Текст книги "Монстры царства стали (СИ)"

Автор книги: Таня Нордсвей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 31 страниц)

Глава 26

Дождь за окном лил не переставая, напоминая Рэйне о Нанкаре и его дождливых днях. Дворец опустел, но это было к лучшему.

Девушка сидела и смотрела, как капли тарабанят по крышам. На ее шее билась серебряная жилка – единственное, что отражало ее состояние. Рэйна была одновременно и в гостиной, и где-то очень далеко, в глубинах своего сознания, где сталь вырывалась из заключения, топя девушку лавиной боли.

Она вздохнула и оторвала взгляд от крыш Скайферона, тяжело сглотнув. Ее глаза еще раз блеснули серебром, а потом ей все же удалось взять себя в руки.

Еще одна победа в череде внутренних сражений. Сколько таких битв ей еще предстоит?

В своих силах Рэйна никогда не сомневалась, но сейчас болезнь била по ней сильнее, чем когда-либо. Ее маска шла трещинами, и девушка ненавидела себя за слабость. За то, что Рэйна не может уничтожить причину раз и навсегда. За то, что это дает сомнения в ее плане насчет будущего правления на престоле.

Если сталь затопит Рэйну, зачем же ей тогда проходить сейчас через все эти муки?

Монстр внутри нее обнажил свои клыки, тихо рыча. Нет.

Она и есть этот монстр. Чудовище, губящее все светлое и заслуживающее одиночество.

Когда в ее голову стали приходить такие мысли? Рэйна не знала.

Но практически каждую ночь к ней являлись призраки прошлого и утаскивали в свои объятия. Девушка прекрасно понимала, что Саргон разделял ее боль, помогая ей нести эту ношу. И от этого ей становилось на душе еще неспокойнее.

Она была слишком слабой. Рэйне всегда все помогали. А сама она, что тогда, что сейчас, не могла справиться со всем, что ее терзало. И это било по девушке, помогая демону утягивать ее в пучины сомнений. Если уж она была не в состоянии справиться с собой, то что уж было говорить о целом королевстве, которым Рэйна планировала управлять?

Мысли, мысли, мысли… И боль, разрывающая внутренности.

Тем временем в Ксанфероне вовсю шла война. Рэйне удалось подслушать один разговор наместников, по которому она безошибочно поняла: в этот раз фейцы захватят земли людей. Как бессмертные относились к обычным людям, знали все: они давно не считали смертных за разумных существ, которые могли сами собой управлять, ведь они собственноручно столетиями приближали Конец света. И сейчас только Рэйна стояла между миром смертных и царством бессмертных созданий. Благодаря ее выбору и жажде власти, Валия получила шанс на спасение. Но действительно ли Рэйна этого хотела?

То, что происходило между ними с Саргоном, запутывало ее. Девушка не планировала его узнавать так близко. Не хотела привязываться к темному принцу, но каждое его касание, каждое слово или новый букет цветов на ее комоде заставляли Рэйну смотреть на Саргона по-другому. Он оставлял ей маленькие знаки внимания, находя которые девушка каждый раз не сдерживала слабую улыбку. С ней никогда раньше такого не случалось, а сейчас это внимание было слишком приятным…

Девушка чувствовала, что это всего лишь уловка и что они только играют с чувствами друг друга. Но эта игра уже зашла на ту территорию, куда Рэйна заходить не планировала. Рядом с Саргоном Рэйна позволяла дать себе слабину и разрешала ему помочь ей. Она пыталась заставить себя отпустить Саргона: развлеклись и хватит. Однако ничего не выходило, и все это начинало выливаться в зависимость, от которой было невозможно отказаться.

Когда ее касался Солар, принцесса думала о нем. Когда наследный принц целовал ее – Рэйна вспоминала поцелуи Саргона.

Сможет ли девушка дойти до конца и забрать корону? Или хитрый, коварный Саргон все-таки одержит верх и вскружит ей голову?

Рэйна должна была. Просто обязана.

Правда, в глубине души тихий голосок шептал ей обратное. И это было отнюдь не голоском ее стального монстра.

