Текст книги "Хейтер из рода Стужевых. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Тимур Машуков

Соавторы: Зигмунд Крафт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 18

Вечерний воздух был теплым и густым, пахнущим нагретым асфальтом, сладковатым ароматом цветов с клумб и свободой. Мы шли с Василием и Ксенией от ресторана, где только что отметили мою победу над Рожиновым. Василий что-то громко рассказывал, размахивая руками, Ксения смеялась, запрокинув голову, и её смех звенел, как колокольчик. Мария шла чуть поодаль от нас, но тоже улыбалась. Неужели поесть на халяву так приятно для дочери барона? Или просто что-то вспомнила?

Академия гудела в последний день своей работы. Меня поздравляли буквально все. Даже те, чьих лиц не узнавал. Кажется, я создал невероятный прецедент и вдохновил других на прилежную учёбу.

Валентина я больше не видел. Похоже, он ещё вчера собрал свои вещи и уехал домой. Обидно, наверное, столько планов, и всё пошло по одному месту. Когда-то я договаривался с ним об этой дуэли, тогда ещё без артефактов, на прежних условиях. Давил на него Ксенией. Кто ж знал, что она внезапно одумается и распознает его двуличную суть? И все договорённости станут бессмысленными.

Но в любом случае, Рожинов мечтал об этой дуэли. Надеялся отомстить за Ксению и свою сестру. Подсылал мне противников, которых я побеждал раз за разом. Понимал ли Валентин, что даёт мне бесплатные тренировки, за которые сам платил? Вряд ли. Он мечтал переломать мне руки, а в итоге конечность сломали ему. И кто? Первокурсник! Ещё и в магической дуэли. Позорище.

В кармане завибрировал смартфон, отвлекая меня от радостных мыслей и лицезрения довольных друзей. Я достал его, и улыбка сама собой сошла с лица. На экране горело короткое слово: «Отец».

За весь учебный год и прошлое лето он ни разу не позвонил мне, не написал ни слова в сапсане. И тут, внезапно. Что-то я заволновался. Думал, он через Холодова передаст информацию, как обычно.

– Ребята, я на секунду, – кинул я и, отойдя на пару шагов под раскидистый клён, принял вызов. – Алло, отец.

– Алексей, – его голос, всегда такой ровный и весомый, как полированный гранит, прозвучал в трубке. – Мне доложили о твоей победе. Поздравляю. Ты действовал достойно.

«Доложили». Конечно. В его мире ничто не остаётся без внимания. Он в курсе абсолютно всех моих дел за этот год. И хоть бы раз позвонил, лично. Во мне перекликались воспоминания и чаяния прошлого Алексея, который так мечтал о признании со стороны отца.

– Спасибо, – ответил я, глядя, как Ксения пытается надеть заколку со снежинкой на непоседливого Васю. А Мария внезапно помогает ей в этом.

– Учебный год завершён, – констатировал он. – Ты достойно вёл себя этот год, доказал, что являешься примерным сыном. Пора возвращаться. Билеты в Тулу на послезавтра уже заказаны. Холодов сопроводит тебя и Марию.

Воздух, который секунду назад казался таким лёгким, вдруг стал густым и тяжелым. Я видел отблеск заходящего солнца на стеклах зданий, слышал смех друзей. И чувствовал, как что-то внутри меня сжимается в тугой, непослушный комок.

Он ни разу не позвонил, а теперь указывает мне? Неужели Аркадий Петрович не доложил, что подобного отношения я не потерплю?

– Отец, я… благодарен за заботу, – начал я, тщательно подбирая слова. – Но у меня здесь остались неоконченные дела. В Тамбове и Козлове. Я обещаю, вернусь. Но позже. Лето я планирую провести в поместье матери. Мне нужно… подготовиться к следующему году. Думаю, ты понимаешь, о чём я.

На том конце провода повисла такая тишина, что я услышал собственное сердцебиение. Он не ожидал отказа. Он в принципе никогда не слышал отказов. Всегда только указывал и наказывал за неподчинение. Я ждал жёсткого тона, приказа, нового витка нашего холодного противостояния. Готовился бороться за свой выбор до конца.

