Текст книги "Герои чужой войны 2 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 25 страниц)

Глава седьмая

Орки не стали оголтело лезть наверх. Они поступили проще. Пока первый отряд, идущий от водопада, не подтянулся к террасам, вторая группа терпеливо ждала его, готовясь к штурму. Наше шевеление они уже заметили и возвестили об этом громкими воинственными криками. Потрясая своими топорами, самые ретивы уже собирались рвануть наверх, но их сдерживали.

Наконец, первый отряд достиг своих товарищей, и сразу возникло совещание, видимо, как нас лучше умертвить. Лешак долго присматривался к подошедшим, потом присвистнул.

– Да там весь клан собрался! Они вообще здесь что делают?

– Мы находимся в Атриде, – напомнил я, – а орки заключили какой-то договор с тойонами для контроля этой территории. Вот и рыскают здесь, как стервятники. Не удивлюсь, если мой старый знакомый находится здесь. Что-то плохо видно…

– Не переживай! – засмеялся проводник. – С такими гостинцами мы их здесь всех похороним!

Он любовно подкинул кругляш гранаты и чмокнул его в холодный глиняный бок.

– Доставай черкаш, – сказал он, – и зажигай фитили, как только они полезут. Я буду кидать.

– Только не торопись, – предупредил я. – Дай им возможность всем встать под стену. Разом нанесем урон.

– Ладно… Ого! Да у них лучники появились! Это уже серьезнее. Лишний раз голову не высовывай, Кос.

– Не учи ученого, – проворчал я, выкладывая перед собой гранаты. Двенадцать штук. Еще шесть решили оставить на поганый случай, оставили у Альгорна в вещмешке. Я рассчитывал, что дюжины «адского огня» нам вполне хватит. Но сомнения в предстоящем действии оставались. Если орки уже знают о гранатах, то не полезут сломя голову на баррикады.

Полезли. Четверти часа им хватило на разработку атаки, и вот первая пятерка самых ретивых вояк рванула вверх по той же дороге, что и мы. Легко преодолели первую террасу и вот уже видны их перекошенные от нетерпения рожи. Я умудрился рассмотреть у одного под низко сидящим шлемом потный лоб с прилипшими жидкими волосенками. Он раззявил рот в крике, подбадривая остальных, и один из первых должен испытать на себе «адский» подарок из Арсенала.

Я кивнул Лешаку и запалил первый фитиль. Лешак схватил его и стал жадно всматриваться в огонек, словно торопил взглядом загнать внутрь. Наконец, фитиль догорел и огонек нырнул вниз.

– Давай! – я в нетерпении чуть не пихнул лучника в бок.

Лешак умело, без лишних усилий подкинул шар, метясь таким образом, чтобы он упал рядом с ползущими к нам орками. Взрыв произошел, когда потный орк с парой других бойцов залез на террасу. Их всех смело вниз. От разрыва плотная щебенистая поверхность пришла в движение и поползла следом за исчезнувшими орками. Оценив угрозу, все разбежались в разные стороны. Будем надеяться, что самые ретивые получили по заслугам.

Часть орков выстроилась в линию, и начала методично обстреливать нас из своих луков. Как-то в разговоре со мной Альгорн упомянул, что самые хреновые лучники в мире – орки. Обычно туда идут или косорукие, или совсем не пригодные держать в руках тяжелые топоры или секиры. Луки они делают хорошие, из гибких материалов, способных выдержать большие нагрузки. Однажды, найдя нужные пропорции, орки бросили совершенствовать перспективный вид вооружения. Так и остались на уровне столетней давности, тогда как эльфы научились изготовлять дальнобойные луки. Поэтому я и не боялся особо, что с такого расстояния орки смогут причинить нам вред. Стрелы, которые долетали до нашей позиции, стукались заостренными жалами о камни, потеряв силу. Кажется, противник это понял, и тот, кто командовал отрядами, погнал вторую партию наверх.