Тихая песнь их связующей нити нашептывала ей, что только рядом с Саргоном Рэйна как никогда чувствовала себя живой. Саргон был плохим и жестоким в глазах других, но только он мог своими прикосновениями воспламенять пламя внутри нее. С принцем у нее раскрывался полный спектр эмоций. Саргон зажигал душу Рэйны, дарил причину жить и продолжать бороться за себя дальше. За свои права и за себя настоящую.

Именно поэтому Саргон не заслуживал того, чтобы Рэйна продолжала манипулировать им. Пускай он будет продолжать втягивать ее в свои манипуляции, но Рэйна поступит с ним честно. За все, что он для нее сделал.

Единственным правильным ее решением будет его отпустить. Кроме того, девушка никогда не была его достойна. Они тогда этими чувствами все испортили. Так, что теперь не могли друг друга забыть.

Девушка попыталась совладать с эмоциями и спокойно подумать обо всем. Она не знала, что ему скажет, но пообещала себе, что этим вечером Рэйна поставит на их запутанном клубке отношений точку.

Будто чувствуя ее состояние, связь между ними зазвенела и принесла его тихий вопрос.

«Рэйна, с тобой все в порядке?»

Девушка смахнула слезы. Она должна быть сильной и смелой. И тогда Рэйна сможет все.

Но оборвется ли их связь между душами, когда Рэйна выйдет замуж за Солара? Или последствия сделки в Меласе будут преследовать ее всю оставшуюся жизнь?

«Да, у меня все отлично».

Это было ложью, но, кажется, он ей поверил. Или же Саргон тактично решил не расспрашивать ее. Действительно. Ведь всегда, когда он интересовался о чем-либо у нее, Рэйна накидывалась на него.

Рэйна горько усмехнулась. Ей уже не нужны были разговоры с ним. Это бы только затянуло удавку на шее.

Саргон уже добился того, что стал самым близким и лучшим другом Рэйны, а также самым злейшим ее врагом. Они уже были на той грани, которая позволит одному из них выиграть их пари.

Рэйна должна была порвать первая, пока она его не полюбила. И не разрушила абсолютно все.

* * *

Ожидание – худшая пытка в мире, но Рэйна умела ждать. Она отправилась тренироваться в зал, куда они ходили с Кассией. Девушка выместила свои внутренние противоречия на набитом песком грузе. Удары всегда помогали ей сосредоточиться и очистить разум.

Она не слабачка. Не слабачка. Не слабачка.

Рэйна прокручивала в своей голове все возможные варианты разговоры, признавая тщетность этого действия. С Саргоном она никогда не следовала планам. Это было бессмысленно, ведь Рэйна никогда не могла себя рядом с ним толком контролировать. Либо он бесил ее, либо она безумно его желала. Третьего было не дано.

Постепенно девушка отвлекалась на другие размышления.

Слова Ноа по-прежнему не шли из ее головы. Ей постоянно казалось, что она что-то упускает.

Ноа рассказал им не все. И его дар… вперемешку с огнем, который пылал в его глубинах…

Ноа был человеком. И одновременно им не был. Так же, как и она.

Рэйна замерла, пронзенная страшной догадкой.

Каждый из них вернулся из Меласа иным. Ноа поведал про то, что он родился в роду ведьм. Что у него не было дара, но он все равно учился всему, чему обучали его сестру. Он упомянул, что его искали Бронт и Лола. Искали, а не спасли.

Огонь был единственной вещью, которой боялись все ведьмы от мала до велика. Их сжигали на кострах, а Ноа управлял огнем. И те его слова про то, что он противоестественен…

Рэйна вспомнила, как Кассия упоминала при ней появившегося в Ксанфероне некого мужчину-ведьму. Все кусочки головоломки теперь сложились воедино у нее в голове.

Они с Ноа обрели силу после Меласа, которая пыталась взять над ними верх. Подчинить, сломать, уничтожить. Это и позволяло им понимать друг друга. Вот только Рэйну можно было назвать лишь стальным демоном или монстром.

А Ноа был Еретиком.

Это знание мало изменило ее жизнь, но теперь Рэйна лучше понимала друга. И надеялась, что он не натворит того, о чем потом будет жалеть.

