Текст книги "Князь Андер Арес. Книга 11 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Грехов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Вот только Андер сказал ей фразу, которая теперь не давала покоя. «Эти обезьяны взяли верх над драконами».

– Ваше величество, – паладин шагнула ближе, – что Вы решили?

– Ладно, идём, – бросила Елена паладину.

Та с заметным облегчением кивнула и шагнула к двери. Елена пошла следом, поправляя на ходу изумрудную мантию.

Телепортационная площадка ждала в дальнем крыле, у которого дежурили два паладина ' A '-ранга. Увидев королеву те вытянулись и низко поклонились.

Елена остановилась на краю круга.

И снова замешкалась.

– Ваше высочество? – Паладин обернулась.

– Минуту. – Елена сняла артефакт связи с пояса и попыталась связаться с Селани. Но никто не ответил.

Внутри у неё стало разрастаться нехорошее предчувствие.

– Мы не идём, – сказала она.

– Ваше высочество, нельзя, – тут же сказала паладин, – Вас ждут. Если Вы…

– Я сказала, мы не идём! – повысила голос Елена.

Три часа Елена просидела в малом зале, не притронувшись к остывшему чаю, что принесла прислуга. Паладин стояла рядом и каждые несколько минут пыталась поймать хоть что-то по общему артефакту связи.

Весть пришла под вечер.

Столица Царства Гор уничтожена.

* * *

Весть о том, что столица царства Гор уничтожена, пришла ночью. В спальню тихо зашла Мария и прошептала мне, что со мной пытался связаться Брайн.

Его и Дианы не было в столице, и это спасло их от гибели.

– Андер, у меня будет к тебе просьба, – напряженным тоном сказал он.

– Говори.

– Если подтвердится, что из наследников рода Гор никто не выжил, то Диана, а вернее наш сын…

– Сын? – перебил я гнома. – У тебя есть сын?

– Пока нет, – ответил Брайн. – Диана на седьмом месяце, и целители уже сообщили, что у нас будет мальчик. – Он сделал паузу. – В общем, Андер, если что, ты поможешь мне?

– Брайн… – произнёс я. – Ты уверен, что хочешь такой судьбы себе и своему сыну? И вообще, ты уверен, что ребёнок твой? Ты же говорил, что у Дианы есть официальные любовники?

– Я уверен, что это мой сын, – ответил Брайн. – Но я не уверен, что моих сил хватит, чтобы удержать власть в стране.

Немного подумав, я ответил.

– Хорошо. Если что, ты можешь рассчитывать на мою помощь.

– Спасибо, Андер.

– Лучше скажи, что творится в столице? Ты там был?

– Да, – ответил Брайн. – Резиденция Гор… на несколько километров осталась одна воронка.

– Ясно, – сказал я и, прежде чем отключить артефакт, попросил Брайна держать меня в курсе.

– Хорошо, и ты меня.

– Договорились.

Значит Георг был мёртв. А ведь парень носил корону меньше двух недель. Едва коронован и уже пепел под завалами. Я не любил его, но смерти ему не желал.

– Андер.

Я обернулся. Нанали стояла в дверях, кутаясь в одеяло.

– Я всё слышала, – сказала она. – Значит, твоя догадка оказалась верна?

– К сожалению, да, – подтвердил я.

Она прошла, села рядом, прижалась плечом, и я машинально приобнял её, притянул ближе.

– Мне страшно, – сказала она. – Андер, что теперь будет?

Я молчал. Хотелось сказать что-нибудь успокаивающее, выдать какой-нибудь план, чтобы она перестала так смотреть. Но плана не было.

Я пожал плечами.

– Не знаю, – честно сказал я.

Нанали уткнулась мне в плечо, и я гладил её по спине, пока её дыхание не выровнялось. До рассвета мы так и просидели, не сказав больше ни слова.

Безопасных мест больше не существовало.

Утром я стоял на крепостной стене, окружавшей замок Арес. В руке была кружка какого-то травяного отвара, который мне сунула Мария.

Помнится, на Земле раньше тоже строили крепости, но с усовершенствованием оружия стены перестали быть спасением. Вот и на Грее происходило то же самое. Стены уже были не нужны… уж точно не с таким врагом как Фриранская империя.

