Текст книги "Дорогая Эмили (ЛП)"
Автор книги: Труди Стилс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)
Глава 16
Карли
Нью-Брансуик, Нью-Джерси
Прошлое
18 лет
БИП, БИП, БИП!
Иисус Христос! Я хлопаю рукой по тумбочке, пытаясь выключить будильник. Это своего рода ритуал, становится все труднее и труднее вставать по утрам.
Я выключаю будильник и щурюсь на время. Семь тридцать утра. Ладно, у меня есть немного времени, чтобы кое-что закончить до того, как нужно будет делать лабораторную с Кайлом. Я медленно встаю с кровати и спотыкаюсь о кучу белья перед моей кроватью. Какого черта?
Я сложила эту одежду у своего шкафа. Джинджер! Она, должно быть, была здесь и переложила ее. Сучка.
Я собираю свою одежду и бросаю ее в пустую корзину для белья у двери. Начинаю свой утренний ритуал: умываюсь и чищу зубы. Я завязываю свои длинные грязные волосы в хвост и надеваю шлепанцы.
– Сегодня я буду продуктивной, – говорю себе в зеркале.
Я смахиваю немного мелочи с моего комода, хватаю свою корзину для белья и направляюсь на девятый этаж в прачечную. У меня в ушах взрывается MP3-плеер, я прыгаю вниз по лестнице. «Blink-182» проникает в мою голову, и «What’s My Age Again» дает мне дополнительный импульс. Как раз то, что нужно для долгого дня.
Я заскакиваю в прачечную и ставлю свою корзину на пустую стиральную машину.
Есть! Она свободна! Я сортирую свое белье и подпеваю, но слышу, как дверь захлопывается позади меня. И говорю через плечо, не оборачиваясь:
– Извините, последняя машинка уже занята.
Ухмыляюсь своей маленькой победе.
Я слышу какое-то копошение и как что-то падает на пол. Вырываю свои наушники из ушей и поворачиваюсь, мои защитные инстинкты на пределе.
– Кайл!
Черт, он напугал меня до чертиков!
– Это было так необходимо? – я отчитываю его.
– Прости, – он бормочет, подбирая свою корзину для белья.
– Я просто думал, что доберусь до машинки пока еще слишком рано, а это единственная возможность для меня сегодня заняться стиркой. И теперь у меня ее нет, так как ты заняла эту машинку.
Он указывает на ту, о которой я говорила ему. Да, она моя!
– Ну, очевидно, я пришла первая.
Теперь я самоуверенно не даю ему добраться до стиральной машины. Боже, мне нужно успокоиться. Он дуется и наклоняется, чтобы забрать свою корзину.
– Думаю, я спущусь на пятый этаж.
Это отстой. Все знают, что стиральные машины на пятом этаже крадут ваши четвертаки, так что никто их больше не использует. Ему придется спуститься еще на несколько этажей, чтобы постирать белье. Внезапно я чувствую жалость к нему. Ну кто бы не почувствовал? Я абсолютно ненавижу преодолевать больше, чем один этаж ради стирки.
– Хорошо, у меня есть компромисс, – я лукаво улыбаюсь.
– Какой?
Теперь ему любопытно, он поднимает брови и поджимает подбородок. Боже мой, эта ямочка! Теперь я чувствую жар, мой живот сжимается.
– Ну, я собираюсь сначала постирать все белое. Поэтому, если у тебя есть что-то, то можешь забросить с моими вещами.
Кайл смотрит на меня с осторожностью. Я еще не выдвинула свое условие, поэтому он смотрит скептически.
– Хорошо, а что взамен? – спрашивает он.
– Ну, мы должны сделать две лабораторных по биологии сегодня в обед. Можем отложить это до конца недели? – я делаю быстрый вдох и не останавливаюсь слишком долго, потому что не хочу, чтобы он прервал меня. – Знаю, что они должны быть сделаны к завтрашнему дню, но я действительно могла бы использовать некоторое время сегодня, чтобы подтянуть другие предметы, и у меня встреча с моими друзьями.
Черт, теперь я просто говорю, как эгоистичная задница.
– Серьезно, Карли. Ты позволишь мне постирать свое нижнее белье вместе с твоим, чтобы я снова соврал профессору Мартин, чтобы ты могла отдохнуть и выпить вина со своими друзьями сегодня вечером?
Черт, он в бешенстве. Очень зол.
