Текст книги "Монстры царства стали (СИ)"

Автор книги: Таня Нордсвей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 31 страниц)

Кажется, наместники, друзья, наследники и глава клана за это время приняли свое решение.

– Хорошо, тогда Кор Силва будут на вашей стороне, боги и правители, – фейри повторил тот же жест, что когда-то Кассия, когда давала Рэйне слово. – Наши силы, ваши силы.

– Валькирии и армия Хайвара на вашей стороне, – следом сказала Алекса, а после нее и Арран.

– Хранители помогут Ксанферону, – дала свое слово Мира, первая из Хранителей.

– Армия Блэкраверр до сих пор находится в боевой готовности, – неожиданно всех удивил Балиг. Ранее Саргон поведал Рэйне, что тот являлся Райаном Блэквеллом, наследником Черных земель. – Годами двор скрывала иллюзия, напущенная богами, но теперь заклятие снято, ведь виновник мертв. Мы присоединимся в борьбе за мир.

– Верховный ковен будет бороться бок о бок с вами, – Ноа посмотрел на Рэйну и Саргона.

– Мы тоже, – присоединился Кай. – Император скорбит о смерти Вилмара Эферонского, но всегда на стороне его детей. Как и мы. Мы с Гердой перебросим столько легионов, сколько сможем. И как сможем подавим восстание мятежников.

– С вами мои кости и его вода, – Хемега неожиданно взяла Рэйну за руку.

– С тобой моя луна и его тьма, – прошептала Рэйна, вспоминая странную фразу из своего прошлого.

Богиня ей улыбнулась, этой улыбкой до чертиков напоминая Рэйне ее саму. Что их связывало в прошлом, помимо дружбы? Этого Хемега не рассказала, хотя Рэйна этого так желала!

Принцесса обернулась на Саргона. Все присутствующие ждали его финального слова.

– Тогда решено. На рассвете все должны быть готовы. Мы одержим победу, а богиня перережет нити Семидеи. За мир!

– За мир! – вторил ему хор голосов.

Следующие несколько часов они обсуждали тактику и боевую стратегию, после чего начали расходиться собирать войска. Кассия и Хавьер совершили переброс обратно: глава Кор Силва, – чтобы сообщить своему клану об их решении, а Кассия, – чтобы вернуться к Лин. Девочка должна была остаться на время битвы в лесу, укрытая его Песнями. Сама же Кассия наотрез отказалась оставаться вместе с Лин в безопасности, аргументируя тем, что обе ее крови будут защищать континент, и ее участие не обсуждается. Ноа пытался переубедить лесную фейри, но она осталась непреклонной. Все-таки та была рождена с душой шторма.

Адриана обняла брата и Рэйну, а после отправилась проводить Аррана и Рианнон во временные покои во дворце. Кай с Гердой вернулись в империю Шторма, чтобы собрать свои легионы. С ними ушли и Хранители, а после и Алекса. В опустевшем зале Бронт, активно принимавший обсуждения в военной тактике, почему-то неожиданно тихо обратился к Саргону:

– Кланам драконов нужен наследник крови. Таковы их обычаи. Они идут мстить, потому что это предписано в Леркве’ламас[21]21
  Свод правил и законов, по которому живут драконорожденные фейри.


[Закрыть]: «Только после того, как падет последний наследник и свершится месть, драконы будут вправе избрать другую кровь».

«Что это значит, Саргон?» – устало уточнила Рэйна, прекрасно расслышав все слова Бронта, но не поняв, куда он клонил.

«Когда выбирают правителя Лидрисса и в целом всех драконьих кланов, производится бойня наследника с сильнейшими воинами. Если он побеждает – значит достоин этой привилегии. Эта традиция зародилась еще со времен, когда в драконорожденных текло много крови дракона, позволяя им полностью перевоплощаться в животных. Однако чистота крови иссякала, и только предшественник Хоакина был последним из тех, кто мог полностью обращаться в дракона. Сейчас это правило работает вместе с правом первой крови: они явно считают, что Хоакина убил я, и идут мстить».

