Текст книги "Измена. Попаданка в законе 2 (СИ)"

Автор книги: Тереза Нильская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)

Глава 56. Дэб и Нора

Ещё когда две служанки в замке лорда-дракона Эшбори – Нора и Марта – выхаживали меня три дня, во время моего попадания в этот удивительный мир, я выделила приятную, смышленную и любознательную Нору.

Именно через неё я в какой-то степени смогла узнать о порядках в замке, и даже особенностях этого мира.

Норе было на момент знакомства со мной около тридцати лет, она работала в замке очень давно. Правильнее сказать, она выросла при замке, здесь же когда-то работали её родители, также связанные с семьей Эшбори.

Её родители ухаживали ещё за родителями Маркуса. А потом обязанность ухаживать за старой матерью лорда-дракона досталась Норе, именно по этой причине Маркус и не мог отпустить её из замка.

Пока мать Маркуса была жива, она требовала к себе именно Нору.

Невысокая, темноволосая, с умными живыми глазами, Нора пользовалась популярностью среди юношей в соседних сёлах, на неё заглядывались.

Но что-то было такое в юности, заставляющее её отказывать местным парням.

Умная, разговорчивая и весёлая Нора долго не выходила замуж. Хотя могла бы.

Как она шутила сама в дороге со мной, ей гадалка нагадала, что замуж она выйдет за человека, напоминающего по картам короля, и очень богатого.

Но в итоге замуж она вышла за бедного человека, бездетного и вдовца, также служащего замка, для которого это был второй брак.

И именно лорд-дракон оплатил ей свадьбу и купил дом в соседнем селе.

В общем, врут всё гадалки, не надо их слушать.

Так она и шутила. Нагадали одно, а в жизни все другое.

…В общей сложности я знала Нору всего несколько дней.

Когда Маркус в ярости отправил меня в дальнее имение, в путь со мной поехали две личные горничные – Нора и Марта, более старшая по возрасту, ухаживавшие за мной.

Обе женщины были семейные, жили в соседних сёлах, недалеко от замка.

У обеих были мужья, старшие по возрасту, бывшие вдовцы. И дети у женщин были.

У Норы был сынишка, четырех-пяти, кажется, лет. Она с удовольствием рассказывала о нем. Что крепкий растёт, сильный. Её сероглазое чудо.

Нора и Марта хорошо ко мне относились. Вовремя мазали раны, приносили еду, вызывали лекаря Бертрана, выполняли все поручения. И всегда были при этом приветливы.

И потом в путешествии, когда они выяснили, что слуги накидали нам в сумки грязные тряпки и гнилые продукты, они сильно возмущались и пытались скрасить наш быт путешествия добрым отношением ко мне.

Из них двоих особенно мне нравилась Нора. Была в ней не только человеческая привлекательность, но и какая-то тайна.

И это не только прорицание гадалки было. Как юрист, я чувствовала, что в её жизни есть что-то, что она скрывает.

Но про саму тайну я узнала все-таки не от Норы, а от своего друга Дэба.

Это случилось, когда Дэб после спасения лысой женщины им из озера взялся опекать меня на северной границе, как отец родной.

Тем более, что вскоре он первый догадался, что я беременна. И потом поддерживал меня всю мою тяжелейшую беременность.

И мы много тогда говорили с ним. Обо мне, о Тимми, о матери Ларики Даре, о её подвиге. Дэб до сих пор не знает, что я попаданка, считаем меня Ларикой, а Дару – моей матерью.

В те разговоры я выяснила тогда все и о самом Дэбе. Ну, что он готов был рассказывать.

И своим аналитическим умом вычислила, что девушка Нора, с которой Дэб познакомился более пяти лет назад на службе у лорда, и которую безуспешно искал в Южных землях, и являлась моей горничной.

И именно я дала ему понять, что у него и Норы, вероятно, есть совместный сын.

Я видела, как радовался и нервничал Дэб. Он понимал по срокам, что это возможно, и переживал, что надежда может оказаться ложной.

…И вот теперь я наблюдаю, как около ворот замка Эшбори нервничает и мечется красивая, невысокая женщина с пышными тёмными волосами, в которой сразу узнаю Нору.

А к ней стремительно идёт Дэб. У него явно было желание схватить её объятия и поднять на руках, но он затормозил в самый последний момент.

Потому что у Норы кольцо на руке, свидетельствующее о замужестве, и платок на голове, характерный для замужних сельчанок.

