Текст книги "Мятая фольга 2 (СИ)"

Автор книги: Татьяна Снежная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

4

Я задумчиво гоняла по дну тарелки макаронину. Мысли мои формировали в голове обтекаемый образ уязвимости врага. Проще говоря, я искала выход из сложившейся ситуации. В тот день, когда мы заключили с Владом сделку, я готова была пообещать все, что угодно, лишь бы выбраться из плена и вернуться к привычной жизни. Пообещала. Он исполнил свою часть договора. Мне придется исполнить свою.

«..Ты уже знаешь силу лжи, так используй ее…»

Я бы с радостью, но ложь обернется против меня. В свете последних событий играть в романтические отношения с Максимом это самоубийство.

Я оторвала взгляд от вилки и уставилась на нежные, белые бутоны в вазе.

".. Красивая обертка для сладкой конфетки с приторным вкусом, – мерзко шутит он. – Такой ты всегда была для него. Мы оба знаем, от чего Ник так помешан на тебе. Хочу, чтоб запомнил тебя именно такой, когда найдет."

Вот первопричина! Вот чего он добивается! Оборвать связь между мной и моим братом. Разъединить нас, доказав тем самым свое превосходство. Хм. истинный гений метаморфоз.

– Чего ты зависла над тарелкой? Донимают чувственные фантазии? Уроки сделать не забыла, богиня белых роз?

Никита стоял в проеме кухни, призывно глумясь надо мной всем своим видом.

Я качнулась на стуле, отложив вилку. На какой из трех вопросов он ждет ответа? Я так или иначе была готова, что мы вернемся к утрешнему инциденту.

– Я…

Не успела. Никогда не успевала.

– Если я хоть что– то понимаю во всем этом, так это то, что именно у этого парня ты ошивалась целый месяц, я прав?

Стопроцентная логика его мыслей ввела меня в ступор. Я похлопала ресницами.

Он подошел ближе и навис надо мной, облокотившись в стол ладонями.

– Знаешь, во что я превращу этого самовлюбленного идиота, если это так? – Никита дернул губами и я буквально ощутила его возмущение, – черт, я облазил все морги, пока вы играли в эту свою влюбленную тайну! Я скулил у каждой твоей подруги, пытаясь хоть что-то выведать, о тебе! Я нарезал круги по ночному городу, пока ты сопела в его постели! – В его лице появилась брезгливость. – Думаешь, это сойдет ему с рук?!

Между нами зарождалось что – то определенно нехорошее.

Сопела в его постели? Он воспринял появление Вронского, как причину нашего разрыва, моего самоуправства и ухода из дома? Он нафантазировал кучу всякого хлама, посчитав Макса участником тайных подростковых отношений между нами двумя и зачинщиком моего бунта? Неожиданный поворот!

– Нет. – Я выдохнула, покачав головой. Не до такого же фанатизма?! Мысли путались в моей голове, наскакивая одна на другую. Как все объяснить, не выдав себя?! – Нет!

– Тогда где ты была? – Кажется он повысил голос, а это могло обернуться для нас обоих проблемой. Следовало перейти в наступление, но я боялась поступить неправильно. – Отвечай!

Ох уж этот чертов Вронский со своим букетом! До его прихода вопрос моего исчезновения был почти закрыт. Я обвинила брата в чрезмерном давлении, удушливом внимании, он винил себя. Четыре дня был услужлив и мягок, беззаботно обнимал меня при каждом удобном случае за плечи, называл бестолочью, целуя в макушку. Даже просил прощения. Теперь появился повод..

– Прекрати давить на меня! – Членораздельно произнесла я, громко. С его точки нахождения, я, сидящая за столом, сама себе казалась бешеным чахлым мамонтенком. Оттого мне и хотелось казаться более разъяренной и устрашающей. Скулы брата дернулись. Он все еще не сводил с меня тяжелого, пытливого взгляда, от которого мне стало нехорошо. В моей голове закрутились картинки трехнедельной давности, моего липкого страха, отчаянья, одиночества. Я жевала губы не понимая, в чем он обвиняет меня, если причина всему он сам! Это на нем так помешан Влад, это он, возомнил парня стоящего передо мной, своим собратом, соавтором своих идей. Изнутри поднялась волна необъяснимой обиды, в которой смешалось все, что я сдерживала и пружина резко выпрямилась. Жаль, что я так и не нашла свои таблетки. – Не хрен играть роль заботливого братишки! Ты даже мне не родной!