Я смотрел, как просыпается Виндар. Люди выходили на улицы, открывали лавки, тянулись к колодцам. И в каждом движении читалась эта новая, незнакомая раньше осторожность. Люди, абсолютно все люди потеряли веру в завтрашний день. Они были напуганы.

Вдруг небо над центральной площадью пошло рябью и над крышами развернулось знакомое уже галоизображение. Огромная морда обезьяны с короной. Принц Горх собственной персоной.

Я поставил кружку на камень, смотрел, как внизу замирали люди и задирали головы.

– Жители Греи! – голос разлетелся над городом. – Я запрещаю вашим правителям собираться, сговариваться и злоумышлять против Фриранской империи! Поэтому вчера мной был отдан приказ. И правители, что собрались под землёй… – обезьяна выдержала паузу, будто смакуя, – что ж, эта земля и стала их могилой.

По площади прокатился тихий ропот. Теперь о том, что правители Греи в большинстве своём погибли, знали все.

– «Потом надо будет выступить Сэму перед народом», – пронеслась у меня мысль.

– Также, – продолжил Горх, и тон у него сменился, став сочувствующим, – мои разведчики передали мне, что люди незнатных кровей боятся. Боятся, что правители выдадут ваших дочерей вместо своих. Можете за это не переживать. – И морда показала клыки. Видимо, у фриранцев это считалось за улыбку. – Если такой обман вскроется, то король и род, который пошёл на обман, будут уничтожены. – Внизу на площади кто-то всхлипнул. То ли от облегчения, то ли от ужаса… – Через два дня, когда я заберу дев и ваши правители присягнут мне, будет проведена проверка, – продолжал он. – И если обман вскроется, деву вернут обратно. А виновные… – сделал он паузу, – как я уже сказал, лишатся головы.

Изображение пошло рябью и растаяло, оставив над площадью пустое серое небо.

Я же стоял и переваривал.

С одной стороны, этот расчёт был хорош, чего уж там. Горх одним ходом перетягивал на свою сторону простонародье. Объявлял себя защитником слабых от произвола знати. Любой нищий, у которого есть дочь, теперь будет смотреть на захватчика чуть менее враждебно. Мол, обезьяна-то, может, и не так страшна, раз обещает не дать продать мою кровиночку вместо баронской.

С другой стороны… он только что лишил всю знать Греи единственной лазейки. Я ведь видел, к чему всё шло. Сэм правильно сказал о том, что сильные откупятся слабыми. Подсунут под нож дочерей простолюдинов и мелкой обедневшей знати. А теперь этому не бывать. Теперь каждый НОВЫЙ король трижды подумает, прежде чем мухлевать, потому что цена ошибки – его собственная голова.

– Хитро, – сказал я вслух, чувствуя, что уже не один стою на стене.

– Что хитро? – спросил Мишель, выходя из тени.

– Да всё это, – я кивнул наверх. – Он только что отрезал знати путь к отступлению и заодно купил себе любовь черни.

Мишель сделал глоток из моей кружки, скривился и поставил обратно. Видимо, взвар ему не понравился.

– То есть теперь девушек всё-таки придётся отдавать по-честному, – прищурившись сказал он.

– Выходит, что так.

Брат помолчал, глядя вниз, на площадь, где люди расходились мелкими кучками, переговариваясь вполголоса.

– Афина… Лена… Ты сможешь на это смотреть? – спросил Мишель.

Я промолчал. А что тут говорить? Дочери Сэма подходили под условия Горха идеально. Молодые, знатной крови, нетронутые. Ровно тот товар, который обезьяна потребовала тысячами от каждого правителя.

– До них не дойдёт, – сказал я. – Если Олег потребует привести их на остров Измаль… – я замолчал и посмотрел на Мишеля. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, потом он хищно усмехнулся.

– Значит, род Ирвент будет оплакивать короля Олега, – сказал он.

– Думаю, что так и есть. – Я сделал паузу. – Ибо зачем мне сила, если ей не пользоваться.

Мы пошли к лестнице, и Мишель спросил меня.

– Как думаешь, мы победим?

– Тебе соврать? – спросил я.

Мишель покачал головой.

– Да-а, глупый был вопрос.

– Брат, мы обязательно что-нибудь придумаем, – сказал я.

