Текст книги "Те странные пути... (СИ)"
Автор книги: Ульяна Каршева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)
Он быстро собрал весь свой отряд, пока Адри и Чара посылали на самый высокий храм гром и молнии. В середину поставил последних безоружных, а впереди всех вызвались встать ведьмы, которые убедились на практике, что полностью вернули свои силы, а значит, теперь могли "видеть" опасные ловушки вокруг города. Безоружными остались те воины, что оказались тяжело раненными или избитыми – наверное, сильно сопротивлялись по дороге сюда. Силы ведьм на всех не хватило: естественно, что в первую очередь тратили их на тех, кто мог держать оружие в руках и защищать остальных. Так что здоровые воины, то и дело меняясь друг с другом, чуть не тащили тех, кто в центре отряда ковылял с трудом.
Ксения, быстро пересчитавшая воинов, грустно склонила на мгновение голову. Не тридцать, как пропало вчера. Двадцать семь вместе с Корвусом. Трое, наверное, погибли по дороге к демоническому городу. Может, были ранены и не осилили дорогу. Но даже такой отряд из оставшихся в живых – уже здорово!
Они успели пройти улицу от площади, где оставались столбы, приготовленные для сожжения, как позади что-то загрохотало.
Немедленно развернувшись, воины заученно впихнули в середину своего отряда и женщин. Те не возражали, пока не понимая, что происходит, а потом опять стало не до наблюдений, ибо Корвус скомандовал, явно не приемля возражений:
– Быстро отсюда! Бегом!
И они рванули бегом (вороны над ними), потому что увидели одно-единственное: то самое высокое здание величественно начало рушиться! И рушилось оно логично: во все стороны от него пыльными волнами мчались камни других подорванных зданий. Будто именно в это здание заложили взрывчатку, которая воздействовала на весь город!
Пыльно-каменистая волна словно бросилась по пятам за беглецами.
И тут ведьмы категорично встали на месте.
– Пусти меня, Корвус! – завопила Адри. – Я сумею остановить её!
– Мы сумеем! – вторила ей Ксения.
– Да-а!! – кричала Чара в эйфории. – Мы остановим её!
– Останавливайте! – махнул рукой Корвус, обернувшись к погибающему городу демона явно со смешанными чувствами: такая мощь! Такая разрушительная сила!
Три ведьмы, запыхавшись, встали в арьергарде отряда и вытянули руки вперёд, ладонями словно упершись в стену. Адри звонко начала проговаривать заклинание, останавливающее стихийную бурю, – Ксения почти сразу узнала его и добавила свой голос в наговор. Чара этого заклинания не знала, но слова повторялись – и деревенская ведьма быстро запомнила их. И вскоре уже три звенящих женских голоса уговаривали бурю успокоиться. Целенаправленный удар стихии на здание, ранее вызванный Адри, видимо, не без помощи уничтоженных камней-глаз вызвал эту бурю, сметающую всё на своём пути.
Сейчас Ксения с восторгом выкрикивала слова заклинания, держа перед собой невидимый щит, в который стучали камни и рвались клубы пыльных облаков и вихри, будто падающие сверху, чтобы потом снова взлететь и попытаться ударить сверху.
В грохоте падающих камней и воющем свисте бури не было слышно других голосов, но Ксения почему-то слышала и свой, и Адри, и Чары. Возможно, потому, что их голоса были наполнены колдовской силой?
И буря постепенно смирялась, уступая напору человеческой силы.
Сначала перестали лететь камни, которые натыкались на невидимую стену и уже сложились в хорошую такую длинную горку в метре перед ведьмами. Потом медленней стали кружить вихри, разносящие пыль...
Охрипшие ведьмы молча смотрели на место, где несколькими минутами ранее был город. Каменистое взгорье, окружённое пустыней. И ничего более.
– Думаете, там никого не осталось? – сипло спросила Ксения, устало опустив руки.
– Даже поживы воронам, – подтвердила Адри, ссутулившаяся и измученная.
– То есть всё? – пожелала убедиться Ксения, с надеждой глядя то на Корвуса, то на старшую ведьму. – Всё? Мы победили?