И огромный, несокрушимый Дэб стоит в невероятной растерянности и просто “ест” глазами Нору. А на лице Норы, которая кажется даже маленькой рядом с Дэбом, меняется гамма чувств – от узнавания и ярко выраженной радости до растерянности.

И вот что теперь делать?

* * *

Дэб

Сердце его – сердце воина, командира, пограничника – полностью принадлежит любимой женщине, которую он наконец-то нашел. Его любимой Норе. Для него нет других женщин.

И может быть он выжил в той страшной битве только потому, что помнил о ней и сыне. Он уверен, что у него есть сын, что ребёнок Норы – это его ребёнок.

Потому что он никогда не сдерживался в объятиях Норы. Потому как сдержаться было невозможно.

Именно он стал её первым мужчиной и раскрыл её темперамент, да и научил многому. Нора была не только красивой и умной женщиной, она была ещё и невероятно страстной в постели. Смущалась и робела говорить на эти темы, но в постели всегда была неугомонной и невероятно отзывчивой.

Поэтому он не сдерживался.

Любовь поглощала его полностью, и не было никаких сомнений, что в случае беременности он возьмёт на себя ответственность за все.

Ведь его сердце все это время принадлежало только ей.

А разум… Разум тяжело твердит, что сейчас надо найти новый путь к Норе. Вот так, с наскока не получится вернуть все назад, он читает это в её глазах.

Она замужем!

В глазах людей – соседей, жителей, служащих замка. Это ужасно, это тяжело осознавать.

Он больше всего переживал, что Нора не поверила ему, когда он уехал служить на границу. И вышла замуж..

Не поверила, что он вернётся за ней!

И теперь его сын перед другими людьми считается сыном другого, более того, сын считает своим отцом другого человека.

И, чтобы это исправить, нужно не только время, нужны другие пути, которыми он ещё не пользовался.

Дэб в свои почти пятьдесят лет никогда не был женат. Драканы больше люди, чем драконы, и он не будет жить сотни лет. Просто проживёт на несколько десятков лет больше своей любимой.

И потому как здорово, что Нора почти в два раза его моложе.

Они могут долго прожить вместе и родить ещё детей.

Но только надо добиться её любви снова! Подпольной, тайной любви, и чтобы никто не знал об этом – так ему не надо. Ему надо все сделать законно!

…

Дэб, сдерживая себя и не хватая Нору, но поедая глазами пунцовую от смущения женщину, произносит глухим голосом, в расчёте на посторонних:

– Добрый день, хозяюшка! Вот, прибыли. Сможете нас столько разместить?

Нора торопливо кивает и кидается к охране, чтобы открыли ворота.

Но Дэб тоже хорошо помнит, как служил в охране у лорда, и как эти чёртовы ворота открываются.

Помогая открывать створки, он словно нечаянно кладёт свою широкую ладонь на ладонь Норы. И обоих словно молния пронзает.

Поздно вечером, разместив людей в отведенных комнатах, поужинав совместно с лордом Эшбори, Дэб возвращался к себе после проверки арестанта, запертого в глухой сарай.

Он шёл по двору, всматриваясь в окна, пытаясь понять, за каким из них может быть Нора. Она покинула их, сразу после открытия ворот. Быстро пошла в замок.

А у него сердце было неспокойно, и требовало встречи с ней.

Проходя мимо хозяйственных построек во дворе, он шестым чувством почувствовал, а потом и увидел в двери застывшую Нору. И её блестящие в темноте глаза, напряжённо вглядывающиеся в него.

Дэб правильно понял появление Норы и шагнул в дверной проем хозяйственного помещения уже вместе с ней на руках. Это была его мгновенная реакция.

И Нора тут же словно вросла в него, крепко, и руками, и ногами повиснув на его огромной фигуре. Прижавшись намертво.

Губы дракана уже голодно и ожесточённо терзали её губы, руки жадно срывали одежду, укладывая ее лёгкое тело на постель в дальнем углу комнаты.

Они даже не говорили. Да он бы и не услышал ничего, уши словно заложило.

Его поглотило совершенно первобытное чувство, затмившее разум, чувство полного единения, когда каждая часть тела должна была быть общей с ней.

Губы к губам, рука в руке, и полное слияние тел, с обжигающим освобождением и отдачей ей всего себя, до конца.

Она – его, его до конца, до каждого миллиметра тела.

