Текст книги "Те странные пути... (СИ)"

Автор книги: Ульяна Каршева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

   "Он-то? Он-то себе земель да владений хочет. Да только и самый последний дурак уже сейчас понимает, что верховный демон, который по его следам идёт, ни горсточки земли ему не отдаст. Разве что поставит управителем при себе. А вот чего хочет демон... В Преисподней небось, места-то мало. Вот и расширяет..."

   – Как это – расширяет?

   "Да просто. Выжжет всю землю, сделает бесплодной, расставит по ней своих мёртвых оборотней – чем не новый ад? Да ещё всё здешнее золото будет его!"

   Сидя на "пороге", Ксения смотрела в обливаемый дождём край леса, не чувствуя промозглого холода, настолько была напряжена после рассказа старухи.

   "Что притихла?" – спросила Адри.

   – Думаю...

   Думать долго не пришлось. Ближе к месту, где лежало рухнувшее дерево, сквозь ливневые струи, показались фигуры... Ксения немедленно заскочила назад, в укрытие, встревоженно всматриваясь в группу из нескольких людей. Все ли здесь? Жива ли Метта? Жив ли лесной эльф Рубус? Переживай теперь ещё и за него! Того мага, Мори, она не знает, но, если погибнет Рубус, будет плакать Сиринга!

   Так. Пятеро? Нет, семеро! И все бегут сюда! Значит, Метта жива. Только она знает, где именно расположен вход в капище, спрятанный от других, опасных глаз магической защитой. Восемь их! Одного, видимо, раненого, тащат сразу двое! Тяжёлый, наверное...

   Ксения метнулась назад и быстро расставила магические огоньки, чтобы осветить капище, после чего снова побежала к входу.

   Первым перескочил "порог" запыхавшийся Рубус. Он быстро огляделся и в ужасе уставился на Ксению.

   – Сиринга вон! – быстро предупредила его вопль Ксения.

   Лесной эльф со всех ног (ну, мальчишка мальчишкой!) бросился к плите, на которой разбуженная Сиринга, кажется, уже осторожно, оберегая ногу, села. Всё, этими, наверное, заниматься не надо – Ксения вдруг чуть не прыснула в нервном смешке: чёрт, она здесь, в капище, словно хозяйка дома, которой приходится принимать гостей!

   Тот самый Мори и Метта внесли в укрытие воина, а за ними, оглядываясь, забежали ещё четверо, среди которых двое были с оружием, и, некоторое время постояв у "порога" – наверное, пытаясь сориентироваться, что тут и где, быстро подошли к костру, присели вокруг него, тяня к огню руки.

   Раненого уложили прямо на землю, причём Мори, осмотревшись, отошёл к лесным эльфам – видимо, ему удобней было со своими знакомыми, а Метта ни на шаг не отступила от раненого. Ксения, рассудив, что знакомство с остальными может и подождать, в первую очередь поспешила к воину.

   "Да что ж он какой неудачливый!" – в сердцах воскликнула Адри.

   Не веря глазам, подошедшая Ксения уставилась на Корвуса, заливаемого кровью так, словно голову ему прокололи в нескольких местах.

   – Откуда вы его взяли?! – спросила она волчицу, а руки уже привычно развязывали мокрые шнуры на доспехах, слишком сильно пробитых. Кажется, сейчас только ударом в голову не обошлось.

   – Он вместе с другими отстал от основного отряда, давая князю возможность уйти, – тяжело сказала Метта. – Им пришлось разделиться. При князе было слишком много поселян. Они драться с такими, как демоны-оборотни, не умеют.

   – Неси мои травы, – бросила Ксения, осторожно отдирая от кожи влажные клочья рубахи, вбитые в тело.

   На этот раз Корвус тоже хрипел. Был он без сознания, и с каждым выдохом на губах полуоткрытого рта пузырилась кровавая пена. Испуганная Ксения взмолилась, чтобы лёгких не задело, хотя и видела, что дело плохо. Прибежала Метта, положила рядом с телом воина травы, шлем с горячей водой и более или менее чистые тряпки, которые Ксения недавно разорвала на полосы.

   – Он будет жить? – прошептала Метта, умоляюще глядя на Ксению, и она вспомнила, что волчица тоже из отряда Гавилана.