Кассия предложила Рэйне пройтись прогуляться с ней вместе в город. Недолго думая, девушка согласилась – так хоть как-то скрасится время.

На улице стоял летний зной, поэтому преимущественно они старались идти в тени несмотря на то, что Кассия с помощью магии создала вокруг них прохладный ветер.

Фейри всегда тонко чувствовала чужое смятение, и поинтересовалась у Рэйны причинами смены настроения. Та мягко увела тему в сторону письма, которое хотела отправить Кассия, и фейри неожиданно сказала:

– Мюриэль разрешила мне взять пробы ее крови, чтобы направить для исследования Амелии Кхаар из Маджара. В конверте не только письмо, но и образцы.

– Кровь? – удивилась Рэйна. – Но зачем тебе кровь Эль?

Кассия прикусила губу.

– Ты помнишь, что Эль рассказала по поводу ее знакомства с Адрианой?

– Да, – кстати, с принцессой Рэйна еще и обедала недавно. Адриана оказалась неожиданно интересным собеседником: острой на язык и с отличным чувством юмора. Рэйна нехотя призналась себе, что Адри ей понравилась. И ей бы хотелось провести с ней еще несколько часов за разговорами. С ней ей было легко, как с Кассией и Эль. – А что?

– Эль заслонила Адриану, когда на ту покушались. Как ей удалось это – до сих пор загадка для меня и Адри, – Кассия перешла на полушепот, хотя в шуме столицы тонули любые звуки. – Тогда Эль получила смертельную рану, истекая кровью прямо на руках Адрианы. Принцесса исцелила ее особым эликсиром, который являлся последним подарком моего брата. Эдан перед своей гибелью нашел лекарство от стали в организме.

Рэйна остановилась как вкопанная. Кассия обернулась. Ее распущенные волосы трепал ветер.

– Он сумел найти лекарство?

– Да. Эдан вывел формулу из особых снадобий и успел изготовить ровно одну порцию, собираясь отдать флакончик Адриане. Но… – фейри тяжело вздохнула. – Он погиб на следующий день, а все его записи были уничтожены убийцей.

– Но почему Адриана отдала лекарство Эль?

– Она носила его на своей шее с самой гибели Эдана. Я думаю, Адриана не могла его отпустить и, возможно… Это лишь мои мысли, Луна… Но мне кажется, что Адриана не боится смерти, потому что в том мире ее ждут близкие ей люди. Эдан, Веста (мать Ее и Его Высочества Саргона), и моя мама. Все они очень ее любили, – Кассия взяла Рэйна за руку и потянула дальше в переулок. – Когда я спрашивала, почему Адри не примет лекарство, та отвечала, что своеобразная метафора. Что таким образом происходит сделка со смертью: не сегодня, не сейчас. Позже, когда уже будет невтерпеж бороться. И только тогда, но никак ранее.

– Странные мысли.

– Возможно. Но принцесса носила и не пила эликсир долгие годы несмотря на то, что ее состояние часто ухудшалось. Лекарь не знал про эликсир и удивлялся ее силам вести победу над недугом. В общем-то, про лекарство вообще никто не знал, кроме нас с Адри. А потом Адриана на несколько месяцев исчезла в Ксанфероне и, когда вернулась, сказала, что ее там пытались убить. Принцессу заслонила собой человеческая девушка, которая оказалась случайно в переулке. Эту девушку ранили, и Адриана приняла единственно правильное решение: спасти незнакомку с помощью эликсира. Она несколько месяцев провела в Империи Шторма, где вобрала в себя законы Шторма – жизнь за жизнь. Смерть за смерть. Это был долг, который она отплатила. Эликсир полностью излечил девушку, восстановив даже ее поврежденные голосовые связки. И…

– …он не только излечил ее от смертельной раны, но и от стали, – договорила мысль Рэйна за Кассию, догадавшись. Фейри кивнула.

Так вот почему к Эль вернулся ее голос! Адриана буквально отдала незнакомке свой шанс на исцеление и жизнь без недуга. Услышанное заставило Рэйну проникнуться к эферонской принцессе еще большим уважением. Но поступила бы сама Рэйна так же, спасая другого, незнакомого ей человека?

Адриана имела большую душу. И самоотверженность.