С этими мы тоже разобрались спокойно. Две гранаты взорвались в середине «альпинистской связки», убив и покалечив как минимум четырех орков. Пока Лешак от счастья насвистывал какую-то замысловатую мелодию, я посчитал противника. С учетом выживших и приползших на основную позицию, выходило тридцать два орка. Все равно это было много. Гномьи гранаты не обладали мощью «эфки», и не могли с ними конкурировать в плане смертоубийства. При должном умении от разрыва глиняных шаров можно спастись. Здесь, скорее, был эффект неожиданности и страха от нового оружия, принцип действия которого мало кто понимал. Если только «Волки» не продадут секрет нашим врагам. От этих дельцов можно было ожидать такой пакости.

– Снова лезут, – прервал мои размышления Лешак. – Ого! Восемь смертников! Уже больше!

– Они нас задавят числом, – пробормотал я, зажигая фитили на двух гранатах. – Кидай одну за другой. Посмотрим, что будет.

Снова грохнул разрыв, за ним другой. По камням, за которыми сидели мы, застучала мелкая крошка. Что-то неприятно взвизгнуло и ушло вверх. Словно пуля рикошетом от препятствия. Наверное, какой-нибудь рубленый гвоздь из начинки. Орки, как по команде, заревели, и бросились вперед. Пятеро невредимых бойцов, подтягиваясь и помогая друг другу, прорвались на предпоследнюю террасу. Выше уже сидели мы. В таком случае позиция становилась уязвимой. Справа от нас с нижней террасы была видна разбитая лестница, которую древние цивилизаторы вырубили прямо в скальной породе. Сейчас она выглядела полностью разрушенной, но при сноровке по ней можно подняться к нам и атаковать сбоку.

Орки тоже заметили благоприятную ситуацию, и первым делом рванули к лестнице. Мало того, к ним в помощь двигалась очередная связка из шести товарищей. Напуганные нашими гранатами, они чуть ли не бежали по камням, стремясь прорваться через опасное место. Лешак успел кинуть туда один гостинец, но потом нам пришлось отвлечься на первую группу. Еще пара взрывов – орки рассыпались по укрытиям, оставив корчиться на земле одного бойца. Ему перебило ноги. Тугая струя крови хлестала наружу, раскрашивая камни в алый цвет. Кажется, повреждена бедренная артерия.

– Не жилец, – хладнокровно ответил Лешак, жестом останавливая меня. – Подожди, не зажигай. Дадим подкреплению подойти. Пусть бросятся всем скопом.

– Можем не успеть добежать до укрытия, – предупредил я. – Вон, Экор уже руками машет, требует отходить.

– Ага! Вылезли, тараканье племя! Давай, Кос! Еще две!

Выхватив из моих рук шары с тлеющими фитилями, Лешак перегнулся через камень и швырнул их один за другим в ломанувшихся к лестнице орков. Очень удачно. Один за другим гранаты взорвались в середине группы и чуть сбоку. Те, кто выжил в самом начале, получили мощный заряд дроби и железа. Даже доспехи не спасли. Крики боли, ярости и проклятия стали для нас настоящей музыкой триумфа.

Рядом с Лешаком ударилась стрела, выбив крошки из камня. Увлекшись боем, не заметили, как группа лучников преодолела опасный участок и расположилась на второй террасе, откуда обстрел можно было вести с большей эффективностью. Такая позиция позволяла накрыть нас навесным залпом.

– Все! Уходим! – крикнул я, распихивая оставшиеся гранаты по карманам куртки. Очень неудобно. Надо какую-то разгрузку придумать для таких вещей. Во! И запатентовать! – Ходу! Ходу!

Пользуясь заминкой в орочьем отряде, мы помчались к Экору, маневрируя между навалами валунов и мелкого щебня. Я умудрился не запнуться об упавшую колонну, перепрыгнул ее и больно ударил выглядывавший из драного сапога палец. По жгучей боли можно было догадаться, что без крови здесь не обойдется.

– Живо сюда! – рявкнул Экор. – Как мальчишки, всех бесов на ваши головы!

Мы заскочили под треснувшей массивной аркой внутрь, сразу попав в темноту, слабо подсвеченную солнцем на входе. Но, чем дальше мы уходили вглубь зала, становилось все темнее и темнее.