Сначала я испугалась необдуманных слов, слетевших с языка, а через секунду его потерянного, разъяренного взгляда.

– Хм., – он как– то странно оскалился, выпрямившись. – Вот значит как!? – Тон его голоса сбавил обороты. – Хочешь сказать, что это все меняет?! – Почти с нежностью в голосе. На долю секунды замер, словно хищник перед прыжком, мимика его лица и взгляд застыли. Мгновение… резко шагнул к кухонному ящику, дернул его на себя так, что тот вылетел с грохотом опорожняя содержимое на пол… Резво нагнулся, поднял тяжелый хромированный молоток для мяса.

Это было худшей минутой моей дурацкой жизни. Потому что такого жуткого зрелища мои глаза в реалии еще не видели: звучным хлопком разместив пятерню левой руки передо мной на столе, он со всей силы и размаха ударил молотком по своим пальцам.

Помню, что отскочила к окну, едва не свалившись под стол, зацепившись за табурет. Ладони мои на автомате зажали рот, сдерживая крик безудержного ужаса, но этого было так мало, что я прикусила фалангу указательного пальца. Мой подавленный взгляд ужаса и боли, и к слову сказать, совсем не физической, ошалело рвали этого парня на части, грудь вздымалась от сбивчивого дыхания. Сквозь напряженную тишину повисшую между нами, до слуха донеслись мои собственные завывания. Картина трагедии накрыла меня с головой.

– Не скули. – Хрипло протянул он, разжав челюсти, которые стиснул при замахе. – Я же не родной.

С некоторой задержкой, он швырнул молоток на пол и осунувшись, бросив долгий испепеляющий взгляд, неторопливо покинул кухню.

Я стояла вжавшись в подоконник, наблюдая, как пространство крутится вокруг меня бешенной каруселью и размазывая сопли и слезы по лицу, необратимо рвала на себе челку.

5

"Псих…псих…псих… " вертится в моей голове. В комнате темнота, дверь плотно прикрыта. Я кручусь в постели, по неосторожности сбив простыню, перекрутив одеяло. Удобная до этого кровать превратилась в какой – то пыточный лежак.

Несколько раз поднимаю с пола мобильник, тупо фиксируя время. Пару раз заглядываю на свою страничку в соц сети, в надежде отвлечься от неприятных, жгучих мыслей, но ничьи свежие фотки и яркие статусы не вызывают во мне интереса. Это необъяснимо, но я чего – то жду… жду, изнывая томительной истомой, пялясь в темные углы своей комнаты. Жду от себя самой.

Его искрення ревность могла бы стать для меня подсказкой – выходом. Доверся я своим чувствам, собственной интуиции и тягостная ситуация, в которой я томлюсь не первый год, исчезнет сама собой. Вот он шанс! Но я не могу себе доверять, потому что по привычке жду первого шага от него. Что ему стоит прижать меня к себе и сказать те слова, которые не оставят никаких сомнений? Но он не делает никаких попыток, и возможно просто бесится от того, что его величие задето, а авторитет раздавлен.

Я не хочу вспоминать то, что произошло сегодня на кухне. Потому что считаю себя виноватой, потому что вечно говорю невпопад и слова слетают с моего языка как иглы. Потому что теперь у него посиневшие, распухшие пальцы и от ноющей боли, он, скорее всего, не может уснуть.

Почему он такой? Что заставляет его подчиняться неконтролируемым вспышкам агрессии? Ведь так не ведут себя нормальные люди. Осторожные, они, спешат обезопасить себя, оградиться от любых неприятностей – натягивают шлемы садясь на мотоциклы; выключают рубильники, собираясь чинить проводку; пристегивают себя ремнями; обходят темные, пустынные улицы..

