Текст книги "Те странные пути... (СИ)"
Автор книги: Ульяна Каршева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
"У-у... стукнуть бы его по носу!"
– Нам некогда, – напомнила ей Ксения.
Она подняла руки ладонями на вход, немного сожалея, что такое хорошее укрытие перестанет им быть. Быстро и чётко повторила фразу Мори – но не то, что запомнила наизусть, а то, что услышала мысленно от Адри. В ладони толкнулось что-то невидимое – и так сильно, что Ксения невольно отступила. Скорее от неожиданности, чем от толчка.
Стена, в которой был вход в капище, рухнула, заволакивая помещение пылью и давя по ушам грохотом падающих камней.
– Уходим! Уходим! – скомандовал Корвус, поймав её за рукав и оттаскивая и её, и ошеломлённого силой разрушения Мори от невидимого сейчас входа.
Последнее, что видела в помещении при входе Ксения, это маг Мори махнул рукой на костёр – и тот погас. И небольшая группа живых торопливо завернула в коридор – тот самый, куда старик Шилох и Корвус вчера отнесли мёртвую шаманку.
Перед тем как уйти от первого же поворота, Ксения остановила тянущего её вперёд Корвуса и уже самостоятельно обрушила начало коридора. Не то чтобы ей понравилось разрушать всё подряд, но как-то подумалось, что так будет спокойней – точно знать, что никто за спиной не крадётся. Грохнула вход в коридор и чуть не бегом отправилась за Корвусом, выжидавшим её поодаль.
– Ты и правда сильная, – громко сказал он, чтобы перекричать грохот падающих камней, а потом добавил тише. – В своём мире ты была с мужем? Это он научил тебя делать всё досконально?
– Мы... – В этом языке не было слова "развелись", и Ксения сказала: – Расстались по обоюдному согласию. Он был... – Она подумала, как лучше объяснить, и сказала: – Он делал из меня очень неуверенного человека. Когда я поняла это, то решила, что свободной быть лучше. Наша власть освободила меня от него. По закону, мы теперь не муж и жена. И... честно говоря, вспоминать мне о нём не хочется.
– Вот почему тогда ты отказалась стать рабыней князя...
– Ну почему? Почему нельзя просто быть ведьмой при князе? – рассердилась Ксения. – Я бы точно никуда не ушла от него! Ведь теперь, после рассказа Метты, я знаю, что в умениях Адри нуждаются многие! Неужели нельзя дать Адри вольную?
– Это давняя история, – сказал Корвус. – Здесь есть такой закон, что Адри, когда-то купленная прадедом князя, остаётся рабыней, потому что её знания бесценны. А значит, рабыней становится и та, кто переймёт эти знания. И ни одни закон не пойдёт против этого. В нашем мире знания имеют цену золота...
Ксения покосилась на него, но промолчала. Любое возражение зряшно. Но она снова подумала о том, что однажды мелькнуло в мыслях. Со старухой Адри она пока не пыталась разговаривать о своей задумке. Та ещё плохо оформилась.
Впереди, наверное, маг Мори нашёл факел, потому что теперь они, двое, шли последними в промельках шарахающегося света и колышущихся теней. Коридор нависал выпуклыми камнями, из щелей то и дело сыпался песок... Наконец они двое догнали остальных – в тупике. Эльфы терпеливо ждали, пока маг и Метта пробовали стены на потайные двери, и припоздавшие присоединились к ним. Причём Мори немедленно оглянулся и протянул Ксении руку. Та откликнулась сразу и подошла к нему.
– Не буду объяснять, как искать. На этот раз мне только нужна твоя сила.
Держа Ксению за руку, но не глядя на неё, он снова выставил ладонь вперёд и медленно провёл ею перед собой. Ладонь замерла чуть справа от стены. Причём магу пришлось слегка присесть. Далее он просто очертил крест сверху вниз и горизонтально. Ксения моргнула, пытаясь прочистить зрение. Но дверь оставалась дверью.
– Мы пойдём впереди, – обернулся маг, когда перед ними отворился ход в подземелье. – Будем искать сам путь. Не забудьте: это подземелье – сплошной лабиринт.
