Текст книги "Дорогая Эмили (ЛП)"

Автор книги: Труди Стилс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 40

Табита

Филадельфия, Пенсильвания

Настоящее

22 года

Прошло четыре недели с тех пор, как я родила.

С тех пор, как я отдала Эмили.

Протягиваю руку и хватаю медальон, висящий у меня на шее. Карли и Кайл прислали мне первую фотографию Эмили через несколько дней после того, как вернулись домой. Это фотография Эмили, крепко спящей в своей колыбели. Она выглядит такой умиротворенной.

Я потираю сердечко, когда слышу звонок в дверь.

Быстро поворачиваюсь лицом к двери. Это просто Кирстен. Не знаю, кого еще я могла бы ожидать.

Алекс? Сет?

До сих пор не могу поверить, что прошло уже четыре недели.

Я чувствую себя опустошенной.

– Привет, милая, как дела? – Кирстен видит мое горе.

– Я в порядке, – лгу я.

– Как ты можешь быть в порядке, Табби? Ты бросила свою девочку месяц назад. Это нормально, если ты не в порядке.

Правда. Это нормально, когда я впадаю в истерику несколько раз в день. Это нормально. По крайней мере, так говорит мне мой психотерапевт.

Однако для меня это горе в двойном размере.

Я потеряла двух детей.

Я потеряла две любви.

Я должна снова научиться жить.

Я беру коробку с новыми книгами и иду к одной из полок вдоль стены. Вдыхаю запах книг, и это успокаивает меня.

– Со мной все будет в порядке, Кирстен. Я обещаю… Доктор Рэндалл говорит мне, что с каждым днем моя боль будет все меньше и меньше. Надеюсь заменить боль новыми воспоминаниями.

Я не знаю, откуда возьмутся эти новые воспоминания, но попробовать стоит.

Кирстен плюхается на диван.

– Мы вместе создадим воспоминания. Ты и я, Табби. Мы можем быть семьей друг для друга. Ты же знаешь, что я всегда рядом с тобой. Люблю тебя, девочка.

Она протягивает руку и сжимает мою.

– Спасибо, Кирстен. Я тоже тебя люблю.

Так здорово иметь настоящую подругу.

И теперь я с нетерпением жду начала следующей главы в моей жизни.

Куда бы она ни привела.

Я вытираю последнюю слезу со щеки и хватаюсь за медальон.

Улыбаюсь впервые за несколько месяцев и наконец-то позволяю себе почувствовать.

Надежда.

Глава 41

Карли

Спринг-Лейк, Нью-Джерси

Настоящее

30 лет

Кайл вбегает в дом и восклицает:

– Пора! Укутай Эмили и выходите на улицу!

От него совершенно кружится голова!

Беру спящую Эмили из колыбели и укладываю ее в цельный розовый комбинезон. Как только она оказывается надежно спрятана внутри, я выношу ее через парадную дверь.

Кайл стоит на лужайке перед домом, уперев руки в бока, и любуется своей работой.

Я подхожу к нему и поворачиваюсь лицом к дому. Задыхаюсь, видя красоту, которая находится передо мной.

Кайл превзошел самого себя в этом году. Наши рождественские огни впечатляют.

Тысячи и тысячи белых мерцающих огней украшают наши окна, крыльцо и кусты. Я чувствую запах сосны от свежей гирлянды, которую он мастерски развесил вокруг нашего крыльца.

– Кайл, это прекрасно! – восклицаю я.

Так и есть.

Это так прекрасно, что я начинаю плакать.

В последнее время я часто так делаю. Плачу счастливыми слезами.

Он притягивает нас с Эмили к своей груди.

– Ничего, кроме Рождественского совершенства для моих девочек. – Он мягко касается своими губами моих.

После мы возвращаемся в дом и устраиваемся у теплого камина.

– Кайл, я не знаю, что может сделать это Рождество еще более прекрасным, чем оно уже есть!

Кладу Эмили обратно в колыбель. Она выглядит такой умиротворенной. Такой спокойной. Она просто безупречна.

Я поворачиваюсь к Кайлу.

– Ты обещал мне, что это будет нашим будущим. Спасибо.

Он обнимает меня и целует в шею.

– Я всегда буду обещать тебе, Карли. Обещаю любить тебя и Эмили до самой смерти. Я обещаю подарить тебе жизнь с мерцающими огнями и рождественскими елками. Обещаю держать вас обеих в безопасности. Это всегда было нашим будущим, нам просто потребовалось немного времени, чтобы добраться сюда.

Еще больше счастливых слез текут по моим щекам.

Я благодарна за все, через что мы прошли, чтобы оказаться здесь. Я даже благодарна за ту боль. Ведь без нее мы бы не нашли свое будущее.

Наша Семья. Навеки.

Эпилог

Табита

Филадельфия, Пенсильвания

Два года спустя

24 года

Приезжаю домой в свою новую квартиру. Две работы и собранные сбережения за последние два года окупились. Сейчас я нахожусь в хорошем жилом комплексе в гораздо более безопасной части Филадельфии. Это здорово – начать все с чистого листа.

