Текст книги "Мой магический год: лето и чарующий сад (СИ)"

Автор книги: Татьяна Терновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Я кивнула и задумалась. К кому стоило обратиться с вопросом в первую очередь? Проблема в том, что в нашем городе было полно фантазёров, которые выдавали небылицы за правду. Толку от разговоров с ними не будет никакого, так они ещё и могут запутать нас и вывести на ложный след.

– У меня есть пара знакомых, – сказал Люк, который думал о том же.

– Ты же в Колдсленде недавно? – удивилась я.

Странно, но мой вопрос смутил Люка. Он опустил взгляд, и на лице появилось виноватое выражение.

– На самом деле, я был в Колдсленде весной, – сообщил он, – приехал за своей невестой, чтобы убедить её вернуться в столицу, но она влюбилась в местного парня и осталась здесь.

– Вот как, – протянула я, не зная, как относится к этой новости, – значит, люди, с которыми ты собираешься разговаривать – знакомые твоей невесты?

После небольшой паузы Люк кивнул.

– Если ты не хочешь, чтобы я встречался с ними, то я не буду! – тут же поправился он, – я не настаиваю.

Бывшая невеста, значит? Девушка, которую Люк любил, и которая его бросила? Стоило ли встречаться с ней? Вдруг угасшие чувства вспыхнут вновь?

Глава 11

Глупо было отрицать, что я ревновала Люка. Мне не хотелось, чтобы он виделся со своей первой любовью, но, одновременно, я не желала выглядеть как собственница, которая стремится запереть возлюбленного в четырёх стенах. К тому же мне было любопытно посмотреть на бывшую невесту Люка и попытаться понять, почему он когда-то в неё влюбился?

Два противоположных стремления долго боролись в моей душе, но, в конце концов, я приняла решение.

– Всё в порядке, – сказала я с наигранной радостью, – если ты доверяешь этим людям, то почему бы нам не встретиться и не поговорить? Тем более что лучших кандидатов у меня всё равно нет.

Люк улыбнулся. Мне показалось, что после моего ответа он испытал облегчение. А я сразу же ощутила болезненный укол ревности. Уж не потому ли Люк так обрадовался, что соскучился по своей бывшей и давно хотел с ней встретиться, просто не находил удобного повода?

Нет, хватит так думать! – приказала я себе, но маленькая ранка, нанесённая ядовитой иглой ревности, уже начала кровоточить и ныть.

– Что ж, тогда я отправлю Эстер письмо, – сказал Люк и поднялся на ноги, – если она свободна, возможно, удастся поговорить уже сегодня.

Я кивнула, пытаясь скрыть беспокойство и неуверенность.

– А я напишу брату, чтобы он знал, что со мной всё в порядке, – ответила я и подошла к окну. Затем открыла одну створку и позвала. – Смит!

Возможно, мой фамильяр не обладал выдающимися магическими способностями, но всегда являлся на зов, какое бы расстояние нас ни разделяло. Сегодняшний день не стал исключением. Стоило мне выкрикнуть его имя в открытое окно, как Смит с хлопком появился на подоконнике.

– Так и знал, что ты здесь, – проворчал он, стряхивая с усов крошки печенья.

Я проигнорировала его замечание.

– Пожалуйста, передай Элиоту, что со мной всё в порядке, и я временно поживу в поместье семьи Маккартур, – попросила я и добавила, – только постарайся, чтобы мама и бабушка тебя не услышали.

– Ладно, – быстро согласился Смит, внимательно озираясь в поисках какой-нибудь еды, но на столе в малой гостиной стоял только стакан с недопитой водой, – уверена, что хочешь остаться тут одна?

– Я же с Люком, – напомнила я.

Смит бросил на меня долгий взгляд, поблёскивая глазами-бусинками.

– О том и речь, – сказал он.

Я обернулась. Убедившись, что Люк вышел из комнаты, я понизила голос.

– Всё будет в порядке, – заверила я, – он меня не обидит.

– Как знаешь, – бросил Смит, – я передам Элиоту послание и вернусь к тебе, – пообещал он, а затем снова исчез.

Почти сразу после этого пришёл Люк.

– Можем ехать! – радостно сообщил он.

– Как? Уже⁈ – удивилась я.

