство всемогущества.

Быстрей, быстрей, быстрей!

Я не задавался вопросом, как справлюсь с волколаком в третьей форме. Он был раза в три крупней и сильней меня, облик его напоминал человеческий лишь способностью ходить на двух ногах, а в остальном это был совершенный хищник. Плевать. Меня целиком поглотила только одна задача: догнать врага.

На пути возникла палатка, я не стал ее огибать и прыгнул. Подо мной пронеслось пять метров брезента. Я приземлился, не сбив дыхания, и продолжил погоню.

Остро резанул запах свежей крови – я пробежал мимо растерзанного караульного, попавшегося на пути волколака.

Лагерь остался позади.

Пересекая поле с мелким кустарником, я заметил вдалеке фигуру волколака. Он направлялся в лес, что возвышался вдали непроглядной стеной деревьев.

Бежал он рысью, утомившись от огромных скачков. В кисловатом запахе его следа я чувствовал, что волколак выдыхается – голодный плен не прошел для него даром.

Близость к цели подхлестнула меня, я поднажал. Расстояние между нами начало сокращаться.

Раздался ритмичный металлический звон. При обостренном слухе он колол уши и сводил с ума своей истеричностью. Я не сразу сообразил, что это звучит колокол тревоги в лагере.

* * *

– Лютиков! – проорал Рюмин, перекрывая звон колокола. – Лютикова сюда!

Он стоял у распахнутой клетки. На нем была красно-оранжевая пижама с ночным колпаком.

По лагерю бегали солдаты, офицеры отдавали команды, звучало конское ржание. От десятков факелов было светло.

Из всеобщей суматохи отделилась фигура.

– Я здесь, ваше сиятельство, – запыхавшись сказал Игорь. – Мы провели экстренное построение, рота в боеготовности.

– Не тот Лютиков, – сказал Рюмин. – Где Георгий?

– Его нет в лагере.

– Так, блядь, и знал! Это он выпустил волколака! Он у меня пойдет под трибунал, понял?

Игорь сжал зубы, но промолчал.

К Рюмину подбежал гвардеец из свиты Инессы. Лицо было красным, как его жакет.

– Ваше сиятельство! Баронесса пропала.

– Что⁈ – воскликнул Рюмин и повернулся к Игорю: – Знаешь, когда я видел сестру последний раз? Она пошла к Лютикову отнести сраную рекомендацию!

– Дерьмо, – прошептал Игорь. – Я уверен, всему этому есть объяснение, ваше сиятельство.

Гвардеец сказал:

– Некоторые утверждают, что видели, как волколак нес на плече тело в красных одеждах…

– Ебись-провались! – заорал Рюмин.

Из глаз его вырвалось пламя, кулаки задрожали, рассыпая искры. Костер выплюнул в небо столб огня. Игорь с гвардейцем попятились.

– В жопу трибунал, – процедил Рюмин. – Я лично сожгу Лютикова. Найти его! А если не найдем, отвечать будешь ты, поручик. Весь твой род!

– Разберемся, – сказал Игорь, подражая брату, но в его голосе не было той же уверенности.

– Снаряжай поисковые отряды. Прочешите весь лес. Если надо, я выжгу его до пней! Что ты там копаешься?..

Игорь наклонился и что-то подобрал с земли. Протянул Рюмину.

– Взгляните. Еще теплая.

Рюмин выхватил предмет, глаза его расширились. Это была оплавленная дужка навесного замка.

– Огненный резак, заклинание третьего ранга… – тихо проговорил он.

– Это могла сделать только баронесса, – сказал Игорь. – Так что попрошу воздержаться от поспешных выводов о моем брате, ваше сиятельство.

Рюмин со стоном провел ладонями по лицу.

– Безумие какое-то. Я поеду с вами, поручик. Собирайте лучших солдат. Живо!