– Да, – твёрдо сказал Корвус и взял её за руку. – Идём искать князя. Если вы правы, то и он мог попасть в ловушку демона.
Но прежде чем они вернулись, птицы распростились с ними – так показалось Ксении. Сидевший на плече Корвуса ворон снова заглянул в глаза человеку, а потом махнул с его плеча, а за ним – вся кружившая над воинами стая. Ксения смотрела птицам вслед, пока они не исчезли. И раздумывала, найдутся ли в замке князя Гавилана книги о родовой магии. Ведь, судя по тому, что она о ней ничего не знала, загадкой родовая магия была и для Адри. Надо бы заставить мага Мори или ещё кого-нибудь грамотного прочитать ей здешние письмена, чтобы ознакомиться с этим видом магии. Не хочется и в следующий раз действовать вслепую, не зная подоплёки происходящего.
Князь Гавилан в ловушку не попал – по одной простой причине: он и весь его отряд магических лучников издалека видел, как в неё угодили ведьмы. Видели, как ведьмы, очутившись в странном облаке, прошли немного, прежде чем замедлить шаг и упасть. А потом маг Мори, сопровождавший княжеский отряд, остановил, когда воины хотели броситься за женщинами и помочь им. Он сказал, что теперь вмешиваться нельзя. Начинается действие пророчества.
Пришлось отряду князя Гавилана остаться у границы города и дожидаться, что же произойдёт далее. Но и дожидаясь предсказанных событий отряд Гавилана не бездействовал. Сначала на них наткнулся дозор демонов-оборотней. Лучники-то решили: раз ловушки есть, значит, демоны границы города не проверяют. Ан нет. Так что, хоть и застали магов-лучников врасплох, но, благо демонов-оборотней было мало, уничтожили их быстро. После чего Гавилан велел уже целенаправленно прятаться и выслеживать вражеские дозоры. Поблизости нашёлся ещё один, который лучники-маги сумели истребить втихую – демоны и опомниться не успели.
Завидев страшную бурю, князь велел отойти, не понимая её природы. Даже маг Мори не мог сказать, что это за буря и откуда она взялась. Наблюдали они за городом с опушки полуживого леска, так что движение вперёд каких-то существ увидели сразу.
Встреча состоялась, после чего, к радости Ксении, князь велел поджечь заранее приготовленный сигнальный костёр. В его крепость возвращались на телегах, запряжённых лошадьми.
22.
Неопределённость.
Во всём.
Разгромили гнездо демонов-оборотней. Но всех ли уничтожили? Или только тех, кто был в городе, который – до сих пор загадочно, непостижимо и неожиданно для Ксении – построен верховным демоном. И сам верховный... Осталась ли жива его земная, физическая оболочка? Была ли сметена в том природном хаосе, который устроили ведьмы с помощью напророченного обычного человека? Или он выжил в той страшной буре, которая смела странные здания, прекрасные – с точки зрения даже человеческой.
Корвус рядом. Но кто он ей?
Она... Выполнила ли своё предназначение в этом мире, страшном, грязном, примитивном, но поразительно притягательном – тем, что она сама стала другим человеком здесь? Отнесёт ли её незримым дуновением магического или колдовского нечто назад, в свой мир, теперь скучный и слишком маленький для той, кто научился повелевать громадными силами? Или её оставят здесь?
В качестве кого?
В суматохе встречи лучников князя Гавилана и бывших пленников, а потом в шуме-гаме приказов и повелений, распоряжений, пока возницы помогали воинам садиться на телеги, а князю и лучникам – на приведённых за телегами лошадей, Ксения сначала бездумно восприняла пару эпизодов и лишь потом сообразила, что они значат.