Кажется, не прошло и пяти минут, как Люк отправил письмо. Похоже, бывшая невеста не меньше него хотела встретиться. Ревность в очередной раз нанесла удар по моему сердцу, причём всегда била в одно и то же место. Мне отчаянно захотелось попросить Люка отказаться от встречи, но я не могла этого сделать.

– Да, Эстер как раз недавно освободилась, и у неё будет время для нас, – сообщил Люк, не замечая моего изменившегося настроения.

– Хорошо, – с трудом проговорила я, – поехали.

Люк улыбнулся, взял меня за руку и вывел на крыльцо. Перед поместьем нас уже ждал экипаж. Всё происходило слишком быстро. Я словно каталась на карусели, и из-за мелькавших перед глазами видов начинала кружиться голова. Я крепче сжала ладонь Люка, боясь, что если отпущу его, то потеряю навсегда.

Попетляв по городским улицам, экипаж выехал из Колдсленда. Я ёрзала на сиденье, не находя себе места от беспокойства. То мне казалось, что зря я переживаю из-за пустяков, то в душе вновь возникали сомнения. Люк же выглядел расслабленным, любуясь проплывавшим мимо пейзажем.

– Значит, твоя знакомая живёт за городом? – уточнила я, намеренно избегая словосочетания «бывшая невеста». Мне неприятно было вспоминать, что недавно Люк собирался жениться на другой.

– Да, она работает на фарфоровой фабрике семьи Уотсон, – сообщил он, – ты, наверное, слышала про них?

– Конечно! – воскликнула я, – это же самое большое предприятие в нашем городе, про фабрику знают все. Сейчас по популярности с ней может соперничать разве что кафе-кондитерская Мирабель Харрис.

Люк кивнул.

– Да, я наслышан об этом месте. – На его лице появилась улыбка. – Лучшие десерты в Колдсленде.

– А, возможно, и во всём королевстве, – прибавила я, хотя сама думала о другом. Выходит, бывшая невеста Люка работала на фабрике фарфора? До меня доходили слухи о столичной штучке, которая внезапно заявилась в Колдсленд, навела шороху на фабрике, да ещё и украла сердце её владельца. Значит, это та самая девушка? В душе снова поднялась волна тревоги.

Тем временем, экипаж свернул на сельскую дорогу, и впереди показалось огромное здание фабрики фарфора. Несмотря на то что я всю жизнь провела в Колдсленде, мне не приходилось бывать здесь раньше. Зачем? Фарфор можно было купить и в магазине.

Извозчик натянул поводья, и лошади остановились. Люк вышел первым, а затем подал мне руку и помог выбраться на улицу. Я расправила подол, успевший немного помяться, и только сейчас поняла, что сбежала от мамы в домашнем платье.

Какой кошмар!

Оно было не модным, не новым, не глаженным, да и ткань выцвела и местами полиняла. И в таком виде я появилась перед Люком! Но ещё хуже, что в этом же домашнем платье я собиралась встретиться с его бывшей невестой, этой столичной модницей. На душе стало совсем тоскливо. Я попыталась вспомнить какое-нибудь заклинание, которое могло бы привести платье в приличный вид, но в голову ничего не приходило. К тому же Люк взял меня за руку и повёл ко входу на фабрику. Сгорая со стыда, я поплелась за ним.

Внутри здания царило оживление, рабочие сновали туда-сюда, громко переговариваясь между собой. На нас никто не обращал внимания.

– Словно муравейник, да? – спросил у меня Люк.

Я медленно кивнула. Все сотрудники были одеты в рабочую униформу, и на их фоне моё платье выглядело не так ужасно. Наверное, и бывшая невеста Люка пришла на фабрику в чем-то похожем, и тогда я зря волновалась.

– Где я могу найти мисс Скотт? – спросил Люк у проходившего мимо рабочего.

– Она в кабинете мистера Уотсона, – на ходу бросил тот и махнул рукой в сторону лестницы на второй этаж.

– Пойдём! – позвал Люк и первым стал подниматься. Я последовала за ним.

Перед дверью кабинета он на мгновение замер, а затем решительно постучал.

– Войдите! – сказал приятный женский голос.