– В поместье матери? – его голос не изменил тона, но в нём появилась та самая, опасная стальная нить. – Интересный выбор. Аркадий Петрович, я полагаю, будет присматривать за тобой?

– Разумеется, – поспешно ответил я.

Еще одна пауза, более долгая и выразительная. Он взвешивал, обдумывал. Я почти физически чувствовал, как его аналитический ум перебирает варианты, причины, возможные последствия моего неповиновения. Но он не кричал, не приказывал, потому мне уже стало немного легче, хоть волнение ещё и не прошло.

– Хорошо, – наконец произнёс он, и это «хорошо» прозвучало не как согласие, а как отсрочка приговора. Что-то вроде «потом поговорим», которое как раз не сулило ничего хорошего. – Уладь свои дела. Но помни, – его голос стал тише, но от этого только весомее, – я жду тебя дома, сын.

Связь прервалась. Я опустил руку со смартфоном, глядя, как солнце окончательно садится за крыши, окрашивая небо в багровые тона. Победа вдруг показалась эфемерной, а теплый летний вечер – полным скрытых угроз. Будто не было радостного вечера несколько минут назад, будто всё тлен.

Хотя его последние слова о том, что он ждёт меня дома, и прозвучали довольно тепло, я в них не верил. Да и не хотел возвращаться, на самом-то деле. Козлов стал мне родным городом, а поместье матери – домом. Здание в Туле, где прежде жил Алексей, в воспоминаниях представало в чёрно-белых тонах.

– Алексей, всё в порядке? – окликнула меня Ксения, подходя ближе. Её глаза были полны вопроса.

– Да, – я заставил себя улыбнуться, пряча телефон в карман. – Всё в порядке. Просто отец. Напоминает, что у всех есть свой дом.

Её взгляд погрустнел. Мы прекрасно понимали, что доживаем последние деньки вместе. С Ксенией я расстанусь на днях, уехав в Козлов. С Васей буду видеться ещё в нашем родном городе, так как он решил уйти от отца, не вынеся его требований.

Оказалось, всё, что он отсылал бабушке, та старательно складировала. Так что он мог самостоятельно оплатить второй курс обучения, а там и третий, последний, скорее всего. Или вообще выбить себе стипендию, как талантливому простолюдину.

Да, разорвав отношения с отцом, он лишился титула барона. И всех привилегий, с ним связанных. Но Вася не сожалел. К тому же, до конца лета мы будем видеться. Даже ездить время от времени в Тулу в библиотеку, либо в гости к Земской. Но это совсем не то, как когда мы жили в общежитии и каждое утро бегали вместе, затем тренировались, а потом и вечером. Обедали и ужинали вместе в столовой, ходили в кафе.

Потому моё напоминание о доме так задело Ксению. Мы обещали друг другу дружить и дальше, разумеется. Но жизнь складывалась так, что наше общение, скорее всего, сведётся к минимуму или вообще прекратится.

* * *

В коридоре, по которому я шёл, был не только кабинет Водянова, но и десять других, обычных. На всех один секретарь или кто-то вроде, исполняющий мелкие поручения. Молодой парень, простолюдин.

Но дверь в кабинет Максимилиана располагалась в конце этого коридора, будто он здесь главный босс. Она была тяжёлой, хоть и выглядела обычной. Не удивлюсь, если она какая-нибудь бронебойная.

Я вошёл в пространство, больше похожее на зал современной галереи, чем на рабочее место. Воздух был прохладен и напоен едва уловимыми нотами сандала и металла. Свет, льющийся из скрытых панелей в потолке, мягко ложился на полированные стены из черного мрамора с прожилками серебра. Минимализм здесь был высшей формой роскоши – ничего лишнего, только безупречный вкус и ощутимая мощь.

Сколько раз уже бывал тут, но этот контраст эстетики всегда удивлял меня. Казалось, будто в очередной раз что-то неуловимо изменилось. Тот же запах.