И тем непонятнее было услышать под утро единственные слова Норы:

– Это наше прощание…

Глава 57. Прощание

Страстная ночь любви между двумя потерявшимися в пространстве сердцами не могла закончиться прощанием навсегда. Для Дэба это было однозначно.

Тогда почему его любимая Нора так говорит?

– Что ты имеешь в виду, Нора? – глухо спросил он, настраиваясь на серьёзный разговор, который наконец-то должен был между ними состояться.

Но она молчала, уткнувшись ему лбом в плечо, и молчание это было для него тревожным.

Что ему надо сделать, чтобы Нора поверила ему? Ведь у них ещё даже разговора о сыне не было.

– Нора, раз ты молчишь, давай буду говорить я. Я же не просто так сюда приехал. За тобой приехал. Сразу после войны, как узнал, где ты.

– Слишком поздно, – тихо заговорила Нора, – я замужем теперь. Нет, ты не думай, что я тебя не ждала. Я ждала, но тебя все не было. А мне…

Она замялась, не в силах выговорить причину. Ведь если она скажет, то Дэб узнает её тайну.

А если он узнает про её сероглазую тайну, то последствия могут быть тяжёлыми для всех. И лучше не говорить.

И тогда она решается на ложь.

– В общем, когда ты уехал, за мной стал ухаживать один человек, он тоже работал у нас. Вдовец, бездетный. Тебя все не было, а он мне понравился, и я вышла замуж за него.

Ложь шла из неё тяжело, слова не складывались. Ей было больно говорить это Дэбу, её любимому Дэбу.

Но это надо было сказать, чтобы он спокойно уехал. Чтобы не нервничал из-за сына.

– Ты не могла полюбить другого, по крайней мере тогда, – глухо сказал Дэб, – ты наговариваешь на себя.

– Но это так, Дэб. Ты уехал, оставил меня. Я о многом думала тогда. А мой будущий муж тогда ухаживал за мной, и мне его ухаживания были приятны.

– Нет, – сказал Дэб, хорошо чувствовавший внутреннее смятение и ложь Норы, – я не верю. Ты не могла его полюбить. У тебя была другая причина.

– Это единственная причина, – твёрдо сказала Нора, – ты уехал, а я приняла ухаживания моего нынешнего супруга. Он хороший человек. И мне с ним хорошо.

– Нора, остановись, – промолвил Дэб, садясь на кровати и разворачивая Нору лицом к себе.

Он всматривался в утреннем свете в лицо любимой, и понимал, что сейчас она не говорит ему правды.

Положив две тяжёлые руки на плечи Норы, ладонями придерживая её за подбородок, он всматривался в глаза любимой женщины, подозрительно блестевшие в темноте.

– Почему ты просто не скажешь мне, что была беременна, – тихо начал он, глядя прямо в лицо ей, – и у нас с тобой есть сын?

– Это не твой сын, – быстро заговорила Нора, отрицая очевидное для него, – он рождён в браке, и его отец – мой муж.

Дэб тяжело вздохнул. Как же тяжело будет разгребать эту гору лжи, сомнений, неверия…

Но он твёрдо был намерен разрушить все препятствия и вернуть себе свою любовь и сына.

Пришло время вернуть свою семью. Он слишком долго этого ждал.

– Нора, – заговорил он решительно, – я знаю правду. Мне сказал об этом лорд Эшбори. Мы прошли с ним бок о бок всю битву и войну. Он не стал мне лгать.

– Что он сказал тебе? – взвилась Нора, пытаясь выскользнуть из его рук.

Но Дэб не намерен был выпускать её из своих объятий. Он притянул лёгкое тело любимой к себе, заставляя обвить его своими руками, и приготовился к трудному объяснению, глаза в глаза.

– Лорд сказал мне, что он не отпустил тогда тебя со мной на границу, потому что старая госпожа хотела, чтобы только ты ухаживала за ней. Но после моего отъезда он заметил, что ты в положении. И решил принять свои меры, как лорд и хозяин замка. Решил выдать тебя замуж.

Нора тяжело задышала, и из уголков подозрительно блестящих глаз все-таки выступили слезы. Его прекрасная любимая женщина, вынужденная по не совсем понятным ему причинам лгать, плакала.

Да, плакала.

Правда давалась обоим нелегко, но она была нужна. Нужно было вскрыть этот нарыв, каким бы болезненным он не был.

– Почему ты не дождалась меня, Нора? Ты не поверила мне, что я вернусь за тобой? Почему?

Для него важно было знать это. Он приехал тогда в замок за Норой, через несколько месяцев, как только смог.