– А что тут можно придумать? Мы ведь даже не знаем сколько кораблей висит над нашей планетой.

– «Сис, – обратился я, – скажи, мои щиты выдержат выход в открытый космос?»

– «Да», – коротко ответила она.

– Всё в порядке? – спросил меня Мишель.

– Да, – ответил я, добавил. – Думаю, я ненадолго отлучусь. – И показал наверх. – Слетаю разведать что да как.

– Уверен? – спросил меня Миша.

– Да. Думаю, давно следовало это сделать.

Он кивнул, после чего я прошёл в сад, остановился у старой яблони и стал накладывать чары.

Сначала активировал конструкты иллюзорных чар. Потом чары скрыта, поверх рассеиватель ауры, гаситель тепла и другие. В конце отрастил крылья и установил кровавыйбарьер.

После чего взлетел.

– Ускорение – ускорение – ускорение, – и моя скорость стала очень высокой.

Когда воздуха стало заметно меньше, я остановился, и прислушался к телу.

– «Давай», – скомандовал я сам себе и активировал новую серию чар.

Кокон вокруг тела. Подпитка кислородом, полученная благодаря воздушным чарам, затем тепловой контур… защита от перепада давления.

Потребление маны подскочило. Я следил за ним краем сознания, как за стрелкой, и с облегчением понял, что не критично.

А потом я поднял взгляд…

Грея осталась внизу, подсвеченная с одного края. Была бы ситуация иной я обязательно полюбовался бы этим зрелищем.

Также я увидел в лучах Саи то, ради чего лез сюда.

Эскадру.

Сотни кораблей виднелись на орбите Греи.

От мелких, размером с дом, до туш, которые я и сравнить-то ни с чем не мог.

Один огромный корабль стоял отдельно. И он был размером почти со спутник Греи.

И что-то мне подсказывало, что принц Горх сидит именно там.

Самый большой, самый защищённый, в глубине строя. Всего на миг я подумал, а не наведаться ли к Горху в гости? Но быстро выкинул эту мысль из головы. Фриранцев на орбите было несколько миллионов. И если я сунусь на флагманский корабль, уже вряд ли оттуда выберусь.

Вдруг из ближайшего корабля высыпали истребители.

Я сразу заметил их. Была надежда, что они вылетели на плановый облёт, но вместо этого быстро пошли в мою сторону, разворачиваясь веером.

– «Меня засекли», – догадался я. Вся моя многослойная маскировка, оказалась бесполезной.

Я не стал тратить время, развернулся и пошёл вниз, к Грее, прикидывая на ходу, сколько у меня маны на драку в безвоздушном пространстве и насколько это паршивая затея.

Истребители нагнали меня легко. Поравнялись по бокам, взяли в коробочку.

Я напрягся, готовясь бить кровавыми иглами, и тут место пилота у ближайшего истребителя стало прозрачным.

За стеклом, или что там у них вместо стекла, показалась голова.

Обезьянья морда. Он смотрел прямо на меня сквозь броню своей машины, и я смотрел на него. Несколько секунд мы просто пялились друг на друга через пустоту.

Потом он покачал головой.

Медленно, отрицательно, из стороны в сторону. И поднял руку, ткнул пальцем вверх.

Я не сразу сообразил, а когда сообразил, буквально чертыхнулся. Мне грозили пальцем. Мол, подсматривать нехорошо, малыш, иди домой.

В этот момент морда за стеклом сделала ещё один короткий жест в сторону планеты… и все истребители, кроме одного, развернулись и полетели обратно в космос.

Оставшийся истребитель пристроился мне в хвост и держался ровно, не стреляя, не прижимая, просто следуя. Я понял, что меня провожают.

Лететь в Виндар с этим хвостом я не собирался. Не хватало ещё, чтобы город снова сходил с ума при виде железной птицы над крышами. Поэтому, пройдя облака и нащупав знакомый зелёный массив к западу от стен, я пошёл на снижение и приземлился на широкой поляне посреди леса.

Истребитель сделал то же самое.

Машина почти без звука опустилась метрах в тридцати, заглушила двигатели. Я убрал крылья, сбросил большую часть чар, оставил только щит наготове и стал ждать.

Люк откинулся.