– Да тут ничего же не видно! – возмутился Лешак. – Кости все переломаем!

– Не переломаешь, вояка! – проворчал телохранитель. – Сейчас светлее станет. Это мы в коридоре идем. А дальше сверху солнце через щели дает немного освещения.

– А где Альгорн с Хватом? – спросил я, прислушиваясь к звукам за спиной. Пока было тихо. Орки, наверное, подсчитывают потери и готовятся к погоне. Я не обольщался насчет нашего первичного успеха. Орки – такой народ, что не остановятся ни перед чем. Даже оставшись в одиночестве, орк не запросит пощады и не убежит с поля боя. Есть, конечно, единицы, которые поступаю вопреки своему «эго» и желанию быстро погибнуть. Но таким даже не высказывают презрения – сразу умерщвляют.

– Соскучился? – хмыкнул где-то впереди Экор. – Ждут. В храме.

– В храме? – удивился Лешак. – Так это молельня эльфов?

– Ради Анара, только не ляпни такое при Альгорне! – деланно взмолился Экор. – Мальчик слишком серьезно относится к святыням своих предков.

– Не уверен, что это храм, – заметил я. Продвигаться в темноте, пусть и разбавленной каким-то неярким, мутным светом откуда-то сверху, было тяжело. Да еще и палец болел невыносимо.

– Почему? – откликнулся Экор.

– Что-то похожее было в Видмарице. Жемчужный Дворец – то ли храм, то ли место для заседания высшей аристократии. И наружные украшения в виде резных колонн. Такие же рисунки и резьба. Не удивлюсь, если где-то здесь есть портал.

– Ого! Ты чувствуешь его? – заволновался Лешак.

– Нет, совсем не чувствую. Я ведь только предположил.

Мы завернули за Экором влево, прошли еще несколько поворотов, сгибаясь под низкими сводами штольни, и неожиданно увидели перед собой полукруглый зал, вырубленный прямо в скальной породе. Высота зала была небольшой, чуть больше трех метров, а по площади не больше шестидесяти-семидесяти квадратных метров, то есть стандарт хрущевской квартиры. У моей бабки как раз была такая. Трехкомнатная, с длинным нелепым коридором и маленькой кухонькой.

В самом конце зала, тускло освещенного верхним рассеянным светом солнца, бившего через многочисленные каверны в скале, возвышался алтарь. Он был сделан из розового гранита, тщательно отшлифованного и покрытого эльфийской вязью. По стенам в нишах были тщательно расставлены статуи древних воинов и аристократов. От их надменных лиц веяло холодом и презрением. Матовый свет падал на их фигуры, отчего казалось, что это не камень, а живая плоть. Просто все они застыли в вечном сне, охраняя это место.

По другую сторону, лицом к ним находились статуи женщин, закрытых в легкую ткань платьев, струящиеся волны которых спадали до основания постаментов. Их лики были прекрасны, но такие же надменные и холодные как камень. Достойные подруги тех, на кого они смотрели.

Подняв пыль с пола, мы обнаружили, что он выложен из крупной мозаики. Абстрактные рисунки в виде спиралей, завитушек, косых линий и прерывистых молний были раскиданы по всему залу, заползали на стены. Барельефная лепка шла по потолку. Светло-розовые гроздья винограда висели прямо над нашими головами, розовые с изумрудными прожилками листочки органично вплетались в общий фон эльфийской тематики. Расцветшие кусты с яркими цветами, густые кроны деревьев, шелковистая трава – все это благолепие не казалось громоздким и некрасивым в сером полумраке зала. Разве что не блистало под лучами солнца.

Эльф сидел на каменной скамье между статуями своих неизвестных предков и гладил Хвата между ушами. Глэйв, удивительное дело, спокойно переносил чужую руку. Видимо, между ушастиками и волкодавами существует невидимая связь, позволяющая им сближаться, независимо от того, к какому дому принадлежит эльф. Это не препятствие для сближения.

– Альгорн, я палец зашиб, – пожаловался я, присаживаясь рядом с ним, и вытягивая ногу. – Сможешь вылечить?