Сам Макс поднялся навстречу из-за монолитного стола из матового черного дерева. Он выглядел, как всегда, безупречно: темный костюм идеального кроя, белая рубашка без галстука, часы на запястье – не кричащие о цене, но безмолвно её утверждающие. Его улыбка была теплой и искренней, но в глазах, умных и проницательных, читалась все та же хищная глубина. А я ловил себя на мысли, что не знаю, что он задумал.

– Алексей, – его голос был бархатным, обволакивающим. – Проходи. Присаживайся.

Он жестом указал на зону для переговоров, где низкий столик из темного стекла стоял между двумя глубокими креслами такого же тёмного цвета. Я опустился в одно из них, утонув в мягкой коже.

– Поздравляю, – сказал Макс, занимая место напротив. – Наши общие усилия увенчались триумфом. Озёрский официально вступил в должность ректора сегодня утром.

– Я слышал, – кивнул я. – Звон из академии стоит на весь город, наверное.

Макс тихо рассмеялся.

– И это ещё мягко сказано. Без твоей помощи этот «звон» мог бы оказаться совсем иным. Твоя помощь была бесценна. Несмотря на некоторые нюансы, ты сработал чисто и эффективно. Нам действительно стоило сразу работать с тобой напрямую, минуя посредников.

Я сразу же отметил, что он намекнул на тот эпизод с Плетнёвым, а так же отметил Татьяну, оставшуюся не у дел. Имена упоминать не стал, что правильно. Они бы омрачили встречу.

Он потянулся к внутреннему карману пиджака и достал увесистый конверт, который положил на стол.

– Наше соглашение выполнено. С твоей долей, – Макс откинулся на спинку кресла, сложив пальцы домиком. – И, разумеется, с существенным бонусом. Я всегда плачу по счетам. И щедро вознаграждаю за превосходный результат.

Я взял конверт, не вскрывая. Просто положил его во внутренний карман своего пиджака. За всё время он ни разу не обманул меня с оплатой, пересчитывать сейчас было бы слишком грубо.

– Сотрудничество было продуктивным, – констатировал я.

– Официально – да, оно завершено, – легко согласился Макс. Но в его глазах играли огоньки. – Но знаешь, в нашем мире самые интересные проекты часто начинаются там, где заканчиваются официальные договоры.

Он помолчал, давая мне прочувствовать вес его слов.

– Ты – нестандартный мыслитель, Алексей. А я умею ценить таланты и создавать для них… благоприятную среду. Возможно, в будущем наши пути снова пересекутся. Для чего-то более амбициозного.

– Возможно, – ответил я, зеркаля его легкую, необязывающую улыбку.

– Я собирался провести встречу среди своих по итогам завершения этого проекта. Придёшь? Можешь взять с собой Марию.

– Ты дал ей свой номер, но игнорируешь, – заметил я, внимательно смотря на него. – Или я что-то не знаю?

– Ты был прав, она своеобразная особа. А ещё – я человек занятой.

– Я подумаю, но, наверное, приду.

– Тогда я буду на связи, – кивнул Макс, поднимаясь. – Когда будет назначено место и время – перезвоню.

– Буду ждать.

Я встал, мы обменялись крепким, коротким рукопожатием. Оглядываясь на всю историю наших взаимоотношений, всё же он неплохой парень, хоть с ним и стоит быть начеку.

– Удачи тебе, Алексей. И… спасибо.

Выходя из кабинета, я чувствовал вес конверта у груди. Это был не просто гонорар, а важная часть моих инвестиций в будущее. А именно – второй артефакт. Пришло время наслаждаться честно заработанным.

* * *

Дверь в торговый дом «Эгида», массивная, выполненная из тёмного полированного дерева, смотрелась так, будто могла с легкостью выдержать удар тараном. А ещё я ощущал идущую от неё магическую силу. Она была похожа на волны, которые едва заметно пронизывали пространство. Но стоило подойти, как это стало более ощутимо, как будто рядом громко играет музыка, от которой содрогаются внутренности.

Я поднялся на ступени и толкнул её, влив немного маны. Дверь отворилась так, будто ничего не весила. Никакого звука, всё очень плавно, а внутри мраморный пол.