Но новые охранники, которых он не знал, смогли сказать ему только одно: что месяц назад состоялась свадьба горничной Норы и пожилого вдовца, и они уехали в другой город.

Куда точно – они не знали. И никто не знал, И сколько он не расспрашивал других служащих замка, новой информации не было.

А лорд Эшбори в тот момент отсутствовал на своей службе на южной границе.

И о его роли и участии в судьбе Норы – что именно он подобрал ей мужа, оплатил ей свадьбу и позднее выделил её семье дом в соседнем селе – он узнал совсем недавно от Лары и Маркуса.

Потому что Маркус Эшбори считал себя ответственным за судьбы своих служащих, раз именно он не отпустил Нору с ним на границу, лорд хотел поступить как лучше.

Но сейчас Дэбу важно, невероятно важно было знать, почему его любимая не дождалась его.

Потому что ей было стыдно перед людьми за свой растущий живот?

Или она не верила в него?

Она не поверила ему, что он вернётся за ней?

– Дэб, – всхлипывала Нора, – тебе не понять моё состояние тогда. Я была одна, у меня умерла тогда мама. Мне некому было помочь и подсказать. Да и денег у меня не было, все ушло на похороны.

Она замолчала, но Дэб ласково гладил её по спине и целовал в висок, побуждая продолжить.

– Беременность у меня шла очень тяжело, я даже работать не могла совсем. И живот сильно рос, ребёнок был очень большим. И лорд Эшбори предложил тогда помощь.

– Выдать тебя замуж за вдовца и отправить рожать в другой город? – глухо спросил Дэб.

– Да, – снова всхлипнула Нора, – у меня же совсем не было денег. Он и вдовца уговорил на женитьбу, и свадьбу нам организовал, а потом еще дал и деньги, и оплатил помощь лекарей, роды у меня были трудные.

Дэб сидел молча, осознавая, в какую тяжёлую ситуацию попала в тот период его любимая. Дело, получается, совсем не в том, верила или не верила она ему.

Ей банально пришлось выживать и хвататься за любую возможность выжить и родить.

И при этом она сохранила его ребёнка. Не отказалась от него, а родила в трудной для неё ситуации. А ещё и вырастила, воспитала, пусть даже в другой семье.

Он понял теперь до конца Нору. И понял, что боготворит её. Она, его любимая, не отказалась от сына.

И он сделает все, чтобы она была счастлива.

Он стал покрывать нежными поцелуями заплаканное лицо женщины, шепча ей важные слова признания:

– Спасибо тебе, родная, что не избавилась от ребёнка. Что родила его и вырастила. Я очень сожалею, что ничего не знал, не смог тебе помочь в трудный момент.

Нора подняла на него глаза:

– Так ты не осуждаешь меня? Ну считаешь меня изменщицей, что польстилась на деньги?

– Нора, нет, не осуждаю. Ты просто оказалась в тяжёлой ситуации. Тебе пришлось выживать, но ты сохранила нашего сына. И вырастила его.

– Откуда ты узнал, что это сын?

– Лара, жена лорда Эшбори мне сказала. А она от тебя узнала об этом. Лара очень умная, она поняла, что женщина, которую я ищу, это ты.

– А ты искал меня? – снова всхлипнула Нора.

И Дэб каким-то чувством вдруг понял, что ей чрезвычайно важно знать ответ на этот вопрос.

– Постоянно искал, Нора. Делал запросы о тебе. Я ведь на границе стал командиром гарнизона из драканов, который охраняли тюрьму. Нас специально собрали там перед войной.

– Я знаю, что ты был командиром, – смущённо сказала Нора, – я расспрашивала о тебе, интересовалась.

Дэб понял, что ему невероятно приятно признание Норы.

– Но по запросам найти тебя не удалось, ты же сменила фамилию, а я искал по твоей старой. Поэтому я стал выезжать с обозами в свободное время, расспрашивал о тебе в Южных землях и в соседних.

Норе, как он видит, тоже очень приятно слышать это. Она снова прижимается к нему, гладит его, и он, чувствуя нарастающее возбуждение, понимает, что долго не выдержит.

– Я хочу познакомиться с сыном, – говорит Дэб, – он здесь, в замке?

– Нет, не здесь, он с моим мужем, в соседнем селе. Лорд приобрёл для нас дом, там и живём.

– Тогда завтра и съездим, и все решим, Нора. Я намерен все сделать официально, ты разведешься, а я заберу тебя и сына. Так что это будет точно прощание, но с твоей прошлой жизнью.