   – Боюсь, его придётся убить, – сказали сверху, и на корточки перед Корвусом опустился маг Мори.

   "Он прав", – печально сказала старуха Адри.

   – Почему? – резко спросила Ксения.

   – Он ещё долго будет умирать в агонии, – хмуро ответил маг. – Его душа сильна, но тело умирает. Нам надо уходить. Мы видели большой отряд демонов-оборотней. И они скоро будут здесь. Если при них будет маг-оборотень, защита капища не поможет. Раненого нам не унести – догонят быстро и убьют всех. Но и им его оставлять нельзя. Они сделают из него оборотня.

   "Было бы время – можно было бы спасти! – с ощутимым отчаянием сказала Адри. – Но его-то у нас как раз нет!"

   – А что было бы, если б было время? – ровно спросила Ксения.

   Метта с удивлением посмотрела на неё, а маг Мори посмотрел как на дуру.

   "Ему нужны силы, которые ты можешь ему дать! Но время..."

   – Я остаюсь, – резко сказала Ксения. – Вы собирайтесь и уходите, пока есть возможность. Метта, иди с ними. Ты понадобишься им...

   – Нет, – жёстко сказала волчица. – Я пообещала, что буду служить тебе, и никто не отнимет моего права быть тебе благодарной. Но ты уверена, что сможешь спасти его?

   – Уверена.

   – Зря, – сказал маг Мори. – Они слишком близко.

   Он помолчал, неожиданно спокойно глядя на неё. А в темноте убежища она не сразу, но разглядела, как дрогнула его рука. Короткое, едва заметное движение – потянулся к ножнам. Но ледяное убеждение в его лице, по которому мелькали отсветы костра, она уловила сразу и поняла, что он задумал.

   – Мори, – холодно сказала она, – пошёл вон отсюда. Ты не посмеешь убить того, кто находится под моей защитой! Я буду с тобой драться, ясно?

   Метта немедленно поднялась на ноги, вынув из ножен собственный меч.

   От костра оглянулись, но попытки приблизиться не сделали.

   – Ксения, вы плохо всё продумали. Ради одного человека вы рискуете жизнью и Метты, и своей, – снова сделал попытку уговорить её маг.

   Обозлённая Ксения: времени и так мало, а он тут речи толкает! – встала на ноги, быстро обошла лежащего раненого, ведя ладонью вокруг пространства, в котором он лежал. Она очертила силовые границы, через которые никто не сумел бы пройти – она это точно знала! – и процедила сквозь зубы, обращаясь ко всем:

   – Я прошу... Быстро уходите! Вы мне мешаете, ясно? Как будто специально тянете время, когда всё станет непоправимым! Уходите! Метта, сними с Корвуса доспехи, пока я готовлю всё нужное, чтобы поддержать в нём жизнь. Ты это сделаешь быстрей меня!

   Вглядевшись в невидимые контуры защитной границы вокруг Корвуса, куда смогла пройти только волчица, Мори округлил глаза и уже с уважением взглянул на Ксению. Вновь прибывшие быстро встали и переговорили, как и куда побегут далее, пока Ксения будет выхаживать Корвуса.

   В хороший результат последнего поглядывавший на неё Мори, кажется, всё-таки не верил. Даже сильнейшая защита его не убедила.

   Они собрались быстро. Отогревшиеся воины и, насколько поняла Ксения, люди-поселяне просто встали от костра. Сиринга, размотавшая стягивающие повязки на ноге, подковыляла к Ксении и с детской непосредственностью обняла её на прощанье. Рубус дождался, пока Мори возьмёт женщину-эльфа на руки, кивнул Ксении и пошёл за остальными. Метта продолжала расшнуровывать на Корвусе уже не только доспехи, но и жилет под ними, время от времени поглядывая на Ксению, которая перебирала травы, притворяясь, что собирается лечить раненого ими.

   Когда шаги беглецов стихли, заглушаемые дождём, Метта подвинулась к Ксении, почти касаясь её локтя, и спокойно сказала:

   – Я сяду на входе – сторожить, чтобы больше никто не понял, что Адри с тобой. Лечи его, как скажет старуха. Если она уверена, что Корвуса можно спасти, то я буду ждать до последнего. Пока ты не скажешь, что сделала всё. Корвус – хороший воин, чтобы убивать его сразу, не попробовав сделать для него всё. Спаси его и от смерти, и от страшной судьбы.