В конце-концов выясняют отношения с помощью языкового общения, а уже потом, не найдя понимания, прибегают к другим более убедительным аргументам.

Он, для меня, привычное – непостижимое, родное– оказавшееся чужим, запретно-манящее;

Я начинаю понимать, от чего он так нравится мне. С детства правильная, робкая и трусливая, я нахожу в нем проводника в другой мир: мир противоречивых, странных истин. В который никогда бы не шагнула, не держи его за руку. В этом мире можно быть любой: смелой, безрассудной, комичной, жестокой, можно выставить всю себя на всеобщее обозрение, не обращая внимания на чужие косые взгляды. Можно быть настоящей. Я получаю наглядный пример, перенимаю опыт. С пониманием того, что свободными, мы делаем себя сами.

В кухне зашумела вода и скрипнула дверца шкафчика. Я села на кровати, поджав ноги, и прислушалась. Судя по всему он принял таблетки. Возможно, обезболивающее или те, свои, что пил постоянно. Когда все стихло, я потянулась к планшету и сделала, то, что собиралась сделать уже давно. Вошла в поисковик и порывшись в своей памяти, набрала: липоцеребрин инструкция к применению.

"Ноотропное средство.

Показания к применению препарата:

повышенная утомляемость, артериальная гипотензия. В составе комбинированной терапии – , неврозы.

Фармакологическое действие:

Адаптогенное средство. Обладает ноотропным, общетонизирующим свойствами. Содержит фосфатнолипидные вещества и бла… бла… бла.

Кроме фраз: повышенная утомляемость, неврозы, общетонизирующие свойства, я ничего не поняла.

В топку!

Ему всегда хреново, вот мой вывод.

Шумно упала в подушки. Завтра день занятий, нужно выспаться. Прикрыла глаза и тут же распахнула вновь. Не получится. Знаю, что не смогу уснуть, пока не прощу себя, не оправдаюсь перед ним. Завтра уже будет поздно.

Половицы пола сочувственно скрипят под моими голыми стопами. Остановившись в проеме его комнаты, я обнаружила Никиту лежащим посреди большой кровати на спине. Глаза его были распахнуты, поэтому я не стала мучиться нерешительностью, и, обтянув свою майку для сна, сделала еще несколько бесшумных шагов. Не раздумывая, дабы не бороться с сомнением внутри, приподняла край одеяла и осторожно легла рядом. Тоже на спину. Не прикасаясь к нему и не строя никаких иллюзий.

Мы лежим в сумраке комнаты молча, прислушиваясь к дыханию друг-друга. Сердце мое бьется тревожно, словно птица в клетке, а низ живота стянуло в болезненный узел.

– Мне не спится, – шепотом пояснила я, повернувшись к нему лицом. Брат прикрыл веки и шевельнул бровями.

– Я не снотворное.

– А вдруг? – Без капли обиды шепнула я. – Думаешь обо мне плохо?

– Я о тебе не думаю.

Это неожиданно кольнуло, остудив мой запал. Кем тогда заняты его мысли?

– Давай просто поговорим. Ты должен дать мне шанс объясниться… Все, что ты надумал и наговорил, на самом деле лишь плод твоих фантазий. Я сгоряча возмутилась… подобным выводам. Этот парень, что приходил утром, меня не интересует. И то, что случилось со мной, не из-за него.

Никита молчал, так и не открыв глаз. Словно ушел в сон. Хорошо, я должна дать ему время и возможность осмыслить свои слова. Поэтому просто пялюсь на его профиль, дыша через раз.

– Ты должен был сказать о своей матери. Не представляешь, что я испытала, когда они позвонили и ошарашили меня..

– Забудь, – перебил меня он и неожиданно приподнявшись, закинул мою голову к себе на плечо. Оно оказалось теплым и удобным, как раз то, что нужно. Я замерла, прикрыв глаза, втянула в себя запах его горячей кожи.