Такова проверка – войти в «Эгиду» можно лишь магу, либо в сопровождении мага. Некоторые молодые люди даже так подрабатывали. Как я вычитал в ГИС, это являлось чем-то вроде барьера, отсекающего нежелательных гостей. Никто не мог попасть сюда случайно.

Конечно, не маги тоже могли купить артефакты. Такие, которым не нужна мана для активации. Но проверить их работоспособность мог только маг, потому пришедший с клиентом маглом тестировал покупку на месте.

В любом случае, зайти сюда, чтобы «просто посмотреть», у случайного зеваки не выйдет. Да и записываются в этот торговый дом заранее, будто на прием к знаменитому доктору.

Я на сайте выбрал интересующие меня артефакты и заполнил форму с пожеланиями. Потом дождался приглашения. Всё серьёзно, будто и не магазин вовсе, а закрытый элитный клуб. А я-то по своей наивности и аналогии с прежним миром думал, что необходимое можно купить онлайн. Но нет, даже с айди мага, только лично, либо через поверенного.

Меня уже ждали. Невысокий, подтянутый мужчина в безупречном сером костюме, лицо его было невозмутимой маской вежливой учтивости.

– Алексей Платонович? – его голос был тихим и идеально звучащим, без единой лишней эмоции. – Меня зовут Виктор. Я ваш персональный консультант на сегодня. Простите, но сначала нужно уладить формальности. Будьте любезны, покажите ваши документы.

– Да, разумеется.

Достал паспорт и студенческий билет с тем самым айди. Виктор зашёл с ними за стойку и вбил данные в компьютер. Рядом стояла миловидная девушка, которая даже не посмотрела на меня.

– Простите за ожидание. Прошу вас, пройдемте, – сказал консультант, вернув мне документы.

Мне же только оставалось поражаться, насколько тут всё серьёзно.

Он повёл меня через лабиринт залов, где за бронированным стеклом мерцали и переливались диковинные предметы. Мне стоило большого морального усилия не сломать шею и не выронить глаза из орбит, настолько тут всё было интересно. А нельзя ли помедленнее, чтобы рассмотреть? И нигде ведь ни одного ценника нет!

Наконец мы вошли в просторное вытянутое помещение – испытательный полигон. Стены, пол и потолок были покрыты матовым серым абсорбентом, поглощающим свет и звук. Сосем как в комнатах для индивидуальной магический тренировки в академии. В центре стоял невысокий пьедестал. Ещё не начали, а я уже утомился.

– Согласно вашему запросу и предварительной договоренности, я подготовил для вас несколько артефактов в указанном ценовом диапазоне, – Виктор плавным жестом указал на пьедестал, где на бархатных подложках находились пять предметов. – Все они прошли сертификацию и полностью безопасны в эксплуатации. А также удовлетворяют ваши запросы. Позвольте провести для вас презентацию.

Я кивнул, сглотнув. Нервничал так, будто это мне сейчас предстоит проходить экзамен. Это был не просто поход в магазин, а первый шаг во взрослый мир. Туда, где сила измерялась не только врожденным даром, но и тем, что ты можешь купить, освоить и использовать.

– Первый лот, – Виктор аккуратно взял с подставки тонкий серебряный браслет с каплей молочно-белого камня в центре. – «Страж Рассвета». Артефакт пассивной защиты. Формирует мгновенный кинетический барьер при обнаружении враждебного намерения или быстрого движения в вашу сторону. Не требует подзарядки, питается от амбентальной маны.

Амбентальная, то есть пассивно выделяющаяся из мага. Это крохи, но если постоянно носить предмет на себе, то вполне достаточно для поддержания работы. Удобно. Вот только – а зачем мне? Существуют специальные заклинания, которые накладывать на себя можно хоть постоянно. Не сработает лишь при истощении. Если подумать, то скорее для талантливых подойдёт, у которых источник совсем мал.

Конечно, и у меня с этим проблемы, но не до такой степени.

Виктор передал мне браслет, я же отметил, что он совсем тонкий и выглядит как женский.