Ксения тоже оглянулась. Метта стояла сразу за ней. Корвус – дальше всех. И в пляшущем пламени факела его лицо было определённо недовольным тем, что она идёт с магом. Ксения отвернулась и смешливо хмыкнула: "Сам у меня забрал плащ-рюкзак! Ну и тащи теперь!"
7.
Сначала подземный ход был достаточно широким, чтобы идти по двое. Потом, ниже, ступени исчезли, а коридор сузился до такой степени, что в некоторых местах, в основном – на поворотах, шли уже чуть боком, иначе плечами или локтями сразу задевали стены. Ксения опасливо присматривалась и прислушивалась, но никто из спутников не возражал, никто не боялся, что коридор продолжает уводить вниз. Даже Мори отпустил её ладонь, продолжая шагать впереди...
Мори чуть прихрамывал и шёл налегке. Ксения держалась за ним, отягощённая лишь прихваченным плащом Палача и парой предметов, не доверенных Корвусу. За нею шёл Рубус – с одним лишь оружием, с лёгким мечом и луком. За ним – в той же экипировке всё ещё хромая Сиринга. За нею – с двумя мечами – Метта. И замыкал шествие нагруженный узлом с вещами Корвус.
И лишь позже она сообразила, что акустика в подземелье оригинальная: шагая вереницей и пытаясь разговаривать, они все вынуждены поворачиваться к собеседнику, чтобы тот услышал говорящего, – и наоборот.
– Адри, а как ты стала рабыней? – прошептала она.
"Как... Замуж собиралась. Жених мой долго выкуп копил. Я ж не абы кто – дочь кузнеца. В деревне из самых достаточных. Мы уж с ним и миловались, и на сеновал бегали – что уж грех таить. К осени он должен был меня просватать. Да только однажды пропал он, с охоты не вернулся. Долго искали, пока не нашли... – Адри хмыкнула. – Он к скалам ходил – думал шкуру белой дикой кошки раздобыть. Ну, кошка его и уделала. А потом в деревне мор прошёл, родителей моих забрал. Староста, по просьбе моей, меня князю тогдашнему отдал – ведовству учиться. А у того маг был, велел откупиться от деревни и старосты, чтобы потом свою к себе не потребовали. Хитрый мужик был, сразу меня и силу мою увидел. Вот и попала в рабыни, собственностью стала".
– А как ты научилась переходить из предмета в предмет?
"Хи... Пока заключена в обруч, лежишь в шкатулке. Сдохнешь от такой "жизни". Я ж – как? Обруч вынули – я передала следующей то, что знаю, и меня снова в обруче вернули в шкатулку. Ну и начала вспоминать, как только заперли в шкатулке после первой преемницы, чему меня маг старый учил. Тогда-то многое не понадобилось, а тут припёрло – ну и начала ходить. Сначала из обруча в шкатулку, за её стенками – по другим предметам, лишь бы железо в них было. Так и жила – по замку княжескому гуляла да людей слушала, новостей да новых знаний набиралась..."
– То есть, сидя в обруче, ты могла бы не одну женщину знаниями одарить?
"А чего ж? Думать о том не думала, но почему нет? Наверное, могла бы. Лишь бы её сила была моей равной".
– Адри, а как я сюда попала? Не просто же так вывалилась из своего мира?
"Да конечно, нет! Шилох вызывал преемницу. Заклинания и ритуалы творил, чтобы найти нужную. Только говорила я уже – слаб он, вот и не сумел вызвать тебя так, чтобы ты появилась там, где ему надобно. Ну и свалилась посреди войны-то... Хорошо, он опять ошибся – и пришли мы искать тебя в то же время, как ты сюда попала".
– А почему князь вместе с ищущими пошёл? Он же... ну, командует всеми.
"Так ты ж ценная! И без него кто на тебя права заявит?"
– Ксения...
Она пригляделась. Точно – Мори зовёт её, но продолжает идти. Поговорить хочет?
– Что?
– А кто ты? В тебе столько силы... Да и кое-что явно знаешь.
– Я из другого мира. – Сказала и усмехнулась: скольким она уже это говорила? А сколько людей и без её ответа знают? – Вызвали, чтобы заменить очень сильную ведьму в княжеском окружении.
– Жаль, – разочарованно сказал маг. – Я бы взял тебя в ученицы.
