Текст книги "Смерть на выживание или Кто не спрятался - я не виновата! (СИ)"

Автор книги: Валентина Елисеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

«Клиенты дозрели, можно давить», – решила Вика без капли сострадания к неподготовленным демоническим умам, и из её уст, как горох, посыпались фразы: пакет реформ для полусвета; инновации идут в комплекте; ситуация требует комплексного подхода... Как известно любому российскому человеку, в деле запудривания мозгов главное – говорить с умным видом и мудрёными словами. Бедные руководители подразделений транспортного отдела Смерти редко наведывались на землю и не вникали в особенности бытия современного жителя белого света на территории бескрайней России-матушки!

Когда демоны окончательно дошли до нужной кондиции, Вика с самым решительным видом потребовала принять ряд поправок к правилам транспортировки душ. Предчувствуя новый шквал малопонятных терминов, демоны с опаской заглянули в развёрнутый на большом экране список и с огромнейшим облегчением закивали головами, только капюшоны заколыхались: пункты были просты и незатейливы. Первый из них гласил, что каждый демон-транспортировщик должен назубок знать инструкцию по технике безопасности работы с душами и регулярно проходить инструктаж, подтверждающий его знания. Инструкция прилагалась к списку.

Демоны изучили двадцать пунктов инструкции и уважительно признали:

– Хорошая инструкция, всё-всё учтено, и добавить нечего. Кто составил?

– Беглые души и прочие призраки, я только записал. Вы же понимаете, что в предотвращении подобных инцидентов заинтересованы обе стороны?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Конечно, – с жаром согласились ловцы беглых душ, вынужденные исправлять ошибки транспортировщиков. – А кто будет проверять знание этой инструкции?

– Вы и будете. Раз в неделю каждый транспортировщик будет обязан сдать инструктаж любому из ловцов: вам же потом за их недоработки ответ держать! После проверки степени усвоения материала ловец должен сделать соответствующую пометку в журнале учёта инструктажей транспортировщика: «инструктаж проведен, дата-время, подпись». Это правило записано во втором пункте списка, видите?

– Зачем нам лишняя суета? – дружно скривились демоны, явно намереваясь выкинуть в мусорную корзину список пунктов вместе с инструкцией, и Вика выложила козырную карту, необдуманно выданную ей Мореной:

– Если мы сможем решить вопрос с беглыми душами, то перейдём к вопросу снижения налогового бремени, что вынуждены нести все работники нашей важной и полезной службы.

– Снижению?! – необычайно воодушевились все демоны скопом.

– На целых десять процентов от текущей ставки, – важно подтвердила Вика. – Вышестоящее руководство настолько озабочено повышением эффективности нашей работы, что её темнейшество пообещало поддержать все мои действия, что будут предприняты для решения лично передо мной поставленной задачи.

Демоны не уловили лжи в словах исполняющего обязанности главы отдела и с проснувшимся энтузиазмом вчитались в список поправок: инструктажи, парочка журналов, дополнительная отчётность для статистического отдела – различная мелочёвка, не требующая денежных вложений и особых усилий. Ловцы переглянулись с транспортировщиками и перемигнулись, обещая друг другу лёгкую жизнь и автоматическую сдачу всех инструктажей. Остальные демоны размышляли о том, что вносимые правки затрагивают в основном транспортировщиков, это тем добавят головной боли с какими-то бумажками, а другим подразделениям нет особого дела до предлагаемых изменений...

– Налоги снизят всем и только в том случае, если мы утвердим данные правила? – уточнили хитрые демоны, давно поднаторевшие во всяких недосказанностях при составлении договоров.

– Налоги снизят всем работникам отдела, если вы начнёте активно сотрудничать в деле решения постоянных проблем, с которыми сталкивается наше ведомство, в частности – примете поправки.

Демоны покрутили лист с десятью пунктами, демоны-транспортировщики душ пожали плечами, обсудили промеж собой, что выполнение указанных инструкций не будет им стоить ни гроша, а уменьшение налогов – явная прибыль.