Люк ободряюще улыбнулся мне и распахнул дверь. Я вошла и смущённо замерла на пороге. Из-за стола напротив поднялась красивая молодая женщина и с улыбкой бросилась нам навстречу. Точнее, навстречу Люку. Он тоже засиял, а затем тепло обнял эту мисс Скотт.

– Рад тебя видеть! – воскликнул он.

– Я тоже, – улыбнулась мисс Скотт.

Мне же показалось, словно я стала невидимкой. Люк и его бывшая невеста были увлечены общением друг с другом и даже не замечали моего присутствия. Я бросила взгляд на наряд мисс Скотт: дорогое модное платье небесно-голубого цвета подчеркивало фигуру, волосы собраны в высокую причёску заколкой с перламутром, в ушах золотые серьги-капельки с голубыми брильянтами – именно так и выглядят столичные красавицы. Рядом с ней я напоминала скорее прислугу.

Словно почувствовав мой взгляд, мисс Скотт обернулась и посмотрела на меня.

– Что же ты нас не представишь? – обратилась она к Люку.

Он спохватился.

– Конечно! Эстер, познакомься с мисс Катрин Дуглас, – сказал он и добавил, – моей знакомой.

Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Голова закружилась, и мне показалось, что я сейчас упаду в обморок.

Люк только что назвал меня просто знакомой⁈

Стало трудно дышать, и я покачнулась, на мгновение потеряв равновесие. Слова Люка по-прежнему эхом повторялись в моей голове. Я хотела закрыть уши руками, но понимала, что это не поможет.

– Катрин, что с тобой⁈ – взволнованно спросил Люк, крепко прижав меня к себе, чтобы я не упала.

Мне хотелось потребовать у него объяснений. Как можно называть просто «знакомой» девушку, которую ты ещё недавно целовал⁈ Или в столичных кругах то, что произошло между нами, ничего не значило? А, возможно, Люк меня стеснялся? Не считал достойной партией? Или он ещё не потерял надежду вернуть свою бывшую невесту?

Сердце заныло от боли, но я не могла позволить себе расплакаться перед мисс Скотт.

– Ничего страшного, просто голова закружилась, – соврала я, – наверное, из-за жары.

– Тогда тебе лучше присесть, – предложил Люк и помог мне дойти до стула. Мисс Скотт тем временем налила воды из фарфорового графина.

– Да уж, лето выдалось ужасно жарким, – заметила она, передавая мне стакан.

Я с трудом заставила себе сделать пару глотков. Из-за ревности и тоски, терзавших сердце, мне не хотелось ни пить, ни есть, а лишь поскорее уйти отсюда.

– Может быть, позвать лекаря? – взволнованно спросил Люк. Или мне только казалось, что он беспокоился обо мне? Возможно, всё это время я обманывала себя, выдавая желаемое за действительное. – На фабрике же есть целители?

– Конечно, – подтвердила мисс Скотт, – правда, они в основном занимаются производственными травмами.

– Не нужно, мне уже лучше, – проговорила я и выдавила из себя кривую улыбку.

– Уверена? – уточнил Люк.

Я кивнула. Нужно было взять себя в руки. Нельзя, чтобы меня приняли за истеричку. Я поставила стакан с холодной водой на край стола.

– Люк говорил, что у вас есть знакомые, которые могут помочь разобраться в прошлом наших семей? – обратилась я к мисс Скотт, чтобы, наконец, отвлечь внимание от своего состояния.

– Это не совсем знакомые, – сказала она, – речь о родственниках моего жениха. Они ровесники дедушки Люка, поэтому наверняка помнят, что произошло в Колдсленде во времена их юности.

– Да, хорошо. – Кивнула я. – Когда мы сможем с ними встретиться?

– Хоть сейчас, – радостно сообщила мисс Скотт, – они как раз приехали к нам на лето и отдыхают в поместье семьи Уотсон. Если вы готовы. – Она бросила взгляд на Люка. – То я отведу вас туда.

Я почувствовала, как Люк положил руку мне не плечо. Этот нежный жест вызвал очередной приступ боли в моей душе.

– Как ты, Катрин? – спросил он, – если плохо себя чувствуешь, мы можем вернуться в поместье, а с родственниками семьи Уотсон встретимся потом.