– Не уверен, но попробую, – эльф пожал плечами. – Эта магия слабенькая.

– Но Лешаку помогла, – я уверенно скинул сапог и пошевелил пальцем. Кровь из рассеченной кожи перестала сочиться, но боль еще дергала палец, словно щипцы экзекутора.

– Совсем худо дело, – Экор нетерпеливо выглянул в темный зев коридора и прислушался, что там происходит. – Мы сами себя в ловушку загнали. Или уходим дальше, или здесь все останемся.

– Сейчас, Экор, айн момент, – попросил я.

Телохранитель вытаращил на меня глаза, но спорить не стал. Выбрал для себя лучшее занятие, слушать вместе с Лешаком приближение врагов.

Альгорн вытянул перед собой тонкие, но сильные пальцы и сосредоточенно зашевелил губами. Заклинание, наверное, говорил. Ногти засветились перламутровым светом, переходящим в изумрудное свечение, а потом на кончиках пальцев вспыхнули яркие огоньки. Лучник-эльф тут переместил их на мою ногу. Я ойкнул. Больное место словно в криогенную камеру поместили. С мгновенной заморозкой. Холод окутал весь голеностоп, огоньки погасли, и только ушибленный палец продолжал светиться, как новогодняя гирлянда. Разве что не переливался всеми цветами радуги.

– Долго еще? – Экор чуть ли не приплясывал на месте. Оказывается, пока мы возились с пальцем, он с Лешаком успел пробежаться по коридору и отследить передвижение орков. Нас спасало лишь незнание местности преследователями. Оказывается, как пояснил мне эльф, от входа вглубь скалы вели несколько коридоров. Чтобы проверить каждый, требуется время. Но у орков оно есть, а у нас шансы на спасение таяли. Рано или поздно Блестящие Секиры войдут в храмовый коридор. Пусть мы и проредили их количество изрядно, но, по моим прикидкам, около пятнадцати бойцов еще оставались в добром здравии. Это по три орка на каждого из нас. С запасными.

– Готово, – Альгорн встряхнул кистями рук, и холод, вцепившийся в ногу, отпустил меня. Светящийся палец померк, рана перестала ныть, и только сукровица напоминала о травме.

– Спасибо, брат, – я плотно обмотал ногу сопревшей портянкой и покачал головой. Совсем нет времени заняться собой и амуницией. Если с растительностью на лице еще как-то справляюсь, то о водных процедурах уже давно забыл. Вот нас орки по запаху и находят!

Я коротко хохотнул, хотя смешного здесь ничего не было. Надо отсюда выбираться, а у нас нет вариантов. Этим залом-храмом заканчивался наш путь.

– Эх, сюда бы пару факелов, чтобы осмотреть место, – вздохнул я. – Альгорн, ты сможешь создать светящийся шар? Вдруг найдем потайную дверь?

– Здесь есть портал? – с надеждой спросил Лешак, стоя в темноте коридора. – Могли бы уйти через него.

– Увы, придется самим думать, как выбраться наружу.

Эльф задрал голову и внимательно осмотрел свод рукотворной пещеры. Многочисленные каверны пропускали тусклый солнечный свет, но ни один из ходов не годился для нас. Мы слишком крупные, чтобы лезть по таким узким изгибам. А ведь у нас еще есть глэйв. Сможет ли животное пролезть? И как его поднять наверх? Нет, такой вариант не подходит. Я действительно не чувствовал присутствие портала. Его здесь попросту не было.

– Смотрите, – Экор присел на корточки в месте, где в сумеречном освещении можно было что-то увидеть, извлек нож и кончиком клинка стал чертить линии. – От входа вглубь горы ведут пять коридоров. Мы с Альгорном попробовали пройти по одному, но в кромешной тьме разглядеть что-то совершенно невозможно. Вероятны ловушки. Нужен свет. Куда вообще ведут эти ходы – мы тоже сказать не можем. Оставаться в храме – верная гибель. Предлагаю напасть на орков, даже если они превосходят нас в численности. Отследим их перемещение и ударим в спину.

– Всем сразу? – скептически поджал губы Альгорн. – Они не ходят всем отрядом, оставляя в тылу двух-трех бойцов.