– Обязательно ли вести рукописные журналы учёта прошедших через врата доставленных душ, если данные и без того в общую базу автоматически попадают? – рискнул спросить один из демонов.

– Знаем, как они туда попадают! – зловеще прищурилась Вика, и демон проглотил все прочие возражения. – Другие претензии к новым правилам есть? Может, вас пугает условие об обязательной еженедельной сверке всех душ с ответственными секретарями отдела?

– Нет-нет, совершенно не пугает! Это же минутное дело, – принуждённо оскалились демоны и дружно одобрили все мелкие и незначительные поправки к прежним правилам.

– Рад, что наше сегодняшнее совещание проходит на редкость продуктивно, – широко улыбнулась Вика. – Вернёмся к уже затронутой стороне проблемы беглых душ: кто-то недоглядел, упустил, а товарищам из отдела ловцов лишняя низкооплачиваемая нагрузка! Справедливо?

– Нет! – хором поддержали руководители упомянутого отдела. – Мы давно просим хоть премиальный фонд создать для стимулирования...

– Простимулируем и поддержим общими силами! – активно закивала Вика. – О том и речь веду! Предлагаю ввести закон об обязательной пассажирской страховке... то есть, страховке транспортируемых душ: каждый сотрудник-транспортировщик раз в год выплачивает единоразово энную сумму, из которой потом покрываются все расходы, связанные с его возможной халатностью и недоглядом. И к транспортному подразделению никаких претензий уже не будет, и ловцам соответствующие премии! На земле давно уже всех и ото всего страхуют, очень удобная практика!

Руководители транспортировщиков попробовали возмутиться, но их задавили большинством голосов: ловцы хотели премий, а что касается других... одно из основных правил полусвета, как известно, гласит: если демон может сделать кому-то пакость, то он её непременно сделает. А уж если при этом собственную выгоду поимеет, то тем более сделает!

Вика вносила предложения, демоны шептались и кивали головами, а в итоге утвердили аж два вида обязательных страховок: не только от побега, но и для возмещения в случае «реанимационных потерь». Отныне, если доставленная сотрудником душа возвращалась в белый свет благодаря реаниматологам, то демон получал компенсацию за свои напрасные труды. Транспортировщики и стражи врат ликовали, выбив второй вид страховки, которой облагались все подразделения службы, – отныне и им были положены страховые выплаты.

– Налоги, значит, понизят? – переспросили демоны, выжидательно смотря на Вику.

– А как же! И прямо сейчас: минус 10% от двадцатипроцентной ставки – это 18%.

В соответствии с неосторожным обещанием Морены, магия мигнула всеми цветами радуги, подтверждая постановление Вики. Демоны возрадовались и активнее прежнего взялись за наведение новых порядков в законодательстве и управлении, вводя постановления и принимая резолюции.

Управляющий Диего довольно потирал руки...

Вика трудилась дни напролёт без сна и отдыха. Первая бомба замедленного действия в правила и законы, регламентирующие деятельность транспортного отдела, была заложена, но и остальные дела требовали Викиного участия. У демонят в последние две недели перед каникулами начались практические занятия по всем предметам: период стажировки в демонических премудростях.

– Где вы умудрились столько синяков наставить?! – причитала Вика, смазывая на худеньких детских телах многочисленные гематомы и ссадины.

– Летать учились, – ответили демонята. – Полёты – ерунда, нам пока только парить научиться надо: держаться в воздухе, не падая вниз. Вот начнётся практика по демоническим хитростям и пакостям – хуже будет.

– Бедные дети! – ахнула Вика и ласково поцеловала лохматые макушки. Демонята не отшатнулись, наоборот – обвили её в ответ тонкими ручками. Однако когда приступ нежности схлынул, Вика поинтересовалась приземлёнными моментами грядущих испытаний: – Поведайте мне, дети: вам домашние задания во время полевой практики задаваться будут?

– Ага, – закивали демонята, поглядывая на неё с проказливыми многообещающими улыбками.