Из него выбрался пилот в сером скафандре. Шлем он снимать не стал. Спрыгнул на землю, выпрямился, и я обратил внимание, что мы почти одного роста. Тем временем он поднял обе руки, развернув ко мне открытые ладони. Показывая тем самым, что без оружия.

Я медленно поднял свои в ответ.

– О чём ты хотел поговорить? – спросил я.

Судя по сузившимся глазам, обезьяна меня не поняла.

Пилот склонил голову набок, потом поднял руку на запястье. Там у него крепилась плоская штука вроде наплечной панели, только на предплечье, и показал мне один палец.

– Подождать что ли просишь? – произнёс я. – Ну, давай подождём.

Я стоял посреди поляны напротив инопланетянина в скафандре и думал о том, что моя жизнь окончательно сошла с рельсов. Ещё несколько лет назад я был обычным человеком в обычном мире. Теперь вот веду переговоры с обезьяной из космоса в лесу под Виндаром.

Пилот потыкал в кнопки на панели. Та пропищала и мигнула голубым.

– … слышишь меня? Проверка. Слышишь?

Я невольно дёрнул бровью.

– Слышу, – сказал я.

Обезьяна за стеклом шлема кивнула.

– Хорошо, – сказал он. – Я хотел поговорить, князь Арес.

Разумеется, меня удивило то, что он знает кто я такой. Было глупо думать, что они знают имена всех жителей Греи.

– Внимательно слушаю, – отозвался я.

Пилот шагнул чуть ближе. Я напрягся, но он остановился, заметив это, и снова показал ладони.

– Наши сенсоры показали, что ты самый сильный человек на этой планете, – заговорил он. – А наша разведка следила за миром всё это время.

– Ну ещё бы… – сухо сказал я.

Обезьяна никак не отреагировала на сарказм, продолжила.

– Наша разведка сделала вывод. Ты прекрасно подходишь на роль того, кто сможет возглавить правление Греи.

– «Им был нужен наместник», – понял я.

– Возглавить, значит, – медленно проговорил я.

– Под властью Империи, – уточнил фриранец. – Ты получишь защиту, положение и власть.

– А что взамен? – тут же спросил я.

Некоторое время фриранец молчал, как вдруг забрало шлема открылось, и я смог рассмотреть лицо обезьяны.

Глава 10

Морда обезьяны была почти неотличима от той, что я видел над городом. Лоб высокий, кожа тёмно-серая, в мелких складках у глаз. И глаза умные, в которых читалось превосходство.

Он смотрел на меня без страха… как смотрит человек на товар, который ему предстоит оценить.

– Взамен покорность, – сказал он. – Никаких мятежей, попыток навредить и беспрекословное исполнение воли императора.

Я немного помолчал, обдумывая его слова.

– А нет такого варианта, при котором ваши корабли сваливают от нас и оставляют нас жить свободными?

Обезьяна посмотрела на меня.

– Ты сам понимаешь, что это невозможно, – ответил он. – Ваша планета, согласно нашим сведениям, последние несколько лет вела войны одну за другой. – Он сделал паузу. – Ресурсы, земля… разумные. Вы сражались за это… за этим же и мы пришли к вам.

Вот тут я внутренне напрягся, хотя лицо постарался держать беспристрастным.

– Ты слишком хорошо осведомлён, – сказал я. – Неужели промышляете похищением людей ради информации?

– Нет, – спокойно ответил фриранец. – Мы никого не похищали с Греи. Однако скрывать не стану, ведь рано или поздно это вскроется. У нас есть пленные химеры, что могут обращаться… как вы их тут называете, в драконов.

– «Зараза», – мысленно выругался я.

Теперь всё стало на свои места.

– Теперь понятно, – покачал я головой, – как вы узнали о местоположении Греи.

– Да. Это было непросто. – Он чуть склонил голову набок, и в этом движении мне почудилось что-то почти человеческое. Я ждал продолжения, но его не последовало.

Мы немного помолчали.

– И что нас ждёт? – спросил я. – Можешь сказать?

Фриранец усмехнулся. Точнее, оскалился… верхняя губа поползла вверх, обнажая клыки. Я уже понял, что у них это вместо улыбки, но всё равно зрелище было не из приятных.