Почему Люк проявлял заботу и внимание, а затем своими жестокими словами перечёркивал всё, что было между нами? Я не понимала его и не знала, что должна была чувствовать.

– Нет, всё в порядке, – повторила я и поднялась на ноги, – думаю, лучше не откладывать этот разговор.

Я смотрела в глаза Люку и пыталась увидеть чувства, скрытые в его душе. Действительно ли он меня любил? Или, как утверждали мама и бабушка, я была всего лишь временным развлечением, очередной провинциальной дурочкой, купившейся на обаяние столичного аристократа? Но заглянуть в чужую душу я была неспособна и видела лишь то, что было на поверхности. А ещё я очень хотела верить во взаимность чувств Люка и готова была оправдать каждый его поступок. Именно так действуют чары любви, верно?

Люк снова обнял меня за талию, и мы вышли из кабинета владельца фабрики, чтобы встретиться с родственниками Бенджамина Уотсона и, наконец, узнать причину вражды наших с Люком семей.

Усадьба владельцев фабрики располагалась неподалёку, поэтому мы решили пройтись пешком. Люк поначалу протестовал, опасаясь, что мне снова станет плохо, но, в конце концов, уступил, однако, всё время был рядом, заботливо придерживая меня за талию. Мне же хотелось прижаться к нему, утонуть в объятиях и больше никогда не расставаться. Почему-то именно сейчас я остро ощутила страх потери. Да, Люк был со мной, но мог в любой момент уйти.

Пока мы шли по яблоневой аллее, я то и дело бросала на него беспокойные взгляды.

– Что-то не так? – спросил он, заметив моё волнение.

– Нет, просто немного переживаю из-за разговора с родственниками семьи Уотсон, – соврала я, – кто знает, какие тайны они откроют.

На самом деле, в данный момент меня мало волновало прошлое, гораздо важнее было то, что происходит сейчас. Остались ли у Люка чувства к его бывшей невесте? И кем для него была я? Но вслух я, разумеется, ничего не сказала.

На пороге усадьбы нас встречал мистер Уотсон – отец нынешнего владельца фабрики.

– Эстер! – воскликнул он, тепло поприветствовав свою будущую невестку.

Мисс Скотт ответила ему радостной улыбкой, а затем представила нас.

– Познакомьтесь, это мистер Люк Маккартур, мой друг детства. – Её слова застали меня врасплох. Так, выходит, мисс Скотт была не просто бывшей невестой? Она и Люк знали друг друга всю жизнь⁈ Наверное, и их родители давно знакомы. Общее окружение, прошлое, интересы – словно сама судьба стремилась соединить Люка и мисс Скотт. А я была просто случайным попутчиком на их жизненном пути. Ещё никогда я не ощущала такую боль и тоску. Сердце разрывалось на части, но я всеми силами пыталась это скрыть. – И его знакомая Катрин Дуглас.

Я слабо улыбнулась, чувствуя, как мой мир медленно рушился.

– Давайте зайдём в дом. – Мистер Уотсон гостеприимно распахнул перед нами дверь, а я с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться. Мне казалось, что от остальных меня отделяла стеклянная стена. Я видела их улыбки, слышала голоса, но сама словно бы находилась очень далеко.

В гостиной нас уже ждали два пожилых мужчины. Как я поняла, один из них был отцом мистера Уотсона, а другой – дядей. Оба встретились нас улыбками и предложили занять место на диване напротив них. Мне одновременно хотелось всё время быть рядом с Люком и сбежать от него подальше. Но, помня про манеры, я села на диван.

Мистер Уостон принёс поднос с чаем и печеньем, а затем он и мисс Скотт покинули гостиную, очевидно, понимая, что разговор будет носить личный характер.

– Давно никто не вспоминал о тех временах, – задумчиво протянул старший из мужчин, представившийся Оливером Уотсоном. Его волосы уже полностью поседели, но взгляд ярких синих глаз оставался цепким.

– Да кому интересно вспоминать прошлое? – проворчал второй мужчина, назвавшийся Эрнестом. Он и был отцом мистера Уотсона. – Нужно жить настоящим.

В ответ на его реплику старший брат по-доброму усмехнулся.

– Ты совершенно прав, – согласился он, – но нас позвали, как раз чтобы пролить свет на события прошлого, не так ли?