– Чем дальше в лес, тем больше дров, – схватилась Вика за голову гувернантки. – Надеюсь, нарастание топливных ресурсов с продвижением вглубь лесного массива не достигнет критических значений!

– Ой, как смешно ты всегда выражаешься! Ты же поможешь нам пакости придумывать?

– Судьба моя горькая! – застонала Вика под прицелом выжидающих, полных надежд детских глаз. – Вы лучше замок о помощи попросите – вот кто у нас специалист по пакостям.

– Я вам всем сейчас такие пакости устрою, что вы ползком до учителей не доползёте! Быстро идите розы сажать и ядом их поливать – сколько можно от дела отлынивать?! – завопил замок. – Третьи сутки новой инсталляции жду! Взяли лопаты и марш в сад!

– Давайте, давайте, – подогнала мальчишек гувернантка, – советы вредного дома точно помогут вам практику на отлично сдать, но, как говорится, услуга за услугу. Садовник вам лопаты даст.

Выдав инструмент для физических работ, садовник ушёл «в отгул», а управляющий полетел на очередное заседание. На этом заседании все опять бурно порадовались снижению налогов ещё на 5% от вновь утверждённой ставки, и ввели понятие комиссий, проектов и согласований в рамках борьбы с коррупцией и «прикарманиванием средств», плюс разработали закон о квотах.

 – Квоты позволят равномерно распределить умерших среди демонов, а то ишь: одним сладкие детки, а другим сухие дедки, – стуча кулаком по столу, пропагандировал «адский управляющий». – Должно быть всеобщее равенство, пора призвать к ответу «авантюристов удачи», пусть трудятся в поте лица наравне со всеми!

«Авантюристы» пробовали бунтовать, но путём общего голосования среди всех сотрудников отдела новый закон о квотировании был принят. Все поставки душ вне выделенной демону квоты отныне объявлялись вне закона.

– Они сломали обе лопаты! – очнулась Вика в теле садовника под истошный крик замковых стен. – Когда ты посадишь мои розы?!!

– Когда куплю новую лопату, – простонала Вика, переносясь в тело кухарки, чтобы не тащить порталом Диего, оставшегося в кабинете в департаменте, и сразу накормить зверски голодных после садовых работ демонят.

Демонята были накормлены, а в лавке на приехавшую за инструментом кухарку очень странно посмотрел Вельзевул.

– Что не так? – устало спросила вусмерть умотавшаяся Вика. – Садовый инвентарь на складе закончился?

– Да нет, просто размышляю над логикой событий, – почесал затылок брутальный хозяин лавки. – На днях ты приходила вместе с баловными демонятами – купила бутыль яда. Сегодня пришла без демонят – и покупаешь лопату. Завтра позвонит Диего и закажет ещё одну табличку в сад?

– Табличку заказываю прямо сейчас, название: «Месть слабых». Тащи лопату, Вельзевул, время не ждёт.

– Хм-ммм... с Карриком и Пификом точно всё в порядке? Лопата не для них?

– Именно для них, так что давай две штуки. И не переживай, мальчишек так легко со свету не сживёшь, у них как раз практикум по мелким пакостям начался.

– Вот и я о том же, как тут не переживать за демонят при таких-то лихих слугах! – подхватил Вельзевул, вынося лопаты. – Кстати, практические занятия по хитрости начинаются с продажи товаров, и лорд заранее договорился, что эту часть практики его подопечные пройдут в моей городской лавке. Чем больше неликвида и залежавшегося товара сумеют сбыть с рук – тем выше им выставят оценку.

– Готовь свой неходовой товар – сбагрим всё! – пообещала Вика, унося лопаты.

Дни шли, сад расширялся, замок блаженствовал, демонята готовились к практике, активная законотворческая деятельность в отделе продолжалась, список пунктов в правилах работы транспортного отдела медленно, но неуклонно рос...