На Корвуса, снова ослабевшего, потому что силовая подпитка закончилась и все его раны и кровоподтёки от ударов сапогами и кнутами снова взвыли, князь Гавилан бросил два взгляда. Оба Ксения уловила. Первый взгляд был сочувствующий, но бегло. Ещё бы не посочувствовать измученному воину, чьё лицо уродовала чёрная от крови полоса. Князь посмотрел и перевёл взгляд далее, будто искал кого-то в грязной, усталой толпе. И тогда Ксения начала смутно понимать, хотя пока ей было не до каких-то там догадок. Она вместе с одним из возниц усадила тяжёлого, неповоротливого Корвуса, который снова ничего не соображал от боли, на телегу и устроилась рядом, чтобы воин мог опираться на её плечи. Адри предупредила, что он должен находиться в сознании, пусть и слабом, пока Ксения прямо в дороге начнёт его исцеление. Так что Ксения сразу взялась за руки воина, чтобы в первую очередь притупить его боль найденным в запасах Адри заклинанием
Ищущий взгляд князя поблуждал по толпе и вернулся к Корвусу. Замер.
Ксения, сосредоточившись, сообразила: сначала Гавилан не узнал своего ближайшего соратника. Уродливая полоса от кнута легко замаскировала грязное лицо Корвуса. Теперь же Гавилан испытующе всматривался в воина, видимо всё больше понимая, что тому пришлось пережить. "Это ты виноват! – угрюмо обвинила его Ксения. – Не будь твоей блажи посадить его из-за меня в подвалы, не послал бы его в самый ад к воротам и не смотрел бы сейчас на него так, словно не чаял больше увидеть!"
Но, справившись с приступом сиюминутного гнева, Ксения смутилась. "Влюблённые эгоистичны, – вздохнула она. – Да, мне бы хотелось, чтобы на месте Корвуса был бы другой. Но ведь и того было бы жаль... И его бы оплакивала или невеста, или жена. Это война, которая, слава Богу, кажется, кончилась..."
Когда обоз тронулся, один из воинов из отряда Корвуса подбежал к их телеге и сел с другой стороны от Корвуса.
– Госпожа, вы поможете ему?
– Да, помогу, – коротко ответила Ксения, напряжённо направляющая силы в руки Корвуса.
– Я буду держать его.
За это решение Ксения была очень благодарна воину. Одновременно стараться удержать Корвуса и быть внимательной, читая заклинание, тяжеловато. А положить – некуда: телега узкая, а возвращающихся воинов много. Да и нельзя: либо заснёт, либо будет в бессознательном состоянии, из-за чего половина исцеления пойдёт прахом. Потом она ещё поняла: сначала с нею никто не пытался сесть рядом – ещё бы, госпожа, но этот воин, кажется, справедливо решил, что одной ей не справиться с Корвусом в его состоянии. Когда Корвус перестал сильно наваливаться на неё, она огляделась.
На двух других телегах тоже лежали раненые – из тех, кто не сумел бы пройти путь до крепости на собственных ногах. На одной (рядом с ней постоянно, будучи конным, держался князь Гавилан) командовала всеми Адри, на другой – Чара. На телеге Ксении раненых не было. Кроме Корвуса. Кажется, Адри, которая с самого начала распоряжалась всеми, как целитель, пока не совсем доверяла ей.
"Или она побаивается, как бы я и в самом деле прямо с телеги не исчезла в неведомом направлении, – уже спокойней, с небольшой горечью решила Ксения. – Потому и не доверяет мне раненых".
Несмотря на успокаивающие мысли, Ксения чувствовала: она напряжена так, что её подташнивает от неопределённости положения – личного и в целом.
Но до крепости они добрались без особых происшествий.
Прямо у ворот их нетерпеливо дожидались.
Метта стремительно бросилась к телеге, едва только углядев Корвуса. Она помогла ему встать на подламывающиеся ноги и уже вместе с Ксенией повела воина в его тёмную комнатушку. Даже, скорее – угол, отгороженный от других уголков каким-то заскорузлым пологом, кожаным, но понизу замахрившимся от старости и грязи. Впервые увидев это место, Ксения была, честно говоря, ошарашена. Опуская Корвуса на топчан с тощей подстилкой – бледным подобием матраса, головой на нечто такое же тощее (неужели подушка?), она не вытерпела.
– Метта, он и правда здесь живёт?
– Да, живёт, – ответила волчица, встревоженно приглядываясь к безразличному лицу воина. – Он же не просто воин. Поэтому у него свой угол.