– Ну и в чем дело? – выпрямился Экор. – Снимем тихо, закидаем гранатами проход. Кто выживет – перебьем.

– Дурацкий план, но иного варианта не вижу, – кивнул я.

– Почему дурацкий? – Экор блеснул глазами.

– Потому что применять гранаты в штольнях – это заживо похоронить себя. Произойдет смещение скальных пород, будут обвалы. А если нас завалит и отрежет от выхода? Так и сдохнем здесь без воды и пищи.

Одновременно все обратили внимание на глэйва, безучастно лежавшего неподалеку от нас. Казалось, Хват вообще забыл, что он здесь делает. Но взгляды людей его возбудили. Он вскочил и глухо рыкнул, словно понял намеки. Кормом для оголодавших людей пес быть не собирался. Поэтому сразу расставил все точки над «i». Мы рассмеялись.

– Успокойся, дружище, никто тебя на шашлык не пустит, – сказал я. – Ладно, давайте устроим здесь ад, чтобы чертям тошно стало. Я согласен.

Оказывается, пока мы обсуждали план своего спасения, орки из клана Блестящих Секир основательно организовали поиски в причудливых изгибах мрачных коридоров. Они натащили кучу смолистых веток, взятых где-то снаружи, соорудили факелы, и теперь с освещением дело у них пошло быстрее. Когда Лешак пришел с очередной разведки, он огорошил нас:

– Они проверяют соседний с нами коридор. Пока стоят и совещаются. Я так понял, что выходов наружу с соседних штолен нет. Все упираются в тупик.

– Сколько их? – Экор сжал рукоятку меча.

– Тринадцать бойцов. Еще четверо ранены, лежат у входа под аркой. Света у них достаточно. Сообразительные, твари!

– У них есть преимущество во времени, – напомнил я. – А мы его не имеем.

– Ну что, двинулись? – выдохнул Экор и первым шагнул в темноту. Следом за ним скользнул Альгорн, сжимая кинжал с искривленным лезвием. Свой лук, впрочем, как и Лешак, он повесил на мою спину, как и колчан. Понимал, что со скудным запасом стрел ему ловить нечего. Да и не позволили бы ему размеры оружия действовать в коридорах. А я с двумя комплектами оружия стал похож на ишака, вынужденного тащить лишний груз в гору.

Я замыкал процессию вместе с Хватом. Умный пес шел рядом, чуть не затаив дыхание. Словно понимал, что предстоит опасная охота. Впереди замелькали отсветы факелов на стенах, негромкое бубнение. Мы остановились. Прошло несколько томительных минут, прежде чем я расслышал шепот Альгорна:

– Возле входа стоят трое. Остальных не вижу. Наверное, зашли в коридор. Да, у них один факел.

– Лешак, я и Альгорн попробуем снять охрану, – жестко произнес Экор. – Кос, держи Хвата. Если заметишь, что орки возвращаются – спускай его. Вообще, смотри за тылом.

– Слушаюсь, товарищ командир, – буркнул я, обхватывая шею Хвата. – Тихо, брат. Наше время еще не пришло.

Сжав в руке заряженный пистолет, я осторожно прокрался вперед и выглянул из-за неровного уступа стены. Когда-то строители непонятного для нас сооружения поленились обтесать камень, за которым сейчас было удобно наблюдать за действиями наемников. Даже немного разочаровался, как быстро все закончилось. Товарищи не стали приближаться к оркам, чтобы перерезать им глотки. Каждый из них просто кинул нож. В этом искусстве равных не было Лешаку и Экору. Но и молодой эльф не подкачал. Чуть ли не одновременно трое часовых завалились на пол, царапая своими руками рукояти кинжалов, и пытаясь что-то прохрипеть. Им не дали просигналить. Лешак первым оказался возле раненых и добил каждого ударом в сердце своим мечом. Потом махнул рукой, приглашая нас к празднику.

– Они возвращаются, – тихо бросил проводник. – Кос, готовь гранаты.

