Текст книги "Влипла! или Смотри, не влюбись (СИ)"

Автор книги: Тата Кит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

Лицо босса комично сморщилось, когда разорвал второй шов подгузника.

Я бы помогла, но наблюдать гораздо интереснее.

Мирон Александрович аккуратно приподнял за ножки сына и вытянул из-под него подгузник. Нелепо свернул его одной рукой и отложил в сторону. Сразу потянулся за пачкой салфеток и достал из нее, наверное, половину содержимого, стараясь сделать всё как можно быстрее. Едва касаясь и почти не глядя, стал обтирать сына.

– Серьёзно? – округлились мои глаза. – Тимка покакал, а вы его просто салфеточками протрёте?

– А как еще? Я всегда так делаю, – заявил всезнайка, который очень сильно старался не дышать.

– Вот представьте, что вы обделались, а вам дали только влажные салфетки, чтобы вы там все себе довели до гигиенической чистоты и блеска.

– Я всегда так делаю, – как робот повторил Демоня.

– Как? Обделываетесь и вам хватает пары салфеток?

– Уральцева! – кое-кто терял терпение.

Впрочем, я тоже.

– Помойте Тима.

– Не могу, – очередная салфетка легла на грязный подгузник.

– Почему?

– Я боюсь, – не глядя мне в глаза, ответил мужчина.

– Чего вы боитесь?

– Боюсь, что не удержу Тимку, и он выскользнет из моих руках.

– У вас большие и сильные руки. Никуда он не выскользнет. Идёмте мыться.

– Я не стану, – как перепуганный мальчишка стоял на своем Мирон Александрович.

– Я буду рядом и помогу вам, – заверила я мужчину.

Что-то взвесив в своей мудреной голове и посмотрев то на меня, то на сына, Демоня, таки, решился и подхватил Тима, неся его в ванную комнату на вытянутых руках.

Мне пришлось бежать впереди и включать везде свет, и настраивать оптимальную для ребенка температуру воды.

– Нужно полотенце! – спохватилась я.

– В комнате Тима в комоде, – тут же ответил Демоня, всё ещё удерживая Тима на вытянутых рук.

– Вы пока начинайте. Я сейчас.

Взяла в комнате Тима полотенце, вернулась в ванную и заметила, что ничего не поменялось. Разве что Мирон Александрович стал еще больше паниковать.

– Начинайте, – закинула я полотенце себе на плечо. – Положите Тима животиком себе на руку и подставляйте попку под струю воду.

– Откуда такие познания, Уральцева?

– Я уже говорила, что провела лето с сестрой и ее близнецами. Давайте-давайте, а то сейчас все присохнет, и вы замучитесь отмывать.

– Рукой, что ли? – серые глаза буквально кричали о панике. – Без губки.

– Просто рукой, Мирон Александрович. Это какашки, а не кислота.

– Не напоминай мне, что это!

Вот же истеричка…

С трудом подавила смех и приготовилась, если что помогать мужчине.

Бережно, Демоня уложил Тима на свою руку животиком и поднес его попку под струю воду. И просто ждал, когда вода все сделает сама.

– Рукой, Мирон Александрович, – напомнила я.

Злобно на меня глянув, Демоня глубоко вдохнул и, стараясь не смотреть, начал мыть сыну попку.

Всё это время Тима смотрел вниз и наблюдал за водичкой, в которой иногда кое-что проплывало.

– Мирон Александрович, – позвала я.

– Чего тебе? – буркнул он максимально раздраженно.

– Буэ, – подразнила я его, изобразив тошноту.

И если звуки, исходящие из меня, были фальшивыми, то из Демони исходили сами настоящие.

– Уральцева! – рявкнул он, а я и Тимка лишь рассмеялись.

– Простите, не сдержалась, – изобразила я саму невинность.

Когда с мытьем малыша было закончено, помогла завернуть его в полотенце. И снова всей компанией мы вернулись в детскую, где Мирон Александрович уложил Тима на пеленальный столик и уже почти профессионально переодел в чистый подгузник и бодик.

– Молодец, папа! Да, Тима? – улыбнулась я мальчишке, который что-то улюлюкал на своём.