Нора слушает, даже как будто замерев в его руках.

– Дэб, мой муж не согласится, – говорит она, – он по своему любит и меня, и сына, мы его семья. И я не сразу поняла его любовь ко мне.

– А ты тоже любишь его? – спрашивает хрипло Дэб, вдруг понимая, что возможно он недооценил масштабы проблемы.

Вдруг “прощание” с ним Нора хотела сделать из-за любви к мужу?

И сердце прошивает ревность. Ревность, которую он никогда ранее так остро не ощущал.

Глава 58. Совет короля Джордана

Да, понял Дэб, женщину свою надо все время завоёвывать.

И кто сказал, что то, что было этой ночью – это навсегда?

А значит, надо доказывать, показывать свою любовь, и снова и снова доказывать, что именно он – судьба Норы.

И Дэб старался.

Очень старался. Пока его любимая, зацелованная, затисканная горячими и нескромными ласками, не уснула в полном изнеможении у него на груди.

А он, оберегая ее сон после бурной ночи и важных признаний, думал, что и как он должен сделать.

Сделать надо было все правильно, чётко и законно. Это его женщина и его сын.

И первое, что надо было сделать, это встретиться с мужем и познакомиться с сыном.

А ещё заручиться поддержкой Маркуса Эшбори, как лорда и землевладельца. Тем более, что Нора работает у него в замке.

Пришло время освобождать свою женщину от всех уз – рабочих, брачных и прочих.

Для новых брачных отношений.

С ним, и только с ним.

Он не спал совсем, переполненный мыслями и планами.

Об этом всём он сказал проснувшейся через пару часов утреннего сна Норе. Она кивнула, хотя явно её мысли были в эту минуту заняты другим.

Совсем другим.

– Я уже и забыла, как это бывает, – смущённо сказала она, разглядывая следы ночной страсти – красные пятна на шее, груди и плечах, – придётся повязать платок на шею.

– Привыкай, любимая!

Дэб ещё раз крепко поцеловал Нору и шагнул за порог осуществлять намеченные планы.

…

После завтрака он уединился с Маркусом и обсудил с ним свои планы, как с хозяином замка, где Нора работает, и лордом этих земель.

Маркус заверил его, что, в случае достижения согласия со стороны Норы, он окажет полную поддержку в решении вопросов быстрого развода.

Лара, со своей стороны, пообещала ему поддержку Норе, чтобы не колебалась и не сомневалась. Потому как понимала, что колебания могут быть.

Днем Дэб на своём коне и Нора в лёгкой повозке приехали в село, где был дом, выделенный лордом для семьи Норы.

Дэб вёз в качестве подарка сыну небольшой деревянный меч, и волновался как мальчишка, понимая, что встреча может быть не такой, как он ожидает и хочет.

Когда ночью он спросил у Норы имя сына, она как-то невероятно смутилась и сказала, что пусть Дэб сам спросит об этом их сына.

Они подъехали к небольшому, но добротному дому, Дэб спешился и помог Норе выйти из повозки.

В окне мелькнула тень, и навстречу из дома шустро выскочил мальчуган лет четырех-пяти. Подбежав, он прижался к ногам Норы, обняв её руками.

Нора ласково гладила его по голове, трепала за русые волосы, а Дэб потрясенно вглядывался в лицо сына.

Перед ним была его собственная детская копия.

Именно таким он был по своим воспоминаниям в детстве, глядя на себя в зеркало.

Рослый для своего возраста, широкий в плечах, крепкий, светловолосый и сероглазый – сын обещал быть один в один похожим на него.

– Мой. Наш. Вэлби. Белая линия …, – произнес он непонятные по смыслу даже для Норы слова.

Мальчик, уткнувшись головой в юбку мамы, настороженно и искоса поглядывал на него.

Дэб присел на корточки рядом и, держа в руке подарочный меч, решился заговорить с ним и спросить:

– Здравствуй! Меня зовут Дэб. А как тебя зовут?

Мальчик почему-то насупился, а потом вскинул серые, такие знакомые Дэбу глаза, и заявил смело:

– Это меня зовут Дэб! Это моё имя! Меня так мама назвала! А тебя как зовут?

Дэб был потрясен. Невероятно потрясен. Его любимая женщина назвала сына его именем!

Понимал, что в память о нем, и не надеясь больше встретиться.