– Но, я…
– Нет, избавь меня от объяснений, пожалуйста.
Он начинает забирать свою корзину, чтобы уйти.
– С меня хватит покрывать тебя и врать, Карли. Разбирайся со своим дерьмом самостоятельно. И перестань быть такой эгоисткой! – он начинает повышать голос. – Я делаю все возможное, чтобы помочь наверстать упущенное, потому что у тебя была «ветрянка», – он снова показывает кавычки пальцами. – И теперь ты просто пользуешься этим! Так ты поступила в колледж? Используя людей? Ложь? Господи, о чем я, бл*дь, думал?
Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.
– Кайл… – у меня нет слов. Он совершенно прав. Я использовала его. Использовала его, как щит, чтобы избежать моих учебных обязанностей. Как костыль. Бл*дь.
– Подожди! – я кричу, когда он поворачивается, чтобы уйти. – Пожалуйста, Кайл, прости меня. Ты прав. Я должна разобраться со всем своим дерьмом.
Иду к нему и беру корзину из его рук. Он не сопротивляется, позволяя мне взять ее. Ставлю ее рядом со своей и начинаю бросать его белые и светлые вещи в стиральную машину вместе с моими.
Я хочу объяснить ему, почему так себя вела, но не могу рассказать ему все.
– Послушай. В последнее время у меня произошли некоторые вещи, которые заставили меня отодвинуть занятия на второй план. Ты абсолютно прав, мне нужно снова сосредоточиться. Все начнется с биологии. Сегодня.
Я улыбаюсь, надеясь, что он оттает от моего небольшого признания вины.
– Карли, что ты хочешь от меня? – он явно не до конца поверил в мое заявление.
Я бросаю четвертаки в щели, запускаю стиральную машину и снова поворачиваюсь к нему лицом.
– Мне нужна твоя помощь с моими лабораторными по биологии, как ты и обещал. Я займусь этой стиркой: постираю, высушу и сложу вещи. Я не глажу. Вот мое условие. Ты согласен?
Теперь я улыбаюсь вовсю. Он не может мне отказать, ведь я включаю свое обаяние! Его глаза немного светлеют, когда он улыбается. БАХ! Его улыбка!
– Хорошо, Карли. По рукам. Но ты должна встретиться со мной в полдень, нам нужно закончить две лабораторные. И ты постираешь все мои вещи! – он посмеивается.
– Ладно. По рукам, – я протягиваю руку, чтобы пожать ее. Он хватает меня за руку и крепко обхватывает пальцы. Я чувствую нашу связь, так как всю мою правую руку теперь покалывает, а мои щеки горят. Пожалуйста, не отпускай.
Он смотрит мне в глаза, и его улыбка становится шире.
– Отлично! Моя комната 909. Когда эта стирка закончится, заскочи и возьми остальное. О, это может затянуться на несколько подходов.
Он громко смеется и, повернувшись, выходит из комнаты, крича через плечо:
– Я не стирал вещи две недели, так что ты можешь быть занята здесь какое-то время.
Чтоб меня.
– До скорой встречи! – он выходит из прачечной и направляется вниз по коридору.
Я проваливаюсь в кресло напротив стиральной машины и включаю свой MP3-плеер. «Dammit», следующая песня «Blink-182» в моем плейлисте. Да, кажется, она в тему.
Спустя несколько часов и кучу белья я закончила! Тащу корзину чистого белья в его комнату. Дверь немного открыта, поэтому я изящно открываю ее и закидываю корзину в комнату.
Он сидит на кровати с девушкой. Чрезвычайно великолепная девушка наклоняется в его сторону. Бл*дь! Я явно помешала чему-то. Мое сердце падает, и я чувствую, как слезы жалят мои глаза. У него есть кто-то. О нет.
– О, – это все, что я могу сказать.
– Я просто принесла остальное твое белье, Кайл.
Бросаю корзину в открытый дверной проем и ухожу. Черт, я не могу выбраться отсюда достаточно быстро!
– Подожди, Карли! – зовет Кайл. Он сейчас в коридоре позади меня, и, кажется, извиняется.
– Увидимся в полдень, хорошо?
– Да, увидимся в полдень.
Я поворачиваюсь к лестнице, которая ведет на мой этаж. Хорошо, мы просто друзья.
Друзья, которые стирают вместе. Больше ничего.
Бл*дь.