Он простил. Что-то волшебное было в том, что мы так близко, будучи ребенком до мозга костей, для меня это было непередаваемо. Я прикрыла глаза и выдохнув страх, осмелела. Нашла под одеялом его левую ладонь, которая лежала чуть ниже ребер. Осторожно, едва касаясь, провела по ней и ощутила, как распухли пальцы. Они пылали. На языке крутились фразы: боль, больно, мучительно, неприятно, но я так и не успела задать ненужных вопросов. Брат оторвал пальцы от живота и решительно накрыл мою ладонь своею.

Когда в последний раз мои руки касались этой части его тела? По-моему в четвертом классе, когда мы бесились в аквапарке. Я подплыла к нему сзади и обхватив за талию, попросила скатиться со мной с горки-аттракциона. Тогда это было так просто, никаких безудержных мыслей, никаких сладких впечатлений. Сейчас же, моя ладонь плавится под жаром его тела, ощущая биение пульса в подвздошной вене, и сознание рисует те картины, от которых сбивается дыхание. Словно маленький испуганный зверек, я тут же закрылась на тысячи замков боясь оступиться, запрещая себе желать большего. Но… глупая, глупая девчонка не выдержала и трех минут. Задержав дыхание, придвинулась ближе в поисках живого тепла к которому нестерпимо тянуло, но Никита напряженно прочистил горло и это отрезвило, подсказало, что пора остановиться. Не имею никакого права.

– Я боюсь, что потеряю тебя, – шепчу я, спеша оправдаться.

Секунды, словно вязкая субстанция, тянутся необъяснимо долго.

– Ты меня не потеряешь…

– Обещаешь?

Я терпеливо ждала ответа до тех пор, пока не провалилась в дурман сна.

***

– Жека! Подъем!

Я оторвала голову от подушки, вырываясь из сна. Идеальный по своим формам голый торс брата, мелькнул в проеме комнаты. В ванной зашумела вода. Я перевернулась на спину и нащупав на тумбочке сотовый Никиты, заглянула в экран: реально припозднились!

Вскочив, рванула в свою комнату и наспех собрала школьный рюкзак. Вбежала в освободившуюся ванну, приняла душ, вычистила зубы…

– Я позавтракать уже не успеваю, а ты обязательно поешь, я поставил чайник. – Брат на ходу сунул голову в горловину свитера и я успела скользнуть взглядом по его распухшей ладони.

– Хорошо, – на автомате шагнула ближе. – Ч то будешь делать с пальцами?

– Залью зеленкой, – отмахнулся Никита, пытаясь одной рукой натянуть куртку.

Знакомый ответ. Да от чего же у него такая любовь к зеленке? Повернулась в сторону кухни, вспомнив, что тоже опаздываю и внезапно замерла.

– А где? – Похлопала ресницами, изучая пустой вазон на столе. Вернулась в прихожую, где обувался Никита.

Наши взгляды переплелись.

– Ты про те стебли с шипами? Ну в самом деле, не станет же моя сестра принимать букеты от парня, который ей безразличен. Нужно учиться быть менее сговорчивой.

Не знаю, что отразилось в моем лице, но это заставило Ника добавить:

– Ты жалеешь?

– Нет, – поспешно соврала я, мотнув головой, желая скрыться с его глаз, дабы не выдать себя еще больше. Все это меня несколько озадачило.

– Я оставил деньги у зеркала, после школы обязательно купи хлеб и молоко, остальное на свое усмотрение, – раздалось из прихожей.

– О кей.. – протянула я, наливая в чашку кипяток.

– Если меня будут разыскивать по телефону, посылай всех в лес. И подумай о нашем вчерашнем разговоре. Мне нужны объективные предложения по поводу Нового года, – неслось из прихожей.

– Да, – на автомате ответила я. Моя голова была занята решение некого ребуса. Это так по мальчишечьи – выкидывать цветы. Он ревнует или злится?

– Проводишь?