«Но ты убил Кайдена, а не Хоакина».

«Теперь уже нет разницы, их просто так в этом не убедить. Без наместника и короны мы не сможем их усмирить. Остался только один выход».

Рэйна вздохнула.

«Но что хочет всем этим сказать Бронт?»

«Я подозреваю, что он собирается предпринять. И это будет его решением. Но…»

– Брат, не надо, – вслух обратился к Бронту Саргон. – Это не стоит такого риска и может плохо кончиться. Да, это твое право и ты можешь принять любое решение. Но затея крайне рискованная.

Мечник бурь поднял на него взгляд, в нем читалась решимость. Между Саргоном и Бронтом происходил молчаливый разговор.

– Я… – начал было мечник.

– Не знаю, что вы задумали, – прервала их Эль, подходя к ним ближе. – но знайте, я не дам никому из вас совершить глупости. – Голос девушки был ровным, но что-то в ее тоне Рэйне подсказывало, что подруга храбрилась. Убийство ее семьи оставило глубокую рану на сердце. – И если вы полагаете и меня отправить следить за Лин, то я отказываюсь. Я пойду с вами.

Бронт шокировано воззрился на нее. Балиг и Хемега стояли поодаль и о чем-то мысленно переговаривались, не вмешиваясь в происходящее.

Эль упрямо воззрилась на Бронта. Сжав кулаки, она смотрела на него снизу вверх, ей было все равно на слишком весомую разницу в их росте.

– Нет, Эль, – сказал Бронт тоном, не терпящим пререканий. Рэйна впервые видела его таким взволнованным.

– А я сказала да, – голос Мюриэль надломился. – Не только вы можете рисковать своими головами, мальчики.

– Эль, послушай, ты человек, и ты можешь…

– Пострадать? – прервав его, воскликнула Эль, ничуть не смущаясь тем, что на этой сцене были свидетели. В ее глазах сверкнули боль и слезы. – Мне уже все равно, Бронт. Я уже сломлена! И я не пущу вас туда. Не останусь ждать новостей о вашей участи, чтобы пополнить имена здесь! – Она задрала рукав, обнажив татуировку на запястье, где столбиком были набиты имена тех, кого она потеряла. На лице Бронта отразился шквал эмоций от ее слов. – Я не хочу потерять еще и вас и не быть этому свидетелем! Я не хочу… я не смогу жить без вас.

На этих словах девушка разрыдалась.

– Ох, Эль… – Ноа подошел к ней и обнял, как в Меласе они обнимали его. Следом подошли Саргон и Рэйна, заключив всхлипывающую подругу в объятия, а после Бронт. – Все будет хорошо.

– Я пойду с вами и никуда одних не пущу.

Кажется, Бронт не был с этим согласен, но в этот момент спорить не стал. Лишь нагнулся и поцеловал Эль в макушку, пока девушка тонула в их объятиях. Рэйна тоже не разделяла рвения Эль, но понимала ее всем сердцем. И в тот момент поддержка близкого ей человека Рэйне было гораздо важнее разговора с Хемегой, о котором она думала прошедший час.

Тепло их тел согревало души. Все будет хорошо. Должно быть.

Эль постепенно успокаивалась, а с этим и в их сердца приходил покой.

Они выживут и принесут мир. И наконец все будут вместе, а татуировка Эль не пополнится новыми именами.

Саргон, Бронт, Ноа и Эль стали семьей, которой Рэйне не хватало всю жизнь. И за их счастье она будет биться до последнего вздоха.

Глава 36

С Хемегой переброситься парой фраз Рэйне удалось только на рассвете. Рядом с богиней Смерти было… тепло. Она источала спокойствие и Рэйна не понимала, как та могла отбирать жизни людей и фейри, исполняя уготованную ей роль.

Кроме того, девушку ждало необычное открытие: уши богини были заостренными – фейскими.