Глава 17
Карли
Спринг-Лейк, Нью-Джерси
Настоящее
29 лет
Дорогая Эмили,
Не могу поверить, что совсем скоро ты будешь здесь: в наших руках, в наших жизнях.
Всего через пару недель.
Мы готовы встретить тебя, сладенькая.
Очень ждем.
Мы уже так сильно любим тебя.
До скорой встречи.
С любовью,
Мамочка и папочка.
Я заканчиваю писать эту короткую записку Эмили, когда слышу, что дверь гаража открывается, поэтому закрываю свой дневник.
Кайл!
Я кладу дневник на ночной столик и спускаюсь вниз по лестнице, чтобы встретить его. Портреты висят вдоль лестницы, я замечаю улыбающиеся лица нашей семьи. Это стена надежды. Стена любви. Наша семья собирается стать «настоящей семьей». Пустое место внизу отведено для нашего первого семейного портрета с Эмили. Я касаюсь голой стены и улыбаюсь.
Кайл выходит из гаража, когда я захожу на кухню. В его руках полно продуктов и вкусностей из винного магазина. Сегодня среда, мы ждем друзей на нашу еженедельную встречу.
Он кладет продукты на гранитную столешницу и протягивает мне руку.
– Эй, детка, – мягко говорит он, притягивая меня в свои объятия. Опускает губы мне на шею и оставляет маленькие поцелуи прямо под моим ухом. Он знает, как это сводит меня с ума, и я уже вся горю. Его поцелуи превращается в безумные. Я начинаю извиваться у него в руках.
– Кайл, – вздыхаю я, – они будут здесь с минуты на минуту!
Я хихикаю, когда он обхватывает меня руками и начинает игриво щекотать мои ребра. Я почти задыхаюсь от смеха, когда наша задняя дверь открывается.
Мы с Кайлом быстро отпускаем друг друга, он поворачивается, находя способ скрыть свое возбуждение.
– Бэкка! – я восклицаю.
Бэкка медленно входит на кухню с огромной улыбкой на лице.
– Кажется, я что-то прервала. Кто-то всегда прерывает вас двоих на чем-то.
Смеясь, она кладет сумки на центральную столешницу рядом с сумками, которые Кайл принес ранее.
– О, ничего и не было, – вру я.
Если бы мы продолжали наши выходки дольше, я была бы на центральном столе рядом с продуктами!
– Ну, значит, ничто не мешает нам провести вместе винную среду!
Она смеется и подскакивает ко мне, притягивая в свои объятия. Мы крепко обнимаемся, а она целует меня в щеку.
– Эй, хватит! Это моя девочка! – говорит Кайл, смеясь и притворяясь, что ревнует.
Она распаковывает сумки, которые привезла с собой. Сыр, крекеры и две бутылки вина помещаются на столе.
– Итак, как прошел твой сегодняшний обед с Табитой? – спрашивает она небрежно.
– Это тема для обсуждения на потом, цыпочка! – восклицает Кэлли за нашими спинами. Мы не слышали, как она заходила на кухню. Она обнимает Бэкку, потом меня и кладет сумку на стол.
– Девочки, серьезно, что со всей этой едой? Здесь хватит на все выходные. Я что-то пропустил? – Кайл исследует лакомства, потом вытаскивает крекеры и ест их.
– Эй, мы не можем прийти с пустыми руками! – заявляет Кэлли.
Мы укладываем всю легкую закуску на подносы и приносим их в комнату. У нас есть большой кожаный диван, на котором может комфортно разместиться до восьми человек. Когда мы проводим винную среду, то обычно засыпаем все вместе на этом диване, это так просторно и комфортно.
Мы начинаем занимать наши места на диване, когда раздается дверной звонок.
Кайл открывает дверь, сразу же притягивая пришедшего в братские объятия.
– Мэнни здесь!
Я, Кэлли и Бэкка визжим от восторга! Наша ночь официально началась.
– Дамы, – говорит Мэнни, оглядывая комнату.
– Мэнни! – мы кричим почти в унисон. Подпрыгиваем и по очереди обнимаем его. Он добирается до меня, поднимает на руки и сжимает.
– Эй, Кар, – мягко говорит он мне в ухо.
Я улыбаюсь, когда он ставит меня на пол.
Он вручает Кайлу большую сумку и проходит мимо него, заявляя:
– Ты же позаботишься об этом, правда, приятель?
Кайл пыхтит и приносит сумку на кухню. Он действительно очень терпим к нашим друзьям!