– Вселение демона в человека, одержимость, – это, по сути, аренда офиса на земле, следовательно – надо платить арендную плату, – толковала Вика демонам, куя железо, пока горячо. – Наличие помещения по месту работы облегчает деятельность демона? Безусловно! А почему не платим? Почему такая несправедливость по отношению к коллегам?!! Хочешь иметь бонусы – плати за их использование!

Подразделение, работающее с одержимыми, пробовало вякнуть словечко против, но их задавили авторитетом злорадного большинства. Действительно, хочешь привилегий и удобств – плати за них!

«Просто прекрасно, что большинство демонов не отличаются излишним благородством и не помнят поговорки про «не рой другому яму», – довольно потирал руки управляющий Диего. – Разделяй и властвуй – основополагающий принцип работы с демонами: их разделить проще простого, каждый готов другому палки в колёса вставить».

Новости о нововведениях в возглавляемой им службе не докатились до Морта, стоящего в знойном мареве, зависшим над клочком изрытой снарядами земли. Пары  ядовитого газа, клубящиеся вокруг, никак не влияли на высшего демона, они и низшему могли доставить лишь лёгкие неудобства: першение в горле и кашель, не более того. А вот люди, застигнутые бесцветным облаком, мучительно умирали на глазах у Морта: их рвало, они надрывно тяжело дышали и бились в конвульсиях на раскалённой земле.

«Зарин, – констатировал демон, наблюдая за быстрой работой своих сотрудников, – а вчера и ранее все наши округа работали с жертвами фосгена и хлора. Страшнее всего знать, что наш департамент Войн не приложил руку к этому инциденту – это чисто человеческая инициатива по убиению себе подобных, даже Дьявол в лёгком шоке. Такими темпами департаменты Природных Катаклизмов, Войн и Эпидемий скоро останутся без работы – люди лучше демонов справляются с основными задачами этих служб».

Молниеносным броском Морт перехватил мятежную душу молодого парня и закинул в созданный для неё коридор.

– Внимательней! – рыкнул он на демона-транспортировщика. – Иначе мы захлебнёмся в потоке неупокоенных душ и беглых призраков!

– Куда они всё сбежать пытаются?! Для них же стараемся, чтоб они покой после смерти обрели, а всё бегут куда-то, – раздосадовано пробурчал низший демон.

«Их питает надежда, что всё ещё можно изменить, вернуть утраченную жизнь», – размышлял Морт, витая над жутким пейзажем, созданным бесчеловечной злобой людей, и помогая всех усопших отправить к вратам в загробный мир. Он ненавидел такие дни, когда со всех сторон неслись стоны и крики, но именно в такие моменты вынужденно присутствовал в мире живых: бесплотное существование – слишком тяжёлое наказание за глупый порыв умершего избежать неминуемого. Его задача – не допустить подобного и следить за тем, чтобы особо рьяные демоны не прихватили с собой нелегалов: в суете массовых смертей намного труднее отследить контрабанду.

Шли седьмые сутки, как он покинул полусвет. Седьмые сутки, как его окружает беспросветное отчаяние погибающих людей. Адская работёнка, что порой бывала чересчур тяжёлой даже для демона. В искажённых лицах женщин Морту иногда мерещились черты его ночной гостьи, его самого памятного подарка на день рождения. Светлое личико необычной демоницы и её нежный взор были тем светлым воспоминанием, за которое держался демон в хаосе войны и страданий, радуясь, что её здесь нет.

«Если бы она наложила приворотные чары, то было бы проще: я бы понимал суть и причину мучающих меня чувств. Трудно разобраться в том, чего никогда ранее не знал, трудно судить о мотивах женщины, что пришла без корыстных интересов, и мне... тоскливо без неё? Как бы нелепо ни звучало – действительно тоскливо. Я прожил без неё семьдесят лет, а с ней провёл одну ночь, но как же нестерпимо хочется вновь её увидеть, обнять... И ПОГОВОРИТЬ! Она специально сбежала без объяснений, чтоб довести меня до белого каления?!»