"Настоящее средневековье", – с недоумением решила Ксения, с помощью Метты раздевая Корвуса, который почти засыпал, и оглядывая его раны.
Метту она в тот вечер здорово загоняла: и воды принеси, и за травяными средствами сбегай к Шилоху или к Адри-Семеле, а заодно прихвати перевязочных материалов да найди кого-то, кто сменит Корвусу содержимое его "подушки" на что-то более приемлемое. Но волчица не возражала. Наверное, сработала местечковая солидарность: оба из одного края – друг за друга горой. Приходили и другие воины-оборотни из отряда, присланного старшим братом Корвуса, – разузнать, как там с младшим братом владетеля. Но Ксения разогнала всех и велела приходить через день-другой.
Поздно вечером, когда Ксения решала важный вопрос, оставаться ли с Корвусом на ночь в его уголке, где и присесть-то, кроме как на край его топчана, негде, или же плестись в башню к Шилоху, явился сам Шилох в сопровождении мага Мори и Адри. В отгороженном углу сразу стало так тесно, что Ксения была вынуждена встать подальше от топчана. Но видела всё. Впрочем, стояли все, кроме старого мага. Шилох сразу уселся на краешек топчана.
И начался странный консилиум, где магов и старшую ведьму совершенно не волновали раны Корвуса. Ксения вслушивалась в их обсуждение того, что они видят, и в воспоминания о том, что уже случалось с Корвусом, и чем дальше, тем больше приходила к мнению, что все трое магов сошли с ума. Правда, мнение это она старалась удержать при себе, молча прислушиваясь к странному разговору. Поверила в то, что они обсуждают, лишь после того как услышала злобное фырканье Метты, до сих пор скромно и втихомолку стоявшей за её спиной.
Итак, магико-колдовской консилиум пришёл к выводу, что на Корвусе заклятие неудачи, из-за чего он только чудом остаётся в живых после всех передряг. Заклятие было рассчитано на то, что Корвус должен был по нарастающей попадать, мягко говоря, в неприятности, которые увеличивались в прогрессии, а под конец вляпаться в такое, что абсолютно точно убило бы его. Не случилось последнего только потому, что рядом появилась Ксения, сила которой искажала насланное заклятие.
– Когда это всё началось? – в воздух вопросил Шилох, а потом оглянулся на Метту.
– Через три дня после нашего приезда, – хмуро сказала Метта. – Я следила за ним, потому что наш владетель велел присмотреть за его младшим братом.
– Зачем? – спросила изумлённая Ксения. – Зачем надо было присмотреть?
И ещё до ответа волчицы вспомнила – зачем. Метта только подтвердила:
– Владетель думал, что князь Гавилан покровительствует Корвусу и может освободить его от данной клятвы.
– Цели меня не интересуют, – сухо сказал Шилох. – Меня интересует следующее: из-за этого заклятия Корвус несколько раз едва не срывал выполнение княжеских повелений, подставляя людей князя. Я буду вынужден сказать об этом князю Гавилану. А теперь не мешайте мне. Я должен найти предмет, с которым связано заклятие.
Он повернулся было к вещам Корвуса, небрежной кучей сваленным в уголок, на едва видный из-под них потрёпанный сундучок. Но Метта опередила его, протиснувшись между мужчинами. Она проворчала:
– Из замка старшего брата Корвусу передали только одну вещь – родовой кинжал из замковой оружейной. Он должен быть в его ножнах.
– Я возьму, – сказал маг Мори и присел вместе с Меттой перед кучей, перебирая вещи.
Все с ожиданием воззрились на мага. А тот вытянул указанный волчицей ремень с ножнами и вынул из них оружие. Некоторое время они смотрели на оба ножа, после чего Мори показал оружие всем.
– Кажется, этот? – несколько неуверенно спросил он.
– Именно, – кивнул Шилох и поднял ладони с тряпицей на них, куда Мори и положил кинжал, к которому старый маг явно не хотел прикасаться.
– Теперь он начнёт поправляться? – с недоумением спросила Ксения, про которую все как-то подзабыли.
Шилох наставительно поднял палец.