– С твоей силой, уверен, ты можешь ощутить ложь, – сказал он. – Поэтому я скажу немного. Чем лучше ты будешь исполнять свои обязанности, тем лучше будет отношение к тебе. И, быть может, ты сможешь когда-нибудь выбраться отсюда и переселиться в центральные миры.

– И зачем мне этого хотеть? – спросил я.

Он наклонил голову, будто не сразу понял вопрос.

– Как я уже говорил, ты силён. А сильная искра как у тебя, наделяет не только способностью оперировать энергией, но и увеличивает силу, выносливость, интеллект. – Он сделал короткую паузу. – Я уверен, что ты прекрасно осознаёшь, что ваша планета нам интересна только её жителями.

Я нахмурился, а фриранец, словно не замечая этого, продолжал говорить.

– Наша империя ведёт много войн, и одарённые смогут занять места в нашей армии.

– «В качестве мяса», – подумал я.

И ведь не надо было быть провидцем, чтобы это понять. Я слишком хорошо помнил, как оно бывает. У меня в прошлой жизни просвещённые европейцы веками гоняли колониальные войска по своим войнам. Британцы тащили на фронт людей из Восточной Африки, из Кении, отовсюду, куда дотягивались. Сначала вроде как добровольцы, за паёк и обещания. Потом квоты, потом местным вождям спускали разнарядку, и те уже набирали народ не по доброй воле. Под нож шли неугодные, бывшие рабы, те, за кого некому было заступиться. И что-то мне подсказывало, что у фриранцев всё будет точно так же. Жители Греи для них, по сути, расходник.

Вот только теперь в роли вождя, которому спустят разнарядку, предлагали побыть мне.

– Заманчиво, – скривившись сказал я.

Обезьяна не уловила сарказма. Или уловила, но решила не реагировать.

– А что с девушками? – спросил я.

Это меня волновало больше всего остального, чего уж скрывать. Афина, Лена. Тысячи дев, которых Горх потребовал от каждого правителя. Я задал вопрос как можно безразличнее, но фриранец, видимо, что-то всё же почувствовал, потому что ответил быстро.

– Если ты согласишься служить нам, твоих родных не тронут.

Я внимательно посмотрел на него. Искал ложь, но не находил. Он либо говорил правду, либо верил в то, что говорил.

– Что, даже в плен никого не возьмёте? – спросил я. – Чтобы была гарантия моей лояльности.

Обезьяна снова оскалилась.

– А смысл? – спросил он. – Ведь если ты решишь поиграть в героя, мы просто разбомбим твой город и на этом всё.

Я, не отводя взгляда, медленно кивнул. Сказать, что мне не понравились его слова, значит ничего не сказать. Я только успел подумать, что круче меня в этом мире разве что варёные яйца, как нарисовался кто-то посильнее.

– Что по поводу драконов? – спросил я. – Тех, что у вас в плену. Вы отпустите их?

Фриранец серьёзно посмотрел на меня.

– Это вне моей компетенции, – ответил он. – Драконы в бою на нашей ресурсной планете напали первыми. Уничтожили более тысячи наших собратьев и нанесли существенный материальный ущерб.

Я почувствовал, как внутри поднимается раздражение. Не на него даже, а на всю эту ситуацию, в которую нас затащили чужие проблемы.

– Ваша добыча минералов отравляла воздух и убивала их, – сказал я.

– Они, – возразил фриранец, – пришли на нашу планету, которую мы терраформировали под наши нужды, и стали требовать, чтобы мы прекратили. Как захватчики… даже не как равные, а как высшие создания. – Он склонил голову набок. – Скажи, ты бы стал слушать их на нашем месте?

Я некоторое время молчал. И вот что паршиво, он сказал правду. Пришёл кто-то на твою землю, в которую ты уже вбухал ресурсы, и начинает диктовать, как тебе жить. Кто будет слушать? Правильно, никто!

Но в итоге расплачиваться за ошибки Каруса придётся нам. Грее. Людям, гномам, эльфам, дроу… всем, кто к этой драконьей сваре отношения не имел никакого. Весь этот Исход, который Карус задумал как спасение своего народа, пошёл не по плану. И в итоге мы имеем космическую эскадру над головой…

– «Как ты мог так лохонуться, Карус? – подумал я. А второй мыслью было: – А вдруг он жив? Печать? Вефнир! Блядь…!»

Вслух же ответил на вопрос фриранца.