Не оставляла пустая надежда, что девушка заходила в гости, пока он мается на белом свете. Пустая, поскольку охранки молчали: никакая демоница вблизи замка не появлялась. С другой стороны, смогла же она незаметно исчезнуть – так может и незаметно проскользнуть обратно, разве нет? Высшего демона с неимоверной силой тянуло домой: в замке теперь было уютно, тепло, как в обжитом доме. Демонята стали приветливы и явно всем довольны, а Морта наконец-то перестали терзать сомнения, правильно ли он настоял на том, чтобы мальчишек отдали под его опеку – вдруг, другой лорд создал бы им лучшие условия для жизни, чем высший без истинной пары.

«Создал бы, если б удержался от соблазна убить их тела и прикарманить их наследство», – привычно напомнил себе Морт, и это соображение впервые не прозвучало для него жалким оправданием. Да, последние слуги сумели наладить в замке комфортное житьё для всех его обитателей, и... именно поэтому заслужили возвращение на землю! Как он останется без них, Морт себе не представлял, но явное стремление матери задержать неупокоенных на неопределённо долгий срок следовало как-то ограничить, иначе она будет бесконечно навязывать им «дополнительные соглашения», пользуясь своей способностью перехитрить всех и вся!

На заражённую зарином территорию пробились спасатели в костюмах химзащиты и начали эвакуацию пострадавших.

«Где же ты, моё самое светлое солнышко в череде мрачных дней? – витал над землёй тоскующий демон Смерти. – Хоть на одну ночь мне надо вернуться домой».

Глава 26. Лучший антидепрессант.

 Донельзя усталое «светлое солнышко» рухнуло в постель, не в силах сообразить даже, в чью постель и в каком теле оно рухнуло. Неделя вышла настолько напряжённой, что не выдалось ни минутки, чтобы заглянуть на землю, а Вику нестерпимо тянуло к родным. Тоска по Морту накладывалась на тоску по близким, по родному дому, по привычной жизни и собственному телу, отчего даже в бесконечной круговерти дел нет-нет да поднимало голову стремление уйти за грань.

«Я гляну на Настю с Женькой и сразу обратно! На минуточку отлучусь – и сразу в замок, спать до утра», – уговорила себя Вика.

Родной дом был полон народу: вся контора Вики в полном составе с боссом во главе, все родственники, даже самые дальние, все друзья её небольшой семьи. За окном уже сгустились вечерние сумерки и гости потихоньку расходились, обнимая на прощанье заплаканных Настю и Женьку: на земле шёл девятый день с момента смерти Викиного тела, и все собрались на поминки. Атмосфера печали и траура висела в доме таким плотным маревом, что Вика-дух почувствовала себя неуютно, как в холодной, колючей воде. Они витала между прощающимися гостями, с лёгким удивлением заметив среди них Славу, перед компанией товарищей которого танцевала свой последний танец на земле. Мужчина украдкой оставил на комоде в прихожей пять тысяч рублей, придавив их расчёской. Заметивший пожертвование дядя Коля хотел возразить, но в ответ на настойчивый взгляд Славы согласно махнул рукой.

Когда остались только самые близкие, тётя Галя обхватила руками плечи Насти, и они дружно расплакались в три ручья. Мужская часть компании в составе Женьки, дяди Коли и Кирилла удрученно вздыхала, бормотала что-то успокоительное и убирала тарелки со столов.

– Вы бы лучше у нас жили, – тихо уговаривал Женьку дядя Коля. – У нас собственный ресторанчик имеется, нам без разницы, сколько человек в доме за стол садится, выкиньте из головы, что вы нам в тягость будете!

– Спасибо, дядь Коль, но мы уже взрослые, мы у себя жить будем. Я не только у вас подрабатываю...

– Вот именно, а тебе учиться надо и Насте тоже!

– Настюха решила на заочное поступать, босс её без проблем на сессии отпускать будет, и зарплату платит как... Викусе.