   И замолчала, чуть задыхаясь. Ксения в душе усмехнулась, вспомнив, что волчица не любит много говорить.

   "Ох ты... – задумчиво сказала Адри. – И давно ли Метта знает?.."

   Ксения не ответила. Она села так, чтобы положить себе на колени слегка приподнятую голову лежащего Корвуса, и обхватила её ладонями. Сначала не могла сосредоточиться, потому что чувствовала, как ладони не просто становятся влажными, но намокают – кровь сочилась даже из ушей Корвуса.

   Сосредоточение пришло, когда она прислушалась к своим ладоням. Сначала она услышала пульс. Свой – успокаивающийся после недавней вспышки гнева. Толчками и внезапно уходящий до опасной неподвижности, до тишины – Корвуса. Затем она подняла голову к потолку капища, закрыла глаза и представила небо, скрытое за тучами. Огромное. Пронзительно синее. Солнце – маленькое золотое кольцо, ослепительно и тепло сияющее...

   Сила хлынула в голову, затем в руки, а через них в голову Корвуса.

   Женщина чувствовала её, словно обливаемая водой – тяжёлой, но ласковой...

   Под этой силой Ксения качалась, сидя на коленях, стараясь удержаться и не упасть. А потом словно заснула наяву. Она продолжала качаться, будучи передатчиком силы сверху в раненого, но уже не чувствовала собственного тела. Ощущала лишь силовой поток, который заставлял время от времени вздрагивать и понимать, что она всё ещё сидит. Думать не могла... Лишь раз рассеянно отметила, что кровавые пузыри на губах Корвуса пропали. Но не могла оценить, хорошо ли это: жив ли он всё ещё, мёртв ли уже... Но хуже всего, что она не могла закрыть глаза – даже для того чтобы моргнуть... Иногда она стороной видела, что напротив садится на корточки Метта и заглядывает её в глаза, а потом снова исчезает из поля зрения... Всё закончилось, когда её ладоней коснулись неуверенные, слабые ладони Корвуса... И Ксения всё-таки повалилась набок. В меркнущем сознании проплыло лишь одно: "Я засыпаю? Или умираю?"

   6.

   Глухие переулки, тёмные дороги между домами... Ноги устали, а бежать ещё долго. А то вдруг догонят? Догонят – и сделают что-то страшное... "А ты не сдавайся", – шёпотом посоветовали рядом. Чуть не в ухо. Огляделась с ужасом: никого! – и помчалась дальше, перелезая через заборы детских садов, ныряя под какими-то упавшими щитами, протискиваясь между рядами досок, которыми забиты знакомые с детства места родной улицы... "Хватит! – велели. – Сколько можно! Ты уже восстановилась! Открывай глаза!" Но улица по-прежнему тиха и темна, а значит, опасна...

   – Ксения...

   Шарахнулась к стене. А ударилась спиной о плиту. Дыхание частит так, что в груди больно, а горло быстро пересохло. Откашлялась...

   Темно – опять костёр погас, а она видит, как будто надела странные очки. Перед глазами, очень близко, напряжённое лицо Метты. Заглянула в глаза и кивнула.

   – Ксения, тихо только, ладно?.. Защита слабеет, пора уходить.

   Глубоко вдохнув, она выдохнула и пришла в себя.

   Корвус лежит рядом (они лежали рядом вот так близко?!), глаза закрыты – она чувствовала тепло его руки, прижатой к её. Затаила дыхание своё – услышала его. Чуть сиплое. Но – дышит! И тут же смешная и глупая горечь: умыться хотя бы!.. О том, чтобы помыться... подумать даже смешно. Но ведь чумазая, грязь прямо-таки коростой чувствуется на коже. Тут, глядишь, и до вшей недолго... Фу... Мерзость...

   Заставила себя сосредоточиться на реальности.

   – Как ты поняла, что слабеет?

   – Я вход начинаю видеть. Раньше только знала, что он есть. И не нравится мне что-то вокруг капища. Опасное чую.

   – Сейчас встану, – тихо пообещала Ксения.

   – Я выйду, – выпрямилась Метта. – Посмотрю.