Вопрос был адресован нам. У меня не было сил отвечать, поэтому я предоставила Люку право вести беседу.

– Именно так, – отозвался он, чуть подавшись вперёд, – вы случайно, не помните, не было ли в прошлом каких-то конфликтов между моей семьёй и родными мисс Дуглас? Может быть, земельные споры или магические инциденты?

У Эрнеста Уотсона вырвался смешок. Брат посмотрел на него и покачал головой, а затем обратился к нам.

– Думаю, многие старики помнят тот скандал, он был весьма громким, – сообщил мистер Оливер Уотсон, – конфликт действительно был, только к имуществу он не имел никакого отношения. То дело носило личный характер.

Я и Люк переглянулись. Теперь-то мы узнаем правду о прошлом наших семей. Люк сдвинулся на краешек дивана, должно быть, его переполняло любопытство.

– Что же тогда произошло? – спросил он.

Оливер и Эрнест переглянулись. Из-за этого я ощутила лёгкую тревогу. Если бы конфликт между нашими семьями был безобидным, они бы сразу нам всё рассказали.

– Это непростая ситуация, – осторожно заметил Оливер Уотсон, – наверняка вам нелегко будет о ней узнать.

Я увидела, как напряглись мышцы на лице Люка, и положила свою ладонь поверх его в знак поддержки. Он посмотрел на меня и улыбнулся.

– И всё-таки, – сказал Люк, – какой бы ни была правда, мы хотим её услышать.

Оливер Уотсон тяжело вздохнул, вместо него ответил брат.

– Семья Маккартур обвинила вашу бабушку, Камиллу Дуглас, в непристойном поведении, – быстро проговорил он.

– Что⁈ – воскликнула я и тоже подалась вперёд, – невозможно!

Моя бабушка всегда была приличной женщиной и вела добропорядочную жизнь. Я не могла поверить, что кто-то посмел обвинить её в подобном. Такие подозрения ведь способны перечеркнуть жизнь девушки!

– Абсурд! – повторила я.

– Мы вовсе не обвиняем вашу бабушку, – поспешил оправдаться Оливер Уотсон, – просто рассказываем о том, что тогда произошло.

– Слухов ходило очень много, – добавил его брат, – кто-то им верил, другие нет, но после обвинений дело приняло серьёзный оборот.

– А кто их предъявил? – уточнил Люк, – чьи это были слова?

– Ваших прабабушки и прадедушки, то есть, родителей Брюса Маккартура, – сообщил Эрнест Уотсон, – а они ведь были очень влиятельной семьёй в наших краях. Одного их слова было достаточно, чтобы уничтожить репутацию человека.

– Именно это и произошло бы с вашей бабушкой, если бы она быстро не вышла замуж, – заметил Оливер Уотсон, – после этого разговоры немного утихли. Хотя, какое-то время на неё продолжали смотреть косо.

Я была шокирована, но теперь многое стало понятным. Вот причина, по которой бабушка вышла замуж за дедушку, хотя они были совершенно разными людьми. Ей пришлось так поступить, чтобы спасти свою репутацию и потом всю жизнь провести рядом с нелюбимым человеком.

– Подождите. – Люк тоже был растерян. – Но почему моя семья обвинила бабушку Катрин в непристойном поведении? Не сделали же они это просто так.

– Достоверно о том, что произошло могут сказать только ваши родные. – Оливер Уотсон развёл руками.

– Но кое-какие слухи ходили, – добавил его брат.

– И что же говорили люди? – уточнил Люк.

– Что родители Брюса Маккартура были против его отношений с Камиллой Дуглас и, таким образом, избавились от неугодной девушки, – сообщил Эрнест Уотсон.

– Нет! – ахнула я.

Мне не хотелось в это верить, но слухи были очень похожи на правду. Шкатулка и подаренный участок земли подтверждали, что когда-то моя бабушка и дедушка Люка были влюблены друг в друга. А тот факт, что письма были похоронены под землёй на долгие годы, а обе семьи старались не вспоминать друг друга, говорил об очень большой обиде. Теперь я понимала, почему бабушка так ненавидела семью Маккартур.

– Чудовищно, – прошептала я.