Рэйна так и не смогла задать ей вопросы, касающиеся их общего прошлого. Она пыталась подобрать правильные слова, но даже после обретения бессмертия, такое давалось ей с трудом. Просто осталась стоять рядом с богиней, сжимая и разжимая кулаки в попытках произнести хоть что-то.

Но вместо уточняющих слов, которые девушка от нее ожидала, Хемега неожиданно обняла Рэйну, окружив ее запахом лаванды и амириса. Рэйна обняла ее в ответ, прикрывая глаза.

В тот момент любая поддержка была ей необходима как воздух: после слов Эль она места себе не находила от мысли, что действительно потеряет кого-то из близких. А ведь с тревогой выходить на поле боя было равносильно смерти!

Объятия Хемеги принесли успокоение. Рэйне… ей так этого не хватало! Не хватало ее…

– Ты будешь хорошей королевой, – прошептала Хемега, а потом отстранилась и пошла прочь.

– Подожди! Медея! – имя вырвалось у Рэйны по старой привычке. Богиня обернулась. В ее темных глазах Рэйна заметила блеснувшие слезы. – А как там Марлен? Что будет с ним, и где он?

Хемега прикусила губу. У девушки создалось ощущение, что она будто бы прощалась с Рэйной.

– Когда придет время, Райан все расскажет.

Чтобы Рэйна не кинулась за ней, богиня совершила переброс, оставив принцессу одну в пустом коридоре. Встающее солнце окрашивало стены в теплые тона, отгоняя непрошенные мысли, что начали закрадываться в голову девушки после ухода богини.

Рэйна подошла ближе к балюстраде балкона, позволяя ветру разметать ее волосы. Ей надо было готовиться к битве, но так хотелось насладиться последними мгновениями покоя…

У балюстрады ее и нашел Саргон, который вернулся за ней чтобы предупредить – пора отправляться. И, поцеловав ее в лоб, повел вниз.

* * *

Во всех мирах не было ничего страшнее поля, на котором тысячами полегают солдаты. Когда льется кровь, слышатся стоны, звон мечей и стук копыт, вперемешку со взмахами могучих крыльев.

Во всех мирах не было ничего страшнее того звука, с которым клыки раздирают горло, а острые лезвия выпускают кишки и протыкают сердца.

Их объединенная армия состояла из солдат Иднара, фейри Кор Силва, валькирий и армии Хайвара, а также трех легионов Шторма и Ковена из тысячи ведьм. На их стороне была богиня Смерти Хемега и ее муж, почти равный ей по силе, а также у них была магия лжебогов света и тьмы.

Но, когда на поле боя схлестнулись их солдаты с многотысячной армией Лидрисса и Виттреса из фейри и драконов, стало ясно, что они весомо проигрывают в количестве.

Да, Рэйна и Саргон, черпавшие силу из огромного внутреннего источника, парили на крыльях и косили солдат сотнями, но этого было мало.

Да, Хемега подняла скелеты сотни фейри, а Балиг использовал силу воды, чтобы насылать на берег цунами. Ноа и его ковен магией выжигали противника, нарушая шеренги, валькирии бок о бок сражались с Хранителями и кланом Кор Силва, певшим песни Холода и Смерти. Сестра Саргона вела бой в гуще сражения вместе с Кассией, и те довольно успешно работали в паре. Солдаты рвались в бой и погибали, но этого было недостаточно. С неба продолжали падать крылатые воины, вооруженные до зубов кинжалами и когтями, сверкая своими черными глазами и рогами.

Их ряды редели, а солнце только начало клониться к горизонту. С Рэйны обильно лился пот, стекая в стальные доспехи. Они с Саргоном вытащили мечи из ножен и вместе косили ряды солдат. Но и их силы не были безграничными.

Запах проливающейся крови был настолько едким, что с новым обонянием Рэйны забирался ей практически в горло. Ей нравились заострившееся зрение и превосходный слух, которые не раз ее спасли от выпадов соперника, но этот смрад…

Все вокруг смешалось в одну сплошную какофонию смерти: кричали воины, разрубались тела, падали шлемы и мечи. Ей не было конца и края, некуда было сбежать и переждать – огромная скайферонская равнина перед самым лесом Кор превратилась в кровавое месиво.