– Чёрт! Вымок, – буркнул Демоня и рывком стянул с себя мокрую футболку, забросив ее в корзину с Тимкиной одеждой. – Иди ко мне, засранец, – подхватил он сына на руки и со всей суровостью, что у него была, тут же нежно чмокнул малыша в щечку. – Унесешь в мусорный пакет подгузник и салфетки? – обратился ко мне мужчина.

– Э, нет. Меня здесь нет, Мирон Александрович. Моя смена еще не началась, – затрясла я руками и двинулась спиной к выходу из детской.

– Тебе сложно, что ли? Помоги. Всё-таки, жизнь отца-одиночки – не сахар.

– Нечестно возвращать мне мои же слова с парковки, – возмутилась я. – Хотя похвально, что вы их запомнили.

– Ты была так убедительна в тот день, что я не мог не запомнить, – деловито хмыкнул Демоня. – Поможешь?

Перед лицом оказался подгузник и ворох грязных салфеток.

– Нет, – открестилась я и взвизгнула, когда босс пошёл в наступление с вонючим набором в одной руке и со смеющимся сыном – в другой. – Так нечестно! – кричала я, убегая от веселящихся родственничков.

Тимка заливисто смеялся, пока я бегала от них по гостиной, прячась то за креслами, то за диваном, то под журнальным столиком. Подгузником мне уже не угрожали. Пробегая мимо ванной, Мирон Александрович ловко закинул его в мусорное ведро, так что теперь мы бегали и веселились просто потому, что нам этого хотелось. Разве можно отказать себе в удовольствии слушать детский смех? Это нереально!

– Что я слышу? Мой братишка Монюнька смеется?! – донесся до нас насмешливый мужской голос, на который мы все трое тут же повернули головы.

В дверном проеме гостиной стоял мужчина с ухоженной бородой, кожаной курте, в темных джинсах и такой же темной футболке. От него пахло улицей, цитрусом и… свободой. А еще этот мужчина был очень похож на Демоню.

– Ну, привет, родственники! Скучали? – распахнул мужчина объятия.

– Мотя, надень тапочки, – ворчала где-то позади Монина мама.

– Сейчас, мама, надену, – насмешливо отозвался этот самый Мотя. – Дай с братом и его семьей поцеловаться. Особенно с невестой, – подмигнул он мне, за что получил тычок кулаком в плечо от Демони.

С братом? Боже! Демоническая семья становится всё больше…

– Здравствуйте, – подобралась я. Прочистила горло, прочесала пальцами взлохмаченные волосы и торопливо натянула обратно на плечо сползший ворот мужской футболки.

– Привет-привет! – как довольный котяра промурлыкал мужчина и подобно медведю сгреб меня в свои лапища, из которых я успела только тихо пискнуть и испуганно посмотреть на Демоню.

– Это мой брат Матвей, – пояснил, наконец, босс. – Младший. Матвей, ты тискаешь мою невесту.

– Не мешай нам родниться, – покачал меня немного мужчина в своих объятиях и только после этого отпустил, чтобы протянуть мне руку и представиться. – Матвей. Самый классный из семейства Самойловых. Ну, ты это и сама поняла уже, – абсолютно обезоруживающе произнес младшенький и улыбнулся.

– Угу. Майя. Самая классная из семейства Уральцевых и одного Самойлова, – многозначительно кивнула в сторону Демони, который предпочел тяжело вздохнуть, будто ничего глупее еще не слышал.

– А мне нравится твоя невеста! – восхищенно хохотнул мужчина, и я, наконец, смогла высвободить свою руку. – А учитывая, сколько всего мне рассказала маман, пока я ее сюда вёз, то Майя девчонка хорошая, надо брать.

– Не смешно, Мотя, – проворчала мимо нас демоническая маман и оставила полный пакет на кухонном столе.

– Иди ко мне, мелкий! – взял Матвей на руки Тима и закружил его в свои руках. А Тимка был только рад, что на него обратил своё внимание такой большой и с виду грозный дядя с кукишкой на макушке. – Вот это ты подрос, бродяга! Вот это да!

– Не нужно так громко говорить, – проворчала маман обратно в прихожую. – Ты его напугаешь.

– Тима только что покакал, так что пока что он бесстрашный, – ответила я, пока мужики молчали.

Из прихожей на меня вытаращились два возмущенных серых глаза демонической мамы.