– Думаю, что нет. Не стал бы, – честно ответил я, и тут же задал вопрос. – Карус, вожак драконов, жив?

– Этот вопрос вне моей компетенции. Я могу лишь сказать, что несколько особей химер до сих пор живы и находятся в исследовательской части флагманского корабля.

– Я тебя понял, – расстроился я, не получив ответа. Сделав паузу, я спросил. – Принц Горх будет преследовать расу драконов на Грее?

Фриранец прищурился. Помолчал, будто прикидывая, можно ли мне это говорить.

– Мы победили их, – ответил он. – А победителей, как правило, не тянет добивать проигравших. Это лишние ресурсы и время.

Я выдохнул. Хоть какая-то хорошая новость.

– А условия про тысячу дев? – спросил я.

– А что с ними не так? – фриранец чуть наклонил голову, и панель отозвалась тихим писком.

– Оно невыполнимо для их расы. Драконов всего три с небольшим тысячи. И это вместе с самцами, стариками… тысячи дев у них просто нет. Более того, они никогда не пойдут на такое условие, ведь это будет означать закат их расы.

Фриранец задумался. Его глаза замерли на панели, прикреплённой к локтю скафандра.

– Пусть их новый вожак прибудет на Измаль с десятью девами, – сказал он. – Этого будет достаточно.

Я попытался в этот момент отключить эмоции и просто слушать. Мне было жалко всех на Грее. Не только драконов, а всех молодых девушек, которые готовились к другой жизни.

– Какая судьба их ждёт? – спросил я. – Этих дев.

– Они станут рабынями у знатных родов, – ответил фриранец. – Химеры, скорее всего, попадут к членам императорского рода.

– А как же чистота расы?

– О, – усмехнулся фриранец, – не знаю откуда ты это взял, но твои слова верны. Однако к делу не имеют никакого отношения. Внешне дети от других рас будут похожи на нас, как и нести все генные цепочки присущие нашей расе. – Он сделал паузу, спросил. – Ты вообще понимаешь о чём я говорю? – Я медленно кивнул. – Хм, а ты интересный подвид. Можешь сказать откуда?

– С помощью чар изменил клеточную структуру гигантских пчёл, – соврал я. Но обезьяна мне поверила, потому что тут же выкрикнула.

– А-а, точно, я же видел отчёт с корабля, что захватили химеры. Теперь понятно, откуда ты знаешь нашу терминологию. Ты получил знания от химер. Так?

Я кивнул, и фриранец удовлетворённо оскалился.

На некоторое время мы снова молчали. Как вдруг устройство на локте у фриранца запищало. Издало серию коротких звуков, и оттуда полился лающий голос. Разумеется, я не разбирал о чём они говорят. Пилот замер, чуть выпрямился, будто перед ним стоял невидимый начальник. Ответил парой фраз, так же отрывисто. Они обменялись ещё несколькими репликами, и я с неприятным холодком понял, кто это говорит.

Фриранец повернулся ко мне и посмотрел в глаза.

– Принц Горх слышал весь наш разговор, – сказал он. – И он даёт тебе время подумать. Он будет ждать тебя на острове Измаль, – продолжил фриранец и сделал паузу. – И лучше бы тебе принять правильное решение.

– «Правильное решение», – усмехнулся я, хорошо понимая, что у них значит это словосочетание. Правильное… значит покорное. Прийти на остров, преклонить колено, присягнуть обезьяне в короне и начать сгонять своих же людей в трюмы. Стать тем самым вождём, которому спускают разнарядку, и который потом гонит односельчан на убой за чужие войны.

И самое печальное, что альтернативы не было.

Выбор без выбора… ибо моя гибель ни в счёт.

Фриранец тем временем постоял ещё пару секунд, ожидая, не скажу ли я чего. Я не сказал. И тогда он развернулся, без лишних слов, и полез обратно в свою машину. Серый скафандр мелькнул в проёме люка, забрало с тихим шипением встало на место, закрыв морду.

Двигатель завёлся и истребитель плавно оторвался от земли. Поднялся над верхушками деревьев и пошёл вверх, набирая скорость. Через несколько секунд серая точка нырнула в облака и пропала.

– Ну и ладно, – сказал я вслух сам себе. – Будем думать.