– Да. И кровь Эль стала антидотом. Мне долгое время не приходило это в голову, пока вчера вечером Мюриэль не рассказала свою историю. Утром я пояснила ей ситуацию, и она согласилась помочь нам с Амелией и неким исследователем из Нанкара с поиском формулы.

Рэйна тут же вспомнила слова Тарака про лекарство и его переписку с Амелией из Маджара. Так вот, с кем переписывался пират!

Лесная фейри улыбнулась, сжав бесценный сверток. Рэйна ободряюще улыбнулась ей в ответ. Они уже подошли к нужной лавке и стояли у самого входа.

– Я уверена, Кассия, что вы найдете лекарство. И вас будет благодарить весь мир.

– Спасибо, Луна, – улыбка Кассии была мягкой и вселяющей надежду на светлое будущее. – Это все, что я могу сделать для брата и его цели жизни: спасти нас и весь этот мир.

От прогулки с Кассией у Рэйны осталось приятное ощущение, которое тут же улетучилось, стоило ей увидеть знакомый силуэт в коридоре.

«Саргон, нам надо поговорить!»

Мужчина никак не показал того, что он внял ее словам, но, когда Рэйна вошла в свою спальню, портал в его комнату уже был открыт для нее. Она глубоко вздохнула и прошла в него, мысленно настроившись на то, что не будет срываться на Саргоне.

Рэйна многое осознала за месяцы в Нанкаре. Она раскрыла себе глаза на ценность тех, кто ей помогал. И девушка обзавелась совестью, которая сейчас противилась внутреннему чудовищу, шепчущему ей: «Властвуй, подчиняй и забирай».

– Какими судьбами? – баритон Саргона послышался возле шкафа, где он снимал с себя запачканную одежду.

Скользнуть по нему взглядом было большой ее ошибкой. Его идеальный профиль лица и скулы моментально выбили из головы Рэйны все заготовленные речи.

Она уже позволила себе влюбиться в него.

– О чем ты хотела поговорить? – уточнил Саргон, видя, что она просто стоит и пялится на него.

Глупая. Пыталась погнаться сразу за двумя зайцами. Жадная, глупая. Попавшая в его сети и теперь тщетно пытавшаяся выбраться.

– О нас.

– А что с нами не так?

Саргон не дал ей ответить, а молча пошел в ванную комнату. Рэйна осталась в его спальне, сжимая и разжимая кулаки.

Она должна была сделать это. Но не сделала. Девушка удерживала себя от того, чтобы пойти за ним из последних сил.

… Кто первым полюбит – проиграет…

Их игра имела слишком высокие ставки. Выше, чем любая другая.

Чувства – единственное, что осталось у Рэйны. А их в ней пробуждал только Саргон, воспламеняя ее душу из пепла, во что та превратилась за эти годы.

Черт с ним!

Девушка направилась к нему, ругая себя за то, что шла на поводу своих желаний снова и снова. Оказавшись в полутьме купальни, она не сразу сориентировалась, куда ей идти.

– Пришла потереть мне спинку?

Рэйна знала, что он сидит в купели абсолютно обнаженный. Знала, какие наощупь его литые мускулы тела, как восхитительно выступают вены на его руках и как он ухмыляется, обнажая заостренный резец.

Когда лишь одно его существование превратилось в ее персональный фетиш?

Рэйна взяла из его рук мочалку и провела ею по его широкой груди. Она решила для себя, что сегодня не будет переходить черту.

Девушка медленно стала намыливать его плечи и спину.

– Так это и есть наш разговор?

Рэйна уселась на бортик купели и склонилась к его уху, прошептав:

– Разговор будет чуть позже.

– О-о-о, – лукаво протянул ее персональный темный бог греха. – Значит, разговор в спальне. Мне нравится.

Рэйна хотела бросить в него мочалкой, но вовремя опомнилась. Никаких срывов. Поэтому, чтобы хоть как-то ему отомстить, она прикусила ему мочку уха и провела носом по шее.

Ответом ей был тихий рык.

* * *

Все, что Рэйна хотела ему сказать, пошло абсолютно не по плану.