Голос брата дрогнул и Вика сочувствующе приобняла его, на миг позабыв, что она теперь лишь призрак. Женька зябко передёрнул плечами и прошептал:

– С того дня, как Вику в больницу увезли, у меня то и дело мороз по коже пробегает и ощущение, словно смотрит кто-то в спину. У Настюхи тоже, а приятель её бывший – Витя который – всем треплется, что у нас в доме привидение завелось и он лично его видел и слышал.

Дядя Коля нелицеприятно высказался об умственных способностях Вити, Кирилл его бурно поддержал и принялся мыть посуду. Дядя Коля вытирал её и раскладывал по местам, Женька продолжать убирать со столов. Тятя Галя с Настей выплакали остатки слёз, и тётя вернулась к вопросу, поднятому дядей:

– Мы не отстанем, пока вы хотя бы помощь от нас принимать не согласитесь! Вот сколько у вас денег на чёрный день отложено, скажи-ка? – требовательно допрашивала тётя Галя, уперев руки в бока.

– Вы и так все похороны организовали, за всё-всё заплатили, это уже огромная помощь, – отнекивалась Настя. – Деньги на жизнь у нас есть, честное слово, и у меня зарплата через неделю.

– Открывай шкатулку, показывай, на какие шиши вы планируете жить эту неделю, – потребовали хором тётя с дядей.

Настя глянула исподлобья, неохотно протянула руки к шкатулке, откинула крышку...

Вскрик Насти слился с «ого-го!» дяди Коли, намеревавшемся сунуть в шкатулку несколько тысячных купюр и уже занёсшем руку с деньгами над плечом племянницы. Шкатулка выпала из рук Насти и на всеобщее обозрение рассыпались по полу пять бумажек по сто евро и сиротливая тысяча рублей.

Женька с Кириллом присвистнули, Настя замерла с раскрытым ртом, смотря, как тётя придирчиво рассматривает иностранную валюту в свете лампы.

– Откуда? – сурово вопросили взрослые родственники, сложив все деньги обратно в шкатулку и выставив ту на центр стола.

– Н-н-не з-знаю. Наверное, Слава подложил, он мне ещё на кладбище какие-то деньги пихнуть пытался, но я не взяла, – выдавила Настя.

– Нет, он на комоде в прихожей пять тысяч оставил, – опроверг дядя Коля, принеся упомянутые деньги и положив их на стол рядом со шкатулкой. – Неплохим парнем оказался этот Слава, хоть с первой встречи не слишком мне глянулся. Был знаком с Викой всего ничего, но в больницу к ней заходил, на похоронах был, вам помочь захотел. Однако я так и не понял, откуда взялись деньги?

Женька с Настей развели руками. Тётя с дядей переглянулись, ещё раз подозрительно осмотрели евро, даже понюхали их, вертя в руках.

– В полицию сообщить бы, – неуверенно предложил дядя Коля, – никто из наших деньги в валюте вам не оставил бы. Вдруг деньги фальшивые? Сунетесь с ними в банк, и проблем потом не оберётесь.

«Да-аа, приучили людей с недоверием относиться к неожиданным подаркам! Так и впрямь мои честно заработанные денежки в полицию сдадут! – рассердилась Вика, видя, что брат с сестрой готовы согласиться с решением дяди. – Попробуй потом выцепить деньги из полиции обратно!»

Холодный вихрь пронёсся по комнате, вырвал желтовато-зелёные купюры из рук Николая Селиванова и ровной стопочкой уложил их на дно раскрытой шкатулки. Крышка шкатулки с грохотом захлопнулась, призрак натужно выдохнул от затраченных титанических усилий.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием старой электрической лампы на потолке. Настя испуганно всхлипнула и прижалась к Кириллу. Парень отважно расправил плечи и настороженно осмотрелся, готовясь защищать свою девушку от любых угроз. Вика насмешливо хмыкнула, но её, как обычно, не услышали. Тётя перекрестилась, дядя нахмурился, потирая затылок. Один Женька восторженно воскликнул:

– Викусь, ты, что ли?!

И воздух в комнате потеплел, его потоки ласково обвили ноги и руки людей. Все, кроме Женьки, помертвели от страха, и Викин брат укоризненно покачал головой:

– Зачем же так пугать? Слушай, а тебе не плохо призраком жить? Может, помочь тебе нужно?