А чего их готовить? Я заранее положил четыре шара за пазуху куртки, осталось только извлечь черкаш и запалить фитили. Экор с эльфом спрятались по нашей просьбе за камни, чтобы не пострадать при взрывах.

– За сводом следите, – предупредил я товарищей. – Если сверху посыпется – сразу на выход!

Передал Лешему два «адских» шара, достал черкаш, высек из спички огонь и зажег фитили. Едко запахло серой и какой-то гадостью, которой были они пропитаны. Голоса орков становились все ближе и ближе. Проводник осклабился и кивнул мне, чтобы я убрался с линии огня. Я спрятался, заодно обхватив Хвата за шею. Не рванулся бы от взрывов куда-нибудь вглубь пещер.

– Skai! Amal ghaash achiga[14]14
  Эй, где свет, болваны! – орк.


[Закрыть]! – рявкнул грубым голосом кто-то из идущих к выходу.

Лешак выступил вперед:

– Zaa, qaha buubi[15]15
  Здесь, дерьмо свинячье! – орк.


[Закрыть]! – негромко произнес лучник, и метнул одну гранату за другой в темный зев коридора.

Громыхнуло, словно по гигантскому ведру со всей дури два раза шарахнули поленом. Молодцы все же гномы! Ни одной осечки у гранат! Умеют делать качественный товар! А как вопят орки – музыка!

– Еще одну! – азартно крикнул Лешак, протягивая мне руку, в которую я вложил тлеющий шар.

Я предусмотрительно зажал уши, чтобы не получить динамический удар по барабанным перепонкам. И так они, бедные, пострадали. Хват заскулил, прижался к полу. Ему тоже было несладко. Но глэйв терпел.

Из коридора донесся дикий многоголосый вопль. Кто-то из живых пошел на прорыв. Лешак просто катнул гранату по полу под ноги и отпрянул в сторону.

Ба-даб!

Не выдержав сотрясения, с потолка стала сыпаться порода. Пока еще некрупные камни как предвестник большого обвала. Криков стало меньше, а стонов – больше. Смертоносная начинка не давала шансов выйти невредимым из узкого коридора. Картечь выкосила всех, кто там находился.

– Лешак, контрольный! – крикнул я, подавая взведенную гранату.

– Не понял! – блеснул белками глаз наемник.

– Бери и кидай! Не спрашивай!

– Не возражаю!

Четвертый шар исчез в темноте. То ли привык к грохоту, то ли действительно заряд был слабым, но хлопнуло едва слышно. Впрочем, это уже неважно. Мы торопливо рванули следом за Альгорном и Экором к выходу. Там нас ждал еще один сюрприз. Оказывается, орки оставили на выходе своих раненых. Трое бойцов при нашем появлении попытались встать, хватаясь за свои секиры. Один из них даже успел нанести удар по Экору, но телохранитель играючи перерубил древко у самого основания, не сильно и размахиваясь. Вторым ударом он вогнал клинок под левую руку противника, прямо в сочленение доспехов, где виднелись кожаные завязки, и развернул его. Что-то захрустело, орк осел на землю. Его темное лицо даже посерело, руки стали месить воздух, но через пару мгновений все для него закончилось. К тому времени Альгорн и подоспевший Лешак добили остальных раненых.

Оказывается, пока мы шарахались, солнце уже садилось за горизонт. Вечерние тени накинули вуаль на площадку, и после пороховой гари и вони свежий воздух был божественно чист. Мы дышали полной грудью, не веря, что обманули смерть в очередной раз.

– Я же говорил, что этих людей не стоит недооценивать, – раздался за нашей спиной голос, который я бы еще сто лет не слышал. Хриплый, резкий, противный и с ужасным акцентом. Резко повернувшись, я встретился с насмешливым взглядом из-под надвинутого на самые брови шлема. Плоский нос, мощный подбородок, выпирающий вперед, узкие монгольские скулы.

– Привет, человек! – с усмешкой произнес Бахтар, сжимая в толстых руках огромный топор. – Не верил словам, что ты снова вернулся к нам! Оказывается, это правда!

– Здорово, Бахтар! – выплюнул я черную слюну. – Век бы твою рожу не видеть!