* * *

Ближе к лесу стало прохладней, по земле стелился низкий туман. Волколак скрылся среди деревьев, но его след я отчетливо чувствовал.

Я углублялся в чащу. Под ногами шуршала прошлогодняя трава, хрустели шишки и мелкие веточки. Пахло сырой землей и хвоей. Ветви деревьев заслонили небо.

Лес настораживал, но и придавал мне дополнительных сил. Здесь мир казался другим: мрачным, первобытным, таящим тайны, уходящие вглубь веков. Эти места Вельская Держава не покорила до конца, но они же были ее истоком.

Разнесся эхом женский крик. Вдалеке мелькнул огненный отсвет. Я зарычал и ускорился, мимо замелькали стволы деревьев.

Я выскочил на поляну, освещенную луной и звездным светом. Моим глазам этого света вполне хватало, чтобы видеть все в деталях.

Волколак сгорбившись сидел на мшистом валуне и тяжело дышал. Красный язык вывалился из пасти, слюна капала тягучими ниточками.

У его ног лежала Инесса. Рыжая шубка превратилась в лохмотья. Я чувствовал, что у девушки бьется сердце, но она была без сознания.

«Зря ты гнался за мной, – сказал волколак телепатически. – Я сохранил тебе жизнь, как и ты мне тогда. Но сейчас тебя ждет гибель».

Я ощерился и развел когтистые руки в стороны. Волчья пасть не позволяла говорить, однако теперь мои мысленные фразы достигали сознания волколака. Я сказал:

«Я пришел забрать свое. И покарать предателя. Ты обманул меня».

«Это было просто. Ты сам хотел обмануться. Нет никаких стай, которые придут на выручку. Нас осталось слишком мало. Сейчас все средства хороши. Заложница остановит охоту».

Опыт мировой истории мне подсказывал, что это не сработает. Маги управляют Державой, а в волколаках видят угрозу своей власти. Это значит, что маги не остановятся никогда. Что бы ни сделали дикие волколаки – это станет лишь очередным поводом их истребить.

Объяснять это волколаку я не собирался, потому что жить ему осталось недолго. Он сделал то, что я не прощаю.

Волколак задрал морду и завыл. В глубине леса раздался ответный вой – одиночный и пока еще далекий.

Во второй форме я начал лучше понимать заложенные в вое смыслы. Сейчас прозвучали зов и обещание прийти. Подкрепление лишит меня даже тех ничтожных шансов на победу, что есть сейчас, поэтому я кинулся в бой.

Вцепиться ему в горло, пока он воет, я не успел – волколак среагировал мгновенно. Он оттолкнулся от валуна и встретил меня хуком в лицо.

Я пригнулся, над головой просвистели растопыренные когти, каждый из которых был длиной с кинжал. Оп-па! А это мне знакомо, дружок!

На дуэли с Клиновым мне помогла звериная суть, а в бою со зверем у меня все наоборот. Пора вспомнить старый недобрый бокс.

От следующий ударов я легко уклонился, работая корпусом и двигаясь в челноке. Волколак обескураженно зарычал.

Он был крупнее меня, мощные сухие мышцы позволяли ему двигаться быстро и проворно, но все же законы физики были на моей стороне. А когти и у меня острые!

Я сделал бросок, с упоением ощутил, как мои когти с треском рвут шкуру врага. Какой кайф! Из моей глотки вырвался рык.

Его руки были несоразмерно длинней моих, но размахивал он ими хаотично – даже не по-звериному, а как человек, превращенный в зверя. У меня легко получалось уклоняться и подныривать под удары, чтобы царапать его снова и снова.

Вот только добраться до головы или жизненно важных органов никак не удавалось, разница в размерах не позволяла.

Видя, что он уже порядком измучен и потерял много крови, я рискнул атаковать в живот. Там почти не было шерсти, и виднелись валики пресса.

Тут же я получил ответку, заставившую меня взлететь в воздух на десяток метров.