А потом над их головами пролетела огромная тень.

Лишь некоторые враги подняли свои головы, чтобы ее рассмотреть, за что и расплатились своими жизнями. У Рэйны не было времени смотреть, что там происходит в небе, однако, когда прямо перед ней на поле боя приземлился огромный дракон, разметав солдат, ей было трудно не обратить на него внимание.

Темно-алая чешуя дракона сверкала на солнце, словно отполированный до блеска драгоценный камень. Он был огромным, с мощными крыльями и острыми, как бритва, зубами. Отростки рогов уходили вверх по его голове, стелясь к хребту, а на его шее, цепляясь за длинные рога, сидела наездница. Рэйна, даже на секунду остановившись и, не веря своим глазам, узнала в ней Эль!

Подруга была одета в кожаные доспехи, ее волосы собраны в тугую косу. В руке лук, за спиной – колчан, полный стрел. Дракон взревел, привлекая к себе внимание драконьих воинов, и начал ударять лапами о землю, вызывая землетрясение. Рэйна поднялась на стальных крыльях в воздух, попутно перерезая горло одному из зазевавшихся солдат, и наблюдая за драконом и Эль с воздуха. Она поймала взгляд темных, почти черных глаз дракона. Именно этот взгляд и выдал в нем осознанную личность.

«Саргон!»

«Да, моя дорога супруга? – незамедлительно отозвался тот. – Прости, я тут немного занят».

Рэйна развернулась и помчалась в атаку на надвигающийся на девушку отряд, перехватывая меч поудобнее и уворачиваясь на лету от стрел.

«Кем на самом деле является Бронт?»

Из-за того, что она немного отвлеклась, один из воинов скользнул под ее руку и исподтишка нанес удар. Но его кинжал встретил сталь, в которую тут же обратилось тело девушки, дополнительно защищая Рэйну, и та тут же отрубила тому руку. Лицо девушки окропила кровь. Воин закричал от боли.

«Хороший вопрос. Уже узнала?»

«Не томи!»

Развернувшись, она подрезала врагу крылья, и тот камнем полетел вниз.

«Бронт отнюдь не бастард императрицы Шторма, как считают практически все. Он сын сестры императрицы и короля драконов, которого нарекли в свое время Последним Драконом. Бронта спасла от повторения участи родителей тетя, выдав его за своего сына».

«Бронт – сын прошлого наместника Лидрисса?»

«Да».

Что ж, это многое объясняло, но никак не то, что сейчас происходило на поле боя. Рэйна краем глаза продолжала следить за событиями, хотя это и было крайне сложно. Прямо в этот момент там разворачивалась настоящая бойня.

Бронту в обличие дракона удалось привлечь к себе внимание предводителей кланов, и те приземлились рядом с ним. Бронт зарычал, переминаясь с лапы на лапу, а воины оскалили длинные клыки. Пятеро на одного, не считая Мюриэль на его спине. Бой начался.

Рэйну вновь отнесло в самую гущу сражения, отвлекая от происходящего в центре поля. Пару раз она могла лишиться пальцев, если бы не собственная магия.

Минуты тянулись словно вечность. Бессмертное тело Рэйны было выносливым, но и оно начинало уставать, а спина – прожигать болью от веса крыльев.

В какой-то момент девушка оказалась рядом с Адрианой, Кассией и Ноа, защищавших тылы друг друга. Поднимались клубы пыли, падающие тела пропарывали землю крыльями, земля сотрясалась от боя Бронта с драконьими воинами. Меч Рэйны и ее магия стабильно косили врагов, исчерпывая все оставшиеся внутренние запасы. Все шло к более-менее нормальному исходу битвы.

А потом раздался крик Кассии.

Время замедлило свой ход.

Рэйна обернулась и увидела, как падает Адриана с воткнутым в ее сердце кинжалом из рябины. Как бежит к ней Кассия, обезумевшая от боли, и как на нее мчится воин с мечом.