Я запрокинула голову, и отложив чайную ложку, посеменила в прихожую. Никита некоторое время изучал меня, въедливо, как насекомое на иглу накалывал. А я старалась держаться непринужденно. Хлопала глазами, жевала губы.

– Если появятся какие– то планы на вечер, позвони мне, – Развернулся и вышел.

Какие уж тут планы…

Зря я спешила к первому уроку. Зря я вообще очутилась сегодня в школе! Почему, после ухода Никиты, я не позволила себе нежиться в его большой кровати и дальше, послав все заботы подальше?! Ведь эта сладкая мысль посещала меня, пока я жевала бутерброд и одевалась. По крайней мере, не случилось бы всего того…

6

Первое, с чем я столкнулась, это розы. Cтебли, надломанные по центру, хаотично разбросанные, утопали в снегу под нашими окнами. Я замедлила шаг и некоторое время пялилась на эту картину раскрыв рот… Он распахнул окно и сложив стебли поперек, швырнул на мороз. Да что с ним?! Что за копирование сценария дурацкого сериала?

Второе – столкновение с Вронским.

Завидев меня на противоположной стороне длинного школьного коридора, направился ко мне. Сегодня на нем были светлые джинсы и новый свитер. Пижон! Меняет одежду, как модель на подиуме!

– Привет. – Он вытянул руку вперед, чтоб придержать меня, но во время сдержался. – Послушай, ты же помнишь, мне пришлось соврать на прошлом уроке истории. Это недоразумение, я имею ввиду семинар, пройдет в пятницу… вот, – в процессе пояснения он уже успел снять с себя рюкзак и просунув в него руку, достал пачку скрепленной бумаги, – за неделю ты это осилишь… прочтешь и перескажешь своими словами.

Я проанализировала информацию и поморщилась.

– Ты серьезно? – Выступать на каком – то семинаре, мне не улыбалось. – Может лучше заболеть?

Макс заглянул прямо в глаза.

– Нет. – спокойно отказал он, – не лучше. Тебе не нужна пятерка в году?

Это был весомый аргумент. Но почему, при нашем общении сейчас, мне кажется, что он говорит с издевкой, словно насмехается? Может из-за этого расфокусированного взгляда, когда глаза собеседника скользят по тебе, перескакивая с левого зрачка на правый, с губ на нос, с челки на висок? Словно изучают, привыкая. Ужасно отвлекает. Пока поймаешь этот взгляд, забываешь, какие фразы строишь в голове. Раньше, он смотрел на меня совсем по другому. И еще комично приподнятые уголки губ, в легкой улыбке.

– И вечером в шесть, я зайду, нужно кое-что обсудить, – продолжил он.

Я распахнула глаза, уставившись на этого парня, это было так напористо, что я не успела ничего осознать. Блин, да постой! Вечно торможу. Хочешь быть внимательным и предусмотрительным, пожалуйста, но вот это: "ляг-отожмись", совсем из другой оперы.

– Эй, постой! Мы так не договаривались, – я замолчала, ожидая пока мимо нас пройдет гогочущая толпа, – знаешь, тебе лучше пока не появляться на моей территории.

– А в чем проблема!? – Макс двинул бровью, но взгляд его тут же вспыхнул озарением, – а, твой брат!

Такой догадливый!

– Отпроситься сможешь? Я буду ждать в кондитерской за углом.

Совсем не похоже на романтическое предложение о встрече. И я ужаснулась тому факту, что колесо уже завертелось, и я, не подготовленная морально, уже играю эту роль. Роль его фиктивной девушки. Почему бы нам не взяться за руки?

– Зачем это все? – Скольжу взглядом по его подбородку и голой шее, остановив его в том самом месте, где под свитером, наверняка спокойно билось его сердце.

– Сегодня последний день, когда мы сможем увидеться и пообщаться. Пару дней меня не будет.

Занятой какой, а если у меня не получится сегодня!? Я вздохнула, выкладывая последний вопрос, давно хотела его задать.

– Почему вы не можете просто полечить его у психиатра? В самом деле, неужели эта проблема не решаема, неужели нельзя как то на это повлиять? Человек опасен для общества, с параноидальными наклонностями. Может заиграться в эти свои "адские шахматы" до непоправимого.