– Не просто начнёт, а быстро начнёт!
– А если ему и в следующий раз передадут что-то от брата? – не отступала Ксения, которая не знала: то ли просто удивляться, то ли возмущаться!
– Это решать князю Гавилану, – сухо сказал старый Шилох. – Теперь всё, что передаётся Корвусу, будет проходить наши проверки. Корвус слишком ценный воин, чтобы лишаться его слишком быстро. Последние события это подтвердили.
Мужчины вышли, а Адри быстро проверила все повязки на Корвусе, после чего вышла следом за старым магом.
Поскольку Корвус полностью не приходил в сознание, Метта проскользнула в его угол и склонилась над ним, будто тоже проверяя, как он. Пока она молчала, Ксения вспоминала, сколько раз со времени её знакомства с Корвусом воину доставалось от жизни. Сначала был просто ранен. Потом ранен так, что маг Мори был готов убить его, лишь бы тот не подвергся мёртвому оборотничеству. И верх всего – плен и издевательства демонов-оборотней над беспомощным, связанным пленником. А ведь Корвус – сильный воин! Вспомнить только, как он дрался на лесной просеке, защищая деревенских мужчин!
Сердце Ксении вдруг больно подпрыгнуло. А если это так – ну, что она, её сила, помогала Корвусу выстоять против жуткого заклятия, – то, может быть, это уже и есть предопределение? И она всё-таки остаётся в этом мире? Снова перебрала в памяти, что звало её на родину... Всё слишком мало перед тем мощным якорем, который сейчас в полуобморочном состоянии валялся на топчане. Нет, конечно, родные они и есть родные. Но ведь, случись так, что она бы вышла замуж за человека, который живёт вдали от её города, родные бы не возражали? Она порывисто вздохнула. Да какого чёрта она себя уговаривает?! Ищет себе оправдания?.. Появись перед нею сейчас могущественный маг, который бы предложил выбор, уже ясно, что бы она выбрала! И, да простят её родные, но Корвус, его притяжение стали для неё... тем воздухом, без которого ей не дышать.
Она взглянула на страшно худое лицо, впалость которого подчеркнула щетина, и улыбнулась. Выпрямилась от топчана Метта и впервые на памяти Ксении заговорила шёпотом, предварительно выглянув за занавеску:
– Ксения, я точно знала, что Адри была с тобой. Откуда же она появилась в обруче, чтобы Семела приняла её знания?
Помешкав с ответом, Ксения чистосердечно сказала правду:
– Адри легко переходит из предмета в предмет, если в нём есть металл. Она научилась этому давно, будучи призраком, бесплотным духом. А как ты поняла, что Адри была со мной? Ты... видишь, как маг?
– Нет. – Усиливая своё отрицательный ответ, волчица покачала головой. – Сначала я заметила, что у тебя странный обруч на голове. Он похож на тот, что был у Адри – я знала о нём. Потом поняла, что ты иногда не сразу отвечаешь и не сразу что-то делаешь, а словно прислушиваешься к чему-то. А уверилась в том, когда поняла, что ты приняла все знания Адри. Ты... – волчица затруднилась со словами. – Ты слишком легко всё делала для человека, который поначалу вообще ничего не знал.
– Ты выдашь меня князю Гавилану? – осмелилась спросить Ксения.
– Зачем? – пожала плечами Метта. – Чем больше в нашем государстве сильных ведьм, тем сильней государство. Тем более, – усмехнулась она, – князю сейчас не до того. Он счастлив, что у него будет жена-ведьма со знаниями Адри.
Она кивнула Ксении и вышла из угла Корвуса.
Ксения задумчиво присела на топчан, ненужно поправляя на Корвусе край плаща, которым она укрыла его, едва вышли маги. Хорошо, что Метта не спросила, а куда же пропала Адри, после того как передала свои знания и умения Семеле.
Резко обернулась на шорох.
Отодвинув край полога, в угол протиснулся вооружённый до зубов воин.
– Князь велел мне оставаться при Корвусе ночью, – хрипловато сказал воин.
С невольной враждебностью Ксения спросила:
– И кто может это подтвердить?