Я впечатался в ель и скатился по веткам вниз. На голову посыпались хвоинки. Рукав жакета повис лоскутом, на плече выступила кровь и напитала шерсть. Сломанные ребра кололи острыми вспышками боли.

Одним прыжком он оказался рядом. Я отпрянул – в сантиметре от носа щелкнули здоровенные зубы. Я воспользовался тем, что он близко и всадил когти ему в морду.

Волколак взвыл от боли, дернулся так, что меня отбросило и прокатило по земле. Ребра впились в бока, словно осколки стекла.

Он навис надо мной, единственный глаз горел как желтый прожектор.

В этот момент я распрощался с боксом и сделал то, что положено волку, – распахнул пасть и вцепился волколаку в горло.

Клыки с хрустом пронзили шкуру. Мой рот наполнился вкусом шерсти и крови с острым железистым вкусом.

Волколак зарычал от боли. Не способный укусить в таком положении, надавил мордой сверху. Хотел было всадить в меня когти, но я перехватил его лапы. Запястья мне было не удержать, потому схватил за когти, заломил пальцы.

Сдержать его я был не в силах, но удары предотвратил. Его когти уперлись мне в грудь и в бок. От усилия наши лапы дрожали, когти чертили на мне кровавые зигзаги. В то же время я продолжал сжимать челюсти на его шее.

Мои клыки погрузились на всю глубину, но мешал слой шерсти и мышц. Силы у меня кончались, а волколак все никак не слабел, давил массой.

Огромные черные когти начали погружаться в мою плоть, заскрежетали по костям. Сквозь шум крови в ушах я услышал его победный рык. «Прощай, щенок!» – раздалось в моей голове.

И тогда я решился на рискованный ход. Я разжал челюсти, освобождая волколака, но только для того, чтобы вцепиться в горло вновь – на этот раз расчетливо и метко.

Клыки попали в артерию. Рот наполнился горячей кровью, жгучей на вкус. Чтобы не захлебнуться, я конвульсивно сглотнул. Подавил рвотный спазм и впился еще сильней. Сдохни, тварь!

Рык волколака сменился на скулеж. Я исступленно задергал мордой, вгрызаясь глубже, расширяя рану. Из последних сил напряг руки. От натуги затрещали локти, но я все-таки вырвал его когти из себя и отодвинул в сторону.

Его рык оборвался, по телу прошла судорога и началась агония. Волколак стал колотиться, вбивая меня в землю. Я отцепился от его горла, челюсти свело судорогой. Случайный удар прилетел мне по лбу – в голове зазвенело.

Я кое-как выполз из-под его туши и откинулся на жухлую траву.

Звездное небо, окаймленное верхушками деревьев, вращалось. На губах дымилась волколачья кровь. Я хрипло дышал, с каждым вздохом вздрагивая.

Однажды меня на скорости сбила машина, и я рухнул на асфальт весь переломанный. Перед тем как отключиться, я чувствовал себя точно так же. Но сейчас я не отключился.

Стиснув зубы от боли, я приподнялся на локтях и оглядел поляну.

У края леса стоял высокий человек с седой бородой до середины груди. На нем был расшитый неведомыми знаками балахон, капюшон скрывал лицо в тени. Видны были только желтые глаза.

А вот и подмога, мать ее!

Я поднялся на ноги. Пригнувшись, развел руки в стороны и растопырил когти. Стойка, конечно, грозная, но если сейчас дунет ветер, то я рухну и больше не встану. Оставалось надеяться, что незнакомец этого не знает.

Раздался глубокий старческий голос:

– В этом нет нужды, юный волк. Успокой свою Ярость. Ты победил, значит, правда была на твоей стороне.

«Если бы выжил он, ты сказал бы ему то же?» – спросил я мысленно.

– Нет. Будучи в третьей форме, он должен был тебя растерзать, это закономерно. Но дух зверя встал на твою сторону. Дал тебе больше сил, чем ему. Такова справедливость жизни.