Ксения с трудом подавила смешок, услышав негодующий вопль Адри: "В ученицы?!" А потом она долго бурчала, снова и снова вызывая желание расхохотаться.
Сзади, показалось – совсем издалека, послышался звучный голос Метты:
– Подождите!
Остановились все.
– Что случилось? – недовольно спросил Мори.
Сначала все услышали всхлип Рубуса, который встал на колени перед женой. Потом Метта снова сказала так, чтобы в глухом коридоре её услышали все.
– Сиринга упала. Плохо ей. Воздуха не хватает.
Сначала Ксения поразилась: как это не хватает?! Здесь дышится неплохо! Но дошло: Сиринга – эльф, она привыкла к лесным просторам, а здесь... Ксения огляделась: стены и потолок здесь уже не сделаны руками живых существ. Этот ход, похоже, просто выдолблен в горной породе. Камень сплошной везде. Наверное, у женщины-эльфа клаустрофобия. Ну и усталость. Да и голодная.
– Мы идём внутри горы Тёмных Туманов, – вдруг сказал маг Мори. – Я не сразу узнал это место, но теперь вспомнил. До небольшой пещеры, которой заканчивается этот коридор, ещё шагов двести.
– Тогда я донесу её на себе, – отозвалась волчица.
– Не надо, – сказала Ксения, торопливо копаясь в своей сумочке. – У меня есть снадобье, которым ненадолго восстанавливают силы в моём мире. Маг Мори проверит, можно ли принимать его вам всем. Примем, а потом пойдём дальше.
Она услышала шорох и мягкий толчок. Кажется, Корвус снял с себя узел, сообразив, что наступила передышка... Именно с мысли о нём, с его положения воина, который только наполнен силой, но раны-то его всё ещё заживают, и мелькнула мысль, что страшно устали все. Ведь только Рубус и она, Ксения, не ранены. Разве что (горько усмехнулась она) чужие сапоги ей слишком велики, несмотря на плотную обмотку, и ноги, кажется, здорово натёрты – уже не просто до мозолей, а до кровавых. Так что идёт она только по инерции.
Наконец, она нашла шоколадку. В своём мире Ксения часто ела тёмный шоколад, чтобы взбодриться в конце работы, поэтому покупала его в небольших плитках и сразу несколько штук. Она не сомневалась, что шоколад поможет. Единственное – опасалась, что Метте шоколад может быть противопоказан. Ну, метаболизм у неё, может, другой. Хотя... Собаки ведь тоже сладкое любят?
"И что это у тебя?" – с любопытством спросила Адри.
– Потом, – под нос пробормотала Ксения.
Разломила начатую плитку на длинные прямоугольники и передала один из них магу Мори. Тот сначала понюхал опасливо, а потом осторожно лизнул.
– Вкусно! – удивлённо сказал он и сунул весь шоколадный кусочек в рот.
– Держать на языке и рассасывать, – поспешно сказала Ксения и передала шоколад всем остальным по цепочке.
Мелочь, но при том, что все они голодны, это хоть чуть-чуть, но должно помочь. Потом, возможно, пить захочется. Хорошо, что у Сиринги в кожаной фляге есть вода, набранная в спешке из щита, с которого Ксения только и успела потом снять пластиковый пакет – пригодится в дороге. По глоточку каждому – уже счастье. А потом, когда выйдут, первым делом можно опять пройтись по травам и набрать дождевую воду в пакет, а затем перелить во флягу.
Обернувшись, когда снова начали путь, Ксения приглушила вздох. В качающихся тенях и шарахающимся по стенам отблескам факельного огня, глаза всё же успели выхватить, что Метта всё-таки взвалила на своё плечо Сирингу. А Корвус недоволен. Странно, чем? Перебрав разные предположения, Ксения улыбнулась: это он, мужчина и воин, должен бы нести хрупкую женщину-эльфа. Но увы... Сейчас он не в форме. И улыбка оставалась долго на её губах: а Мори-то этим не заморачивается. Не рыцарь?