Секунда – и Ноа заслоняет ее от удара собой, падая замертво вместе с опаленным противником на землю.

Снова крик, но уже драконий.

Бронт с десятками кровоточащих ран перевоплощается обратно в фейца, на ходу защищая Эль от удара, и обрушивается всем своим весом прямо на убитые тела врагов, поднимая столпы пыли. Он побеждает в этом сражении, и воины-драконы зависают в воздухе, не понимая, что делать дальше.

Бессмертное сердце Рэйны пропускает удар, и она разворачивается, ведомая ощущением, что приближается что-то ужасное.

В ее глазах слезы, но она оглушена происходящим вокруг и дезориентирована. А в нескольких метрах от нее, неподалеку от Балига, тело Хемеги озаряется божественным светом.

Кажется, Рэйна кричит – ее рот раскрывается в беззвучном крике. Сердце стучит так, будто хочет выпрыгнуть из груди.

Хемега смотрит прямо на нее.

«Даже если моя душа распадется на части, они всегда будут на твоей стороне, сестренка», – шепчет богиня, и это Рэйна знает и без лишних без слов.

Нет, нет, нет!

Рэйна бежит к ней изо всех сил, чувствуя, как рушится в ней что-то важное. Будто часть ее сердца отрывают и разбивают вдребезги. Она бежит, а запертые в подсознании воспоминания наводняют ее разум, возвращая ей память.

По щекам Рэйны струятся слезы. Она слышит крик Балига, который тоже уже осознал, какая будет цена разрыва нитей, что связывали Мелас и их миром:

– Нет! Пожалуйста, не надо! Я без тебя не смогу!

Во взгляде Хемеги столько боли и слез. Ее такое родное для Рэйны лицо. Каждая частичка, каждый взмах ресниц – она знает их наизусть.

Нет, нет, неееет! Их крики с Балигом сливаются в единое целое, но Рэйна не слышит своего охрипшего голоса.

Хемега растворяется по частичкам в золотом свечении, будто заживо сгорая. Рэйна видит, как в этом свечении рушатся связи и погибает древо, соединяющее их миры.

Как умирает в тот момент Семидея, унося с собой и жизни других богов.

Балиг достигает Хемеги первой, но его рука ловит лишь воздух. И только ее шепот остается рядом с ними, пролетая над головами:

– Игра окончена. Конец. Белая королева и Черный король победили.

Время вновь возвратило себе привычный бег.

Связь между Меласом и Ксанфероном оборвалась, навсегда закрывая каждому из них проход в тот мир.

Воздух пронзил крик Балига, полный настолько сильной боли, что Рэйна могла поклясться – и ее сердце в этот момент разбилось, лишая девушку той части души, которая всегда жила в Хемеге.

Нет, в Медее.

Так ее звали по-настоящему.

Медея. Родная сестра-близнец Рэйны, которая пожертвовала собой, чтобы разрушить связи между мирами и спасти их всех.

Сестра. Близнец.

Рэйна сорвала голос от крика, рухнув на колени. Из ее горла вырвался хрип, похожий на вой умирающего животного. По ее щекам беззвучно струились слезы.

Воздух развеял последние частицы, оставив лишь Балига, сила которого эпицентром выплеснулась по округе, сотрясая землю и камни. Его ноги подкосились, Рэйна встретилась с ним взглядом. В его глазах она увидела разбитую душу, сломанное сердце и навсегда обрезанную нить, что связывала их.

А потом они стали пустыми, лишенными жизни.

Рэйна знала, что он видел в ее глазах то же самое, но сейчас это уже не имело никакого значения.

Медея погибла.

Ноа на грани смерти, как и Бронт.

Они победили.

Но какой ценой?

Эпилог

– Готова?

Два месяца с того дня пролетели ужасно долго и невероятно быстро одновременно. Но боль, поселившаяся в грудной клетке, никуда не делась. Возможно, нужно было время, которого теперь у них было с лихвой.

– Да.