   И пропала во тьме. Судя по тому, что от входа света больше нет, она пролежала до вечера. Почему? Потому что впервые попробовала вливать силы в умирающего?

   "Силёнок не осталось? – сочувственно спросила старуха Адри. – В первый раз всегда так, когда передаёшь силы умирающему. Всегда хватишь через край... Ксения, – уже осторожно позвала Адри, – а почему ты так? Ну, не дала ему уйти в края прадедов?"

   "Если б я знала, – слабо усмехнулась женщина. – Если б знала..."

   "Умирающий" завозился рядом. Пытается перевернуться, чтобы на руки опереться, – поняла Ксения.

   – Корвус, подожди. Сейчас встану и тебе помогу.

   Но Корвус глухо замычал и перевернулся-таки, после чего с трудом встал на колени и, опираясь на край плиты, поднялся на ноги. Ксения уже стояла рядом. И, когда он пошатнулся, бросилась к воину, чтобы поддержать его. Ага! Поддержишь тяжеленное мужское тело, которое валится на тебя со всё возрастающей скоростью! Сказано же ему было подождать! Ой... Руки Корвуса дёрнули её к себе в последний момент – и Ксения свалилась не на пол, где бы он придавил её, а на него. Он-то упал на спину

   – Д-демоны... – снова промычал он – на этот раз болезненно, а не упрямо. А потом замолк, продолжая не дышать, а выдыхать.

   Очутившаяся в его нечаянных объятиях, Ксения только было хотела вырваться и встать на ноги, чтобы снова попытаться поднять его. Но тяжёлая ладонь, хватку которой она ощущала на плече, сжалась, не давая шевельнуться. Она осторожно, чтобы головой не задеть его подбородок, обернулась. В темноте увидела полуприкрытые глаза, на щеке почувствовала частые тёплые выдохи. И впервые за несколько последних часов согрелась спина, прижатая к его горячему телу. Хм... Раньше она даже не подозревала, что спина мёрзнет, – пока поневоле не приникла к Корвусу.

   Внезапно она сжалась. Горячая, всё ещё тлеющая остатками предсмертной лихорадки мужская ладонь расслабилась и медленно провела по её плечу, иногда останавливаясь, словно отогревая холодную кожу под влажным рукавом.

   – Такая... маленькая и строптивая. Если бы не старуха Адри...

   "То что бы?" – с живейшим интересом спросила та.

   – Хватит, – хмуро сказала Ксения. – Нам пора уходить. Защита слабеет, а я пока не в состоянии её усилить. – Про то, что это "пока" произошло из-за него, она предпочла умолчать. – Капище имеет четыре ритуальных подземных хода – по сторонам света. Куда нам идти? На север? На юг?

   – Откуда ты знаешь про капища? – насторожился Корвус, и она сумела откачнуться от него в сторону и встать на ноги.

   – Странно. Тебя не удивило, что я продолжаю говорить с тобой на твоём языке, – поддела Ксения. И сделала вид, что снизошла: – После обруча Адри я помню не только ваш язык, но и кое-что ещё. Только не всегда знаю об этом. Но ведь и ты, Корвус, знаешь о строении капища?

   "Молодец! Выкрутилась!" – одобрила старуха Адри.

   Но Корвус на уловку увести разговор или перевести на него самого не поддался. Он продолжал внимательно рассматривать Ксению.

   – Тебе понравился её обруч.

   Ксения взглянула на Корвуса. О чём это он? Тот задумчиво смотрел на её лоб с разогнутым браслетом.

   – Сможешь подняться сам – или помочь? – спросила она, стремясь перевести на другие рельсы опасный разговор.

   – Сам. Как я здесь оказался?

   – Тебя принесли.

   – Кто?

   – Они уже ушли. Это была группа из беглецов-поселян и двух воинов.

   – Почему они не убили меня?

   Ксения, смотревшая, как он неуклюже и трудно поднимается, промолчала. Но Корвус был настойчив и повторил.

   – Почему?

   – Мы с Меттой не дали, – добавила она имя оборотня в надежде, что знакомое имя его заинтересует и отвлечёт от вопросов об исцелении.

   – Откуда здесь Метта? – слабо удивился он, цепляясь за плиты и снова опасно покачиваясь, время от времени поминая демонов.

   – Когда вы ушли, я прогулялась вокруг капища и нашла её.