Во-первых, она снова оказалась в его объятиях. Во-вторых, они снова поддались страсти и… весь вечер и ночь слились для нее в одно имя «Саргон».

Утром Рэйна попыталась взять себя в руки и завести разговор в нужное русло, но что тут можно сказать, когда она выскальзывала из объятий мужчины, к которому ее невероятно тянуло? Правильно! Очередную глупость!

– Нам надо это закончить, – сказала Рэйна и мысленно тут же себя отругала за такую «великолепную» фразу.

– То есть пятый раз ты не хочешь?

Рэйна гневно на него обернулась, прожигая взглядом.

Ну почему он такой невыносимый? Она же пытается поступить как лучше!

– Что ты хочешь завершить, Рэйна?

Она заставила себя захлопнуть рот, чтобы не наговорить ему лишнее. А надо было просто сказать, что Рэйна хотела прекратить их связь. Но девушка не могла произнести ни слова.

Как вообще можно прекратить то, чем она буквально жила?

– Рэйна, – Саргон неожиданно посерьезнел и сел на кровати. Она осталась молча одевать одежду. – Ты хочешь мне что-то сказать?

Да! Да, она хотела! Да! Очень!

Но снова просто стояла и молчала, как глупая олениха, засмотревшись на его порочную красоту. Глупая человеческая девчонка, влюбившаяся в бессмертного фейри и планировавшая его переиграть.

– Знаешь, я тоже хотел тебя спросить…

– О чем? – Рэйна ухватилась за это, как за спасительную соломинку. Она продолжала сражаться с собой внутренне за право высказаться и поступить правильно.

– Ты… тебе говорили, что ты прекрасна? Вообще, я хотел спросить у тебя не это. Вообще не то, – он улыбнулся, покачав головой. – Просто слова не идут, будто застряли в горле. Но я давно хотел тебе признаться в том, что мне очень хорошо с тобой.

Это было абсолютно не тем, что Рэйна ожидала услышать. Но это стало последней, каплей, что позволила ее словам наконец вылиться в речь:

– Не говори мне этого! Я не такая, и ты прекрасно это знаешь.

– Я говорю правду, Рэйна. И я действительно так считаю.

– Той девчонки, которую ты знал в Меласе, больше нет! На ее месте монстр, который пытается манипулировать тобой, – воскликнула она, пытаясь обрубить все на корню.

Но Саргон не был бы Саргоном, если бы покорно повелся на ее провокации.

– Я не меньший монстр, чем ты. Вспомни, что именно я дал тебе основания для этой ситуации. Я тебя вывел на те необдуманные эмоции.

Девушка усилием воли заставила себя не зарычать на него. Правда была в том, что они оба знали, о каких монстрах говорили. О тех, которые сидят внутри них. Вот только Рэйна не имела монстра внутри – она им была. Всегда. Чудовищем, что вело свою алчную игру.

И сейчас этот демон хотел, чтобы она замолчала и не обрубала эту связь с ним. Вот только пока человек в ее сознании побеждал.

– Я монстр, Саргон, – вновь повторила она. – Стальной демон. Чудовище, которое играет с тобой.

– Не более, чем я. Ты не сможешь меня этим оттолкнуть.

Она никогда его не заслуживала. Но он бы и слушать такое не захотел, решив, что Рэйна опять решила сыграть на его нервах. Саргон бы не поверил ей, если бы она сказала ему, что…

– Кто первый полюбит, тот проиграл, Саргон. Ни ты, ни я, не сможем этого допустить, потому что мы не такие. Мы просто не можем проиграть друг другу. Гордость не позволит.

Рэйна вложила в эту фразу то, что никогда бы не сказала ему в лицо. На что у нее не хватило бы духу. Но она надеялась, что он поймет ее посыл. Он должен был понять.

Что, на самом деле, в этой игре Рэйна уже давно ему проиграла.

Глава 27

Саргон

– Кто первый полюбит, тот проиграл, Саргон. Ни ты, ни я, не сможем этого допустить, потому что мы не такие. Мы просто не можем проиграть друг другу. Гордость не позволит.

Слова Рэйны эхом отдались в его голове. Саргон видел, что читалось в ее взгляде, но никак не мог понять причин, почему она все это ему сказала.