Я возвращаюсь на диван между Бэккой и Кэлли, когда Мэнни вручает мне мой бокал «Пино Нуар». Наш коллективный вкус в вине резко улучшился.
– Бэкка, кто этот парень рядом с тобой на фотографии, на твоей странице в Фейсбуке? Он горячий! – Мэнни всегда очень деликатен.
Бэкка оглядывает комнату, и мы все молча смотрим на нее в ожидании ответа. Не помню ее фото на Фейсбуке, но в последнее время я была занята.
– Какая фотография? – спрашивает Бэкка.
– Серьезно, Бэк! Да ладно! – Мэнни настойчив.
Она молча оглядывает комнату, надеясь, что мы все сменим тему. Что плохо для нее, ведь мы все с нетерпением ждем ее ответа.
Она делает глубокий вдох и начинает:
– Ну, его зовут Лэнс, и мы просто встретились несколько недель назад. Он личный тренер и владелец фитнес-компании. Он… очень милый.
Челюсть Мэнни падает, а Кэлли спрашивает:
– Личный тренер? Ты его клиент?
Бэкка не сразу отвечает, а в это время Кайл входит в комнату, неся поднос с закусками.
– Кайл! – Бэкка говорит слишком восторженно. – Давай я помогу тебе с этим.
Вскакивает и тянется за подносом. Она, кажется, счастлива, что отвлекла от себя внимание, я уверена, что она надеется, что тема закрыта.
– Бэкка? – Кэлли вмешивается, – что случилось с Лэнсом?
Улыбка Бэкки теперь заразительна, и она отвечает:
– Спроси меня снова через несколько недель.
Она подмигивает Мэнни, который все еще ошарашен. Я предполагаю, что он представляет себе личную тренировку с Лэнсом, без рубашки.
Я громко смеюсь над этим видением и обращаюсь к Бэкке:
– Дорогая, ты просто расскажешь нам все о нем, когда будешь готова.
Я тянусь к ней и сжимаю руку, ее глаза смягчаются.
– Бэкка, я с Мэнни. И хочу знать, что происходит! – говорит Кайл.
Он игриво улыбается всем нам, когда его глаза сверкают. Боже, я люблю его! Хочу прыгнуть в его руки и сжимать его, пока он не сможет дышать! АХ!
– Ребята, серьезно, я не хочу сглазить. Лэнс действительно великолепен, и мы не торопимся. Ясно?
Бэкка сейчас настойчива больше обычного, мы все смотрим друг на друга.
Я киваю.
– Хорошо, Бэк, скажи нам, когда будешь готова, но я думаю, что говорю от имени всех нас, когда говорю «черт возьми, девочка!».
Мы все смеемся, Мэнни хлопает в ладоши и встает, чтобы поаплодировать ей.
– Бэкка, это здорово! Если он горячий, и ты больше не захочешь его видеть, пошли его ко мне! Ты знаешь, как я люблю спортивных мужчин.
Кайл сидит на диване и обхватывает меня руками. Он наклоняется к моей шее, глубоко вдыхает и целует мое плечо. Я таю в его объятиях. Мне нужно контролировать свою физическую реакцию! После всех этих лет, его прикосновения все еще заставляют мой живот сжиматься. Его губы путешествуют по моей шее. Я глубоко вдыхаю и наклоняюсь к нему.
– Ребята, серьезно, снимите чертову комнату! – рявкает Мэнни.
Я хихикаю и кладу руки на ноги Кайла.
– Бэкка, мы рады за тебя, и нам, конечно, не нужны подробности твоей личной жизни. Мы просто хотим знать, счастлива ли ты, – говорит Кайл, прижимаясь к моему уху.
Все мое тело реагирует и оживает. Черт, все только что пришли, а я готова отвести Кайла наверх и просто растерзать его!
Бэкка не может скрыть свою огромную улыбку, и ее глаза загораются.
– Спасибо, ребята.
И это конец дискуссии!
Бэкка с самого начала была скрытной, поэтому я понимаю ее нежелание делиться интимными и личными подробностями новых отношений с нашей сумасшедшей группой.
Она смотрит в сторону, и мы все реагируем на ее молчание.
– Итак, Карли, что-нибудь новое с Табитой? – небрежно спрашивает Мэнни.
Я ненадолго останавливаюсь, когда Кайл сжимает мою талию.