Потом стало не до улыбок. Ноги переставляла на сплошном автомате, считая шаги и чувствуя глухую боль от натёртостей. Но считала упрямо, надеясь, что счёт поможет выдержать остатки пути. Если, конечно, это остатки. И только потому, ничего не соображающая от усталости, ткнулась в спину внезапно остановившегося Мори и, поспешно отступив, встала на месте сама.
– Что случилось?
Он отошёл в сторону. В сторону? Ксения шагнула и слабо выдохнула при виде открывшегося глазам. И тоже отошла – вправо, пропуская остальных.
"Зал Великанов, – задумчиво сказала Адри. – Я знала о нём, но впервые вижу".
Зал Великанов оказался громадной пещерой. Основную площадь его поверхности занимало озеро, по которому немедленно побежали блики от факела мага Мори. Берега мягко вливались ровным краем в воду, а в метрах пяти от берегов сидели... У Ксении перехватило дыхание. Не будь рядом спокойно осматривающихся спутников, она бы точно сбежала. Первое впечатление, что вокруг подземного озера расположились сидящие на коленях громадины – те самые великаны. Кто сидел, обхватив колени руками. Кто – вытянув ноги к самой воде. Кто – просто на коленях.
– Что это? – шёпотом спросила она.
– Когда-то они построили капище, но не сумели его оберечь, – откликнулся маг Мори, тоже не отрывая взгляда от фигур. – Когда на капище напали существа, более сильные, чем эти великаны, они сбежали сюда. Но божества, которым они поклонялись, рассердились на них из-за того, что они позволили захватить место поклонения. Их не остановило даже, что великанов было слишком мало. Главное преступление великанов состояло в том, что они даже не пытались сопротивляться. Если б они хоть руку подняли на врагов, божества помогли бы им. Но жрецы струсили. И тогда, озлившись, божества спустились к своим жрецам и заставили их окаменеть.
– Пойдём быстрей к озеру, – нетерпеливо сказала Метта и встряхнула Сирингу, так беспомощно и лежавшую на её плече. – Хоть посидим немного.
Мори снова первым пошёл куда-то в сторону, и Ксения обнаружила, что он привёл их к лестнице. Спускаясь между двумя великанами, она здорово ёжилась и, как ни странно, то и дело тянулась свободной рукой к кинжалу в набедренных ножнах.
Но, когда вышли к самому озеру и принялись за организацию стоянки на берегу, стало гораздо легче. На этот раз костром занялись мужчины, быстро набравшие по берегам давно сгнившие и высохшие коряги: из разговоров Ксения поняла, что сюда, в озеро, впадают несколько речек. Ксения же сразу подошла к Сиринге, помогла ей сесть – Метта бесцеремонно уложила её на белый песок и тут же побежала к воде. Поглядывая на волчицу, которая на коленях нагнулась к воде, быстро-быстро лакая её, даже не оборачиваясь, Ксения спросила женщину-эльфа:
– Как ты себя чувствуешь?
Уже знакомым тоненьким и даже каким-то кукольным голоском Сиринга ответила:
– Твоё снадобье помогло, но нога всё ещё болит.
Ксения уселась рядом с нею и, почему-то улыбаясь при всплесках воды: Метта деловито плескала себе в лицо, – прижала ладони к колену Сиринги, нашёптывая над ним уже знакомое заклинание силы. Сосредоточившись на целительстве, она не сразу заметила, что все собрались вокруг костра, на котором стояли два шлема с водой.
Закончив с лечением, Ксения поднялась и подошла к костру.
– У нас есть только вода, – сказал Мори, грустно созерцая закипающую воду.
– Это у вас только вода, – проворчала Ксения, склонившись к своей сумочке. – А у меня будет бульон – и достаточно питательный, чтобы мы хоть немного успокоили свои желудки. Только один вопрос, – она улыбнулась, понимая, что спрашивать смешно. – У кого-нибудь есть соль?
Неожиданно переглянулись эльфы.
– У нас есть, – удивлённо сказал Рубус.
В два шлема-котелка бросили остатки лепёшки и мелко покрошенное яйцо – и всё это странное варево посолили серой каменной солью, которую эльфы, как охотники, всегда носили с собой. Потом довели до кипения, добавили собранных ранее съедобных трав и выждали, пока всё это остынет. Ксения ещё боялась, что эльфы побрезгуют или задерёт нос Корвус (судя по тому, как он разговаривал с князем, явно не последний человек в крепости), но никто не возражал, когда одна посудина досталась на троих эльфам и магу, а вторая – Метте, Корвусу и Ксении. Пили с края, по очереди. На десерт Ксения снова разломила шоколад. Покопалась потом в сумочке и вздохнула. Осталось полторы плитки. Причём плитки маленькой.