Конечно, по логике он понимал, что девушка, скорее всего, не хочет продолжать их отношения, ведь на кону их свадьба с Соларом. Наверное, поступая так, она полагала, что это будет легче для них обоих – оборвать все и вырвать на корню.

Но Саргон был слишком слаб, чтобы позволить ей это сделать. Он сам не хотел признавать себе, что стал зависим от проигрыша ей. И хотел, чтобы Рэйна поняла, что он с радостью ей проиграет.

Однако девушка явно хотела ничью, которую Саргон уже не мог позволить.

Саргону нравилось ей помогать. И он уже начал привыкать, что она принимает его и позволяет быть рядом.

Он уже не мог ее отпустить.

Небеса побрали бы этого Солара за то, что он опять и снова все усложняет! Да что уж греха таить, Саргон сам себе все усложнил.

Если бы не он, Рэйна бы не оказалась втянутой во все это. Если бы не Саргон – она бы не согласилась на это пари.

Рэйна ушла, оставив после себя свой запах на его подушках. Простыни все еще хранили ее тепло.

«Ты глупый, Саргон», – шептало ему подсознание.

Саргон и так это знал. Это не было для него новостью.

Ему осталось только решиться на вопрос, который подталкивала его спросить Адри.

Он должен был дать Рэйне выбор. Хотя догадывался, что умом она выберет Солара, а сердцем…

Саргон надеялся, что сердцем, как и сам он, Рэйна выберет их связь.

* * *

Его рутина превратилась в пытку, и он уже начал полагать, что сам себе подписал смертный приговор попытками не думать больше о Рэйне. Но у Саргона все еще были обязанности принца и главнокомандующего, которыми он просто не мог пренебречь.

Главная задача верхушек власти – обеспечивать мирным жителям безопасность и покой. За это жители преклоняют колени перед королями и королевами, отдают дань в казну и доверяют свои жизни. Их отец научил своих детей этому сполна. Как и тому, что семья всегда на первом месте. А в итоге дети заигрались между собой и допустили непоправимое. И отца в их жизнях не стало.

Саргон узнал о том, что король Вилмар отошел в иной мир, когда разбирал бумаги на своем столе. К нему зашел их королевский лекарь, и по одному его взгляду Саргон понял, что произошло.

Не было слез, не было прощаний. Отец годами был прикован к постели, в которой его навещал только Солар – такова была воля отца. Адриану он пустил лишь пару раз, а вот Саргона…

Мужчина до сих пор помнил те его слова: «Мою корону не наденет убийца своего народа». И корона, окутанная древней магией, запомнила слова короля, отравляя детскую мечту среднего сына стать хорошим королем для своего королевства.

Отец увидел его сущность и отрекся от среднего ребенка, и только лишь последняя воля их умершей матери не позволила ему сослать Саргона с глаз своих долой. Вилмар дал Саргону бремя безопасности королевства, как бы насмехаясь над двойственностью его положения.

И темный принц столетиями ее нес. А теперь отца не стало.

Лекарь ушел, оставив Саргона его думам. Из кровных близких теперь у них с Адри были только они сами.

Саргон старался не вспоминать все те моменты, которые навечно отпечатались в его памяти: как отец учил его кататься верхом, как впервые подарил ему меч, как организовал всем им неожиданный сюрприз и как сильно любил их в детстве. Но воспоминания разом все меньше и меньше заполняли пустоту, на месте которой раньше был еще один из членов его семьи.

Принц прикрыл глаза, выдыхая через рот.

Сестра любила отца: Саргон это знал. Она тяжело воспримет его кончину, а вот Солар ею воспользуется. Скорее всего, братишка знал о состоянии короля, раз согласился на такую авантюру со смотринами.

Почему-то осознание этой истины не вызвало у Саргона всплеска злости. Он был спокоен, понимая, что теперь развернется настоящая игра, стоит траурным флагам зареять на ветру. Уже идет война на континентах, и новой империи будет нужен новый король. В этой битве за близость к престолу каждый продаст все, что имеет, лишь бы выжить.

Взгляд Саргона упал на зеркало в тяжелой оправе. Принц знал, что там увидит.