Воин оглянулся. Полог снова прошуршал, и появился маг Мори.
– Подтверждаю, – поднял он руку. – Это настоящий приказ князя.
Заглушив вздох, Ксения поднялась с топчана и дотошно объяснила стражу, чем надо будет поить Корвуса, если он очнётся среди ночи. Воин, высокий, серьёзный, внимательно выслушал её. А когда она, побаиваясь, что он не понял, задала ему пару вопросов, точно перечислил все необходимые действия.
Маг Мори проводил её в башню Шилоха, где её встретили Чара и Сиринга.
– Ксения! – заведя её за ширму к котлам с водой, торжественным шёпотом объявила Чара, а Сиринга, сияя глазищами, закивала так, что Ксения испугалась, как бы её голова не отлетела. – Князь велел Семеле уже сегодня перебраться в другое помещение – вместе с детьми!
– Зачем? – не поняла Ксения.
Женщины снисходительно улыбнулись, и она почувствовала себя и впрямь дурочкой. Кажется, Адри-Семела теперь в статусе официальной невесты князя.
Добродушно посмеиваясь, женщины помогли Ксении, уставшей до того, что задрёмывала на ходу, хоть чуть-чуть помыться, а потом силой накормили её и уложили спать. Засыпая, Ксения сонно думала о том, что завтра она наконец в спокойной обстановке увидится с Корвусом. И так и уснула – со слабой улыбкой...
И никакого предвидения о том, что случится назавтра.
И почему пророчество работает тогда, когда не надо?..
Проснулась, потому что разбудила Метта. Она помогла одеться в здешнее платье и прилагающиеся к нему штучки, наподобие оружия, которое носит здесь каждая женщина, связанная с военными отрядами. Так объяснила волчица. Потом Ксению отвели на завтрак, на котором присутствовали не только мужчины-маги, но и Сиринга с Рубусом – по праву хороших знакомых Ксении, как заявила женщина-эльф, на что Мори только ухмыльнулся: эльфы – они такие эльфы! Здесь же более скромно присели за стол Чара с мужем Рэдом.
Сначала Ксения поторапливала время – хотелось бежать вниз, к Корвусу, узнать, как он, и вообще посидеть рядышком, если будет возможность. Но постепенно она заинтересовалась темой, которую обсуждали маги Шилох и Мори, а остальные слушали, затаив дыхание. Оказывается, у Шилоха была бессонница, время которой он обычно проводит в библиотеке.
– Я нашёл эту книгу на полке с фолиантами о демонических созданиях, – задумчиво рассказывал Шилох. – Хотя искал среди книг о случившихся пророчествах.
– А что за книга? – не выдержала Ксения его медлительного объяснения.
– Книга о нашем демоне, – снова ухмыльнулся маг Мори. – Я тоже её прочитал, но оставляю за Шилохом объяснение.
– Много объяснений не потребуется, – отмахнулся старый маг. – Начнём с того, что за камни вы нашли. Верховный демон, проворачивая своё мёртвое оборотничество с умирающим человеком, вкладывал частицу своей личной силы в каждого обращённого. Внутри демонов-оборотней эта частица превращалась в камень, который умирал вместе с носителем, если того убивали. И – да, камень можно было вытащить из демона-оборотня точно так же, как верховный проделывал это с живыми. То есть на пороге смерти демона-оборотня. Твоё неосознаваемое пророчество, Ксения, заставило тебя сделать это, и таким образом ты получила первый камень. Второй камень вытащил именно обычный человек – Корвус, и тоже по пророчеству. То есть, по книге, камни должны были вытащить определённые люди – воин и ведьма.
– Но как они превратились в глаза? – спросила Чара.
– В глаза?! – поразилась Сиринга.
– Ну да! Ты бы видела, что это такое! Такого кошмара я и в плохих снах не видела! – И Чара зябко передёрнула плечами.
– В книге об этом было, – сказал Шилох, вспоминая и качая головой. – Там сказано, что камни превращались в глаза в присутствии верховного демона, на его территории. Глаз этот давал определённые свойства демонам-оборотням. Например, всевидение. Поэтому, кстати, демоны-надсмотрщики быстро узнали, что Корвус вот-вот окажется на свободе при помощи ведьм, поджёгших верёвки на его руках.