Кажется, моя шутка пришлась ей не по вкусу.

Ну, кто бы, собственно, сомневался.

– Мирон, ты на работу не опаздываешь? – спросила маман.

Спрашивала она у сына, но смотрела при этом на меня. Видимо, сказать мне напрямую о том, что мне пора бы уже свалить, ей не позволял этикет и новый серенький твидовый костюмчик. А жемчужная нить на ее шее, видимо, состояла не из жемчуга, а из зубов тех невесток, которые не выдержали ее характер.

– Уже уходим, мам, – ответил ей достаточно холодно Демоня. – Майе пора на занятия.

– О, класс! – обрадовался Матвей и стянул с себя куртку, не выпуская при этом из рук Тима. – Значит, мы с Тимохой за старших.

– Тапочки надень! – неуемная маман принесла своему младшенькому тапочки и поставила их прямо перед его ногами. – В доме же ребенок.

– Жеребенок? Монька развел конюшню, пока меня не было? – явно подтрунивал над ней Матвей, но маман даже осуждающим взглядом на него не глянула.

Похоже, младшенькому в этой семье позволено было всё. В том числе – плести из маминых нервов косы.

Так и хотелось попросить: научи!

– А своих вещей твоя невеста еще не перевезла к тебе? Или она захватывает твой мир постепенно? – словно между делом вопросила маман, разбирающая свой же пакет, в котором, как оказалось, были продукты и что-то из выпечки.

– Мама, – тяжело вздохнул Демоня. – Не лезь в нашу жизнь. Мы сами все решим.

– Угу, решала, – буркнула маман себе под нос, но сделала это так, чтобы ее обязательно услышали все.

Я бы тоже с радостью воткнула своих пять копеек, но, посмотрев на Демоню, поняла, что лучше не обострять ситуацию. Похоже, серьёзного конфликта будет не избежать, если еще и я вклинюсь.

– Я сейчас переоденусь и выйду, – просто сказала я Мирону Александровичу и скрылась в его комнате, где быстро перекинулась в свои вещи и вышла обратно в гостиную, но уже не обнаружила там Демоню. Только его сын, брат и маман.

– Монька тоже переодевается, – глянул на меня Матвей, увлеченно играющий с Тимом. – Сейчас выйдет.

– Хорошо, – улыбнулась я ему уголками губ и, всеми силами игнорируя маман, ушла в прихожую, где надела куртку и ботинки.

Следом пришёл и Мирон Александрович, который был чист, свеж и благоухал древесным запахом и эвкалиптом. Ловко надел туфли, оправил пиджак, который был надет поверх тонкого джемпера, и накинул пальто.

Жизненная несправедливость: мне сейчас в ванной еще час отмокать, а мой босс проснулся и сразу красивый.

– Прощайся с папкой, маши ему лапкой, – забавным медвежьим голосом говорил Матвей, появившийся в прихожей, пока я проверяла, не забыла ли чего. – Кстати, Майя. У меня через две недели день рождения. Приглашаю тебя на свою дачу. Придешь?

– А меня ты не хочешь пригласить? – вопросил Демоня.

– Ты и без приглашения припрешься, – отмахнулся от него младшенький. – Я невесту твою зову. Должен же я хоть с кем-то веселиться в свой праздник, пока вы там все будете на ножах и вилках шашлык делить, да серьёзными мордами мериться.

Через две недели… к тому времени мой срок годности как невесты может подойти к концу, так как Мирон Александрович уже, скорее всего, подыщет более профессиональную няню, чем я.

– Я подумаю, – ответила я обтекаемо и услышала, как совсем рядом хмыкнула маман.

Видимо, ее насмешила моя способность думать. Похоже, она настойчиво сомневается в моих интеллектуальных способностях.

Не срываться, Майка. Не срываться!

– Ну, всё. Нам пора, – деловито кинул Демоня. – Майя на занятия опоздает с вашей болтовней. До вечера, сынок, – чмокнул он Тимку.

– А мне слюней своих на рыло подкинуть не хочешь? – подставил ему щеку Матвей. – Ты меня, кстати, даже не обнял. А я с самолета к тебе спешил.

– Достал, – устало вздохнул Мирон Александрович, но я заметила с каким усердием он прятал улыбку, и брата он, всё-таки, обнял. – Всё. До вечера.