Из зеркала на него смотрел демон, чья кожа обратилась в черную мглу. Вместо волос клубились тени, а голову венчали длинные рога. За спиной распростерлись обсидиановые крылья, и в этой темноте ярко горели только две изумрудные точки вместо глаз.

Чудовище, о котором не знал никто. Одиночка, обреченный на вечное неприятие окружающих.

До недавнего времени Саргон думал, что он такой один. Что только внутри него живет этот монстр, которого распознал его отец и не допустил до трона.

Но нет.

Недавно он узнал, что она такая же. Рэйна была единственной, кто мог его понять и принять.

Когда девушка показала ему свою сущность в саду в их первую встречу в Скайфероне, он не ужаснулся. Наоборот, в его сердце поселилась странная надежда, которая крепла день за днем.

Не зря они были связаны с ней. Не зря их с Рэйной тянуло друг другу.

Они были противоположностями, но одновременно и такими похожими друг на друга. Рэйна и Саргон были монстрами Света и Тьмы. И то, что принц желал всю свою долгую жизнь, сбылось – он нашел ту, которая докажет ему, что он в этом мире не один. Необходимо было правильно расставить силы и обрести союзы, поэтому Саргон понимал: настало время им поговорить.

Недолго думая, он открыл портал и зашел в ее комнаты как обычно бесшумно. И застыл, не в силах произнести ни слова.

Рэйна стояла посреди своей комнаты в белоснежном подвенечном платье. Не таком, в каком обычно выходят легкомысленные девушки: с буфами и прочей ерундой, раздувающей их тела. На Рэйне было элегантное облегающее платье. В нем она смотрелась как новорожденная луна или падающая звезда.

Саргон смотрел на нее и его внутренности разбивались тысячами осколков.

Невеста. Но не его.

Саргон знал, что она выберет Солара, потому что нуждалась во всеобщем признании. Рэйна желала больше никогда не чувствовать себя слабой, а самой вершить свою судьбу. Мужчине это рассказало ее тело, душа, их связь и ее кошмары. Он прекрасно ее понимал, ведь их желания были схожи.

Рэйна была тенью Канны, Саргон – Солара. И оба хотели, чтобы их заметили. В их силах было заставить всех преклониться и добиться признания. Вот только они не могли быть вместе, иначе не добьются желаемого. Корона никогда не будет на голове Саргона, и он это прекрасно знал. Только Солар мог дать ей то, что она хотела, пускай Саргон и понимал, что у него все же был шанс, которым он уже не воспользуется.

Теневой принц-монстр ушел так же тихо, как и зашел, закрыв за собой портал.

Саргон отпускал ее, позволял сделать свой выбор, быть счастливой и самой вершить свою судьбу. Он хотел, чтобы Рэйна была счастлива, а сам принц будет довольствоваться тем, что знает – он не один.

* * *

Это решение далось ему нелегко, и за прошедшие дни он тысячу раз возвращался к нему мысленно, пытаясь выдерживать свою позицию и снова не ворваться в ее жизнь.

Саргон заставлял себя не подмечать любые изменения в Рэйне, когда редко появлялся во дворце, в основном ночуя в военном лагере. Кажется, и сама девушка осознавала, почему они отдалились и, кажется, это давало свои плоды. Вот только он, к своей злости, видел, как Рэйна чахла рядом с его братом. Рэйна меркла, становилась бледнее на фоне Солара. Саргон чаще ловил себя на мысли, что девушка плохо справляется с ночными кошмарами. И то, как в последнее время стали проступать стальные вены на ее руках…

Сталь в ней, которую Рэйна раньше контролировала, вырывалась наружу. И Саргон полагал, что что-то здесь было не просто так.

Он решил в тайне от нее исследовать покои Рэйны на предмет подозрительных вещей. Как-никак, это его работа – обеспечивать безопасность находящихся во дворце гостей и фейри.

К Саргону вернулась его привычная собранность и жесткость: он осматривал каждую мелочь, прощупывал каждую дверь.

В их мире существовали способы усилить влияние стали на организм, и принц прекрасно это знал. Быть может, где-то таилась Лайрен-трава, которая известна этими свойствами, или еще какая гадость, которая может отравлять ей жизнь?