– Ты про психушку? – одноклассник прищурился и как-то озлоблено дернул кончиком губ. Мне даже померещилось, что он не простит мне этих мыслей и слов.

– Слишком умный для психа, боимся за санитаров.

Макс закинул рюкзак на плечо и посмотрел мне за спину. Взгляд его стал цепким, зрачки замерли. Шестым чувством или пятой точкой, я поняла, кого он увидел за моей спиной.

– Ладно, иди. Иди в кабинет, – безоблачно произнесла я, как наивная дура.

– Что? – Взгляд Макса оживился, перескочил на меня и тут же с саркастическим удивлением добавил, – ты серьезно? Думаешь, что я отступлю?

Я в курсе: ты не отступишь. Ты это. как же там… а, парень, который умеет за себя постоять. Но сейчас не время устраивать петушиные бои.

– Дело не в этом! Так надо! Это важно, иди! Иди, иди, я потом тебе все поясню… – поторопила я. Макс уставился на меня с недоверием, но перечить не стал.

– Ладно, не буду мешать, – он еще раз взглянул на кого-то в конце коридора и побрел в сторону класса, не оборачиваясь.

Я стояла совсем недолго, прежде чем ощутила чье-то присутствие рядом.

Ден стал передо мной и мне пришлось поднять взгляд. Немного растерян, но в полном порядке.

– Ты серьезно? Вронский? Не смеши меня… – он качнул головой и сморщил лоб в знак неодобрения.

Мое отношение к Денису для самой себя оставалось загадкой. Рядом с ним, как бы бережно он ко мне не относился, и каким бы милым не казался, ощущаю себя – временной…Как увлечение: в футбол, баскетбол; Выше прыжок, точнее удар, красавчик, герой…Но присутствует эта червоточина, что сейчас он переключится на что-то более интересное, более увлекательное и все…ты заброшена, как сношенное, старое пальто, как порванный футбольный мяч. Я не верю в его верность и постоянство. И увлечен он мной по одной причине: я чиста и правильна, таких как я, в его близком окружении не было. Осторожные девочки сторонятся его.

– Ты находишь это смешным? – Мнение Дена мне не интересно… Сам Ден мне не интересен. Слишком прост, открыт. Никаких тайн, одни инстинкты.

С его губ сорвался легкий смешок, а взгляд пробежался по мне от носков обуви до макушки.

– Ну-у, если ты предпочитаешь холодный север и мертвые айсберги, то пожалуй-нет, это повод для скорби.

А! Вот как? То есть себя он считает горячим мексиканским мачо?! Ну не знаю… пока ничего не могу сказать, сравнивать не с чем.

– Пошли, мелкая, я помогу тебе разжечь в этом холодном сердце огонь, – загадочно произнес Волков и приобняв меня за плечо, увлек за собой. – Посмотрим, что из этого получится..

И мне эта фраза совсем не понравилась.

Я не сопротивлялась, когда Денис ввел меня в кабинет литературы. Я ему странным образом доверяла. Почему нет? Он всегда был на моей стороне. Уже на пороге, он что то шепнул мне на ухо и только тогда отпустил плечо; не расслышала, в помещении шумно. Макс сидел за третьей парой слева, у окна, и то, что Волков отлип от меня только в классной комнате, не укрылось от его взгляда, вскользь брошенного в нашу сторону. Я шагнула к правому ряду, где рядом с Ритой сегодня было свободное место. Надо набраться наглости и пройти мимо, не стану сидеть с нею. Прежде чем я успела натянуть на лицо надменность, услышала за спиной свист Волкова.

– Эй! Эй! Класс, внимание!! – Все повернули голову в строну доски, где остановился Денис. – Я принес вам сладкую весть, первого урока не будет, засранцы!!

Ну, тут естественно, вся группа завизжала и запрыгала, срываясь с мест, кое– кто стал торопливо закидывать учебники обратно в сумку.