– Но если эти камни, – вернула старого мага к главному Ксения, – всего лишь частички верховного демона, то почему они должны были его уничтожить? И уничтожили ли они его?
– Верховного демона больше нет, – просто ответил Шилох. – Камни-глаза и впрямь его убили. Пророчество предсказывало смерть верховного демона от чистых рук воина. Руки Корвуса чисты от злонамеренных убийств. Если он и убивал, то только защищаясь или защищая. Так сошлись два пророчества.
– И что теперь? – с надеждой спросила Чара. – Теперь мы сможем вернуться домой? В свою деревню?
– Я б тоже хотел про то узнать, – смущённо пробасил Рэд, обняв жену за плечи.
– Ага-ага, – заволновалась Сиринга. – Что теперь с демонами-оборотнями? Они все сдохли после того напророченного колдовства? Наши леса теперь свободны от последышей? Мы можем в наших лесах спокойно... охотиться?
Когда Сиринга слегка запнулась, Ксения чуть не расхохоталась, вдруг сообразив, что не об охоте спрашивает женщина-эльф. Живо вспомнились слова Сиринги о том, как любит её обожаемый ею Рубус и как он пользуется всяким удобным временем и местом, чтобы доказать эту любовь своей жене. А проделывать такое в крепости, где занят каждый уголок!.. Вот Сиринга и взволновалась.
Ответить Шилох не успел.
Завтрак как раз подходил к концу, когда дверь в комнату отворилась. Вбежали дети с Бураном, а за ними спокойно вошла Адри-Семела.
– Мы уже поели, – сказала она и присела рядом с Ксенией.
Адри была так великолепна, что Ксения, открыв от неожиданности рот, засмотрелась на неё. Впрочем, как и остальные едоки. Белые волосы ей явно наконец-то расчесали и заплели в более гладкую косу, чем та, что носила она до сих пор. В косу же вплели какие-то красивые штучки, а на голове Адри привычно носила новый обруч – более богатый, чем тот, что пытались оставить на голове Ксении. Платье, кажется, было тяжёлым, так как полностью вышито да не просто так – с бисеринками и золотой нитью. И драгоценностей на ней было полно – видимо, князь посчитал, что, раз берёт за себя женщину старинного рода, она должна таковой выглядеть. Адри не посрамила той, имя которой теперь носила. Она двигалась, как истинная дворянка – или как там у них это называется. Сдержанно улыбаясь, Ксения с удовольствием оглядела её и сказала:
– Семела, ты прекрасно выглядишь!
Ещё несколько комплиментов от мужчин – и Адри сама заулыбалась от удовольствия.
Дети тем временем обежали всех своих знакомцев, с кем-то пообнимались, с кем-то просто раскланялись, а уж на коленях своих деревенских, Рэда и Чары, радостно посидели, с восторгом рассказывая, как они переночевали в новом помещении, куда им разрешили взять и пса Бурана. Когда мальчик и девочка со всеми пообщались, Шилох продолжил беседу, в первую очередь ответив на насущный вопрос Сиринги.
– В лесах пока небезопасно. Напомню ещё раз: умерла только физическая оболочка верховного демона. Если кого-то из демонов-оборотней не было в бурю в том городе, о котором вы рассказывали, то он выжил. Ведь демоны-оборотни всё ещё несут в себе частичку верховного демона, так что княжеским воинам придётся некоторое время искать и отлавливать демонов-оборотней, а главное – последышей. Именно последние отсутствовали в магическом городе по важной причине: они продолжали заниматься поиском людей – естественно, вне города.
– Я спускался в помещения княжеских ратников, – добавил маг Мори. – Они уже обсуждают приказ князя Гавилана о походе, о том, что вскоре все они будут прочёсывать местность отсюда и до границ его владений, пока не убьют последнего демона-оборотня.
– А когда начнётся поход? – встревоженно спросила Ксения. Она теперь немного представляла жизнь в этих краях и боялась, что князь не очень-то будет обращать внимание на болезненное состояние Корвуса и заберёт его снова с собой.