– Обедала с ней на прошлой неделе.
Делаю глубокий вдох. Я хочу поделиться со своими лучшими друзьями, как счастлива и убеждена, что это вскоре произойдет. Но небольшая часть меня беспокоится, что Эмили не будет нашей. Когда мы вместе обедали, я увидела в глазах Табиты что-то… похожее на сожаление. Качаю головой. Независимо от того, как я думаю, что это усыновление произойдет, но я все еще должна охранять свое сердце.
– Все хорошо, пока что…
Мои друзья молча смотрят на меня. Многое на их лицах очевидно, и я жду следующего заявления. Боюсь поделиться своими страхами, беспокоюсь, что они действительно могут стать реальностью. Мне кажется, что Эмили уже часть нашей семьи, но боюсь, что этого никогда не случится.
– Кар, что случилось? – спрашивает Кэлли.
– Знаю, ребят, это просто… – начинаю я, останавливаюсь, но продолжаю. – Ну, я просто волнуюсь. Беспокоюсь, что Табита передумает. Это нормально, правда?
– Да, Кар, это совершенно нормально. Почему бы тебе не испытывать эти чувства? Табита бросает своего ребенка. Если бы она не передумала, то я бы подумала, что она сумасшедшая. Серьезно, это нормально, что ты беспокоишься. Но просто старайся держать все в перспективе. У вас были хорошие отношения с ней, и она, кажется, планирует осуществить свой план. Просто держись, хорошо? – говорит Бэкка.
– Знаешь, Карли, – продолжает Кэлли, – я полностью согласна с тем, что говорит Бэкка. Табите нужно пройти через все эмоции того, что произойдет, чтобы принять это окончательно. Как будто она переживает процесс скорби, но все еще не потеряла своего ребенка. Ее эмоции будут зашкаливать, да и твои тоже. Оставь это. Я просто знаю, что это произойдет, дорогая.
– Кар, дело сделано. – Мэнни поворачивается к Бэкке. – Что не сделано, так это вы с Лэнсом. Давай, Бэкка! – Мэнни теперь ноет. – Брось нам косточку!
Вот почему я люблю своих друзей. Они позволяют мне разделить мою неуверенность и заставить меня чувствовать себя уверенно и непринужденно.
Мэнни наполняет наши бокалы, поднимает свой и произносит тост.
– За нас! Карли и Кайл, за начало той жизни, о которой вы всегда мечтали и за маленькую девочку в вашем доме. Бэкка, наслаждайся бессонными ночами со своим мужиком. Кэлли, просто за то, что ты постоянная опора в нашей семье.
Он прикладывает стакан к губам и делает глоток.
– За Мэнни! – говорит Кэлли, – основателя и председателя винной среды!
Мы все чокаемся бокалами и заканчиваем то вино, которое у нас осталось.
Я откидываюсь на грудь Кайла и кладу голову ему на плечо.
Кайл смеется позади меня и шепчет мне на ухо:
– Все в порядке, Карли. Эмили – наша дочь и ничто не изменит этого. Я чувствую это. Обещаю.
Он слегка целует меня в шею и теперь с этим миром все становится в порядке. Я верю ему.
Его обещания всегда вечны.
Глава 18
Табита
Филадельфия, Пенсильвания
Настоящее
21 год
Дорогая Эмили,
Я готова попрощаться с тобой, девочка. Сегодня мы с Карли снова обедали вместе, и чем больше времени я провожу с ней, тем больше уверена в принятом решении. Мы чудесно пообедали, и я увидела, какой она будет матерью. Они с Кайлом будут идеальными родителями для тебя. Ты будешь частью идеальной семьи.
У меня есть кое-что, что я дам Карли и Кайлу для тебя.
Мне трудно расстаться с одеялом, которое Трина сделала для меня, когда я впервые переехала жить к ней, будучи еще ребенком. Это трикотажное одеяло с розовыми, зелеными и желтыми блоками, расположенными в шахматном порядке. Оно все еще такое мягкое. Углы изношены, потому что Трина сказала мне, что я терла одеяло между пальцами, чтобы успокоить себя перед сном. Хочу, чтобы у тебя всегда было это одеяло. Кусочек меня.
Я также хочу, чтобы у тебя было две фотографии.
Алекса и Сета.
Один из этих людей – твой отец. Каждый из них занимает особое место в моем сердце, и когда-нибудь я постараюсь рассказать Карли и Кайлу как можно больше о каждом из них.