– Нет! Нет! Рано! Стоять! – Надрывно остановил он их, – никто не покинет этого помещения, если не хочет выйти через окно. Зажмите ваши булки и послушайте сюда! – Он снова свистнул, завладев вниманием расслабившихся.

– Помните ли вы о том, что в знак нашей победы на матче, мы едем на соревнования в другой город?

«Да, да ейс!!» « До марта дожить надо»…"Победа!! Ден, ты крут!!" – Неслось со всех сторон. Присутствующие снова заскакали. …"Сочи форева!!" «Форева, форева».."Умоем всех!"

– Я ваааш!! – Ден поднял обе руки и потряс ими. Некоторое время он купался во всеобщем признании и любви широко улыбаясь, заглядывая в знакомые лица полные обожания, а я так и не успела примостить свою пятую точку.

– Хорошо, стоп, стоп!! Это еще не все, – он снова свистнул, заставляя разбушевавшихся успокоиться. Именно резкий свист, внедряющийся в мозг через барабанные перепонки, влиял на внимание собравшихся. Непревзойденный оратор! Я прикрыла уши ладошками и направилась к последним партам, пора найти место и устроиться. И кто– то тут же наступил мне на ногу.

– Да, – продолжал Денис, – и давайте вспомним, что вы обещали перед матчем, засранцы!? – Заигрывая. – Исполнить любое мое желание, если наша команда победит!

Вспомни о победе и это поднимет настроение и дух толпы. Со всех парт засвистели и заулюлюкали. Кажется драйв свободы и вседозволенности на уроке литературы, заставлял всех вести себя как в клубе… Бесились, орали, скакали, висли на друг– друге, подбадривая Волкова. Все были рады исполнить желание одноклассника, любимчика, героя – победителя и лидера.

«Гони желание!!»… «Разнести школу?».. «Роди уже! Выпивон с нас!»…" Пусть расплатится Светка!!.." .. «Форева. Форева»

Почему все ненормальные собрались именно в этом классе, недоумевала я.

– Вот!! – Поднял говоривший средние пальцы рук, будоража толпу этим неприличным жестом еще сильнее. Ловко поймал чью-то шапку брошенную с задних парт в его сторону. – Это хорошо, что вы не забыли! Перейдем к главному, стопэ Миха! Уймись! – Замечание лизоблюду Мишке, которому взбрело в голову взобраться на парту. Денису удавалось контролировать всех и каждого в отдельности, переорать веселящийся класс. – Итак, сорокой на хвосте! У нас образовалась новая замечательная парочка! – Ден на секунду заткнулся, как раз в тот момент, когда я обернулась в его сторону. Мое сердце подпрыгнуло, когда наши взгляды встретились. Язвительность так и сверкала на его лице и я все поняла.

Волков вновь вскинул обе руки и каждой по отдельности указал на меня и Макса, находящихся в разных углах кабинета.

– Вронский и Снежная..

Класс выдохнул и немного затих, переваривая и переглядываясь, но осознав возможность данного факта, и то, что Волков этому несказанно рад, забурлил снова. Кто-то стал давиться смехом, считая это шуткой, и это было понятно.

.." Да ты гонишь!!?"… «Этот перец очумел!»…" Халява, плиииз!!".. « Форева, форева!»…" Отмотай обратно, жесть!"

– Желание мое, вас удивит, но это лишь от широты моей души!! – Денис на секунду замолчал, натянуто улыбнувшись. – Я зол, хоть мне и насрать, но Женька должна ответить. Сейчас, при всех, они закрепят свои отношения долгим, нежнейшим поцелуем!

– Бред!!

Крикнула я со своего места, минуя раздражение, которое сползло по моей коже, раздирая похлеще колючей проволоки. Не ожидала такой пакости от Волкова. Кажется меня услышали только два человека в этой комнате. Ден наклонил голову на бок и издали ткнул в меня двумя пальцами левой руки.

– Молчи, женщина! Ты же не хочешь дать всем повод думать лишь о своей материальной заинтересованности.