– А скоро ещё? – спросила она, пока все сидели вокруг костра. – Ну, когда мы выйдем из горы?
– Мы можем выйти прямо сейчас, – сказал Корвус и кивнул, когда она удивлённо подняла брови. – Да, я тоже знаю, где мы находимся. Но, если выйдем, попадём в поле зрения демонов-оборотней. И есть ещё одна дорога. Надо полдня пройти опять-таки в горе, пещерами добраться до другого выхода из горы Тёмных Туманов и вкруговую, прячась от демонов-последышей, пройти к крепости.
– Но идти надо ночью, – заметил маг. – Значит, сейчас надо устраиваться на ночёвку. Одежда у нас есть, чтобы укрыться. Не замёрзнем.
"Кто и не замёрзнет", – вздохнула Ксения. И тут же её осенило:
– Подождите, как это – идти надо ночью? А что сейчас?
– За пределами горы – утро в разгаре, – отозвался Корвус и объяснил: – В пещерах всегда так: время здесь течёт незаметно. Мы ушли с поверхности земли вечером, но шли так долго, что сейчас уже день. Только голод и желание спать подсказывают, что времени прошло много. Так что мы сейчас спим, потом ещё некоторое время выжидаем, когда солнце опустится, – и идём дальше.
И они начали устраиваться на ночлег. Сиринга помогла Метте раздеться и обернуться в волчицу, а её вещи пошли для эльфов в качестве постельных принадлежностей, как и сама Метта стала тёплой подушкой как для эльфов, так и для мага. Сверху Ксения укрыла их плащом Палача. А потом растерянно огляделась. И вдруг стиснула руки на груди: Корвус лежал близко к костру, под плащом, которым укрылся лишь со спины. Перед ним край плаща не было. Он держал её, выжидательно посматривая на Ксению.
"Ну, чего стоишь? – спросила Адри. – Иди! Видишь – ждёт!"
– Но я... – уже ошеломлённо проговорила Ксения и осеклась.
"Да все уже знают, что ты возможная моя преемница! – сердито сказала Адри. – И все знают, что по своему положению Корвус должен тебя охранять. Да и слаб он на всё остальное, – с неприятной ухмылкой сказала старуха. – Иди. Выстудишь воина!"
В свете факела, воткнутого в песок, в свете догорающего костра Ксения видела поднятое к ней лицо со спокойно поблёскивающими глазами... Она глубоко вздохнула и решительно направилась к воину. За шаг до Корвуса она остановилась и уже неуверенно присела перед ним, а потом, когда он поднял край своего плаща, осторожно легла к нему. Край опустился перед ней, не дотянув до земли. Корвус не церемонился, когда понял, что не может как следует укрыться: он не стал натягивать плащ на Ксению, а просто-напросто придвинул саму женщину к себе, и Ксения спиной почувствовала, что он старается не дрожать от холода.
– Тебе холодно? – негромко спросила она, лёжа плотно к нему спиной.
– Согреемся, – буркнул он ей в макушку.
"Угу, согреемся, – проворчала Адри. – Ну-ка, повторяй за мной заклинание! Сейчас будете, как в печке, лежать!"
Ксения повторяла заклинание, пока не заснула. То и дело едва усмехалась: готова повторять всё, что угодно, только не думать, что лежит под одним плащом с мужчиной... который ей с недавних пор очень нравится.
Пробуждение оказалось лёгким. Корвус во сне распахнулся из-за жара, которым полыхало внутреннее пространство их временного спального места. Ксения тихонько встала, чтобы не разбудить его. Переглянулась с Меттой, и женщины, прихватив с собой Сирингу, поспешили сходить в одно уютное местечко, пока остальные не проснулись.