«Ты не похож на диких. Кто ты такой?»

Старец усмехнулся.

– Куда важнее вопрос, кто ты? И почему защищаешь магов?

«Не магов. Я защищал себя и свою женщину».

– Увы, в этой войне нет тебя или меня. Есть стороны. Как волколак, ты на распутье. И пока ты не выберешь сторону, против тебя будут и те, и другие.

«Разберемся».

Видя, что старец не собирается нападать, я подошел к Инессе.

Превозмогая боль в сломанных ребрах, склонился над ней и хотел потрогать пульс, но едва успел отдернуть от ее шеи пальцы с когтями как консервные ножи. Шерсть на руках была сплошь заскорузлой от крови.

– Вернись в первую форму, – посоветовал старец. – При обращении тело полностью перестраивается и раны закрываются.

Совет показался полезным, но… Я не знал, как это сделать.

Ядро мерно пульсировало во мне. Облик не требовал затрат Ярости, это просто была новая форма моего тела. Наверное, поэтому есть волколаки, которые навсегда остаются в волчьем обличии.

Старец словно прочитал мои мысли.

– Установи спокойное дыхание, – сказал он. – Ты чувствуешь Ядро?

«Да…»

Его голос стал строгим.

– Это хорошо. Если оно растворится в тебе, то ты потеряешь контроль над управлением Яростью и не сможешь вернуть обличье. А теперь вращай его в обратную сторону, пока оно не выделит силу для обратной перестройки.

Я сделал в точности, как он сказал. Волны Ярости побежали по конечностям. Превращение было болезненным, но после боя с волколаком показалось сеансом массажа.

Все органы чувств резко сузили остроту и спектр, стали почти человеческими. От этого возникло чувство утраты, словно мне что-то ампутировали.

Я ощупал ребра. Целые. Восстановление было полным, как и сказал старец, лишь дикая усталость валила с ног.

– У тебя великолепные способности к управлению Яростью, – сказал старец. – А она таит в себе огромный потенциал, который и не снился магам. – Он ухмыльнулся, демонстрируя клыки. – Точнее, снился, но в страшных снах.

Я склонился над Инессой. Серьезных ран не обнаружил, пульс был ровный.

– Еще раз спрашиваю, – сказал я. – Кто ты такой?

В лесу послышались отдаленные голоса и конское ржание. Я оглянулся на звуки, а когда вновь повернулся к старцу, его уже не было.

В голове у меня прозвучал его голос, затихающий, будто удаляющийся:

«Меня зовут Сигмар. Поразмышляй над моими словами. Еще увидимся, ярый».

Поразмышлять мне не дали. Конский топот стал громче, между деревьев замаячили огни факелов и нечто более яркое.

На поляну высыпали всадники, кони тревожно заржали, почуяв волчью кровь. В центре не белом коне восседал Рюмин. Вокруг него летало три огненных шара, лицо было перекошено от эмоций. Рядом я заметил Игоря.

Я встретил их с Инессой на руках.

Глава 7
Западня

– Лютиков! – рявкнул Рюмин. Огненные шары вокруг него вспыхнули, словно в них плеснули бензином. – Что с моей сестрой, отвечай!

– Она в порядке, – спокойной ответил я. – Просто без сознания.

Рюмин спрыгнул с коня, широкими шагами приблизился ко мне. От огненных шаров струился жар, отчего сохли губы и слезились глаза. Рюмин провел кончиками пальцев по лицу Инессы, проверил пульс.

– Твое счастье, капитан, – выдохнул он. Двое гвардейцев в красных жакетах забрали у меня девушку. – А теперь назови мне хотя бы одну причину тебя не арестовывать. И побыстрей. Я все еще хочу тебя сжечь.

Краем глаза я заметил, как Игорь подал коня вперед и словно случайно направил копье в сторону Рюмина. Лицо брата было бледным, но исполненным решимости.