– Священника вызвать надо! Завтра же! – воскликнула тётя Галя и истово закрестилась. – Вика, деточка, мы поможем тебе упокоиться с миром! Ступай с Богом, не пугай родных, мы о них позаботимся!

Смотря на то, как сестра судорожно хватает халат с пижамой и выскакивает из дома, намереваясь ночевать у Селивановых, как тётя осеняет крестными знамениями все углы в доме и обещает завтра же окропить все стены святой водой, Вика впервые осознала тот факт, что для родных она навсегда и необратимо умерла. Что её духа боятся, от неё пытаются защититься! Родные бегом бежали прочь из дома с привидением, один Женька задержался на пороге, обернулся и смущенно сказал:

– Не скучай тут, Викусь, я каждый день заглядывать буду, честное слово, чтоб мне облысеть! Понятно же, что ты нам зла не причинишь, но видишь, как бабы всполошились. Если тебе помощь нужна, так ты попробуй записку оставить, что ли, а то начнут тебя из родного дома изгонять, их же не остановишь. Я бы спокойно с призраком вместе пожил, так не дадут же, истерички! Викусь, если чё – ты ко мне приходи, я никогда тебя не прогоню, правда-правда.

Брат ушёл, заперев дверь опустевшего дома на замок, и Вика впервые отчётливо, как никогда, почувствовала себя неживой. В этом мире ей места уже нет. Для родных её нет. Её призрака боятся, в её помощи не нуждаются. Её прежняя жизнь безвозвратно закончилась. Даже если она вернётся в белый свет в живом теле, то это будет уже другая жизнь, новая, на новом месте, в окружении других людей. Ей не вернуть прошлого, никогда! Виктории Беднохваловой некуда возвращаться. Собственно, было бы разумнее попросить у Морены другое тело, если она всё-таки выиграет в игре на выживание со Смертью...

Но чувства не подвластны разуму, Вике нестерпимо захотелось невозможного: вернуться обратно, к своим родным, в свою жизнь, в своё родное тело!!! В своё!!!

Мгновенное перемещение – и рассеянный лунный свет в знакомой с детства комнате сменился непроглядной мглой. Вика попыталась осмотреться – и почувствовала своё движение как материальное. Недоуменно двинула руками – и ударилась о деревянные доски над головой. Её окружало замкнутое, тесное пространство, органы чувств не действовали, движения были странно рваными, как у куклы-марионетки... Ужас осознания, куда её занесло, нахлынул на Вику, как цунами!

«НЕ-ЕЕЕТ!» – мысленно завопила Вика и изо всех сил пожелала вернуться в замок.

– Нет, нет, нет, нет! – вопила Вика, призраком мечась по комнате Мари.

– Оглушила, хватит, – услышала она ворчание каменных стен. – За что мне такое наказание: вас, призраков, слышать и видеть?

Вика очнулась, осмотрелась и застонала, обхватив призрачными руками призрачную голову. Она побоялась занять физическое тело: её переполняла такая тоска и обречённость, что даже в виде призрака она мечтала сигануть на каменистое дно пропасти под окном.

«Держаться, главное – держаться! Утром уйма работы, утром станет проще, надо пережить эту ночь. Не думать, что оказалась в безнадёжном тупике, не думать о потерянном! Всё наладится, если выжить. Пусть не Викой Беднохваловой, пусть хоть кем-нибудь».

Но волны ужаса заливали сознание. Могильный холод парализовал призрачное тело, увещевания разума не помогали. Вике казалось, ей отныне всегда будет холодно до озноба, она навсегда вымерзла изнутри и этого не изменит никакое тело. Невозможно забыть ужас последних минут, он навсегда останется с ней, этот ледяной ком не растопит никакое солнце. Вика почувствовала, что подошла к грани, когда готова сдаться. Опустить руки. Признать невозможность сопротивления судьбе. Склонить голову перед демонами полусвета и покорно уйти на мост и дальше. Ради чего бороться? Ради кого бороться? У неё не осталось никого и ничего, опыт «переноса в прошлое» отрезвил, как поток ледяной воды, заморозил, как снежная лавина, накрывшая с головой.