Надеюсь, когда-нибудь ты поймешь, почему я приняла такое решение.
Я люблю тебя, милая девочка.
Обнимаю.
Мама Табита.
Черт, это становится все труднее и труднее с каждым днем. Примерно через три недели ребенок родится, а потом ее не станет. Чувствую, что совершаю марш смерти по вершине холма, а в конце я буду убита. Иду через этот превербальный холм, прекрасно зная, что моя жизнь внезапно закончится. У меня не будет Эмили. Она скоро уйдет.
Я рыдаю, когда пишу свое имя в конце письма. Слезы текут по щекам и шрамам моего прошлого. Я вытираю глаза и кладу письмо в большой конверт вместе с другими, которые написала.
Потираю выпуклость, которая только что появилась на моем животе и чувствую, как Эмили двигается и пинается. Она была так активна в последние несколько недель. Как будто знает, что что-то происходит, может чувствовать беспокойство, которое я ощущаю.
– Все будет хорошо, детка, – шепчу я, поглаживая живот.
Я удивлена, когда звонит мой телефон.
– Привет? – быстро отвечаю я.
– Табита, привет. Это Лиза из дома усыновления.
Лиза – мой социальный работник, именно она держала меня за руку на протяжении всего этого мучительного процесса.
– Привет, Лиза.
– Я звоню, чтобы узнать, как у тебя дела? Понимаю, что у тебя была видео-конференция – звонок с Карли и Кайлом, а также ультразвук с момента нашего последнего разговора. Как все прошло? – спрашивает Лиза.
– Хорошо, Лиза. Я довольна тем, как продвигаются дела. Просто… мне так грустно. Я боюсь того, что эта беременность подходит к концу. Но знаю, что поступаю правильно ради Эмили и ради себя.
– Табита, если тебе нужно о чем-нибудь поговорить, то я рядом. Я здесь, чтобы помочь тебе принять решение и справиться со своими эмоциями. У тебя есть мой номер, ты можешь звонить мне в любое время.
– Да, Лиза, я знаю. И спасибо тебе.
– Хорошо, другая причина моего звонка – это решение некоторых материально-технических вопросов. У нас есть твоя медицинская карта и план родов. Так что сотрудники медицинского центра университета в курсе твоих планов по усыновлению. Будет социальный работник, Мишель, чтобы помочь тебе пройти через все, что нужно.
Пока она говорит, я понимаю, насколько все это реально. Снова начинаю паниковать и пытаюсь расслабиться.
– Мишель будет работать с Карли и Кайлом, чтобы убедиться, что все твои пожелания в больнице выполняются.
– Хорошо, – мягко говорю я.
– Далее, мы должны поработать с твоим адвокатом, чтобы начать размещать юридические уведомления для потенциального отца ребенка. Они будут опубликованы в местных газетах в течение следующих тридцати – шестидесяти дней. Эти уведомления, как правило, являются формальностью, но когда мы имеем дело с ситуациями, когда отец новорожденного неизвестен или отсутствует, то обязаны по закону размещать эти уведомления. Это дает ему возможность заявить о своем ребенке.
– Понимаю. Ты знаешь, что я пыталась связаться с ним. Он закончил общение со мной, Лиза. Поэтому публикуйте то, что вам нужно, но он не откликнется. Я в этом уверена.
– Кроме того, вскоре ты получишь посылку для Сета. Поскольку он в настоящее время участвует в твоей жизни и является потенциальным отцом ребенка, ему также нужно будет подписать свое согласие на аннулирование отцовских прав. Ты упомянула, что он сделает это, верно? – спрашивает она.
– Да, он сразу же подпишет. Поскольку уверен в своем решении, Лиза. – Я вытираю слезы со своих щек.
– И, наконец, – продолжает Лиза, – Карли и Кайл подписали соглашение на свободную связь с тобой на протяжении всей жизни Эмили. Они согласились присылать тебе фотографии и письма, по крайней мере, два раза в год, пока ей не исполнится восемнадцать. Они также открыто заявили, что рассмотрят будущие визиты к Эмили, если ты так решишь. Я знаю, что сейчас есть над чем подумать, но должна сказать тебе, что видела открытые механизмы усыновления, и это работает до тех пор, пока обе стороны сохраняют определенные границы.