Потом Метта и Сиринга занялись поиском топлива для костра: решено было обойтись чаем из трав и последними плитками шоколада. Ксения в их хозяйственных заботах участия не принимала. Сначала она на цыпочках приблизилась к Корвусу, который спал так расслабленно, что не услышал её шагов, поправила на нём "одеяло" и постояла перед ним, с улыбкой раздумывая, что будет, если она поцелует его, а когда он откроет обалдевшие глаза, скажет ему ласково: "Доброе утро, милый!" От последнего, представив себе это зрелище и его реакцию, она чуть не рассмеялась вслух.
А потом... Её внезапно охватило странное чувство, погнавшее вдоль берега озера. Чтобы обойти озеро по краю, надо было потратить не менее получаса. Медленно шагая вдоль кромки, она увидела россыпь мелких камешков вперемешку с какими-то сучками. Почему они привлекли её внимание – не поняла, но подошла и присела на корточки.
"Что ты делаешь?" – поинтересовалась Адри.
– Ты же видишь – собираю камни.
"Зачем?"
– Не знаю. – И добавила рассеянно: – Пока.
Открыла сумочку и вынула оттуда всё тот же пакетик. И начала складывать в него то, на чём останавливался взгляд: уже не только камешки, но и обломки веток. Потом выпрямилась и пошла по берегу, время от времени продолжая нагибаться то за камнем, то за прутиком, а то и за белеющим рыбьим хребтом. Вскоре с отяжелевшим от собранного пакетом она направилась к костру. Больше ни за чем не наклонялась. Удивления не было. Она как-то стороной чуяла, что это умение не от Адри, чьё изумление и интерес она ощущала даже в молчании старухи.
У самого костра, под любопытными взглядами спутников, Ксения высыпала рядом с огнём собранное, после чего села перед горкой предметов, потянулась за отскочившим углём и положила его в общую кучу.
– Что это? – звонко спросила Сиринга.
– Не знаю, – повторила Ксения, улыбаясь "как птичке". Посмотрела на кучку мелких предметов, перемешала их рукой, а потом снова подняла глаза и спросила: – Никто возражать не будет, если я обойду всех и дотронусь до каждого?
– Я – нет, – сурово сказал Метта.
– Нет, – помотал головой маг Мори, с благожелательным интересом глядя на камни.
Остальные тоже покивали.
Ксения встала на ноги и, прихватив горсть камешков вместе с песком, обошла спутников. Каждого она будто погладила по плечу, а ладонь затем встряхнула на ту же горсть камней с песком. Вернувшись к кучке, она посмотрела на неё "критическим оком", осторожно добыла из костра горящий сучок и воткнула его в середину. И села, внимательно вглядываясь в огонь, но видя совершенно иное.
Когда сучок догорел, она прикусила губу и посмотрела на Мори.
– Вы не совсем правы. Дорога сейчас будет пуста, если мы сделаем небольшой крюк и обязательно дойдём до ближайшей деревни.
– Ты ясновидящая? – поразился Мори. – Я долго думал, следя, как ты собираешь материал для ясновидения, что же ты делаешь, но никак не мог понять! Корвус, – обратился он к ошарашенному воину. – Ваша ведьма умела и предвидеть?
"Вот уж чего и в помине не было!" – категорически отреклась Адри.
– Умела предвидеть моя прабабушка, – спокойно сказала Ксения. – Мне о ней рассказывали в детстве. Но я никогда не думала, что сумею видеть сама.
– Но почему в деревню? – Как воин, привыкший решать многое в боевом пути, Корвус, естественно, первым заговорил о насущном.
– Не знаю, – покачала головой Ксения. – Есть маленькое впечатление, что нас там ждут. Но только впечатление. Очень смутное.
– Но что там нас ждёт? – настаивал воин. – Что? Опасное? Или другое?
– Этого я не разглядела. Но нас туда буквально подталкивают.
– Что значит – подталкивают? – не выдержал уже Мори.
– Нам открывают туда дорогу, – медленно, стараясь определиться с мыслями и видениями, сказала Ксения. – Для нас очищают дорогу, чтобы мы пошли именно в эту деревню. Пока идём к ней, можем ничего и никого не бояться. Ну, примерно так я понимаю увиденное.
– В деревне сможем поесть, – с надеждой сказал Сиринга. – И взять у крестьян продуктов в путь до крепости.