Напоследок Вика пожелала ощутить себя в подобии родного тела. В зеркале возникла её фигура в джинсах и футболке, с короткими завитками медно-рыжих волос. Материализация не прошла бесследно: зеркало вмиг представилось разбитым на острые осколки, выступающие твёрдые камни стен начали казаться смертельно привлекательными.

– Как же я устала, – всхлипнула Вика, осторожно касаясь отражения в зеркале, борясь со стремлением разбить стекло кулаком. – Моё самомнение сыграло со мной дурную шутку, когда я заключала договор с Мореной. Я не могу противостоять неизбежному, я всего лишь слабая, глупая и наивная девчонка. Зловредный замок, признайся: это ты растравливаешь во мне комплекс неполноценности?

– Какой ещё комплекс? Впервые услышал от тебя на редкость здравую самооценку! – проворчал замок. – Тоска и желание умереть преследуют всех неупокоенных, сама знаешь.

– Да, но сейчас это неподъёмный груз, – со слезами призналась Вика, мысленно прощаясь с жизнью во всех её проявлениях. На голове её вдруг проросли чёрные рожки, у ног задёргался хвост, и Вика удивилась: – Зачем это?

– Маскировка. Хозяин вернулся, в спальню поднимается, – известил замок.

Новость молотом ударила по натянутым нервам. Вернулся, он здесь, рядом! Такой горячий, пламенный, он растопит мёрзлый комок, в который превратилась Викина душа! Она должна его увидеть, она так соскучилась по нему!

Вика сломя голову понеслась по коридорам.

Дома было тихо и спокойно. Вернувшийся Морт избавился от рабочей униформы и заглянул к подопечным – демонята сладко спали, улыбаясь во сне. Из комнат слуг тоже не доносилось ни звука, но холодильник был забит разнообразной едой домашнего приготовления.

– Никто из неупокоенных душ твои стены не покинул? – спросил Морт у замка, наливая молока и беря с блюда пирожок с капустой.

– Слуги имеются в прежнем составе, – заверил замок.

– Демоницы... не появлялись?

– Нет.

«Чуда не произошло, – усмехнулся про себя Морт, поднимаясь в спальню, и скидывая на ходу рубашку с плеч. Он зажёг осветительные огоньки под потолком и задёрнул шторы. – Я найду тебя без помощи чудес, солнце моё!»

За дверью раздался торопливый топот бегущих ног, дверь распахнулась, чтобы через миг захлопнуться за ночной гостьей. Морт замер, не веря собственным глазам: ему начало мерещиться то, чего нет, от страстного желания скорее отыскать таинственную демоницу?! Магия сама собой слетела с ладоней, обхватывая бледную, запыхавшуюся девушку и притягивая её к демону, желающему убедиться в реальности возникшего на пороге образа. Девушка не протестовала. Совсем не протестовала! Тонкие руки обвились вокруг шеи Морта, губы приникли к его губам в жарком поцелуе, и голова демона пошла кругом.

– Ты напугана, в твоих глазах видно отчаяние, – озабочено прошептал он, на миг, с трудом оторвавшись от девушки в своих объятьях.

– Уже нет. С тобой нет ни страха, ни отчаянья, – ответила Вика, и Морт утонул в её зелёных глазах, в счастье и нежности, что они излучали.

– Ты пришла по доброй воле, без какого-либо принуждения? – хватило сил демона на последний вопрос, а после уверенного «да» все прочие вопросы вылетели из его головы. – Как я тебя ждал, как искал! – выпалил демон, покрывая поцелуями девичье лицо.

– Знаю, знаю, – шептала девушка, отвечая на горячность мужчины не меньшей страстью.

– Ты – моё сумасшествие, – простонал демон, подхватывая девушку на руки.