Консультант отошёл на несколько шагов и внезапно сделал резкий выпад рукой в мою сторону. Воздух передо мной дрогнул, и я услышал короткий, высокий звон, будто ударили по хрустальному бокалу.

Я невольно отпрянул, так как не ожидал атаки и не ощущал в этом месте опасности. Но, с другой стороны, это часть покупки – посмотреть работу в процессе.

– Эффективно против метательных снарядов и внезапных атак. Справится также с мелкокалиберным оружием. Вы всегда будете под защитой, – спокойно озвучил Виктор, когда я возвращал ему браслет.

Не знаю, заметил ли он мой скептицизм на лице, но перешёл к следующему артефакту с невозмутимым видом.

– Второй лот, – Виктор положил браслет и указал на следующий предмет. Это была небольшая медная сфера, покрытая сложной вязью. – «Хранитель Фокуса». Нейтральный артефакт. Стабилизирует ментальные потоки, повышает концентрацию и немного ускоряет восстановление маны. Полезен при длительных ритуалах или после тяжелых тренировок.

Он положил сферу мне в ладонь. Металл был на удивление теплым. Я почувствовал, как лёгкая, едва уловимая вибрация прошла по руке, и хаотичный рой мыслей в голове на мгновение утих, уступив место непривычной ясности. Будто я только что проснулся.

Ого! Самое то для медитаций, наверняка усиливает эффективность. Хотелось бы попробовать, но моя техника… А вдруг он узнает? Хоть и консультант, а нашивка подмастерья третьей звезды.

Я передал ему сферу. Можно всё это попробовать чуть позже, в одиночестве. Так было сказано на сайте. Клиенту даётся время на выбор.

– Эти два артефакта относятся к нейтральным, остальные три завязаны на стихию огня, – сообщил консультант.

Я с интересом посмотрел на тонкий цилиндр, заколки и закоптившийся нож. Странные предметы, но я действительно ощущал от них знакомые энергетические волны. Судя по всему, сейчас покажут самое интересное.

Глава 19

– Третий лот. «Факел Феникса», – Виктор взял в руки гладкий черный жезл длиной в локоть, с красным кристаллом на конце. – Артефакт огненной стихии. Позволяет проецировать сфокусированную струю плазмы. Дальность – до пятнадцати метров. Имеет три режима мощности, настраивается вручную заранее. На каждый идёт своя часть конструкта, так что это ювелирное единое плетение магического узора.

Он показал мне ребристый ползунок, утопленный в корпусе. Рядом находились цифры от одного до трёх. Консультант выставил на минимум.

Затем он отошёл в сторону и влил в артефакт энергию. Кончик жезла вспыхнул ослепительно-белым шаром. Жара волной покатилась вперёд, заставляя меня прищуриться. Я чувствовал, как по коже пробегают мурашки. Это было чертовски похоже на очень длинный световой меч.

– А длина регулируется? – решил я уточнить на всякий случай.

Консультант даже не улыбнулся, он выглядел совершенно нейтрально. После пары секунд, видимо, обдумывания, он ответил:

– Нет, в этом нет смысла. Это не точечный инструмент, также это не палка и не меч, отразить удар Факел не может, только разрезать.

Я кивнул, усваивая информацию. Значит, просто резак.

– Четвёртый артефакт, – вещал Виктор, – «Венец Феникса», для контроля и концентрации, – объявил он. – Создан для тех, чья мощь иногда превосходит их способность к управлению.

Выглядело это как две округлые заколки из чёрного обсидиана с инкрустацией из красного золота, соединенных тонкой цепью. Виктор надел себе на виски, цепочка пошла по затылку. Выглядело на нем как полуобруч. И создавалось ощущение, что сейчас эта конструкция отвалится, так как было не понятно, как всё это вообще держалось.

Он снял Венец и протянул мне, предлагая надеть эти заколки. Обсидиан казался непрозрачным, но если приглядеться, в его глубине были видны медленные, вязкие переливы, словно раскаленная лава.

Металл в руках казался прохладным, но в момент контакта с головой я ощутил приятное тепло, будто он сравнялся температурой с телом. Оказалось, заколки никак не прикрепились, они банально примагнитились к моей голове! Это было неожиданно. Я тут же «оторвал» их, не почувствовав ничего.