– Хорошая идея, – после её слов о еде оживился маг Мори. – Что ж... Пьём наш чай и собираемся в дорогу. Это даже хорошо, что не надо ждать, пока солнце сядет. При свете дня всё-таки идти легче.
Корвус промолчал, но вид у него был озадаченный. Ксения сидела напротив него, через костёр, который пока, не договариваясь, никто не пытался потушить, потому что его оранжевый цвет был единственным живым и тёплым здесь, в огромном замкнутом пространстве, среди серых и чёрных красок, с небольшим вкраплением белого... И посматривала на него, когда он вынужденно беседовал с Мори: он пытался оценить расстояние от пещер горы Тёмных Туманов до той самой деревни. Оказалось, что Корвус хорошо знал владения князя Гавилана, будучи его ближайшим помощником. Вскоре он увлёкся разговором с магом, отчего и думать забыл о Ксении. Метта слушала Сирингу и Рубуса, которые ей что-то рассказывали, так что Ксения получила свободу – вглядываться в лицо человека, который нравился ей всё больше и больше.
Словно вырубленное из камня, суровое лицо не блистало красотой. Слишком тонкими были губы – совсем не те, что описывают в любовных романах. Да и сжаты они бывали чаще, чем находились в покое. Чуть костистый прямой нос не являл собой образец совершенства. Даже брови и те – неопределённой формы. Да и глаза не были большими и сияющими. Вся внешность – от слова "не". Корвус отнюдь не был предметом желаний, скажем, для юной девушки. Кстати, и возраст у него, как заметила Ксения, совсем не юношеский. Что-то – сорок плюс-минус. Отсюда и морщинки вокруг уголков рта и глаз. Отсюда и резкие линии худощавого лица. Ксения втихомолку спрашивала себя: что же она нашла в нём такого, что он ей... понравился? И пожимала плечами. Ничего. Ничего особенного. Кроме одной мелочи – странного притяжения. Ей постоянно хотелось смотреть на него...
"А чего только смотреть? – вдруг подумала она, чувствуя, как дрогнули её собственные губы в шальной усмешке. – До крепости князя время есть, чтобы попробовать завоевать этого мужчину!" И поразилась сама себе: она хочет, чтобы Корвус принадлежал только ей?! Зачем?! Или она рассчитывает таким образом освободиться от будущего рабского положения, которое ей пророчат?
"С другой стороны... – осторожно решила она. – Я вроде как ничего... Хорошенькая. Из семьи военных, что, кажется, здесь котируется высоко... Интересно, он женат? Надо спросить Метту!" И печально улыбнулась, вспомнив, что домой, в свой мир, кажется, теперь точно не вернуться.
Наговорившись, заинтригованные видением Ксении путники быстро собрались, и Мори повёл всех к выходу из горы. Ксения чуть плелась – в свободное время от созерцания Корвуса она немного поработала с заклинанием заживляемости над собственными рваными мозолями, но в те уже попала грязь, и кожа начала багрово вспухать, воспалённая из-за инфекции. Неплохо было бы в первую очередь всё-таки почистить содранную кожу, а то никакое заклинание не спасёт от гноя. Зато Сиринга с Рубусом чуть не летели за магом, кажется стремясь побыстрей очутиться на воле. Ксения плелась в середине вереницы, слыша за собой голоса Корвуса и Метты.
– Адри, а ты и в самом деле не умеешь предвидеть?
"Нет, куда мне!.. – словно махнула рукой старуха. – Да и ни одна из моих преемниц не отличалась таким умением. И первый мой учитель о ясновидении не говорил. Пытались предсказать по магическим книгам, но чтобы вот так – с нечаянным веянием... Нет, такого не было. Да и не слышала я о таком..."
Когда вышли на поверхность горы, Ксения воочию увидела, что это такое – Тёмные Туманы. Они будто окунулись в грозовое облако – причём промокли сразу. Так что Ксения решила, что зря подумала про "будто окунулись". Так она выяснила, что вершина горы постоянно окутана именно что грозовыми тучами.