– Как только князь Гавилан вернётся, – сказала Адри.
Все замолчали и уставились на неё. Сообразив, что её слова – новость для всех, старшая ведьма объяснила:
– Князь вместе с Корвусом (Ксения про себя ахнула) куда-то уехал. Взял с собой всего с десяток магов-ратников.
– А сказал, когда вернётся? – спросил озадаченный Шилох. И Ксения вопрошающе, как и остальные, взглянула на Адри.
– Нет, не сказал, – смутилась ведьма. – Я и сама об этом узнала, когда мне объявил об этом майордом его замка.
Когда удивлённые гости и невольные жители комнат Шилоха заговорили, обсуждая, куда мог направиться князь Гавилан и зачем ему в этом походе Корвус, Ксения склонилась к Адри и тихонько спросила:
– А кто такой майордом?
– Он... – Адри слегка затруднилась, но сообразила: – Он ведёт хозяйство крепостного замка.
Про себя Ксения вспомнила, что слышала несколько иную версию того же слова – мажордом. "Ну, ладно, – подумалось. – Запомню и это... Жаль, что я не успела увидеть Корвуса. Куда его Гавилан забрал? И... Он же ещё слабый... Надеюсь, они скоро вернутся..." Она вздохнула, но поняла, что времени достаточно, чтобы заняться кое-какими полезными делами.
– Шилох, – обратилась она к старому магу. – Вы не могли бы научить меня здешней письменности? – И улыбнулась. – Не хотелось бы оставаться неграмотной при тех знаниях, которые я получила.
– Я помогу, – предложил маг Мори. – Если не возражаете. И если уважаемый Шилох предоставит нам письменные принадлежности.
Вспомнив, что в таком времени бумага наверняка на вес золота, Ксения в ожидании уставилась на старого мага. Даст – не даст бумагу? Если честно, Ксении хотелось не просто научиться читать и писать по-здешнему, но на всякий случай переписать для себя заклинания из библиотеки, которыми не пользуется Адри, но которые, возможно, пригодятся ей самой.
Они втроём, оставив остальных за столом, поднялись и прошли в библиотеку.
Здесь Шилох подошёл к низкому столу, на котором лежала стопка серой бумаги и солидно громоздилась монументальная чернильница с птичьим пером. Ксения чуть себя по лбу не стукнула.
– Подождите! Мне не нужна бумага! Сейчас!
Она сбегала в свой угол и нашла на кровати свою сумочку. Уж что – что, а блокнот она всегда носила с собой. Как и две ручки – одну действующую, вторую – запасную. Довольная своей предусмотрительностью, она снова забежала в библиотеку и уселась за стол, раскрыв блокнот. Посмотрела на лица мужчин, которые изумлённо глазели на её блокнот, и поняла, что сначала придётся продемонстрировать бумагу и ручки.
Когда она, как сумела, рассказала о бумаге и ручках в своём мире, спросила сама о книжных листах:
– А это что за бумага? Серая какая-то...
– Бумагу в основном делаем из осиных гнёзд, – объяснил Шилох. – Это если своя. А так привозим издалека. А чернила для ручки, как ты их назвала, варим из дубовых горошин.
Напротив сел маг Мори и принялся называть первые буквы из книги, взятой им по дороге с полки. Ксения старательно переписывала буквы в свой блокнот, из которого вырвала несколько листов в подарок для Шилоха. Писала, рядом добавляя звучание этой буквы, а заодно – пару слов, в которой буква есть. И думала, невольно улыбаясь: "Вот приедет Корвус, а я тут столько всего сделаю! И буду лучше знать, что такое ведьма в этом мире!" А ещё она, усмехаясь себе, подумала, что готова разделить с Корвусом его малюсенький уголок. Лишь бы только быть рядом с ним. И, прежде чем переписать следующую букву, она деловито подумала, что единственное, что она изменит в его "доме", – это сделает его кровать чуть-чуть уютней. То есть заберёт постель с кровати Шилоха и перетащит в своё будущее "жилище"!