– Готовь печень. Я старшенького еще позову.

– Тогда вечер придется перенести на выходные, – тут же осек его Демоня.

– Ну, конечно. С вами, семейными, работящими, по-другому никак, – чуть закатил глаза младшенький. – Ладно, Май, пока. Встретимся еще.

– Пока, – смущенно улыбнулась. Оказывается, серые глаза могут смотреть с теплотой и дружелюбием.

– Идём, – открыл для меня дверь Мирон Александрович.

– Наконец-то, – послышалось за спиной от демонической маман.

– Любимый, подожди, – остановила я Демоню. – Ты кое-что забыл.

– И что же? – процедил мужчина сквозь зубы, явно теряя терпение. Сверху вниз на меня смотрели очень злые серые глаза.

Молча подставила ему свою щечку и указала пальчиком на место для поцелуев. Краем глаза уловила, как маман, тряся подбородком, молча хлебала яд собственного производства. На это у нее, к счастью, сказать было нечего.

Теплые губы прижались к моей щеке и оставили легкий поцелуй.

– А сюда? – не унималась я, подставив вторую.

В серых глаза сверкнули молнии, когда Мирон Александрович, тянулся губами ко второй моей щеке и поцеловал и ее.

– Любимый, – промурлыкала я довольно и оправила лацканы его пальто.

– Идём? Дорогая, – как кусок стекла выдавил он последнее слово.

– Конечно, Монечка. Идём.

Я огребаю от его маман, он огребает от меня. Справедливо? Вполне.

Еще раз попрощавшись со всеми, вышли в подъезд. Я решила спуститься вниз по лестнице. Мирон Александрович, нехотя, но тоже поплелся за мной.

– Подожди, – вдруг догнала его какая-то мысль. – А зачем я тебя целовал на прощание, если мы вместе уходим?

– Просто. Рефлексы проверяла, – поморгала я невинно и стрелой помчалась вниз по лестнице, завидев опасные вспышки в глазах Демони.

Глава 24

Глава 24

Телефон пощекотал ладонь короткой вибрацией.

Мне бы потянуть время, поломаться, построить из себя занятую принцессу, которая не очень-то сильно ждёт смс от принца, но… Трудно удержаться, когда тебе пишет крутой байкер и просто симпатичный парень Илья.

И: Встретимся?

Мечтательно прикусила нижнюю губу. Несколько дней переписок, наконец, выходят на новый уровень – мы встретимся очно.

Закинула ногу на ногу, делая вид, что думаю над ответом, но на самом деле просто тянула время. Должен же он думать, что меня еще добиваться и добиваться…

Я: Когда?

И: Сегодня.

Уже? Так скоро? Я думала, хотя бы в субботу. Желательно, до шести вечера, чтобы это не повредило моей работе у Демони.

И: В девять вечера. Я за тобой заеду.

Теперь губу я прикусила нервно. Вряд ли Демоня явится домой раньше девяти, чтобы я успела приготовиться к свиданию. А если я скажу ему, для чего мне нужно освободиться пораньше, то тот наверняка назло задержится до самой полуночи. Чисто из вредности своей демонической.

Хотя, нет. Задерживаться специально он не станет. Это уже совсем детский поступок. А вот напомнить мне о том, что мой рабочий день длится минимум до девяти вечера, а дальше обязательно идут сверхурочные – это ему будет за радость.

Что же делать? Что делать?

Я: Я подумаю…

Набрала короткий ответ, который, надеюсь, походил на флирт, а не на завуалированный отказ.

Пришел незамедлительный ответ Ильи:

Я подожду

Улыбаясь как дурочка, хмыкнула. Даже удивительно, что сегодня он мне отвечает сразу. До этого его ответа приходилось ждать иногда часами. Видимо, сегодня пятница и он не так занят, как в другие будние дни. Наверняка, у него есть работа и другие увлечения помимо мотоцикла и коллекционирования мотоциклетных шлемов.

Заблокировала экран телефона и прижала его к губам.

Желание встретиться с этим парнем именно сегодня и ни днем раньше затмило любые другие мои хотелки. Но что делать?

Нужно просто подойти к его Демоническому Величеству и спросить. Да – да, нет – нет. в конце концов встречу и могу перенести и на завтра. Илья не должен быть против.