Я наклоняюсь и поднимаю пакет перед моей дверью, вхожу в свою квартиру и плюхаюсь на диван. Какой длинный день! Сегодня я работала в книжном магазине, и Кирстен пригласила меня к себе на ужин. Это было красиво и просто. Мы ели пасту с сыром и пили пиво. Это было прекрасно.

Кирстен действительно хороший человек и хочет видеть меня только счастливой. Она понимает мою потребность быть независимой и не слишком лезет ко мне. Знает, что когда я буду готова, то расскажу ей все об Эмили и ее семье. И расскажу ей все о Карли и Кайле. Она моя лучшая подруга, и это просто потрясающе, наконец, знать, что у меня есть хоть один друг.

Прошло почти два года с тех пор, как я оставила Эмили.

И я была сама по себе.

Абсолютно.

Я на самом деле так горжусь этим. На этот раз не ненавижу себя. Узнала, что ревность на самом деле порождает ненависть и болезни. И больше не хочу ненавидеть. Я хочу исцелиться. Больше не завидую другим и тому, что у них есть. Больше не завидую Карли.

Я люблю ее.

Люблю ее за то, что она сдержала свое обещание и дала Эмили шанс на прекрасную жизнь. Несмотря на то, что я нахожусь в движении к лучшему, Эмили всегда принадлежала Карли и Кайлу. Я поняла это в тот момент, когда решила, что не смогу удержать ее. Они хотели ее с самого начала, и она заслуживала того, чтобы ее воспитывали в полной семье. И они полны во всех отношениях.

Впервые в жизни я ни о чем не жалею.

Пакет в моих руках – от знакомого адреса. Я получаю пакет от Агентства по усыновлению каждые шесть месяцев, как часы.

Вываливаю содержимое на колени и тут же начинаю их просматривать.

Сверху лежит большой фотоальбом от Финнеганов: Карли, Кайл и Эмили. Так счастлива, что они позволили оставить меня вовлеченной в жизнь Эмили. Я также часто получаю электронные письма и фотографии и поддерживаю связь через Facebook. Люблю смотреть, как Эмили растет, а она всегда улыбается от уха до уха на каждой фотографии!

Фотография на обложке сделана перед их каминной полкой. Это великолепно! Рождественские украшения в изобилии! Они сидят у очага, и Карли держит Эмили перед собой. Эмили в красно-черной клетчатой юбке и красной водолазке сверху. На ней красные колготки и блестящие черные лакированные туфли. Ее вьющиеся каштановые волосы заплетены в косички с красными бантами по бокам. А улыбка просто огромна. Ее зубы все еще не все выросли, поскольку у них свой черед, свое время. А ручки вытянуты перед собой, как будто она собирается хлопать.

Кайл сидит рядом с Карли, обняв ее за спину. Карли прильнула к нему, и ее голова покоится на его плече. Их любовь друг к другу видна невооруженным глазом. Я чувствую ее чистоту и необъятность. Улыбка Карли огромна и заразительна. Я улыбаюсь, глядя им в глаза. Это одна по-настоящему счастливая семья.

Медленно просматриваю книгу с фотографиями, проживая каждую из них, как будто я была там, с ними. Чувствую себя благословленной тем, что они решили поделиться этими прекрасными воспоминаниями, созданными ими. Я улыбаюсь, открывая последнюю страницу. С прикрепленного скрепкой в форме сердца фото Эмили улыбается. У Карли есть эти уникальные фотографии, сделанные для меня каждый год, размер которых идеально подходит для моего медальона в форме сердца…

Снимаю ожерелье, открываю медальон и кладу новую фотографию на правую сторону. Я держу левую сторону пустой для моей Сары. Даже если у меня нет ее фотографий, для нее всегда есть место в моем сердце. Она заслуживает того, чтобы разделить это пространство со своей сестрой. Я улыбаюсь, вспоминая милого малыша, от которого мне пришлось отказаться. Не могу вернуться, чтобы изменить то, что произошло. Я могу только двигаться вперед.

И так и делаю.

Двигаюсь вперед.

Я кладу альбом на книжную полку рядом со всеми остальными, которые Финнеганы присылали мне за последние два года.

Слезы текут по моим щекам, когда я думаю с теплотой о замечательной семье, которая дает Эмили жизнь, которую она заслуживает.

Слышу тихий стук в дверь.

Бросаю взгляд на часы на стене. Семь тридцать. Должно быть, это Кирстен приехала за мной, чтобы пойти на работу подписывать книги в магазине.

Открывая дверь, я быстро смахиваю слезы со щек.

– Кирстен, я гото… – резко останавливаюсь я. Это не Кирстен.

Мое сердце бешено колотится. Я делаю шаг назад и отшатываюсь от открытой двери.

Подавляю рыдание и медленно качаю головой.

Он не может быть здесь. Нет.

Почему? Боже мой!

Как он меня нашел?

Слезы теперь текут по моему лицу, когда я застываю в растерянности.

Этого не может быть.

Мои руки начинают дрожать, а дыхание становится неровным.

Я резко сглатываю, когда мое горло начинает сжиматься.

Подношу руку к губам, когда меня охватывает паника, и произношу его имя:

– Алекс.