– Подождите! – воскликнул Люк, – возможно, это всего лишь слухи, – сказал он и прибавил, – мне сложно поверить, что мои родственники могли с кем-то так обойтись. Тем более, дедушка. Он всегда был порядочным человеком.

Я посмотрела на Люка и в голову пришла пугающая мысль: а если бы семья поставила его перед выбором, как бы он поступил со мной? Вдруг бабушка была права и от Маккартуров действительно нельзя ждать ничего хорошего?

– Конечно, это только слухи, – примирительно сказал Оливер Уотсон, – мы не были участниками той истории и не знаем всей правды.

Люк вскочил на ноги.

– Я прямо сейчас напишу дедушке и потребую объяснений, – заявил он. Похоже, история сильно задела Люка. Впрочем, как и меня.

Если в прошлом наших семей произошли такие события, то разве можем мы рассчитывать на счастливое будущее?

Глава 12

Обратно в поместье мы ехали молча, переваривая услышанное. Люк уже успел отправить письмо дедушке в столицу и с нетерпением ждал ответа. Я же размышляла о своей семье и трагедии, произошедшей с бабушкой. Она любила Брюса Маккартура и собиралась выйти за него замуж – свадебное платье, которое я нашла на чердаке усадьбы, наверняка принадлежало ей – но родители её жениха разрушили все планы, посчитав, что бабушка им неровня. Сложно представить, каким ударом это стало для неё. Тем более, Брюс Маккартур тоже предал бабушку – он ведь мог не идти на поводу у родителей и не разрывать отношения, но статус и деньги оказались для него важнее.

Я покосилась на Люка. Вдруг он такой же, как и его семья? А я так неосторожно влюбилась в него?

Почувствовав мой взгляд, Люк повернул голову. Я покраснела, чем выдала свои потаённые мысли.

– Сомневаешься во мне? – спросил он, сжав кулаки. По голосу я поняла, что сильно обидела его, и это причинило мне боль. Я могла пережить раны на своём сердце, но видеть страдания Люка для меня было невыносимо. Я хотела взять его за руку, но он быстро убрал ладонь и отвернулся.

– Люк! – жалобно позвала я, – прости меня, пожалуйста!

Он промолчал. Тишина ранила сильнее оскорблений. Я почувствовала, как из уголка глаза выскользнула горячая слезинка.

– Люк! – Это была уже мольба.

– Разве я давал тебе повод сомневаться в себе? – наконец, спросил он, а затем протянул руку и нежно стер слезинку с моей кожи, – прости. Мне не следовало быть таким резким. – Я прижалась щекой к его тёплой ладони. – Я не рассказывал, но после нашего расставания Эстер обвинила меня в подлом поступке. Будто бы из мести я пробрался на фабрику и разбил сервиз, от которого зависела дальнейшая судьба всего предприятия. – По лицу Люка пробежала тень, очевидно, ему было тяжело вспоминать те события. – Расставание само по себе было болезненным, но то, как плохо подумала обо мне Эстер, хотя мы знаем друг друга с детства, стало для меня настоящим шоком. Неужели я действительно произвожу впечатление человека, способного на подлость?

– Конечно, нет! – воскликнула я, подалась вперёд и поцеловала Люка, стараясь вложить всю любовь, которую к нему испытывала, – для меня лучше тебя нет никого!

– Катрин, – прошептал Люк и вернул мне поцелуй, а затем обнял и крепко прижал к себе. Я снова почувствовала невероятное счастье. Лишь одно омрачало мою радость: Люк постоянно вспоминал о своей бывшей невесте, словно бы она до сих пор очень много для него значила. И мне хотелось понять: были ли это только дружеские чувства или он надеялся на большее? Ревность и подозрения отравляли меня изнутри, но я не решилась озвучить свой вопрос. Боялась испортить момент. Сейчас между мной и Люком снова царила гармония. Зачем разрушать её ради неприятного разговора?

А ещё я страшилась правды. Если бы Люк признался, что действительно до сих пор любит мисс Скотт, то я бы просто не смогла такое пережить. Лучше умереть, чем услышать от него эти слова. Поэтому я положила голову Люку на плечо и уставилась на проплывавший мимо пейзаж.

Экипаж быстро довёз нас до поместья семьи Маккартур. Люк, как обычно, спрыгнул на землю первым, а затем помог спуститься мне. Я надеялась, что после стольких переживаний смогу прогуляться по саду и насладиться тишиной и умиротворением, но нас встретил взволнованный дворецкий.