Рэйна вложила в руку Саргона свою ладонь, подняв на него взгляд. Сегодня на нем был дорогой черный камзол, расшитый золотом и вставками из металла. Волосы Саргон укоротил, и теперь они ему едва прикрывали мочки острых ушей. Рэйна же, наоборот, свои отпустила, и теперь они спадали ниже лопаток на серебристое облегающее платье с открытой спиной. Ее волосы с того дня так и остались платиновыми, не вернув своего прежнего цвета.

Саргон накрыл ее ладонь своей, и они медленно вошли в зал, направляясь по ковровой дорожке к двум тронам. Там их уже ждали жрецы, чтобы возложить им на головы две короны: черную, словно ночь, и белоснежную, словно день. Рэйна и Саргон добились всего, чего хотели: у их ног лежал весь мир, а перед их душами простиралась вечность. Но по пути к запретному плоду, манившему их так долго, они осознали гораздо большее.

Неважно: король ли ты этого мира, и тебя боятся, или обычный человек, и тебя презирают. Власть дает страх и повиновение, но гораздо больше дарит чувство, когда тебя замечают. И тут уже важно, кто остался рядом. Близкие. Ведь вечность в одиночестве хуже любого наказания за все совершенные грехи.

Они видели друг друга, и связь между их душами, крепнувшая с каждым днем, вела их дальше спасительным маяком в последующих после войны месяцах. Забвение сознания и потеря памяти – дар, который им был дан на время. Когда же воспоминания вернулись, проверяя их на прочность, Рэйна и Саргон начали учиться жить с этим дальше. Вместе.

Но куда бы Рэйна ни шла и что бы ни делала, в ее голове все еще всплывал тот день, когда она отважилась прийти к Балигу для их разговора…

Он встретил ее в гостиной своего поместья, теперь утопающего в зелени. Всюду, куда ни посмотри – картины и старая мебель. От портретов Медеи и Марлена, смотрящих на нее со всех стен, у Рэйны сжалось сердце. Саргон предусмотрительно остался в саду, понимая, что в первую очередь с Балигом необходимо было поговорить именно ей. И хоть как-то вывести его из темноты, в которую погрузилась его жизнь.

Когда Рэйна вошла, Балиг забросил в камин листы бумаги. Карандашные портреты ее сестры вспыхнули, огонь охватил бумагу. Мужчина посмотрел на нее, за эти месяцы на душе поселилась пустота.

Такая же, как и в ее с Саргоном сердцах. Балиг потерял любимую, Рэйна – близнеца, Саргон – свою сестру. И между ними тремя что-то сломалось, но они старались преодолеть это и научиться жить с этой болью. Вот только им было легче. Балиг…

Рэйна даже представить не могла, что он пережил за это время.

– Прости, – Рэйна тяжело сглотнула. – Это все было изначально моей виной.

– Она мне все рассказала, Рэйна. Ни она, ни ты в этом не виноваты, – от его слов на душе девушки стало еще хуже. Теперь, когда она вспомнила все, Рэйна так не считала. Ведь именно Рэйна предложила ей этот план. – И Медея никогда тебя в этом не винила.

– Я любила ее, – всхлипнула Рэйна. Это вновь напомнило я ей об этом шраме на душе.

– Я знаю, Рэйна. Я знаю, – он обнял ее, и она впервые ощутила непередаваемую радость за то, что такой мужчина, как Балиг, был в жизни Медеи. Пусть Рэйна знала его всего ничего, но на их свадьбе она видела реакцию сестры – та была счастлива. И заслуживала этого после всего, через что она прошла. А пережила она за это время немало.

Рэйну до сих пор снедало чувство вины, что она не остановила Медею и не попрощалась с ней. А ее последнее объятие разрывало ей сердце. Ее сестренка…

– Насколько это больно? – прошептала девушка. В ее глазах стояли слезы

– Пожалуй, настолько, что никогда никому такого не пожелаешь пережить. Потому что через подобное невозможно пройти или привыкнуть. Спроси у Саргона, и он ответит тебе точно так же. Это сродни потере себя, смысла, сердца и воздуха сразу. Это разбитые осколки, которые невозможно собрать воедино.