Видя мою реакцию, консультант тут же пояснил:

– Надеть этот артефакт может только маг огня или связанных стихий, как и снять. Попробуйте использовать свою стихию.

Я приподнял руку и посмотрел на ладонь. Даже не сразу понял, что произошло. Казалось, пламя появилось раньше, чем я подумал о нём.

Венец работал не так, как мой браслет, что достал Макс. Тот, кстати, тоже имел имя – «Око Саламандры», но я особо не придавал этому значению. Но, похоже, каждый артефакт здесь являлся именным.

Так вот, Око помогало контролировать расход маны в моём теле, в момент соприкосновения с артефактом этой самой маны. То есть, происходило что-то вроде соединения цепи. Венец же работал именно на мысли. Он позволял быстрее создавать те самые образы и посылы, из которых потом и складывалась магия. И, судя по описанию, это работало лишь на магию огня.

Я прошёл чуть вперёд, к отмеченной на полу черте. Консультант отступил назад.

Сперва я создал срывающийся с ребра ладони клин огня. Он вышел, по ощущениям, раньше, чем я хотел. То есть, требовалась определенная сноровка, чтобы привыкнуть к этой скорости.

Вторым этапом попытался провернуть то же самое с нейтральной магией. Но клин сорвался как обычно, ничего не изменилось.

М-да, и как это вообще работало? Как артефакт узнавал, о какой именно магии я сейчас думаю?

– Он не увеличивает вашу силу, – продолжил пояснять Виктор, когда я развернулся и приблизился к постаменту. – Но он стабилизирует ментальные потоки и фильтрует внешние помехи. Это позволяет точнее формировать заклинания, снижает риск потери контроля над крупными конструктами и… – он сделал паузу, – … позволяет проводить более сложные манипуляции. Например, вместо простого огненного шара вы сможете создать несколько меньших, но управляемых независимо, или удерживать стену пламени стабильной в два раза дольше.

Как же маняще… Но оставался ещё один артефакт. Так что я вернул заколки Виктору, а тот положил их на подложку.

– Последний лот – «Сердце Пламени».

Он аккуратно взял кинжал, который выглядел как закоптившийся, старый и непримечательный. Но стоило Виктору его коснуться, как тот будто «ожил». По центру клинка прошла глубокая алая прожилка, словно жила раскаленной лавы, мерцающая тусклым светом изнутри.

Виктор повернул нож так, чтобы я увидел навершие – красный опал, который пульсировал светом. А ведь когда лежал, там ничего не было! Весь артефакт выглядел как чёрный монолит, только рукоять из кожи смотрелась нормально.

– Свет пульсирует синхронно с биением сердца владельца, – пояснил консультант. – Отсюда и название. Основное предназначение – ритуалистика. Кинжал используется в обрядах огненных магов как фокус для сложных заклинаний. Прожилка лавы в клинке усиливает и очищает намерение мага, позволяя с невероятной точностью формировать огненные конструкции на камне, земле, дереве – материал не важен.

Виктор протянул мне Сердце рукоятью вперёд, и я незамедлительно взял его. Лёгкий, очень тёплый, будто на солнце лежал, а кожа мягкая и нежная, приятная.

– Но применение не ограничивается ритуалами. Также незаменим при разделке магических тварей из-за своей тонкой работы. В бою может пригодиться, хоть и не как основное оружие. Его плюс – точечная настройка.

Ритуалы мы проходили в общих чертах, без детализации. Это нас ждёт на втором курсе. Но вот пример с разделкой магических тварей мне понравился.

– Вам нужно время на выбор? – тактично поинтересовался Виктор.

Я кивнул, и он вышел из помещения, пообещав зайти через полчаса.

На постаменте лежали пять артефактов. Первый, браслет, сразу в топку. Он мне внешне не нравился, да и по функционалу так себе. А вот остальные… Я хотел все четыре! Шар для медитации, жезл как оружие, заколки для концентрации и чудо-кинжал. И вот как выбирать-то⁈

Пять дорогущих инструментов, каждый из них – целое состояние для любого простолюдина. Да даже и для мага-аристократа. Далеко не каждый мог позволить себе такую вещь, тем более в моём возрасте. И каждый из этих предметов манил к себе, обещая силу, защиту, превосходство.