   – Славно, – решил он и позволил-таки Ксении сунуться ему под мышку и помочь устоять на ногах. – А где моё оружие?

   – Его оставили у входа сюда, – оглянувшись, ответила Ксения. – Вместе с плащом и доспехами. Сейчас принесу...

   Снова посмотреть на него не успела. Корвус внезапно оказался рядом и сцапал её за руку. Нависая над нею, он довольно хмуро спросил:

   – А кто исцелил меня? Хотя вопрос, наверное, глупый. Кто сказал тебе, как надо передавать силу, Ксения?

   Она помолчала, глядя ему в глаза, лихорадочно блестящие, и продумывая ответ. Сообразила: он очнулся только что – и первое, что увидел, это она рядом с ним.

   – В нашем мире у некоторых народов есть старинный обычай: если мужчина тяжело ранен или болен, женщина должна лечь с ним. И тогда он либо умрёт, либо выздоровеет, взяв её силу. Вы сами сказали – и обруч Адри это подтвердил, что сила у меня есть. Ну и... – Она пожала плечами, не опуская глаз под его тяжёлым взглядом. – Я легла. Хотя до сих пор раздумываю, зачем я это сделала! – с вызовом добавила она. И усмехнулась. – Наверное – за тот глоток вина, который помог мне согреться?

   Корвус неуверенно отпустил её, и Ксения отошла от него, чтобы принести ему доспехи. Хотя, честно говоря, шла и думала: "И как же он теперь собирается всё это надеть и тащить на себе всё это железо?"

   Не выдержав, она, склонившись за вещами Корвуса, прошептала:

   – Адри, как действует передача силы? Что она дала Корвусу, например? Он же не исцелился ещё, да?

   "Нет, что ты! Сила даёт ему лишь возможность ускорить процесс заживления. Его раны заживают быстрей обычного, но не более. Ну, ещё они дали ему опору: раньше он был слаб – теперь может держаться на ногах".

   Странная мысль пришла в голову Ксении. Она так раздумывала над нею, отчего Корвусу помогала снаряжаться весьма рассеянно, что он и заметил:

   – О чём ты думаешь, Ксения?

   Она как раз стягивала шнуры наручей, так что только подняла глаза и, ничего сразу не сумев придумать, ляпнула:

   – Прости, Корвус, но я думаю, сумеешь ли ты пройти тот путь, который нам предстоит. Мужчине так не говорят, но... Ты ещё слаб.

   – Кто ты была в своём мире, Ксения? – неожиданно спросил он. – Мне кажется, ты родилась в знатной семье.

   Когда за спиной из ныне живущих родных одни только служащие-бюджетники, можно ли считать их знатными? Ксения улыбнулась.

   – Раньше нас можно было считать знатными. Это когда мои предки были военными. Потом наш род... измельчал.

   – Военные, – повторил он и кивнул каким-то своим мыслям.

   Поскольку он больше ни о чём не спрашивал, Ксения помогла ему с поножами и вернулась к входу за его оружием.

   – Адри, а ты раньше такое проделывала – переходила из одного предмета в другой?

   "Редко, – вздохнула старуха. – Всего, кажется, пару раз. Понимаешь, мне ведь как приходилось? Обруч взяли – я знания свои передала, а потом обруч совали в шкатулку – и лежал он там до смерти последней моей преемницы. А ведь я привязана к нему. Сама никуда ходить дальше шкатулки не могла. Поэтому... – в её голосе послышалась виноватая усмешка. – Поэтому я и воспользовалась первым же случаем, чтобы сбежать".

   Ксения так задумалась, представляя себе жутковатую "жизнь" старухи Адри, что чуть не подпрыгнула, когда в укрытие ворвалась Метта.

   – Сюда кто-то идёт! – возбуждённо проговорила она и, встретившись глазами с Корвусом, чуть не вытянулась, радостно оскалившись: – Корвус!

   – Метта, – ухмыльнулся тот. – Судя по твоему виду, к нам приближается явно не одно существо?

   – Точно, Корвус! Но защита ещё держится и может некоторое время отводить глаза. У нас есть время либо сбежать, либо попробовать дать бой! – лихо ответила Метта, но, когда тот опустил глаза, возясь с поясным ремнём, быстро окинула его оценивающим взглядом и еле заметно скривилась.