Рэйна ощутила, как Саргон в этот момент легонько коснулся их нити, поддерживая ее и предупреждая о своем возвращении, а после вошел в комнату. Рэйна утерла слезы, отстраняясь от Балига.

– Ты муж моей сестры и ее пара. Ты всегда будешь мне братом и можешь обращаться по любому поводу.

– Конечно, – ответил феец, но в его фигуре не проскользнуло и искры жизни. Плечи Балига поникли, будто на него давило само его существование.

– Ноа мне сказал, что они просто родились не в то время и нам нужно подождать. А пока ждем, мы сделаем этот мир лучшим для них, – Рэйна верила в это и надеялась. Ведь перед исчезновением сестры, она видела на ее запястье тату, которое запечатывало силу и душу для перерождения. Такие татуировки Хемега поставила на их с Саргоном и Бронтом запястья. Значит, она вернется. И Рэйна, и Балиг верили в это. – Мы узнали, каким должен быть для нас мир, в котором мы были бы счастливы. Так построим его сами, чтобы встретить их с объятиями.

– А ты изменилась с того момента, как бросалась на меня в зоне спокойствия, – Балиг попытался ей улыбнуться, но девушка физически чувствовала его боль. Запах глубокой печали намертво въелся в его тело, смешавшись с запахами соли и моря.

– Людям свойственно меняться со временем.

– Но ты больше не человек.

– Я бы все за нее отдала, Райан. За нее, Саргона, семью и Аллена.

– Знаю. Она говорила, и я верю вам обоим.

– Мы отстроим все заново, Райан, – Саргон подошел к ним, и Рэйна взяла его за руку. Он тоже разделял их горе, ведь он тоже когда-то ее знал. – Медея вернется. И мы все вновь будем вместе. Одной большой семьей.

Сестра покинула Рэйну, но оставила ей новообретенную семью. Чтобы к тому моменту, как она вернется (а она верила, что это обязательно будет так), Рэйна смогла ее встретить в процветающем королевстве, где ждут с объятиями, а не кинжалом.

– А что с Алленом? – прочистив горло, уточнил Саргон.

На эту тему они с Рэйной пока не говорили. Только молчали, понимая, что оба думают об одном и том же.

– Хемега вырастила вашего сына как собственного.

– Он и тебе был сыном, – взгляд Саргона вновь сместился с Балига на портреты позади него.

– И сейчас таким является, – мотнув головой, будто прогоняя непрошенные мысли, ответил Балиг, – Марлен… то есть Аллен, жив. Он остался в Меласе, с которого теперь пала завеса. Это его мир, который больше не ограничивается Дэлией и Авелем. Он все знает, и это был его выбор. А мы… И вы, и я с Медеей сделали все, что было в наших силах, чтобы он получил этот шанс.

У первых Саргона и Рэйны был ребенок, за которого они отдали свои жизни. За безопасность Аллена и его наследие, за свои королевства.

Их гибель покрыла Авель защитным куполом, отделяя древнейшей магией от целого материка. Такова была цена того, чтобы наследник двух королевств вернулся спустя время в свои земли, и его не сгубила Семидея, желавшая завладеть абсолютно всем.

Рэйна сглотнула, понимая, что они должны были с Саргоном его отпустить. И это было чудом и радостью, что они, сами того не зная, провели с сыном время в Меласе.

Прошлая жизнь и эта странным образом смешались, оставляя им только один выход – жить дальше…

Девушка очнулась от воспоминаний, только когда они подошли к тронам и опустились на колени перед жрецами. Те взяли в руки короны, лежащие на подушечках, и возложили их на головы Рэйны и Саргона.

Короны были обычными, без толики магии, но именно эту легкость они и искали. Их поступки впредь будут принадлежать только им.