– Мистер Маккартур! – воскликнул он, – вас ожидает гостья.

– Гостья? – удивлённо переспросил Люк, – не припомню, чтобы сегодня у меня были назначены встречи. Интересно, кто же явился без приглашения и зачем?

Я тоже забеспокоилась. Всем известно, что от незваных гостей не стоило ждать ничего хорошего.

– К вам приехала миссис Маккартур, – объявил дворецкий, – ваша бабушка.

– Что⁈ – Люк был очень удивлён и пробубнил себе под нос. – Писал ведь дедушке, почему же он не захотел прибыть сюда лично?

Я же в тот момент подумала о другом. Ради этой женщины Брюс Маккартур когда-то бросил мою бабушку. Интересно, какая она?

– Катрин, – позвал Люк, взяв меня за локоть, – тебе лучше пойти наверх и отдохнуть. День сегодня выдался трудным.

Его предложение немного меня задело. Люк явно хотел сделать так, чтобы я не встретилась с его бабушкой. Но почему? В голову снова пришла мысль, что он стеснялся меня, но я её отбросила. Речь о семье Люка, и он вправе решать, когда познакомить меня с ними.

– Хорошо, я и вправду устала, – сказала я.

Люк улыбнулся и обратился к дворецкому.

– Проводи мисс Дуглас в гостевую комнату с видом на сад, – попросил он.

Дворецкий кивнул. Я ещё раз бросила взгляд на Люка, а затем переступила порог поместья.

Дворецкий провёл меня на второй этаж по боковой лестнице, так что мне не пришлось проходить мимо гостиной. Видимо, Люк нарочно выделил мне комнату в другом конце дома, чтобы я даже мельком не пересеклась с его бабушкой. Я проследовала за дворецким в северное крыло и вскоре оказалась у дверей просторной и очень уютной спальни в тёплых зелёных тонах. Из-за больших окон комната казалась частью сада. Мне определённо здесь нравилось.

– Если вам что-нибудь понадобится, позвоните в колокольчик, – сказал дворецкий, указав на шнурок у двери.

– Хорошо, спасибо! – поблагодарила я и прошла вглубь комнаты. По сравнению с улицей здесь было прохладно и тихо, и у меня возникло желание немного вздремнуть, ведь я действительно сегодня перенервничала.

Я села на кровать.

– Какие новости? – Раздавшийся рядом голос заставил меня подскочить на месте.

– Смит! – воскликнула я, схватившись за сердце, – зачем же так пугать⁈

Фамильяр бросил на меня равнодушный взгляд.

– Я же обещал, что передам послание твоему брату и вернусь, – напомнил он.

Я закрыла лицо ладонями. Нет, видимо, сегодня мне не удастся отдохнуть. Смит же стал по-хозяйски изучать комнату, обнюхивая каждый угол. У одной из стен он задержался надолго. Неужели нашёл какую-то еду? Или, возможно, учуял мышь?

– Что случилось? – спросила я.

– Кажется, внизу твой жених с кем-то ругается, – сообщил Смит, замерев у вентиляционной отдушины, – и речь идёт о тебе.

Я вскочила на ноги.

– Ты уверен? – уточнила я.

Смит кивнул и поманил меня лапкой к себе. Я подошла, опустилась на колени рядом с ним и прислушалась. Но различила лишь далёкий шум, в котором с трудом можно было узнать человеческие голоса.

– Я ничего не слышу, – пожаловалась я.

– Эх, люди! Какие же вы беспомощные, – проворчал Смит, а затем вскарабкался мне на плечо и легонько подул в ухо. Стало щекотно, и я дёрнула головой, потом услышала громкий писк, а следом до меня донеслись знакомые голоса. С помощью своей магии Смит временно усилил мой слух.

– Спасибо! – сказала я и наклонилась к вентиляции. Теперь я могла различить каждое слово, которое произносили в гостиной. И первым, что услышала, был вопрос Люка:

– Как вы узнали обо мне и Катрин?

Моё сердце забилось чаще. Люк и его бабушка действительно обсуждали меня. Я почти прислонилась ухом к вентиляции, чтобы не пропустить ни одной реплики. Раздалось какое-то шуршание, а затем миссис Маккартур снова заговорила.