   Женщины понимающе переглянулись.

   – Помоги мне с поясом, – негромко сказала Ксения, протягивая ей пояс Палача с двумя кинжалами в ножнах.

   Метта быстро застегнула на ней пояс, и Ксения кивнула ей на Корвуса. Волчица подошла к воину и проверила, всё ли на нём плотно затянуто. После чего подала ему шлем, в котором не осталось воды. Корвус что-то тихо спросил, а потом примерил трофейный шлем. Покачал головой, снял, но оставил в досягаемости. Затем оба осторожно приблизились к входу и встали по обе стороны от него, попеременно выглядывая наружу.

   Ксения тем временем отошла в угол, в котором попробовала быстро вынимать кинжалы и наносить удары. Получалось плохо. Что-то вроде детской игры в войну, когда дети размахивают детскими саблями почём зря. Как Ксения ни прислушивалась к собственным ощущениям, получалось, что драться кинжалами – это не для неё. Пожав плечами, она украдкой, чтобы не светиться изнутри, подошла к наломанным для костра сучьям и отыскала толстый сук. Взявшись за тонкий конец, она немного помахала "дубинкой". Хм. Кажется, это оружие более послушно ей. Помахала ещё немного, прислушиваясь к весу и движению... И страшно – убивать-то, но ведь и жить хочется...

   "Не сомневайся! – издала смешок Адри. – Я родилась в крестьянской семье. Так что это оружие моей руке было знакомо с детства!"

   – Маг Мори?! – тихонько изумилась Метта, и от неожиданности Ксения здорово вздрогнула.

   – Кто такой? – сухо спросил Корвус.

   Метта оглянулась на Ксению, и та коротко рассказала события последних часов. А заодно и приблизилась к Метте, чтобы выглянуть, что же там, снаружи, происходит.

   Сначала Ксения ничего не увидела. Темно, как она и предполагала, по-вечернему. Потом зрение приноровилось к сумеркам, и она стала видеть всё то, за чем внимательно следили Корвус и Метта.

   Мори заметно припадал на левую ногу, тем не менее изо всех сил мчась к укрытию с женщиной-эльфом на руках. Скорее, он даже не держал Сирингу, а поддерживал её за ноги. Та животом почти повисла на его плече, готовая стрелять в преследователей из лука. За ними, оглядываясь и часто пятясь, следовал Рубус, тоже держа наготове стрелу на тетиве и постоянно обводя луком пространство перед собой, словно боясь, что кто-то вот-вот прыгнет на него с какой-нибудь стороны.

   Ксения ахнула: из кустов появился один из воинов, днём сопровождавших волчицу и мага Мори, пока те несли раненого Корвуса. А где второй и двое поселян?!

   Воин спешил догнать отступающих. Ксения снова ахнула, когда он вдруг резко дёрнулся и упал. В плече, кажется, под лопаткой, дрожала стрела. Но ведь только в плече!.. Ксения было рванулась из укрытия помочь раненому, который продолжал ползти за магом и эльфами, то и дело приподнимаясь и тяня к ним руку, явно моля о помощи. Но волчица ухватила её за рукав рубахи и заставила присесть.

   – Слишком далеко, – с горечью сказала Метта, наблюдая за усилиями раненого. – Они не смогут помочь ему.

   Рубус внезапно остановился и выстрелил из лука – в тот самый момент, когда воин снова приподнялся.

   Раненый упал и больше не шевелился.

   – Для эльфов это не расстояние, – ровно сказал Корвус, словно отвечая на замечание Метты. Он смотрел наружу, угрюмый и злой, сжимая рукоять обнажённого меча.

   И только после этой фразы Ксения поняла, что происходит. Фраза: "Они не смогут помочь ему" значила, что Мори и Рубус не смогут убить раненого воина. А раненого надо добить, чтобы в следующий раз он не стал убийцей своих. И воин тянул руку, не прося о помощи ему, пострадавшему. Он тянул руку, умоляя убить его, потому что не желал стать воином-демоном... Ксения сама не заметила, как заплакала. Душа болела за погибшего, а сердце уже рвалось навстречу беглецам.

   Слёзы высохли, а сердце больно дёрнулась, когда из кустов за беглецами метнулся ещё один человек! И тоже в военной одежде! Второй из воинов? Живой!