Ух ты. Я даже не думала об этом. Честно говоря, не знаю, как реагировать. Смогу ли я справиться с тем, чтобы видеться с Эмили, когда она станет старше, зная, что это не я растила ее? Что ей обо мне расскажут? Эта перспектива пугает меня, поэтому даже не знаю, что сказать.
– У тебя есть вопросы, Табита? – спрашивает Лиза.
– Нет, ты рассказала почти все, что мне нужно знать. Я позвоню тебе, если что-нибудь понадобится. Спасибо, Лиза. – я закрываю рот, сдерживая рыдание, и вешаю трубку.
Это становится слишком реальным, и я не уверена, что готова к тому, что произойдет дальше.
– Эй, Табби, – тихо говорит Сет, стоя в дверях моей спальни.
– О! – я вздрагиваю. Не слышала, как он зашел в квартиру.
– Что случилось, детка? Почему ты плачешь? – он подходит к кровати и садится рядом со мной. Кладет руки мне на колени и медленно поглаживает их пальцами.
Он такой милый и просто хочет, чтобы я была в порядке. Я знаю это. Делаю глубокий вдох.
– Сет, это просто так тяжело. Ты понимаешь? Я чувствую, что следующие несколько недель будут такими трудными. Последние несколько недель с моей малышкой. – Я кладу руку обратно на живот, опуская голову.
– Детка, она всегда будет с тобой. Всегда. Но мы поступаем правильно. У Эмили будет лучшая жизнь с Карли и Кайлом. Мы не готовы к этому, Табби, – его голос добрый и успокаивающий, но слова не обнадеживают. Он не чувствует того же, что сейчас чувствую я. И не может этого понять. Я отказываюсь от части себя. Еще одной части меня. Сначала Сара, теперь Эмили. Сет полностью признал, что не хочет этого ребенка. А что если она от Алекса? Что бы тогда сделал Сет? Мы не могли бы справиться с этим в любом случае. Я недостаточно сильна.
– Спасибо, Сет. Я готова двигаться дальше, но и не готова. Не могу этого объяснить. Это почти невозможно. Эмили больше не принадлежит мне, она Карли и Кайла. Я чувствую это. Каким-то образом уже знаю, насколько это правильно и начинаю принимать до конца, но я чувствую, что для меня все кончено. Мой последний шанс стать матерью.
Я останавливаюсь и смотрю в глаза Сету, надеясь, что он поймет, к чему я веду. Он смотрит на меня и медленно тянется к моему лицу. Дотрагивается пальцем до шрама на щеке и запускает пальцы в мои волосы, медленно массируя затылок. Его прикосновение посылает бабочек через мое тело.
Мое тело физически реагирует на него.
Жаждет его. Жаждет чего-то.
Но мой разум в другом месте.
Он наклоняется ко мне, и я позволяю ему приблизиться, коснуться языком моих губ. Его нос скользит по моей щеке, когда он вдыхает и произносит мое имя. Делаю глубокий вдох и покоряюсь ему. Он губами нежно касается моих, а языком проскальзывает в мой рот. Я наконец-то целую его, сближая наши тела. Пальцы Сета нежно движутся вниз и прижимаются к нижней части моей спины, мягко лаская меня. Прикосновения настолько легкие, что озноб проходит по моему позвоночнику, затрагивая живот.
Он оставляет легкие поцелуи по всему моему лицу. Шее. Припухшей груди. Он тяжело дышит, его горячее дыхание так контрастно с ознобом, который только что начался, а тепло теперь скапливается между моими бедрами. Кончиками пальцев Сет мягко касается моей груди, кружит по моему правому соску, пока ртом перемещается к внешней стороне моей рубашки, а языком дразнит второй возбужденный сосок.
Он медленно поднимает меня так, чтобы я оседлала его, мы смотрим друг на друга. Он смотрит мне в глаза, притягивает меня к себе. Я чувствую его эрекцию подо мной и вжимаю в него свои бедра. Чувствую, как по моему телу пробегает дрожь, как оно реагирует на его твердость. Боже, он нужен мне внутри прямо сейчас.
Мои трусики становятся все влажнее и влажнее. Я утыкаюсь головой в его шею, затем лижу и кусаю чувствительную область ниже уха. Он стонет в мою шею и тянет меня так, что мои губы оказываются напротив его. Атакует мой рот, наши языки сплетаются. Дыхание тяжелеет, пока мы продолжаем наслаждаться друг другом.