– Все просто, ваше сиятельство, – сказал я. – Вы просили меня убить волколака. Я это сделал.

Все перевели взгляд на мохнатую тушу, лежащую поодаль. Волколак застыл в последней агонии, раскинув в стороны громадные лапы. Пасть была распахнута, в огненном свете блестели окровавленные клыки.

Солдаты дружно ахнули.

– Невероятно!

Один из офицеров осторожно потыкал тело волколака острием копья, обернулся ко мне с вытаращенными глазами и сказал:

– Господин капитан, примите мое восхищение.

Сейчас мне и самому не верилось, как я смог одолеть такого монстра собственным руками. Вернее, когтями и клыками. На языке до сих пор был привкус его крови.

Другой офицер сказал:

– Простите, что на вашей дуэли я ставил на Клинова. Вы настоящий офицер и защитник людей.

Рюмин бросил на меня долгий взгляд. На его вытянутом лице читалась внутренняя борьба. Огненные шары один за другим потухли.

– Позже поговорим, – сказал Рюмин. – Без лишних ушей.

– Господа, – сказал Игорь. – Надо возвращаться в лагерь. Здесь опасно. Нет места опаснее, чем этот лес, тем более ночью.

По поводу последнего я мог бы поспорить. За последнее время меня хотели убить и в лагере, и в лесу.

Рюмин оглядел поляну, бросил последний взгляд на растерзанного волколака и кивнул. Игорь протрубил в рог, командуя отход. Ему ответили командиры других отрядов.

* * *

В лагере Рюмин позвал меня в свою палатку. Инесса лежала на кровати за ширмой, около нее суетился знакомый мне фельдшер с фингалом под глазом.

Рюмин выгнал всех посторонних, тяжело опустился за стол и принялся молча сверлить меня взглядом.

Я до сих пор был в окровавленных лохмотьях, в которые превратилась моя форма после схватки с волколаком. Хотелось переодеться и успеть поспать перед дальней дорогой, поэтому я нетерпеливо сказал:

– Корнилий Павлович, давайте покончим с этим поскорей. Если есть вопросы – спрашивайте, я не собираюсь юлить, и отвечу, как есть.

Он побарабанил пальцами по столу, цыкнул зубом.

– Знаешь, Лютиков, я видел оплавленный замок у клетки.

– Баронесса ни в чем не виновата. Я могу все объяснить.

– А я не сомневаюсь, капитан. Дело не в этом. Я делю знание на три категории. Есть вещи, которые я знаю. Есть вещи, которых я не знаю. А есть то, что я знать не желаю! Ты понимаешь, о чем я?

– Понимаю.

– Замечательно. И я хочу, чтобы другие этого тоже не знали.

Само собой, речь шла не о схватке с волколаком, а о наших с Инессой, скажем так, прогулках под луной.

– Вы за кого меня держите, господи маг? Я и не собирался распространять сплетни.

– А я собирался отдать тебя под трибунал. И до сих пор не прочь это сделать, есть за что. Но я не хочу огласки. Поэтому официальная версия такая: волколак сбежал и похитил баронессу, а бравый капитан бросился в погоню и спас ее.

– Предлагаете мне побыть героем?

– Нет, ну наглец, а? Ты еще медаль потребуй! Впрочем, ты прав, для служилых все будет выглядеть именно так. Но я-то знаю правду, поэтому не жди благодарности.

– Не жду. Мы друг друга услышали.

Послышался голос фельдера:

– Баронесса очнулась, ваше сиятельство!

Мы оба вскочили на ноги, поспешили к кровати.

Инесса застонала и заворочалась. Открыла голубые глаза, похожие на родники в пустыне. Обвела присутствующих взглядом, остановилась на мне и улыбнулась. Рюмин покачал головой и закатил глаза.

– Я могу все объяснить, – сказала она.