Убрала телефон в карман фартука и, бросив взгляд вниз, только сейчас обратила внимание на то, что, переодеваясь в униформу кафе, не до конца переоделась. На одной ноге ботинок, на другой – носок с миньоном.

Кажется, я очень сильно увлеклась перепиской с Ильёй…

Надела рабочие кеды и решительно пошла к кабинету Мирона Александровича, чтобы попробовать отпроситься. Он как раз недавно проходил мимо двери, за которой я переодевалась, с кем-то говорил по телефону. В основном, конечно, ворчал.

Приличия ради постучалась. И, только услышав отрывистое и очень недовольное «да-да», вошла в кабинет, где за столом сидел Мирон Александрович и что-то с недовольным лицом вычитывал в экране своего ноутбука.

– Мирон Александрович, – позвала я мужчину, а сама почувствовала, как вся моя решительность начала медленно утекать из пальцев ног.

– Слушаю, Уральцева, – не отрываясь от монитора, подтолкнул меня к разговору мужчина.

– Мирон Александрович. Кхм, – повторила я и прочистила горло. – Сегодня вечером…

– Кстати, о сегодняшнем вечере, – прервал меня босс и слегка отодвинул ноутбук в сторону, наконец, подняв на меня серьёзный взгляд серых глаз. – Сегодня мы с братьями решили собраться семьями. Пока без родителей. Составишь мне и Тиму компанию?

Стало ясно, что вечер мой сегодня точно будет занят не Ильёй.

– Я вечером и так работаю у вас, так что… – повела я огорченно плечами.

– Это необязательное мероприятие. Родителей там не будет, так что необходимости играть мою невесту у тебя нет. Просто отдых, еда и разговоры.

– А вы уже рассказали всем остальным, что я ненастоящая невеста?

– Еще нет. Сегодня скажу, – короткий деловой ответ и такой же вопрос. – Пойдешь?

– Вообще… – протянула я неуверенно. – У меня на вечер кое-какие планы…

– Какие? – как-то уж очень резко спросил Мирон Александрович, впившись в меня суровым взглядом.

– Я хотела пойти на свидание. На первое, – не смогла сдержать довольной улыбочки. – И, если сегодня вечером я вам не особо нужна, то я хотела бы у вас отпроситься.

– Ты за этим пришла ко мне? – не вопросы задает, а осколки льда в меня швыряет.

– Ну, да.

– Свидание… – отвалился он на спинку своего кресла и тихо постучал кончиками пальцев по поверхности стола, сосредоточив на них внимание. – …С тем парнем с розой?

– Да. А что?

– Ничего, – дернул Мирон Александрович бровями и вернулся в исходное положение, снова с нахмуренным лицом уткнувшись в свой ноутбук и потеряв ко мне всякий интерес. – Можешь идти.

– Так я вечером свободна или…?

– Я же сказал, можешь идти. Сегодня вечером ты мне не нужна, – не глядя на меня, произнес мужчина. Кажется, я уже начала мешать его работе, раз он столь красноречиво молчал, смотрел в монитор и стучал пальцами по клавиатуре.

– Хорошо, – отступила я к двери. – Завтра вечером приходить к Тиму?

– Нет. До понедельника свободна, – выронил мужчина нервно.

– Хорошо, – повторила я и вышла из кабинета.

Мне бы взвизгнуть. Обрадоваться тому, что сегодняшний вечер и выходные у меня свободны, но в груди стало как-то тяжело и неприятно. Видимо, счастье свободы омрачал тон, с которым меня освободили на эти дни.

Глава 25

Глава 25

– Такие сборы… – протянула Настя мечтательно, наблюдая за мной в отражении высокого зеркала. – Тебя домой-то сегодня ждать?

– Ждать, конечно. Это только первое свидание. Полоски можешь не готовить, – ехидно улыбнулась я ей.

– Коза! – в меня полетела подушка в форме сердца. – Всю жизнь мне будешь об этом напоминать?

– Иначе просто невозможно, – подмигнула я подруге на манер альфа-самца и снова вернулась к своему отражению в зеркале.