– Что ты здесь делаешь? – отчеканила Рэйна за его спиной.

Мужчина развернулся и удивился тому, как бесшумно она подкралась. Раньше с ним такого не происходило – рефлексы и слух Саргона были безупречными.

– Ищу улики.

Саргону не составило труда увильнуть от темы, с неудовольствием вспоминая, что ему так и не удалось найти заказчика покушения на Рэйну. Все запахи и следы были тщательно заметены.

Он не смог обмануть Рэйну – что-то, а ум у нее всегда сводил все выводы воедино просто блестяще. Конечно, она догадалась, что смысла искать в ее спальне улики не было – покушение было совершено в гостиной. Девушка поджала губы и сложила руки на груди, ожидая, что он начнет разговор первым.

Минуты тянулись.

– Пожалуй, я не буду тебя отвлекать от важных дел.

– Стоять, – Рэйна загородила ему путь. – Это на тебя очень непохоже.

Саргон усмехнулся, покачав головой. Похоже, непохоже. Какая разница?

В этот момент он отчаянно желал притянуть ее к себе и поцеловать, но держал себя в руках. Неужели она не понимала, насколько стала важна в его жизни?

– Ты никуда не уйдешь, пока не объяснишь, что делал в моих покоях.

Она сжимала и разжимала кулаки, ее взгляд был расфокусированным, но принцесса прекрасно держалась при нем. Саргону показалось, что ее что-то гнетет, но сейчас менять тему было бы сродни концу света.

– Я могу совершить переброс.

– Ты думаешь, я тебя в таком случае не найду? Прятаться будешь? – гнула свое Рэйна.

Девушка всегда была упертой, как коза. Это было одной из тех черт, что Саргона в ней безумно привлекали.

– Хорошо, раз ты та-а-ак хочешь знать, то без проблем. Решил заглянуть дождаться тебя, заодно осмотреть защитный покров в твоей комнате.

– Зачем ждать меня?

– Хотел задать тебе вопрос: могу ли я поздравить тебя с тем, что ты практически добилась того, чего хотела? Корона уже рядом, деньги, власть и сила тоже.

Видят боги, Саргон хотел ей сказать совсем не это…

Но он опять повелся на то, что обычно происходило между ними с Рэйной.

Он не хотел бить ее под дых, но сделал это и сам же сгорал от ненависти к самому себе.

– Ты так обо мне думаешь, да? Что мне нужны только деньги?! – молниеносно отреагировала на его словесный выпад девушка. Голос Рэйны взметнулся на октаву выше. – Так знай, что мне не это нужно! Я просто хочу обычного человеческого внимания и признания. Чтобы меня, наконец, заметили, – на последних словах ее голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. Поток слов выражал ее боль о наболевшем. Значит, девушка слышала те слухи, что дошли до них на днях в городе. – Я устала, что меня видят кем угодно: Тенью Канны, ее клоном, внебрачной дочерью Аделлы или принцессой, что нечестно получила свой титул. Я хочу, чтобы меня заметили, как личность. Чтобы боялись и пресмыкались предо мной за все те гадкие слова, которые годами лились мне в уши. За то, что судили меня без права голоса и что отобрали детство и мечты. Забрали в том числе и семью, навязали чужую мне роль, убив во мне все уникальные черты, которые делали меня собой. Чтобы перестали судить за моей спиной о том, что я подло спасла себя, позволив Канне умереть. Я хочу… – который раз повторила Рэйна, остановившись лишь для того, чтобы вобрать в грудь побольше воздуха. Ее взгляд сделался безумным. – Все, что я хочу, будет доступно мне, если я обрету власть. Меня невозможно будет не заметить.

– Но кто тогда увидит тебя настоящую? – позволил себе спросить Саргон, как никогда ранее ощущая холод в пустом коридоре дворца. Во взгляде Рэйны плескалась боль. Саргон ощущал ее физически.

– Мою настоящую личность стерли давным-давно в порошок без моего согласия. Кто я, Саргон? – его имя она буквально прошептала губами. Саргон мог поклясться, что он увидел в глазах Рэйны слезы, прежде чем на смену их пришла беспощадная сталь. – Кому нужна настоящая я?