Итак, первый, «Страж Рассвета», я отмёл почти сразу. Полезно? Бесспорно. Но он дублировал базовое защитное заклинание, которое я и так мог при необходимости сотворить. Он не давал ничего нового, лишь экономил ману на микрограммы. Платить огромные деньги за подобное было для меня излишним. Я искал не сомнительную экономию, а нечто реально полезное. Так что Страж – товар для простолюдина магла, но никак не мага. И точно для женщины из-за своего оформления.

А вот дальше началась настоящая пытка. Мой взгляд метался между четырьмя оставшимися лотами, и каждый находил живой отклик в душе.

«Хранитель Фокуса» – тот самый шар, что дарил ясность ума и ускорял восстановление. Я брал его в руки, и хаос мыслей утихал, оставляя лишь холодную, алмазную концентрацию. Это была роскошь. Возможность тренироваться дольше, восстанавливаться быстрее, всегда быть в тонусе. В долгосрочной перспективе – бесценно. Мысль о том, чтобы отказаться от него, вызывала физическую боль, словно я добровольно отказывался от части своего потенциала.

«Факел Феникса» – жезл, что выплёвывал сгусток чистого уничтожения. Я представлял, как его ослепительная струя прожигает броню, сносит преграды. Он был воплощением грубой силы, и эта сила сладостно щекотала нервы. Да, он был не точен, но в некоторых ситуациях точность и не нужна – нужно тотальное стирание с пути. Жаль, что это жезл, а не клинок. Меч джедая… Вот это был бы артефакт. Но даже в этой форме он был чертовски соблазнителен. И точно пригодится мне на летней практике.

«Венец Феникса» – две заколки, соединенные цепочкой. Возможно, самый специализированный артефакт из всех. Когда они оказывались на моей голове, мир преображался. Огненная мана и так подчинялась мне хорошо, но с Венцом это было нечто невообразимое. Пламя будто предугадывало мои мысли и послушно струилось в пальцах, готовое сложиться в конструкты в разы быстрее и точнее.

Это не было пассивной помощью, как у шара, а скорее прямым усилением, умножением основной силы. Я чувствовал, как границы моих возможностей расширялись прямо сейчас, в эту секунду. Это был ключ к тому, чтобы не просто быть сильным, а быть сильнее всех. Очень похоже на то, что рассказывал мне Холодов о повышении рангов. Скорее всего, я с Венцом был бы подмастерьем сразу второй звезды или даже третьей. Очень заманчиво.

А ещё Венец не выглядел женственно. Просто кругляшки с цепочкой, скорее походящие на технологичный полуобруч, на что-то из будущего. Футуристичненько.

«Сердце Пламени» – нож. Простой, универсальный, практичный до мозга костей. Идеальный инструмент для Разлома, куда, как уже знал, я отправлюсь. Разделка трофеев, тонкая настройка ритуалов, последний аргумент в ближнем бою. Он не сулил оглушительной мощи, но обещал надежность и выживаемость. И его можно было всегда носить с собой, скрытно. Он был тактическим преимуществом, тихим и смертоносным.

Я ходил по кругу, поочередно беря в руки то шар, то жезл, то нож, снова примеряя заколки. Тестировал их, присматривался. В голове кипела битва.

Шар – мудрость и постоянный рост.

Жезл – грубая, сокрушительная мощь здесь и сейчас.

Нож – практичность и выживание в суровых условиях.

Венец – абсолютное мастерство в своем деле.

Это был выбор между разными версиями себя самого. Версией выносливой, разрушительной, практичной и… более совершенной.

И тогда в голове будто щёлкнуло. «Венец Феникса» не просто усиливал меня, он делал меня лучшим магом огня. Он не был утилитарным инструментом, как нож. Не был одноразовым козырем, как жезл. Не был пассивным бустером, как шар. Он являлся симбиозом, прямым проводником к сути моей стихии. Он реально в разы увеличивал мою боевую мощь, превращая каждое заклинание из обычного выстрела в снайперский удар.