Илья сказал, чтобы я не надевала ничего такого, в чем можно будет замерзнуть. Поездка на мотоцикле по осеннему почти ночному городу не предполагает наличие на мне платья. Так что пришлось надеть бордовую водолазку, черные обтягивающие джинсы, почти рокерские ботинки и косуху, которую я одолжила у Насти. Платье с моим горьким вздохом сожаления осталось в шкафу ждать своего особого часа. Возможно, второе свидание с Ильей пройдёт без байка.

– Ты похожа на киллера, которого заказали, чтобы шлёпнуть какую-нибудь крутую шишку. Выглядишь очень круто. Я б вдула.

– Может, по пути шлёпнуть своего босса? Прикинь, еду я такая на байке в черном шлеме, на ходу достаю пистолет и в замедленной съёмке… промахиваюсь, нафиг.

– Концовка как-то смазана.

– У него сын. Так что попасть в него я могу только из водяного пистолетика. И то в теплом месте, чтобы он не простыл.

– Ммм, вы такие милые, – иронично подметила Настя.

– А у вас с Егором что? Вы уже поговорили или он всё так же делает вид, что абонент не абонент.

– Ай, – отмахнулась подруга и перекатилась с живота на спину. – Пошёл он. Придурок.

– Видимо, диалог вышел так себе, – предположила я очевидное, собирая волосы в высокий хвост.

– Мы встретились. Он настойчиво делал вид, что жутко куда-то торопится. Понос, наверное… короче, не скажу, что мы расстались друзьями, но по крайней мере моя совесть чиста. Я прояснила ситуацию, а выводы и решения пусть принимает он сам.

– Но…

– Что «но»?

– Твоя речь звучит так, будто в ней есть некое большое и решающее «но».

– Но я дала ему понять, что несмотря на то, что ошибка целиком и полностью моя, отношения с ним я возобновлять не хочу. Так что я в активном поиске.

– Какие страсти, – цокнула я саркастично. – Присмотрю тебе сегодня кого-нибудь на свидании. Надеюсь, хоть один красавчик там будет. Ну, кроме моего, конечно, – подметила я кокетливо.

– Если что, шли фотки. Помечтаю, позавидую.

– Угу, – подкрасила я ресницы тушью и слегка вздрогнула, когда телефон издал вибрацию в заднем кармане джинсов. – О! Илья приехал!

– Будь спокойна! Ты когда волнуешься, иногда очень много говоришь. Будь чуть поспокойнее. Типа ты – загадка.

– Постараюсь, – выдохнула я, словно таким образом можно было избавиться от волнения, вдруг меня сковавшего. – Всё! Я пошла. На всякий случай скину тебя адрес, где мы остановимся.

– Хорошо. Буду ждать. Но верю, что всё пройдет отлично.

– Ну, всё. Пока, Насть.

Порывисто обняла подругу и, еще раз глянув на себя в отражении, спустилась вниз на улицу, где у подъезда меня ждал Илья, восседающий на черном блестящем мотоцикле. В руке его был белый шлем, который, похоже, был приготовлен специально для меня.

Увидев меня, вышедшую из подъезда, парень хищно улыбнулся уголком губ и даже присвистнул.

– Горячая крошка, – выронил он хрипло. – Тебе идёт кожа.

– Спасибо, – выпрямила я спину, стараясь выглядеть куда более уверенно, чем есть на самом деле. – Это для меня? – указала на шлем.

– Конечно. Знал бы, прихватил бы с собой красный. Тебе он идёт больше.

Его взгляд уж очень осязаемо скользил по моей фигуре. Будучи одетой по самое горло, мне казалось, что перед ним я нахожусь едва прикрытая бельем. Как оказалось, приятного в этом мало, хоть и казалось всё это чем-то весьма интимным.

– Едем? – улыбнулась я, но пришлось прикусить язык, чтобы не начать болтать о погоде и еще какой ерунде. Уровень волнения почти зашкаливал.

– Точно сядешь? – спросил Илья, указав себе за спину.

«Нет. Следом побегу» – хотела было пошутить, но снова прикусила язык и состроила из себя дамочку, которая знает чего хочет. Такому крутому парню нужно уметь соответствовать.

– Точно, – кивнула я и позволила парню надеть на меня шлем, а затем он позволил мне обнять его за торс и спрятать руки под его курткой, пока мы ехали до места нашего первого свидания.