Тропинка, заметная лишь потому, что с обеих сторон от неё были выложены камни невысоким бордюром-подсказкой, вилась между валунами, которые в трёх-четырёх шагах от путника уже исчезали в облаках. Ксения внезапно остановилась, шагнула за бордюр и пропустила мимо себя увлечённо болтающих Метту и Корвуса. Когда они спохватились и оглянулись, Ксения, не обращая на них внимания, обернулась к выходу из горы и низко, в пояс, поклонилась ему.
"Что ты делаешь?" – поинтересовалась Адри.
– Благодарю за подсказку, – уверенно ответила Ксения. И, только договорив, поняла, что сказал чистую правду.
"Любопытно, – думала она, шагая между Меттой и Корвусом, которые странно на неё поглядывали, – ясновидение работает только тогда, когда я нахожусь в определённом месте? То есть мне будут подсказывать духи этого места? Или я всё делаю сама по себе? Эх, сложный вопрос... Да и нужен ли на него ответ? Лишь бы помогли..."
Спускались всю вторую часть дня – ту самую, которую дотемна хотели просидеть в пещере. Сложно было идти, несмотря на наличие тропинки. Валуны, вырастающие из тёмного тумана облаков, пугали первым своим появлением, когда неизвестно было, живой ли кто поднимается навстречу путникам, появляясь постепенно. А ещё страшней было гадать, кто поднимается навстречу – живой ли, оборотень-демон ли. А ещё Ксения вспоминала, что говорила Адри о погибшем своём женихе, и жутко трусила, как бы не появилась на тропе та самая белая хищная кошка.
А потом тёмный облачный туман начал редеть, и оба эльфа ещё быстрей заторопились вниз. Вскоре путники услышали их радостный зов. Они нашли речку – с рыбой! Посовещавшись на берегу, приняли решение, горячо одобренное всеми: сначала поесть, чтобы голод не отвлекал от поставленной цели, а потом продолжить спуск до деревни.
8.
Мужчины начали подниматься к истоку речушки – проверить "рыбные места", которые знали только они. Насколько Ксении удалось уяснить, под "только они" в основном подразумевался охотник Рубус. Женщины остались у места будущего костра – у валунов, которые чуть возвышались над ними и защищали от ветра. А потом шустрая Сиринга убежала посмотреть, что внизу. Когда Метта и Ксения набрали хворост для костра, она вернулась. Сияющая женщина-эльф звонко сказала:
– Я нашла лужу! Здоровую такую! И тёплую!
Объяснять ничего не надо было. Обе метнулись за Сирингой, приведшей их к естественному маленькому бассейну, вода в котором оказалась чистой: трава колыхалась на дне, видимая до корней! – да и впрямь тёплой. Ко всему прочему, место было "огорожено" кустами. Сиринга, скинув охотничьи ботинки и сбросив с себя юбку и курточку, первая с визгом прыгнула в бассейн и закружилась, разбрызгивая воду во все стороны. Метта быстро скинула сапоги, сняла штаны и куртку с рубахой и тоже прыгнула к Сиринге. Несколько смущённо Ксения сначала стащила сапоги, охнув от боли: мозоли и в самом деле находились в состоянии кровавых. Потом расстегнула рубашку и джинсы и неловко шагнула к бассейну. Обе подруги (а как уже иначе?) замерли на месте, во все глаза глядя на неё. Сиринга наивно округлила свои и пропела:
– Ксения, что это?!
"Что у тебя там?!" – заволновалась Адри.
– Ну, это просто нижнее бельё, – объяснила Ксения – больше для старухи, чем для подруг.
"Вон что..." – успокоилась та.
Ксения же вздохнула и решила: если подруги не боятся чужих глаз и не стесняются друг друга, то и она не будет, – и, сняв последнее, шагнула в бассейн. Все три женщины немедленно уселись на дно, мягкое из-за колышущихся трав, и принялись отмываться, оттирая кожу ладонями сорванными пучками трав. Ксения, прикрытая водой, перестав смущаться, рассказывала о белье, которое принято носить в её мире, а подруги только изумлённо качали головами. Впрочем, не только качали. Сиринга мелодично хихикала, а Метта то и дело скептически морщила нос. В конце рассказа, ответив на несколько уточняющих вопросов, Ксения с подачи подруг пришла к выводу, что в этом их мире бельё – слишком большая и не всегда нужная роскошь, потому что, во-первых, мешает в постели...