– Добрые люди сообщили, – усмехнулась она.

Повисла небольшая пауза, потом опять раздалось шуршание. Я догадалась, что миссис Маккартур говорила о письме, в котором какой-то «доброжелатель» рассказал о моих отношениях с Люком. Интересно, кто бы это мог быть?

– Моя личная жизнь вас не касается, – отрезал Люк. В его голосе слышалась злость.

– Ещё как касается! – взвилась миссис Маккартур. Несмотря на возраст, у неё был очень высокий, писклявый голос, словно у маленького ребёнка. – Эта распутная девица тебе не пара!

Я сжала кулаки. Да как она может так говорить обо мне⁈ Мы ведь даже ни разу не встречались, и в Колдсленд миссис Маккартур приехала впервые.

– Вы переходите границы, бабушка, – с холодной яростью проговорил Люк, – не смейте так называть мою возлюбленную!

Возлюбленную… я невольно улыбнулась. Значит, Люк всё-таки относился ко мне серьёзно. Но вот позиция его бабушки меня пугала. Почему она так негативно настроена? Разве я в чём-то провинилась перед ней?

– Как ты не понимаешь! – продолжила возмущаться миссис Маккартур, – эта девица тебя не любит! Ей нужны только деньги! Она просто очередная никчёмная деревенщина, которая хочет устроить свою жизнь за чужой счёт!

– Катрин не такая, – отчеканил Люк, – я вообще не понимаю, почему вы приехали сюда. Я хотел поговорить с дедушкой, а не с вами.

Раздался звук, напоминавший скрежет. Только спустя пару мгновений я поняла, что это был смех.

– Брюс ненавидит это место, – заявила миссис Маккартур, – он поклялся, что больше никогда не переступит порог поместья в Колдсленде, поэтому я приехала вместо него. Но не волнуйся, я в курсе ситуации.

Люк промолчал. Жаль, я не могла видеть его лица, чтобы понять, какие чувства он испытывал.

– Очевидно, та хитрая девица пытается настроить тебя против семьи. – Услышав очередное беспочвенное обвинение миссис Маккартур, я была шокирована. Почему она так сильно меня ненавидит⁈ – Всё, что ты услышал – вздор. Да, когда-то Брюс жил в Колдсленде и познакомился с такой же коварной девицей, которая обманом пыталась женить его на себе. К счастью, родители Брюса вовремя об этом узнали и увезли его домой. А потом нашли сыну невесту по статусу. – Очевидно, миссис Маккартур говорила о себе.

– Судя по письмам, дедушка был по-настоящему влюблён в Камиллу, – заметил Люк, – и, кстати, её родители тоже были аристократами, пусть и обедневшими.

– Не смей! – завопила миссис Маккартур, переходя на ультразвук, – Брюс никогда не любил эту распутную девку! Она просто околдовала его своими чарами!

– И поэтому вы обвинили её в непристойном поведении? – уточнил Люк, – интересно, что же такого она сделала?

– А ты изменился! – со злостью заметила миссис Маккартур, – за каких-то пару недель полностью попал под влияние этой девицы.

– Не нужно впутывать сюда Катрин! – потребовал Люк, – я хочу узнать правду не ради неё, а для себя!

– Я уже всё тебе рассказала, – отрезала миссис Маккартур, – больше мне добавить нечего.

Люк вздохнул.

– Что ж, тогда я вызову вам экипаж или вы предпочтёте воспользоваться порталом? – спросил он, намекая, что разговор окончен.

Я облегчённо выдохнула, но рано обрадовалось. Бабушка Люка явно не собиралась уходить.

– Разговор закончится, когда ты пообещаешь, что бросишь эту девицу, – заявила она, – запомни, мы никогда не благословим ваши отношения. А если станешь упрямиться, пожалеешь!

Я затаила дыхание, ожидая, что Люк скажет бабушке в ответ на её угрозу. Будет ли стоять на своём или отступит?

Снова послышался тяжёлый вздох. Даже на расстоянии ощущалось, как эта беседа вымотала Люка.

– Не думал, что вы опуститесь до угроз, бабушка, – устало проговорил он.