   Метта вскочила.

   – Я к ним!

   – Давай! – отозвался Корвус.

   Волчица кинулась из укрытия с мечом в одной руке, с кинжалом – в другой.

   Удивлённая Ксения замерла у входа, ничего не понимая.

   "Успела бы Метта, – встревоженно проговорила старуха Адри. – Пусть бы успела! А то ведь по его следам пойдут!.."

   – Что происходит? – резко спросила Ксения, не оглядываясь на Корвуса и замирая от страха при виде того, как Метта обгоняет беглецов и заступает путь второму воину, даже не то что не пуская его следом за остальными, а вообще собираясь убить!

   – Этот уже не человек! – бросил Корвус, который не отрывал взгляда от беглецов, отчётливо державших путь к капищу.

   Ксения вытерла слёзы и шмыгнула носом. Не до эмоций. В этом она хорошо понимала Корвуса. Сейчас надо продумывать план отступления по подземельям. Она даже оглянулась на полуразрушенное помещение при входе... И глупый смешок теперь вырвался уже у неё самой, когда она поняла, что придётся оставить многие трофейные вещи из собранных. А они с Меттой так старались... Да, именно так: думать о чём угодно, только не о том, что в нескольких шагах от укрытия погибают...

   На этот раз Корвус не возражал, когда она быстро сказала:

   – Помогу Мори!

   И выскочила из укрытия. Маг на бегу снял с себя женщину-эльфа и уже вдвоём с Ксенией проводил Сирингу до капища. Рубус остался у входа с луком наготове, выжидая, чем закончится дуэль Метты и воина-демона.

   Женщина-эльф возразила лишь раз, что должна оставаться у входа, но решительный Мори отобрал у неё лук со стрелами и сам встал рядом с Рубусом.

   Не дожидаясь вопросов Ксении, Сиринга выпалила:

   – Мы наткнулись на большой отряд! С ними демон-маг! Он сразу поймёт, где мы прячемся! Надо уходить... – Она словно споткнулась на слове и жалобно сморщила рот. – Но куда? И как? Нас так мало!

   "Нас мало, но мы в полосатках!" – чуть не рявкнула Ксения и ошарашенно заткнулась. Что за "полосатки"? Сообразила не сразу, что таким образом заменилось слово "тельняшки" в этом языке. Ага. Значит, моряки здесь есть. Или знают о них. Или просто слово так перевелось. Пока же надо забыть о том и приготовиться к другому.

   – Что с Мори? – строго спросила она женщину-эльфа.

   – Его ранили в ногу, – вздохнула Сиринга. – Они всегда стремятся ранить человека в ноги или в плечо. Стрелу мы вырвали, но, кажется, она была отравленной. Или заговорённой на бесконечную кровь. – Сообразив, что Ксения не понимает, она добавила: – Кровь не высыхает. Всё ещё идёт.

   "Знаю я это заклинание на стрелы, – проворчала Адри. – Запоминай: ладонями закрой рану и выговоришь следом за мной заклинание-противоядие. Всё поняла?"

   – Угу, – сказала Ксения и выбралась из укрытия. Корвус было качнулся за нею – наверное, остановить, но остался в укрытии, следя за происходящим.

   Метта и воин-демон ещё дрались. Причём так, что Мори и Рубус ругались, что невозможно сделать хороший выстрел в противника волчицы. Ксения кивнула оглянувшемуся Мори и приблизилась к нему.

   – Стой спокойно, – предупредила она.

   И повторила в действии всё сказанное Адри, усевшись у ноги мага и задрав на ней штанину выше колена. Рана выглядела ужасающе: кровь и правда сочилась, но не привычно красная, а какая-то болотно-жёлтая, гнилостного оттенка. Наплевав на всё, Ксения быстро обняла ладонями рану и вполголоса заговорила, повторяя за Адри слова заклинания. Результат проявился не сразу, но Ксения увидела воочию это потрясающее зрелище: кровь Мори будто начала рваться изо всех пор, брызгая между пальцами целительницы – в темноте всё того же гнилостного оттенка.

   А потом маг охнул и чуть не ударил Ксению – видимо, уничтожение заклинания на бесконечную кровь причинило ему боль. Но руку Мори, занесённую для машинального удара, перехватил Корвус, вовремя вышедший из капища. Ксения благодарно взглянула на него и снова сжала ладони вокруг раны, продолжая проговаривать заклинание-противоядие следом за Адри.