Отрастил крылья, накинул на себя чары ускорения и рванул к Виндару.

* * *

Дома меня уже ждали. Мишель сообщил всем куда я направляюсь, и стоило мне приземлится во дворе замка, как ощутил, что все собрались в большом зале. Там был даже Артур, сидящий рядом с Гектором, Афиной и Еленой.

Я рассказал всё, что со мной произошло. Про поляну, про истребитель, про обезьяну, про рабство…

Когда я закончил, в зале повисла тишина, и первым её нарушил Сэм.

– Если мы… – он запнулся, поправился. – Вернее, если ты на это согласишься, наш род запомнят, как предателей.

– А если мы не согласимся, – тут же отозвался Селви, опираясь ладонями о стол, – наш род, скорее всего, просто уничтожат.

Я обвёл их взглядом и понял, что согласен с обоими. О чём честно и сказал. Получалось паршиво с любой стороны, что налево пойдёшь, что направо, везде… дерьмо.

Мишель подался вперёд.

– А что, если мы соберём всю гвардию и ударим по их флагману? – он смотрел на меня. – Телепортируемся прямо на борт, к этому Горху, и…

– Не получится, – сказала Нанали.

Все головы повернулись к ней разом.

– Драконы пробовали, – продолжила она. – Когда поняли, что войну проигрывают, несколько сильнейших попытались телепортироваться на корабли, висящие в пустоте. Но у фриранцев на бортах стоят артефакты. По действию похожи на чары помех. Прыжок просто не доводит. Ты выходишь не на палубе, а в никуда.

Мишель покачал головой и сел обратно.

– И что нам делать? – спросила Аяна.

Извечный вопрос. Я его слышал в последнее время слишком часто.

Я посмотрел на неё, потом на Нанали, потом на Артура, который опустил голову на колени Афине и завозился, устраиваясь, поудобнее. И понял очень простую вещь. Чтобы обезопасить Грею, нужна сила. БОЛЬШАЯ СИЛА. Такая, что способна дырявить корабли размером с город и плавить планеты. У нас такой силы не было.

НО Я ЗНАЛ, У КОГО ОНА ЕСТЬ.

Я обвёл всех сосредоточенным взглядом ещё раз и принял решение. Окончательное, тяжёлое, из тех, что не отыгрываются назад. Правда вслух я не сказал ни слова.

– Давайте разойдёмся, – нарушил молчание Сэм. – Подумаем над тем, что нам предложили. Сами понимаете, нам предстоит принять решение, которое изменить нашу жизнь.

Вскоре все потянулись к выходу.

Меня перехватила Нанали у самых дверей.

– Пойдём прогуляемся, – сказала она, цепляя меня под локоть. – Ты такой напряженный, и мне страшно оставлять тебя одного.

Мы зашли в пустой коридор, и Нанали дала понять, как она хочет снять напряжение, активировав конструкт, ускоряющий поток крови в отельных частях тела.

– Может, отложим на вечер? – спросил я, прекрасно понимая, чего она хочет. К слову, я её ни капли не порицал. Со стрессом каждый справляется как может. И Нанали, хоть и пыталась храбрится, была напугана не меньше, а может даже и больше других.

С даром крови это было легко понять.

– Нам нужна ясная голова, – она чуть нахмурилась. – А с такими эмоциями, как у тебя сейчас, ты ясно мыслить не сможешь. Сначала надо сбросить.

Спорить было бесполезно. Хотя было забавно, что она выбрала тактику, типа я помогаю тебе, а не себе.

Но… отказывать себе, я не стал. Молча кивнул, и мы поднялись в спальню.

Дверь ещё не закрылась толком, а Нанали уже прильнула ко мне, потянулась губами к шее. Руки её скользнули под рубашку, и я почувствовал, как тело откликается. После чего я обхватил её за талию, притянул к себе.

Мы повалились на кровать. Я стягивал с неё лёгкое платье, она помогала, дёргая завязки. Стоило с ними закончить, она опрокинула меня на спину, села сверху, и тёмные пряди упали ей на лицо.

Дальше я перестал думать совсем. Только её движения, её дыхание, рваное и горячее, её ногти у меня на груди. Я перевернул нас, вжал её в подушки, и она обхватила меня ногами…

Удовольствие было. Но… физическое, а морального я не ощутил. Напряжение никуда не исчезло… Да и как, учитывая, что я собирался сделать, можно было на такое рассчитывать.