– Погоди, – поднял палец Рюмин. – Инесса, я делю знание на три категории…

– Я могу идти, ваше сиятельство? – спросил я.

Инесса схватила меня за руку.

– Погоди!.. Погодите, капитан. Что случилось в лесу?

– Я убил вероломного волколака, и мы вернулись в лагерь. Все хорошо.

Ее глаза расширились.

– Как вы это сделали? – спросила она.

– Я перегрыз ему глотку.

Инесса открыла рот в удивлении и немом восхищении. Рюмин нахмурился.

– Ну иди уже, – сказал он.

Я поклонился и направился к выходу.

– Найдите меня в столице, капитан, – донесся до меня слабый голос Инессы. – Мы продолжим… наш разговор.

На улице меня встретил Игорь. Он заключил меня в объятья и похлопал по спине.

– Ну ты, брат, учуди-и-ил, – проговорил он со смесью тревоги и гордости. – Заставил ты всех побегать. Ты бы видел Рюмина, он чуть всех не сжег! – Игорь посерьезнел. – Ты не под арестом? Что насчет трибунала?

– Нет, все обошлось. Спасибо за твою поддержку.

– А баронесса? Ты… это самое?..

Я сделал страшное лицо и приложил палец к губам. Игорь выставил перед собой ладони.

– Понял, не дурак. – Он подмигнул, прищурился. – Ну ты все-таки жучара, ай жучара! Ладно, расскажи мне о волколаке. Черта с два ты уедешь, пока не поведаешь мне все до малейших подробностей!

Лагерь потихоньку остывал от суеты, исчезли всадники с факелами, лишь усиленный караул напоминал о поднятой недавно тревоге.

За разговором мы дошли до моей палатки. Игорь перебивал меня возгласами удивления, а когда я дошел до гибели волколака, слушал, молча, ловя каждое слово. В конце я выслушал его запалистую тираду и спросил:

– Игорь, имя Сигмар тебе о чем-нибудь говорит?

– Гм, – сказал он и умолк.

– Что?

– Это мифический предводитель диких волколаков. О нем мало что доподлинно известно. Честно говоря, я не уверен, что это был он собственной персоной.

– Почему?

– Легенды о нем ходят не одно столетие. Я помню, как бабушка рассказывала мне сказки о нечисти… Не знаю, он ли это был, но меня пугает, что в лесу есть волколаки в человеческой форме. Это значит, что мы сражаемся не просто с монстрами. За ними стоит разумная сила.

– Вот и я о том же. Волколак собирался использовать баронессу как заложницу. Это не похоже на поведение зверей, не находишь?

Игорь пожал плечами.

– Наше дело простое – искоренять угрозу. А то, как обстоит дело в деталях, знают только маги. Но здесь я с ними согласен, уж прости. Дикие волколаки нападают на волости и даже уездные города. Мы защищаем народ, Георгий.

– Это, конечно, хорошее занятие, – задумчиво сказал я.

– Я в любом случае за тебя, брат! Но, умоляю, не превратись в безумного волколака. Это игра с огнем, и я сейчас не о доме Огня. Хотя и с баронессой тоже лучше не шутковать.

– Разберемся. А теперь – спать. Денек был тот еще, и все никак не закончится.

Игорь кивнул.

– Я выставлю у твоей палатки караул, Георг. Служилые в восторге от твоей победы, но помни, что большинство из них считает тебя зверем.

Я не стал говорить, что так оно и есть, и пожелал доброй ночи.

* * *

Конь отчаянно ржал и поднимался на дыбы, как только я приближался. Фыркал, крутил мордой, мелко дрожал, даже когда я просто находился рядом. Еще бы! Он доверял чутью, а не глазам, и был против того, чтобы на седло забрался волк.

– М-да, – сказал Игорь. Он пришел меня провожать и теперь наблюдал мои попытки отправиться в путь. – Верховая езда теперь не для тебя, брат.