   Резкий свист рядом. Рубус выстрелил.

   – Хорошо, – сквозь зубы сказал Корвус, приглядываясь к тьме внизу, под деревьями. Над их кронами-то всё ещё синело небо, постепенно расстающееся с тучами.

   Торопливые шаги – приблизилась Метта.

   – Я видела тени среди деревьев, – поспешно сказала она. – Сюда идут.

   – Заходим в капище, – велел Корвус. – Я знаю один из ходов в подземелье.

   – Что нам это даст? – спокойно спросила волчица. – Они всё равно пойдут за нами.

   – Завалим вход и другие коридоры до подземного хода, – уверенно ответил воин. – У нас есть маг и женщина, обладающая огромной силой. Ты Мори, да?

   – Мори, – вздохнул тот, пробуя встать на ногу, на которой уже разомкнулись ладони целительницы.

   Ксения тоже выпрямилась, пытаясь разглядеть, что же увидели остальные. Потом, спохватившись, помчалась в укрытие – собирать всё то из вещей, что обязательно пригодится в пути. Первым делом схватила свою сумочку из собственного мира. Быстро проверила, лежат ли на донышке кусочек лепёшки и последнее гусиное яйцо, запечённое на углях. Так, это не забыла. Теперь – плащ Палача, который стал её собственностью. Дальше она сделала узлы на этом плаще, получив таким образом примитивный рюкзак. Уложила в него последний пучок трав, заверив себя мысленно, что, будет время, она наберёт другие по дороге. Туда же уложила свои туфли, которые выглядели просто кошмарно, разбухшие в дождевой влаге.

   – Почему ты так смотришь на этот шлем? – спросил Корвус, тихо возникший за спиной. Она даже не слышала его шагов.

   – Кроме него, у нас нет котелка, – задумчиво сказала Ксения и всё-таки сунула шлем в плащ-рюкзак. – Пригодится, в общем. Корвус, сколько нам до крепости князя?

   – Трое суток, если передвигаться беспрерывно, – тяжело сказал он. – Разве что с короткими ночёвками. И то... демоны не спят. Они двигаются даже тогда, когда мы вынуждены спать.

   – Дома я пила кофе, чтобы не спать, – рассеянно сказала она, завязывая жёсткий узел. – Может, по дороге найдём цикорий? Правда, он не цветёт в конце весны, но можно будет использовать его корни. Всё. Я готова к походу.

   Она взвалила узел – двумя завязками на плечи – и развернулась к Корвусу, демонстрируя свою готовность шагать туда, куда скажут. Он оглядел её.

   – Откуда у тебя кинжалы?

   – Утром убили одного демона. Никто не захотел взять с него оружие. Я – взяла. У меня вообще ничего нет, – чуть не оправдываясь, сказал она.

   – Ты быстро привыкаешь к нашему миру, – отстранённо сказал он и кивнул. – Идём. Сначала надо позаботиться о входе.

   И снял с её плеч узел. Она сразу не поняла, что он имеет в виду, но вскоре её окликнул Мори, и Ксения поспешила к магу. Тут же стояли Метта, часто дышавшая после драки с воином-демоном, и оба эльфа.

   – Я возьму тебя за руку, чтобы воспользоваться твоей силой, – объяснил Мори. – Если почувствуешь слабость, не бойся. Идти я тебе потом помогу.

   Она вспомнила, как он таскал Сирингу, и улыбнулась.

   "Ишь, – сварливо сказала Адри, – какой-то хилый маг будет брать у тебя силы!.. Жаль, что я прячусь! Ох, и устроили бы мы с тобой тут!"

   – Ты же ослабел, – напомнила Ксения. – Сумеешь ли?

   – Как и сказал этот воин, я только произнесу заклинание, разрушающее вход, – снова объяснил Мори. – А силы для него возьму у тебя. Поэтому моя слабость не при чём.

   – Интересно, – быстро сказала Ксения. – А если я произнесу заклинание?

   Он несколько скептически посмотрел на неё, но необходимую фразу проговорил.

   – Запомнила? – снисходительно спросил он, глядя на неё как на маленькую.