Однако, с помощью дара я скрыл свои настоящие эмоции и повернулся к Нанали.

– Видишь, – пробормотала она, устраиваясь у меня под боком. – Уже лучше.

– Ага, – улыбнулся я и провел кончиками пальцем по её лицу. – Я тебя люблю, Нанали.

– И я тебя люблю, Андер.

Она тихо засмеялась и закрыла глаза, вроде как даже не почувствовав, что я её аккуратно погружаю в сон.

Я выждал, пока её дыхание не стало глубоким, а потом осторожно высвободил руку.

– Прости, – сказал я одними губами и вышел.

В коридоре накинул чары скрыта. После чего спустился в подвальные ярусы, к сокровищнице, где у тяжёлой рунной двери дежурили двое гвардейцев.

– Сомнум, – выдохнул я. – Леветус.

Оба осели на пол беззвучно, подхваченные чарами, после чего я актировал рунные цепочки, открыл двери и прошёл внутрь.

Идти было недалеко. Всего в десяти метрах от меня я нашёл то, зачем пришёл.

Резонаторы.

Взяв один, я наложил на него чары скрыта и отведения взгляда и под ускорением рванул к телепортационной площадке.

И там, как назло, играли дети. Артур гонялся за Гектором по кругу, а тот заливисто хохотал и уворачивался. Афина с Еленой, высоко подпрыгивая со световыми клинками наперевес, старались достать Артура.

Картинка была такая мирная, что у меня что-то перевернулось в груди. И тут я понял… несмотря на то, что они слышали на совете рода, дети верили, что взрослые решат проблему.

Я решу проблему…

Я остановился у самого края круга, всё ещё под скрытом. Посмотрел на сына. Он меня не видел. Никто из них не видел.

– Вырасти нормальным, – попросил я неизвестно кого.

Активировал конструкт. И в самый последний миг, когда мир уже начал смазываться, я поймал взгляд Артура – он вдруг повернул голову, словно почуяв, к месту, где я стоял.

И я исчез.

Вышел я в эльфийских лесах Ланинелии.

Сюда никто и не подумает соваться меня искать. Недолго мудрствуя, я остановился у небольшой прогалины меж старых деревьев, опустился на колено. Тянуть не было смысла… всё уже решено, давно, ещё там, в зале.

Родным я ничего не сказал, потому что знал, они начнут меня отговаривать. И тогда прощание вышло бы ещё тяжелее.

Установив резонатор, я провёл большим пальцем по острой кромке руны, кожа разошлась и выступила кровь. Потом надавил на руну, и тонкая задвижка с тихим щелчком въехала внутрь, замыкая канал.

– НАКОНЕЦ-ТО, – раздался у меня в голове голос Арес. – Я знала, что ты вернёшься, мальчишка. Знала!

– Здравствуй, бабуля, – хищно усмехнулся я. – Как поживала?

– Насмехаешься, да? – она сделала паузу. – И всё же ты быстро приполз обратно. Что случилось, потомок?

– У меня к тебе сделка, – сказал я.

Глава 11

Арес, словно издеваясь надо мной, какое-то время молчала. Наконец-то послышался её голос у меня в голове.

– Прежде чем ты изложишь, чего хочешь, я хочу быть непросто голосом в твоей голове.

– Эм, и как я тебе помогу? – спросил я.

Вместо ответа она отправила мне пакет информации. Шкала перед глазами за мгновение показала загрузку на сто процентов, и я развернул его, чтобы посмотреть, что она мне прислала.

Схема простенькая, конструкт-надстройка поверх канала, который уже связывал меня с резонатором. Потратив несколько минут, ничего опасного я не нашёл, и это меня, честно говоря, насторожило ещё больше.

Хотя… учитывая, что я собирался сделать, можно было задаться вопросом: «а какая разница?»

Я активировал конструкт и над рунами резонатора вспыхнула бледная энергетическая сеть. Она быстро уплотнилась, и передо мной проявилась полупрозрачная фигура Арес.

– Ну, рассказывай, зачем я тебе понадобилась? – ехидным голосом сказала Арес. Было очевидно, что она наслаждалась этим моментом.