Он переводил взгляд то на смутившуюся вдруг Нору, то на маленького Дэба. Придя в себя, осторожно сказал сынишке:

– Представляешь, меня тоже зовут Дэб. Я, получается, Дэб старший, а ты Дэб младший.

Мальчик молчал, видимо, пытаясь понять сказанное, переводя взгляд то на Дэба, то на меч.

– Это тебе меч, в подарок, – сказал Дэб старший.

Младший посмотрел на Нору, она кивнула головой, и тогда он взял осторожно игрушечный меч за рукоятку. Повертел в разные стороны, а потом с криком помчался к дому:

– Папа, папа, мне меч подарили!

Сердце Дэба при этих словах болезненно сжалось.

Завоевать Нору – это только часть дела. Хотя невероятно важная, основная.

Но нужно ещё объяснить младшему, кто ему на самом деле старший Дэб.

И как он это воспримет? Поедет ли с ним?

А ещё очень беспокоила ситуация с официальным мужем Норы.

Ведь необходимо практически увести Нору из этой семьи, забрать от мужа. Который любит её. И к которому она тоже явно что-то испытывает. Жалеет? Уважает? Или любит?

И, не дай Боги, его завоевание Норы ночью, развеется как дым.

Какая тонкая грань отношений...

– Вот как бы поступил Джордан? – неожиданно пришло ему в голову.

И сам себе ответил:

– Решай вопрос уверенно и спокойно, все разбирая, шаг за шагом. Достойно короля Джордана.

С этими мыслями он перешагнул порог дома Норы.

…

Много позже, возвращаясь домой верхом на своём коне, оглядываясь на груженую вещами повозку, на Нору, прижимающую к себе их сына, он вспоминал “совет короля Джордана”.

Да, пришлось нелегко. Их встретил пожилой мужчина, годящийся Норе в отцы, который, и это сразу было понятно, любил и Нору, и Дэба младшего. И это неудивительно, он же вырастил ребёнка с рождения.

Был тяжелейший разговор, когда Дэб несколько раз серьезно опасался, что Нора сдастся и передумает.

Ей тяжело, очень тяжело было рвать сложившиеся семейные отношения. Но Дэб не хотел Нору в качестве любовницы. Он не рассматривал такой вариант. Только жена.

Похоже, Нора уважала мужа, и по своему любила. А теперь ещё и жалела.

Как же он без неё?

Да и младшему Дэбу совсем не понравилось, что его отцом называют этого огромного дядьку, а не его любимого папу. Он и проревелся, и едва не убежал из дому.

Правда, дядька ничего плохого не делал. Спокойно говорил о том, что служил на границе, не знал про него, долго искал его и маму. А потом была война. И вот он только сейчас их нашёл.

И они поедут на северную границу, где у него в селе есть дом его деда – дракона Бароу.

И что у него, у младшего Дэба, тоже есть драконья кровь. И он вырастет поэтому таким же большим и сильным, как старший Дэб.

Тяжёлый и долгий разговор закончился тем, что муж Норы смирился с разводом, назначенным на завтра, но только при условии, что ему иногда будут привозить погостить младшего Дэба.

Кроме того, ему полностью был оставлен дом, без претензий со стороны Норы, а Дэб передал ему половину своих денег, и пообещал еще.

Мужчина в силу повреждённый ноги не мог работать где-то, только по дому и в саду. И работа Норы в замке помогала содержать семью, жившую, как увидел и понял Дэб, очень скромно.

Бывший муж подписал необходимые для развода документы, доверяя Норе завершить все официально.

Потом они собрали вещи Норы и младшего Дэба, загрузили баулы в повозку.

Потом все трое из бывшей теперь уже семьи долго плакали и обещали периодически встречаться, чтобы не потеряться по жизни.

И Дэб понимал, что это обещание надо будет выполнить.

И наконец-то они выехали.

…

Неделю они прожили ещё в замке Маркуса. Оформили развод быстро, с участием лорда Эшбори, по подписанным документам, без раздела имущества.

Все нажитое было оставлено бывшему мужу Норы.

Затем Дэб с помощниками отвез арестанта Кречетова в тюрьму в Центральных землях. При этом Кречетов пытался сбежать и из сарая в поместье Эшбори, и по дороге на новое место пребывание.

Дэб дважды хорошим ударом кулака успокаивал Кречета.

Ну, а что? Сам напросился.

А потом была регистрация брака Норы и Дэба в Храме Богов.

И их свадьба.

На которую ждали важного гостя.