Они поднялись, держась за руки и пошли к балкону, ведущему на площадь перед замком, полную счастливых горожан. Туман исчез, а на днях Кассия, Тарак и Амелия вывели лекарство от оставшейся стали в живых организмах. Теперь у всех появилась надежда, а Саргон перестал быть чудовищем в глазах континента. Они оставили земли фейри разделенные между наместниками, свергнув лишь Йена и поставив на его место нового подданного. Королевства смертных подчинились всецело воле Саргона и Рэйны, став землями Скайферона. Воины Шторма вернулись на свой континент, пригласив их как-нибудь навестить и познакомиться поближе.

На холме, где погибли Медея и Адриана вместе с сотнями фейри и ведьм, жители высадили тысячи цветов. Рэйна приходила на это место, где теперь лежали плиты с выбитыми на них именами погибших. Казалось, именам не было конца и края, но каждый раз, находя имя сестры и Адрианы в этом списке, у Рэйна по щеке скатывалась слеза.

Но жизнь шла своим чередом, и им пришлось возложить на свои плечи бремя ответственности за весь свой народ.

Теплое солнце коснулось волос и кожи Рэйны и Саргона, подсвечивая бессмертное сияние кожи. Фейри взорвались аплодисментами, видя своих новых правителей.

В их толпе Рэйна нашла Бронта и Эль, державшихся рядом. На их пальцах острое зрение фейки позволило рассмотреть парные обручальные кольца. Эль заложила за острое ухо прядь пышных каштановых волос и ободряюще улыбнулась Рэйне. Бронт же прошептал одними губами: «Вперед, Ангелок». Глаза Рэйны увлажнились. Она надеялась, что сохранит связь с друзьями, ведь победа Бронта в сражении над драконами означала, что он стал новым правителем Лидрисса и в скором времени должен будет отправиться в свой двор. А Эль…

Кажется, они, наконец, разобрались в своих отношениях и поняли, как много значат друг для друга.

Рэйна заметила знакомую белоснежную макушку и была очень рада, что Балиг тоже сегодня пришел на их коронацию. В последнее время они очень с ним сблизились и часто разговаривали, хотя рана, что пролегла между ними, по-прежнему кровоточила.

Рядом с Балигом стояли валькирии. Астрид, Самах, Рут, Леони, Моника, Мист и другие – они тоже улыбались ей несмотря на то, что в бою пали две их сестры.

«Смотри», – неожиданно произнес Саргон, мысленно побуждая Рэйну взглянуть налево.

Там к празднеству присоседился клан Кор Силва – этих фейри Рэйна бы узнала из тысячи. И среди них были три знакомых лица: Ноа, Кассия и Лин. После той бойни Кассия забрала тело Ноа и сказала им, что на этот раз она не выйдет из родного леса живой, если Кор Силва его не спасут. Лин последовала за ней, и долгие недели от них ничего не было слышно. Адриану Кассия спасти не смогла, но неделю назад она прислала им весточку, что они придут на коронацию Саргона и Рэйны.

По щеке Рэйны медленно скатилась слеза, когда живой друг поднял вверх руку, сложив его в священном жесте Кор Силва, а за ним вторила Кассия и весь клан лесных фейри. Лин, на чьей макушке виднелись лисьи ушки, а за платьем прятался хвост, подняла руку в жесте следом за ними, а после все присутствующие на площади вторили Кор Силва.

Саргон и Рэйна, сложив тот же жест одной рукой, а другой – взявшись за руки, выпустили в воздух витки магии в память погибших в этой войне.

Все сердца собравшихся бились в тот момент в едином ритме. У них были общая боль и общее будущее.

Рэйна посмотрела на своего мужа, короля, друга, соулмейта. И подумала, что это невероятно – вновь отыскать его. Лучшего супруга, которому Рэйна невероятно благодарна за путь, что они уже прошли и за тот, что им только предстоит.

Они построят новый мир, чтобы никто больше не проходил через то, что пережили они, разбив свои души и еле собрав те воедино. Станут лучшими родителями для своих детей и справедливыми правителями для всех людей и фейри двух континентов.

Тихого Кошмара и светлых Грез.

Сейчас, завтра и навечно.