Медленно его рот покидает мой, тогда он приподнимает меня немного, чтобы уделить моей груди больше внимания.
– Сними свой топ, Табби, – приказывает он.
Я убираю руки с его волос. Делая так, как он просит, поднимаю свою рубашку над головой и бросаю ее на пол, а затем медленно тянусь за спину и расстегиваю лифчик, выпуская свою грудь на свободу. Затем возвращаюсь и скольжу руками в его волосы, притягивая губы обратно к моим. Проскальзываю своим языком к нему в рот, медленно переплетая наши языки. Он страстно целует меня, пока руками путешествует по моей спине.
Его пальцы находят резинку моих трусиков и начинают проскальзывать под нее, касаясь чувствительной кожи. Я задыхаюсь, когда он полностью отодвигает трусики и гладит мой центр. Не могу контролировать себя, когда громко задыхаясь, чувствую, как его пальцы кружатся во влажности, которая скапливается между моими ногами. Мои стенки сжимаются вокруг пальца, пока он медленно входит в меня.
– Боже Сет! – я кричу между стонами. – Пожалуйста! – я умоляю.
– Пожалуйста, что, Табита? – он рычит и щиплет мочку моего уха.
– Пожалуйста, Сет, ты нужен мне внутри!
Боже, я хочу его сейчас. Мне нужно почувствовать его. Он вытаскивает из меня палец и отталкивает. Встает, расстегивает джинсы и быстро спускает их по ногам. Откидывает их в сторону, а затем снимает свои боксеры, и его член пружинит, вырываясь на свободу. Затем он ложится на кровать.
– Иди сюда, Таби. – Он жестикулирует, чтобы я оседлала его.
Снимаю трусики и спускаю их на пол. Мой живот настолько большой в этот момент, что я чувствую себя неловко, но пытаюсь соблазнительно ползти по кровати с ухмылкой на губах. Он хватает меня за запястья и садится спиной к изголовью кровати.
– Боже, Табби, ты охренительно великолепна. Такая красивая. – Он тянет меня к себе, берет мою грудь в рот. Его язык быстро порхает, обхватывая мой и без того твердый, сосок. Когда он мягко кусает его, я начинаю распадаться на части.
Он тянет мои бедра вверх, а затем насаживает меня на свой пульсирующий член. Когда Сет медленно проскальзывает в меня, мои стенки начинают пульсировать вокруг него. Медленно направляет мои бедра вверх и вниз, а жар продолжает опалять низ моего живота и мою сердцевину. Он мне нужен. Это освобождение.
Я уже близко и чувствую, как мои стенки сильнее сжимаются вокруг него. Моя грудь сейчас вздымается, и он едва может удержать язык на моем соске. Едва задев зубами мою грудь, Сет целуют меня в шею. Он крепко хватает меня за бедра и начинает все быстрее и быстрее вколачиваться в меня.
Наше дыхание тяжелеет, и я чувствую, что мое освобождение нарастает. Он двигается все быстрее и тяжелее, и я распадаюсь на части, когда Сет входит меня до самого конца. Я чувствую, как его член пульсирует от собственного освобождения, пока мое еще утихает. Наши соки смешиваются и уничтожают нас обоих.
– Я люблю тебя, Табби. – Его дыхание прерывистое, пока он мягко кусает меня за мочку уха.
Он медленно выходит из меня и кладет голову мне на плечо. Я вдруг чувствую пустоту и желание, чтобы он снова наполнил меня. Но моя потребность не в любви. Это физическая потребность, чтобы мной обладали. Я наклоняюсь к его груди, когда он ложится на кровать и тянет меня за собой. Скольжу рядом с ним и прижимаюсь к его боку, все еще сжимая его шею.
Чувствую себя ужасно, размышляя об этом, но я не думаю, что люблю его. Не думаю, что могу кого-то любить. Я просто не могу вернуть чувства. И не готова полностью отдаться ему или кому-либо еще. Да, это пи*дец. Мы занимались любовью. Но я пока не могу отдать ему все, что у меня есть, мою душу.
Я молчу, когда он натягивает одеяло на нас. Затем наклоняется и целует меня в макушку.
– Я буду любить тебя завтра, и на следующий день, и на следующий день. Я никуда не собираюсь уходить, Табби. Никогда. Я здесь для тебя столько, сколько потребуется, чтобы ты почувствовала себя цельной рядом со мной. – Он выключает свет и глубоко дышит.