Ах он…!! Зачем он так? Присутствующие приняли горячую, искреннюю речь Дениса на ура. они крутили головами рассматривая нас с Максом, скандируя…что-то похожее на: "давай!…давай..! давай…!"Я так давно не посещала зоопарк? Отвыкла.

Денис перевел взгляд на преспокойно сидящего за партой Вронского, который все это время молча крутил карандаш… Казалось, его единственного ни капли это представление не взволновало. Ему было скучно. Вот это выдержка!

– Ну?! – В глазах Дениса заплясал вызов. Он неторопливо, вальяжно, прошагал к парте Вронского и нагнулся, заглянув тому в лицо. – Если этого не сделаешь ты, это сделаю я. Как победитель, я достоин награды..

Класс взвыл еще сильнее, недоумевая плясал, чувствуя драйв и азарт под полотнищем "полководца", ощущая открытое соперничество…"У-ууу давай, давай!! Трусля! " Эмоции были оголены и профессионально подогреты.

Ну нет уж! В этом хороводе я не участвую! Жаль Макса, ему это вообще все неприятно. Я дернулась, чтобы свалить из классной комнаты, но не успела.

Шумно двинув стул, Вронский поднялся. Класс постепенно затих, осознав, что это действие должно что-то означать. Кончилась буря. Все пялятся именно на него.

– Отличное желание, – карандаш упал на парту. Макс повернулся, нашел меня взглядом в бурлящей толпе и шагнул в мою сторону, обходя парты. Кажется я сморщила лоб, удивленно округлив глаза… В надежде, что это совсем не то, что мелькнуло в моей голове. Я рухнула на стул, который на счастье, оказался за моей спиной.

О, нет!

Я пыталась взглядом остановить его. Но Макс навис надо мной, потянул меня за предплечье, заставив подняться..

"Кто– нибудь?! Сделайте что – нибудь?!" Взгляд растворился в кривых лицах, окружавших меня со всех сторон. Все восторженно, недоуменно глазели на нас. Бежать? А куда? Что я докажу сбежав?

"Это на самом деле случится перед всем классом? – Мелькнуло в моем помутневшем сознании. Я отпрянула, уперевшись ногами в стул позади.

– Помнишь, это как в кинозале на последнем сеансе, – удивив меня приятной улыбкой и гипнотизирующим взглядом темных глаз, шепнул Макс. Я уже плыла непонятно в какие дали и его голос слышался мне нараспев, – это тоже самое, только при свете.

Не дав мне опомниться, он обхватил ладонями мое лицо, как когда– то Волков, и слегка приблизившись, замер в миллиметре от моих губ. С долей упрека заглянул в глаза, позволяя свыкнуться, заставляя запечатлеть этот момент и на самом деле поцеловал. Поцеловал как то по-взрослому, умело обойдя препятствие моих обездвиженных смущением губ, просунув в рот свой язык. Накатила слабость и осознанность случившегося: не так страшен поцелуй, как всеобщее внимание к нему, теперь придется смотреть в глаза присутствующим и ему самому после.

Я бы упала, если бы не успела вцепиться в его свитер… Кажется класс затих… Возможно, их удивила реакция Волкова. Не знаю, я летела в параллельное пространство. и мне было наплевать на все. Я целовалась с Вронским?!

Прикусив мою нижнюю губу напоследок, Макс разорвал долгий поцелуй, прижал меня к своей груди, заведя руку за спину, пряча мой ошалелый взгляд и румянец от присутствующих. Я уткнулась носом в его свитер, пребывая в шоке.

– Мне было трудно свыкнуться с новым окружением, – начал он, повернувшись к аплодирующим. Новикова пищала и хлопала усердней всех – похоже поцелуй всех удовлетворил, – но вы реально приятные ребята. До марта так далеко, предлагаю перенести праздник ближе. В пятницу в "Лазури", боулинг, я оплачиваю две дорожки и выпивку.

Вот теперь реально у всех снесло крышу.

Это третья и далеко не последняя причина, по которой мне не следовало идти сегодня в школу.