Да, остальные тоже полезные, и я хотел бы их забрать с собой. Но каждый предмет стоил несколько миллионов рублей. Просто огромные деньги. Потому нужно было выбрать что-то одно.

– Мой выбор – «Венец Феникса», – сказал я Виктору, когда тот вернулся через условленные полчаса.

В моём голосе прозвучала не только решимость, но и облегчение. Выбор был сделан.

– Хороший выбор, – консультант вежливо кивнул. – Пройдёмте со мной, я оформлю вашу покупку.

Мой первый артефакт за меня оформлял Максимилиан. Я даже и подумать не мог, что на самом деле это как покупка машины или жилья. Право давалось не просто по документам, приложенным к артефакту, но и вносилось в специальный реестр. Каждый шаг пояснял Виктор, так как я сообщил, что это первая моя такая серьёзная покупка.

Я провёл в «Эгиде» около двух часов. Но, когда вышел, во мне не было и тени сомнения в правильности выбора. «Венец Феникса» именно то, что мне нужно.

* * *

Воздух в кофейне был густым и насыщенным ароматом свежеобжаренных зёрен и ванили. Мы сидели с Максом в уединенном углу, за столиком у высокого панорамного окна, за которым кипела летняя жизнь Тамбова. Я отхлебнул свой капучино, наслаждаясь редкими моментами простого человеческого общения, без подтекста и скрытых угроз.

– Слышал новости, – сказал я, отодвигая от себя чашку и доставая из внутреннего кармана пиджака небольшую, но увесистую коробку из черного дерева. – Поздравляю. Это мой подарок.

Я протянул коробку Максу. Он поднял бровь, не спеша принимать её.

– Не стоило, Алексей…

– Стоило, мы ведь друзья, – хмыкнул я. – Ты много подарков мне делал, пришёл мой черёд. Не переживай, там ничего особенного.

Водянов улыбнулся и принял подарок. Поздравлял я его с получением титула барона.

Голосование прошло так, как ожидала озёрская фракция, потому граф наградил максимально вложившегося в эту победу вассала титулом. Документы пока ещё оформлялись, но уже менее чем через месяц род Водяновых официально станет аристократическим, а Максимилиан – бароном и его главой, так как его отец сразу же принял решение передать сыну этот пост. Исполнилась давняя мечта всех его родственников.

Конечно, те всё ещё останутся дворянами, но род-то всё равно будет баронским, а дети Макса уже без проблем смогут гордо носить этот титул. Так же он собирался удочерить сестру на её день рождения ради этого. Благородно, что тут скажешь?

Макс открыл коробку. Внутри, на черном бархате, лежал массивный золотой браслет с выгравированным стилизованным водным потоком – символом его зарождающегося рода. Да, он поделился со мной, а я по памяти нарисовал и сделал заказ. Работа была тонкой и красивой.

– Алексей, я ценю этот жест, – он мягко улыбнулся, но не стал брать браслет, лишь прикрыл коробку. – Но ты немного опережаешь события. Титул барона пока лишь в процессе утверждения в герольдии, как и символ. Рано для поздравлений.

– Для других, может, и рано, – я покачал головой, настаивая. – Для тебя – нет. Ты заслужил это. Не рождением, а делом. И я рад, что это наконец признают.

Искренность в моем голосе, должно быть, прозвучала неожиданно для нас обоих. Всё же, учитывая начало наших отношений, дружба могла выглядеть наигранной.

Макс смотрел на меня секунду, его обычно насмешливый взгляд смягчился. Он кивнул, на этот раз взял коробку и убрал ее в свою сумку.

– Спасибо, – сказал он просто, и в этом слове было больше тепла, чем в десятках наших прошлых, полных скрытых смыслов разговоров. Он и правда изменился, его отношение ко мне стало куда более честным и открытым.

В воздухе повисла пауза, и я понял, что настал момент. Сделал еще один глоток кофе, чтобы собраться с мыслями.