Я с прищуром посмотрел на занимавшийся восход. Утренняя свежесть приятно холодила свежевыбритые щеки.

– На своих двоих далеко не уйдешь. Хвала железным дорогам Державы, – продолжил Игорь. – Тебе придется пойти по другой дороге, на восток. Переночуешь в волости Васильково, а оттуда и до ближайшей станции доберешься.

Я закинул на плечо сумку с выигранными на дуэли монетами. Никогда еще деньги не ложились на меня таким тяжким грузом! Я сжал ладонь Игоря в крепком рукопожатии, мы обнялись.

– Буду ждать вестей, – сказал я. – Пригляди за Инессой одним глазком. А летом буду ждать тебя в Вельграде. Куплю там тебе новый мундир взамен того, что ты отдал мне.

Игорь отмахнулся.

– Этого добра в гарнизоне навалом. Лучше закатим там гулянку… Кстати, не забудь навестить нашу усадьбу. Передавай привет старику Ефиму.

– Само собой.

Игорь посмотрел мне за плечо, вежливо кашлянул и ушел.

В мою сторону спешила Инесса. На ходу она зевала и прикрывала рот рукавом алого платья. Интересно, подумал я, это платье – очередная иллюзия?.. Она приблизилась, на холеном лице я заметил несколько царапин, прикрытых косметикой.

– Ну что за дурацкая традиция отправляться в дорогу спозаранку, – сказала Инесса, подвывая от очередного зевка. – Нет, чтобы выспаться, позавтракать, еще кое-что поделать…

– Увы, путь неблизкий, баронесса, нужно выходить пораньше. Как вы себя чувствуете после вчерашнего?

– Смотря что вы имеете в виду, капитан, – улыбнулась она. – Хожу с трудом, все болит.

– Надеюсь, ваш брат не придет меня провожать?

– В такую рань? Нет, он дрыхнет до обеда. Впрочем, вряд ли он пришел бы и в полдень. Он вас почему-то недолюбливает.

Инесса запустила руку в сумочку и протянула мне продолговатый флакончик с красной жидкостью.

– Вот, возьми, Георгий, вдруг пригодится. Это магический эликсир оздоровления, спасает от многих ядов и заживляет раны.

– Благодарю.

Вместе с эликсиром она сунула мне в руку конверт и слегка покраснела.

– А это что? – спросил я. – Еще одна рекомендация?

– Нет-нет… – прошептала она. – Это так, напоминание обо мне. Открой вечерком без свидетелей.

– Гм, ладно…

Она пожирала меня глазами, но посреди лагеря не могла дать волю чувствам.

Я протянул руку ладонью вверх, и она с готовностью вложила в нее свои пальцы. Я приложился к ним губами, поцелуй продлился куда дольше, чем того требовал этикет. Когда я высунул язык, Инесса ойкнула, отдернула руку и глянула по сторонам, комкая довольную улыбку.

– Ну все, счастливого пути, мой волк!

* * *

В дороге я впервые остался наедине со своими мыслями. Поразмышлять было о чем и без советов Сигмара. Да хотя бы о том, что так же звали волка в моем питомнике.

Я вспомнил его мистический вой, который слышал перед смертью, и вздохнул. Теперь я в другом мире, старая жизнь со всеми ее грехами осталась позади.

А новый мир мне нравился, даже несмотря на то, что в первый же день меня несколько раз пытались убить. Красиво здесь… нет, не то слово. Свободно, вот.

Передо мной открылся простор возможностей, и я сделаю все, чтобы почувствовать вкус всех высот и глубин этого мира. Ядро Ярости отозвалось на это стремление низким урчанием, словно рокот древних инстинктов.

Дорога была хоть и сельской, но сухой и утоптанной, мои ботфорты на ней словно пружинили.

Прохладное утро сменилось солнечным днем, подул свежий ветер, доносящий пение птиц. Весеннее пробуждение природы наполняло беззаботной радостью и оптимизмом.